стр. 1
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

ГЛАВА III

ЯЗЫК

§ 16. ФОНЕТИКА1

Выше уже упоминалось, что изучение египетской фонетики, в частности египетских глас-
ных, представляет большие трудности: во-первых, египетский язык — язык мертвый, извест-
ный нам только из текстов, во-вторых, для египетского языка, как и для других языков семито-
хамитской группы, характерна преобладающая роль согласных (гласные имели подчиненное
значение и не выписывались). Для понимания фонетики египетского языка одним из важней-
ших опорных пунктов является фонетика коптского языка, в письме которого гласные обозна-
чены. Хотя коптский язык — последняя стадия развития египетского — тоже мертвый язык, его
фонетика исследована в достаточной степени. Но необходимо иметь в виду, что египетская фо-
нетика в целом отделена от коптской фонетики многими веками, и закономерности коптской
фонетики, конечно, не тождественны египетским.
Значительную помощь при изучении египетской фонетики оказывают встречающиеся в
иероглифических и иератических текстах отдельные слова, известные нам из семитских языков,
а также египетские имена и названия, которые упоминаются в имеющих огласовку клинопис-
ных текстах, в еврейских и арамейских источниках, в греческих папирусах, надписях и в сочи-
нениях античных авторов. Эти материалы, однако, малочисленны (за исключением греческих
данных, важных только для языка позднего времени) и при всей их ценности способны воспол-
нить пробелы наших знаний лишь в очень ограниченных размерах.
Так как египетская фонетика нам доступна только в графическом облике, то необходимо
рассмотреть ее алфавитные [88] графемы. Египетский «алфавит», о котором шла речь выше,
состоит из 24 графем. Отдельные из них имеют алографы (варианты). Последние никакими фо-
нетическими особенностями не отличаются от своих основных графем.
Общая фонетика классифицирует звуки по способу и месту артикуляции и по акустичес-
кой характеристике. Определение звука станет исчерпывающим лишь тогда, когда оно будет
содержать все эти три момента. Однако практически такое определение трудно применить к
звукам мертвого египетского языка ввиду недостаточности наших познаний в его фонетике.
Поэтому приведенная ниже классификация является лишь приблизительным описанием еги-
петского консонантизма.
Таблица согласных

Велопалаталные
Место артикуляции
Лабиодентальные




Постпалатальные
Препалатальные
(губно-губные)



(губно-зубные)




Фарингальные


Ларингальные
Билабиальные




Дентальные




Велярные
(зубные)




Способ артикуляции

Шумные
w f z, s, S i, X x q, H h
спиранты (фрикативы или щелевые)
b, p t, d j k, g q A
смычные взрывные
T, D
аффрикаты
Сонорные
m n
носовые
l
боковые
r
дрожащие


1
Все следующие ниже замечания ни в коей мере не претендуют на систематическое изложение истории
египетской фонетики — это именно отдельные замечания и не более.
49
Эти сведения об египетском консонантизме следует дополнить замечаниями об отдельных
графемах и отображенных ими фонемах.
A (алеф) — единственно возможный по условиям артикуляции глухой ларингальный
2
смычный , так называемый «гортанный взрыв», часто встречающийся в семитских, а также и в
несемитских языках. В арабском языке ему соответствует C (aleph hamzatum), в еврейском a3. В
[89] датском он называется stod, в немецком — Knacklaut4: нем. Ab'art (гортанный взрыв перед
вторым а) ср. с Bart, где перед а гортанного взрыва нет.
Конечно, нельзя утверждать, что египетский и семитский алеф полностью тождественны,
однако их близость не вызывает сомнений.
Уже в Текстах Пирамид выступают специфические особенности алефа: A изредка может
заменять r, причем смысл слова сохраняется. Например: Drt "рука" = DAr; krs "хоронить" = kAs5.
Во времена Среднего царства египтяне использовали A для передачи семитских звуков r и l,
стоявших в иностранных текстах между гласными и после них; об этом свидетельствуют так
называемые «черепки проклятий»6.
В Текстах Пирамид иногда наблюдается опущение алефа в середине и в конце слова; на-
чиная с текстов Нового царства такие факты встречаются чаще. Например: ibA "танцевать" = ib;
aAbt "жертвоприношение" = abt; wSA "откармливать (скот)" = wS; bAgi "быть утомленным" = bgi и
т.д.7 Эти явления письма, несомненно отражают процесс количественной и, по-видимому, каче-
ственной редукции фонемы алеф. В коптском письме нет уже специального знака для алефа, но
следы его в языке сохранились: наличие удвоенного гласного указывает на то, что в древности
здесь стоял алеф или айн8.
i; , j (йод)
Прежде чем говорить о фонетической природе этого звука необходимо указать, что пере-
дающие его иероглифы транскрибируются по-разному.
В Берлинском словаре и в работах А. Эрмана в начале [90] слова транскрибируется через
i9, в середине и в конце слова — через j; иероглифы и — всегда через j.
А. Гардинер и Г. Лефевр во всех позициях передают посредством i, и — посредст-
вом y. Э. Эдель оба знака ( и ) транскрибирует одним j ( как фонограммы в текстах Древне-
го царства нет).
В дальнейшем мы передаем во всех позициях через i, — через j.
Знак как фонограмма появляется только в среднеегипетских текстах, причем он стоит
здесь лишь в конце слов. Иероглиф в среднеегипетском языке встречается в середине и в
конце слов, а в новоегипетском также и в начале слов, например: jm "море".
Транскрипционный египтологический знак i был принят для обозначения и потому, что
египетское этимологически близко, с одной стороны, к протосемитскому йод (i), с другой, —
к протосемитскому алеф (A); ср., например, египетское "я" и еврейское ykinao' "я", начинаю-
10
щееся с алефа . Эта близость несомненна и подтверждается множеством данных. Однако на

2
Vergote, Phonetique, p. 70.
3
Gardiner, Grammar, § 19.
4
Ж. Марузо, Словарь лингвистических терминов, пер. с франц., М., 1960, стр. 80.
5
Edel, Grammatk, § 129; Wb. V, 63, 14.
6
Vergote, Phonetique, pp. 76, 110; E. Devaud, Permutation de r avec A, «Sphinx», vol. 12, 1904, pp. 123–124;
Correspondance de V. Loret, — «Kemi», Vol. 13, 1954, p. 22; A. Jirgu, Bemerkungen zu den agyptischen sogennanten
«Achtungstexte», — «Archiv orientalni», vol. 20, 1952, pp. 167–169; P. Montet, Notes et documents pour servir a l'histoire
des relations entre l'ancienne Egypte et Syrie, — «Kemi», vol. 1, 1928, p. 23.
7
Edel, Grammatik, § 132; Vergote, Phonetique, p. 97; Sethe, Verbum, § 72–73.
8
Vergote, Phonetique, p. 90; W. Till, Koptische Grammatik, Leipzig, 1955, § 31–32.
9
Vergote, Phonetique, p. 125 — Знак i ввиду технических трудностей может транскрибироваться просто че-
рез i.
10
В эпоху Среднего царства при транскрипции семитского алефа египтяне действительно использовали свей
знак (Albright, Vocalization, р. 31).
50
основании этого факта К. Зете без убедительных доказательств сделал очень спорный вывод о
том, что египтяне использовали иероглиф для обозначения двух разных звуков — алефа и йо-
да — в самом египетском языке11. Для того чтобы предположение о двух различных фонетиче-
ских значениях иероглифа в египетском языке превратилось в доказанный тезис, необходимо
и достаточно одно условие: наличие в египетских текстах таких слов, в которых заменял бы
алеф при сохранении значения [91] слова. Подобные факты до сих пор не отмечены. Наоборот,
вплоть до Нового царства иероглифы и тщательно различаются в письме и никогда не за-
меняют друг друга. Зарегистрировано лишь одно исключение — вместо Apd "гусь" стояло ipd12,
которое ни о чем не говорит и может рассматриваться только как ошибка. Против мнения К.
Зете и его последователей выступили некоторые ученые, в частности Ж. Вергот и К. Диров13.
Из Берлинского словаря египетского языка видно, что многие слова начинаются сочета-
, где эти иероглифы обозначают разные фонемы14.
нием
Вполне достоверно, что имел звучание йод, т. е. был звонким препалатальным спиран-
том. Этот звук встречается как в семито-хамитских, так и в других языках, например им начи-
нается французское слово уеих "глаза", кончается русское змий и т. д. Египетскому йод в еврей-
ском соответствует y в арабском ?. Йод принято называть слабым согласным или полугласным,
ибо он близок к гласному i15.
Начиная с текстов Древнего царства йод в начале, внутри и в конце слов иногда опускает-
ся, так вместо ixt — просто xt, вместо bik — bk и т. д.16 Особенно часто он опускается в конце
слов, например, если бывает третьим согласным глаголов tertiae infirmae: ir(i) "делать", gm(i)
"находить", mr(i) "любить" и т. д.
В коптском языке йод сохранился в виде ei или i (в зависимости от диалекта)17; например,
египетское it(f) "отец", коптское eiwt.
Следует сказать несколько слов о взаимоотношениях йода с другими согласными.
Во-первых, нужно отметить переход r > i, преимущественно в конце слов, наблюдающий-
ся уже в Текстах Пирамид; например: npr "зерно" > npi; mr "как" > mi и т. д.18
Во-вторых, переход A > i. Как упоминалось выше, вплоть до Нового царства алеф и йод
тщательно различаются. [92] Начиная же с текстов Нового царства встречаются слова, в кото-
рых вместо древнего алефа стоит йод:
Asx "жать" > isx Ams "скипетр" > ims
Amm "хватать" > im Ah "страдание" > ih и т.д.
Однако слово ibt "жажда", писавшееся через i уже в староегипетских текстах, на стеле Пи-
анхи (XXV династия) стоит в виде Ab (Urk., III, 9–10, Z. 15); такое написание Берлинский сло-
варь не приводит. Эти факты говорят о том, что в новоегипетском языке четкие различия между
обоими звуками начинают стираться, т. е. происходит процесс конвергенции данных двух фо-
нем.
Наконец, уже в староегипетских текстах нередко наблюдается (в грамматических оконча-
ниях) замена иероглифом и обратно.19
(айн) — звонкий фарингальный спирант20, которому в арабском соответствует ?, в ев-
рейском — [. Четко отличается в текстах от ларингального A, сохраняя свою индивидуальность.


11
Sethe, Verbum, § 109.
12
Vergote, Phonetique, p. 77; Sethe, Verbum, § 85.
13
Vergote, Phonetique, p. 77–79, K. Dyroff, Agyptisches j — der Tonsilbe in Koptischen, ZAS, Bd 48, 1911,
Ss. 27–30.
14
Ср. «правила выделения фонем» в кн.: Н. С. Трубецкой, Основы фонологии, пер. с немецкого, М., 1960,
стр. 55 (правило второе).
15
Gardiner, Grammar, § 128.
16
Edel, Grammatik, § 139–140.
17
Vergote, Phonetique, p. 63.
18
Edel, Grammatik, § 128.
19
Ibid., § 142.
51
Тем не менее в определенных условиях айн превращается в йод — в словах, содержащих фоне-
мы H и x; например: saH "благородный" пишется также siH, axx "сумерки" — ixx; atx "процежи-
вать" — itx. Отмечены и случаи перехода a > r в словах, содержащих H. Наконец, изредка в тек-
стах встречаются такие написания, как iAS "звать" (вместо обычного aS). Все эти явления указы-
вают на известную количественную и качественную редукцию фонемы a 21. О том же говорят и
некоторые данные демотических текстов: например, слово ab "рог" в демотических текстах пи-
шется Ab 22.
В коптском алфавите нет специального знака для a, но следы его в языке иногда нетрудно
обнаружить; о его наличии [93] в древней форме слова можно догадаться по удвоенной глас-
ной, например египетское Dba "палец" > thhbe. Вместе с тем следует подчеркнуть, что в копт-
ском алеф и айн уже совершенно не различались23.
(ваф) — билабиальный звонкий спирант. В еврейском ему соответствует w, в арабском
E. Этот звук встречается не только в семито-хамитских языках. Мы находим его, например, во
французском слове rouet "прялка"; в английском слове war "война" и т. д. Как и йод, ваф обыч-
но называют слабым согласным или полугласным, близким к гласному u. В коптском письме
поэтому ou служит для обозначения двух звуков: полугласного ваф и гласного и; например:
ouwn "часть", ounou "час". Подобно йод, ваф при письме может опускаться внутри слова и
особенно часто в конце. Уже упоминалось, что йод и ваф нередко заменяют друг друга в грам-
матических окончаниях слов.
H — глухой фарингальный спирант (как мы видели выше, звонким является айн). Ему
соответствует в еврейском x, в арабском X.
h — глухой ларингальный спирант, соответствующий еврейскому h и арабскому E.
x — глухой велярный спирант, соответствующий арабскому d.
X — глухой постпалатальный спирант.
Поскольку все четыре перечисленные фонемы акустически близки друг к другу, они бу-
дут рассматриваться вместе.
Как видно из староегипетских и более поздних текстов, в ряде слов возможен переход S >
X, например: SAt "труп" > XAt; SApt "плохая погода" > XApt; Sbt "проволока" > XAbt; Sak "брить" >
XAk; SpA "пуповина" > XpA; Snm "соединяться с..." > Xnm, причем написание таких слов через S
постепенно совсем выходит из употребления.
С другой стороны, уже в староегипетских текстах отмечены написания одних и тех же
слов то через X, то через x; это явление наблюдается и в текстах последующих эпох. Например:
Xrp и xrp "вести"; Xms и xms, "колос"; XArt и xArt "вдова"; pSr-pXr-pxr "окружать". Наконец, в
текстах позднего и греко-римского времени x. очень часто передается через S, например: Xrp
"вести" Srp, коптское ?orp SВ; x(A)x "спешить" > SS; xpr "быть" > Spr коптское ?wpeS ; xftj
"враг" > Sftj, [94] коптское ?aftSB; xm "храм" > Sm; xnp "грабить" > Snp и т.д.
Фонемы h и H четко различаются в письме начиная со староегипетских текстов. Это раз-
личие строго соблюдается в иероглифических текстах греко-римского времени, написанных
среднеегипетским языком, и в новоегипетских текстах. Однако в демотических текстах мы об-
наруживаем совершенно определенную тенденцию обеих фонем к конвергенции: они заменяют
друг друга в разных словах; например, наряду со старым whr "собака" встречается новое wHr,


20
В некоторых арабских диалектах эта фонема ларингальная, т. е. место ее артикуляции ниже. Конечно, мы
не можем безапелляционно утверждать, что египетский айн был именно фарингальным, а не ларингальным, но это
и не существенно.
21
E. Devaud, Sur la substitution d'un secondaire a un primaire, — «Sphinx», vol. 12, 1909, pp. 107–110; E.
Devaud, Encore un mot sur le nom du Nil, — ZAS, Bd 47, 1910, S. 163; J. Cerny, On the etymology of Coptic axo
«treasure», — ASAE, t. 41, 1942, pp. 335–358; A. Erman, Assimilation des Ajin an andere schwache Konsonanten, —
ZAS, Bd 46, 1909–10, Ss. 96–104.
22
W. Spiegelberg, Demotische Grammatik, § 4; Erichsen, Glossar, S. 3.
23
W. Till, Koptische Grammatik, § 31–33.
52
коптское ouxorSВ; наряду со старым wHAt "оазис" — новое whj, коптское ouaxeS24. В коптском
эта конвергенция полностью завершилась, что видно из приведенных ниже данных.
Саидский диалект коптского языка передает египетские звуки h, H, X всегда через x; звук
x— через x или через ?. Например: wAH "класть" > ouwx; Xnw "внутреннее" > xoun; di anx "да-
вать жизнь" > tanxo; sanx "кормить" > saan?25.
В бохейрском диалекте египетские x и X переданы через 4, а в ахмимском — через 5.26
— билабиальный звонкий взрывной смычный, в коптском алфавите b. Эта фонема в ря-
де случаев переходит в коптском языке в m, например bw "место" = ma; nb "каждый" — nim27 и
т. д. Возможно, это явление наблюдалось и значительно раньше28.
Следует подчеркнуть очень интересную, но еще далеко недостаточно исследованную фо-
нетическую близость b к n, прослеживаемую еще со времен Среднего царства29.
Наконец, в коптском иногда наблюдается переход b > ou, например: tBbo > touboB
"очищать" (от древнего dit wab)30. Этот переход происходил и в более древние времена, судя,
например, по материалам демотических текстов: sbA "звезда" — демотическое sw — коптское
siouSABF, где b > w > ou.
р— билабиальный глухой взрывной смычный, в коптском алфавите p. [95]
f — лабиодентальный глухой спирант, в коптском алфавите f.
m — билабиальный носовой смычный, в коптском письме m.
В Текстах Пирамид m изредка переходит в w, например: amA "быть горьким" > awA; иногда
m переходит и в b, например: wnm "есть" > wnb. Гораздо характернее, особенно для новоегипет-
ских текстов, переход m > n, например в предлоге m(n) "b"31. Новоегипетское m в коптском язы-
ке в ряде случаев выступает как n, например, префикс конъюнктива mtw > Nte; m-dr "когда" >
Ntere- и т. д. С другой стороны, в коптском наблюдается замена древнего n через m, например:
hAnw > xoeimS. Наконец, следует отметить, что m в конце слова иногда полностью редуцирует-
ся, например египетское Sm "идти" — новоегипетское Si — коптское ?e32.
n — зубной носовой смычный, в коптском n. В некоторых случаях в коптском перехо-
дит r, например: nmhw "бедный" > Rmxe "свободный"33.
r — зубной дрожащий смычный, в коптском r (только в фаюмском диалекте древне-
египетское r превратилось в l, например: iri "делать" > iliF). Как упоминалось, для r характерны
переходы: r > A, r > i и a > r. Фонема r в конце слов часто подвергалась полной редукции, а за-
тем совершенно исчезла, например: xpr "быть" > xpi (греко-римское время), коптское ?opeS; Hr
"лицо" > коптское xo; "бог" > коптское noute; предлог r > коптское e= SBF, aAA2.
l — зубной боковой смычный, коптское l. В демотическом письме имеется специальный
знак для обозначения этой фонемы, но ни в иероглифическом, ни в иератическом письме такого
знака нет. Замечено, что еще в староегипетских текстах фонема эта передавалась сочетанием
двух разных фонем: An, например в слове dlg "карлик"; nr, например в слове sSl "доить", а также
фонемами n, r или A34. В среднеегипетском наблюдается приблизительно то же самое; в ново-
египетском для передачи l обычно служит стабильное сочетание nr, например в слове bl "сна-
ружи" (коптское bol).



24
W. Spiegelberg, Demotische Grammatik, § 3; Erichsen, Glossar, Ss. 97–98.
25
W. Till, Koptische Grammatik, § 40–42.
26
A. Blackman — H. Fairman. The Myth of Horus at Edfu-II, — JEA, vol. 30, 1944, p. 21.
27
Ibid.
28
W. Albright, The Egyptian corresponse of Abimilki prince of Type, — JEA, vol. 23, 1937, p. 197, n. 2; Sethe,
Verbum, § 210, 4.
29
J. Clere, L'anciennete des negations a b initial du neoegyptien, — MDAIK, Bd 14, 1956, Ss. 29–31.
30
Vergote, Phonetique, p. 16.
31
Edel, Grammatik, § 124. Erman, Neuagyptische Grammatik, § 603.
32
Lefebvre, Grammaire, § 36.
33
P. Lacau, Sur le egypten, devenantpen copte, — «Recueil Champollion», pp. 721–732.
34
Edel, Grammatik, § 130.
53
z — зубной звонкий спирант, в староегипетских [96] текстах четко отличается от зуб-
ного глухого спиранта s (см. ниже), хотя изредка и отмечается смешение обоих знаков35. Соот-
ветствует еврейскому z и арабскому k.
c — зубной глухой спирант, соответствует еврейскому s и арабскому p.
Ко времени Среднего царства, о чем свидетельствуют тексты, происходит конвергенция
обеих фонем: z оглушается, обозначающий ее иероглиф становится алографом . Поэтому, если
в транскрипции староегипетских текстов соблюдение различия между z и s обязательно, то на-
чиная с текстов Среднего царства рекомендуется оба алографа передавать просто через s (копт-
ское s).
S — зубной глухой спирант, коптское ?. В еврейском ему соответствует v, в арабском
t.
Об отношениях этой фонемы к x и X говорилось выше.
q — взрывной глухой велярный смычный, которому в еврейском соответствует q (коф),
в арабском ¶ (коф).
k — взрывной глухой постпалатальный смычный; в еврейском ему соответствует k
(каф), в арабском ? (каф).
В египетском письме фонемы q и q четко различаются.
g — взрывной звонкий постпалатальный смычный. Со времени Нового царства фонема
g начинает оглушаться, и в некоторых словах k, q и g заменяют друг друга (причем q и k взаимо-
заменяются исключительно редко). Примеры:
1. Бывшее звонкое g —эквивалент глухого q: qnd "гневаться" — gnt (knt); Gbtjw "Коптос" >
kbt; Gbb (имя бога земли) — qb, греческое kAb; gbb "поля" — qbb; gbgbt "лежать ниспровергну-
тым" — qbqbt (XX династия); gbgb "быть хромым" — qbqb (XXI династия).
2. Бывшее звонкое g — эквивалент глухого k: gAw "быть узким" — kA; gAbt "рука" — kbt;
gAbt "лист (растения)"— kb(kb); gAS "стряхивать" — kS; gAgAw "изумляться" — kAkA; gnn "сладко-
пахнущее" — knn; grg "основывать" — krk; gs "половина"— ks; gsA "склоняться" — ksA; gsfn (на-
звание минерала) — ksfn.
Такие написания, как qnd и knd, kb и qb, qfdnw и qfdnw "обезьяноподобный (бог) " являют-
ся редкими примерами замены q через k.
Если обратиться к данным коптского языка, то легко убедиться в том, что коптское g упо-
треблялось лишь в словах греческого происхождения и что, следовательно, оно [97] никогда не
выражало древнего египетского g. Последнее в коптском передавалось либо посредством q, ли-
бо j (в зависимости от диалекта). Например: gmi "искать" > qineS, jimiB; gAbt "лист" > qwbeS,
jwbiB; gbi "быть слабым" > qbbeS, jebiB. Древнееегипетское g изредка передавалось в коптском
через k, например: gAS "тростник" > ka?SB. Во всех этих случаях оно передано глухими фонема-
ми.
Египетские q и k в коптском обозначены через k, y, q, j (в зависимости от диалекта), на-
пример: qrst "погребение" kaiseSB, qrr "лягушка" > krourS, yrourB; qd "строить" > kwtSBAF; qnd
"гневаться" > qwnTSA, jwnTB; kAm "сад" > qwmSB; km "черный" > kameS, yameB; kkw "мрак" >
kakeS, yakiB и т. д.
t — взрывной зубной глухой смычный, коптское t. Эта фонема в частности служила
грамматическим признаком женского рода, например: sn.t "сестра" (sn "брат"). Хотя в староеги-
петских и среднеегипетских текстах t регулярно выписывается, имеются весьма серьезные ос-
нования полагать, что как грамматическое окончание слов в status absolutus оно отпало еще во
времена Древнего царства36. В новоегипетском языке окончание t звучало, по-видимому, как
e.37 В коптском окончание женского рода t совершенно исчезло, например: sn.t "сестра" > swne.
35
Ibid., § 116.
36
Gardiner, Grammar, § 25; P. Montet, Sur la shute du t final, marque du feminin, — RE, t. 9, 1952, pp. 81–90.
37
Erman, Neuagyptische Grammatik, § 130.
54
d — взрывной зубной звонкий смычный. Коптское d употребляется исключительно в
словах греческого происхождения и поэтому не передает древнего египетского d. Последнее
подверглось оглушению, и в позднюю эпоху истории языка его в ряде случаев заменило t, на-
пример: db "гиппопотам" > tb, dbn "окружать" > tbn, dbH "просить" > tbH, коптское twbx; dm
"точить" > tm, коптское twmS; dm "называть" > tm и т. д. Словом, древнее египетское d в копт-
ском передается через t.
T — глухой зубной (вроде русского ч); образовался в результате препалатализации
древнего k, о чем свидетельствуют Тексты Пирамид, в которых наряду с древнейшими написа-
ниями через k встречаются уже более поздние написания через T, например: kbwi "обе подошвы"
> Tbwi; kw "ты" > Tw; частица sk > sT и т.д.38 В дальнейшем, начиная со Среднего царства, фонема
T часто подвергается редукции, теряет [98] свойства аффрикаты и становится алофоном фонемы
t, а графема — алографом графемы ; например, суффикс 2-го лица женского рода единст-
венного числа T – t, суффикс 2-го лица множественного числа Tn = tn и т. д. При этом египетско-
му T в коптском соответствует t. В очень многих других случаях фонема T сохраняет свойства
аффрикаты и в коптском передается через j и q (в зависимости от диалекта), например: Tsi
"поднимать" > jiseS, qisiB; TAm "класть" > jioueS, qiouiB; Trm "моргать" > jwrmS, qwremB и т. д.
D — звонкая зубная аффриката (вроде русского дж)39; происходит в результате препа-
латализации от древнего g (процесс параллельный с препалатализацией k > T).
Очень часто D подвергается редукции, теряет свойства аффрикаты и превращается в d, ко-
торое затем оглушается, например: Dbt "кирпич" > Dbt (новоегип.) > twbeS, twbiB; DbA "заме-
нять" > dbA > twwbeS, twbB.
С другой стороны, звонкая аффриката D оглушается, превращаясь в глухую аффрикату, о
чем свидетельствуют коптские соответствия, например: DADA "голова" > jwjS; Dabt "древесный
уголь" > jbbSS, jebSB; dar "искать" > jwrS; Dnw "ток" > jnoouS, jnwouB; Dnr "ветвь" > jalB и
т. д.
В египетском языке не было так называемых эмфатических звуков типа ?, ?, ?, A, свойст-
венных некоторым семитским языкам. Поэтому, строго говоря, нет египетских соответствий
семитским эмфатическим звукам. Египетские T и D в семитских текстах передавались графема-
ми, выражавшими эмфатические звуки, ибо фонетически они наиболее близко подходили к
египетским. Так, например, египетское D передается семитским c (?)40.
Как мы видели выше, в египетском консонантизме часты переходы одних звуков в другие.
Сами египтяне отлично сознавали существование таких переходов и, что очень любопытно, от-
мечали эти переходы в письме. Их метод очень прост и остроумен. Он состоит в следующем:
сначала писали графему, обозначавшую тот звук, который переходит, а рядом с ней графему,
обозначавшую тот звук, в который переходит первый. Так, сочетание означало переход r
— [99] k > T; — S > x; — A >j. Например: swi "пить"; XAt "труп" и
>i;
41
т.д. Переходы r > A и l > A графически не обозначались.
Остается сказать несколько слов об общих тенденциях развития египетского консонан-
тизма (естественно, это можно сделать лишь в той мере, в какой они выявлены наукой)42.
Для того чтобы судить о таких тенденциях, совершенно неизбежно данные египетского
языка рассматривать в сравнении с данными коптского.
Тенденция первая — оглушение звонких смычных (b, g, d, D) и звонкого спиранта z. Ог-
лушение фонемы b в конце слова наиболее ясно видно из бохейрского диалекта, например: mabA
"тридцать" > mapB (наряду с maabSA2, mabeА); sbt "паразит" > sipB (наряду с sibS); Dba "опеча-
тать" > twpB (наряду с twwbeSF, twbeA2); hbi "ибис" > xipB (наряду с xibwi).

38
Vergote, Phonetique, p. 34; Edel, Grammatik, § 111.
39
С. Донич в статье «О звуковом потенциале двух египетских графем» («Советское востоковедение», 1958,
№ 6, стр. 85—88) предлагает вернуться к устаревшим чтениям T = ts и D = dz (ср. A. Erman, Die Umschreibung des
Agyptischen, — ZAS, Bd 34, 1896, S. 62).
40
Vergote, Phonetique, pp. 47–51.
41
Edel, Grammatik, § 111, 120, 134.
42
Vergote, Phonetique, pp. 118–119.
55
Примеры оглушения звонких смычных g, d, D и спиранта z приведены выше.
Тенденция вторая — редукция ларингальных и фарингальных фонем (например, в копт-
ском A и a больше не различаются и даже не имеют специальных графем). Исследователь еги-
петской фонетики Ж. Вергот, указав на малую изученность этого процесса, сравнивает его с ис-
чезновением ларингалов в индоевропейских языках (обнаруженных только в хеттском языке).
Тенденция третья — препалатализация (это явление имело место дважды). В результате
первой, происходившей в Древнем царстве или ранее, велопалатальные g и k превратились со-
ответственно в D и T43. Но процесс этот не был всеобъемлющим, и наряду с новыми звуками D и
T продолжали существовать древние звуки g и k. В результате второй препалатализации (непол-
ной в Верхнем Египте и полной в Нижнем Египте), происходившей, по-видимому, в начале I
тысячелетия до н. э., положение велопалатальных в коптских диалектах стало следующим: в
диалектах Верхнего Египта четко различаются зубные и велопалатальные звуки, но не разли-
чаются глухие и звонкие; в бохейрском, наоборот, сохранилось четкое различие между глухими
и звонкими, тогда как древнее различие между зубными и велопалатальными [100] стерлось44.
Это различие между глухими и звонкими в бохейрском, в частности, сказывается в том, что
древние t и T нередко обозначаются как c, а звонкие D и D как t. Древнее D в бохейрском иногда
передается через j, а T посредством q.
Помимо этих трех тенденций, перечисленных Ж. Верготом, еще отмечается очень сильная
тенденция к редукции конечных фонем t и r (о чем уже говорилось в связи с их описанием).
Так, например, во время Нового царства звук r совершенно перестал звучать в предлоге r (status
absolutus), превратившись в короткий гласный45; в коптском языке этот предлог может быть
обозначен короткими гласными — eSBF и aAA2. Здесь же необходимо указать, что в status
pronominalis, т. е. с последующим местоименным суффиксом, предлог r и в новоегипетском46 и
в коптском сохраняет r — ero=. Редукция t и r, происходившая еще во времена Древнего цар-
ства, в коптском выражена очень сильно, например: nfr "хороший" > noufeS (но nofre "хоро-
шая"); nTr "бог" > nouteS.
Как видно из всего сказанного, египетский консонантизм представляет собой многогран-
ное, сложное явление, полностью далеко еще не изученное.
Однако гораздо больше трудностей стоит перед наукой в области египетского вокализма,
так как в египетском письме не существовало специальных обозначений для гласных фонем.
Прежде чем приступить к рассмотрению сути вопроса, нужно сказать несколько слов о
его истории.
Как известно, начиная с Ж. Ф. Шампольона египтологи долгое время утверждали, что
египетская система имеет специальные знаки для обозначения гласных (а именно знаки A, i, a, w,
j). Последними защитниками этого взгляда были Г. Масперо и Э. Навиль.
Диаметрально противоположной точки зрения держался К. Зете, чьи работы оказали ог-
ромное влияние на развитие египтологической филологической мысли. В течение многих лет
он считал, что все египетское письмо обозначало лишь согласные звуки и что первые попытки
вокализации могут быть обнаружены лишь в демотических текстах римского времени47. [101]
Позже он допустил, что групповое письмо (начиная с текстов Нового царства) содержит попыт-
ки вокализации письма48.
Наконец, существует третья точка зрения А. Эрмана, по которой уже в староегипетских и
среднеегипетских текстах w и i в конце слов иногда могли обозначать гласные49. Эта гипотеза в
самое последнее время нашла очень авторитетных сторонников в лице бельгийского ученого Ж.



43
Ibid., p. 34.
44
Формулировка Г. Юнкера (ibid., рр. 36–37).
45
Erman, Neuagyptische Grammatik, § 48.
46
Ibid., § 604.
47
Sethe, Die Vocalisation des Agyptischen, — ZDMG, Bd 77, 1923, S. 145 ff.
48
K. Sethe, Die Achtung feindlicher Fursten, Volker und Dinge auf altagyptischen Tongefa?des Mittleren Reiches,
— APAW, Phil.-hist. Kl., 26, № 5.
49
A. Erman, Die Flexion des agyptischen Verbums, — SPAW, Jg. 1900, S. 317 ff.
56
Вергота и американского египтолога и семитолога В. Тэкера50. К ним примыкает и автор иссле-
дования об огласовке группового письма во времена Нового царства, известный семитолог Ф.
Олбрайт51.
Первый вопрос, на котором нам надлежит сосредоточить свое внимание, заключается в
следующем: на каком основании египтологи старого поколения, включая Г. Масперо и Э. На-
виля, утверждали, что египетское письмо обозначало гласные звуки?
Имена царей династии Лагидов, с расшифровки которых началось чтение египетских ие-
роглифических текстов, были известны из греческого перевода текста и содержали наряду с со-
гласными гласные фонемы. Сопоставление иероглифов с греческими буквами привело к со-
вершенно неопровержимому выводу: отдельные фонемы в этих именах переданы теми или дру-
гими иероглифическими знаками. Установлено было, что иероглифы A (алеф), i, j (йод),
a (айн) и w (ваф) использовались здесь для передачи гласных. Этот факт и послужил ос-
новой для предположения о наличии в египетском иероглифическом письме специальных зна-
ков для обозначения гласных; поэтому в старых фонетических транскрипциях египетских текс-
тов фигурируют и гласные — а, i, u и т.д.
Однако, исходя лишь из данного факта, невозможно было создать строго последователь-
ную и выдержанную [102] транскрипцию, ибо иероглифические знаки, якобы обозначавшие
гласные, оказались полифоничными, т. е.:
= а, е, о;
= а, е, о;
= а (в дифтонгах ai, ia)
=o
=i
Возьмем, например, коптское слово ran "имя" египетское . Если бы в египетском
письме указанные иероглифы во всех случаях действительно передавали гласные звуки, то сло-
во «имя» писалось бы или и т. д., чего никогда не было. Можно привести огром-
ное количество подобных примеров.
Закономерно возникает вопрос: почему же для обозначения гласных фонем египтяне ис-
пользовали именно эти, а не какие-либо другие иероглифы? Ведь в иероглифическом письме не
было знаков для гласных, все иероглифы обозначали согласные. Дело в том, что и среди со-
гласных есть такие, которые в какой-то степени похожи на гласные. Знаки, передающие эти со-
гласные, египтяне и избрали для обозначения гласных.
Для того чтобы принять это предположение, необходимо прежде всего отказаться от тра-
диционной точки зрения, принципиально противопоставляющей гласные звуки согласным. Еще
Ф. Ф. Фортунатов отмечал, что «различие между гласными и согласными сводится к различию
в степени участия, какое принимает полость рта при образовании тех или других звуков, т. е.
различие между гласными и согласными есть различие относительное»52. Акад. Л. Щерба и его
последователи, а также видные лингвисты Ф. Соссюр и М. Граммон решительно отвергают де-
ление звуков на гласные и согласные53. «Отсутствие достаточно четкого акустического крите-
рия для деления звуков на гласные и согласные дает основание делить звуки с акустической
точки зрения не на эти две группы, а на "сонорные" и "шумные"»54. Если в образовании глас-
ных [103] участвует только голос, то отличительными признаками ряда согласных, наоборот,
являются лишь разные шумы (при полном отсутствии голоса). Но есть и такие согласные, в об-
разовании которых принимают участие и шумы и голос одновременно. Именно эта категория

50
Vergote, Phonetique, pp. 17, 79; J. Vergote, Vocalisation de l'egyptien? — BIFAO, t. 58, 1959, pp. 1–20;
J. Vergote, Vocalisation et origine du systeme verbal egyptien, — CdE, annee, 31, 1956; T. W. Thacker, The Relationship,
p. 31.
51
W. F.Albright, The vcalisation of the Egyptian syllabic orthography, New Haven, 1934.
52
Ф. Ф. Фортунатов, Сравнительное языковедение (курс лекций, читанных в МГУ в 1900–1902 гг.), — Из-
бранные труды, т. I, M., 1956, стр. 102.
53
А. А. Реформатский, Введение в языкознание, М., 1960, стр. 133.
54
Л. Р. Зиндер, Общая фонетика, Л., 1960, стр. 108.
57
согласных приближается к гласным. Сюда относятся египетские алеф, айн, йод и ваф. Послед-
ние два звука, как мы видели, обычно считаются слабыми согласными или полугласными и
близкими гласным i и и. Поэтому вполне понятно, что их использовали для обозначения глас-
ных.
Остается сказать несколько слов об айн и алеф. Первый из них был звонким фарингаль-
ным, т. е. в его образовании наряду с шумом участвовал и голос. Уже Ф. Л. Гриффис много лет
тому назад указал, что айн в какой-то степени близок к гласному а55. Как пояснил Н. В. Юшма-
нов, при артикуляции звука айн голос «настроен на а, э, о»56.
Алеф в качестве самостоятельной согласной фонемы существует во многих языках. Тот
факт, что в египетском языке во время Среднего царства, например, она использовалась для пе-
редачи семитских r и l, свидетельствует о ее независимом употреблении. С другой стороны, в
ряде языков алеф тесно связан с гласными. Немецкий Knacklaut представляет собой «сильный
приступ» гласного, находящегося в начале слова, а не самостоятельный согласный. Неотделим
фонематически от гласного и так называемый stod датского языка, встречающийся только после
гласного57. Ф. Л. Гриффис высказал мысль, что алеф близок к гласному a58. Это парадоксальное
на первый взгляд мнение по сути дела правильно: безусловно, в египетском языке алеф не
только был самостоятельной согласной фонемой, но в ряде случаев также играл роль «сильного
приступа» гласного, по крайней мере на поздних этапах развития языка. Именно этой его осо-
бенностью и объясняется использование египтянами алефа для обозначения гласных.
Здесь уместно сказать, что с точки зрения Ж. Вергота, выражал не только самостоятель-
ную фонему, но и «слабый приступ» в артикуляции гласных59.
Огромный научный вклад берлинской школы египтологов, в [104] первую очередь А. Эр-
мана и К. Зете, состоит отчасти в том, что они воочию показали всю несостоятельность и бес-
почвенность гипотезы, по которой иероглифы, выражающие алеф, айн, йод и ваф, в основном
обозначали гласные. Но как это нередко случается в пылу научной полемики, К. Зете зашел
слишом далеко: он полностью отвергал все попытки найти следы вокализации в египетском ие-
роглифическом письме (до демотических текстов римского времени).
Как известно, наряду с египетским консонантным письмом существовали и другие систе-
мы такого письма у семитских народов древности. Однако эти народы очень рано почувствова-
ли неудобство полного отсутствия гласных в письме и старались в какой-то мере исправить по-
ложение. Так появился целый ряд попыток частичной вокализации консонантных алфавитов,
попыток, вполне определенно установленных наукой60.
При этом для обозначения гласных прежде всего были использованы уже существовавшие
знаки, выражавшие согласные. Любопытно отметить, что в еврейском письме для передачи
гласных стали использовать согласные алеф, йод, ваф и хе, т.е. почти те же согласные, что и в
египетском. Поэтому вполне естественно и логично уже априори полагать, что одаренные егип-
тяне не отстали в этом отношении от других народов.
В настоящее время можно согласиться с Т. Тэкером, по мнению которого исследование Ф.
Олбрайта о вокализации группового письма «доказывает, что египтяне открыли принцип обо-
значения гласных внутри и в конце слова уже в середине XVIII династии и регулярно использо-
вали его для передачи иностранных имен»61. Графемами, посредством которых они выражали
гласные, являются: A (= a, i, и); w (= u, a, i); j (= i).
Но если групповое письмо XVIII династии и более позднего времени применялось в ос-
новном для передачи гласных в иностранных словах, то можно ли говорить о вокализации еги-
петской письменности вне группового письма во времена Древнего и Среднего царств?
55
F. LI. Griffith, A collection of hieroglyphs, London, 1898, p. XII (далее — Hieroglyphs).
56
Н. В. Юшманов, Грамматика литературного арабского языка. Л., 1928, стр. 7; см. также Vergote,
Phonetique, pp. 72.
57
Л. Р. Зиндер, Общая фонетика, стр. 171.
58
F. LI. Griffith, Hieroglyphs, p. XII.
59
Vergote, Phonetique, pp. 76–77.
60
Т. Тэкер (Т. W. Thacker, The relationship, pp. 7–12) приводит ряд, данных еврейского, угаритского, арамей-
ского и других языков.
61
Ibid., p. 16.
58
Т. Тэкер отвечает на этот вопрос положительно. Касаясь слабых согласных, или полуглас-
ных йод и ваф, он указывает на следующее, с точки зрения фонетики очень важное, [105] об-
стоятельство: данные фонемы в конце слога и после гласных теряют свой консонантный харак-
тер и удлиняют предшествующий гласный: i + i = i; u + w = u, а + i = ai; a + w = au, только в со-
четаниях и + i и i + w консонантный характер у них сохраняется. Т. Тэкер отмечает, что подоб-
ные явления прослеживаются почти во всех языках и поэтому были, конечно, и в египетском.
Однако не может быть такого правила, которое во всех случаях позволяло бы установить, когда
графемы и обозначают гласные, а когда согласные: каждый отдельный случай должен
иметь свое конкретное обоснованное решение62. Допустимо лишь сказать, что в Древнем царст-
ве гласные внутри слова не обозначались, а в Среднем царстве выражались лишь в иностран-
ных словах. Конечные гласные редко отмечаются в текстах Древнего царства, чаще в текстах
Среднего царства, но везде очень нерегулярно.
Таким образом, практически мы почти ничего не узнаем об египетском вокализме непо-
средственно из написаний египетских слов.
Вплоть до настоящего времени основополагающей работой об египетском вокализме яв-
ляется исследование К. Зете, с выводами которого совпадают и выводы Ф. Олбрайта, опублико-
ванные им в небольшой статье63.
Однако отдельные положения К. Зете оспариваются другими учеными. Совершенно необ-
ходимо также учитывать серьезные исправления и дополнения, которые внесли в выводы К.
Зете польский филолог А. Смешек и бельгийский египтолог Ж. Вергот64.
Метод выявления гласных египетского языка состоит в сопоставлении разных египетских
слов (собственных имен, географических названий и т.д.), неогласованных в египетских текс-
тах, с этими же словами, встречающимися в огласованных клинописных аккадских текстах из
архивов Тель-эль-Амарны и Богазкёя (XV–XIII вв. до н. э.), в ассирийских (VIII–VII вв. до н. э.),
нововавилонских (VI–V вв. до н. э.), греческих и коптских текстах. На основании всего этого
[106] материала возможно восстановить вокализм египетского языка вплоть до XV в. до н. э.
Отправным пунктом исследования эволюции египетских гласных являются аккадские
тексты XV–XIII вв. до н. э.
К. Зете сопоставил аккадскую форму имени египетского бога Хора (@r) — #arа, с асси-
рийской формой #uru, а затем с греческой формой египетских теофорных имен, в которые со-
ставным элементом входит имя этого божества, и, наконец, с коптской формой его имени:
#arа > #uru > [Yen] — urij > xwr
[pete]— urij
'Aqur > xacwr
Отсюда получается следующая линия развития гласных:
a > u > o. Но поскольку переход a > u слишком резок и невероятен, К. Зете по априорным
соображениям ввел еще промежуточное звено: a > o > u > o. Отмеченный выше переход грече-
ского u (ипсилон) в коптское w подтверждается и многими другими данными; например: Paani
— pawne; TUbi — twbe, 'Abudoj — ebwt, Tentur?j — nitentwre и т.д. Так как по схеме: a > o
> u > o звук u древнее звука o, то, согласно мнению К. Зете, ou после сонорных согласных m и
n в коптских amoun и anoup (коптские формы имен египетских богов Амуна и Анубиса) древ-
нее, чем w (о). Однако эту гипотезу легко опровергнуть. Прежде всего следует отметить, что в
аккадской и ассирийской клинописи нет звука типа о и клинописные материалы никаких сведе-
ний в пользу перехода o > u дать не могут. Что же касается дальнейшего обратного перехода u
> o, предполагаемого К. Зете, то с точки зрения фонетики он неправдоподобен65.



62
Ibid., pp. 3, 31.
63
K. Sethe, Die Vocalisation des Agyptischen, — ZDMG, Bd 77, 1923, S. 145–207; W. F. Albright, The principles
of Egyptian phonological development, — RT, vol. 40, 1923, pp. 64–70.
64
A. Smieszek, Some hypotheses concerning the prehistory of the Coptic vowels, Krakow, 1936; J. Vergote, Ou en
est la vocalisation de l'egyptien? — BIFAO, t. 58, 1959, pp. 1–19.
65
П. В. Ернштедт, Египетские заимствования в греческом языке, М.— Л., 1953, стр. 159, J. Vergote, Ou en
est la vocalisation de l'egyptien? — BIFAO, t. 58, 1959, pp. 3–4.
59
Мнение К. Зете о большей древности ou в именах amoun и anoup по сравнению с фоне-
мой w в других коптских словах не разделяется современными коптологами, рассматривающи-
ми это ou как явление, обусловленное предшествующими сонорными m и n66.
Весьма значительную роль во всех этих построениях К. Зете, как мы уже видели выше,
играет подмеченный им [107] переход греческого u (ипсилон) в коптское w. Объяснение такому
явлению предложил польский ученый А. Смешек, к которому присоединился и Ж. Вергот.
А. Смешек показал, что передача одной и той же гласной египетской фонемы нескольки-
ми греческими буквами связана с изменениями внутри греческой фонетики (описанными и сис-
тематизированными Е. Майзером). В силу этих изменений одна и та же греческая буква в раз-
ное время могла обозначать различные звуки. Так, например, до начала II в. до н. э. греческая
омега обозначала долгое и открытое o, тогда как греческий омикрон — короткое и закрытое о.
К указанному времени эти различия стерлись67.
Объяснение А. Смешека заключается в следующем.
Египетский широкий долгий гласный a, засвидетельствованный в аккадских текстах XIV
в. до н. э. (ср. #arа) через несколько веков превращается в узкий гласный о. Ассирийская кли-
нопись, не имевшая обозначения для этой фонемы, передает его как u (ср. #uru). Греки Египта
во времена Лагидов обозначали эту фонему сначала через u или, гораздо реже, через ou, так как
греческая омега фонетически менее подходила для передачи египетской фонемы. Когда же u
(ипсилон) стал звучать как u, а фонетические свойства греческой омеги изменились, то именно
через омегу и передавался египетский узкий звук о; в коптском w также применялось для этой
цели. Поэтому, например, в имени египетского бога @r узкую фонему о после @ греки сначала
передавали через u: [Yen] — urij, [Pete] — urij, 'Aqur, а позже через о: Wroj, коптское xwr.
Иначе говоря, в схеме К. Зете: a > o > u > o средние два звена нужно удалить и преобразовать
ее в a > o с последующим частичным изменением о после т и n в u.
Приблизительно такой же точки зрения придерживается и П. В. Ернштедт68.
Э. Эдель также признает переход a > o 69.
Наряду с длинным гласным a египетский язык обладал коротким а. К. Зете показал это
путем следующих сопоставлений:
аккад. xatpi (из имени Amanxatpi, егип. Imn–Htp коптское [pamr] xotP (название месяца);
maSSi (в имени [108] #arаmaSSi, егип. @r–ms), греческое ['A]masij (из Геродота), ['A]mwsij (из
Манефона), коптское moseS, mosiB "рожден".
Отсюда переход: аккад. a > греч. a (передаваемое через a и w > коптское o.
Путем аналогичных сопоставлений устанавливается наличие в египетском долгого глас-
ного i. В аккадских текстах имя египетского бога солнца Ra обозначено как riа (например, в
тронном имени Аменхотепа III — Nibmuariа, егип. Nb-mAat-Ra). В грецизированной форме еги-
петских теофорных имен, содержащих в качестве составного элемента имя египетского бога
солнца, мы находим греческое rh или ri. (копт. rh); например: в названии месяца Mesor? или
Mesori (копт. mesorh), в собственных именах 'Aprihj, Ouafrh, Petefrhj и др. Из этих данных
К. Зете выводит переход i > e. Однако, как отмечает Ж. Вергот, здесь имеется ряд весьма суще-
ственных исключений, так, в некоторых глаголах tertiae infirmae, например: miseSAA2 "рожать",
jiseSAA2 "поднимать", +iSBFAA2 "давать", а также в существительных, например: ri "келья", pite
"лук", коптское долгое i могло произойти лишь от египетского долгого i, т. е. последнее не пе-
решло в e, а сохранилось как i.
Все же эти исключения нисколько не опровергают вывода К. Зете о переходе i > e. Ж.
Вергот приводит очень интересные данные, подтверждающие вывод К. Зете. Имя египетской
богини Исиды в ассирийских текстах написано eSu, в нововавилонских esiA, что бесспорно сви-
детельствует о завершении перехода i > e к VIII—VII вв. до н. э. По-гречески это имя писалось
'Isij (или через h в теофорных именах Petehsij, Yenhsij, `Arsihsij). В коптском же — hse. Та-
ким образом, несомненно, что в это время египетский язык уже обладал гласной фонемой е.
66
J. M. Plumley, An introductory Coptic grammar, London, 1948, § 14; G. Steindorff, Lehrbuch der koptischen
Grammaiik, Chicago, 1951, § 49; W. Till, Koptische Grammatik, § 54–56.
67
Е. Mayser, Grammatik der griechischen Papyri aus der Ptolemaerzeit, Berlin, 1923, § 97, 117.
68
П. В. Ернштедт, Египетские заимствования в греческом языке, стр. 157–160.
69
Edel, Grammatik, § 151.
60
Существовал и переход i > а, на что указывают ассирийское PutubiSti и греческое
Petoub?stij, а также название египетского месяца kA-Hr-kA, которое в ассирийских текстах пере-
дано как kuixku (где египетское Hr-kA = ассирийскому ixku). В коптском названии того же меся-
ца k(o)i — axk ассирийскому ixku соответствует axk70.
Наконец, наличие в египетском языке эпохи Нового царства фонемы и доказывается пере-
ходом и > е. Как уже упоминалось, одно из тронных имен египетского фараона XVIII династии
Аменхотепа III — егип. Nb-mAat-Ra — аккадские тексты Тель-эль-Амарнского архива передают в
виде [109] Nibmuariа; здесь египетскому mAat "истина" соответствует аккадское тиа. По-
коптски "истина" meS 71. Другие примеры перехода приводят Ф. Каличе и Ф. Олбрайт72. Этот же
переход засвидетельствован и в целом ряде слов Библии, передающих египетские оригиналы73.
В основном выводы К. Зете и Ф. Олбрайта общеприняты, и серьезные исправления и до-
полнения А. Смешека и Ж. Вергота не меняют существа дела.
Итак, устанавливаются следующие конечные соответствия74:
египетский язык коптский
Нового царства язык
a w
i h
a o
i a
u e
Таким образом, изменение гласных в египетском языке произошло между XIII и VIII–VII
вв. до н. э. Можно считать установленным, что египетский язык в эпоху Нового царства распо-
лагал тремя гласными фонемами а, i, u, а к VIII–VII вв. также и фонемами о и е. По мнению Э.
Эделя, фонема e существовала в египетском языке еще во время Нового царства, хотя, как он
сам признает, ее происхождение неясно75. Б. Стрикер также полагает, что в египетском языке
Нового царства была фонема е76.
Однако все эти результаты египетской филологии еще очень далеки от выявления египет-
ского вокализма в целом. Для достижения этой цели, т. е. для того чтобы из согласных скелетов
египетских слов воссоздать полностью огласованные слова, необходимо знать правила дистри-
буции гласных фонем в египетских словах, структуру слога, характер ударения и т. д. Так как
египетская система письма [110] не имела специальных обозначений для гласных, то на пути к
разрешению подобных вопросов возникают очень большие трудности.
Правила египетского слога выведены К. Зете.
П р а в и л о 1 - е . В ударном слоге гласный открытого слога длинный, закрытого слога —
короткий. Это правило общепризнанно, поскольку вытекает из совокупности всего материала.
Например, египетское nDm "сладкий" — коптское noutM (nu-tem) египетское sDm.f "слушать
его" — коптское sotmF (sot-mef). По мнению К. Зете, это правило действовало уже во времена I
династии. Ф. Олбрайт полагает, что оно стало функционировать лишь после XIV в. до н. э.77
П р а в и л о 2 - е . Каждый слог и, следовательно, каждое слово начинается одним соглас-
ным. Это правило, провозглашенное К. Зете78, как утверждает Е. Эджертон, никогда никем
обосновано не было79. В своем исследовании о вокализации К. Зете не повторяет его, говоря о
правиле 1-м и 3-м, а в примечании упоминает о начальном гласном в слове, т. е. об исключении
70
K. Sethe, Die Vocalisation des Agyptischen, — ZDMG, Bd 77, 1923, S. 173, 191.
71
Ibid., Ss. 173–174.
72
F. Calice, Zur Entwicklung des u-Lautes im Agyptischen und Koptischen, — ZAS, Bd 63, 1928, S. 143; W. F.
Albright, The vocalization of the Egyptian syllabic orthography, pp. 17–18.
73
В. Н. Stricker, Trois etudes de phonetique et de morphologie copies. II. Les voyelles и et e en egyptien, — «Ada
orientalia», vol. 15, 1936, pp. 6–10.
74
Надо принять во внимание, что это сопоставление намечает лишь основную линию эволюции гласных.
Естественно, существует и ряд исключений.
75
Edel, Grammatik, § 16.1.
76
В. Н. Stricker, Trois etudes de phonetique et de morphologie copies. II. Les voyelles и et e en egyptien, — «Ada
orientalia», vol. 15, 1936, p. 10.
77
K. Sethe, Die Vocalisation des Agyptischen, — ZDMG, Bd 77, 1923, S. 196; F. Albright, Cuneiform material for
Egyptian prosography, — JNES, vol. 5, 1946, pp. 7–25.
78
Sethe, Verbum. § 8.
79
W. E. Edgerton, Stress, vowel, quantity and syllabic division in Egyptian, — WES, vol. 6, 1947, p. 17.
61
из этого правила80. А. Гардинер в своей грамматике отмечает, что подобное исключение про-
тиворечит самому правилу. Он формулирует это исключение следующим образом: если при
чтении кажется, что слово начинается не одним, а двумя согласными, то на самом деле перед
этими согласными стоит короткий вспомогательный гласный, т.е. эти согласные относятся к
разным слогам — первый согласный кончает первый слог, начинающийся кратким вспомога-
тельным гласным, а второй согласный начинает второй слог. Например, египетское nxt "быть
твердым" — коптское N?ot (en-Sot)81.
П р а в и л о 3 - е . Безударные слоги должны быть закрыты. Это правило, как указал
Е. Эджертон, также не было обосновано. Т. Тэкер, Э. Эдель и в особенности Я. Штурм отвер-
гают его82. [111]
Надо добавить, что в каждом слове есть только один ударный слог, который стоит на по-
следнем или предпоследнем месте. Безударные слоги имеют краткий нейтральный гласный.
Например: египетское xrxr "разрушать" — коптское ?or?R (Sor – Ser); xrxr.f "разрушать его" —
коптское ?R?wrF (Ser – So — r.f)83.
К коптскому языку эти правила применимы лишь со многими исключениями, что связано
с разложением египетской системы вокализации. Согласно К. Зете, А. Гардинеру и Т. Тэкеру,
этот процесс начался еще в эпоху Нового царства84. По мнению А. Эрмана, Г. Ранке, Э. Эделя,
Я. Штурма и Ж. Вергота, в египетском языке Нового царства редукция гласных развилась дале-
ко не в такой степени, как в коптском85. Ф. Олбрайт придерживается того взгляда, что редукция
гласных перед ударным слогом восходит к древнейшим временам, а процесс редукции гласных
после ударного слога очень затянулся86.
Надо отметить, что В. Тэкер и Ж. Вергот предложили вполне конкретную вокализацию
глагольных форм египетского языка (к сожалению, мы не в состоянии останавливаться здесь на
этом сложном вопросе).
Подводя итоги всему изложенному, нужно сказать, что египетский вокализм далеко еще
не изучен, и что многие выводы являются пока гипотетическими.
В заключение следует поставить вопрос о возможности фонологического исследования
египетского языка. Основатель научной фонологии Н. С. Трубецкой указывает, что эта наука
«само собой разумеется, должна использовать фонетические понятия... Фонетическое описание
данного языка должно быть принято в качестве исходного пункта и материальной базы»87. В
свете этих высказываний, учитывая нашу совершенно недостаточную осведомленность в фоне-
тике египетского языка, кажется преждевременным говорить о его фонологии.
Тем не менее все же не исключено, что применение тех [112] или иных методов фоноло-
гического исследования египетского языка может оказаться плодотворным.

§ 17. ЛЕКСИКА

Изучение египетской лексики, бесспорно, является одной из важнейших задач египетской
филологии.
На первых этапах развития этой еще молодой науки лексикография, как ее отрасль не на-
ходилась на должной высоте. С одной стороны, вследствие превратного убеждения в том, что
египетское иероглифическое письмо систематически обозначает гласные звуки, представления
о структуре египетских слов были совершенно неверны. С другой стороны, из-за своей общей

80
K. Sethe, Die Vocalisation des Agyptischen, — ZDMG, Bd 77, 1923, S. 194, 202, n. 1.
81
Gardiner, Grammar, p. 429.
82
Т. W. Thacker, The relationship, p. 324; Edel, Grammatik, § 217, 226, 245, 635; J. Sturm, Zur
Vokalverfluchtigung in der agyptischen Sprache der Neuen Reiches, — WZKM, Bd 41, 1934, Ss. 43–68, 161–179.
83
Gardiner, Grammar, p. 429.
84
K. Sethe, Die Vocalisation des Agyptischen, — ZDMG, Bd 77, 1923, S. 180; Gardiner, Grammar, pp. 429–430;
Т. W. Thacker, The Relationship, p. 37.
85
Erman, Neuagyptische Grammatik, § 133; H. Ranke, Keilschriftliches Material zur altagyptischen Vocalisation,
— «Anhang zu APAW», 1910, S. 77; Edel, Grammatik, § 152; J. Sturm, Zur Vokalverfluchtigung..., — WZKM, Bd 41,
1934, Ss. 161–180; J. Vergote, Ou en est la vocalisation de l'egyptien? — BIFAO, t. 58, 1959, p. 11.
86
F. Albright, Cuneiform material for Egyptian prosography, — JNES, vol. 5, 1946, p. 25.
87
Н. С. Трубецкой, Основы фонологии, стр. 21.
62
незрелости наука не могла разобраться в огромной массе наличных текстов и подвергнуть их
подлинному анализу с точки зрения лексикологии. Поэтому в настоящее время словари
Ж. Ф. Шампольона, С. Бёрча88 и других, где египетские слова приведены в транскрипции с ог-
ласовкой, устарели. То же можно сказать и о семитомном словаре Г. Бругша89, хотя в нем ис-
пользован гораздо больший словарный запас и впервые привлечены материалы демотических
текстов.
Единственным словарем египетского языка, соответствующим настоящему уровню науки,
является большой словарь, составленный по поручению Немецкой Академии наук А. Эрманом
и Г. Граповым при активном участии ряда ученых разных стран.
Этот словарь — незаменимое настольное пособие в исследовательской работе всякого
египтолога-филолога, и поэтому необходимо хотя бы кратко описать его90.
Составители словаря стремились охватить весь лексический материал (за исключением
демотического), известный науке в то время, т.е. использовать максимальное количество иерог-
лифических и иератических текстов. Последние привлекались только в иероглифической
транскрипции. Все тексты переписывались небольшими частями на отдельные карточки. На
каждой из них помещался отрывок текста — примерно [113] 30 слов. Таким образом, если ка-
кая-либо надпись содержала, например, 600 слов, то ее переписывали на 20 карточек. Каждую
карточку размножали в 40 экземплярах, из которых десять откладывали. На остальных 30 крас-
ными чернилами подчеркивали одно из слов (на каждой карточке — новое). Кроме того, под-
черкнутое слово выписывалось в правом верхнем углу карточки. В результате весь текст оказы-
вался расписанным на отдельные слова. Карточки раскладывались по ящикам в алфавитном по-
рядке. Подобный метод, во-первых, гарантировал исчерпывающее использование лексического
материала всех обрабатываемых текстов; во-вторых, показывал значение каждого слова не изо-
лированно, а в контексте, что особенно важно для исследований в области лексики91.
Основную работу при подготовке словаря провели 27 ученых, среди которых были вид-
нейшие филологи: А. Гардинер, А. Эрман, Г. Грапов, К. Зете, Г. Юнкер и др. Каждый из них
обрабатывал определенную группу текстов, например Г. Юнкер — тексты из храмов Эдфу,
Дендера, Филэ, Эсне и тексты, найденные им в Гиза, Дж. Брэстед — тексты из Сиута и т.д.
Большую часть текстов из русских собраний расписали А. Эрман и А. Гардинер.
Всего было составлено полтора миллиона карточек92. Так, лишь для регистрации разных
случаев употребления предлога m, наиболее часто встречающегося слова, потребовалось запол-
нить 90 тыс. карточек; для предлога n — 45 тыс., для предлога r — 30 тыс., для предлога Hr —
28 тыс., для слова nb "каждый" — 16 тыс. карточек и т.д.93. Естественно, такая грандиозная сис-
тематизированная картотека представляет для науки бесценный клад: она не только дает воз-
можность установить разные значения одного и того же слова в различных сочетаниях, но и
указывает на его распространенность, время появления и исчезновения и т.д. Казалось бы, этот
словарь должен быть безупречным. К сожалению, на самом деле получилось не совсем так.
Во-первых, в словаре имеется довольно много слов, значение которых не установлено.
Такие слова большей частью встречаются в текстах лишь один раз (hapax legomena), что крайне
затрудняет определение их смысла.
Во-вторых, многие слова, в особенности различные термины, интерпретированы только
приблизительно. [114]
В-третьих, вообще отсутствует целый ряд слов. Это объясняется в основном тем, что со
времени выхода пятого тома словаря было открыто и издано много новых текстов, которые со-
держали ранее неизвестные слова. Однако пропущены и отдельные известные слова (например:
gnwtj "скульптор").

88
Этот словарь приложен к труду: К. Bunsen, Agyptens Stelle in der Weltgeschichte, Bd I–V, Hamburg, 1845–
1857.
89
H. Brugsch, Hieroglyphisch-demotisches Worterbuch, Bd I–VII, Leipzig, 1867–1882.
90
Более полно история словаря освещается в брошюре Германа Грапова (Н. Grapow, Das Worterbuch der
agyptischen Sprache. Zur Geschichte eines grossen wissenschaftliclien Unternehmens der Akademie, Berlin, 1953).
91
Gardiner, Onomastica, vol. I, p. XIV.
92
Ibid., p. XII.
93
Н. Grapow, Das Worterbuch der agyptischen Sprache. Zur Geschichte…, S. 47.
63
Таким образом, несмотря на всю свою огромную ценность, словарь в настоящее время не
может рассматриваться как исчерпывающая по полноте сводка всего известного лексического
материала. Вот почему исследования в области египетской лексики имеют большое значение
для дальнейшего развития египетской филологии. «Мы еще далеко не достигли того уровня
знаний, когда значение каждого египетского слова может быть провозглашено ex cathedra и по-
этому всякому ученому, проработавшему в этой области хотя бы пару лет, должна быть предо-
ставлена возможность проверить, если он это считает нужным, правильность лексикографичес-
ких взглядов своих учителей»94.
Исходя из подобных соображений (еще до высказывания А. Гардинера), составители Бер-
линского словаря дополнили его пятью томами так называемых Belegstellen, т.е. ссылками на
некоторые (правда, лишь очень немногие по сравнению с использованными) тексты, на основа-
нии которых определялось значение того или иного слова. Этим самым составители словаря
хотели дать возможность каждому, кто того желал, самому проверить смысл интересующих
слов.
Ценным дополнением к словарю служат исследования в области египетской лексики,
опубликованные в виде отдельных статей и заметок в специальных египтологических и восто-
коведных журналах, а также приложенные к некоторым изданиям текстов списки упоминаемых
слов (таков, например, список слов к фрагментам литературных папирусов Р. Каминоса)95. Поч-
ти в любом вновь открытом тексте, в том числе и в изданных Р. Каминосом фрагментах, встре-
чаются ранее неизвестные слова, значение которых в ряде случаев остается для нас неясным.
После этих предварительных замечаний обратимся к рассмотрению египетской лексики.
Каждое египетское слово может быть либо словом-корнем, т.е. может иметь форму, не отличи-
мую от последнего, либо быть производным от корня, т.е. его форма образуется путем прибав-
ления к корню префикса, суффикса или каким-либо другим способом. Хотя обычно термин
«слово» употребляется для обозначения и [115] корней и производных слов, понятия «слово» и
«корень» не тождественны: египетский словарь содержит приблизительно 3200 корней, от ко-
торых происходит около 16 тыс. слов, относящихся к разным периодам истории языка.
Приводимые Г. Граповым статистические данные весьма интересны для характеристики
словарного состава египетского языка96.

Слова односогласного корня97 60
Двусогласные корни 380
Трехсогласные корни 2234
Четырехсогласные корни 450
Слова пятисогласного корня 125
Слова шестисогласного корня 30
Итого 3279

Как показывает таблица, в египетском языке число трехсогласных корней намного пре-
вышает число всех остальных. Эти слова составляют основу египетского словаря.
Слова односогласного корня включают 30 слов мужского рода и около 30 женского; к ним
относятся также некоторые частицы. Среди двусогласных корней имеется около 20 таких, в ко-
торых оба согласных звука тождественны, например: mm HH и т.д.; от них происходит около 65
слов. Корни подобного типа представлены и в коптском языке, например: xax "множество",
jaj "воробей".
Наиболее распространены трехсогласные корни, в которых все три согласных звука раз-
личны, например: sDm. Наряду с ними имеются трехсогласные корни других типов, как, напри-
мер nxn, где тождественны первый и третий звуки; таких корней насчитывается около 60 и к
ним восходит около 95 слов; корней типа bxx с одинаковыми вторым и третьим согласным не-
сколько больше — примерно 165, от них образовано около 380 слов (ср. коптское krour "ля-

94
Gardiner, Onomastica, vol. I, pp. XIII–XIV.
95
R. Caminos, Literary Fragments in the Hieratic Script, Oxford, 1936.
96
Н. Grapow, Zur Wortbildung des Agyptischen, — «Miscellanea Academica Berolinensia», 1950, Ss. 61–69.
97
Так как односогласных, пятисогласных и шестисогласных корней очень мало, в этих рубриках слова и
корни объединены. Все цифры приблизительны.
64
гушка"). Трехсогласных корней типа ssf, где первый и второй звуки тождественны, примерно
25; от них происходит около 30 слов.
Четырехсогласные корни также могут быть разных типов: имеется около 85 корней типа
Hsmn, в которых все четыре согласных звука различны, к таким корням восходят около 250
слов; существует около 80 корней типа tpnn с одинаковыми [116] третьим и четвертым соглас-
ными, от этих корней образовано около 100 слов. Отмечены корни типа AgAg с тождественными
первым и третьим согласными; типа nHmn, с тождественными первым и четвертым согласными;
типа Hnbn, с тождественными вторым и четвертым согласными; типа innk, с одинаковыми вто-
рым и третьим согласными; типа bbnT, где совпадают первый и второй согласные. К четырехсо-
гласным корням относятся еще около 170 редуплицированных корней, т.е. таких, в которых
первые два согласных удвоены — типа fdfd, mnmn и т.д. В основном это глаголы. В группу че-
тырехсогласных корней следует включить, наконец, и трехсогласные корни с префиксом кауза-
тива s (глаголы) и с префиксом m.
Среди немногочисленных пятисогласных корней и слов имеется приблизительно 25 таких,
где все пять согласных корня различны. Остальные пятисогласные корни и слова состоят из че-
тырехсогласных редуплицированных корней с предшествующим префиксом, например: Hbrbr,
nhmhm.
Что же касается шестисогласных корней и слов, то их насчитывается не более тридцати, и
почти все корни имеют шесть различных согласных. Корни этого типа относятся к наиболее
древним периодам истории языка.
Значительную роль в образовании слов играют префиксы. Так, например, при помощи
префикса m образовано (преимущественно от глаголов) около 140 существительных98; префикс
s придает глаголам форму каузатива. Менее важны префиксы n и h.
Помимо простых слов, в египетском языке существовали также и сложные слова, пред-
ставляющие собой сочетание двух слов. Особенно распространены конструкции следующего
типа99.
1. С начальным словом tp "голова": tp + rA "рот" = tp r "слово"; tp + rd "нога" = tp rd "пред-
писание"; tp + Hsb "счет" = tp Hsb "счет", "точность"; tp + nfr "хороший" = tp nfr "правильный
образ действия"; tp + mtr "точный" = tp mtr "точность".
2. С начальным словом st "место". Как указывает А. Гардинер, оно обычно сочетается с
названиями частей человеческого тела100. Например: st + rA "рот" (об искусных [117] устах); st +
ib "сердце" = st ib "любимец"; st + Hr "лицо" = st Hr "наблюдение", "надзор"; st + rd "нога" = rd
"местоположение", "положение (при дворе) "; st + Drt "рука" = st Drt (в выражении rx st Drt.f
"знающий место руки своей", т.е. "ловкий", "искусный").
3. С начальным словом rA,''рот": rA + pr "дом" = rA pr "храм", коптское RpeS; rA + wAt "доро-
га" = rA wAt "близость", "соседство", коптское raoueB.
4. С начальным rAa "состояние" (коптское ra-): rAa + kAt "работа" = rAa kAt "в работе"; rAa + xt
"палка" = rAa xt "сражение".
5. С начальным словом nt [единственное число женского рода служебного прилагательно-
го n(j)]: nt + a "рука" = nta "обычай"; nt + Htr "лошадь" = nt Htr "колесничный".
6. С начальным словом bw "место": bw + iqr "отличный" = bw iqr "совершенство", "отлич-
ное качество"; bw + nfr "хороший" — bw nfr "добро", "благое", "хорошее"; bw + bin "зло" = bw
bin "злое"; bw + Dw "злое" = bw Dw "злое".
Разумеется, этим не исчерпываются все способы словообразования в египетском языке.
Здесь были приведены лишь самые главные и общеупотребительные.
На протяжении своей многовековой истории словарь египетского языка неоднократно по-
полнялся иностранными словами. Этот процесс особенно усилился в эпоху Нового царства,
когда народ Египта пришел в длительное и тесное соприкосновение с рядом племен и народов,
преимущественно семитских, населявших страны восточного побережья Средиземного моря.
Семитских слов в египетском языке довольно много (большинство из них собрано в специаль-
98
Н. Grapow, Ober die Wortbildungen mit einem Prafix in- im Agyptischen, — APAW, Phil.-hist. K1., 1914, № 5.
99
Lefebvre, Grammaire, § 161.
100
A. H. Gardiner, Review of R. Weill, Les decrets royaux de l'Ancien Empire egyptien, — PSBA, vol. 34, 1912,
pp. 257–265.
65
ном словаре М. Бурхардта101). Некоторые слова перешли в речь египтян из языков племен и на-
родов, обитавших к югу от первого нильского порога.
В свою очередь и многие египетские слова были заимствованы языками других народов,
прежде всего семитских. Коптский словарь сохранил примерно 1400 слов из египетского язы-
ка102. Отдельные египетские слова можно найти и в греческом языке. Так, например, слово
b©rij "судно" происходит от египетского br; Yrpij "вино" — от египетского irp103.
В заключение следует упомянуть, что данные египетского [118] и коптского языков (на-
ряду с данными других языков) были использованы основателем глоттохронологии (или лекси-
костатистики) американским лингвистом М. Сводешом (М. Swadesh) и его последователями
для подтверждения их гипотезы. Эта гипотеза заключается в том, что словарный состав каждо-
го языка изменяется не произвольно и не случайно, а с постоянной скоростью, которая матема-
тически может быть выражена определенным коэффициентом, и что эти коэффициенты для
разных языков близки между собой104.

§ 18. ЧАСТИ РЕЧИ

Грамматическое описание языка принято начинать с частей речи, так как в грамматике
любого языка они играют важную роль. Однако в современной лингвистике нет единого уста-
новившегося определения частей речи105. Положение осложняется еще и тем, что из-за разно-
образия языков общей схемы частей речи быть не может. Вот почему для описания каждого
языка, в частности конечно, и египетского необходима схема, построенная на данных именно
этого языка. В египетской филологии такой вопрос по существу до сих пор не ставился. В капи-
тальных грамматиках А. Эрмана, А. Гардинера и Г. Лефевра эта проблема даже не затронута; в
них рассматриваются только отдельные части речи: существительные, местоимения, числи-
тельные, наречия, глаголы, предлоги, частицы, междометия. H. С. Петровский различает части
речи (существительные, прилагательные, местоимения, числительные, глаголы, наречия) и час-
тицы речи (предлоги, частицы, связки и междометия)106. Мы предлагаем следующую классифи-
кацию.
I. Знаменательные части речи:
1) существительные;
2) прилагательные;
3) наречия;
4) глаголы.
II. Местоимения.
III. Числительные.
IV. Служебные слова:
1) предлоги;
2) частицы.
V. Междометия. [119]
Однако части речи египетского языка удобнее различать по лексическому, а не по грамма-
тическому аспекту слов, так как большинство слов тождественно с корнем, который выступает
в роли разных частей речи в зависимости от своей грамматической функции в каждом данном
случае107. Так, существительные, прилагательные, глаголы и наречия от одного корня часто
имеют одинаковый внешний облик. Например mdw означает «говорить» и «речь».


101
М. Burchardt, Die altkanaanaischen Fremdworte und Eigennamen im Agyptischen, Leipzig, 1910.
102
Н. Grapow, Zur Wortbildung des Agyptischen, — «Miscellanea Academica Berolinensia», 1950, S. 60.
103
П. В. Ернштедт, Египетские заимствования в греческом языке, стр. 97, 98.
104
М. Сводеш, Лексикостатическое датирование доисторических этнических контактов, — «Новое в
лингвистике», вып. I, M., 1960, стр. 34.
105
О. Есперсен, Философия грамматики, пер. с англ., М., 1958, стр. 62 и сл.
106
H. С. Петровский, Египетский язык, стр. 88–89.
107
Разумеется, высказанное утверждение относится только к словам, упоминаемым в текстах, т. е. лишен-
ным огласовки. Увеличение наших знаний о египетской вокализации может опровергнуть это положение.
66
Основанием для лексического деления служит и отсутствие у перечисленных частей речи
морфологических особенностей. Только прилагательные-нисбы имеют определенное, лишь им
присущее окончание i, а окончание t, например, свойственное существительным женского рода,
может быть и у глаголов: swtwt "гулять".
Необходимо подчеркнуть, что в египетском языке между прилагательным и глаголом от-
сутствует такое четкое различие, какое нам хорошо известно в русском и ряде других языков.
В египетском языке есть много слов, имеющих одновременно аспект глагола и прилага-
тельного. В Берлинском словаре египетского языка подобные слова определены немецким тер-
мином «Eigenschanswort», за которым в скобках следует разъяснение: Adjektiv und Verbum. Та-
ковы, например, слова: Sps "быть прекрасным (ценным)"; snb "быть здоровым"; nfr "быть хоро-
шим"; nxt "быть сильным"; aA "быть большим" и ряд других. Эти слова в роли прилагательного
употребляются в качестве определения, в роли глагола — в качестве сказуемого.
С глаголами-прилагательными не следует смешивать предикативные прилагательные
(правила их употребления будут рассмотрены ниже): предикативные прилагательные не спря-
гаются, а глаголы-прилагательные спрягаются так же, как и все другие глаголы.
А. Гардинер высказал предположение, что, может быть, в тех случаях, когда эти слова вы-
ступают в качестве определения, следующего за определяемым, перед нами не прилагательное,
а форма старого перфекта этих глаголов (об этой форме см. ниже). Как бы то ни было, совер-
шенно ясно, что такие слова (глаголы-прилагательные) имеют два синтаксических аспекта —
сказуемого и определения.
Приблизительно подобное явление наблюдается и в современном китайском языке: неко-
торые его исследователи [120] объединяют глагол и прилагательное в одну часть речи — в так
называемый предикатив108.
Несмотря на это, мы сохраняем традиционное деление частей речи египетского языка, от-
личая глаголы от прилагательных, так как, во-первых, это гораздо удобнее для практических
целей, и, во-вторых, большинство глаголов египетского языка все же не являются глаголами-
прилагательными.

§ 19. СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ И ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ

В основу нашего обзора египетской грамматики положены нормы среднеегипетского, так
называемого классического языка. Когда же рассматриваются грамматические явления, отно-
сящиеся к староегипетскому или новоегипетскому языкам, это оговаривается в каждом случае.
Как уже упоминалось, египетские существительные особых морфологических признаков
не имеют и в своем большинстве тождественны с корнями.
Данные коптского языка и некоторые факты, отмеченные в египетских текстах, показы-
вают, что у существительных было три формы: 1) status absolutus (когда существительное упо-
треблялось самостоятельно); 2) status constructus (когда оно непосредственно стояло перед дру-
гим словом); 3) status pronominalis (когда существительное соединялось с местоименным суф-
фиксом). В коптском языке эти формы различаются ударением и огласовкой. В египетских же
текстах, где никакой огласовки нет, иногда прослеживаются лишь косвенные указания на нали-
чие упомянутых форм109. Существительные имеют две категории — рода (мужской и женский)
и числа (единственное, двойственное и множественное). Уменьшительных и увеличительных
форм у существительных нет.
Существительные мужского рода единственного числа определенного окончания не име-
ют, например: sn "брат", sA "сын", pr "дом". Правда, есть довольно много существительных
мужского рода, оканчивающихся на w. Признаком существительных женского рода является
окончание t, например: snt "сестра", sAt "дочь", mwt "мать". Как правило, это окончание пишется
до детерминатива. В коптском языке окончание t у существительных женского рода в status
absolutus и в status constructus отпало, например: snt > swne110. Однако в [121] status

108
А. А. Драгунов, Исследования по грамматике современного китайского языка, М., 1952, стр. 10 и сл.
109
Gardiner, Grammar, p. 432; Lefebvre, Grammaire, § 112.
110
Lefebvre, Grammaire, § 112; Gardiner, Grammar, § 85.
67
pronominalis оно сохранилось. Показателем того, что t произносилось, было его повторение по-
сле детерминатива перед местоименным суффиксом, например: xt.t.f, здесь t перед суффиксом f
— повторение окончания (в новоегипетском в подобных случаях пишется tw) Некоторые суще-
ствительные, например: dpt "судно" в status pronominalis иногда принимают окончание wt:
dpwt.k "судно твое".
Но не все существительные, оканчивающиеся на t, относятся к женскому роду. У ряда су-
ществительных мужского рода конечный звук корня также t, но он является не окончанием, а
именно частью корня, например: xt "дерево", wmt "толщина". Вместе с тем названия стран и го-
родов, даже не имеющие окончания t, в среднеегипетском языке грамматически трактуются как
существительные женского рода111 (в староегипетском — как существительные мужского ро-
да).
В двойственном числе существительные мужского рода имеют окончание wj, существи-
тельные женского рода — tj; например: txnwj "два обелиска", sntj "две сестры". Окончание
множественного числа существительных мужского рода w, женского рода — wt, например: snw
"братья", snwt "сестры". Окончания двойственного и множественного числа пишутся до детер-
минатива.
В языках, находящихся на ранних стадиях развития, нередко встречается несколько видов
множественного числа, выражающих не множество вообще, а конкретную множественность:
два, три и даже четыре112. Эти формы могут сосуществовать с обычным множественным чис-
лом, которое иногда в таких случаях обозначается словом «много». С эволюцией языка от кон-
кретности к отвлеченности подобные формы множественности отмирают и сливаются с общим
множественным числом. О таком развитии свидетельствуют данные многих языков, в частнос-
ти океанийских. Явные следы этого процесса можно заметить и в египетском языке. В старо-
египетских текстах множественное число нередко выражается троекратным повторением идео-
граммы слова или его детерминатива: если же слово пишется не идеографически и без детерми-
натива, то оно полностью повторяется трижды, например множественное число слова rn "имя"
писалось rn rn rn. К концу эпохи Древнего царства этот громоздкий способ был заменен напи-
санием особого детерминатива множественного [122] числа — трех штрихов или трех кружоч-
ков, указывающих, что слово (или его детерминатив) следует читать три раза; соответственно
двойственное число стало выражаться двумя штрихами. Однако удвоение и утроение слова,
идеограммы или детерминатива, штрихи и фонетическое написание, окончание w и wt — все
это может сочетаться в разных комбинациях и в среднеегипетском языке, причем фонетическое
окончание w нередко опускается.
Собирательные существительные также писались со штрихами множественного числа.
Большинство из них женского рода, т.е. с окончанием (w)t. Например: mnmnt "стадо", Hnqt "пи-
во", HmAt "соль" и т.д. Форму множественного числа имеют и существительные, выражающие
отвлеченные понятия, например; xaw "появление", qbHw "прохлада", nfrw "красота" и т.п.
В новоегипетском языке двойственное число уже не употребляется и заменяется множест-
венным числом. В коптском языке двойственное число встречается только пережиточно и
грамматически трактуется как единственное число, например: spotou "губы" ("две губы").
В египетском языке нет склонений с морфологическими показателями. Значения, для пе-
редачи которых в других языках служат парадигмы падежей, в египетском языке выражаются
порядком слов или служебными словами, предшествующими знаменательным словам.
Тем не менее в грамматиках обычно говорится о наличии в египетском языке родительно-
го, дательного и других падежей.
Родительный падеж различается прямой и косвенный. В конструкции прямого родитель-
ного падежа два существительных стоят рядом, при этом первое является управляющим, а вто-
рое — управляемым; например: hrw qsnt "день несчастья", dpt mwt "вкус смерти", Hmt wab "жена
жреца". В новоегипетском языке прямой родительный падеж выходит из употребления и сохра-
няется пережиточно лишь в древних устойчивых словосочетаниях113. Изменения в огласовке

111
J. Clere, Sur le genre general feminin des noms des villes en ancien egyptien, — GLECS, t. 3, 1939, pp. 47–49.
112
L. Levy-Bruhl, Les functions mentales des societes inferieures, Paris, 1918, p. 157.
113
A. Erman, Neuagyptische Grammatik, § 200–201.
68
управляющего существительного в письме не могли быть выражены, так как гласные не выпи-
сывались. Но такие изменения были. Об этом свидетельствуют данные семитских языков, а
также особенности коптского языка, где при прямом родительном падеже (который встречается
только пережиточно в сложных словах) управляющее существительное переходило из status
absolutus в status constructus, т.е. [123] теряло свое ударение, и гласный звук его редуцировался;
управляемое же существительное оставалось в status absbsolutus, т.е. в своей неизменной пол-
ной форме. Например:
qb-joeit "лист оливкового дерева", здесь qb — status constructus слова qwwb (status
absolutus) "лист"; neb-hi "хозяин дома", здесь neb — status constructus слова nhb (status
absolutus) "хозяин"114.
Косвенный родительный падеж выражается при помощи служебного прилагательного n(j),
которое ставится между управляющим и управляемым словами. Это служебное прилагательное
происходит от предлога n и, изменяясь в роде и числе, согласуется с управляющим словом:

n(j)
единственное число мужского рода
n(j)t
» » женского »
n(j)w
множественное число мужского »
n(jw)t
» » женского »

Например: dmi n Gbtiw "город Коптос" (этой египетской конструкции точно соответствует
французский перевод — ville de Coptos): nsw n(j) Kmt "царь Египта"; niwt n(j) nHH "город вечно-
сти"; Hmwt n(jw)t wrw "жены вельмож"115.
Косвенный родительный падеж иногда выражает качество, т.е. заменяет прилагательное,
например: s n mAat "правдивый человек" (букв. "человек правды"). Между управляющим и уп-
равляемым словами могут быть и другие слова, например HqA pn §nw "правитель этот (страны)
Чену".
Дательный падеж всегда образуется при помощи предлога n "для", который ставится пе-
ред управляемым словом.
Существительное (а также прилагательное, причастие и другие части речи), следующее за
предлогом m, нередко переводится на русский язык в творительном падеже, например: xpr m bA
anxj "стать душой живой".
В творительном же падеже переводится существительное без предлога, стоящее за прила-
гательным; например: ink abA awj "я искусен руками", iqr sxrw "отличный замыслами".
Указательное местоимение, которое следует за существительным, иногда придает ему
значение звательного падежа. Это же относится и к междометию i перед существительным, на-
пример: i anxw "о, живущие"116. Значение звательного падежа может иметь существительное и
без указательного местоимения или междометия. [124]
Необходимо отметить, что если два существительных стоят рядом, то это еще не говорит
о наличии прямого родительного падежа. Возможны следующие случаи:
1. А п п о з и ц и я . Второе существительное поясняет первое; например: sA.k @r "сын твой
Хор", Hnqt hbnt 1 "пиво, мера 1". В таком сочетании оба существительных стоят как бы в имени-
тельном падеже и воспринимаются независимо друг от друга.
2. К о о р д и н а ц и я . В египетском языке нет союза, соответствующего русскому «и» (не-
мецкому und, французскому et, английскому and и т.п.). Такой союз auw появляется только в
коптском языке. Поэтому в некоторых случаях два рядом стоящих существительных при пере-
воде можно соединять союзом «и»: gm.n.i dAbw iArrt im "нашел я фиги и виноград там".
Подобно существительным, прилагательные не имеют особых морфологических призна-
ков. Как и другие части речи, они тождественны с корнем. Исключение составляют прилага-
тельные-нисбы (распространенные и в семитских языках), которые образуются посредством



114
Lefebvre, Grammaire, § 140.
115
Ibid., § 146; Gardiner, Grammar, § 86.
116
Lefebvre, Grammaire, § 159.
69
прибавления окончания j к существительным и предлогам; например; nTr "бог", nTrj "божест-
венный", Hr "на", Hrj "который на" и т.д.117.
В египетском языке прилагательные (кроме нисб) могут быть сказуемым или определени-
ем. В первом случае предикативное прилагательное, не изменяясь, предшествует подлежащему
(существительному или зависимому местоимению), во-втором — следует за ним. И в той и в
другой роли наиболее часто встречается прилагательное nfr: как сказуемое оно переводится
"быть хорошим", как прилагательное "хороший". Например: nfr mtn.i "хорош путь мой", nfr pr.i
"хорош дом мой", nfr tw Hna.i "хорошо тебе со мной", hrw nfr "день хороший", nTr nfr "бог бла-
гой". Прилагательное согласуется в роде и числе со словом, которое им определяется: грамма-
тические окончания у прилагательных те же, что и у существительных.
Степени сравнения не имеют специальных форм. Сравнительная степень передается при
помощи предлога r "больше чем", например: wr mnw.k r nsw nb xpr "(памятники) твои больше,
чем (памятники) всякого царя, бывшего (до сих пор)". [125]
Превосходная степень выражается различными способами. Например: wr wrw "наиболь-
ший (из) больших", wr imj saxw "величайший среди благородных" и т.д.

§ 20. ЛИЧНЫЕ МЕСТОИМЕНИЯ

Личные местоимения делятся на три группы: местоименные суффиксы, зависимые место-
имения и независимые местоимения.

Местоименные суффиксы

Эти личные местоимения никогда не употребляются самостоятельно, они всегда связаны с
другими словами.
Единственное число
i
1-е лицо "я", "мой"
k
2-е » мужского рода "ты", "твой"
T, t
2- е » женского » "ты", "твой"
f
3-е » мужского » "он", "его"
s
3-е » женского » "она", "ее"

Множественное число
n
1-е лицо 'мы', 'наш'
Tn, tn 'вы', 'ваш'
2-е »
sn
3- е » 'они' 'их'

В староегипетских текстах встречается и двойственное число местоименных суффиксов:
nj
1-е лицо "мы (двое, оба, две, обе)", "наш (двоих, обоих, обеих)"
Tnj
2-е » "вы (двое, оба, две, обе)", "ваш (двоих, обоих, обеих)"
snj
3-е » "они (двое, оба, две, обе)", "их (двоих, обоих, обеих)"

В среднеегипетском языке эти формы чрезвычайно редки и являются архаизмами.
Местоименный суффикс 1-го лица единственного числа большей частью выражается зна-
ком , но иногда он передается иероглифами, представляющими божество, царя или женщину
(когда речь ведется от имени божества, царя или женщины). Иероглиф, изображающий женщи-
ну, начинает употребляться как суффикс 1-го лица только в текстах [126] XIX династии. Изред-
ка суффикс 1-го лица единственного числа пишется знаком или просто чертой еще реже —
знаком .
Суффиксы 2-го и 3-го лица единственного числа мужского рода k и f и суффикс 3-го лица
единственного числа женского рода s сочетаются с окончанием двойственного числа j, когда
они следуют за словами, обозначающими парные предметы. Например: irtj.kj "глаза твои", awj.fj

117
Ibid., § 178.
70
"руки его", msDrwj.fj "уши его", gswj.kj "твои оба бока" (gs "бок", "сторона", подразумевается,
что все имеет по крайней мере две стороны, два бока)118.
В поздних новоегипетских текстах суффикс 3-го лица единственного числа женского рода
пишется в форме sw119.
Местоименные суффиксы 2-го и 3-го лица множественного числа Tn (позднее tn) и sn не-
редко встречаются без детерминатива множественного числа — трех штрихов . Начиная с текс-
тов XVIII династии в качестве суффикса 3-го лица множественного числа вместо sn стал упо-
требляться суффикс w (в коптском ou).
В египетском языке существует безличное местоимение tw (в староегипетском tj), имею-
щее такое же значение, как французское местоимение on или немецкое man. Оно выступает в
роли местоименного суффикса, зависимого местоимения и нового независимого местоимения
(в форме twtw). В новоегипетском и коптском вместо него нередко употребляется суффикс 3-го
лица множественного числа w (ou)120.
Как правило, суффиксы пишутся после детерминатива слова (исключения составляют от-
дельные написания в староегипетских текстах).
Местоименные суффиксы употребляются:
1) в качестве подлежащего в финитных формах глагола, например: sDm.i "слушаю я",
sDm.k "слушаешь ты", sDm.f "слушает он" и т.д.;
2) как притяжательное местоимение после существительных (и их эквивалентов), напри-
мер: pr.i "дом мой", pr.k "дом [127] твой";
3) в роли косвенного дополнения после предлогов, например: dD.f n.i "говорит он мне";
4) в качестве подлежащего или прямого дополнения после сказуемого-глагола в форме
неопределенного наклонения.
Зависимые местоимения (по английской терминологии — dependent pronouns, по немец-
кой — altes Pronomenab solutum)
Единственнное число
wi
1-е лицо "я", "меня"
Tw, tw
2-е » мужского рода "ты", "тебя"
Tn, tn
2- е » женского » "ты", "тебя"
sw
3-е » мужского » "он", "его"
121
sj, (st)
3-е » женского » "она", "ее"

Множественное число
n
1-е лицо "мы", "нас"
Tn, tn "вы", "вас"
2-е »
sn, st "они", "их"
3- е »

Эти местоимения названы зависимыми потому, что они зависят от другого слова, само-
стоятельно не употребляются и не начинают предложения (исключение составляют формы 3-го
лица в архаических и архаизирующих текстах)122.
У зависимых местоимений, так же как и у местоименных суффиксов, часто опускается
показатель множественного числа — три штриха. Редкие формы двойственного числа, совпа-
дающие с формами двойственного числа местоименных суффиксов, встречаются тоже только в
древнейших текстах. В роли подлежащего зависимые местоимения употребляются в предложе-
ниях с неглагольным сказуемым:
а) в предложении с адвербиальным сказуемым, например:
mk wi m-baH.k "вот я перед тобой";
118
Lefebvre, Grammaire, § 75–76.
119
A. Erman, Neuagyptische Grammatik, § 74; K. Piehl, pronom-suffixe des basses epoques, — «Sphinx», vol. I,
1887, p. 68.
120
A. Erman, Neuagyptische Grammatik, § 86, 269.
121
Необходимо отметить, что зависимое местоимение 3-го лица женского рода st в среднеегипетском языке
имело также значение «это» (т. е. выражало средний род). Например: dD.f st "говорит он это". Иногда такую же
функцию выполняет и суффикс 3-го лица единственного числа женского рода s. В новоегипетском для этой цели
употреблялся суффикс 3-го лица единственного числа мужского рода f.
122
Gardiner, Grammar, p. 424 (§ 115A).
71
б) в предложениях, в которых сказуемым является старый перфект, например: mk wi ij.kwj
"вот я пришел";
в) в предложениях с предикативным прилагательные, например: nfr s(j) r Hmt nbt "пре-
краснее она, чем любая женщина".
Следует подчеркнуть, что в первых двух случаях перед зависимым местоимением-
подлежащим обязательно должна [128] стоять или какая-нибудь частица (mk "вот", nn "нет" и
др.) или относительное местоимение (ntj "который", ntt "что" и др.).
В качестве прямого дополнения зависимые личные местоимения употребляются после
различных финитных глагольных форм и после причастий, например: hAb.k wi "посылаешь ты
меня"; в роли косвенного объекта эти местоимения не применяются.
Зависимые местоимения выражают значение возвратных местоимений, а также употреб-
ляются после императива: Ts sw "подними его"123.

Независимые местоимения

Независимые местоимения обычно стоят в самом начале предложения.
Следует отметить, что староегипетские и среднеегипетские формы независимых место-
имений не тождественны, как это видно из приводимой парадигмы.
Староегип. формы Среднеегип. формы
Единственное число
ink ink
1-е лицо "я"
Twt ntk
2-е » мужского рода "ты"
Tmt ntT, ntt
2- е » женского » "ты"
swt ntf
3-е » мужского » "он"
stt nts
3-е » женского » "она"

Множественное число
inn
1-е лицо не засвидетельствовано "мы"
ntTn, nttn
ntTn
2-е » "вы"
ntsn
ntsn
3- е » "они"

стр. 1
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ

>>