СОДЕРЖАНИЕ

Кадикова Р.Ш.

История социологии девиантного поведения.

Становление социологии как науки об обществе, ее структуре и функционировании сопровождалось исследованием и негативных явлений. В недрах социологии зародилась как специальная отрасль социологического знания – социология отклоняющегося поведения и социального контроля. Формирование этой отрасли социологии шло непросто и развивавлось в рамках ряда направлений, учений.

План
Биопсихологические подходы к анализу социальных отклонений.
Социологические теории девиантного поведения.

Наука о преступности, и, в целом, о девиации сформировалась во второй половине XIX века и получила название криминология. Базировалась она на теоретических построениях древнегреческих и древнеримских мыслителей, уделяла внимание этой проблеме и средневековая мысль, ученые и философы нового времени. Внесли существенный вклад в представления о причинах преступности и социальной неустроенности просветители XVIII века – Вольтер, Гельвеций, Гольбах, Дидро, Локк, Монтескье, Беккариа, Бентам и другие, которые считали, что законодатели должны смягчать репрессии и больше уделять внимание предупредительным мерам, воспитанию граждан. О причинах девиации размышляли и социалисты-утописты, которые обвиняли не человека, ставшего на преступный путь, а порочную организацию общества, допускающего частную собственность и эксплуатацию людей.
Развитие учений о социальных отклонениях шло в рамках двух направлений – рассмотрение их в биопсихологическом и социально-психологическом, социологическом направлениях.
Биопсихологические теории объясняют социальные отклонения естественными, в их числе и наследственными свойствами человеческого организма. Основателем антропологической школы в рамках биологического направления считается итальянский врач-психиатр и криминолог Чезаре Ломброзо. Ученый считал, что преступления надо рассматривать как естественные и необходимые явления такие же, как рождение и смерть. В работах «Преступный человек» и «Преступление, его причины и средства лечения» он писал, что существуют «прирожденные» преступники, которые обладают особыми антропологическими, физиологическими и психологическими признаками и составляют до 35% всех преступников. Ломброзо пытался найти связь между преступным поведением человека и такими особенностями его облика, как выступающая нижняя челюсть, редкая бородка, пониженная чувствительность к боли, он описывал характерные особенности склонного к преступлениям субъекта, измеряя вес, рост, череп, выявляя определенные аномалии строения тела, рассматривал преступника как психически ненормального человека. Так, политические революции Чезаре Ломброзо объяснял как психоантропологическое явление, как проявление устремлений гениальных и психически ненормальных людей. Ломброзо предлагал систему мер предупреждения преступности, куда входили лечение, пожизненная изоляция и просто физическое уничтожение, что явилось в дальнейшем основой для возникновения человеконенавистнических теорий, получивших воплощение в практике фашизма.
Некоторые из учеников и последователей Ч. Ломброзо пытались сгладить ломброзианский биологизм и включали наряду с антропологическим и социальные факторы, оказывающие влияние на преступность. Тем не менее, и столетие спустя после институализации социологии разрабатывались весьма авторитетные теории, оказывавшие влияние на исследование проблем социальных отклонений, исходя из биологических особенностей человека.
Уильям Х. Шелдон, американский ученый, врач и психолог, обратил внимание на строение тела человека и попытался связать это с особенностями характерных личностных черт, склонностью к определенному типу поведения и отклонениям в нем. Он считал, что эндоморфу, который отличается умеренной полнотой, мягкостью и как бы округлостью тела, характерны в поведении общительность, умение ладить с людьми и потакание своим желаниям и стремлениям. Мезоморфа, сильного и стройного человека отличают активность, склонность к беспокойству и он не слишком чувствителен. Эктоморф отличается тонкостью и хрупкостью строения тела, выделяется склонностью к самоанализу, повышенной чувствительностью и нервозностью. В 1940 году Шелдон провел исследования в центре реабилитации, изучая поведение 200 юношей, и сделал вывод, что более склонны к девиации мезоморфы, хотя это не означает автоматического становления их преступниками.
С развитием социологии биологические теории, особенно в виде прямых ломброзианских представлений, были сведены на нет, популярность их упала. Но объяснения возникновения различных социальных отклонений только или в основном биологическими причинами продолжало существовать, хотя и в измененном, модернизированном виде. Тому способствовали антропологические, психологические, психиатрические, криминологические, генетические исследования и открытия.
В русле биологического направления в 60-е годы появились концепции, находящие зависимость между преступным поведением и некоторыми особенностями половых хромосом девианта. Было установлено (Прайс и его коллеги изучали поведение пациентов-мужчин в специализированной психиатрической больнице в Шотландии), что присутствие дополнительной хромосомы (в норме женщины обладают двумя хромосомами «X», мужчины «XY») типа «Y» свойственно мужчинам-психопатам, отличающимся ростом выше среднего. Дальнейшие исследования Уиткина и его коллег на материалах датской преступности выявили, что среди мужчин с набором хромосом типа «XYY» больше правонарушителей, чем в контрольной группе, но они не отличались от других такой особенностью как высокий рост. Было отмечено и то, что наблюдаемые мужчины с дополнительной хромосомой отличались более низким интеллектом.
В дальнейшем ряд ученых (Тейлор, Уолтон, Янг, 1973 год) выразили определенные сомнения относительно изложенной зависимости. Они отметили, что, возможно, необычная, даже пугающая внешность таких мужчин, а также более низкий интеллектуальный уровень способствуют тому, что их чаще арестовывают и признают виновными, чем людей с обычными данными.
Наряду с концепциями, в которых упор делается на биологическое начало, развиваются теории, в которых они сочетаются с социологическими, культурологическими, психологическими и другими факторами. Ряд ученых – О. Кинберг, О. Ланге, Е. Гейер, Ж. Пинатель, А. Штумпль и другие явились выразителями теории наследственного предрасположения к преступности, считая, что наследственно передающиеся психические свойства личности могут стать основой для отклоняющегося поведения. Немецкий психиатр Э. Кречмер выдвинул идею о связи между физическим обликом, психическим складом и типом поведения, отмечая, что к тяжким насильственным преступлениям более склонны атлетически сложенные люди.
В рамках психологических теорий ученые искали связь между определенными психологическими чертами, общим состоянием личности, ее особенностями и отклонениями в поведении. Они усматривали основу возникновения отклонений в неустойчивости психики, нарушении психологического равновесия, «дегенеративности», «слабоумии», «умственных дефектах». В качестве аргумента приводились полученные данные о том, что некоторые умственные расстройства типа шизофрении могут иметь генетическую природу. Отмечалось, что на психику могут оказывать определенное влияние и некоторые биологические факторы, но в сложном сочетании с социальными, психологическими факторами, способствуя девиации.
Достаточной популярность пользовалась психоаналитическая теория З. Фрейда и целого ряда его последователей, которые рассматривали преступность как проявление заложенных в психике человека бессознательных инстинктов и влечений, в основном сексуального характера и страха смерти. З. Фрейд ввел понятие «преступники с чувством вины», подразумевая под таковыми людей, которые подсознательно хотят, чтобы их поймали и наказали. Они чувствуют себя виноватыми, так как ощущают влечение к разрушению и считают, что наказание в виде тюремного заключения помогло бы им избавиться от этого влечения. В этом видении человек рассматривался в отрыве от реальных условий его существования.
Дальнейшее развитие исследовательской мысли привело к пониманию, что объяснение девиаций на основе только психологических факторов невозможно, ряд ученых критически переосмыслили идею о том, что преступников отличают некоторые психологические особенности, не присущие другим, законопослушным гражданам. Исследователи Кресси П., Шуэсслер в 1950 году сделали вывод о том, что нет ни одной психологической черты, непременно наблюдающейся у всех преступников.
Вполне объяснимо поэтому, что в 50-е годы усиливается стремление ученых найти целостное объяснение девиациям, поскольку нельзя их объяснить одной или несколькими биологическими, психологическими факторами. Социальные отклонения возникают в результате сложного сочетания биологических, психологических, социальных факторов. Теоретические изыскания развивались, с одной стороны, в рамках общей социологической теории, с другой, исследований психологии личности. Последние посвящены в основном анализу психологического механизма девиантного поведения, исследуются причины слабой адаптации личности к существующим условиям жизни, социальным нормам. Проводятся весьма результативные исследования отдельных видов отклоняющегося поведения, таких как наркомания, алкоголизм, суицид, которые раскрывают психологические конфликты личности с его окружением. Отличительная особенность этих работ заключается в анализе проблем на уровне микрогруппы и минимальное внимание к социальным факторам общего порядка.
Излишняя психологизация причин девиантного поведения побудила искать объективные объяснения этому, пытаясь анализировать более общие социальные отношения и проблемы, с которыми сталкивается человек в современном обществе.
Стремления дать целостное объяснение социальным девиациям осуществлялись и раньше. В конце XIX – начале XX века Э. Дюркгейм одним из первых высказал мысль о вечности преступлений как социальном явлении. Э. Дюркгейм, внесший огромный вклад в изучение проблем социальных отклонений с социологической точки зрения, по праву считается основоположником теории девиантного поведения как специальной отрасли социологической науки. Он считал, что нельзя представить общество без преступлений, и они являются элементом любого здорового общества. В работе «Самоубийство. Социологический этюд» Э. Дюркгейм дал социологическое объяснение социальной девиации, введя в научный оборот понятие «аномия», которое использовал при выявлении сущности самоубийства. Он отметил, что самоубийство зависит не столько от внутренних свойств индивида, сколько от внешних причин, управляющих людьми. Он не отвергал роли индивидуальных факторов, психического состояния, особых жизненных обстоятельств отдельных самоубийств, но подчеркивал их второстепенность, зависимость от общих социальных причин, состояния общества. Нормы, правила в обществе регулируют поведение людей. Состояние общественной аномии, под которой Э. Дюркгейм имел в виду отсутствие четких правил и норм поведения, когда старая иерархия ценностей рушится, а новая еще не сложилась, порождается моральная неустойчивость индивидов. Когда колеблется и дезорганизуется общественная структура преимущественно во время крупных общественных потрясений, экономических кризисов, одни индивиды быстро возвышаются, другие теряют свое положение в обществе, когда нарушается общественное равновесие, растет число самоубийств. Таким образом, ослабление или отсутствие общественной регламентации, беспорядочная, неурегулированная общественная деятельность, потеря индивидом способности приспосабливаться к социальным преобразованиям, новым социальным требованиям лежат в основе аномического самоубийства. Состояние аномии является противоположностью моральному порядку, регуляции, контролю, характеризующими нормальное, «здоровое» состояние общества.
Э. Дюркгейм считал, что девиация естественна, как и конформизм, и отклонение от нормы несет не только отрицательное, но и положительное начало, так как отклонение от норм подтверждает значимость норм, правил, ценностей, показывает их многообразие, способствует социальному изменению, совершенствованию социальных норм, уточняет их границы.
Многие положения теории Э. Дюркгейма критиковались, пересматривались, но раскрытие социальной сущности самоубийства как порождение кризисного состояния общества, идея социальной дезорганизации, являющаяся причиной девиации, признаются всеми.
Дальнейшее исследование социальной дезорганизации, под которой понимается состояние общества, где культурные ценности, нормы, социальные взаимосвязи нарушаются, ослабевают, отсутствуют или противоречат друг другу связано с именами исследователей Шоу, Маккэй (1942 год), которые установили, что уровень правонарушений подростков особенно высок в городских районах, где проживают люди различного происхождения и наблюдается высокая степень текучести населения. В таких районах характерным является конфликт между культурными ценностями людей, возникают проблемы в осуществлении контроля за соблюдением стандартов. Последнее же возможно, как считает английский социолог Коэн, при социальном порядке в обществе. В понятие «социальный порядок» он включает следующие значения. Во-первых, «порядок», предполагает существование определенных ограничений, запретов, контроля в общественной жизни, которые нарушаются при социальной дезорганизации. Во-вторых, указывает на существование взаимности в общественной жизни: поведение каждого индивида не случайно и беспорядочно, а отвечает взаимностью или дополняет поведение других. В-третьих, улавливает элемент предсказуемости и повторяемости: люди могут действовать социально только в случае, если они знают, что ожидать друг от друга. В-четвертых, может означать определенную согласованность, непротиворечивость компонентов социальной жизни, и, в-пятых, устойчивость, более или менее длительное сохранение ее форм.
Большую роль в определении социальных причин отклоняющегося поведения сыграла теория американского социолога Р. Мертона, который широко использовал и развил идеи Э. Дюркгейма. Р. Мертон связывает аномическое отклоняющееся от социальных норм поведение с расхождением между социально предписываемыми целями и приемлемыми средствами их достижения. То есть противоречие между декларируемыми в обществе ценностями и официальными стандартами поведения, с одной стороны, и реальными возможностями и мотивами поведения людей, с другой стороны, которое выступает источником девиантного поведения. Люди пытаются разрешить это противоречие между заданными культурой целями общества и институциональными возможностями их достижения с помощью определенного поведения. Мертон разработал различные формы приспособления индивидов к общественно одобряемым целям и институциональным средствам их достижения. Преобладание конформизма по отношению к культурным целям и средствам характеризует общество как неаномичное. Остальные формы, такие как инновация (согласие с одобряемыми культурой целями, но отрицание социально одобряемых способом их достижения), ритуализм (отрицание целей данной культуры, но согласие с социально одобряемыми средствами), ретретизм (отрицание и целей и социально одобряемых средств их достижения), бунт (отрицание и культурных целей и социально одобряемых средств их достижения и замена их на новые цели и средства) являются формами девиантного разрешения отмеченного Р. Мертоном противоречия.
Теоретические положения концепции теории Р. Мертона были восприняты и развиты. Так Г. Блох и Д. Гейс высказали мысль о том, что преступность в США является неизбежным ответом на существующий социальный порядок и культурную организацию. Другой ученый, Д. Ломан, также отмечал, что делинквентность и преступность гораздо чаще, чем это обычно признается, являются нормальной реакцией нормальных людей на ненормальные условия. Таким образом, объективно анализирующие современную действительность социологи, криминологи, ученые других областей знания приходят к реалистическим выводам о природе социальных отклонений, с полным основанием связывают их с самой сущностью общества.
Культурологический подход к анализу девиаций, в основе которого лежит конфликт между нормами господствующей культуры и субкультурой групп, характерен целой плеяде ученых, представленный такими именами как Селлин, Сатерленд, Миллер, Оулин, Клауорд и другие.
Э. Сатерленд (1939 год) различал факторы, характеризующие социальные процессы, в том числе и социальные конфликты, а также физические и физиологические факторы, такие как время года, наследственные заболевания, физические дефекты, возраст, пол, психопатологические факторы, включая алкоголизм и наркотизм, факторы культуры – типы семей, социальные институты. Он видел противоречия между этими факторами, их действием и делал вывод о существовании «дифференциальной ассоциации», под которой подразумевал принятие личностью одних ценностей и неприятие других. Он считал, что преступности обучаются и способствуют этому, прежде всего, постоянные, повседневные контакты, общение в школе, дома, на улице с носителями девиантных ценностей, а не с безличными институтами и организациями. Частота, количество, продолжительность контактов с девиантами оказывают воздействие на степень усвоения человеком их ценностей, особенно, если это молодой человек, который легче и быстрее усваивает образцы девиантного поведения, ценности, навязываемые другими.
Аналогичные идеям Э. Сатерленда мысли высказывал и Селлин (1938 год). Он отмечал, что поскольку в обществе существуют группы, нормы которых отличаются от норм остального общества, то и интересы этой группы не соответствуют нормам большинства. Член такой группы, усваивая ее нормы, становится с точки зрения большинства общества нонконформистом.
Позднее Миллер (1958 год) развил идеи культурологического анализа возникновения девиаций. Он считал, что в обществе существует ярко выраженная субкультура низшего слоя, проявлением которой является групповая преступность. Данная субкультура ценит такие качества как выносливость, готовность к риску, стремление к острым ощущениям. Члены такой группы ориентируются на них, признают их как ценные, высокозначимые, другие же люди, например, представители среднего слоя, относятся к ним как к девиантам.
Значительный вклад в рассмотрение проблем девиации внесли интеракционисты (Г. Беккер, Д. Китсус, К. Эриксон и другие). Они считают, что определение поступка, поведения как социально вредного, негативного, девиантного относительно и произвольно, зависит и определяется интересами влиятельных, господствующих в обществе социальных групп. Беккер считал, что эти господствующие группы (законодатели, судьи, врачи и так далее) навязывают другим определенные стандарты поведения. Большое значение в оценке девиаций имеет не поведение, а отношение к нему других людей. Именно общество делает человека преступником, клеймя его, когда влиятельные группы как бы ставят клеймо девианта членам менее влиятельных групп. Поэтому и названа была эта теория Беккера и других ученых близких к этим идеям, теорией «наклеивания ярлыков» или теорией стигматизации.
Теория стигматизации направлена, с одной стороны, против взглядов, в основе которых лежат свойства личности, с другой, против объяснений девиаций как культурных явлений. Представители этой теории подметили зависимость социальной нормы от интересов социальных групп, а в определенных случаях и произвольность установления такой нормы в обществе. Вместе с тем они не учитывали объективную природу общественных отношений, которые проявляются как в норме, так и в отклонении от нее, упускают социально-экономические причины и закономерности этих явлений.
Проведенный краткий обзор зарубежных подходов к проблеме отклоняющегося поведения позволяет обратиться к особенностям развития отечественной социологии девиантного поведения, становление которой происходило позже, в конце 60-х начале 70-х годов, но эта проблема не входит в предмет данной статьи.

Литература.

1)Американская социологическая мысль: Тексты. /Под ред. В. И. Добренькова. – М.: Изд-во МГУ, 1994.
2)Дубинин В. П., Карпец И. И., Кудрявцев В. Н. Генетика. Поведение. Ответственность. – 2-е изд., перераб. и доп. М.:1989.
3)История социологии в Западной Европе и США. Учебник для ВУЗов. /Отв. Ред. Г. В. Осипов. – М.: «Норма-ИНФРА», 1999.
4)Осипова Е. В. Социология Эмиля Дюркгейма. – М.: 1977.
5)Смелзер Н. Социология: пер. с англ. – М.: Феникс, 1994.
6)Социальные отклонения /Кудрявцев В. Н., Бородин С. В., Нерсесянц В. С., Кудрявцев Ю. В. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юридическая литература, 1989.



СОДЕРЖАНИЕ