<<

стр. 7
(всего 10)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

колбасу.
Тогда Андрей Андреевич пошёл прямо домой, но по дороге упал, потерял
французскую булку и сломал свои пенсне.
Домой Андрей Андреевич пришёл очень злой и сразу лёг спать, но долго не мог
заснуть, а когда заснул, то увидел сон: будто он потерял зубную щётку и чистит зубы
каким-то подсвечником». 1

Последний вариант, на котором мне хотелось бы остановиться – это
портфельные инвестиции. О них стоит поговорить особо.


19.3 Портфельные инвестиции
Если вы оперируете сравнительно небольшими суммами, например
одной тысячью долларов, то можно позволить себе вложить её в какой-то один
финансовый инструмент. В этом случае всё наше внимание будет приковано к
этому активу, и эффективность вложений будет напрямую зависеть как от
ваших действий, так и от поведения самого актива. Риск в описываемом
варианте будет весьма высок – у вас нет действенного способа его снижения. Но
в самом худшем варианте вам грозит потеря вышеупомянутой тысячи долларов.
Ситуация кардинально меняется, когда мы выходим на суммы порядка
миллиона долларов. Вкладывать такие деньги в единственный финансовый
инструмент слишком опасно из за несоизмеримо возрастающей по сравнению с
первым случаем абсолютной величины возможных убытков. Поэтому крупный
здравомыслящий инвестор стремится любым путём снизить риск своих
вложений. Одним из таких путей является хеджирование на рынке фьючерсов и
опционов. Другим – формирование инвестиционного портфеля.
Почему же инвестиционный портфель снижает риск инвестиций? Пусть
инвестор вложил все свои деньги в один актив «А». Ради упрощения ситуации
предположим, что актив «А» с вероятностью 50% вырастет в цене и с
вероятностью 50% упадёт в цене. Риск в описываемой ситуации составит 50%
(сразу оговоримся, что под риском мы понимаем вероятность наступления
неблагоприятного исхода). Теперь предположим, что инвестор половину своих
средств вложил в тот же актив «А», а половину – в актив «Б», который также с
вероятностью 50% вырастет, а с вероятностью 50% – упадёт. Тогда риск
инвестиций составит всего 25%! Вероятность получения дохода также
уменьшится – она тоже составит 25%, а вероятность получения нулевого

1
«Глагол». Литературно-художественный журнал. Д. Хармс. «Горло бредит бритвою»: случаи,
рассказы, дневниковые записи, Рига, а/о «Пресес намс», 1991, №4.


171
результата будет равна 50%. В этом примере подразумевается, что вероятности
изменения цен активов «А» и «Б» никак не связаны между собой, то есть,
коэффициент их корреляции равен нулю. Было замечено, что по мере роста
количества активов, в которые вкладывается инвестор, снижается риск.
Вспоминается общеизвестная поговорка – «не кладите все яйца в одну
корзину». Распределение некоторой суммы между несколькими активами
называется диверсификацией (diversification).
Поначалу многие инвесторы ухватились за идею диверсификации.
Действительно, если в целом активы приносят инвестору прибыль, что за счёт
диверсификации можно существенно снизить риск! Тогда же обнаружилось, что
каждый инвестор сам для себя определяет желаемые уровни доходности и
риска. Так, например, консервативно настроенный пенсионер 60-ти лет
предпочтёт портфель, обеспечивающий ему умеренную доходность при
минимальном риске. Совершенно очевидно, что его портфель будет
сформирован из облигаций и привилегированных акций надёжных эмитентов.
Азартный молодой человек лет 25-ти наоборот, будет готов рискнуть, желая
получить больший доход за счёт включения в портфель высокодоходных, но в
то же время высокорискованных бумаг. Следовательно, в его портфеле будет
высока доля обыкновенных акций. При составлении таких портфелей инвестор
может воспользоваться опубликованными рейтингами ценных бумаг. На рис.
389 приведены данные о связи между типом инвестора и типом портфеля:

Тип Цель инвес- Степень Тип ценной бумаги Тип портфеля
инвестора тирования риска
Консерва- Защита от Низкая Государственные ценные Высоконадежный, но
тивный инфляции бумаги, акции и облигации низко доходный
крупных стабильных эмитентов
Умеренный Длительное Средняя Малая доля государственных Диверсифицированный
вложение ценных бумаг, большая доля
капитала и его ценных бумаг крупных и
рост средних, но надежных эмитентов
с тигельной рыночной историей
Агрессивный Спекулятивная Высокая Высокая доля высокодоходных Рискованный, но высоко-
игра, ценных бумаг небольших доходный
возможность эмитентов, венчурных компаний
быстрого роста и т.д.
вложенных
средств
Стратегический Управление и Неопреде Акции конкретных эмитентов Пакет одноименных
контроль в ленная акций
акционерном
обществе
Нерацио- Нет четких Низкая Произвольно подобранные Бессистемный
нальный целей ценные бумаги



172
Рис. 389 Связь между типом инвестора и типом портфеля

Не остановившись на достигнутом, инвесторы поставили перед учёными
следующую задачу: как сформировать оптимальный портфель ценных бумаг, то
есть, как подобрать такой набор активов, который обеспечивал бы оптимальное
соотношение между риском и доходностью? В 50-е годы ХХ в. американский
специалист в области портфельных инвестиций Гарри Марковитц разработал
алгоритм формирования такого портфеля, заложив основы современной
портфельной теории (СПТ). Давайте вкратце остановимся на идеях Марковитца,
попутно разбирая основные постулаты СПТ.
Самая главная идея Марковитца заключается в том, что ожидаемые
доходность и риск от вложений в ту или иную бумагу можно количественно
измерить. Это первый постулат. При этом мерой доходности будет служить
математическое ожидание, а мерой риска – дисперсия некой случайной
величины, отражающей изменение доходности выбранного инструмента
инвестирования в будущем (таким образом, Марковитц поставил знак равенства
между дисперсией, волатильностью и риском). 1 Подразумевается, что будущие
значения матожидания, дисперсии и коэффициентов взаимных корреляций
доходностей финансовых инструментов должны хорошо предсказываться на
основе статистики их поведения в прошлом.
Далее, Марковитц показал, что, зная риск и доходность активов, из
которых формируется инвестиционный портфель, и, зная коэффициенты
корреляции между ними, можно определить общую доходность и риск
портфеля. Это второй постулат.
Кроме того, американский учёный установил, что при портфельном
инвестировании с помощью диверсификации можно уменьшить
несистематический риск (nonsystematic risk), то есть уникальный риск,
свойственный каждой конкретной бумаге; систематический же риск
(systematic risk), то есть риск падения рынка в целом, снизить нельзя. Это
третий постулат.
Гарри Марковитц полагал, что в общем случае инвестор стремиться
сформировать такой портфель П = {a1; a2; … an}, у которого бы доходность,
выражаемая матожиданием E была бы максимальной, а риск, выражаемый
дисперсией ?2 – минимальным. То есть необходимо найти такую комбинацию
из N активов {a1; a2; … an}, где аi – доля i-того актива в портфеле, при которой
соотношение E / ?2 давало бы максимум. Надо вам сказать, что математики
давно уже нашли способ решения подобных задач: Гарри Марковитц просто-
напросто свёл задачу формирования оптимального портфеля к задаче
квадратической оптимизации при линейных ограничениях. За свою работу
американский учёный получил Нобелевскую премию.

1
Под «волатильностью» или, как мы иногда говорим в России, «изменчивостью», западная
финансовая наука понимает размах колебаний (его то и отражает дисперсия, становящаяся,
таким образом, мерой волатильности). С моей точки зрения, такая трактовка волатильности
может рассматриваться как одна из возможных. Почему бы, например, не считать мерой
волатильности не дисперсию, а количество изменений направления движения цены за
определённый промежуток времени. На рынке «Инь», таким образом, волатильность была бы
максимальной, а на рынке «Янь» – минимальной. Связав волатильность, риск и дисперсию в
одно целое, Марковитц, как ему казалось, упростил задачу нахождения меры риска. На самом
деле эта задача так и не была решена; а поиск её решения на многие годы пошёл по ложному
пути.


173
Однако попытки применения алгоритма Марковитца на практике были
не совсем удачными. Активы, входящие в состав портфелей, сформированных в
соответствии с вышеуказанным алгоритмом, демонстрировали совершенно
непредсказуемое поведение. Очень часто вместо желанной прибыли инвесторы
получали убытки. Давайте попытаемся разобраться, почему это так.
Внимательно посмотрим на основные постулаты СПТ. И если второй и
третий у меня не вызывают вопросов, то в отношении первого я готов
поспорить. Начнём с того, что Марковитц сильно упростил задачу определения
будущей доходности того или иного финансового инструмента, сведя её к
нахождению матожидания, или, попросту говоря, к вычислению средней
величины за некоторый период времени в прошлом, например за год. Если бы
грамотный прогноз мог строиться так просто, то не было бы нужды заниматься
техническим и фундаментальным анализом рынка. Достаточно было бы взять
микрокалькулятор, ручку, лист бумаги и через десять минут прогноз был бы
готов.
Кроме того, выбор дисперсии в качестве меры риска обусловлен чисто
математическими соображениями. Дисперсия не может адекватно отражать
реальный риск инвестирования. Что такое риск? Как ранее мы уже говорили,
риск – это вероятность наступления неблагоприятного исхода событий в
будущем. Неблагоприятный исход событий для инвестора – это убыток. Как
определить вероятность наступления убытка в будущем? – Над этим вопросом
вот уже не один век бьются лучшие финансисты мира, и чёткого ответа пока не
найдено.

Рынок ценных бумаг – это такая система, которая
принципиально не может быть эффективно описана с помощью
статистики прошлых периодов.
Рынок постоянно преподносит нам сюрпризы. – Об этом я уже
неоднократно говорил в предыдущих главах. Дисперсия как статистический
показатель отражает размах колебаний конкретных значений некоторой
случайной величины относительно её средней в прошлом. Она показывает на
меру отклонения фактической доходности от ожидаемой как в сторону
увеличения (добавочная доходность), так и в сторону уменьшения
(недополученная прибыль, убыток). Так что с ролью, которую предназначил ей
Марковитц, дисперсия не справляется. Более того, чем больше я смотрю на
рынок, тем больше мне кажется, что риск будущих периодов … вообще не
может быть измерен, исходя из чисто математических соображений. Конечно,
это не означает, что прогноз не может звучать, скажем, таким образом: «Риск
получения убытка по данной акции составляет 30%». Я хочу сказать, что при
составлении прогноза надо рассматривать огромное количество факторов,
математически напрямую не выражающихся, в том числе, таких, как мнения
экспертов. А уже потом, путём интеграции всей имеющейся информации,
можно попытаться на языке математики сформулировать грамотный прогноз.
Таким образом, получается, что так называемый оптимальный портфель
по Марковитцу, на самом деле не является таковым. Более того, в такой
портфель могут быть включены бумаги с относительно низкой дисперсией (а,
следовательно, с относительно низким, по Марковитцу, риском), но на рынке
которых проходит латентная ЭКК. А в нашем понимании такие бумаги будут
очень и очень рискованными! – Вот почему во многих случаях составленный по


174
канонам СПТ инвестиционный портфель приносит своему владельцу вместо
желанной прибыли убытки вкупе с головной болью. Латентная ЭКК очень
хорошо маскируется, прикрываясь маленькой дисперсией.
Грамотно составленный инвестиционный портфель должен включать в
себя бумаги таких отраслей и компаний, которые слабо кореллируют между
собой. Если, скажем, мы включим в портфель акции “Ford” и “General Motors”,
то велика вероятность того, что наша диверсификация не приведёт к снижению
риска, так как эти акции очень часто двигаются синхронно. Бывает и так, что
хорошо диверсифицированный портфель даёт инвестору нулевую прибыль, так
как котировки активов, включённых в портфель, двигаются в противофазе в
рамках горизонтального тренда. Как говорится, куда ни кинь, всюду клин.
Почему так происходит? Если разобраться в сути проблемы
портфельного инвестирования, то можно увидеть, что снижение риска
происходит искусственно. Объединяя в рамках инвестиционного портфеля
ценные бумаги разных свойств и качеств, инвестор не получает настоящей,
подлинной интеграции. Рассмотрим реакцию окисления натрия хлором:

2Na + Cl2 = 2NaCl + t

В результате этой реакции из двух абсолютно разных веществ –
щелочного металла и химически активного газа образуется новое вещество –
хлорид натрия (поваренная соль) плюс в форме теплоты выделяется некоторое
количество энергии. Здесь мы видим подлинную интеграцию. Однако при
формировании портфеля такого не происходит: натрий остаётся натрием, а хлор
хлором, то есть какие-то конкретные акции и облигации как были таковыми до
объединения в портфель, такими и остаются после объединения.
Другое дело – объединение компаний. Недавно произошло слияние двух
мировых автомобилестроительных гигантов: “Daimler Benz” и “Chrysler”. В
результате акции и облигации новой компании “Daimler-Chrysler” приобрели
такие качества, которыми не обладали акции и облигации отдельно “Daimler
Benz” и отдельно “Chrysler” до объединения. Вот это и есть настоящая
интеграция. А при классическом портфельном инвестировании мы такой
интеграции не имеем. Ценные бумаги, включённые в портфель, напоминают
варваров под значками римского легиона.
Суммируя всё вышесказанное, можно отметить, что проблема
формирования оптимального портфеля остаётся открытой. Со своей стороны
могу предложить включать в портфель помимо облигаций, те акции, на рынке
которых происходит ИКК. Ведь во время интервенции крупного капитала и
последующего роста доходность инвестирования высока, а риск – низок. 1 И
наоборот, исключать из портфеля те акции, на рынке которых начинается ЭКК.
К таким выводам приводит нас новая теория вторичного рынка акций.




1
На этом нехитром примере, помимо всего прочего, мы видим, что не всегда высокая
доходность связана с высоким риском, как то утверждает современная западная финансовая
наука.


175
19.4 Типовые ошибки игрока
В процессе работы на рынке я заметил, что многие трейдеры, в том числе
и я сам, очень часто допускали повторяющиеся ошибки. Это называется
наступать несколько раз на одни и те же грабли. Ниже приведён краткий список
типовых ошибок игрока с комментариями:

Типовая ошибка 1: «Стоять против тренда» или «Играть в фазе
«Янь» по цене». Эта ошибка заключается в том, что игрок продаёт на сильном
восходящем тренде или покупает на сильном нисходящем тренде, полагая, что
цена сильно выросла (упала), и следовательно, через некоторое время она
развернётся обратно, что приведёт игрока к крупному выигрышу. Корень этой
ошибки, с одной стороны, лежит в области психологии, а с другой – в
непонимании сути процессов, происходящих на рынке. Сначала мы поговорим
о психологической составляющей. Некоторые игроки привыкли считать себя
гениями, а остальных участников торговли – дураками. Поэтому такие трейдеры
открывают позиции против рынка. Вспоминается изречение брокера ДИДИ: «Я
всегда шёл против коллектива». Вторая причина этой ошибки, как уже выше
было сказано, заключается в том, что игрок не понимает, что в фазе «Янь» цена
– это фантом, призрак, нечто несущественное, так быстро она меняется. Сегодня
она кажется высокой, а завтра – низкой. На фондовом рынке очень редко
наблюдается ситуация, когда в фазе «Янь» цена меняет вектор своего движения.
Поэтому любители играть против рынка в большинстве случаев проигрывают.

Типовая ошибка 2: «Покупать у верхней или продавать у нижней
границы коридора» или «Играть в фазе «Инь» по движению рынка». Суть
этой ошибки заключается в том, что в то время, когда рынок находится в фазе
«Инь», игрок ошибочно считает, что в ближайшее время должен начаться
сильный рывок цены. Это вынуждает его покупать, когда цена максимальна или
продавать, когда цена минимальна. В биржевом жаргоне даже существуют
специальные термины, для обозначения этой типовой ошибки – смотрите
значения терминов «Сесть на пилу» и «Сесть на двойную пилу» в словаре
русского биржевого жаргона, который помещён в приложениях.

Типовая ошибка 3: «Резкая смена рабочего плеча». Предположим,
например, что, покупая и продавая каждый раз по 1 000 акций, игрок три раза
выигрывает 10 пунктов на акцию (пусть цена 1 пункта равна 1 рублю).
Итоговый выигрыш от трёх таких операций составит 30 000 рублей. Допустим
далее, что наш торговец решил рискнуть и резко увеличил своё рабочее плечо –
с 1 000 до 5 000 акций, а затем вступил в неудачную сделку и проиграл на ней
также 10 пунктов. Итоговый убыток составит, таким образом, 30 000 –
50 000 = 20 000 р. Как мы видим, одно неправильное действие не только
уничтожило положительный эффект от трёх правильных, но и привело к
потерям.
Эту ошибку совершают не только начинающие, но и достаточно
опытные игроки. На этой ошибке «погорел» Герман из «Пиковой дамы»
Пушкина. Помните знаменитое изречение «тройка, семёрка, туз»? Играя в
«фараон» по рецепту старой графини, он сначала выиграл на тройке и семёрке,
но затем проигрался на тузе. На бирже мы очень часто наблюдаем тоже самое:
заработав на нескольких успешных сделках, игрок, резко увеличив масштаб


176
своего присутствия на рынке, в одной операции теряет всё, а то ещё и влезает в
долги.
Корень этой ошибки лежит с одной стороны, в области психологии: у
игрока начинается «головокружение от успехов» (вспоминается знаменитая
работа тов. Сталина). С другой стороны, торговца подводит пренебрежение
математикой. Эта наука говорит нам о том, что нельзя рисковать многим в
одной сделке. Так как же быть? Когда можно увеличивать рабочее плечо?
Могу порекомендовать начинающим игрокам придерживаться
следующего алгоритма. Пока вы не добились устойчивых положительных
результатов, не меняйте рабочее плечо: если играли одним контрактом, то и
продолжайте играть одним контрактом. Когда же у вас образовалась на счету
значительная прибыль, то можете плавно увеличить рабочее плечо. Однако, что
такое эта самая «значительная прибыль»? – По большому счёту эту величину
определяет каждый конкретный игрок сам для себя. Предположим, что, играя
одним контрактом, вы провели 50 успешных операций и 30 неуспешных,
выиграв 200 000.00 р., а проиграв 120 000.00 р. При этом максимальное
количество подряд проведённых неуспешных операций равно 5. Прибыль,
составила, таким образом, 80 000.00 р., а средний размер
выигрыша / проигрыша на одну операцию равен 4 000.00 р. Предположим, что
вы увеличиваете рабочее плечо до двух контрактов. Если ваша игра будет
протекать примерно с той же результативностью, что и раньше, то за одну
неуспешную операцию вы проиграете 8 000.00 р. За 5 подряд проведённых
неуспешных операций вы проиграете 40 000.00 р. – половину от ранее
заработанной прибыли. Вы согласны на такой вариант? Решать вам. – В любом
случае увеличение рабочего плеча не должно существенно влиять на состояние
вашего игрового счёта.
Следует также заметить, что, помимо всего прочего, резкое увеличение
плеча может вывести игрока из состояния эмоционального равновесия. Об этом
говорит короткая древнекитайская притча:

«Мастер игры со ставкой на черепицу станет волноваться при игре на
серебряную застежку и потеряет рассудок при игре на золото. Искусство одно и то же,
но стоит появиться ценному, и внимание перейдет на внешнее. Внимание же к
внешнему всегда притупляет внимание к внутреннему». 1

Иногда, правда, резкое увеличение рабочего плеча помогает игроку
отыграться: допустим, он проиграл в трёх сделках 30 000.00 р., однако, затем
увеличил рабочее плечо, и выиграл 50 000.00 р. Но в этом случае у трейдера
может создаться преувеличенное мнение о своих аналитических способностях:
ведь он ошибся в анализе рынка три раза, а принял правильное решение только
один раз! Я считаю, что:

NB. Содержимое игрового счёта должно находится в функциональной
зависимости от результатов анализа рынка, а не от постоянно меняющегося
игрового плеча.

Игрок должен чётко и ясно видеть результат своей аналитической
работы. Состояние его счёта должно показывать ему, что он стоит, прежде

1
Дао: гармония мира. – М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999. – 864 с.


177
всего, как аналитик; насколько он понимает и чувствует рынок. В противном
случае недалеко и до беды – самоуспокоенность ведёт к проигрышу.

Типовая ошибка 4: «Произвольная смена временного масштаба
игры». Пусть игрок ожидает момента для открытия долговременной позиции на
покупку; он хочет поймать начало нового восходящего тренда. Допустим далее,
что он совершил эту заранее спланированную операцию. Но потом, вдруг, через
сравнительно короткий промежуток времени спекулянт испугался отката
котировок вниз и закрыл эти позиции. А после этого рынок начал расти, и наш
незадачливый торговец побоялся покупать на растущем рынке. В результате
имеем упущенную прибыль. В данном варианте ошибка игрока состояла в том,
что он купив, что называется «в долгую», поддался на провокацию –
незначительное движение рынка во внутридневном масштабе выбило его из
колеи. Возможен и другой вариант. Трейдер решил сыграть на повышение
внутри дня на падающем рынке и твёрдо для себя установил, что если цена
сильно отклониться от уровня его первоначальной покупки, то он, невзирая на
ущерб, закроет убыточную позицию. Игрок покупает, затем видит, что рынок
продолжает идти вниз. Но вместо того, чтобы поступить по плану и прекратить
потери, наш герой внезапно решает, что эти покупки – стратегические и он
будет стоять, что называется, до упора. Комментарии здесь, по-моему, излишни.
Эта ошибка возникает от того, что перед началом игры торговец чётко не
зафиксировал временной масштаб своей игры – то ли он консервативный
инвестор, то ли бесшабашный скальпер.

Типовая ошибка 5: «Построение «пирамиды»». Допустим, рынок
пошёл против спекулянта, открывшего 1 контракт на покупку. Вместо того
чтобы ликвидировать убыток или, по крайней мере, ничего не предпринимая
ещё раз проверить свои аналитические выкладки, игрок решает удвоить
проигранную позицию, докупив по более низкой цене ещё 2 контракта,
уменьшив, таким образом, среднюю цену покупки. Если рынок и дальше идёт
против спекулянта, то он через определённый ценовой интервал покупает уже 4
(или 3, или 6, или …) контракта(-ов), надеясь при обратном движении отыграть
своё и выйти в плюс. Несмотря на то, что у такого метода игры очень много
сторонников, по моему мнению, нет на рынке более вредного и опасного
алгоритма торговли, чем «пирамида». Во-первых, игрок очень сильно рискует –
если он попадает на сильный и продолжительный тренд, то у него есть все
шансы проиграться в пух и прах (особенно опасно строить «пирамиду» на
фьючерсах – ведь в случае, если игрок встал против тенденции, с него каждый
день списывают вариационную маржу). Во-вторых, спекулянт вырывает сам
себя из прогностического поля, концентрируясь на своих увеличивающихся раз
за разом ставках. В третьих, на время построения «пирамиды», трейдер
самоустраняется от игры, упуская возможность выгодно купить и продать. В
четвёртых, даже если на его счету остаётся достаточно денег, спекулянт
оказывается вне игры, если рынок, перейдя на новый, более низкий уровень, не
стал двигаться обратно. Владеющий купленными по дорогой цене акциями,
строитель «пирамиды» может реализовать свои активы по очень низкой,
убыточной для него цене. А если ему внезапно понадобятся деньги, например,
срочно необходимо возвращать кредит? Я также встречал игроков, которые
добавляли не к убыточным, а к выигрышным позициям. Иногда такая тактика
бывает допустима. Однако если и здесь мы будем увеличивать количество


178
акций или контрактов в арифметической (геометрической) прогрессии, то мы
рискуем потерять всё при откате, так как средняя цена покупки будет возрастать
очень сильно, приближаясь к текущей рыночной цене. Смотрите также значение
термина «Пирамида» в словаре русского биржевого жаргона.

Типовая ошибка 6: «Передержка убыточных позиций и
преждевременное фиксирование прибыли». Эта ошибка характерна для
начинающих игроков. На Западе про таких говорят, что они путают “stop loss”
(прекращение потерь) и “take profit” (фиксирование прибыли). Причина этого
кроется в эмоциональной неуравновешенности участника торговли, отсутствии
опыта. Теряя голову от счастья, такой спекулянт стремится как можно скорее
закрыть выигрышную позицию, дабы доставить себе парочку приятных минут –
увидеть на своём счету несколько лишних цифр. Он же, минуту спустя, может
безучастно наблюдать, как нисходящее движение котировок уничтожает
прибыль от предыдущих операций – у него не хватает мужества вовремя
ликвидировать убыточную позицию. В результате наш герой закрывается, как
правило, на самом дне. Что самое обидное в данном случае, так это то, что
начинающий игрок 1 раз угадал, куда пойдёт цена, 1 раз не угадал, а в
результате всё равно в минусе.

Типовая ошибка 7: «Передержка выигрышных позиций».
Передержать можно не только проигрышную, но и выигрышную позицию. До
тех пор, пока например, восходящий тренд не смениться на нисходящий, и всё
вернётся на круги своя. Иногда игроки не закрываются потому, что, по их
мнению, рынок не достиг требуемого уровня доходности. Но ведь требуемого
уровня доходности можно ждать вечно, так как с ростом продолжительности
операции доходность падает! Игроков, передерживающих выигрышные
позиции, называют на бирже «Кабанами» (см. словарь русского биржевого
жаргона).

Типовая ошибка 8: «Торговая гиперактивность». Иногда игрок,
наоборот, не желая оставаться безучастным свидетелем происходящего на
торговой площадке, с головой окунается в торговлю, пытаясь поймать каждое
мало-мальски значимое движение рынка. Тогда о нём говорят, что он много
«ворочается». Это и есть торговая гиперактивность. Даже если по результатам
такой игры спекулянт оказывается в выигрыше, надолго его не хватит –
вспомним цитату из «Дао де дзина»: «Ни небо, ни земля не могут действовать
бесконечно, тем более слабый человек».

Типовая ошибка 9: «Потеря универсализма». Порой какая-то
логистика игрового поведения настолько завладевает человеком, что она, как
писал Андрей Платонов « … входит в его ум и там останавливается». Спекулянт
теряет универсализм, оказываясь в плену одной единственной идеи. Мне
довелось встречать игроков, которые, например, просто не могли открывать
позиции на покупку, – они считали, что рынок должен падать несмотря ни на
что. Любое движение цены вызывало у них радость. Если котировки падали, то
они улыбались – как же, наш прогноз оправдывается, а если росли, то они тоже
не горевали и готовы были пуститься в пляс от счастья – это же прекрасная
возможность дорого продать! Сами себя они называли «грамотные медведи».
Своих идейных оппонентов, постоянно покупавших, они называли «тупые


179
бычары» (см. словарь русского биржевого жаргона). На своём АРМе в
операционном зале РБ они вывесили плакат, на котором был изображён
перевёрнутый бык в прицеле. Плакат украшала надпись «Kill the БЫК».
Кажется, это произведение искусства выглядело так (см. рис. 390):




Рис. 390 Плакат «грамотных медведей»

Вспоминается также небольшой монолог, который однажды произнёс
брокер СТАР:

«Константин, я всё понял. Сначала нужно разобраться в себе. Во-первых, по
восточному гороскопу я Коза. А по западному – Козерог. Во мне сильно козье начало.
Во-вторых, я часто пью коньяк не потому, что я алкоголик, а потому, что моему
организму не хватает дубильных веществ. А в-третьих, я понял, что я – «медведь». Я
чисто психологически не могу играть от покупки».

Игрок, записавшийся в «быки» или в «медведи», теряет универсализм, а
вместе с ним, способность гибко реагировать на рыночные изменения, что ведёт
в лучшем случае либо к уменьшению прибыли, а в худшем – к увеличению
убытков.


19.5 Как надо играть?
Совершенно очевидно, что носиться по биржевому океану без руля и
ветрил для серьёзного игрока недопустимо. Ему нужна детально разработанная
и опробированная на практике игровая система. Каждый опытный игрок имеет
свою оригинальную игровую систему. В своё время меня привлекла знаменитая
«Система трёх экранов» А. Элдера, использующая методы традиционного
западного технического анализа. Дадим её краткое описание.
Прежде чем приступить к активным операциям, игрок, по Элдеру,
выбирает финансовый инструмент и масштаб игры. Затем он анализирует с
помощью указателей тренда график более высокого масштаба (на первом
экране) и пытается на нём найти тенденцию. После этого игрок возвращается в


180
основной масштаб (второй экран) и ждёт внутри него откат, дающий хорошую
возможность для вступления в игру. В этом ему помогают
короткопериодические осцилляторы. Если такой благоприятный момент настал,
то трейдер переходит в более низкий масштаб (экран номер три), пытаясь
отыскать наиболее выгодную точку вхождения в игру. Затем на рынке
размещается заказ и, исходя из особенностей графика основного масштаба
устанавливается уровень защитного стоп-приказа, прекращающего потери в
случае, если цена двинется не в направлении занятой позиции. В случае если
котировки двигаются в нужную сторону, допустимо добавлять контракты к
первоначальному размещённому объёму. При этом уровень стоп-приказа
отодвигается в направлении тенденции. Сначала игрок старается выйти на
нулевой уровень рентабельности, а в случае длительного тренда уже и на
положительный. «Система трёх экранов» подразумевает также и жёсткие
ограничения, касающиеся количества вновь открываемых позиций. Объём
первоначально размещённого заказа должен быть таким, чтобы в случае
вынужденного выхода из игры по стоп-приказу, убыток не превышал двух
процентов от суммы на счету торговца (эту величину рекомендует сам автор
методики утверждая, кроме всего прочего, что опытные игроки не позволяют
себе и такой минимальной роскоши – они обычно ограничиваются одним-
полутора процентами). Здесь мы можем наблюдать интересную особенность
разбираемого алгоритма – особенности графика и величина счёта жёстко
детерминируют рабочее плечо, которое, несмотря на это, может меняться по
ходу игры. Здесь это изменение допустимо. Закрытие позиций инициируется в
момент смены тренда в самом высоком масштабе. После этого трейдер ожидает
новых возможностей вступить в игру. Необходимо также отметить, что игрок
может совершать операции и в случае, если на рынке имеет место ценовой
коридор.
«Система трёх экранов» – эффективный игровой алгоритм. Он
формализует логистики поведения спекулянта на рынке, позволяя человеку
сосредоточится на грамотном анализе и прогнозе, давая чёткие рекомендации
также и по используемому прогностическому инструментарию. При этом
деньги зарабатываются как бы сами собой. Рационально зерно, заложенное в
описываемой методике, состоит ещё и вот в чём. Потери моментально
пресекаются – убытки, таким образом, минимизируются. Прибыль, наоборот
максимизируется – игрок как можно дольше держит выигрышные позиции,
добавляя к ним по мере возможностей новые. За счёт этого, даже если вы даёте
грамотный прогноз в 50% случаев, а в 50% ошибаетесь, содержимое вашего
кошелька неуклонно растёт. А благодаря жёсткому контролю за убытком от
одной сделки, даже длительная череда неудач не в силах нанести непоправимый
ущерб вашему счёту. Работая по «системе трёх экранов» игрок может
практически неограниченное время оставаться на рынке, совершенствуя своё
мастерство.
Со своей стороны могу предложить игрокам следующую систему игры,
которая вобрала в себя, с одной стороны, мои собственные мысли и идеи (в том
числе, касающиеся новой концепции анализа вторичного рынка акций), а с
другой стороны, опыт и наработки других игроков. Сразу оговоримся, что речь
пойдёт об игре на рынке акций.
В самом начале мы должны определиться с масштабом игры. При игре в
большом масштабе игрок держит открытую позицию в течение относительно
долгого времени. При игре в мелком масштабе игрок держит открытую


181
позицию в течение относительно короткого временного промежутка. Можно
выделить игру в трёх основных масштабах:

• в крупном;
• в среднем;
• в мелком (игра внутри дня или скальпирование).

Давайте последовательно рассмотрим игру в этих трёх масштабах.
Следует иметь ввиду, что, чисто теоретически, игрок может играть во всех трёх
масштабах одновременно. Однако гораздо более рационально сосредоточиться
на игре в каком-то одном масштабе (максимум в двух).

Игра в крупном масштабе. Это такая игра, при которой трейдер
копирует действия крупных спекулянтов, которые, в свою очередь, с помощью
интервенций и эвакуаций формируют общее направление ценовой динамики
рынка. Помните, в самом конце пятнадцатой главы я писал, о том, что может
быть для того, чтобы «выйти за флажки», мелкому спекулянту надо сыграть
вместе с крупным? Так вот, речь здесь идёт именно об этом. Трейдер
отслеживает с помощью технического анализа активность крупных игроков, и
при начале ИКК покупает, а при начале ЭКК продаёт пакет акций. Его цель –
поймать глобальный восходящий тренд. Если вы посмотрите на рис. 367, где
изображёна динамика индекса РТС, то увидите, что восходящие тренды на
отечественном рынке длятся в среднем от двух-трёх до шести-восьми месяцев.
Это и есть время, в течение которого игрок должен держать открытую позицию.
Следовательно, трейдер, играющий в самом крупном масштабе, должен, не
отвлекаясь на мелкие колебания цены, заработать на глобальном росте. В
период которого он должен просто пребывать в недеянии (как говорят китайцы,
в состоянии «у-вэй» 1). Таким образом …

NB. Деньги на рынке делаются ничегонеделанием.
К этому выводу я пришёл не сразу. Раньше в тексте книги я писал, что
для того, чтобы заработать даже одну тысячу долларов, нужны огромные
усилия. На каком-то уровне развития игрока это действительно так. Но со
временем трейдер начинает понимать, что чем меньше он суетится, тем больше
он выигрывает. Позволю себе привести несколько изречений Лао Цзы из «Дао
дэ цзина»:

«Лучше ничего не делать, чем стремиться к тому, чтобы что-либо наполнить»;
«Дао постоянно осуществляет недеяние, однако нет ничего такого, что бы оно
не делало»;
«Нет ничего такого, что бы не делало недеяние. Поэтому овладение
Поднебесной всегда осуществляется посредством недеяния. Кто действует, не в
состоянии овладеть Поднебесной». 2



1
Недеяние («у-вэй»), важнейшая категория в учении Лао Цзы. Это: 1) внутренняя тишина или
покой, который является условием постижения Дао; 2) избегание суеты, ненужных действий и
переживаний в повседневной жизни.
2
Дао: гармония мира. – М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999.


182
При игре в крупном масштабе допускается покупать акции на все деньги,
так как из материалов Главы 15 мы знаем, что инвестиции на рынок, где
происходит ИКК, имеют максимальную доходность при минимальном риске.
Продавать надо либо в случае начала ЭКК, либо в случае наступления какого-то
неожиданного отрицательного трендообразующего события. Кроме того, в
рамках рассматриваемого сценария, играть на понижение категорически
запрещается.

Игра в среднем масштабе. В этом случае игрок стремится подражать
средним спекулянтам, которые ловят тренды продолжительностью от двух-трёх
до восьми-десяти дней. Такие среднесрочные тренды являются составной
частью более крупных трендов, рассмотренных выше (вспомним утверждения
некоторых специалистов о том, что график рыночных цен – это фрактал …).
При игре в среднем масштабе игрок открывается в направлении
господствующего тренда и закрывается в локальном экстремуме. Например, на
нисходящем тренде продаёт в локальном максимуме у линии сопротивления, а
откупает ранее проданные контракты в локальном минимуме у линии
поддержки. Играть против тренда запрещается. Даже если акции упали с 5.00 р.
до 50 коп., покупать не надо. Видите ли, рынок может грохнуться и с такого
низкого уровня. Если он припадёт с 0.50 р. до 0.40 р. то в масштабе цен от
0.00 р. до 5.00 р. это падение всего лишь на 2%. Но в масштабе от 0.00 р. до
0.50 р. это уже 20%. Но игрок то купил акции по 0.50 р.! – Вот и получается, что
риск падения присутствует на любых ценовых уровнях.
На восходящем тренде, нельзя, к примеру, в локальном максимуме
открывать короткую продажу, так как очень часто линии поддержки и
сопротивления пробиваются именно в направлении главного тренда. На ярко
выраженном рынке «Янь» нужно играть по движению, а на ярко выраженном
рынке «Инь» (в горизонтальном коридоре, например) – по цене.
Игра в среднем масштабе несколько отличается от игры в крупном.
Основное отличие состоит в том, что игрок не открывается на все деньги и
использует стоп-приказы. Эти два вопроса тесно взаимосвязаны между собой, и
мы рассмотрим их в комплексе. Допустим, на рынке акций РАО «ЕЭС России»
слабый восходящий тренд (см. рис. 391):

Акции РАО «ЕЭС России»
график типа «интрадэй»
4.40 р.
4.30 р.
4.20 р.
4.10 р.
4.00 р.
09.12 10.12 11.12 12.12

Рис. 391 Игра в среднем масштабе на рынке акций. Покупка в локальном минимуме на
восходящем тренде

У игрока на счёте 100 000.00 р. Он решает купить по 4.23 р., в точке,
обозначенной маленьким кружком. Сразу же возникает два вопроса: 1) Сколько
контрактов купить? 2) Где разместить стоп-заявку? Если игрок разместит стоп-
заявку слишком близко, допустим, на уровне 4.20 р., то велика вероятность



183
того, что незначительное случайное колебание цены её активирует, и игрок
вместо выгодной позиции получит убыток в 0.03 р. из расчёта на одну акцию
(комиссией в данном случае мы пренебрегаем). Значит, «стоп» надо отодвинуть
вниз. Куда? Наверное, до уровня предыдущего минимума – до 4.10 р. Но многие
профессионалы зная, что любители расставляют стоп-заявки именно так,
специально раскачивают цены, чтобы сорвать «стопы» клиентов и заработать на
этом. Следовательно, стоп-заявку надо отодвинуть ещё ниже, скажем, на
уровень 4.05 р. Но в этом случае убыток по «стопу» будет равен 0.18 р., а
возможная прибыль при достижении ценой верхней границы коридора – уровня
4.50 р. – будет равна 0.27 р. Но нам нужно добиться того, чтобы возможная
прибыль превышала бы возможный убыток минимум в два раза (так советуют
профессионалы). – Вообще говоря, о выставлении стоп-заявок можно написать
отдельную книгу. Предположим, что мы поставили «стоп» на уровне 4.13 р.
Сразу же возникает вопрос: «Сколько контрактов надо купить»? На этот вопрос
нельзя дать прямой ответ. Сначала надо решить, какой долей из имеющихся у
нас 100 000.00 р. мы готовы рискнуть в одной сделке. Элдер советует рисковать
в одной сделке не более 2% капитала. Следовательно, в этом случае, мы готовы
потерять на закрытии по стоп-заявке 2 000.00 р. Если в одном контракте 100
акций, и на одну акцию мы теряем 4.23 р. – 4.13 р. = 0.10 р., то мы можем
позволить себе купить:

2 000.00 р. / 0.10 р. / 100 акций = 200 контрактов.

Вообще говоря, уровень риска в одной сделке определяет каждый игрок
сам для себя. Рекомендуется в течение долгого времени его не менять, так как
от этого зависит величина рабочего плеча (см. типовую ошибку 3). Известные
игроки говорят, что не нужно расстраиваться, если вы закрылись по «стопу».
Льюис Борселино, например, утверждает, что цель игрока – проводить хорошо
исполненные сделки, а не делать Х долларов на каждой сделке.

NB. Хорошо исполненной может быть даже убыточная сделка, но в
случае, если этот убыток получен при закрытии по стоп-заявке.

В свете вышесказанного стоп-заявку можно рассматривать как
миниатюрный сценарий, связанный с попыткой избежать суеты, неизбежно
возникающей при принятии решения в обстановке неопределённости.
Игрок может торговать в среднем масштабе систематически (постоянно
присутствуя на рынке) и дискретно (выходя на него время от времени). Свои
потери надо ограничивать. Если, скажем, игрок за неделю проиграл 20 000.00 р.
из своих 100 000.00 р., то ему лучше взять тайм-аут и отдохнуть.

Игра внутри дня (скальпирование). Об этой торговой тактике я уже
много писал в Главе 9. Да, при умелом применении она может принести
трейдеру большую прибыль. Один мой знакомый, брокер ВОВА, скальпируя на
ваучерах, заработал себе на квартиру. И это без мониторов, без теханализа, и без
подписки на информационные бюллетени! Однако лично я отношусь к
скальпированию отрицательно, несмотря, правда, на то, что поначалу, придя на
рынок, очень любил скальпировать.
Понимаете, многие игроки заражены болезнью торопливости. Сейчас
ритм жизни стремительный. Следовательно, такие торговцы не могут позволить


184
себе долго сидеть без движения. Им кажется, что деньги должны работать. Это
вынуждает их скальпировать. И при этом они совершают типовую ошибку 8:
торговая гиперактивность приводит к потерям. У игрока не остаётся времени на
анализ. Он постоянно получает удары из другого масштаба. Пропускает
глобальные тренды. Теряет «чувство времени». Очень часто скальпер
оказывается неспособным распределить силы на весь день и выдыхается в
первые полчаса. Добавьте к этому информационную перегрузку плюс желание
некоторых игроков поторговать и ночью, вместе с заокеанскими коллегами
(кстати говоря, здесь возникает новый термин – «торговая ночь»).
Даосские философы говорили, что рецепты управления Поднебесной,
предлагаемые конфуцианцами, не годятся потому, что они деятельны.
Скальпирование – это деятельный рецепт зарабатывания денег, который, в
конце концов, может привести к печальному концу. Лао Цзы сказал: «Быстрая
езда и охота волнуют сердце». Как только, уважаемый читатель, игрок начинает
волноваться, он начинает проигрывать. Поверьте моему опыту.


19.6 Когда на рынке играет фирма …
В предыдущих параграфах мы рассмотрели вопросы, касающиеся игры
на рынке вообще. Подразумевалось, что наш игрок является физическим лицом.
А что если на рынке торгует лицо юридическое – инвестиционная комапния?
Или, скажем, брокерская контора играет на свои деньги? Или, например,
фондовый отдел банка занимается размещением на рынке временно свободных
денежных средств? Давайте рассмотрим специфические проблемы,
возникающие в этих случаях. Предположим, что мы имеем дело с некоторой
фирмой, которая играет на рынке ценных бумаг.
Система управления такой фирмы должна выполнять следующие
основополагающие, базовые функции (задачи):

• выработка решений;
• принятие решений;
• выполнение решений;
• учёт и документальное оформление операций;
• анализ и оптимизация деятельности;

При этом целевой функцией системы является получение максимальной
прибыли за отчётный промежуток времени в рамках единой инвестиционной
политики. Остановимся поподробнее на каждом пункте.
Выработка решений – как показывает опыт, именно эта задача является
наиболее важной. От того, какие конкретные рекомендации по оперативному
управлению активами будут рассмотрены, в конечном итоге зависит результат
деятельности компании на рынке;
Принятие решений – принятие решения подразумевает и
последующую ответственность для лица (лиц), принявших управленческое
решение;
Выполнение решений – чисто техническая функция, заключающаяся в
претворении в жизнь ранее принятого решения об операции;
Учёт и документальное оформление операций – эта функция также
носит сугубо формальный характер, однако, в российских условиях она подчас


185
приобретает первостепенную важность из-за несовершенства отечественного
законодательства в целом, а особенно той его части, которая касается налогов.
Анализ и оптимизация деятельности – последняя, ключевая функция.
Обеспечивает обратную связь всего управленческого процесса. Основное
предназначение анализа и оптимизации состоит в том, чтобы исключить из
алгоритма принятия решений убыточные, некорректные логистики, а из
множества прибыльных, правильных, выбрать наиболее эффективные.
Естественно, что все вышеперечисленные функции связаны друг с
другом. Схематически эту взаимосвязь можно изобразить следующим образом
(см. рис. 392):


Ключевые
Выработка решений
функции

Анализ и оптимизация
Принятие решений




Технические
Выполнение решений
функции
Учёт




Рис. 392 Основные функции, выполняемые системой управления фирмы, играющей на
фондовом рынке

Как мы видим, рисунок делится горизонтальной линией на две части. В
верхней части находятся наиболее важные, ключевые функции (они выделены
курсивом), а в нижней – менее значимые, носящие чисто технический характер.
Надеюсь, что уважаемый читатель заметил, что здесь мы не рассматриваем
такую важную задачу, как работа с клиентами, ибо этот вопрос достаточно
подробно освещён в Главе 14.
Итак, все вышеперечисленные задачи должны выполняться, в противном
случае процесс управления перестаёт быть эффективным, либо прекращается
как таковой. В реальной управленческой системе ту или иную задачу выполняет
соответствующее подразделение или конкретный исполнитель. Таким образом,
мы вплотную подошли к структуре нашей гипотетической фирмы. Она состоит
из следующих элементов:

• руководитель;
• трейдерский отдел;
• бухгалтерия;
• отдел компьютерного и технического обеспечения;
• юридический отдел.

Ради простоты и краткости я не стал рассматривать такие структурные
подразделения, как секретариат, автотранспортный отдел и им подобные, ибо


186
роль их – чисто вспомогательного характера и не оказывает существенного
влияния на общий ход процесса управления. Дадим более подробное описание
упомянутых выше структурных элементов:

• руководитель – является лицом, принимающим управленческие
решения и несущим всю полноту ответственности за результаты
деятельности компании;
• специалисты трейдерского отдела – лица, подчинённые
руководителю и определённым образом им организуемые для
выполнения тех или иных конкретных игровых задач. Хорошо
разбираются в той или иной предметной области;
• Главный бухгалтер и бухгалтерия – основная задача – учёт
результатов работы инвестиционной компании и документарное
оформление сделок;
• Отдел компьютерного и технического обеспечения (отдел КиТО)
– выполняет очень важную работу – поддерживает процесс
информационного обмена между звеньями системы управления;
• Главный юрист и юридический отдел – подвергают правовой
экспертизе все принимаемые решения. В наших условиях роль
главного юриста и юридического отдела чрезвычайно высока.

После того как мы разобрались со структурой, можно нарисовать схему
процесса управления, проследив, каким образом каждое подразделение
выполняет во взаимодействии с другими отделами свои функции для
достижения главной задачи – получения максимальной прибыли от операций на
фондовом рынке. Сразу оговоримся, что речь пойдёт о некой идеальной схеме
процесса управления, к которой мы все должны стремиться. Естественно, по
этому поводу могут возникнуть вполне законные возражения типа: а является
ли такой подход оптимальным, единственно правильным? Насколько полон
набор управленческих задач? И нужно ли нам слепо копировать этот
начертанный лишь на бумаге алгоритм – может быть не стоит вообще
рассматривать предлагаемый вариант?
Что ж, вопросы вполне правомерны. И если по этому поводу может
вспыхнуть дискуссия, то мы должны всячески это приветствовать. Так что,
уважаемый читатель, прошу вас рассматривать всё нижесказанное не как догму,
даже не как руководство к действию, а как основание для последующего
обсуждения. Итак, перед вами идеализированная схема процесса управления
фирмой, играющей на фондовом рынке (см. рис. 393).
Опишем представленный алгоритм поподробнее. Начнём, что
называется, с самого верха. Руководитель в данной схеме является лицом,
принимающим управленческие решения. Именно от него зависит – какие
конкретно ценные бумаги купить, какие продать и т.д. Он же несёт
материальную ответственность за те денежные средства, которыми оперирует
компания. Таким образом, вся полнота власти и вся полнота ответственности
лежит именно на нем. Кроме того, руководитель определённым образом
организует специалистов и предоставляет им необходимые средства и
полномочия для выработки решений. Образуется экспертный совет, который,
используя совокупный опыт и коллективный ум специалистов-экспертов,
готовит конкретные предложения руководителю по операциям на фондовом
рынке в рамках единой политики.


187
Руководитель Главная
Принятие решений
подсистема

Экспертный совет – специалисты
Специалист – брокер
Выработка решений
Выполнение решений
Анализ и оптимизация



Главный бухгалтер и бухгалтерия
Учёт и документальное оформление операций




Начальник отдела компьютерного и технического обеспечения
Отдел КиТО


Главный юрист
Вспомогательная
Юридический отдел
подсистема




Рис. 393 Идеализированная схема процесса управления фирмой, играющей на
фондовом рынке

При выработке этих предложений, экспертный совет в обязательном
порядке учитывает допущенные ранее ошибки, и стремиться впредь их не
повторять, – таким образом, анализ оперативной деятельности фирмы в
прошлом становится неотъемлемым атрибутом работы компании в настоящем.
Образуется обратная связь – «становой хребет» управленческого процесса.
После того, как руководитель принимает какое-то конкретное управленческое
решение, выработанное экспертным советом, специалист-брокер выполняет его.
Затем эта операция отражается в бухгалтерии и при необходимости
документарно оформляется. И, наконец, совокупные данные об операциях на
фондовом рынке поступают в совет экспертов, который использует эту
информацию в процессе выработки новых решений.
Юридический отдел обеспечивает правовую корректность принимаемых
решений в тесном взаимодействии с экспертами и руководителем. Отдел
компьютерного и технического обеспечения (КиТО) предоставляет в
распоряжение всех звеньев управленческой цепочки необходимые средства
(компьютеры, факсы, удалённые торговые терминалы и т.п.), причём за счёт
комплексного использования этой техники в рамках локальной вычислительной
сети (ЛВС) можно получать значительный экономический эффект.
Вычислительная техника поможет также решить проблему организации
документооборота внутри компании. В процессе каждодневной работы мы не



188
будем плодить многочисленные копии одного и того же документа –
дублирование информационных потоков исключено. Все эти меры
способствуют снижению управленческих накладных расходов, что в наше
время немаловажно.
Итак, цикл управления завершился. Идеализированная система работает,
обратная связь функционирует. А теперь, бросив последний взгляд на идеал,
опустимся на грешную землю и посмотрим, а как у нас обстоят дела
фактически? Принятая в большинстве российских компаний схема управления
инвестициями на фондовых рынках несколько отличается от идеальной, причём
не в лучшую сторону. Почему? Дело в том, что наш алгоритм создавался в
спешном, авральном порядке и, по сути, представляет из себя плод
неосознанной, почти что рефлексивной реакции человеческой натуры на
экстраординарные требования текущего момента, выражающиеся следующим
императивом: необходимо в короткий срок создать работоспособную структуру
управления, которая способна была бы выполнять основные функции.
Оптимизация такой структуры – дело десятое.
Постепенно инвестиционная деятельность набирала обороты, масштабы
и интенсивность операций возрастали, цена каждой ошибки также
увеличивалась. Необходимо было как-то перестраивать структуру фирмы, на
что уходило огромное количество времени, усилий и денег.

NB. Постоянная перестройка оргструктуры – беда стихийно
складывающейся системы управления.

Конечно же, лучше было бы делать всё по уму с самого начала. Но кто
тогда знал как конкретно это надо делать? В поисках путей повышения
эффективности работы отечественные предприниматели обращали внимание на
много факторов – системы анализа и прогнозирования рынков, алгоритмы
хеджирования, качественный и количественный состав компьютерного
обеспечения, персоналии работников, наконец. Подтягивая эти компоненты до
некоторого, вполне приличного уровня, руководители совершенно не
затрагивали сам процесс управления, а посему многие благие начинания на
ниве биржевого дела не давали того эффекта, на который надеялись
организаторы всего процесса. Причина неудач заключается в том, что
необходимо было оптимизировать все стороны инвестиционной деятельности в
комплексе. Только тогда все усилия дали бы отдачу.
Поясню свою мысль. Во время Великой Отечественной войны в СССР
приобрела окончательные очертания так называемая командно-
административная система управления экономикой. Такое построение было
вызвано чрезвычайными требованиями – всё для фронта, всё для победы.
Централизованная система была очень эффективна в военное время и благодаря
ей наша страна добилась победы. Однако эта структура, ориентированная на
масштабный, конвейерный выпуск промышленной продукции, оказалась
неспособной поспевать за непрерывно меняющимися потребностями населения
в мирный период. Руководящие органы КПСС и Советского правительства не
приложили даже минимума усилий для её реформы. Вместо этого они плодили
всё новые и новые министерства и главки, составляли «научно обоснованные»
пятилетние планы и т.д. Финал всем известен: коммунистическая империя
погибла у нас на глазах.



189
Мировой опыт однозначно говорит нам: во-первых, любая система
управления должна модифицироваться с учётом требований времени, а во-
вторых, она должна быть таким образом сконструирована, чтобы легко
поддаваться перестройке и оптимизации.
Итак, перейдём к обзору реальной системы управления (см. рис. 394):



Главная
Руководитель
подсистема
Выработка решений
Принятие решений
Анализ и оптимизация




Специалисты – менеджеры по направлениям
Выработка решений
Принятие решений
Выполнение решений
Анализ и оптимизация




Главный бухгалтер и бухгалтерия
Учёт и документальное оформление операций


Начальник бэк-оффиса и бэк-оффис
Учёт и документальное оформление операций




Начальник отдела компьютерного и технического обеспечения
Отдел КиТО


Вспомогательная
Главный юрист
подсистема
Юридический отдел




Рис. 394 Реальная схема процесса управления фирмой, играющей на фондовом рынке

В отличие от идеального варианта, руководитель в данном случае несёт
на себе тяжкое бремя выработки, принятия решений, а также их последующей
оптимизации. Пытаясь разгрузить самого себя, он перекладывает часть своих
функций на плечи специалистов, которые являются менеджерами по каким-то
конкретным направлениям. При этом руководитель делегирует им необходимые
полномочия, вплоть до самостоятельного принятия управленческих решений.


190
Соответственно возрастает и личная ответственность таких подчинённых
работников. Функция учёта и документального оформления операций в
описываемой схеме распределена между двумя структурными подразделениями
– бухгалтерией и бэк-оффисом. Что же касается юридического отдела и отдела
КиТО, то их задачи и положение идентичны их задачам и положению в
идеальной схеме – они образуют вспомогательную подсистему.
На первый взгляд всё логично и придраться вроде бы не к чему. Однако
вышеприведённая структура управления имеет существенные недостатки. Их
причина – распыление функций по различным подразделениям. Начнём поиск
недостатков с самого верха. Распределив задачи выработки, принятия,
выполнения и оптимизации решений между специалистами, руководитель
упустил самое главное – вся деятельность этих специалистов должна быть
скоординирована для достижения основной целевой функции – получения
максимальной прибыли в рамках единой политики. А наши менеджеры,
наделённые обширными полномочиями действуют зачастую абсолютно
автономно, заботясь, прежде всего, о том, как бы не провалить свой участок
работы. Коллективный ум специалистов не используется, порой конкретный
исполнитель даже не знает с кем ему посоветоваться, а анализ и оптимизация
своей работы уступают место эмоциональным переживаниям на тему: «что же я
в конце концов скажу шефу»? Такое положение вещей абсолютно недопустимо.
Далее. Функция учёта и документального оформления операций
поделена между бухгалтерией и бэк-оффисом. При этом мы в России путаемся с
понятиями – бэк-офис не является структурным подразделением компании, это
лишь помещение, где располагается бухгалтерия и подчинённые ей сотрудники,
вместе, комплексно решающие задачи учёта (об этом я уже писал в Главе 14).
Выделение бэк-офиса в самостоятельный департамент порождает массу
проблем – необходимо синхронизировать его деятельность с бухгалтерией,
набирать необходимый штат сотрудников, вести двойную отчётность и т.д. –
накладные управленческие расходы существенно возрастают.
Но это ещё полбеды. Дополнительные проблемы вырисовываются при
взаимодействии руководителя и автономных менеджеров с вышеупомянутыми
структурными подразделениями. Возникают множественные прямые и
обратные потоки информации, которые нужно как-то собирать воедино, причём
зачастую они дублируют друг друга. Создаётся информационно-
вычислительный центр, который начинает «перетягивать одеяло на себя»,
пытаясь предоставить руководителю полную и объективную картину
происходящего. Одна и та же работа выполняется несколько раз. Все эти
трудности в организации документооборота порождают новые проблемы;
борьба с ними напоминает противоборство Геракла и Лернейской гидры.
Однако самое страшное заключается в том, что в этой неразберихе
частично или полностью теряется обратная связь всего управленческого
процесса, ибо она оказывается не оформленной структурно. Руководителю
становиться всё труднее принимать правильные решения, ибо он вместе с
подчинёнными занят текущими оргпроблемами, а важнейшая, ключевая
функция всего алгоритма – анализ и оптимизация просто не выполняется. О ней
забывают.
Теперь вернёмся немного назад. Помните, мы говорили о том, что
мировой опыт учит нас – любая система управления должна обладать
способностью оперативно перестраиваться, быть достаточно гибкой, чтобы
своевременно реагировать на изменения в окружающем мире? Об этом в своё


191
время поэтично сказал Лао-Цзы: «Сильный ветер ломает сухую трость. Но
гибкая ветка выдерживает упавший на неё снег. Мягкость побеждает силу, а
гибкость – твёрдость». Способна ли описанная на этих страницах система
управления выдержать натиск финансовых и политических бурь, что так
нередки в нашем Отечестве? Скорее всего, нет. Нам бы для начала с текущими
проблемами разобраться. Ни о какой способности к адаптации, а тем более к
оптимизации и речи даже не идёт.
Мне могут возразить: нарисованная картина слишком мрачна. В
действительности всё значительно проще. Зачем забивать себе голову всеми
этими «соображениями высшего порядка», когда просто надо работать? Кроме
того, кто доказал, что так называемая идеальная система лучше? Может быть, и
ей присущи все вышеуказанные недостатки?
На первое возражение я могу ответить вот что. Взяв наиболее типичные,
встречающиеся в практике многих российских фирм ошибки и разбирая их всех
сразу, я несколько сгустил краски. Поэтому вам, уважаемый читатель, может
показаться, что настоящее исследование полно преувеличений. Что же касается
затуманивания мозгов, то хочется привести пример из жизни Леонида Ильича
Брежнева. Как известно, под конец жизни генеральный секретарь имел сильную
склонность к консерватизму. Когда многие ответственные работники партии и
правительства подходили к нему с рационализаторскими предложениями о
внедрении прогрессивных форм оплаты труда, хозрасчёта и прочих новшеств,
Леонид Ильич повторял им примерно одну и ту же фразу: «Что вы мне тут
говорите про всякую ерунду, работать надо, тогда всё и будет». Эта забавная
история стала притчей во языцах среди управленцев. Налицо характерный
пример подмены понятий – работа как таковая, по мысли генсека, заменяла
собой мысль о том, как эту работу сделать лучше. Люди, утверждающие, что
бестолковая беготня по служебным помещениям с выпученными глазами в
течение восьми часов рабочего времени плодотворнее нескольких десятков
минут, проведённых с коллегами в обсуждении торговой стратегии на
предстоящий день, повторяют заблуждение Леонида Ильича.
И, наконец, мы подошли к недостаткам идеальной системы. А есть ли
они? Ещё раз внимательно посмотрим на рис. 393. Как мы видим, функции
чётко распределены по структурным подразделениям, обратная связь
оформлена организационно. Над выработкой управленческих решений,
анализом и оптимизацией – самыми важными и трудоёмкими задачами,
используя коллективный ум своих специалистов, трудится экспертный совет.
Модифицировать эту систему очень легко. Нам нужно выйти на новый рынок?
Пожалуйста, нет проблем. Подключается торговый терминал, и эксперты
начинают вплотную заниматься новой торговой площадкой, благо алгоритм
работы на ней существенно не отличается от остальных. Необходимо обслужить
клиента, передавшего нам некоторую сумму денег в доверительное управление?
Нет ничего проще – его средства вливаются в общий пул, специалисты-
эксперты принимают на себя попечение о них, а работники бухгалтерии
добавляют к уже используемым новый отчётный документ, предназначенный
для вышеупомянутого партнёра в бизнесе – идеальная система является
своеобразным каркасом, на который можно навешивать добавочные
структурные подразделения.
Однако не всё так безоблачно. В реальной жизни возможна ситуация,
когда кто-то из экспертов начинает относиться к своей работе спустя рукава, не
вкладывая всю свою энергию в процесс выработки решений. Такой работник


192
просто-напросто бездумно присовокупляет своё мнение к позиции наиболее
авторитетного специалиста, рассчитывая въехать в светлое будущее на чужом
уме. Естественно, такая ситуация недопустима, и сторонники традиционного
метода управления могут выдвинуть аргумент против идеальной модели –
дескать если бы этому человеку выделить отдельное направление и заставить
отвечать за него головой, то дела у него пошли бы. С моей точки зрения лодырь
остаётся лодырем везде и всегда, куда бы его ни направить. Но если вести спор
на уровне «чистых идей», то формат дискуссии приходится расширять – теперь
в круг проблем, подлежащих обсуждению, включаются такие аспекты, как
кадровая политика фирмы, психологическая совместимость сотрудников и т.д.
Но забудем на время эти тонкие материи – разберёмся сначала с
основополагающими, базовыми установками. Как говорил Виктор Васильевич
Шкурба, «изящество оставим сапожникам».
Итак, мы завершили обзор реальной системы управления российской
инвестиционной компании, попутно уточнив некоторые детали системы
идеальной, и пришли к выводу, что последняя выгодно отличается от первой.
Теперь настала пора ответить на заключительный вопрос: «Что же надо сделать,
чтобы приблизиться к желаемому идеалу?»
Прежде всего, нужно освободить руководителя от рутинной
организационной работы – он должен заниматься стратегическими вопросами,
как-то: выработка единой торговой политики, например, а также принятием
решений по оперативному управлению инвестициями.
Затем необходимо образовать экспертный совет, куда включить всех
специалистов, имеющих опыт работы на биржевых рынках и разработать
алгоритм работы этого органа. Примерный вариант такого алгоритма приведён
ниже:

Алгоритм работы экспертного совета:
В начале месяца (квартала, года) – далее в тексте отчётного периода –
руководитель и совет собираются на совещание, посвящённое выработке плана
деятельности и способов его выполнения. Обсуждаются, прежде всего,
количественные показатели – среди них главным является плановый уровень прибыли
на вложенный капитал. Допустим, эксперты выдвигают следующее предложение:
«Придерживаясь консервативной тактики управления инвестициями, отказавшись от
внутридневных операций на рынке «А» и вложив 40% денежных средств в
безрисковый актив «В», мы можем с большой долей вероятности ожидать доходности в
конце отчётного периода на уровне 30% годовых». Руководитель возражает: «Меня не
привлекают ваши 30%. За отчётный период мне нужно минимум 50% годовых, чтобы в
случае резкого скачка курса доллара иметь большой запас прочности при конвертации
прибыли в валюту». Эксперты отвечают примерно следующее: «OK, мы согласны на
эту цифру, однако придётся рисковать – мы должны будем вновь выйти на
высокорисковый рынок «Б», который сильно завязан на отрасли «Г», которая в свою
очередь переживает не лучшие времена. Кроме того, чтобы набрать к концу отчётного
периода требуемую прибыль, нам необходимо будет скальпировать на рынке «А». Как
показал прошлый опыт, это отвлекает специалистов от главного – определения
перспектив недельных и месячных тенденций. Поэтому с нашей точки зрения 50% –
это такой уровень, при котором риск слишком велик». Руководитель может сказать
примерно следующее: «Хорошо. Скальпы нам не нужны – мы снижаем плановую
норму доходности до 40%. Но для меня эта цифра очень важна. Помните об этом. Ваше
мнение?». Эксперты: «Хотя это будет трудно, мы постараемся. Пусть 40% будет нашим
плановым уровнем доходности».


193
Обратите внимания на два обстоятельства. Во-первых, в ходе дискуссии
об установлении планового уровня прибыли обсуждается также вопрос о
способах достижения этой цели. Во-вторых, означенная величина – 40% – есть
плод компромисса между запросами руководителя, возможностями совета
экспертов и реальным положением вещей на рынке.

Итак, руководитель и экспертный совет установили плановый уровень прибыли
и оговорили способы его достижения. Что же дальше? А дальше начинается упорная,
каждодневная работа по претворению в жизнь этого плана. Каждое утро совет
экспертов собирается для обсуждения торговой тактики на предстоящий день. Вопрос
стоит следующим образом: какие бумаги купить? Какие продать? В каком количестве?
Кроме того, необходимо хотя бы приблизительно прикинуть: куда пойдёт тот или иной
рынок? Каждый эксперт высказывает своё видение всех этих вопросов, затем
начинается дискуссия и, наконец, формируется некоторое общее мнение по вопросам
торговой тактики, которое представляется руководителю как выработанный проект
управленческого решения. При этом мнения экспертов протоколируются; образуется
официальный рабочий документ, в который, кстати говоря, любой несогласный с
генеральной линией может вставить своё особое суждение. Такой протокол может
содержать несколько сценариев действий, в зависимости от той или иной конкретной
ситуации. Затем руководитель утверждает представленный план и в течение дня этот
документ служит основой для совершения операций на реальных рынках, однако по
ходу дела он может быть откорректирован, но эти изменения вносятся в
первоначальный текст коллегиально, советом экспертов. Ни один специалист не имеет
право самостоятельно корректировать ранее утверждённый руководителем документ,
самодеятельность на рынке должна быть категорически запрещена.
Кроме того, если говорить о деятельности экспертов на утренних совещаниях,
то необходимо упомянуть об анализе собственных неудач – неотъемлемом атрибуте
коллективной работы. Специалисты обязаны вести так называемый банк ошибок.
Прежде чем принять то или иное решение об операции, нужно обратиться к этой базе
данных и посмотреть: а может быть, мы уже принимали аналогичные некорректные
решения? Специфика рыночного труда такова, что рынок в своём развитии частенько
копирует себя самого, а трейдеры, словно подражая ему, на протяжении долгого
времени имеют склонность повторять раз за разом одни и те же ошибки (о них мы
уже говорили в параграфе 19.4). Если с помощью банка ошибок нам удастся исключить
такого рода повторы, то это даст огромный добавочный эффект в рамках всей фирмы.
Наряду с банком ошибок, имеет полное право на существование и банк прибыльных
операций. Черпая информацию из такого источника, легко отыскать эффективный
аналог планируемой транзакции в прошлом и укрепиться во мнении, что мы на
правильном пути. Более того, постоянная актуализация этих двух справочных баз
данных позволит нам наглядно видеть перед собой всю палитру наших методов работы
и на основании этого отбирать для последующего использования наиболее сильные
решения – параллельно с основной работой происходит процесс самообучения игроков.
Как это нетрудно себе представить, через некоторое время наша способность
прибыльно управлять инвестициями выйдет на качественно новый уровень!

Я убеждён, что предлагаемая схема организации процесса игры в рамках
фирмы устранит основные недостатки текущих принципов работы.
Психофизиологическое состояние отдельного брокера, специалиста, перестанет
быть тормозом на пути выполнения финансовых планов. Мониторинг ситуации
сразу на нескольких секторах и сегментах фондового рынка позволит нам
отслеживать переток крупного спекулятивного капитала с рынка на рынок, и в
соответствии с этим строить единую инвестиционную политику компании. Хаос


194
в работе, эта, по моему мнению, первопричина всех бед и неурядиц исчезнет, и
на его место придёт чёткая организация дела. Какие потрясающие горизонты
открываются перед нами! Информация о текущем состоянии инвестиционных
счетов компании ежедневно у руководителя и экспертов. Обратная связь
функционирует! Пора подумать о перспективном планировании … Стоп. А
почему всё это нельзя было внедрить, что называется, с самого начала? Что нам
мешало? Прежде всего, как это ранее уже подчёркивалось, инвестиционный
бизнес – новый вид деятельности для отечественных предпринимателей. Этим,
а также тем, что система управления развивались стихийно, и обусловлены её
недостатки. Их надо исправлять.

Итак, отчётный период подходит к концу. Руководитель и эксперты вновь
собираются на совещание. Что же они обсуждают? Главное, каких результатов мы
достигли. Что делали правильно? Где ошибались? Есть ли дополнительные ресурсы для
интенсификации труда? После этого намечаются ориентиры на следующий отчётный
период, и весь управленческий цикл начинается сначала.

И, наконец, настаёт черёд делить прибыль. Впрочем, последнее
высказывание не совсем верно, так как доход целиком и полностью
принадлежит компании. Речь может идти лишь о некоем проценте от прибыли,
причём незначительном, который представляет из себя вознаграждение
экспертам, призванное стимулировать их труд. Специалисты, по моей мысли, не
являются собственниками капитала, и в случае провала личной материальной
ответственности они не несут, поэтому претендовать на нечто большее, чем
вышеупомянутые комиссионные, они просто не имеют права. Эксперт в данном
случае выступает в роли наёмного работника. Однако, как показывает практика,
специалист может также быть лицом, делящим ответственность за капитал с
руководителем – здесь мы имеем случай партнёрства в бизнесе. Очевидно, что в
этом варианте сумма вознаграждения за успех должна быть весомой, однако
такой компаньон должен также нести реальную ответственность и при
проигрыше.
На мой взгляд, схема со специалистами – наёмными работниками,
получающими в случае успешной работы незначительный процент
комиссионного вознаграждения, предпочтительнее и вот почему. При таком
раскладе ум и душевная энергия человека полностью мобилизованы для
выработки грамотных управленческих решений. Отдельные неудачи не
способны сломить игрока – он знает, что лично он защищён. В случае же
полной ответственности, трейдер при первых же неудачах может впасть в
состояние эмоционального расстройства, что повлечёт за собой дальнейшие
ошибки. Мне не раз довелось наблюдать как человек, взявший, например,
кредит под личную ответственность, терял самообладание и контроль после
первой же неудачной сделки, затем, пытаясь отыграться, он совершал новые
ошибки, потом ещё и ещё, в результате губил всё дело. Мы не можем
допустить, чтобы эмоциональные срывы какого-то одного игрока даже в
минимальной степени влияли на общий результат. Вот почему необходимо
образовать экспертный совет, который бы сглаживал и нивелировал все эти
отрицательные эффекты, и наоборот, аккумулировал всё положительное, что
рождает интеллект специалистов.
Вспомним одно весомое возражение против такой схемы организации
труда, а именно, что защищая экспертов от внешних воздействий, освобождая



195
их по сути от реальной ответственности, мы плодим лентяев и болтунов,
которые способны лишь на то, чтобы получать зарплату и висеть на шее у
фирмы. Да, действительно, такая опасность существует. Как же нам избежать
её? Для нас, уважаемый читатель, нет ничего неразрешимого (очень хочется в
это верить). В мире эта проблема давно уже преодолена – часть комиссионного
вознаграждения сотрудникам выплачивается в виде акций их собственной
компании, причём этот принцип действует почти на всех уровнях
управленческой пирамиды – от простых рабочих до управленцев самого
высокого ранга. Ли Якокка в своём бестселлере «Карьера менеджера» пишет,
что, будучи президентом (то есть самым главным наёмным работником) фирмы
«Форд мотор», он, тем не менее, владел самым крупным пакетом акций
компании после семьи Фордов. Привязывая, таким образом, специалиста к
собственной фирме, мы убиваем двух зайцев – и работает он на полную
катушку и ответственность за порученное дело проявляет высокую. Впрочем, на
эту проблему можно взглянуть несколько иначе. Порой, чтобы обеспечить
высокую отдачу от коллективной работы (а работа в экспертном совете как раз
и является таковой), руководство компаний специальным образом подбирает
участников коллектива, подобно тому как в космонавтике комплектуют
экипажи орбитальных станций – здесь учитываются такие малозначимые на
первый взгляд моменты, как психологическая совместимость, способность
переносить критику и т.д. Во всяком случае, заставить экспертов вкалывать на
совесть можно. Ситуация, когда мы вообще теряем возможность
контролировать поведение людей, от которых многое зависит, значительно
хуже. Если, к примеру, у главного бухгалтера фирмы случается недельный
запой, то его обязанности может выполнить заместитель. А вот депрессивный
психоз у ведущего трейдера – это серьёзная проблема, которая непосредственно
отражается на состоянии счетов организации. Если же мы введём такую
личность в экспертный совет, то коллективный ум его членов исправит ошибки
потерявшего самообладание игрока, подобно тому, как в электронных схемах
дублирующие элементы начинают выполнять функции вышедших из строя.
Взаимовыручка, общность целей и работа в составе единой команды – неплохие
принципы организации деятельности фирмы, играющей на фондовом рынке.
Не менее рельефно обозначаются преимущества «коллективного
творчества» перед «свободными художниками» в вопросе формирования и
претворения в жизнь единой инвестиционной политики. Не секрет, что переток
крупного капитала с рынка на рынок является решающим фактором процесса
ценообразования спекулятивных активов. Отслеживая эти перемещения,
экспертный совет получает интегрированную картину международного рынка
ценных бумаг. А, имея её, легко принимать грамотные решения по
инвестированию в тот или иной конкретный финансовый инструмент. Если же
наши специалисты решают такого рода задачи автономно, то эффективность их
труда значительно падает. Мне нередко доводилось наблюдать поразительную
ситуацию – несогласованность в работе членов одного коллектива – некоего
брокера на МФБ и его товарища, торговавшего в РТС. В конце 90-х эти рынки
были сильно связаны и зачастую копировали поведение друг друга. Так вот,
когда РТС шла вниз, и один специалист говорил, что надо сбрасывать акции,
другой наоборот, покупал «Газпром», утверждая что, по его мнению, цена
слишком низка. В результате в рамках компании положительный эффект от
правильной операции (продажи в РТС) был сведён к нулю ошибочным
действием (покупка на МФБ). Характерно ещё и то, что хотя речь шла о сотне


196
тысяч долларов, незадачливые игроки посвятили всего две минуты (!)
обсуждению этого вопроса по телефону, решая среди биржевой суеты
первостепенные дела. Неудивительно, что у парней начались проблемы. До
конца рабочего дня наши герои всё оставшееся время находились в состоянии
стресса, ибо рынок устойчиво шёл вниз. А чтобы выйти в ноль, им потребовался
месяц непрерывного скальпирования на падающем рынке. Вот вам типичный
пример крайне нерациональной организации труда в неэффективной, стихийно
складывавшейся системе управления.
Итак, мы видим, что экспертный совет превращается в своеобразный
штаб при руководителе компании. Можно привести ещё одну аналогию.
Руководитель – это капитан корабля. Экспертный совет же выполняет роль
штурмана. При такой схеме, как это ранее уже подчёркивалась, каждое решение
вырабатывается коллективным умом специалистов, анализ своих ошибок
становится неотъемлемым атрибутом работы, и психофизиологическое
состояние отдельно взятого работника перестаёт быть узким местом всего
управленческого процесса. Как следствие, общая эффективность работы резко
повышается.
Теперь остаётся убрать последние препоны, мешающие интенсификации
нашего труда. Как вы уже наверно догадались, речь идёт о слиянии бухгалтерии
и бэк-оффиса в единый информационно-учётный центр на базе компьютерных
технологий. Как следствие высвобождаются новые рабочие руки, сокращаются
информационные потоки внутри фирмы, руководитель и его штаб получают
возможность оперативного получения необходимой информации – общая
картина финансового состояния компании становиться более прозрачной.
В результате претворения в жизнь этих мероприятий прибыль от
операций на фондовом рынке возрастает, а накладные управленческие расходы
падают – целевая функция системы выполняется.


19.7 Дао игрока
Лао Цзы вкладывал в слово «Дао» двоякий смысл. С одной стороны Дао
– это непознаваемое и неощутимое начало мира, некоторый всеобщий закон
бытия, а с другой стороны – путь развития всего сущего. У каждого игрока,
пришедшего на рынок свой путь. Следовательно, у него своё Дао.
Любым игроком движет желание разбогатеть. Однако рынок так устроен,
что кто-то на нём выигрывает, а кто-то проигрывает. Кстати, о проигрыше. В
1994 году я привёл на биржу моего институтского приятеля, Сашу Павлюкова
(он же брокер АРЧИ). Поторговав два месяца, он проиграл что-то порядка ста
долларов, закрылся, и ушёл с рынка навсегда. Можно ли его зачислить в
когорту проигравших? С одной стороны – да. А с другой стороны … Я даже
считаю, что ему крупно повезло. Судите сами. Что лучше проиграть сто
долларов сразу и уйти с рынка, или выиграть сначала сто тысяч, а потом
проиграть двести?
Молодой игрок хочет быстро разбогатеть. Но эта спешка в большинстве
случаев приводит к потерям. Как показывает практика, программой-минимумом
игрока должно стать выживание. То есть он должен продержаться на рынке как
можно дольше. Брокер СТАР любил повторять: «Тихо, тихо улитка ползи, по
склону горы Фудзи, вверх, до самых высот».



197
Молодые, неопытные игроки любят советоваться. Причём советоваться с
такими же недотёпами, как и они. «К нему ходи, вот он знает» – в яме мне
частенько приходилось слышать эти слова. Но это ошибка.

NB. Игрок должен жить своим умом. На бирже никто ничего наперёд не
знает.

И уж если с кем советоваться, то только с опытными и авторитетными
игроками … Эти самые опытные и авторитетные игроки в большинстве своём
любят давать советы. К ним надо прислушиваться. Льюис Борселино говорит,
что если потеря денег, которые вы используете для торговли, может
существенно повлиять на уровень вашей жизни, эти деньги не подходят для
фьючерсных рынков. И он абсолютно прав. Многие трейдеры «прогорают» на
том, что они зарабатывают игрой на бирже себе на жизнь. А отсюда волнение, а
отсюда ошибки. Брокер СТАР вспоминает:

«Помню, как ты Константин, пишешь мне на справке «кол марджин». Какая тут
маржа, когда у меня в семье денег-то осталось двести долларей? А мне нужно довнести
триста. Откуда их взять-то? А у меня маленький мальчик, жена – виолончелистка …
Что мне квартиру продавать, что ли?»

Некоторые доверительные управляющие «горят» на ответственности.
Если бы они играли на свои, то ещё ничего, а так получается, что деньги
клиентские, их страшно проигрывать, от начальника получишь по шапке …
Потерять деньги на бирже можно, и не играя. Просто дав их кому-то в
долг (вспомните историю с Витей Рылиным). Я придерживался жёсткого
правила: никому не давать и ни у кого не брать денег в долг. Может быть, это
меня и спасло. Игрок должен быть предельно жёстким в финансовых вопросах.
Здесь не место лирике, родственным и дружеским чувствам, желанию помощь
попавшему в беду товарищу … Понимаете, если ваш товарищ крепко влетел, то
значит он не умеет играть. А раз так, то новый заём его не спасёт. Он проиграет
и эти деньги.
Молодой неопытный игрок при выигрыше склонен возвеличивать себя, а при
проигрыше винить рынок. Однако при одних и тех же движениях рынка кто-то
выигрывает, а кто-то проигрывает. Дело не в рынке. Дело в самом игроке. Давайте
прочитаем одну древнекитайскую притчу, иллюстрирующую эту мысль:

«Ле, Защита Разбойников, стрелял [на глазах] у Темнеющего Ока: натянул
тетиву до отказа, поставил на предплечье кубок с водой и принялся целиться. Пустил
одну стрелу, за ней другую и третью, пока первая была еще в полете. И все время
оставался [неподвижным], подобным статуе.
– Это мастерство при стрельбе, но не мастерство без стрельбы, – сказал
Темнеющее Око. – А смог бы ты стрелять, если бы взошел со мной на высокую гору и
встал на камень, висящий над пропастью глубиной в сотню жэней?
И тут Темнеющее Око взошел на высокую гору, встал на камень, висящий над
пропастью глубиной в сотню жэней, отступил назад [до тех пор, пока его] ступни до
половины не оказались в воздухе, и знаком подозвал к себе Ле, Защиту Разбойников.
Но тот лег лицом на землю, обливаясь холодным потом [с головы] до пят.
– У настоящего человека, – сказал Темнеющее Око, – душевное состояние не
меняется, глядит ли [он] вверх в синее небо, проникает ли вниз к Желтым источникам,




198
странствует ли ко [всем] восьми полюсам. Тебе же ныне хочется зажмуриться от
страха. Опасность в тебе самом»! 1

Дао игрока – это путь постоянного самосовершенствования. Об этом
следующая притча:

«Цзи Синцзы тренировал бойцового петуха для чжоуского царя Сюаньвана.
Через десять дней [царь] спросил:
– Готов ли петух к бою?
– Еще нет. Пока самонадеян, попусту кичится. Через десять дней [царь] снова
задал [тот же] вопрос.
– Пока нет. Еще бросается на [каждую] тень, откликается на [каждый] звук.
Через десять дней [царь] снова задал [тот же] вопрос.
– Пока нет. Взгляд еще полон ненависти, сила бьет через край.
Через десять дней [царь] снова задал [тот же] вопрос.
– Почти [готов]. Не встревожится, пусть даже услышит [другого] петуха.
Взгляни на него – будто вырезан из дерева. Полнота его свойств совершенна. На его
вызов не посмеет откликнуться ни один петух – повернется и сбежит». 2

Перед началом игры каждый игрок должен спросить сам себя: «Готов ли
я к бою? Не слишком ли я самонадеян? Способен ли сохранять холоднокровие
во время сильных колебаний цен»? Притча о бойцовом петухе говорит нам о
том, что настоящий игрок должен обладать совершенной полнотой свойств.

<<

стр. 7
(всего 10)

СОДЕРЖАНИЕ

>>