стр. 1
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Николай Непомнящий
Самые невероятные случаи

Энциклопедия загадочного и неведомого – 0



«Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи»: АСТ, Астрель; М.; 2001
ISBN 5-271-00393-0, 5-17-006068-8

Аннотация

Невероятные случаи происходят с нами постоянно, их нужно только собрать и разложить, что называется, по полочкам. Другое дело — верить или не верить в эти истории. Какие-то из них мы принимаем безоговорочно, о других можем сказать: «Этого не может быть, потому что...» Конец фразы известен. А есть и такие истории, которые, когда с ними познакомишься, вызывают только вопросы: а дальше что? Где продолжение? Необыкновенные истории реальны, реальны настолько, что мы даже себе представить не можем — вот увидите. Будущее покажет!

Николай НЕПОМНЯЩИЙ
САМЫЕ НЕВЕРОЯТНЫЕ СЛУЧАИ
(Энциклопедия загадочного и неведомого)

ОТ АВТОРА-СОСТАВИТЕЛЯ

Работать над этой книгой мне было сравнительно легко. Сравнительно — с теми томами, что уже вышли в нашей серии «Энциклопедия загадочного и неведомого». Легко потому, что невероятные случаи происходят с нами постоянно, их нужно только собрать и разложить, что называется, по полочкам. Другое дело — верить или не верить в эти истории. Какие-то из них мы принимаем безоговорочно, о других можем сказать: «Этого не может быть, потому что…» Конец фразы известен.
А есть и такие истории, которые, когда с ними познакомишься, вызывают только вопросы: а дальше что? Где продолжение?
Мне самому больше по душе такие вот недосказанные байки. Я верю в байки, потому что в них — генетическая память людей о том, что с ними приключилось однажды, но было так давно и случалось столь редко, что стало фантастикой. Почему мы безоговорочно принимаем сказки, но не верим в то, что девушку унес снежный человек?
Я условно разделил всю книгу на четыре части — «Такое трудно придумать», «Были-небыли», «Наука или…» и «Дверь в Зазеркалье». Повторяю, это деление условно, и многие сюжеты могут естественно и спокойно перетекать из одной части книги в другую — не столь важно, где будет расположен тот или иной материям. Важно другое — необыкиовен ные истории реальны, реальны настолько, что мы даже себе представить не можем — вот увидите. Будущее покажет!
Автор— составитель весьма признателен всем тем, чьи материалы нашли место в данной книге. Это: А. Борисов, Д. Виноградова, С. Горяйнов, К). Джиташвили, В. Ермаков, О. Жеребцова, С. Зигуненко, К. Карева, И. Кизель, А. Корзун, Н. Кризолида, С. Кузина, И. Курганов, П. Леонов, Ю. Метелев, В. Нечипоренко, Г. Николаев, М. Пазин, С. Первушин, Ф. Перфилов, В. Псаломщиков, Т. Самойлова, А. Сидоренко, А. Соловьев, И. Черкасов, М. Чудаков. Авторсоставитель будет весьма благодарен тем читателям, которые поделятся с ним своими необыкновенными историями из самых разных областей жизни.

Часть первая
ТАКОЕ ТРУДНО ПРИДУМАТЬ

ОБЕЗЬЯНОЛЮДИ РАБОТАЛИ КАК БУЙВОЛЫ

Рассказывает Михаил Чудаков

Автор письма в журнал «Вокруг света», пожелавший остаться неизвестным, поведал необычную историю. Сообщил, что в Костромской области (где именно, умолчим) жили… полулюди-полумедведи. Жили, как люди, в домах, говорили человечьими голосами, но имели весьма непрезентабельный вид изза своей слишком густой растительности. Их мать молила Бога, чтобы дети не были похожи на нее, но Господь не внял этим мольбам. А один из ее сыновей пил беспробудно, чтобы побыстрее умереть, очень сокрушался, что родился таким страшным, и говорил:.»Кому я такой нужен». От той семьи осталась только одна женщина. Автор письма сообщал ее фамилию и имя (назовем ее условно Нина Колоскова), где и в какой должности она работает. «А может быть, вы найдете и старожилов, которые знали эту семью, а может, и ее прапрапрадеда» — так это письмо заканчивается.
Очень заманчиво было расследовать это дело. Тем более что недавно появились сведения, будто бы в 20 — 30х годах был у нас такой биолог Илья Иванов, который носился с «революционной» идеей — скрестить человека с обезьяной. Долго пробивал он свою научную программу во всяких высоких инстанциях, и наконец, вроде бы разрешили. Получил даже командировку в Западную Африку. Там с помощью местных жителей отлавливал шимпанзе, привез в Россию самок и начал опыты. Но тут снова позаседади академики, как следует подумали и решили, что выводить обезьянолюдей все же не надо. На этом все вроде бы и закончилось. Но вот открываю изданную на французском языке книгу бельгийского зоолога Бернара Эйвельманса «Загадка замороженного человека» и нахожу записанное им сообшение одной его знакомой, достойное доверия, как отмечает автор, о том, что в 1952-м или в 1953 году «она встретила у друзей русского врача, сбежавшего из сибирских лагерей и ожидавшего несколько дней во Франции американскую визу. Этот русский рассказал, что был арестован за невыполнение распоряжения: требовалось провести оплодотворение женщин монгольской расы спермой гориллы. Опыты проводились в больничном управлении ГУЛАГа.
Русские получили таким образом расу обезьянолюдей: они имеют рост сто восемьдесят сантиметров, покрыты шерстью, работают в соляных копях, обладают геркулесовой силой и трудятся почти без отдыха. Растут быстрее, чем люди, и поэтому быстро становятся пригодными к работе. Единственный недостаток их — неспособность к воспроизводству. Но исследователи успешно работают в этом направлении.
Все это делалось в большой тайне: они никуда не выходили, и, чтобы избежать разоблачения, их отнимали от матерей сразу после рождения».
Так чем черт не шутит? Может, и вправду сенсацию откопал автор, приславший письмо в редакцию, и предками Колосковой были те самые обезьянолюди?
Приезжаю по указанному адресу и без всяких трудов нахожу на рабочем месте Нину Колоскову. Показываю ей письмо. Прочитала она и огорошила меня вопросом: «Разве я похожа на медведя?» Похожего было не то что мало — ничего не было. Обыкновенная пожилая женщина, имеющая сходство с обезьяной или медведем ничуть не большее, чем я. «Кто эту чушь написал?» — «Понятия не имею — письмо анонимное. Может, кто-то из ваших врагов?» — «Нет у меня никаких врагов. И из того поселка я давно уехала».
Чуть позже Колоскова пришла ко мне в гостиницу и показала фотографию своего отца. «Видите, какой же он медведь? Вполне нормальный человек. Родился в 1912 году. Тогда ваш знаменитый биолог Иванов если и существовал, то под стол пешком ходил и вряд ли помышлял о выводе какихто обезьянолюдей».
Если семья Колосковых никакого отношения к обезьянолюдям не имеет, то нельзя не прислушаться к тому, что пишет упомянутый выше ученый-зоолог Бернар Эйвельманс.
Из Костромской области перенесемся в США. Вот какое расследование довелось однажды провести Эйвельмансу в этой стране.
В середине 60-х годов в штате Миннесота ученый видел сохраненный неким Фрэнком Хансеном труп существа, имеющего черты обезьяны и человека. Эйвельманс считает, что есть достаточно оснований предполагать, что этот гибрид был убит из огнестрельного оружия. По словам Хансена, весь череп сзади был раздроблен, правая глазница пуста и окровавлена, а левый глаз выбит из орбиты (его контуры слабо различались около скулы). По этим данным судебно-медицинский эксперт заключил бы, что жертва была убита спереди из огнестрельного оружия достаточно большого калибра или в упор из оружия меньшего калибра. Эйвельманс выдвигает свою версию этого преступления: «Совокупность отмеченных признаков навела меня на мысль, что волосатый человек был захвачен живым после обездвиживания путем выстрела пулей или дробью в правую ногу. Пуля, должно быть, задела один из подколенных нервов, который управляет разгибательными и сгибательными мышцами стопы. Только этим можно объяснить ее изгиб, который совершенно ненормален при общем состоянии мышечного расслабления. Возможно также, что в раненой ноге началась гангрена.
Страдания должны были озлобить его и сделать очень опасным ввиду его большой физической силы. Должно быть, он долго оставался в плену, на что указывают ненормальная бледность кожи и длина ногтей. Может быть, однажды он попытался убежать или напасть на кого-либо из своих сторожей. Тогда его стали бить палкой или железным прутом и, когда он пытался отражать удары, сломали ему левое предплечье. Наконец, кто-нибудь, придя в ужас от вида этого взбешенного от боли гиганта, убил его выстрелом.
Можно предположить, что его владельцы вначале имели намерение продать его в какой-нибудь зоопарк или выставлять на ярмарках; последнее более правдоподобно, учитывая его человеческий облик. Когда же он умер, то, чтобы не потерять полностью барыши от его поимки или покупки, они решили заморозить труп и хитроумно представить его публике как человека, сохранившегося во льду с незапамятных времен. Именно так представляли этот экспонат на выставках, колесивших по городам Америки.
Все это, конечно, предположения, которые могут быть проверены только при вскрытии».
«Одно ясно — существо было нашим современником. Но принадлежало ли оно к одной из известных человеческих рас?» — задается вопросом Эйвельманс.
Вспомним: единственные считающиеся самыми волосатыми из всех живущих людей — айны, вымирающая белая раса, последние представители которой живут на острове Хоккайдо. Еще недавно их можно было встретить также на Сахалине и на Курилах. Поскольку данный экземпляр был найден, согласно версии Хансена', на Камчатке или близ Берингова пролива, то можно было бы предположить, что это айн, замороженный труп которого был унесен к северу морским течением. Во время беседы с Эйвельмансом Хансен высказал это предположение.
Но такое объяснение опровергается тем, что проходящее мимо упомянутых островов и Камчатки холодное противотечение Ойя-Сиво идет с севера на юг — от Берингова пролива к Японии, а не наоборот. К тому же репутация волосатости айнов сильно преувеличена. Они очень волосаты по сравнению с остальными жителями Востока, но не по сравнению с некоторыми другими расами. Как уточняет доктор Карлтон Кун в книге «Происхождение рас», айн «не более волосат, чем шотландец или волосатый еврей».
Если «экспонат» не был нормальным представителем какой-либо расы современного человека, то не мог ли он оказаться аномальным представителем одной из этих рас? Примеры гипертрихоза, чрезмерной развитости волосяного покрова, регистрировались на протяжении веков и описаны в медицинской литературе. Некоторые феномены даже прославились в свое время, как, например, человек-собака Лионель или индокитайская девочка Кра. Большинство из них, в частности женщина с бородой, сделали карьеру на ярмарочных балаганах. Поэтому естественно вспомнить о них в данном случае.
Однако если просмотрим от начала до конца монографию, все еще классическую, докторов Ледубля и Уссэ «Волосатые» (1912), то не найдем ничего похожего на то, что наблюдалось у сохраненного Хансеном существа, во всяком случае, в деталях.
«Но не мог ли такой суперурод, этакий набор отдельных нарушений, получиться в результате коренного потрясения генофонда? И именно такого хромосомного беспорядка следует ожидать в случаях противоестественной любви, связи между представителями различных видов. Не логично ли было бы предположить, что обезьяночеловек, существо, похожее и на человека, и на обезьяну, могло быть плодом связи мужчины с обезьяной-самкой или женщины с обезьянойсамцом…» — задается вопросом бельгийский зоолог.
«Я должен признаться, что в то время эта идея мне даже не пришла в голову, очевидно, потому, что в глубине души я считал ее слишком фантастичной, слишком пропитанной старым мифом о красавице и чудовище. В самом деле, одна из аксиом современной антропологии утверждает, что гибридизация между человеком и животным невозможна. Однако мы обладаем фактами, что такая гибридизация осуществима», — заявляет Эйвельманс.
Как известно, гибридизация предполагает достаточное соответствие между геномами обоих потенциальных родителей — между числом и структурой хромосом их клеток, а в случае человека и, скажем, гориллы это так. Можно себе представить, что человеческое существо с. его сорока шестью хромосомами, соединившись с человекообразной обезьяной, обладающей сорока восемью хромосомами, может породить гибрид с сорока семью хромосомами, который, однако, благодаря нечетному числу хромосом, окажется стерильным (как мул или лошак, которые имеют шестьдесят три хромосомы, так как они происходят от домашней лошади с шестьюдесятью четырьмя и осла с шестьюдесятью двумя хромосомами).
С другой стороны, всем зоотехникам и агрономам хорошо известно, что гибриды разных видов или родов обладают замечательным свойством, которое называют гибридной силой, или гетерозисом. Наконец, поскольку период роста человека намного продолжительнее, чем у антропоида, логично, что промежуточное существо скорее, чем человек, достигнет окончательных размеров, а следовательно, и мускульного развития, которые сделают его пригодным для работы.
Итак, стерильность, мощь и быстрый рост, то есть именно те качества «обезьянолюдей» из гулаговских соляных копей, о которых сообщала корреспондентка Эйвельманса…
Но не мог ли экспонат Хансена быть фальшивкой? «Теоретически это, конечно, возможно, — пишет Эйвельманс, — имитировать можно все, но практически я не допускаю, что можно достичь такого совершенства в искусстве подделки. Ведь чтобы изготовить такое подобие живого существа, было бы необходимо сначала сделать муляж из каучука, воска или синтетического материала; затем выкрасить его настолько тонко и тщательно, чтобы воспроизвести все детали вплоть до сплетения бугорков и пор на коже, складок над мышцами и суставами, лежащими под кожей, вен и всей бесчисленной гаммы обычных незначительных дефектов: царапин, шрамов, прыщиков, пигментных пятен и т. п. Затем следовало укрепить около полумиллиона волосков, каждый под определенным углом. И наконец, изобразить такие мелкие повреждения, как раны, кровоподтеки, следы крови, некрозы и т. п. Если бы такая работа в самом деле была выполнена, то результат, без малейшего сомнения, следовало бы считать превосходящимвсе, что когда-либо было изготовлено самыми искусными специалистами, будь это сделано для музея Гревен в Париже или музея мал.ам Тюссо в Лондоне, для больших музеев естественной истории или даже для лучших фантастических фильмов. А;1ля того чтобы довести этот шедевр до такою совершенства, чтобы обмануть и обоняние, следовало засунуть в него мясо, которое бы постепенно разлагалось, и вдобавок сделать это так, чтобы газы, образующиеся при гниении, не разорвали бы оболочку манекена.
Казалось бы, фальсификатору было бы гораздо проще изготовить составную фигуру, используя фрагменты различных живых существ, и предоставить, таким образом, основную работу природе. Это было бы заблуждением. Сделать швы незаметными было бы, конечно, детской игрой: на этот счет восточные фальсификаторы обладают дьявольской ловкостью. Но вот собрать все подходящие элементы представило бы почти непреодолимые трудности».
Но было еще одно, гораздо более серьезное возражение против версии о подделке.
Что является конечной целью любой фальсификации? Ошеломить публику для извлечения прибыли или мистифицировать специалистов исключительно из злорадства. Чтобы достичь такой цели, фальсификатор обязательно создал бы «доисторического человека» или обезьяночеловека в соответствии с научными, театральными или популярными реконструкциями таких существ. Наверное, он даже постарался бы акцентировать те черты, которые отличают их от современных людей. Ничего такого, как пишет Эйвельманс, не отмечается. Наиболее обезьяньи черты, которыми наделяют доисторических людей (прогнатизм, убегающий лоб, мощные надбровные дуги, кривые ноги и пр.), здесь слабо выражены или трудно различимы.
Несомненно, что если бы волосатый человек соответствовал общепринятым описаниям доисторического человека, то он имел бы на ярмарках значительно больший успех. Вскоре им заи-нтересовалась бы пресса, как JIO было с наиболее известными аттракционами, и многие специалисты — антропологи, зоологи, палеонтологи, медики и другие — бросились бы его изучать. А ведь он в течение более полутора лет привлек не больше внимания, чем обычные ярмарочные диковины (самое большее — интересная забава), и все потому, что не производил большого впечатления и не соответствовал традиционному изображению, которое фальсификатор постарался бы выполнить по заказу.
Да и как можно в данном случае говорить о фальшивке? Фальшивка — чего?
Рассмотрев все эти предположения, Эйвельманс приходит к выводу, что труп, сохраненный Хансеном, мог быть гибридом человека и обезьяны, но, чтобы считать такое мнение окончательным, -должно быть, по крайней мере, еще одно тому подтверждение — как я понял, должен быть найден еще такой же экземпляр. Пока он не найден, допущение о том, что обезьянолюди были выведены и работали в сибирских рудниках, остается полуфантастической гипотезой. Тем более можно только гадать, что стало с ними после закрытия лагерей? Они были уничтожены или умерли своей смертью? Не ушли же они в Гималаи и не стали одной из разновидностей йети…
Вот какая цепочка загадочных событий наметилась в результате моей поездки по анонимному и вроде бы «бесперспективному» письму в Костромскую область.

В МИРЕ СОВПАДЕНИЙ

В 1992 году французский художник Рене Шарбонно по заказу мэрии Руана написал картину «Жанна д'Арк на костре». Натурщицей ему служила молоденькая студентка Жанна Ленуа. Однако на следующий день после того, как полотно вывесили в просторном выставочном зале, в университетской лаборатории взорвались реактивы. Находившаяся там Жанна не смогла выбраться из помещения и сгорела заживо.
Психолог Клод Арно более двадцати лет занимается изучением тайн причинно-следственных связей между событиями.
— У меня собраны тысячи фактов, когда люди подвергались неведомым преследованиям не только со стороны обстоятельств и ситуаций, но и чисел, имен, фамилий^дат, — говорит профессор. — Например, австралийская акушерка по фамилии Триплетт, что в переводе означает «тройной», родилась третьего марта, живет в доме номер три на третьем этаже. Миссис Триплетт была трижды замужем и родила троих детей. Мало того, в позапрошлом году она в третий раз приняла тройню… А вот в американском штате Луизиана троих мужчин приговорили к смертной казни за зверское убийство с целью ограбления Клайва Доррита, проживавшего на улице Стилроуд-плейс. Во время следствия выяснилось, что убийцы носили фамилии Стил, Роуд и Плейс…
Не так давно в Индии взорвались два пассажирских поезда, что повлекло за собой двести двадцать человеческих жертв. Окурок, выброшенный за окно одним из пассажиров, упал около проходящего вдоль дороги трубопровода именно в том месте, где произошла утечка газа. Но самым необычным оказалось то, что взлетевшие на воздух поезда, следовавшие по маршрутам Мадрас — Дели и Дели — Мадрас, имели одинаковые номера. По мнению специалистов, вероятность подобного совпадения сводится к нулю… Однажды великий Марчелло Мастроянни был приглашен на вечеринку. В разгар веселья актер внезапно вскочил и запел всеми забытую старинную песню «Сгорел тот дом, где я так счастлив был». Не успел он допеть ее до конца, как ему сообщили по телефону, что сгорела его вилла в Мен тоне. Впоследствии Марчелло говорил, что последний раз он исполнял песню еще в школьном возрасте.
Житель Будапешта Дьердь Шерфези вывалился из окна десятого этажа и упал на проходившего мимо Ласло Карваша. Ровно через год точно такой же случай повторился с теми же персонажами, причем оба остались живы.
Трагикомический инцидент недавно произошел в Софии. Вор Милко Стоянов, благополучно ограбив квартиру состоятельного гражданина и аккуратно сложив «трофеи» в рюкзак, решил для быстроты спуститься по водосточной трубе из окна, выходящего на безлюдную улицу. Когда Милко находился на уровне второго этажа, послышались свистки полицейских. Растерявшись, он выпустил трубу из рук и полетел вниз. Как раз в тот момент по тротуару проходил какой-то парень, и Милко свалился прямо на него. Подоспевшие полицейские на обоих надели наручники и отвезли их в участок. Выяснилось, что парень, на которого упал Милко, был вором-домушником, которого после множества безуспешных попыток наконец удалось выследить. Интересно, что второго вора тоже звали Милко Стояновым.
Жители Барселоны братья Рамиресы, возвращавшиеся на мопеде из дискотеки, были сбиты такси на улице Монкада. Их доставили в госпиталь с тяжелыми травмами. Выписавшись, они захотели повидать друзей. Проезжая по улице Монкада, они снова попали под колеса того же самого такси, которым управлял тот же водитель.
Об одном знаменательном совпадении в свое время много писали. В 1944 году накануне высадки союзнических войск в Нормандии в газете «Дейли телеграф» был напечатан любопытный кроссворд. Он включал кодовые названия секретной операции. Такие, как, например, «Нептун», «Юта», «Омаха» и даже основное обозначение — «Юпитер». Расследованием случая «утечки информации» долго занималась армейская контрразведка, которая, как ни старалась, не смогла обнаружить никакого злого умысла. Составителем кроссворда оказался старенький школьный учитель, озадаченный своим результатом не меньше самих проверяющих.
Нередко встречаются и мистические совпадения разных не зависящих друг от друга фактов. В 1900 году тропический ураган невиданной силы обрушился на американский город Галвестон. Под напором ветра воды Мексиканского залива хлынули на побережье подобно огромным таранам, снося улицу за улицей. С тропической бурей, названной впоследствии «ураганом века», тесно связана посмертная история известного циркового акробата Майкла Уильямса. За год до стихийного бедствия он приехал на гастроли в Галвестон. На одном из выступлений он неожиданно сорвался с трапеции и разбился насмерть, упав на стоящие внизу гимнастические снаряды. Лицо артиста было настолько обезображено, что его похоронили в закрытом цинковом гробу на местном кладбище. Когда над побережьем пронесся ураган, бушующая вода размыла могилы, и гроб с телом Уильямса унесло в океан. Гроб, проплававший в безбрежных водах целых девять лет, прибило к берегу залива Святого Лаврентия, где его обнаружили рыбаки. Удивительно, но дом Уильямса, где он прожил большую часть своей жизни, находился всего в миле от места швартовки гроба.
Не менее загадочная история произошла с американским космонавтом Нейлом Армстронгом. В 1969 году, едва ступив на поверхность Луны, он произнес:
— Желаю вам успеха, мистер Горски… Специалисты из Центра управления полетами не могли понять, о каком таком мистере Горски вспомнил космонавт. Вернувшись на Землю, Армстронг рассказал, что однажды, будучи ребенком, он, играя в прятки со своими сверстниками, забежал во двор к соседям, фамилия которых была Горски. Через открытое окно доносились крики скандаливших супругов.
— Импотент паршивый, — вопила миссис Горски. — Соседскому мальчишке проще на Луну слетать, чем тебе удовлетворить женщину…
Когда Армстронг и в самом деле прилетел на Луну, в его сознании внезапно всплыла услышанная в детстве реплика, и он, потрясенный невероятным совпадением, неожиданно для самого себя изрек нелепую на первый взгляд фразу.
Итальянец Джакомо Феличе, что в переводе означает «счастливый», ехал со скоростью сто двадцать километров по пустынной столичной улице, когда внезапно заметил свет фар встречной машины. Оба автомобиля ехали так быстро, что столкновение оказалось неминуемым. Однако Феличе выбрался из-под обломков своего «феррари» целым и невредимым и убедился, что и другой водитель отделался легким испугом. Обрадовавшись, что неприятная история закончилась вполне благополучно, Джакомо представился своему новому знакомому. Тот широко раскрыл глаза от удивления, поскольку его тоже звали Джакомо Феличе.
Однажды дорожный полицейский Дино Куадри неподалеку от Рима преследовал превысивший скорость автомобиль. Когда нарушитель внезапно затормозил на повороте, машина полицейского на огромной скорости врезалась в дерево. Куадри, повредив артерию на ноге, наверняка бы умер, если бы мимо не проезжал Леоне Реджани, который остановил кровотечение. Через три года Куадри сообщили по радиотелефону, что недалеко от Милана произошла автокатастрофа.
Приехав к месту аварии, полицейский увидел лежащего на земле водителя, из ноги которого струилась кровь. Куадри, обработав рану, наложил давящую повязку и таким образом спас пострадавшему жизнь. Когда он получше разглядел его, то узнал того самого Реджани, который в свое время оказал ему помощь…
Когда редакция шведской газеты «Дагенс нюхетер» объявила конкурс на лучший рассказ о самом интересном приключении, она и не предполагала, что мир узнает о еше одном загадочном совпадении. Пилот из Гетеборга Йене Бренде послал на конкурс рассказ о своем счастливом спасении. В конце прошлого года он летел над Гавайскими островами на самолете «Сесна-540», как вдруг отказал мотор. Бренде катапультировался и некоторое время плавал в океане на маленькой резиновой лодке, пока его не спасли.
Членам редакционного жюри рассказ понравился, и, удостоверившись в его истинности, они присудили Бренде первое место. Однако в газету пришло письмо от некоего… Пенса Бренде из норвежского города Тронхейма, утверждавшего, что история шведского пилота произошла именно с ним. Правда, заканчивалась она по-другому. Он приехал в редакцию и рассказал, что во время перелета через Тихий океан неисправность в его самолете «Сесна540» заставила его совершить посадку на военном аэродроме Гонолулу. Первый Бренде вспомнил, как в бортовом журнале прочел, что другой пилот-однофамилец летал на том же самом самолете, но, конечно, не мог предположить, что и с ним произошла аналогичная авария.
— Некоторые совпадения выглядят настолько неправдоподобно, — сказал профессор, один из членов жюри,что по своей сути напоминают какую-нибудь «мыльную оперу» с надуманным сюжетом.
Француз Шарль Фоссе постоянно колесил по свету, был страстным игроком в покер и слыл отъявленным шулером. В одном из частных игорных домов Лос-Анджелеса он однажды выиграл пять тысяч долларов. Партнеры обвинили его в мошенничестве и застрелили. Несмотря на лежащий на полу окровавленный труп, азартные картежники собирались продолжить игру. Однако среди «профессионалов» принято считать, что деньги шулера приносят несчастье, поэтому они обратились к незнакомому парню, сидевшему в одиночестве за стаканом виски, чтобы он занял место убитого. Тот охотно согласился принять участие в игре с выигрышем Фоссе как со своей ставкой.
Однако вместо того чтобы проиграть партию и выбыть из игры, как ожидали убийцы Фоссе, новый партнер успел до прибытия полиции выиграть еще две тысячи долларов. Полицейские, арестовав преступников, сочли, что Фоссе получил пять тысяч на законном основании, и потребовали их у счастливчика, чтобы передать ближайшим родственникам убитого. Однако их решение было излишним, так как вскоре выяснилось, что незнакомец приходился шулеру родным сыном. Просто тот не узнал непутевого папашу, которого видел в последний раз двадцать лет тому назад.

УДАР ПО ГОЛОВЕ — И ВЫ ПОЛИГЛОТ

Почему люди после мозговой травмы, инсульта или сильнейшего стресса вдруг начинают говорить на разных языках?


ПОЗАБЫТЫЙ АКЦЕНТ

Вот неполный перечень достоверно известных фактов.
В 1978 году Николай Александрович Липатов из Вологодской области, попав под удар молнии, чудом остался в живых и неожиданно для себя и окружающих стал свободно говорить на трех европейских языках.
В 1987-м в Тульской области колхозника-пенсионера Геннадия Сергеевича Смирнова прижало прицепом грузовика к забору, сильнейший удар пришелся по голове, и на следующий день он вдруг стал разговаривать на языке Гете, которого раньше не знал.
В 1992 году после перенесенной тяжелой болезни девочка из Ярославля вдруг заговорила на шумерском языке, который существовал в III веке до нашей эры.
В Московском институте психиатрии помнят случай, когда семидесятилетняя больная после перенесенного инсульта, позабыв родной русский, начала изъясняться на иврите. Позже выяснилось, что она знала еврейский, будучи совсем маленькой девочкой, когда с родителями жила на Украине.
Свежий случай: пятидесятилетняя уроженка Шотландии, проснувшись утром, к своему изумлению, обнаружила, что говорит на родном языке с южноафриканским акцентом, хотя в жизни не была в тех краях. Причиной столь разительной перемены послужил инсульт в легкой форме, который женщина перенесла во сне.


СОБЕСЕДНИКИ ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Легко заставить говорить на иностранном языке «лунатика». Правда, он, после того как проснется, ничего не вспомнит. Также хорошо известны случаи спонтанного переключения на другой язык у медиумов, осуществляющих связь с обитателями потустороннего мира во время спиритических сеансов. Впав в транс, они способны часами вести заумные беседы с любым иностранцем. А это тем более невероятно, что большинство медиумов — люди малообразованные и без каких-либо способностей к языкам. Известная в свое время в США медиум Лаура Эдмондс прославилась тем, что, не зная никакого другого языка, кроме своего родного французского, во время спиритических сеансов легко и свободно говорила на десяти различных языках и даже прекрасно исполняла песни на итальянском, хинди, немецком и польском, причем часто совершенно бессознательно и не понимая ни слова.
Встречаются еще более невероятные случаи. Девочка Эмилия Толмэдж из США, которая отроду не знала ни одной ноты и никогда в своей жизни никакой мелодии не играла, неожиданно написала ноты, села за фортепиано и с уверенностью опытного исполнителя сыграла композиции таким стилем, который бы сделал честь любому первоклассному музыканту.


СТАРАЯ МАГНИТНАЯ ЛЕНТА

Как же объяснить эти удивительные превращения? Даже ученые прошлого века не верили в данный феномен. По их мнению, способность говорить — это техническое искусство, подобное игре на каком-либо музыкальном инструменте. Как человек не может сыграть музыкальную пьесу, если раньше не упражнялся, так же он не может тотчас заговорить на не знакомом ему иностранном языке, если не учил его раньше хотя бы на элементарном уровне.
В Московском институте высшей нервной деятельности нам сказали, что для того, чтобы объяснить данный феномен, необходимо до конца изучить мозг. В СанктПетербургском институте мозга человека к этой необычной способности человека относятся крайне скептически. По мнению специалистов, память может вытащить на свет лишь то, что в ней когда-то отложилось. Это все равно как прокрутить назад магнитную ленту и вспомнить давно забытое. А если мозг выдает информацию, ранее в него не заложенную, то откуда в пустом сейфе взяться кролику? Фокусы памяти? Если предположить, что человек начинает «вспоминать» языки, на которых разговаривали его предки, то тогда придется поверить в мистику.


ЕГО УБИВАЛИ СОРОК РАЗ

Руководитель Центра аномальных явлений и духовного развития «Сфинкс» Герман Арутюнов считает, что каждый человек подобен радиоприемнику с фиксированным на определенную волну колесиком настройки. И если происходит сбой и человек теряет свою волну, то он начинает хаотически ловить в эфире другие волны, становясь ретранслятором и передавая чужую, ему непонятную речь. Он может настроиться и на волну какого-нибудь норвежца или африканца, и на «радиостанции» параллельных миров. Но пока неизвестно, как эта «радиоволна» записывается в пространстве и почему сбивается «настройка».
Директор Научного центра по исследованию аномальных явлений Владимир Заморока полагает, что в околоземном пространстве существует астральный мир,, в котором хранится банк информации всего человечества. К нему могут подключаться экстрасенсы, ясновидящие, медиумы, а также «контакторы», которые смогли проникнуть в кладовые мирового разума благодаря мозговой травме. Если верить в переселение душ, то можно предположить, что при нарушении работы мозга человек способен очутиться снова в своей старой «шкуре» и переключиться на язык, на котором он разговаривал сто или тысячу лет назад.
Например, такая история произошла с пенсионером Сергеем Петровичем Перовым, который после автокатастрофы, придя в себя, начал говорить на старофранцузском. Погрузив Перова в состояние гипноза, исследователи узнали о его прошлой жизни много интересного. Оказывается, он жил на свете множество раз, все время сохраняя душу солдата. В прошлых битвах его убивали сорок раз и более сотни раз ранили. Пенсионер воевал рядом с фараоном Рамзесом, бился на стороне Габсбургов и прошел большой путь с войском Наполеона. Перов описывал реалии старины глубокой с такими мельчайшими подробностями, что нельзя было усомниться в их подлинности. Несомненно, что это пример классической реинкарнации, и подобных явлений в истории известно более тысячи.


ЗАГАДКА ПРАВОГО ПОЛУШАРИЯ

Но, может быть, разгадка тайны кроется совсем в другом? За ответом мы обратились к старшему научному сотруднику отделения патологии речи Института психиатрии Министерства здравоохранения Карине Маратовне Щипковой.
— Полиглотом в одночасье стать нельзя. Наверняка языки, на которых эти люди стали вдруг разговаривать, были известны им и раньше. «Синдром иностранной речи» связан с поражением височных отделов мозга, чаще всего правого полушария, функцией которого является эмоциональная выразительность, темп и индивидуальные особенности речи.
Несколько иной версии придерживается доктор психологических наук Кембриджского университета Софи Скотт, изучающая механизм речевой метаморфозы. Ее исследования показывают, что все жертвы синдрома перенесли инсульт в левой передней части мозга. Поэтому этот вопрос еще требует уточнения.
Главные причины синдрома — травмы, инсульт, атрофия нервных клеток. При поражении мозга старая, заложенная еще в детстве информация нарушается в меньшей степени, чем та, что усваивается позже.
Поэтому при сбое новая информация быстро стирается, а наружу выскакивает хорошо позабытое старое.
Чаще всего в медицинской практике встречаются случаи, когда люди начинают говорить на родном языке с иностранным акцентом. Реже — когда речь взрослого человека вдруг уподобляется речи маленького ребенка. Интеллигенты, которые знают несколько языков, после перенесенного инсульта могут начать изъясняться с акцентом и вплетать в свою родную речь слова чужого языка.
К сожалению, помимо перенесенного недуга, уникальные «превращения» чреваты тем, что пациенты начинают испытывать еще и депрессию. Ведь они оказываются иностранцами в своем отечестве и им становится трудно общаться с близкими..А излечиться от подобного недуга непросто. Если только не попробовать вышибить клин клином: снова попасть в стрессовую ситуацию или пережить вторичный инсульт, который, однако, может оказаться последним.


«Я ПО— ПРЕЖНЕМУ НЕ ВЕРЮ В СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ…»

В молодости, в начале службы в вооруженных силах США подполковник авиации Лоренс В. Кармон, материалист до мозга костей, столкнулся с неведомым.
«Я никогда не считал себя зеленым новичком, — вспоминал подполковник, — даже когда только что закончил колледж ВВС. Поэтому, услышав по прибытии на авиабазу острова Гуам историю о „кричащем Чарли“, просто не поверил своим ушам.
Подходила к концу первая неделя, данная мне и еще дюжине таких же, как я, юнцов для ознакомления с новым местом службы. Шел дождь, и все мы укрылись от непогоды в ремонтном ангаре. Там в дальнем углу работал пожилой механик из гражданских. То, над чем он корпел, привлекло мое внимание. Это был обломок самолета.
«Подходи ближе, не стесняйся», — сказал механик, не отрываясь от своей работы. Я немного удивился — он стоял спиной ко мне и не мог видеть, как я приближался. Должно быть, подсказало шестое чувство. «Давай, сынок, можешь потрогать», — продолжал он. Я коснулся холодного куска металла. Раньше он был частью боевого самолета, теперь это лишь обломок бесполезного ржавеющего железа. Ничего особенного. И все же…
«Мой приятель получил свое на этом самолете, — проговорил механик, оторвавшись наконец от работы. — Его звали Чарли. Это было ближе к концу войны. Хотя наши парни полностью контролировали небо над Тихим океаном, японцы нет-нет да и появлялись. Особенно досаждала нам одна парочка истребителей. Мы прозвали их „самурай и его леди“. Ребята из разведки шепнули нам, что „самурай“ этот — аристократ, чуть ли не потомок Токугавы (правителя Японии, жившего почти четыре столетия тому назад. — Н. И.). „Леди“ — благородная дама, училась в Европе, знала языки. Как стала пилотом — один Бог знает. Так вот, эта парочка всегда летала вместе, он — ведущим, она — ведомым. Хорошо летали. Сбили тринадцать наших „мустангов“. Еще на фюзеляже у него и у нее были какие-то черточки да кружочки. Один знаток сказал, что это письмена японской черной магии. Не знаю, так ли это, но ребята ему поверили. Потому что не могли сбить эту зловещую пару. Вот тогда-то и прибыл к нам Чарли. Его прислали из Европы, где на его счету было около двадцати сбитых вражеских машин. Мы с ним сошлись на почве общей любви к футболу. Помню, когда он узнал о японских истребителях, загорелся, стал говорить, что, дайте только срок, собьет он эту парочку! Чарли не просто хвастался, он на самом деле классный был пилот. Как-то раз участвовал в воздушном патруле. Вдруг на них из облаков вынырнули японцы. Завязался бой. Тогда мы потеряли одного нашего общего друга. Он не успел даже выброситься из горящего „мустанга“. Это была работа „самурая и его леди“. Все ребята растерялись, кроме Чарли. Он зашел в хвост парочке и снял по очереди ее и его! Чарли долетел до аэродрома, но, когда заходил на посадку, внезапно отказали двигатели. Его размазало по взлетной полосе, как поджаренный телячий паштет. Говорят, что так отомстили бедняге Чарли „самурай и его леди“.
Помолчав, механик сказал, что вроде бы дух Чарли не совсем покинул этот мир. На протяжении многих лет его фигуру видят летчики и военные полицейские близ взлетной полосы. Обычно эти встречи сопровождаются жуткими криками, а бледное страшное лицо пилота нагоняет на людей панический ужас.
Прошло несколько дней. Как-то ночью я стоял в караульной смене, в дальнем конце летного поля. Сквозь моросящий теплый дождь были видны лишь самолет, который я охранял, да темная стена джунг-' лей. Я смотрел в туманную ночь. Висящая вокруг тишина только усугубляла нарастающее чувство одиночества. И вдруг раздался пронзительный крик, почти визг! Я сорвал с плеча автомат и замер. Тогда я увидел на краю поля одинокую фигуру. Незнакомец шел уверенным шагом. Передернув затвор, я крикнул: «Стой! Кто идет?» Человек не остановился. Машинально я потянулся за рацией, чтобы сообщить о происходящем. Но оказалось, что батарейки обесточились…
Незнакомец был на расстоянии нескольких метров от меня, когда я вторично крикнул «Стой!». На этот раз он подчинился, и я смог рассмотреть его. На нем был дырявый грязный летный комбинезон оливкового цвета. Бледное лицо покрывал слой въевшейся копоти. Я повесил автомат на грудь и спросил: «М-да. мистер, ну и что же вы делаете в такое время в таком месте?» Незнакомец улыбнулся: «Странно, что ты еще не слышал обо мне. Разве они не рассказали тебе о пилоте, который разбился тут тридцать пять лет назад?» «Чарли?» — спросил я. «Кричащий Чарли, — ответил незнакомец, — так, по крайней мере, меня здесь называют». И он протянул руку для рукопожатия: «Я смотрю, ты мне не веришь?» Чарли поднял правую руку и хитро сощурился. Его конечность начала превращаться в белую дымообразную субстанцию. Дым поднимался вверх и колебался от ветра. Прошло несколько секунд, и все стало, как раньше — рука Чарли обрела свой прежний вид. «Ну как, теперь веришь?» — спросил он. Я промычал в ответ что-то нечленораздельное. Потом Чарли достал из-за спины потертый летный мешок. «Эта сумка была со мной, когда я получил свое. С тех пор я не расстаюсь с ней ни на минуту», — сказал он, вынимая из мешка сигнальный пистолет. Я снова было схватился за автомат, но он успокоил меня и протянул оружие рукояткой вперед. «На, посмотри», — предложил мне Чарли. Пистолет оказался необычным. Вороненая сталь просвечивала изнутри, а спусковой крючок отсутствовал. Более того, пистолет был легким, почти невесомым. Странно, подумал я и сказал: «Я слышал историю о вас от нашего механика из старого ангара». Чарли молча кивнул: «Все правильно. Каждый совершает ошибки. Важно, чтобы было время их исправить. Мне его не дали».
Мы немного поговорили о летчиках и новых самолетах, а потом Чарли сказал, что ему пора. «Было приятно поговорить с вами, сэр», — попрощался я. Уже собираясь уходить, Чарли вдруг вспомнил что-то важное. «Вот, передай это механику, — сказал он, протягивая мне завернутый в бумажку маленький предмет. — Хочу отдать давний долг». Чарли сделал несколько шагов по направлению к лесу, и вскоре его фигура пропала в тумане…
Я присмотрелся к тому, что он оставил. Это были завернутые в старую стодолларовую банкноту летные «крылышки» — значок пилотов-истребителей времен второй мировой войны. Когда на следующий день я отдал все это механику, он ни о чем не спросил. Лишь поблагодарил и вышел в задумчивости.
Я больше никогда не встречал Чарли и не слышал историй о призраке с базы ВВС в Гуаме. Я по-прежнему не верю в сверхъестественное и затрудняюсь сказать, что же в действительности произошло со мной тогда. Надеюсь лишь на одно: когда-нибудь я получу ответ на этот вопрос».


АГРЕССИВНЫЕ ЛУНАТИКИ

В одном из рассказов Стивена Кинга главный герой боится открыть багажник собственного автомобиля. Он предполагает, что громкое убийство, о котором говорит вся округа, дело его собственных рук, хотя все произошло как бы помимо воли, независимо от данного человека. Может ли такое случиться на самом деле?
Да, отвечают на такой вопрос психиатры. К сожалению, подобные случаи ^огут описать не только писателифантасты.
Несколько лет назад в городе Торонто произошел такой случай. Двадцатитрехлетний клерк, у которого были жена и маленькая дочь, внезапно потерял работу и наделал много долгов, пытаясь поправить свои дела игрой. Он потерял сон, лежал все ночи напролет с открытыми глазами, но придумать ничего дельного не мог.
Но однажды сон все-таки сморил его. Во сне он встал, сел в машину, проехал четырнадцать миль до дома, где жил его отец с мачехой, которая души в нем не чаяла и звала его «наш кроткий гигант». Так вот этот «кроткий гигант» вошел в дом, кинжалом заколол отца и мачеху. Придя в себя, приехал в полицейский участок и, показывая окровавленные руки, сделал заявление: «По-моему, я когото убил».
Попытки разобраться в этом и в некоторых других случаях приводят нас к лунатизму. Всем известно, что во время сна некоторые дети могут отправиться на прогулку. (Правда, и среди взрослых таких людей немало.) Лунатиками их прозвали потому, что раньше полагали: дескать, такие прогулки люди совершают в полнолуние. Но потом выяснилось, что частота полуночных путешествий не имеет к фазам Луны ровным счетом никакого отношения. Просто наблюдать такие путешествия при лунном свете очевидцам удавалось чаще, чем в темноте. Да и сами любители таких прогулок инстинктивно старались разгуливать там, где светлее, особенно если в их намерения входили путешествие по коньку крыши и прочие чудеса акробатики.
Теперь бывших лунатиков врачи предпочитают называть сомнамбулами (от латинского «сомнус» — сон и «амбуло» — хожу). Все движения во время сна такие люди совершают с ловкостью, вовсе не присущей им в обычное время. Секрет тут прост: в бессознательном состоянии у человека нет ни малейшего внутреннего напряжения, страха и скованности, его не беспокоит, что он может опрокинуть стул или свалиться с крыши. И он редко что-либо опрокидывает или откуда-нибудь сваливается.
Обычно такие прогулки завершаются крепким сном. Утром люди просыпаются как ни в чем не бывало и о своих приключениях мало что помнят, считая обычно, что все это им приснилось. Героиня новеллы Андре Моруа «Дом» рассказывает о своем навязчивом сновидении, во время которого она посещает красивый замок. Она не раз пытается его найти и совершенно случайно наталкивается на него в окрестностях Парижа. Замок сдается внаем, его хозяева не хотят в нем больше жить, поскольку каждую ночь в нем появляется привидение. Слуга всматривается в гостью и узнает' в ней то самое привидение…
Действия сомнамбул не ограничиваются только прогулками, и это побудило врачей ввести в обиход еще один термин: безболезненный автоматизм. И впрямь человек действует как автомат. Мечников, например, отмечал, что сомнамбулы повторяют обычные действия своего ремесла и во сне.
Все это было бы забавно и даже романтично, если бы не случай с девушкой из Кентукки, убившей своих родителей из пистолета, если бы не ночная вылазка «кроткого гиганта» из Торонто и другие подобные случаи.
Героиня Моруа находит свое сновидение. Нечто подобное случилось и с одним французским сыщиком, который страдал нервным расстройством. Он лечился в санатории, когда узнал, что неподалеку на пляже совершено убийство. Полиция теряется в догадках, наш герой хочет помочь ей и в конце концов приходит к выводу, что убийца — он сам.
Девушку из Кентукки оправдали, «кроткого гиганта» — тоже, судьба сыщика неизвестна… Их случаи наиболее яркие в длинном перечне драматических происшествий на почве сомнамбулизма: задушенные жены, которых мужья до роковой ночи боготворили, выброшенные в окно дети, чьим матерям померещилось, что в доме пожар, сбитые прохожие, на которых не обратил внимания спящий за рулем водитель…
Виновников этих бед судьи, как правило, оправдывают. Во всем виновата болезнь, полагают они. Человек не может подстроить так, чтобы во сне бодрствовать — это патология; он действует без злого умысла и сам страдает от этого.
Нейл Кригер, директор Центра нарушений сна при больнице св. Бонифация в канадском городе Виннипег, пишет в последнем выпуске журнала «Сон», что он согласен с решением судей, но тогда тюремное заключение надо заменять пребыванием в клинике и возвращать пациентов в общество, только убедившись в их полной безопасности для окружающих. А за этим пока никто не следит по-настоящему.
Большинство неврологов и психиатров не усматривают в основе сомнамбулического насилия какого-либо психического заболевания. Эмоциональные проблемы, подсознательное напряжение, следы перенесенного стресса -таких причин вполне достаточно, чтобы у человека определенного склада характера сложилась парадоксальная ситуация — он начинает бодрствовать во сне. Парадокс этот устраняется транквилизаторами и другими лекарствами, снижающими напряжение.
Кроме того, психиатр может научить пациента, как ослабить воздействие стресса, к которому тот излишне чувствителен. Обычно считалось, что сомнамбулизм возникает на стадии дремоты или так называемого медленного сна, когда сознание уже отключилось, а мышцы еще не расслабились. В быстром же, самом глубоком сне, когда человек и видит сновидения, это невозможно — мышцы полностью парализованы. Большинство сомнамбул подпадает под такое правило. Но оно имеет и исключения: человек видит сны, а мышцы его работают. Подобный феномен открыл в 1986 году Марк Маховолл, невролог из Миннесотского центра сна в Миннеаполисе.
Медленный ли сон нарушен у человека или быстрый и чего можно ожидать от него — все это определить не составляет особого груда. Карл Шейк, психиатр из Миннесотского центра, рассказывает о сорокатрехлетнем мужчине, который по ночам избивал свою жену, а однажды едва не задушил ее. Себя он тоже не щадил — отбил пальцы на руках, вечно ходил в синяках, так как в темноте то ударялся о стулья, то падал с крыльца. Оказалось, что он бродит по ночам с пяти лет. А когда ему было двадцать пять, вообразил, что в дом проник кто-то посторонний, и в чем был, продолжая спать, умчался на авто к родителям, жившим в пяти милях от него.
К алкоголю пациент был равнодушен, наркотиков не употреблял, психических отклонений не обнаружилось никаких… Днем это был нежный муж, замечательный отец — четверо детей его обожали. Но ночью…
Запись нервных волн показала склонность к панике и агрессивности. Он вскакивал, озирался, что-то бормотал, потрясал кулаками и пытался покинуть свое ложе.
Доктор Шейк прописал ему транквилизатор клонозепам. Принимает пациент его на ночь вот уже пять лет, и все это время спит спокойно.
Какова доля сомнамбул среди населения? Или хотя бы среди тех, у кого расстроен сон? Статистика здесь противоречива. Уточнить сведения решил доктор Гарри Молдавски и его коллеги из Центра сна и хронобиологии при Торонтском университете, Канада. Они взяли наугад первых шестьдесят четырех сомнамбул, пришедших в клинику, и обнаружили среди них двадцать шесть человек, совершавших во сне действия, которые можно считать насильственными. Женщин среди них было только три. По сравнению с миролюбивыми лунатиками агрессивные безудержно налегали на кофе, любили всякие таблетки, поскольку не выходили из стрессовых ситуаций.
Выяснилось также, что причиной агрессии может быть эпилепсия и сонное апноэ — болезнь, которая в Канаде и США весьма распространена. Апноэ — это внезапные остановки дыхания во сне, которые заканчиваются громовым храпом. Дыхание останавливается либо из-за нарушения его регуляции, либо из-за анатомического сужения верхних дыхательных путей. Остановки могут занимать до шестидесяти процентов времени сна.
По утрам больного терзают головные боли, днем он засыпает. Интеллект его снижен, характер ужасен. Просыпается от собственного храпа лишь частично и в этом полусне для окружающих опасен.
Эрик Ностингер, психиатр из Центра изучения сна при Питсбургском университете, США, высказывает опасения, как бы человек, совершивший преступление при полном сознании, не стал потом ссылаться на сомнамбулизм. Он рассказывает, что в городе Батлере тридцатисемилетний мужчина убил свою жену и заявил потом, что ничего не помнит. Суд не поверил ему, поскольку стало известно, что он всегда обходился с женой ужасно. А после ее смерти ни разу не выказал признаков раскаяния.
В другом случае суд оправдал человека, убившего жену во время сна. Брак у него был спокойным, но однажды улица была разбужена криками. Человек бил жену головой об асфальт. А сделав свое черное дело, забрался в машину и заснул спокойным сном.
Сравнивая оба случая, Ностингер говорит, что, если речь идет о сомнамбулизме, больного всегда легко отличить от обманщика.
«Странное дело, — отмечает доктор Молдавски, — если человек наносит увечья самому себе, падает с лестницы, например, люди охотно этому верят. Если же он во сне спускает с лестницы своего ближнего и утверждает, что ничего не помнит, его тащат в суд. Но, может, они и правы, поскольку себя мы всегда любим больше, чем окружающих…» ПОСМЕРТНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ПАГАНИНИ Более десяти раз гроб с останками великого музыканта предавали земле и откапывали вновь. При жизни, возможно, он не проделывал без остановок столь долгий путь, какой совершило это уже бездыханное тело.
«П— аганини продал душу дьяволу, -гласила людская молва. — И после смерти ему не найти успокоения!» Трудно сказать, насколько соответствует истине первая часть этого утверждения. Но то, что тело умершего маэстро действительно долгое время не знало покоя, — абсолютная истина.
Знаменитый скрипач умер в Ницце от чахотки в мае 1840 года. Ею останки были забальзамированы по всем правилам того времени и выставлены в зале. Толпы людей приходили взглянуть на музыканта, столь виртуозно владевшего своим инструментом, что его заподозрили н связях с нечистой силой. Между тем сына Паганини Акилле.и без того убитого горем, ожидал новый удар судьбы. Епископ Ниццы преподобный Доменико Гальвано запретил хоронить еретика Паганини на местном кладбище.
Красивый ореховый гроб тайно перевезли на корабль. Друзья маэстро решили доставить его в родной город музыканта — Геную, которому он завещал свою скрипку. Но трусливый губернатор города Филипп Паолуччи отказался даже впускать судно в гавань.
Три месяца простояла шхуна на рейде. Матросы пили горькую, утверждая, что по ночам из тяжелого орехового ящика доносятся горестные вздохи и звуки скрипки. Наконец в результате длительных переговоров с самыми высокопоставленными лицами останки Паганини было разрешено перенести в подвал замка графа Чессоле — друга великого скрипача.
Но и там они, увы, пролежали недолго. Слуги стали жаловаться, что гроб мерцает в темноте дьявольским светом. Вновь ореховый ящик погрузили на повозку и повезли в морг лазарета в Виллафранке. Однако там взбунтовались местные служащие, которые, казалось бы, должны были быть привычны к мертвецам. Но и на них тело Паганини наводило непередаваемый ужас. Людям регулярно слышались стоны и вздохи призрака, сопровождаемые звуками страстной музыки.
И вновь друзья Паганини были вынуждены пуститься в дорогу вместе с печальным грузом…
Ги де Мопассан, воодушевленный этой невероятной эпопеей, написал в одном из своих романов, «что гроб из орехового дерева с телом музыканта более пяти лет покоился на пустынном скалистом острове Сент-Онора, пока сын Пагапини добивался в Риме высочайшего разрешения предать его земле». Но граф Чессоле в своих воспоминаниях приводит совсем другую версию. Вот основные ее этапы:
В 1842 году скрипача захоронили на мысе Сент-Оспис, у подножия старинной башни.
В апреле 1844 года останки вновь откопали и перевезли в Ниццу.
В мае 1845 года гроб перевезли на виллу графа Чессоле.
Но и это еще не все. Друзья не оставляли усилий захоронить маэстро по-христиански на кладбище. Усилия эти увенчались успехом лишь в 1876 году — спустя тридцать лет после его смерти!
Но в 1893-м гроб вновь откопали, так как пошли слухи, что из-под земли доносятся странные звуки, словно там находится живое существо. В присутствии внука Паганини, чешского скрипача Франтишека Ондржичека, прогнивший ореховый ящик был вскрыт. Тело музыканта практически истлело, но голова, особенно лицо, загадочным образом великолепно сохранились, Это дало пищу для новой волн-ы самых невероятных слухов и сплетен.
В 1897 году гроб с останками Паганини вырыли еще раз и перевезли на новое кладбище…
Не менее удивительные посмертные приключения пережило тело знаменитого конкистадора и завоевателя Мексики Эрнана Кортеса. Он уничтожил великое множество ацтеков. Правитель Куаутемока перед своей казнью сказал Кортесу: «Бог спросит с тебя за это!» И проклятие подействовало. Великий конкистадор умер в Севилье. В 1547 году был торжественно погребен в фамильном склепе. Но через пятнадцать лет (согласно завещанию) гроб с телом перевезли через океан, захоронив в монастыре в Тескоко. И началось… Мексиканская земля не принимала проклятое тело. Гроб Кортеса выкапывали и зарывали вновь еще шесть раз. Однажды покойнику грозила опасность вообще исчезнуть, когда Мексика освободилась от испанского владычества и местные патриоты вознамерились сжечь останки конкистадора и развеять по ветру… Обошлось. Но покоя Кортес все равно не обрел. В 1946-м его тело разыскали ученые и отправили на исследования.
Какое же проклятие преследовало великого Паганини? Почему останки Кортеса переходили из могилы в могилу? В чем секрет этих посмертных эпопей? Может, и впрямь тут замешаны мистические законы и высшие силы? Не будем спешить с выводами. Замечено, что тела людей, вкусивших при жизни власти.или славы, не имеют покоя после смерти. Вспомните хотя бы египетских фараонов. Их останки подвергались ограблениям. Их забальзамированные тела препарировали любопытные ученые. Их мумии развезли по всему свету и выставили в музеях на всеобщее обозрение.
Вряд ли в этом повинны какие-то потусторонние силы. Сами люди, движимые любовью или ненавистью к великим умершим, не дают им покоя. Взять хотя бы тело Ленина. Во время войны его тайком перевозили в специальном саркофаге в далекую Тюмень, чтобы в случае падения Москвы мумия «великого вождя» не попала в руки фашистов. А в последующие годы, когда она опять оказалось в Мавзолее на Красной площади, находились люди, которые пытались совершить покушение на эти останки.
Редко можно найти великого покойника, которого не потревожили бы в могиле, чтобы отправить в посмертное путешествие. Взять хотя бы Наполеона, гроб которого выкопали спустя девятнадцать лет после смерти, чтобы перевезти его прах с острова Святой Елены в Париж. Останки Федора Шаляпина спустя полвека после смерти отправились в дорогу из Франции в Россию. Ходят слухи, что останки Гитлера хранятся где-то в сейфах российских спецслужб…
Иногда тела знаменитостей даже воруют, как это произошло с прахом Чарли Чаплина в 1978 году. Глубокой ночью двое злоумышленников вскрыли могилу знаменитого артиста, погрузили свинцовый саркофаг в автофургон и увезли в неизвестном направлении. Как потом выяснилось — в Швейцарию. Но тщетно они требовали с вдовы выкуп. Она сказала: «Мой муж живет в моем сердце и на небесах. А то, что попало к вам в руки, мне неинтересно». Тело Чарли Чаплина отсутствовало в своей могиле почти месяц, прежде чем полиция смогла поймать незадачливых преступников.
А порой люди, познавшие при жизни лишь высочайшие почести, испытывают после смерти изощренные унижения, пытки, когда их уже мертвые тела даже подвергают показательной казни. Вот некоторые примеры такой неблагодарности потомков.
В конце IX века, когда папский престол в Риме занял Стефан VI, он решил судить своего предшественника епископа Формозу. Тело епископа вырыли из могилы, обрядили в папские одежды и посадили на трон. Состоялся мистический суд над мертвецом. Его признали виновным в страшных прегрешениях. Затем труп показательно казнили — ему отрубили три пальца, которыми он благословлял народ при жизни, затем его привязали за ноги к лошади, протащили через весь Рим и сбросили в Тибр.
Очень похоже поступили англичане с Оливером Кромвелем. Его тело, захороненное в часовне Вестминстерского аббатства, извлекли из могилы и повесили, а спустя некоторое время выставили подгнившую голову на крыше Вестминстер-холла на всеобщее обозрение и устрашение…
Лютая казнь состоялась в России в начале XVII века над уже мертвым телом Лжедмитрия 1 (Григория Отрепьева). Сперва его труп, пролежавший на площади несколько дней, подвергли публичному бичеванию.
Потом вспороли живот, а в рот забили музыкальную дудку. Изуродованные останки захоронили было в придорожной канаве. Но и этого показалось мало. Вскоре обесчещенное тело вновь откопали, сожгли, пеплом зарядили пушку и выстрелили.
Знаменитому Гришке Распутину, фавориту семьи последнего российского царя, тоже не удалось спокойно полежать в могиле. Его тело выкопали буквально через несколько месяцев после убийства и сожгли в топке парового котла…
Какие же из этого можно сделать выводы? Быть может, не стоит при жизни рваться к славе и величию, чтобы потом, после смерти, твое тело могло покоиться в земле с миром? Увы, порой даже самая «растительная» жизнь не гарантирует посмертного упокоения. Известно, как строители буквально сметают с лица земли целые кладбища, чтобы подготовить площадки под застройку растущих городов. Пока мы сами не научимся уважать покой своих мертвых, нам никто не сможет гарантировать того же.


ПИРЕНЕЙСКАЯ ДИКАРКА

На страницах старых газет порой можно встретить странные истории. Вот одна из них, ей уже более ста восьмидесяти лет. Она опубликована в «Журнал ь де л'Ампир» 17 января 1814 года за подписью суПрефекта округа Фуа господина Баскля де Лагреза, И хотя с тех пор наши деды и отцы, да и мы сами были свидетелями многих удивительных событий, эта история остает-ся необычайно интересной и заслуживает быть извлеченной на свет со старых, пыльных страниц. Речь в ней идет о событиях, произошедших в Пиренеях, в той части департамента Арьежа, которая образовывала в то время графство Фуа, страну отвесных скал и бездонных пропастей, над которыми возвышается всеми своими тремя тысячами метров величественный Монкальм.
Однажды — дата точно не определена, но не ранее лета 1807 года — охотники заметили среди неприступных скал совершенно обнаженную женщину. Она стояла на одной из вершин на краю обрыва и, казалось, что-то внимательно рассматривала без малейшего страха в глубине пропасти, над которой склонилась, будто готовая броситься вниз. Хотя до нее было довольно далеко, удалось рассмотреть, что она высока и худа, кожа ее загорелая и длинные волосы покрывают плечи и спину.
Охотники попытались приблизиться. Увидев людей, она испустила крик ужаса и бросилась бежать, с поразительной ловкостью прыгая по нагромождениям неустойчивых, шатающихся камней. Она передвигалась по отвесным склонам с той же легкостью, с какой светская дама по посыпанным песком дорожкам парка. Пришлось отказаться от преследования. Охотники вернулись в Сюк, довольно большую деревню в полулье [Лье — единица длины Франции, рапна 4,444 километра.] от городка Вик-Дессос, административного центра этого живописного кантона. Они, конечно, не стали делать секрета из необычной встречи. Менее чем через час все обитатели деревни уже знали, что в окрестных горах появилось удивительное существо — полуженщина, полуобезьяна. Самые отважные решили немедленно устроить облаву, и уже перед рассветом они сидели в засаде за скалами вокруг того места, где женщину видели накануне. С восходом солнца она появилась, не подозревая об опасности. Ее окружили, схватили, не обращая внимания на крики и сопротивление. Пришлось связать ей руки, чтобы завернуть ее в кусок ткани, который она, однако, успела превратить в лохмотья. Когда же она поняла, что ее собираются увести с собой, то забилась в отчаянных конвульсиях, испуская яростное рычание. Окружающим показалось, что среди рыданий и воплей они различили угрозы, произнесенные на французском языке. Убежденные теперь, что пойманное ими существо не животное, а женщина и их соотечественница, они доставили ее, не без сопротивления с ее стороны, в дом местного священника.
Кюре встретил эту отбившуюся от божьего стада овцу ласково и мягко. Обратился к ней с утешающей и успокаивающей речью. Трудно было представить, поняла ли хоть слово дикая пленница из этой сочувственной речи, но вид сутаны пробудил, видно, в ее помутившемся мозгу какие-то далекие воспоминания. Бедная женщина внезапно успокоилась. Она опустила голову и, кажется, погрузилась в горестные раздумья. Она плакала и шевелила губами, как будто произнося молитву. Возможно, она вспомнила исчезнувшего мужа: некоторые из присутствовавших утверждали, что услышали обрывок фразы: «…что скажет — мой муж?» Воспользовавшись этим моментом просветления, начали задавать ей вопросы. Она не ответила ни на один. Предложили еду. Она от нее отказалась. Казалось, она потеряла интерес ко всему. Смущало то, что, несмотря на жалкую наготу тощего тела, грубую, обветренную кожу, спутанные волосы, эта несчастная, ещё довольно молодая, не утратила благородного и полного достоинства вида. Ее изможденное лицо сохраняло остатки красоты, и во взгляде, когда она смотрела на крестьян, собравшихся вокруг нее, угадывались надменность и пренебрежение.
Наступил вечер. Кюре решил, что необходимо дать пленнице отдохнуть. Он приготовил комнату с удобной кроватью, белье и еду, принял меры, чтобы несчастная не смогла поранить себя, и оставил ее одну, заперев на два оборота ключа, чтобы исключить всякую возможность побега. Рано утром на следующий день он был уже на ногах. В доме стояла тишина: дикарка, вероятно, еще спала. Кюре осторожно отпер дверь… Комната была пуста! На тропе, ведущей в горы, нашли разорванные платье и юбку, оставленные накануне около постели беглянки, это был след. Все местные охотники и пастухи бросились в погоню, состязаясь друг с другом в быстроте и ловкости. Но все было напрасно.
Потом ее иногда видели издалека собирающей траву на неприступных скалистых гребнях или бегущей по берегу вдоль озера — огромного пространства стоячей, загнивающей воды, полного лягушек, саламандр и пиявок. Она бросалась в воду с прибрежных камней и вылезала из воды с добычей, которую тут же, на ходу, съедала. Иной раз замечали ее фигуру на вершине высокой скалы. Она стояла в горестном раздумье, похожая на статую, неподвижная, как камень под ее ногами.
Наступила осень. Пришлось отказаться от попыток поймать дикарку. Зима в тот год была ранней и суровой. Выпало много снега. Запертые на долгие месяцы в своих жилищах, крестьяне часто вспоминали о несчастной женщине, которую хотели спасти, хотя и против ее воли. Теперь она несомненно была мертва. Ее или убили морозы, или она неминуемо должна^быЛа умереть из-за полного отсутствия пищи: земля покрылась трехметровым слоем снега, а горные озера промерзли до самого дна. Если, конечно, до того ее не растерзали медведи, в то время в этом районе Пиренеев их было еще много. В одном можно было не сомневаться: никто и никогда больше не увидит ее живой.
В первые весенние погожие дни самые смелые отправились в горы в надежде отыскать хотя бы какиенибудь следы, способные пролить свет на судьбу несчастной. Едва они достигли первых горных отрогов, как увидели ее — как всегда, совершенно обнаженной и, казалось, еще с большей, чем обычно, ловкостью прыгающей с камня на камень и с наслаждением катающейся по снегу. Это было совершенно невероятным! Слухи о чуде распространились по всему району. Господин Вернье, мировой судья кантона, решил, что необходимо действовать. Он отправился в Сюк, набрал несколько отрядов охотников и сам возглавил их. Дикая женщина была поймана, и, чтобы исключить новый побег, ее отвезли на этот раз в Вик-Дессос.
Вернье попытался сначала завоевать доверие своей пленницы. Он твердо решил узнать ее тайну. Ему удалось заставить ее принимать из его рук простую еду: зелень, мясо и рыбу. Но, несмотря на все расспросы, она хранила упорное молчание. Однако когда он спросил, как ей удалось избежать когтей медведей, она сказала: «Медведи, они мои друзья, они согревают меня…» Она произнесла эти слова внятно, голос ее был чист, речь — без иностранного акцента. По манере говорить было очевидно, что она не из простолюдинов. По некоторым другим обрывкам фраз, что удалось из нее вытянуть настойчивыми расспросами, можно было установить, что в 1793 году, спасаясь от революции, они с мужем эмигрировали в Испанию. После многих лет жизни на чужбине супруги решили вернуться на родину. То ли некие политические мотивы не позволяли им пройти мимо пограничной, стражи, то ли они решили вернуться во Францию инкогнито, но они отправились без проводника по горным тропам через Пиренеи. Там на них напали контрабандисты. Вероятно, муж ее в этой схватке был убит, а обезумевшая от горя и решившая умереть женщина забралась в самый глухой горный угол. Так началась ее жизнь Робинзона, продолжавшаяся не менее двух лет. Мировой судья, будучи примерным служащим и подозревая в этой безумной врага империи, посчитал, что более надежным будет перевели ее в Фуа, центр департамента, и представить дело на рассмотрение тамошнего префекта.
Публикация мной этой статьи вызвала множество писем, некоторые из которых были резкими, даже ругательными. Меня обвиняли в том, что я рассказываю читателям малоинтересные, скучные истории, неправдоподобность которых очевидна. Другие предупреждали участливо, что, приняв за подлинный рассказ, напечатанный в «Журналь де л'Ампир», я стал слепой жертвой известного мистификатора. Автор этого розыгрыша, известного уже сто лет, не кто иной, как господин Муссон. Однако не все так просто. Должен сообщить, что я проявил осторожность и не спешил представить эту невероятную на первый взгляд историю публике без предварительной проверки. В архивах, как известно, при желании можно найти все. Там я и разыскал досье на женщину-дикарку, хотя это и стоило мне некоторого труда, поскольку, вопреки тому, что я узнал из повествования супрефекта, она была поймана совсем не в 1814 году. Мне пришлось просмотреть переписку властей Арьежа с министром полиции вплоть до 1808 года, чтобы найти следы происшествия. Личное дело супрефекта Лагреза показывает к тому же, что он приступил к своим обязанностям только в 1811 году, то есть через три года после описываемых событий. Этот факт, как мы увидим в дальнейшем, окажется нам полезен.
Некоторые мои любезные корреспонденты (я благодарю их за сообщения) писали мне, что воспоминания о безымянной сумасшедшей еще живы в селениях графства Фуа. «Когда я прибыл в Арьеж, — писал один из них, — это была первая история, которую я услышал». Она была рассказана также и Эли Берте, в молодости служившему в управлении рудников в Вик-Дессосе… Позднее, уже будучи модным писателем, он вспомнил о ней, и она легла в основу его романа «Антония», опубликованного в 1850 году. В следующем году «Антония», конечно значительно дополненная, превратилась в три тома «Пиренейской девицы», которая была переиздана в 1877 году под названием, более соответствующим сюжету, — «Безумная из Пиренеев».
Я также имел честь получить послание от уважаемого специалиста господина доктора Поля Курбона, главного врача психиатрической лечебницы Стефансфельда, что недалеко от Страсбурга. Он сообщил мне содержание одного доклада, представленного на конгрессе психиатровневрологов, прошедшем в Тунисе в 1912 году. Сумасшедшая из Пиренеев там не упоминалась, но рассматривались похожие случаи. «И в наши дни, — писал мне доктор Курбон, — случаи, когда сумасшедшие, сбежавшие из лечебниц, неделями живут зимой без одежды, под открытым небом, не являются исключительными. Физиология этих больных совершенно отлична от показателей нормальных людей и позволяет им переносить неблагоприятные погодные факторы».
Что является причиной этой особенности больного организма? Атавизм.
Каждый человек получает при рождении генетическую наследственность, восходящую к далеким предкам. Часто можно встретить сходство, иногда поразительное, внука со своим дедом или даже с портретом прадеда или прапрадеда. Вкусы, склонности, которыми он будет обладать, когда вырастет, часто вопреки всему, окажутся вкусами и склонностями его более или менее далеких предков. Ученые, однако, допускают, что по капризу природы, к счастью, редко, новорожденный наследует черты поколений, живших сотни, тысячи лет назад. Иногда предок, которого он копирует, — первобытный человек. Тогда генетическое наследство его страшно неразвито. Голосовые связки несчастного не способны издавать членораздельные звуки, а воспроизводят лишь лай, мяуканье или рычание. Он обнюхивает, облизывает, царапается и кусается, как доисторическое существо, которое воспроизводит.
«Прекрасный пример такого случая — персонаж, известный как „Дикарь из Аверона“, обследованный недавно Итаром и Пинелем, — продолжает месье Курбон. — Этот ребенок двенадцати лет, несколько лет проживший один в лесу, питаясь желудями и корешками, утоляя жажду в ручьях, ночуя под деревьями и удирая каждый раз при приближении человека… Всегда настороже, безголосый, не умеющий ходить прямо, передвигающийся рысью или галопом, обнюхивающий все предметы, он походил больше на животное, чем на человеческое существо». Его поймали, пытались привить ему цивилизованные навыки, но все усилия воспитателей оказались напрасными. Оказавшись на улице городка, где его содержали, «только после того, как он долго обнюхивал руки своей воспитательницы, он ее узнал и согласился следовать за нею».
Доктор Поль Курбон приводит еще один интересный случай, произошедший с ребенком двенадцати лет, глухонемым, жившим среди крестьян. Они кормили его, совершенно не заботясь о его воспитании и обучении. Когда его поместили в лечебницу, он своими жестами и действиями больше походил на обезьяну, чем на человека. Свою радость он выражал прыжками и кульбитами; чтобы выразить хорошее отношение к кому-либо, он обнюхивал, облизывал, покусывал этого человека; а когда был им недоволен — кусался уже всерьез, больно, и рычал… Он ходил, поджимая пальцы и выбрасывая руки вперед, как будто применение верхних конечностей облегчало ему передвижение. Никогда ничего не ел, не обнюхав предварительно пишу, не пользовался ни ложкой, ни вилкой, пил, погружая губы в посуду с водой. Через несколько месяцев медико-педагогических обследований этот случай был достаточно изучен, чтобы можно было поставить диагноз: идиотизм — и констатировать, что речь идет об умственном атавизме.
Можно ли отнести сюда же случай безумной из Пиренеев? Или ее помешательство имеет другую природу? Вопрос, на который невозможно точно ответить.
Чтобы покинуть высокие сферы науки, где я со своей некомпетентностью чувствую себя неудобно, я должен еще раз выразить мою глубокую благодарность господину префекту Арьежа. Он по своей доброй воле прислал мне кроме ценных библиографических указаний копии редких документов, касающихся дикарки и сохранившихся в городских архивах. Из них следует, что память об этой истории была увековечена и отра-' жена в обширной литературе. Она была упомянута в «Описании департамента Арьеж», изданного в 1839 году, и в издании 1863 года, в томе, выпущенном в Фуа господином Божесом, директором школы в Арьеже, а также в 1905 году, в путеводителе Луи Госсена. Она даже вдохновляла поэтов. Один из них, подписывавшийся именем Рукатил, посвятил ей балладу на местном диалекте, другой, арьежский бард Рауль -Пафажет, использовал этот сюжет в своей поэме «Вершины и долины». Еще до Эли Берте был написан роман на эту тему. В 1817 году в Париже появляется «.Жизнь и трагическая смерть мадам де Будуа, найденной в январе 1814 года (дата ошибочна, как это уже было доказано выше) совершенно обнаженной в скалистых горах.,.». Написанный современником событий, он мог бы, казалось, пролить дополнительный свет на таинственную личность несчастной узницы тюрьмы в Фуа. Но представлял собой лишь набор напыщенных фраз, к которым история не имеет никакого отношения. То же можно сказать и о рассказе, опубликованном в Каркассоне в 1884 году аббатом Лаборном, кюре из Рейсака-сюр-Лампи, пол названием «Эрманс де Ba^ibмега, или История сумасшедшей, найденной в 1809 году (еще одна ошибка. — Авт.) среди скалистых отрогов Монкальма». Для того чтобы его произведение имело счастливый конец, автор не допустил смерти своей героини в тюрьме, а позволил ее мужу, графу де Вальмеге, при содействии надсмотрщика, освободить ее и увезти в почтовой карете, а затем его самоотверженная забота вернула ей разум.
Все это чистый вымысел. Официальные и подлинные документы, к сожалению, очень лаконичны. Те, которыми я обладаю благодаря господину префекту Арьежа, полностью совпадают с сообщениями, хранящимися в Национальном архиве. Из них следует, что несчастная упрямо сохраняла молчание: «На все задаваемые ей вопросы она отвечала рыданиями, прерываемыми словом „муж“. Это позволяет предположить, что она потеряла рассудок в результате какого-то большого несчастья». Такое положение вещей стало, в конце концов, доставлять властям неудобства. Поскольку в департаменте Арьежа не было ни одной психиатрической лечебницы, префект обратился к своему коллеге в Верхней Гаронне с просьбой предоставить место для женщины в приюте Тулузы. Но там ее отказались принять, видимо считая, что милосердие надо распространять только на больных своего департамента. На что чиновники из Фуа пытались ответить, что их случайная клиентка принадлежит Верхней Гаронне в той же степени, что и Арьежу. Никто не знает, откуда она родом. Но все было напрасно.
Пока местными властями предпринимались попытки устроить ее судьбу, министр полиции настаивал на прояснении некоторых подозрительных моментов в истории с этой пленницей: «С момента, когда она отказалась отвечать на вопросы, и до того, как совершила побег, ее действия не казались такими безумными, какими она хочет их представить: необходимо выяснить мотивы, по которым она упорно не хотела отвечать, кто она есть на самом деле». Почему, когда это дело было чисто административным и к тому же доставляло столько неудобств чиновникам, нельзя было отпустить на свободу эту женщину? Она вернулась бы в свои горы, где не могла бы принести никому никакого вреда, присоединившись к обществу медведей, меньших формалистов, чем люди, которые, по ее же собственным словам, «согревали бы ее зимой». Но нет. Ее держали под арестом в соответствии с инструкциями!
После первой из двух недель, проведенных в приюте, примерный порядок которого она нарушала свои-ми экстравагантными выходками, ее было решено «изолировать», то есть поместить в тюрьму. В то время тюрьмой в Фуа служила старая феодальная крепость, три массивных башни которой гордо возвышались над городом. Когда несчастная ощутила себя запертой в тесной камере, ее отчаяние и ужас выразились в таких жалобных и продолжительных криках, что надзиратель буквально обезумел от воплей и поместил ее на лестнице круглой башни, между двумя запертыми дверями. Там безумная подвергалась еще большей опасности: вопервых, она не терпела на себе никакой одежды, во-вторых, само это место было очень вредно для здоровья. Представьте весь ужас положения этой несчастной — госпожи Будуа или, возможно, графини де Вальмеги: когда-то она, вполне вероятно, владела замком, слугами и каретами, а теперь умирала совершенно раздетая на каменных ступенях тюремной башни. Поскольку она продолжала стонать днем и ночью, тюремщики «догадались» упрятать ее в один из тех каменных мешков, которые сегодня показывают туристам как главную достопримечательность крепости.
Надзиратель оставил возле нее кусок хлеба, волу, закрыл люк и спокойно удалился.
Пленница, обнаженная, осталась в этом темном, ледяном подземелье. Когда через несколько дней надсмотрщик решил, что пора покормить заключенную, он нашел ее мертвой. Та, что пережила две зимы в заснеженных горах, та, которую приняли и согревали в своих берлогах дикие звери, не смогла перенести варварства людей и жестоких порядков «цивилизации». Это произошло как раз в тот момент, когда пришло известие, что ей предоставлено место в приюте для душевнобольных в Сент-Лизье. Передо мной свидетельство о смерти: 29 октября 1808 года перед мэром Фуа предстал Арно Буртоль, смотритель тюрьмы, сообщивший, что «сегодня, в час ночи, женщина, имя, фамилия, род занятий, место рождения и жительства которой неизвестны, примерно сорока пяти лет от роду, умерла во вверенной ему тюрьме…» Можно считать доказанным, что история женщиныдикарки не мистификация. То, что в ней не хватает многих деталей, которые могли бы пролить свет на тайну, связано, скорее всего, с тем, что некоторые документы исчезли из архивов. Достаточно перечитать статью супрефекта Баскля де Лагреза, и станет ясно, что он был знаком с документами, которых нет у нас: протоколами допросов сумасшедшей, материалами расследования Вернье, мирового судьи из Вик-Дессоса, сообщений о двух побегах, о поисках беглянки и т. д. К тому же сам Лагрез пишет: «В моих руках подлинные материалы расследования, я рад бы передать их тому, кто захочет с ними познакомиться». Можно предположить, что, приехав в Арьеж в 1811 году, он ничего не знал об этой драме. Ему рассказали. Он заинтересовался. Поскольку его положение позволяло ему легко получить доступ к официальным документам, он собрал их. изучил, написал на их основе статью, и когда в результате известных событий 1815 года (»Сто дней Наполеона Бонапарта и его вторичное отречение от престола» и ссылка на остров Эльба) он потерял свое место и покинул страну, ценные бумаги не были возвращены в архив. И пока они не будут найдены кем-нибудь из его потомков, я думаю, мы ничего больше не узнаем о трагической и таинственной судьбе пиренейской дикарки.


ГРОБОКОПАТЕЛИ ВЕРНУЛИ ПОКОЙНУЮ К ЖИЗНИ

«Совершенно невероятная история произошла в конце 40-х годов в шахтерском поселке Половинка Пермской области (ныне г. Губаха). Случилось это в' семье Южаниных. Отец и мать работали на шахте и еще вели свое хозяйство. Жили они по тому трудному времени, можно сказать, вполне зажиточно. Все в семье были хорошо одеты и обуты, а мать и дочь носили даже золотые кольца и серьги.
Однажды теплым осенним вечером вся семья была дома. Отец и сыновья что-то мастерили, а мать и дочь шили одежду. Дочь пришивала пуговицы и одну из них, чтобы не потерять, по обыкновению держала во рту. При этом она что-то напевала, разговаривала с матерью. И вдруг, глубоко вздохнув, девушка закашлялась, забилась в продолжительных конвульсиях, а затем упала на пол. Все бросились к ней. Смертельно бледная дочь затихла и не подавала признаков жизни. Дыхания не было. Сердце не прослушивалось. Только тут родители поняли, в чем дело. Пуговка, которая была во рту дочери, попала ей в трахею и перекрыла доступ воздуха в легкие. Не теряя более ни минуты, повезли дочь в больницу. До нее было неблизко, и, когда девушку туда доставили, она уже стала холодеть.
Врач осмотрел ее и однозначно констатировал смерть от удушья. Горе родителей невозможно описать.
Через день состоялись похороны. Девушку обрядили в лучшее платье, а на палец надели колечко, но простое, лишь слегка позолоченное. Покойная лежала в гробу и словно глубоко спала, только была бездыханная и смертельно бледная. Ее похоронили и, как подобает, устроили поминки.
Рано утром следующего дня в проходную одной из шахт пришла растерянная, немного пошатывающаяся, как пьяная, молодая девушка. В это время на шахту уже шли люди, и одна из работниц при виде девушки вдруг закричала. Испуганная и трясущаяся она указала на вошедшую и сказала, что вчера она была… на ее похоронах! А между тем девушка подошла к рабочим и сказала им: «Не бойтесь, я живая. Сегодня ночью какие-то люди откопали меня из могилы. Видимо, я и не умирала по-настоящему».
Что же оказалось? Когда пуговица перекрыла девушке трахею, она попыталась ее выдохнуть, но потеряла сознание. Затем вдруг пришла в себя, но.не могла даже шевельнуть пальцем. При этом все понимала, что происходило вокруг.
Ее перенесли в темную комнату и оставили там одну. Наутро пришел еще один врач. Он осмотрел лежащую вместе с первым доктором и подтвердил: «Да, умерла», И тогда она подумала: «Видно, и вправду я умерла. Вот какая она, оказывается, эта смерть…» Вновь пришли родители и забрали ее домой. У девушки не было даже сил приоткрыть веки, но она слышала все разговоры присутствующих, все приготовления к похоронам. Так прошло двое суток.
Но вот ее укладывают в гроб. Целуют, прощаются. Везут на кладбище. Вот остановились. Девушка пыталась открыть глаза, шевельнуть пальцем. Но ничего не получается. Воздух проникает ей в легкие только через две крошечные дырки в пуговице. Этого слишком мало, чтобы жить, но этого оказалось достаточно, чтобы совсем не умереть.
И вот закрывают крышку гроба, звучат удары молотка. Все, конец ее земному существованию. Глухие удары комьев земли по крышке гроба. Голоса людей все глуше, и глуше. Вот они уже исчезли совсем. Тишина, вечный покой…
Только полное оцепенение тела и духа не позволило девушке действительно умереть от ужаса. Она не ощущала времени. И только где-то в глубине помертвевшего сознания теплилось восприятие действительности и понимание произошедшего. Это и была ее жизнь. И для этого пока хватало воздуха, имевшегося. в гробу.
И все же она услышала какие-то звуки. Это лопатами убирали землю с ее гроба. Сняли крышку. Слышны были тихие голоса людей: «Я видел у нее на руке кольцо. Явно золотое. Сними его. Теперь платье. Такое платье в Перми на барахолке загоним за хорошие деньги. Давай снимай. Переворачивай вниз головой!» И тут что-то случилось с девушкой. Воздух! Он вдруг широко хлынул ей в легкие, заставил сделать вдох, и на вдохе она застонала отчетливо, жалобно. А затем сказала: «Я живая». Гробокопателей было четверо. Ожившая покойница привела их в неописуемый ужас. Они с воплями выскочили из могилы и бросились бежать. Но двое из них, не пробежав и двадцати метров, рухнули замертво между могил. Двое других бежали, но их потом нашли, судили.
Но как бы там ни было, именно эти грабители вернули девушку к жизни. Когда они перевернули ее вниз головой, пуговица выпала из трахеи…
Владимир Савинцев, г. Нытва Пермской области».


ВОЗВРАЩЕНИЕ ДЖЕКА ПОПРЫГУНЧИКА

Февраль 1837 года ничем особенным не выделялся в английской столице, если бы не одно событие, которое буквально всколыхнуло весь Лондон. Как-то вечером степенно прогуливающиеся горожане были до полусмерти напуганы странным, существом, которое огромными скачками передвигалось по улицам города, перепрыгивая через головы ошеломленных прохожих. Если бы это был очередной шутник, то все было бы гораздо проще, но в том-то и дело, что внешность этого прыгуна совершенно исключала какой-либо розыгрыш. Сверкающие, буквально горящие в темноте, круглые красные глаза монстра наводили такой ужас, что молодые и пожилые англичанки, как снопы, падали в обморок, а мужчины теряли дар речи и лишь судорожно сжимали свои трости. Правда, Джек Попрыгунчик — так прозвали это страшное существо горожане — никого не трогал и лишь проносился огромными прыжками по улицам города, сея панику и ужас. Сначала полиция не восприняла серьезно сообщения о Попрыгунчике, но вскоре монстра увидел офицер полиции. Он был настолько потрясен прыжком чудовища через ворота высотой около четырех метров, что только разводил руками и не уставал повторять: «Это просто невероятно»…
Три ночи 1837 года Джек Попрыгунчик терроризировал жителей английской столицы, перепрыгивая через самые высокие стены и легко уходя от погони. Потом он на время исчез, а через год в Бау напал на Джейн Эллсоп. Женщина потом описала нечто бесформенное, с горящими красными глазами, оно внезапно возникло прямо перед ней и, огромным прыжком перескочив через ее голову, унеслось прочь. В данном случае трудно говорить о нападении — Джек Попрыгунчик не ограбил Джейн Эллсоп, не покусал… Просто одного появления этого ужасного существа было достаточно для этой чересчур впечатлительной дамы, чтобы вопить на весь свет об ужасном нападении монстра.
Попрыгунчик не успокаивался. С 1850 по 1860 год он периодически появлялся во многих городках Южной Англии и до того довел власти своими выходками, что мэр Лондона вполне официально назначил награду за Джека Попрыгунчика, живого или мертвого. Журналисты наперебой печатали в газетах все новые и новые свидетельства очевидцев, повстречавших ужасного монстра, и называли чудовище «врагом номер один». Тысячи людей, вооружившись чем попало, выходили на улицы городов и охотились за неуловимым прыгуном. Джека Попрыгунчика описывали как мужчину с горящими красными глазами и ледяными руками, способного без разбега с места перемахнуть через препятствие высотой в четыре-пять метров. Дошло до того, что в местах, где чаще всего встречали это чудовище, стали расставлять ловушки и капканы, жертвами которых становились ни в чем не повинные кошки. Дважды монстра все же удалось загнать в угол. Первый раз в него выпустили несколько пуль, но чудовище с дьявольским хохотом подпрыгнуло на немыслимую высоту и ушло от преследователей, причем, несмотря на явное попадание пуль, следов крови найти так и не удалось. Через несколько месяцев в Ньюпорте в Попрыгунчика снова стреляли, и опять безуспешно. Казалось, что это существо заговорено от обычных пуль, некоторые всерьез утверждали, что Джек Попрыгунчик является исчадием ада, и предлагали замаливать грехи и лить для монстра серебряные пули.
В 1877 году чудовище вроде появилось в последний раз и, казалось, ушло из жизни англичан вместе с XIX веком. Но в 1904 году Джек Попрыгунчик вернулся! 10 сентября 1904 года полицейских вызвали в один из районов Ливерпуля, где целая толпа с открытыми ртами наблюдала настоящее цирковое представление, которое проходило на крышах окружающих домов. На этот раз Джек Попрыгунчик побил все свои старые рекорды, он спокойно перепрыгивал с крыши на крышу отстоящих друг от друга домов на десять — двенадцать метров… Потрясенные горожане, многие из которых и не знали о существовании в прошлом такого прыгучего монстра, с замиранием сердца смотрели, как это существо, чем-то похожее на человека, со звериной грацией проносилось высоко над их головами. Женщины визжали от страха, кто-то требовал от Попрыгунчика немедленно спуститься и прекратить ужасные прыжки. Однако монстр абсолютно не реагировал на происходящее внизу: казалось, что он просто наслаждался своей бьющей через край энергией и резвился на крышах, как мартовский кот… Последнее сравнение довольно правомочно, ведь перед своим окончательным исчезновением Попрыгунчик встал по-кошачьи на все четыре конечности (лапы?) и гигантским прыжком канул в неизвестность.
С тех пор Джека Попрыгунчика больше никто не видел. Со временем некоторые исследователи даже выразили сомнение в его реальном существовании в те далекие годы, предполагая, что лишь массовая истерия породила в головах англичан неуловимого монстра…Однако огромное количество свидетелей, среди которых были не только впечатлительные женщины, но и полицейские, и военные, не позволяет относиться к феномену Джека Попрыгунчика со столь подкупающей простотой. Откуда же все-таки взялся этот монстр?
Выдвигалось множество всяких версий. Одна из них — Попрыгунчиком был все же человек с уникальными физическими способностями к прыжкам, эдакий шутник, который наслаждался, пугая женщин. Эта версия рассыпается в прах, когда вспоминаешь, что монстр пугал англичан на протяжении почти семидесяти лет — никакой человек не смог бы сохранять столь отличную физическую форму в уже почтенном возрасте. Правда, под Попрыгунчика стали работать обычные уличные грабители, они надевали длинные белые балахоны, прикручивали к ногам пружины и, высоко подпрыгивая, пугали впечатлительных барышень, обирая их до нитки, но их деятельность никакого отношения к английскому чудовищу явно не имела. Самая популярная версия последних лет: Джек Попрыгунчик был пришельцем с другой планеты… Правда, если хорошо подумать, то такой ненормальный пришелец мог бы только сбежать из какогонибудь галактического нсихдома… Прилететь на Землю, чтобы с выпученными глазами прыгать по крышам домов, это, извините, слишком сложно понять. Вот если представить, что у пришельцев сбежало некое домашнее животное наподобие нашей кошки, тогда все встанет на свое место.
Если бы Попрыгунчик появился в наше время, наверняка выдвинули бы предположение, что этот монстр результат подпольных опытов современных генетиков.
Так как знаменитый Джек Попрыгунчик в свое время вступал в соприкосновение с людьми и они ощущали его как реальный физический объект, то всякие теории о его происхождении из мира духов явно не имеют под собой никакой почвы, Наиболее же вероятной гипотезой является то, что Джек Попрыгунчик попадал в наш мир из другого измерения. На нашей планете это не единственный случай появления различных чудовищ, которые потом внезапно исчезали без следа, хотя до этого оставляли вполне реальные следы своего присутствия.
Похоже, что в старой доброй Англии таких «дыр» в другое измерение гораздо больше, чем в любом другом месте Земли, вот и лезет из них всякая нечисть, пугая добропорядочных англичан…


КОГТИСТАЯ ЛАПА

«Перед Великой Отечественной войной моя мать была учительницей в глухой деревне Нытвенского района Пермской области. В местной начальной школе, в одной из ее комнат, жила с двумя маленькими. детьми женщина, работавшая здесь уборщицей. Жили они очень бедно и, как часто тогда водилось, спали все на полу, на куске войлока. Однажды в полночь женщина вдруг проснулась от детского плача. Она встала, зажгла керосиновую лампу и… застыла от ужаса. Края одеяла сами собой заворачивались, завертывая ее детей в тугой сверток! Ребятишки плакали и отбивались, однако словно бы невидимые руки вновь и вновь пеленали их в одеяло.
Придя в себя, женщина бросилась на помощь детям и стала шарить вокруг постели, стараясь поймать невидимку. Увы, ее руки хватали пустоту. Она никого не видела, однако явственно ощущала сопротивление сворачиваемого одеяла. Вскоре невидимка оставил в покое ее детей. Зато за печкой громко застучали об пол ухват, кочерга и кто-то словно бы когтистой лапой поскреб пол.
Жители деревни отнеслись к этому событию достаточно серьезно. Одни оставались на ночь в школе и убедились, что все обстоит именно так. Другие припомнили схожие истории, которые слышали еще от своих родителей. Нашелся, правда, и скептик, заявивший, что «в такую чепуху не верит». С разрешения хозяйки он тоже остался дежурить в ее комнате. И что же? После полуночи этот человек увидел, как чьи-то невидимые руки начали заворачивать в постель хозяйских детей. Мужчина стал хватать воздух вокруг постели и вдруг закричал от ужаса и боли. Кто-то сильно оцарапал ему щеку. Наутро вся деревня ходила смотреть на незадачливого укротителя «нечистой силы». На его лице отчетливо виднелись царапины, словно чья-то когтистая лапа оставила свой след.
Невидимка действовал в течение многих ночей, и все это очень надоело женщине. Чтобы от него избавиться, были использованы молитвы, заговоры и святая вода. Тщетно. Наконец одна старушка посоветовала произвести в доме побелку и тщательно обыскать все закоулки помещения, подполье и печь, И тогда в самом конце печурки был найден вмурованный в кирпичи ссохшийся ком глины. В нем оказалась бумажка с завернутыми в нее… большими волчьими или собачьими когтями! Их сожгли. С этого времени невидимка больше не появлялся в доме.
Владимир Савинцев, г. Нытва Пермской области»


ДЕД ПРЕДСКАЗАЛ СПАСЕНИЕ

«Эту историю я услышал от случайного попутчика в электричке. Конечно, ручаться за полную правдивость рассказанного не могу. Но с другой стороны, какой смысл ему было что-то сочинять человеку, которого, может быть, он никогда больше не увидит? Да и рассказ меня несколько взволновал.
Борис Алексеевич Черевичный — так звали моего попутчика — очень любил своего деда, Михаила Ивановича Черевичного, который имел необыкновенную способность предсказывать грядущие события. Война застала семью в городе Аксай Ростовской области. В 1942 году, когда фашисты оккупировали Ростовскую область, дед сказал внуку: «Если я останусь здесь, в Аксае, то ты, Борис, погибнешь. Если же я уйду в Ростов, то погибну только я. Война кончится в мае 1945 года. Ты будешь врачом. Никогда не копи деньги — расходуй их на себя и на семью. Как можно больше помогай матери…» Немного помолчав, произнес странное: «В двухтысячном году мы все встретимся…» Дед собрал мешок с незамысловатым скарбом и, попрощавшись с родными, отправился в Ростов. След его затерялся на целых пять лет. Лишь в 1947 году мой попутчик узнал от секретаря местного горкома партии по фамилии Колесниченко, какая трагическая судьба постигла его деда.
Оказалось, что в 1943 году Колесниченко попал б немецкий концентрационный лагерь, где встретился с Михаилом Ивановичем Черевичным. Каждый день пленных группами уводили на расстрел. Как-то ночью Черевичный подошел к Колесниченко и тихо сказал: «Земляк, давай прощаться. Утром поведут меня на казнь. Тебя — через несколько дней. Но тебе удастся спастись. В 1947 году ты встретишь моего внука, расскажи ему обо мне. Прощай…» Наутро деда расстреляли.
А через неделю на расстрел повели вместе с другими заключенными Колесниченко. Он шел в конце колонны. Рядом шагали два конвоира. Старший конвоир знал, что Колесниченко понимает по-немецки, и поэтому решил выразить ему свое сочувствие. Спросил потихоньку, кем он работал до войны и есть ли у него в городе родственники. Пленный ответил, что до войны работал здесь грузчиком, а в городе живет его сестра с семьей. Тогда конвоир сказал ему, чтобы он вышел из колонны и незаметно свернул в переулок. «Стрелять не будем», — добавил немец. Как и было предсказано Михаилом Ивановичем Черевичным, Колесниченко бежал и тем самым спас себе жизнь…
Сергей Гусев, г. Одинцово Московской области»


ТАЙНА «РЖАВОГО ПРИЗРАКА»

В горах уйма интересного: горные ледники, горные орлы, горные восходители и т.д. ит.п.А недавно к этому списку добавилась сенсационная находка — горное…морское судно!
Группа альпинистов отправилась покорять небольшую вершину в Кордильерах. Восхождение было не из самых сложных: главный интерес составляла полнейшая неизученность маршрута. Уже на обратном пути они попали в пургу, сбились с пути и больше суток вынужденно просидели в палатке.
— Когда небо наконец очистилось, мы сориентировались на местности и поняли, что можем спуститься к подножию, не возвращаясь на прежний маршрут. — рассказывает руководитель восхождения Этьен Делестан. — И примерно часа через два дошли до этого ущелья…
Первым его заметил Роджер Фейнстоун. Не поверив, как водится, собственным глазам, он осторожно поинтересовался у коллег, видят ли они что-нибудь необычное. Но те уже и сами застыли в легком остолбенении. И немудрено: перед ними величественно возвышался самый настоящий корабль.
— Потрясающее зрелище, — вспоминает Делестан. — Представьте себе: одинокая ржавая громадина, а вокруг скалы, снега и льды. Мы так растерялись в первый момент, что даже не подумали, как его туда занесло. Разумеется, отважные и любознательные спортсмены решили исследовать находку. И… ничего не обнаружили. Скажем, печально известная «Мария Целеста» выглядела так, словно экипаж только что ее покинул — даже стол кают-компании был накрыт к обеду. Это же судно как будто специально «очистили», чтобы никто нс-смог раскрыть его тайну. Ни останков людей, ни судового журнала, ни личных вещей экипажа, ни даже мебели: внутри было пусто, как в коробке, из которой вынули все содержимое. Исчезло все, вплоть до двигателей и навигационного оборудования.
— И никаких указаний на происхождение корабля, — продолжает Делестан. — Ни названия и порта приписки на бортах, ни спасательных кругов с надписями, Стерты все инвентарные номера и клейма фирмпроизводителей. От информационных табличек на переборках остались только дырки для шурупов. В конце концов, нам стало страшно. Обстановка была настолько гнетущей, что я бы не удивился, если б и мы «улетучились», как команда этого ржавого призрака…
Конечно, альпинисты сообщили о загадочной находке, и им, конечно, многие не поверили. Скептики справедливо указывали, что судно не могло само собой приплыть в горы, и невозможно вообразить, что его туда забросило, например, ураганом. К тому же стоит оно ровненько, будто аккуратно пришвартовалось к снежному пирсу. А стало быть, и гадать нечего: ребята устроили грандиозный розыгрыш.
Другие, однако, не сомневаются в существовании «ржавого призрака».
— Я намерен отправиться в горы и уверен, что найду его в указанном месте, — говорит исследовательаномальных явлений Оскар Бернсен. — Судя по снимкам и описаниям, это, скорее всего, европейское судно довоенной постройки. Как оно туда попало? Версий, собственно, две. Либо вмешательство космитов, либо Бермудский треугольник. Или то и другое вместе — если в треугольнике орудуют именно пришельцы. В конце концов, там пропали сотни кораблей, и никто не знает, куда они девались. Быть может, находка в Кордильерах поможет приоткрыть завесу тайны над их судьбами…


ЦЫГАНКА ПРЕПСКАЗАЛА СПАСЕНИЕ

«Произошло это еще в советские времена. Я командовал авторотой под Москвой. Однажды ночью меня вызвало начальство. Приказали к утру подготовить бензовоз, залить бочку солярки, оформить документы и не позже восьми часов утра выехать на объект, где работала наша техника на строительстве аэродрома для совершенно секретных тогда самолетов „МиГ-25“. Старший по объекту сообщил, что все дизельные механизмы стоят из-за отсутствия солярки. А как раз в этот день должен был прибыть проверяющий из Министерства обороны. Надо же было такому случиться, что именно в это время у нас возникли проблемы с горючим — опоздали с перечислением денег.
Первая заправка была на трассе ц районе города Каширы. Когда мы подъехали к ней, то увидели длинную очередь машин — час^ на два. Стояла весна, светило яркое, ласковое солнышко. Неподалеку от заправки цыгане раскинули свой табор. Я вышел из машины размяться. Пока прогуливался взад-вперед, ко мне подошла молодая симпатичная цыганка со своим обычным: «Дай погадаю, дорогой!» Я от нее отмахнулся пару раз, зная, чем это, как правило, кончается, но она была очень настойчива: твердила, что мне это обязательно надо знать. В конце концов, я согласился. Началось все с трояка, а потом случилось непонятное: я почувствовал, что потерял контроль над своими мыслями и поступками и целиком нахожусь во власти цыганки. Видел себя как будто со стороны, когда достал и отдал ей еще четвертной (в те времена лейтенантская зарплата составляла сто шестьдесят семь рублей). После этого женщина сказала: «Ладно, хватит. Бог с тобою решит все сегодня. Тебя ждет или черная смерть, но ты ее не бойся, или очень долгая и интересная жизнь. Денег не жалей — Бог вернет, если они тебе понадобятся». Вот и все, что она мне сказала. Сказала и затерялась среди машин. А я стоял ошарашенный, соображая, как же это меня, не верящего ни в Бога, ни в черта лейтенанта, так «красиво» облапошили.
В общем, заправились и поехали дальше. На середине трассы заехали на вторую заправку. Моросил теплый дождик, светило солнце, в небе висела красивепит радуга. В Кашире и я, и водитель были впервые. Начали выезжать, повернули направо, и перед нами неожиданно открылся крутой спуск, на середине которого натужно рокотал пассажирский автобус, поднимавшийся навстречу. Мой водитель резко нажал на тормоз. Пыль, смешиваясь с каплями дождя, создает очень скользкую поверхность на асфальте, такую же, как разлитое масло. Машину начало разворачивать поперек дороги. Я успел крикнуть: «Брось тормоз, газ…» Что означает на понятном водителю языке: «Отпусти педаль тормоза, нажми на газ и попробуй проскочить на скорости». Он так и сделал. С автобусом мы «разошлись», лишь слегка задев его, но далее мой водитель, видно от растерянности, снова нажал до отказа на тормоз. Машина опять встала боком и начала кувыркаться. Пока вертелись, перед внутренним взором прошла вся жизнь, начиная с раннего детства.
На третьем обороте автомобиль уткнулся кабиной в землю и замер. Нас обоих развернуло поперек кабины и придавило сиденьями. Мужчины из автобуса довольно легко вытащили нас за ноги, отключили клеммы от аккумуляторов, чтобы не начался пожар. Машина лежала вверх колесами, из верхнего заправочного бака хлестала солярка. Бочка практически нас и спасла, так как благодаря ей мотор не вдавился в кабину. Сами мы сравнительно легко отделались: водитель травмой головы, а я отбил себе почки.
Но это еще не все. Вторая часть предсказания цыганки сбылась в конечном пункте, куда мы добрались на трейлере, прибуксировавшем бензовоз. Я гулял по городу, и вдруг неожиданно, при полном безветрии, какое-то мимолетное движение воздуха бросило мне в грудь цветную бумажную трубочку. Я ее взял, развернул. Это были денежные купюры: сумма была на два рубля больше половины той, что я дал цыганке…
И вот финал этой фантастической истории. Когда я вернулся в родной, город, мне трое или четверо хороших знакомых на полном серьезе доказывали, что именно в этот день и этот час они. встречались со мной и разговаривали в центре города около кинотеатра. Много лет спустя я прочитал в книге об аномальных явлениях, что нередки моменты, когда жизни человека угрожает смертельная опасность, его астральный двойник отделяется от гела и появляется в иных местах. Тому есть масса запротоколированных свидетельств».
А. Калашников, подполковник запаса, г. Солнечногорск Московской области».


АВИАЦИОННЫЕ КУРЬЕЗЫ

В начале века, когда еще русский летчик Арцеулов не продемонстрировал возможность выхода из штопора, самолет, попавший в него, считался обреченным. Один из летчиков, испытавший столь неприятную ситуацию, отстегнул привязные ремни и, дождавшись, когда аппарат перевернулся вверх колесами, выскользнул из кабины. Смешение центра тяжести привело к выходу аппарата из штопора. Завершив виток и войдя в горизонтальный полет, самолет устремился навстречу покинувшему его пилоту и «поймал» его, «усадив» в кабину! Придя в себя, летчик взялся за рычаги управления и благополучно приземлился.
Французы предприняли попытки преодолеть пролив ЛаМанш воздушным путем. За рулем аэропланов тогда, разумеется, находились мужчины, но французские женщины решили не отставать. Эдит Дюран, жена летчика Анри Дюрана, уговорила его на этот безрассудный поступок.
И вот аэропланы супругов поднимаются в воздух и направляются в сторону побережья (Анри, естественно, взялся сопровождать жену до самого финиша на английском побережье). Когда оба аэроплана набрали достаточную высоту, у Эдит вдруг забарахлил мотор, а затем окончательно заглох. Эдит беспомощно оглянулась на мужа и увидела, что он приказывает ей прыгать с парашютом. Что она немедленно и сделала.
Своим весом женщина уравновешивала находившийся в носу мотор, теперь же центровка нарушилась, и самолет еще круче пошел вниз. Но за счет аэродинамического напора его винт начал раскручиваться, и мотор, у которого, по-видимому, образовалась воздушная пробка в карбюраторе, снова заработал. Аэроплан выровнялся, а затем стал быстро набирать высоту. Но Анри это уже не видел, поскольку следил за приземляющейся на парашюте женой, одновременно выбирая площадку для приземления своего самолета.
Тем временем покинутый его женой самолет пересек пролив, углубился на территорию Британии и совершил падение на ухоженный парк какого-то английского аристократа. Этот последний этап путешествия и был зафиксирован собравшимися журналистами.
Великая Отечественная война. Партизанский отряд в Брянских лесах шлет на Большую землю тревожную радиограмму: кончаются боеприпасы, а от линии фронта отряд отрезан карателями. Штаб отреагировал немедленно, и Алексей Шевцов, бывший летчик-истребитель, поднял в воздух свою латаную-перелатаную «уточку» (учебнотренировочный самолет «У-2»).
На партизанский «аэродром» Алексей вышел точно и уже собирался совершить разворот, чтобы садиться против ветра, но «уточка» вдруг угодила в воздушную яму, ее основательно тряхнуло и при этом отказало управление! Самолет летел по прямой, неумолимо приближаясь к территории, занятой немцами.
Проклиная капризную технику, Алексей вывалился из самолета, почти сразу выдернув кольцо парашюта. Приземлился он довольно удачно и двинулся в сторону оставшегося далеко позади «аэродрома».
И вдруг через несколько минут он услышал знакомый рокот двигателя, а взглянув вверх, остолбенел: прямо над головой, почти касаясь колесами верхушек деревьев, пролетела ею собственная «уточка», неизвестно каким образом развернувшаяся обратно.
А в отряде тем временем гадали, куда делся только что пролетевший над их головами самолет, показавший покачиванием крыльев, что он их заметил. Шли томительные минуты, и вот наконец послышался рокот двигателя. Только самолет летел как-то странно — очень низко и прямо над полосой. Почти долетев до ее середины, вдруг выключился двигатель, «уточка» резко клюнула носом… и пошла на посадку! «Что делает, идиот, ведь разобьется!» — ахнул кто-то из партизан. Подхваченный попутным ветром, самолет проскочил почти две трети полосы и только потом грубо ударился о землю колесами, подпрыгнул и покатился прямо на оставленный в конце полосы кустарник, в который и врубился с жутким скрежетом и треском.
Когда партизаны подбежали к забившемуся в кустарник самолету, волосы у них встали дыбом: в кабине пилота не было! Ломать над этой чертовщиной голову было некогда, и по приказу командира все бросились разгружать долгожданный груз.
Измученный летчик добрался до передового поста лишь через два часа. В то, что ему рассказали, он отказывался верить, пока сам не увидел накрепко засевшую в кустарнике «уточку». По нормам мирного времени самолет ремонту не подлежал, но время было военное, и за два дня партизанские умельцы подлатали его и заодно вытесали топорами из березы новый винт.
Столь же невероятный случай произошел 4 июля 1989 года со сверхзвуковым самолетом «МиГ-23». Во время учебного полета пилот Н. Е. Скуридин ощутил хлопок и резкое падение тяги двигателя. Решив, что тот вышел из строя, летчик катапультировался. Однако, избавившись от человека, «МиГ» продолжил полет, пересек несколько государственных границ и рубежей ПВО, пока не упал на территории Бельгии.
Как могло случиться, что неуправляемый реактивный самолет мог пролететь более девятисот километров, до сих пор нет ответа. Такое возможно, если бы самолет был оборудован автопилотом, но на самолетах типа «МиГ-23» их не было. Во всяком случае, этот инцидент в истории современной реактивной авиации уникален.


КОНЦЕРТ ЗА ДВАДЦАТЬ ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ

Джузеппе Лаццо позволил себе отдохнуть пару часов в гостиничном номере на берегу сказочной бухты Рио-деЖанейро. Апрель 1947 года. Осень — самое прекрасное время года в Бразилии. Уже не жарко, но приятно тепло.
Джузеппе Лаццо — американец, как видно по его имени и фамилии, итальянского происхождения. И он — прославленный бас нью-йоркской «Метрополитен-Опера». Еще четыре концерта, и его турне по Бразилии окончено. Он с удовольствием сидел на террасе и потягивал охлажденный апельсиновый сок. До чего же хороша жизнь! Джузеппе сорок лет. Бразильское турне обернулось настоящим успехом. Некоторые критики даже поговаривали о триумфе. Оперную звезду повсюду принимали неделями, и весь мир приезжал послушать его, особенно женщины. Какая благословенная страна! Жалко, что турне через четыре дня завершится, но Джузеппе решил остаться подольше — в конце концов, устроить себе напоследок двухнедельный отпуск. И почти убедил себя, что нуждается в отдыхе.
Кто— то постучал в дверь. Раздосадованный Джузеппе Лаццо покинул страну грез и пошел открывать. Перед ним предстал маленький, смуглый мужчина с папкой пол мышкой. Он выглядел робким, почти напуганным: «Господин Лаццо? Вы не позволите мне войти… Я хотел бы свами переговорить. Это не займет много времени!» Джузеппе, не задавая вопросов, небрежным жестом пригласил мужчину внутрь. В принципе он любил незапланированные происшествия. Это отвечало его натуре. Он всегда верил в свою звезду, и она всегда вела его куда нужно.
Незваный гость сел на краешек широкого, уютного кресла и начал очень обстоятельно вводить певца в курс дела. Тот поначалу его толком не слушал, его очень удивил необычайно резкий голос говорившего. Такой неприятный, фальшивый голос, подумал про себя Лаццо, разбиравшийся в таких вещах профессионально.
— Позвольте представиться? Паоло де Симан. Я импресарио и хотел бы сделать вам предложение. Джузеппе перебил его решительным взмахом руки: — Я сожалею, но на ближайшее время у меня все распланировано!
Маленький человек в темно-синем костюме отважился на светскую улыбку:
— Господин Лаццо, если меня правильно информировали, то вы собираетесь остаться в нашей прекрасной стране еще на две недели после концертов, отдохнуть. Значит, некоторое свободное время после турне у вас есть, а то, о чем я вас попрошу, не продлится долго. После этого вы будете опять совершенно свободны и сможете спокойно отдохнуть.
Артист с интересом посмотрел на своего гостя. Откуда он так хорошо знает о его планах? И он ощутил неясное беспокойство. Паоло де Симан продолжал своим свистящим голосом:
— Я представляю оперный театр Манауса. Мы хотим попросить вас дать шесть концертов. И предлагаем гонорар в двадцать тысяч долларов!
Двадцать тысяч долларов! Невероятная сумма! Вдвое больше, чем то, что Лаццо заработал за все турне по Бразилии. Мысли певца спутались. Манаус? Импресарио определенно говорит о Манаусе, пользующемся дурной славой городе на Амазонке?! Но любой знает, что. Манаус сегодня — в 1947 году — почти заброшен, он стал жертвой каучукового кризиса! Как может опера в этом разрушенном городе предложить больше, чем все богатые города в Бразилии, вместе взятые?
Пока он пытался разрешить эту загадку, маленький человек с пафосом произнес:
— Нет, господин Лаццо, это не шутка! И я могу это вам доказать. Если вы сейчас на словах согласитесь приехать, то я вам даю половину гонорара.
С этими словами он открыл свою папку и вынул оттуда толстую пачку зеленых банкнот. Джузеппе Лаццо остолбенело уставился на десять тысяч долларов! От денег он никогда не мог отказаться. Как можно не принять такое предложение? — Ну ладно, я согласен!
— Я знал, что вы приедете! Через четыре дня я за вами пришлю.
Импресарио положил десять тысяч долларов на стол, поднялся и пошел к двери. Но задержался еще на мгновение:
— Господин Лаццо, есть еще одно маленькое условие нашего соглашения. Что бы ни произошло, вы не должны задавать никаких вопросов! — Но почему?
— Никаких вопросов, господин Лаццо, ни одного. Прошло четыре дня.
Джузеппе возвращался со своего последнего официального концерта в Рио. Это был потрясающий успех. До сих пор у него в ушах звучали бешеные аплодисменты публики. Фантастическое ощущение!
Когда он вошел в свой отель, то внезапно вспомнил о загадочном импресарио. Вероятно, тот ждет его внутри. Странная история… В промежутках между концертами он навел справки у своих бразильских друзей: они не знали никакого импресарио Паоло де Симана. Джузеппе заглянул в холл отеля. И не увидел никого, никого похожего на мнимого импресарио. Служитель за стойкой подал ему его ключ и записку.
«Будьте завтра в семь часов утра в аэропорту Рио. Вас там встретят».
И все. Больше в записке ничего не было. Ни подписи, ни адреса, ни номера телефона. Ничего.
Но Джузеппе принадлежал к тем людям, которых нелегко заставить потерять хладнокровие. Что это значит, когда речь идет о двадцати тысячах долларов! Он дал слово и поэтому поедет.
На следующее утро ровно в назначенный час он был в аэропорту. К нему тут же подошел мужчина и дал понять, чтобы он следовал за ним, не сказав при этом ни единого слова. Джузеппе не стал задавать вопросов и прошел за мужчиной в отдельный маленький ангар. Там их ждал частный самолетик. Немой человек сел в кресло пилота. Лаццо протиснулся на место рядом, и вот они уже несутся по взлетной полосе и, оторвавшись от земли, берут курс на Манаус.
Все время они летят над бесконечными бразильскими лесами. Это для Лаццо слишком! Он ведь обещал не задавать вопросов импресарио, но это соглашение не распространяется на пилота. Поэтому он с обезоруживающей, дружелюбной улыбкой повернулся к своему спутнику:
— Долгий полет! Между нами говоря… куда точно мы направляемся?
И чтобы придать своим словам вес, достал из кармана стодолларовую купюру.
Но пилот только пожал плечами. Он явно сожалеет, что ничего не может ответить!
Джузеппе разочарованно вздохнул и убрал деньги в карман. Пилот ничего не знает. Да, этот импресарио не так уж наивен!
Через несколько часов они приземлились в Манаусе, где оперную звезду уже ждало такси. Его отвезли в отель: жалкое здание, совсем не такое, как те роскошные отели, в которых он останавливался раньше. Да, это не Рио-деЖанейро!
Джузеппе Лаццо прогулялся по улицам зловещего города. И мало-помалу начал тревожиться. Здесь все так печально, так мертво — просто город призраков! У него появилось нехорошее чувство, и его тревога переросла в страх. Всего несколько часов он находится вдали от привычной цивилизации, где-то на краю света, и уже ощущает себя покинутым, одиноким. Он никого здесь не знает, никто нс может прийти ему на помощь, если… да, что если?
Он решительно направился к оперному театру — и осмотр не прибавил ему уверенности. Это было помпезное здание колониальных времен, то есть было когда-то. Сейчас оно не более чем руины. Десять, может быть, двадцать лет за ним никто не ухаживал. В Манаусе больше нет оперы!
Джузеппе попытался успокоить себя, говоря, что, вероятно, сегодняшний концерт пройдет в каком-то другом месте. Он купил газету и нервно пролистал ее насквозь — хотя он не понимал ни слова по-португальски, но по крайней мере был способен прочитать свое имя! Везде, куда бы он ни приезжал раньше, о его концертах сообщали в газетах! Но здесь — с первой до последней страницы — ничего. Ни одной строчки. Ни даже заметочки. Что это все означает? Что от него хотят в этом Манаусе?
В отеле его ждала еще одна неожиданность: импресарио, наконец, появился. И он казался еще более робким, чем во время своего первого визита в Рио. Джузеппе Лаццо бросился к нему и схватил за ворот рубашки:
— Слушайте, вы! Я только что видел оперу… это руины… настоящие руины!
— Пойдемте в вашу комнату, господин Лаццо. Я должен вам кое-что сказать.
Разозленный Лаццо последовал за ним. Что е.ще такое? В комнате Паоло де Симан сел напротив него, неуверенно поглядел на него и объяснил своим кукольным голоском:
— Вы правы. В Рио я сказал вам нс всю правду. Ваши концерты будут проходить не в опере… и… вообще-то речь идет не о шести концертах, как я вам говорил, а только об одном!
— Об одном концерте? Двадцать тысяч долларов за один концерт?! Это невозможно! Ну-ка признавайтесь! Что здесь происходит? Что вы хотите от меня за двадцать тысяч долларов? Я требую объяснений!
— Господин Лаццо, пожалуйста, успокойтесь. Вы должны только петь! Петь, и ничего больше! Вот, посмотрите, я принес список арий, которые мы бы хотели от вас услышать. Они все из вашего репертуара.
Знаменитый бас «Метрополитен-Опера» онемел. Ему что, все это снится? Свистящий голос импресарио вернул его обратно к реальности.
— Господин Лаццо, как мы говорили, вот вторая часть гонорара — десять тысяч долларов. Возьмите! Я пришлю за вами завтра в восемь часов вечера.
Всю ночь Лаццо не смыкал глаз. Двадцать тысяч долларов за один концерт! Никакой Карузо не получал столько. За этим что-то скрывается. Но что? Определепно он влип в какую-то историю. Но как ему выбраться из Манауса? Впервые в жизни он ощутил настоящий парализующий страх. Но ему удалось взять себя в руки, вспомнив о своей счастливой звезде и покорившись — с настоящим смирением — загадочной судьбе.
В восемь вечера перед отелем остановился большой американский лимузин. Немногословный импресарио сидел за рулем и был в машине один. Лаццо влез внутрь и попытался успокоиться. Автомобиль легко ехал по обезлюдевшим улицам Манауса и скоро выехал из города. Растительность стала гуще. — Но мы уже едем по какой-то глуши! — Да. Мы скоро будем на месте. И после этого водитель снова онемел. Автомобиль катил по страшно ухабистой дороге. Нигде в мире ночь так не темна, как посреди джунглей! Ни в каком другом месте она не бывает так таинственна. Джузеппе Лаццо начал жалеть, что за двадцать тысяч долларов согласился, чтобы его вовлекли в подобное приключение! Он, наверное, сошел с ума, это же чистое безумие. Какой концерт! Посреди девственного амазонского леса? Нет, теперь он этому не поверит. Он, вероятно, жертва похищения. Или политического, или какого-то другого, подобного. Главное, что это — похищение.
И в то самое время, когда у него в горле от страха возник комок, машина остановилась. Импресарио дружелюбно улыбнулся: — Вот мы и приехали!
В скудном свете фар перед Лаццо открылось действительно огромное здание, деревянный барак — очень высокий и очень широкий. У него снова вспыхнула надежда. Как утопающий за соломинку, он схватился за эту мысль: все очень просто! Здесь, не так далеко от города, был построен новый оперный театр — посреди леса. И здесь он будет петь…
Двое мужчин вышли из машины, и импресарио постучал в дверь барака. Она распахнулась — они скользнули внутрь. Тут ничего разобрать было нельзя, так как ничего не освещалось. Они шли по какому-то лабиринту из коридоров и лестниц; еще одна дверь, а за ней — кулисы! Как в самом настоящем театре, только, может быть, чуть-чуть поменьше, потемнее, потаинственнее, но все же — кулисы! Еще одна лестница, еще одна дверь, и наконец — сцена! Всамделишная сцена, ярко освещенная прожектором, а посреди нее концертный рояль. Красный занавес между сценой и залом опущен, как перед всеми концертами в любом театре.
К ним подошел седовласый мужчина в безукоризненном смокинге. Импресарио сказал:
— Ваш аккомпаниатор, господин Лаццо. Я провожу вас в гримерную. Вы сможете начать через десять минут?
В течение десяти минут Джузеппе пытался сконцентрироваться, но он был слишком взвинчен, чтобы допустить в голову какую-нибудь ясную мысль. Он чувствовал себя как будто на другой планете, где-то по ту сторону человеческой логики. Одно было ясно: через несколько минут он будет петь в огромном деревянном бараке посреди джунглей, где-то в Амазонии. Сумасшедший концерт! И для кого? Для какой публики он будет петь? Кто согласился заплатить двадцать тысяч долларов за подобное представление? — Господин Лаццо! Вы готовы? Вот и началось. Джузеппе Лаццо оказался на сцене, где аккомпаниатор уже сидел за роялем. Занавес медленно поднялся, и показался зрительный зал, вернее сказать, не показался! Зал был погружен во мрак. И поскольку звезда привыкла стоять перед публикой, сейчас он застыл совершенно оцепенев! Обычно в это мгновение раздавались аплодисменты. Но здесь царила тишина. Угнетающая тишина. Может быть, зал пуст? Получить двадцать тысяч долларов за то, чтобы петь перед пустым залом? Судя по развитию событий, и такое возможно. Но нет, здесь есть люди. Джузеппе узнал типичный шум ожидающей публики — скрип сидений, шелест платьев, сдерживаемое покашливание. Казалось, что там довольно много людей — во всяком случае, больше сотни. Но что это за люди? Почему они захотели слушать его в лесу? И почему они не аплодируют, эти… призраки, которые не позволяют себя увидеть?
Пианист решительно заиграл «Арию Клеветника» из «Севильского цирюльника». Джузеппе Лаццо начал петь, сперва довольно робко, так неуверенно, как никогда прежде. И после первой арии — никаких хлопков, ни единого звука. С обвисшими руками оперная звезда стояла как марионетка на сцене. У него появилось чувство, что он перед судьями или учителями, как когда учился в консерватории. Но одно было точно: призрачная публика его слушала, и это радовало. С тех пор как он дает концерты, он хорошо различает виды тишины. Без каких-либо сомнений, это была почтительная тишина — вместо бурных аплодисментов.
Джузеппе Лаццо достал носовой платок. Пот заливал его лицо: жара была невыносимая. Но теперь он потел только от нее — страх исчез. Контакт со своей невидимой, таинственной аудиторией был налажен. И с этого момента в нем появилось только страстное желание: превзойти самого себя, Пианист начал следующую арию. Джузеппе запел. Он пропел всю программу, одну арию за другой, — и в промежутках была такая же тишина. Но теперь его это не заботило. У него была только одна цель — петь как можно лучше.
Через полтора часа занавес бесшумно упал. Все осталось позади. Импресарио бросился к нему. Впервые его голос не показался Джузеппе таким уж неприятным. Маленький человек был бесконечно благодарен и тронут. Он долго жал руку певца:
— Спасибо, господин Лаццо! Спасибо! Это было чудесно, спасибо!
. Джузеппе уже не хотелось задавать никаких вопросов. Он был подавлен усталостью, измучен всеми событиями этого дня. И ему совсем не хотелось углубляться в эту загадку. Сразу после концерта господина Лаццо отвезли в Манаус, а на следующий день он улетел в Рио.
Только через много лет ему открылась невероятная правда. Когда он рассказал эту историю одному своему знакомому, бразильскому врачу, тот пробормотал: — Все это правда. А затем пояснил:
— Я слышал, что приблизительно в двадцати километрах от Манауса существует одна деревня, в которую никто не осмеливается зайти. Это деревня прокаженных. Да, друг мой, вы пели для прокаженных. Джузеппе долго держался за голову и размышлял, — Но зачем, зачем потребовалась вся эта инсценировка? Фальшивый импресарио, говоривший чужим голосом? Почему двадцать тысяч долларов?
— Ну, фальшивый импресарио, вероятно, был настоящим миллионером. Может быть, филантропом… кто знает. Может, он знал кого-то из слушателей, кто был ему очень дорог?


ЧЕЛОВЕК, КОТОРОГО ТАК И НЕ СМОГЛИ ПОВЕСИТЬ

23 февраля 1885 года, 6 часов 58 минут. Священник тюрьмы в Экзетере, Англия, судья и старший надзиратель входят в камеру осужденного на смерть Джона Ли. чтобы его разбудить. Сперва должен выполнить свою работу священник. И сегодня первая казнь в его жизни. Он, конечно, страшится — и любой может его прекрасно понять. Вчера в тюрьме возводили виселицу, прямо напротив его часовни, и каждый удар молотка буквально пронизывал его с головы до пят.
За сорок лет несения духовной службы в графстве Сассекс он получил хорошую практику, и вся его чувствительная натура ныне протестует против одной мысли о том, что он должен принять участие в этом «спектакле». Но такова его работа: быть рядом, когда кто-то умирает. Быть рядом, когда умрет Джон Ли. Быть рядом с ним и молиться о спасении его души.
К большому изумлению священника, осужденный встречает троих вошедших широкой ухмылкой:
— А, это вы наконец? Что, уже пробил мой час? Что ж, господа, начинайте!
Священник спрашивает у него, не желает ли он прежде всего исповедаться.
— А зачем? Мы определенно скоро увидимся снова! Четверо мужчин проходят во двор к виселице, где мистер Берри, «заплечных дел мастер», связывает осужденному руки за спиной. Священник начинает бормотать молитвы, поднимается на несколько ступенек и занимает место, которое ему предназначено по закону.
— Вы хотите что-нибудь сказать? — спрашивает судья у осужденного. Джон Ли твердым голосом отвечает: — Нет, ничего.
Все дальнейшее происходит очень быстро: палач накинул белый капюшон на голову преступника, укрепил у него на шее веревку и подал знак помощнику. Священник закрыл глаза и забормотал молитвы еще чуть громче. Помощник дернул за шнур защелки — но люк под осужденным не провалился! На пару секунд воцарилось молчание. Палач опомнился первым и дал еще один знак помощнику. Джон Ли был освобожден от веревки и капюшона. Он бледен, но — да, он почти развлекается происходящим.
— Привет, это снова я! — И он замечает пастору, который стоит рядом с ним на трясущихся коленях: — Я же вам говорил, что мы скоро увидимся снова!
На помосте виселицы мало места. Священника и осужденного просят спуститься вниз. Надо проверить механизм. Палач и его помощник принимаются за отладку. Но все работает — защелка отходит, как ей полагается, и люк с глухим стуком падает вниз. Мистер Берри, палач, извиняется: — Мне правда очень жаль… но мы должны проделать это еще один раз.
— Так делайте! Выполняйте свою работу! — произносит Джон Ли совершенно небрежно.
На него снова надевают белый капюшон и на шею накидывают веревку. Священник закрывает глаза и опять бормочет молитвы. Палач подает знак. Его помощник дергает за шнур. Защелка движется, и люк снова застревает и не открывается!
Ну довольно! Судья сверлит палача гневным взглядом. Защелка опять задвигается, веревку и капюшон снова снимают. — Отвести осужденного в камеру! Пока надзиратели ведут Джона Ли, священник возвращается в свою часовню и молит Господа, чтобы ОН простил несчастного, уже дважды перенесшего смертный страх.
Между тем палач лихорадочно работает. Механизм еще раз проверен. Все функционирует безупречно: защелка выдвигается, и люк откидывается вниз. Мистер Берри даже сам встает на люк, хватается за веревку обеими руками и командует: -Давай! Дергай за шнур! Люк распахивается, и палач на несколько секунд повисает на веревке. Затем он спрыгивает на дошатый пол:
— Все работает безупречно. Вы же видели сами.
— Хороню, — говорит судья. — Тогда еще раз!
И снова Джон Ли покидает камеру смертников. И создается впечатление, что ему все это нипочем. Несчастный священник возвращается, чтобы казнь была приведена в исполнение по всей форме. Он пытается возразить, что при сложившихся обстоятельствах… принимая во внимание знаки… когда дважды небеса являли свою волю… необходимо отменить казнь!
Но судья непоколебим и требует, чтобы все заняли предназначенные им места. Божественное право достойно уважения, но ирландское право требует своего. Джон Ли убил, и он должен умереть!
Слух о необычайных обстоятельствах этой столь технически трудной казни уже разнесся по всей тюрьме, будто искра. Все заключенные собрались у зарешеченных окон и глядят на человека, который готов в третий раз взойти на виселицу. Палач, духовник и приговоренный — каждый вновь занимает предназначенное ему место.
Прежде чем мистер Берри накидывает на голову Джона Ли капюшон, он говорит ему:
— Мне очень жаль, старина, но теперь все произойдет на самом деле.
— Ты так считаешь? — замечает осужденный, и снова по его лицу пробегает широкая усмешка.
Ну теперь все пройдет, как надо, думает про себя палач и со смешанным чувством опять накидывает капюшон на голову, укрепляет веревку на шее, проверяет узел и отступает на два шага. В третий раз священник в своем углу начинает произносить необходимые молитвы и закрывает глаза.
Мертвая тишина. Затем слышится голос: он поет старую английскую песню, — приглушенный голос, но спокойный и мощный: Джон Ли, он поет из-под капюшона!
Изумленно и беспомощно палач смотрит на судью. Такое он видит впервые. Да разве способен человек на что-то подобное?… Но судья уже в нетерпении: — Чего вы ждете, мистер Берри? Почему небеса не подают знака? Судья энергично кивает, и палач решительно командует. Помощник дергает за шнур, слышно, как скользит защелка, — и снова люк не проваливается!
Вопль радости разносится по всей тюрьме. Заключенные неистовствуют. В ярости судья срывает парик и топчет его ногами.
— Уведите осужденного в его камеру… и пришлите ко мне этого идиота плотника, который строил виселицу!
Сопровождаемый радостными воплями своих товарищей по заключению, Джон Ли покидает тюремный двор, как тореро арену, со всех сторон его встречают приветствия, а он спокойно шествует в свою камеру.
Священник поворачивается к судье, но тот перебивает его:
— Позаботьтесь о своих делах и нс лезьте туда, где вам не место!
Плотника зовут Френк Росс. Он тоже заключенный, которого сначала приговорили к смерти, но потом заменили наказание на пожизненное заключение. С невинным видом он встает перед судьей. — Ты строил эту хреновину?
Отрицать бесполезно. Действительно, две недели назад он получил приказ администрации построить виселицу с помостом по классическим чертежам.
— И почему же эта штука теперь не работает, спрашиваю я? Френк Росс пожимает плечами. Он не знает… ни малейшего понятия… может быть, из-за дождя и ночного холода дерево разбухло… — Так подтеши дерево в этом люке! К восторгу всех заключенных, которые прилипли к своим окнам, сам судья проверяет работу механизма. Дважды он лично встает на место осужденного, как прежде него это делал мистер Берри. И дважды защелка открывается, дважды он повисает на веревке, за которую держится обеими руками. Все прекрасно работает!
— Ну, кто что скажет! Все в порядке. Мы должны довершить это дело до конца!
Под буйные выкрики заключенных Джон Ли в четвертый раз оказывается под виселицей. В четвертый раз — уже трясущимися руками — мистер Берри накидывает на него капюшон и укрепляет веревку, в четвертый раз священник закрывает глаза и молит Господа, чтобы чудо случилось еще один раз. И снова мертвая тишина повисает над тюремным двором.
Поскольку палач весь трясется, судья сам подает знак помощнику. Тот в четвертый раз дергает за шнурок — чтобы в четвертый раз люк не распахнулся! — Мать моя, да не может этого быть! Тут поднимается немыслимый шум — все заключенные разражаются воплями восторга. Мертвеннобледный, с повисшей головой, судья покидает тюремный двор. Священник поднимается с коленей и благодарит Господа за спасение жизни Джона Ли. А тот снова отправляется в свою камеру.
Пару дней спустя на заседании нижней палаты парламента смертный приговор ему заменяется пожизненным заключением. А через двадцать два года Джона Ли амнистируют и отпускают на свободу. Он даже успевает жениться и умирает в 1043 году естественной смертью. Уже на смертном ложе он открывает свою тайну.
Конечно, никакого чуда в его спасении не было, а была одна только ловкость рук Френка Росса, плотника: точно под тем местом, где во время казни должен стоять священник, он обломал одну доску, которая сдвигалась всего на один-единственный сантиметр, когда кто-нибудь на нее становился, — один сантиметр, но приходящийся точно на нужное место, чтобы заблокировать люк. Ведь при всех проверках священник уходил со своего места на помосте виселицы и не стоял на той самой доске. Поэтому механизм действовал исправно. Но при каждой попытке провести казнь доска делала свое дело. Священник, если можно так выразиться, оказался для осужденного на самом нужном месте.
Это был последний раз, когда система английского правосудия позволила заключенному строить виселицу.


НОЧЬ ШПИОНОВ

В аэропорту одной европейской страны, в то самое время, когда большинство работников таможни спит и видит сны, зазвонил телефон. Чей-то настойчивый голос потребовал, чтобы ему дали поговорить с начальником таможенной службы. Хотя голос звучал глуховато, но в нем слышались вполне официальные нотки. Во всяком случае, ссылки были соответствующие: на министерство такое-то, секретаря того-то и даже на приказ самого главного, всем известного начальника!
— Самолет из Цюриха, рейс тысяча двадцать седьмой, приземлится у вас в один час ноль четыре минуты. Правильно?
— Правильно.
— У вас есть список пассажиров?
— Да…конечно.
— Там у вас должна значиться госпожа В., транзитный пассажир в Швецию. Речь идет о жене военного атташе из нашего министерства. У нас есть следующий приказ относительно нее: даму надо тщательнейшим образом обыскать. Подозревается, что она везет при себе документы исключительной важности. Дело серьезное. Речь идет о безопасности государства. Но вы должны быть крайне осторожны. Сделать все основательно, но тактично! Министерство на вас полагается. Я надеюсь, что вы возьмете это дело под свой личный контроль.
Начальник таможни аэропорта встал прямо, как на параде, и с самым серьезным выражением лица положил трубку на рычаг. И к тому времени, когда самолет из Цюриха -рейс тысяча двадцать семь — с завывающими турбинами садился на ближайшую полосу, вся местная таможенная служба была готова устроить госпоже Б. веселенькую ночь.
Госпожа Б. с любой, точки зрения была дамой значительной. Достоинство и властность. А что еще нужно в наше время для настоящей шпионки? Известно ведь, что шпионы выглядят точно так же, как мы с вами. Они бывают высокие и низкорослые, тонкие и толстые, самые настоящие волки в овечьей шкуре. Госпожа Б. как нельзя лучше подходила для роли шпионки.
Глава таможенной службы наблюдал в полевой бинокль из окна своего бюро, как к самолету подогнали трап, и был просто поражен, с каким независимым, небрежным видом ведет себя предположительная Мата Хари. Настоящая гранддама пятидесяти с небольшим лет в меховой шубе. В одной руке она несла маленькую собачку, а в другой косметичку и шествовала по залу для транзитных пассажиров как кинозвезда, С этого момента она, сама того не подозревая, уже была в западне. Прошло всего несколько минут, как к ней подошла миловидная стюардесса и обратилась тем правильным, поставленным голосом, каким в аэропортах всего мира стюардессы встречают или напутствуют пассажиров:
— Извините, пожалуйста, уважаемая госпожа. Но ваш самолет сможет вылететь только через пару часов. У нас возникла маленькая техническая проблема. Ничего серьезного, но на проверку всего уйдет некоторое время. Не будете ли вы так любезны дать мне ваш багажный талон, чтобы мы перенесли ваши вещи. Наша компания сделает все, чтобы вы как можно скорее — и само собой в первую очередь — получили место в другом самолете. Но это не очень легко, ведь все места забронированы заранее!
Госпожа Б., с одной стороны, была недовольна задержкой, но с другой — почувствовала себя польщенной подобным вежливым и дружелюбным обращением. Пусть другие пассажиры видят, как она станет вести себя в такой ситуации. Конечно, принимая во внимание ее общественное положение, ничего удивительного в подобном обхождении нет, тем более что она, госпожа Б., верный клиент этой авиалинии и регулярно совершает рейсы ее самолетами. Ее дети живут в Швеции, и она часто их навещает. Персонал аэропорта (;е знает. Поэтому она без промедления достала свой багажный талон и проследовала в зал ожидания для важных персон. Стюард принес ей чашечку чаю.
Между тем на ее багаж, словно стая саранчи, набросились таможенники и перетрясли все вещи с потрясающей аккуратностью. Но — ничего. Никакого двойного дна, никаких микропленок в тюбике для зубной пасты. Чемодан выглядел совершенно невинно. Было ясно, что дело принимает серьезный оборот. Глава службы решил прибегнуть к помощи двух таможенниц., специалисток по обыску. И пока он объяснял своим коллегам их задачу, госпожа Б. в зале ожидания начала проявлять нетерпение. Она встала, подошла к стюарду и шепотом — а в таких случаях все ламы переходят на шепот — сказала:
— Мне нужно освежиться. Вы не подскажете, где здесь туалет?
Черт возьми! Об этом стюарду — а он, конечно, был работником секретной службы — ничего не говорили. На какой-то момент он застыл в нерешительности. Что же делать? У него есть приказ не спускать с госпожи Б. глаз ни на секунду. А трюк с туалетом известный, классический. Одну минуточку, уважаемая госпожа, и я буду к вашим услугам. Туалеты и комнаты для отдыха находятся в зале прилета. Лучше всего я вас сам туда провожу.
Он еще позвонил — незаметно — начальству и попросил подкрепления. Он должен быть уверен, что никто во время краткого «затворничества» дамы не будет иметь с ней контакта и при этом надо, чтобы она ничего не заподозрила. Скрытность и эффективность — вот их девиз. Малейшая оплошность — и весь материал уйдет! Или, что еще хуже, выяснится, что никакого «материала» вообще не существует — никаких документов или микрофильмов. Тогда получится большой межведомственный и международный скандал, такой, что ой-ой-ой.
Госпожа Б. весьма терпеливо ждала, пока ее не проводили в то место, куда она так стремилась. Перед дамским туалетом она передала свою собачку на руки стюарду — переодетому агенту, дружески его поблагодарила и скрылась за дверью. Она не обратила ни малейшего внимания на другую даму, которая подкрашивала губы перед зеркалом, прошла дальше и, убедившись, что все кабинки, кроме одной, уже заняты, закрылась в этой единственной свободной. Прошло значительное время. Стюард только смотрел, чтобы никто не заходил или не выходил. И вот его миссия была завершена.
Госпожа Б. приняла на руки свою собачку, поблагодарила и деликатно дала понять своему вежливому провожатому, что нашла здешнее заведение в состоянии, в котором ему вовсе не полагалось бы быть, — замечание, которое сделал бы любой благородный клиент соответствующему учреждению на ее месте, имей он для этого возможность.
Когда госпожа Б. опять заняла свое место в зале ожидания для важных персон, то она обнаружила перед собой ту же самую стюардессу, но на этот раз в сопровождении бодрящегося, но явно стыдящегося своей роли служащего таможни в форме:
— Вот, уважаемая госпожа… сейчас… понимаете ли… так… нам очень, очень жаль, но мы вынуждены вас просить пройти досмотр вещей и… личный досмотр.
Какое лицемерие! Госпожа Б. вскочила. Личный досмотр? И зачем? Да это же смешно!
Ей было объяснено, что приказ есть приказ. Остальным пассажирам пришлось пройти аналогичную процедуру. И ни один из них не возражал, а теперь никто не станет делать исключений для госпожи Б. и т.д.
Явно раздосадованная, но все еще сохраняющая самообладание, госпожа Б. покорилась своей судьбе. И вскоре оказалась в таможенном бюро перед двумя атлетически сложенными служительницами, которые попросили, чтобы она сняла с себя всю одежду и позволила бы ее осмотреть.
— Но это совершенно нелепо! Вы же знаете, кто я такая. Ну ладно, пожалуйста, делайте свою работу. Но знайте, что все это — невероятная наглость!
Дальнейшие события этой цочи — весьма деликатная тема, к которой надо подступать с осторожностью. В конце концов госпожа Б. осталась стоять посреди таможенного бюро в костюме праматери Евы. Ее одежда была тщательно осмотрена — но без результата. Да, но ведь служительницы таможни должны осмотреть и саму даму — лично! Спереди, извините, — ничего неот бычного. Сбоку — все в порядке. Но вот сзади!
— Вот… здесь… посмотрите здесь! Вы только взгляните… — залепетала совершенно смущенная помощница и кликнула свою начальницу. — Что такое? Немедленно отвечайте! Госпожа Б. вся покраснела от стыда и была близка к обмороку.
Да, что же там такое? А то, что на ягодицах достопочтенной госпожи Б. явственно видны буквы, на первый взгляд совершенно нечитаемые. Начальница подносит поближе лампу, берет даже лупу, но все никак не может уловить хоть какой-нибудь смысл в этих иероглифах. Но в любом случае ясно, что ТАМ — некое сообщение, зашифрованный текст. Ведь буквы написаны явно в зеркальном отражении! Вот где скрывался «материал»!
— Может быть, вы наконец соблаговолите сообщить, что вас так заинтересовало на моих ягодицах? Это выходит за рамки допустимого! Вы закончили со своим обыском?
— Мы просим у вас прощения, уважаемая госпожа, но здесь, здесь «материал»… какой-то документ! — Что? Материал! Документ! Вы все с ума сошли! Глава таможенной службы, который был вызван уже через мгновение, поскреб макушку. Подобное озадачивает: «Это просто невероятно!» Как такое возможно? Госпожа Б. — все-таки шпионка! И она придумала гениальный метод, просто шикарный.' Прекрасно зная, что при ее высоком положении в обществе никто не осмелится… она отпечатала сообщение на самой интимной части тела.
Он схватил телефон, позвонил своему начальству, оно — своему и так далее, пока наконец голос самого высокого лица не приказал: «Сфотографируйте тело преступницы! Я хочу, чтобы было сделано увеличение!
И свяжитесь с шефом отдела дешифровки. Все это должно делаться скрытно, вы понимаете! И подержите эту даму для меня тепленькой! Из того, что найдено, не должна пропасть ни одна буква. И сделайте это половчее. Пусть она лежит на животе и не шевелится. Отправьте также на анализ чернила, ясно? Покажите, на что вы способны. И немедленно пришлите мне отчет по этому делу. Я надеюсь, вы понимаете, что это значит!» И вот в течение долгих часов госпожа Б., несмотря на ее крики и протесты, подвергалась худшему из возможных унижений. Ее фотографировали, исследовали при помощи микроскопа, ее увеличивали в цвете и черно-белом изображении и даже просвечивали инфракрасными лучами. Наконец, когда с ее ягодиц получили все возможное, изображение было размножено, и по телетайпу отправлено в отделы дешифровки сразу нескольких ведомств. Но — все никуда не годится.
— Совершенно ни к черту! Сделайте еще увеличение, каждой части отдельно, и еще — картинку почетче! — командовал шеф.
Что, черт возьми, могут означать эти иероглифы? Промышленные секреты? Может быть, здесь изложены данные по конструкции нового двигателя? Или тайный военный отчет НАТО? А может быть, речь даже идет о списке шпионов и их прикрытий? Да вдобавок с фотографиями!
Понадобилось участие всех секретных сотрудников. Супруга госпожи Б. разбудили и препроводили к министру, которого тоже подняли посреди ночи с постели. Ночь для всех участников прошла в большом напряжении: тайные сведения, телефонные переговоры )ерез всю Европу, приказы и еще приказы. Между тем несчастная госпожа Б., окончательно униженная, на грани обморока, в который раз пересказывала свою версию событий:
— Да поверьте мне, наконец! Здешние туалеты ужасно грязные, я даже пожаловалась на это стюарду. Мне было настолько противно, что я положила на унитаз газету, перед тем как сесть. Вероятно, номер был только что напечатан и краска перешла мне на кожу. Вы сами можете это проверить. Это была «Трибюн де Женев». Я оставила ее там!
Но, увы, уборщицы первой смены уже приступили к работе, и по крайней мере основную работу они сделали. Никто не верил госпоже Б. И она оставалась лежать распростертой на животе, пока размноженные фотографии ее ягодиц подвергались анализу во всех возможных инстанциях. Шутка получилась довольно скверная.
Прошло несколько часов, прежде чем работник отдела дешифровки не принес высокому начальству свой отчет. Уже на заре министр.наконец смог ознакомиться с материалами по самому громкому шпионскому делу нашего времени. Перед ним легла папка со всей шпионской информацией, и он прочел: статью о кантональных выборах в Швейцарии, прогноз погоды, список некой футбольной команды с приложением фотографий, а также сообщение о конкурсе рыболовов спортивного общества «Веселый женевец». Все это была первая полоса «Трибюн де Женев» с изрядно стершимся текстом, в зеркальном отражении и напечатанная — в цвете — на ягодицах одной достойной дамы. Невероятно секретный документ!


РАДИО В ГОЛОВЕ

28 февраля 1937 года, двадцать часов. Леон Бувре в, первый раз спрашивает себя, уж не сходит ли он с ума. Только что он вполне мирно сидел со своей женой за столом и ужинал, и, как всегда, они вместе слушали радио. Они жили в пятнадцатом квартале Парижа. До сих пор все было нормально. Ничего необычного. В течение десяти минут они почти с религиозным рвением слушали передачу о певце Тино Росси. И вдруг начался этот странный разговор между месье и мадам Бувре.
Мадам Бувре посмотрела на радиоприемник и зло произнесла: — Да что же это такое! Опять! Месье Бувре с удивлением поглядел на супругу: — В чем дело?
— Ты что, плохо слышишь? Приемник отключился! — Да нет, я думаю, это ты оглохла. — Да что ты говоришь! Тогда ты слышишь то, что слышать невозможно!
— Мне очень жаль, дорогая, но приемник работает совершенно нормально.
— Что? Тогда ты, должно быть, восьмое чудо света! И за несколько минут дискуссия едва не переросла в такой скандал, который мог бы привести к семейному краху. В конце концов разъяренная мадам Бувре щелкнула выключателем на приемнике:
— Ну что ты теперь скажешь? Может быть, ты попрежнему что-то слышишь?
На самом деле именно в это мгновение и началась эта беспрецедентная история. Месье Бувре недоверчиво поглядел на свою жену, а потом на радио:
— Ты… 'это… это же смешно… совершенно невозможно, но я очень четко слышу программу!
Это замечание привело к тому, что обычно весьма выдержанная и спокойная мадам Бувре в гневе захлопывает за собой дверь в свою спальню. А ее муж остался сидеть над своим остывающим супом. Он, должно быть, сошел с ума, вдруг взял и сошел с ума!
Через час его жена вернулась в гостиную. Вполне спокойно она поглядела на своего окаменевшего мужа и начала медленно осознавать, что он вовсе не собирался ее разыгрывать. Стало ясно — произошло нечто неслыханное!
Месье Бувре, тридцати восьми лет, телесно и психически вполне здоровый мужчина, стал жертвой необъяснимого феномена: он слышал радиопрограммы в своей голове, а не своими ушами. И чтобы его жена ему поверила, он начал пересказывать ей слово в слово все новости, потом прогноз погоды, потом сводку с биржи, программу передач и даже песню Тино Росси «Мари нелла», которую он спел дуэтом вместе со звездой эстрады.
В два часа утра программы окончились исполнением «Марсельезы», французского гимна. Наконец-то в голове совершенно запутавшегося месье Бувре воцарилась тишина. Его жена уже побаивается оставаться с ним рядом. Может быть, она вышла замуж за некое сверхъестественное существо? Но заснули они вдвоем, рядом друг с другом. Однако уже в шесть тридцать утра месье Бувре вскочил с кровати, как будто собираясь исполнить зажигательный танец. В его голове отчетливо раздался строгий голос: «Но-ги в-розь! Ко-лени вместе! Ру-ки опустите вдоль тела… и раз, и два, и три, и четыре! Теперь снова потянемся… глубокий вдох! И еще разок: но-ги…» Последующие дни стали настоящей пыткой для месье Бувре. Неважно, где он находился: дома, на улице, на работе: с шести тридцати до двух утра он прослушивал всерадиопередачи в своей голове. Да, внутри! Единственное, что ему помогало, — звук затихал, когда он открывал рот. Но нельзя зевать бесконечно. Само собой разумеется, он проконсультировался с врачом, и само собой разумеется, тому нечего было сказать. И даже невропатолог-психиатр ничего дельного не смог предложить. Но в конце концов, когда ничего другого ему уже не оставалось, он чисто для проформы задал первый разумный вопрос:
— А какую программу вы слышите?
Леону Бувре было весьма затруднительно нормально беседовать со специалистом по нервным заболеваниям, так как он продолжал слушать бесконечные разговоры в своей голове. И поэтому он не слишком учтивым тоном ответил:
— Чаще всего я подключаюсь к «Пост паризьен». Но это зависит от того, где я нахожусь.
— Дорогой месье Бувре, не могли бы вы объяснить это поподробней?
— Пожалуйста. Когда я, например, прохожу мимо дворца Шайо, тогда слушаю канал новостей культуры. Но недолго. Точно в тот момент, когда я сворачиваю за угол, на улицу Поля Доме, все прекращается. Черт возьми! Я ничего не имею против новостей культуры, но они мне начали слегка надоедать.
Специалист по невропатологии и психиатрии мог только безнадежно покачать головой: этот человек, сидящий у него в кабинете, явно не был симулянтом! Он кажется абсолютно нормальным. Он нс сумасшедший, хотя его положение может свести с ума любого. И дело обстоит куда как серьезно. Месье Бувре уже не может работать. Он едва ест, а о сне уж и говорить не приходится. Очень часто по ночам приходят телеграммы морзянкой, которые передает ему его внутренний приемник: это просто ад на земле!
Какой— то специалист объяснил ему на своем неподражаемом и малопонятном жаргоне, что электрические волны, излучаемые человеческим мозгом, довольно сильны и поэтому он может даже улавливать и радиоволны. Но это же чепуха!
— Тогда по крайней мере не могли бы вы посоветовать мне какой-нибудь выключатель? Когда я открываю рот, то все затихает. Может быть, при этом каким-то образом переключаются полюса? Я в этом ничего не смыслю. Но вы сделайте что-нибудь, наконец!
И только через два месяца он получил бесценную консультацию от одного электроинженера. Тот спросил: — У вас есть вставные зубы? По крайней мере два? — Есть. Как раз два. — Они металлические?
— Да, оба из золота, один вверху, а другой внизу, точно друг напротив друга.
— Тогда все ясно! Вот оно что! — И электроикженер объяснил: — Когда две детали из одного металла или даже из разных находятся друг напротив друга и одна из частей окисляется, то возникает эффект своего рода батарейки, то есть возникает слабое электромагнитное поле. Вы понимаете?
Нет, Леон Бувре ничего не понимал. Но теперь ему это уже все равно. У него было два золотых зуба, и один из них был над пломбой. Когда он закрывал рот, то создавался диполь, своего рода мини-антенна, которая оказалась достаточно мощной для того, чтобы улавливать радиопрограммы. Ведь месье Бувре жил и работал совсем неподалеку от Эйфелевой башни, а именно там установлен самый мощный во всей Франции радиопередатчик! Конечно, для того чтобы этот эффект проявился, потребовалось, чтобы сошлись вместе самые разные обстоятельства. Но, насколько невероятно это ни звучит, целых два месяца месье Бувре жил в сплошном кошмаре, пока его зубной врач, покачивая головой, не сменил ему два золотых зуба на два фарфоровых.


ОТТО, КОРОЛЬ АЛБАНСКИЙ

В начале 1913 года в Албании возникла одна поистине необычная проблема: страна остро нуждалась в короле!
Нынче профессия короля не принадлежит к той области, где часто появляются вакансии. Но Албания незадолго до этого восстала против турецкого владычества и объявила себя независимым королевством. Только, увы, так случилось, что ей не хватало короля.
Поистине забавная проблема. Однако нет ничего странного, что добрая половина человечества озаботилась поисками подходящего монарха для этой маленькой страны. В Лондоне даже была созвана специальная конференция по этому поводу, и представители западных держав чуть было не передрались, выясняя, будет ли новый властитель французом, англичанином или же немцем.
,У албанцев на этот счет было свое собственное мнение, однако никому и в голову не пришло их спросить. Албанцы хотели короля-мусульманина, и, естественно, у них был на примете такой мусульманин, племянник самого константинопольского султана Халим Эддине. И что же, он принял корону? Тут тоже возникла серьезная проблема. Оказалось, что генерал Эссад Паша, временный правитель Албании, послал дипломатической почтой запрос о намерениях племянника султана. И албанцы в напряжении ждали ответа.
В это самое время один бродячий цирк разбил свои шатры в столице страны городе Тирана. Это был немецкий цирк, довольно бедноватый, но способный похвастаться двумя звездами в своей программе: клоуном Отто Витте и шпагоглотателем Максом Хофманом. Оба компаньона уже объездили всю Европу и Африку и помимо своих артистических талантов обладали еще одним замечательным свойством: оба были завзятыми мошенниками. И на этом поприще они тоже добились весьма значительных успехов.
Как и все в Тиране, Отто Витте и и Макс Хофман ежедневно читали газеты. По крайней мере проглядывали в них картинки. Надо сказать, что все тогдашние албанские газеты поместили на первой странице огромный портрет Халима Эддине, которого собирались короновать. Отто и Макс не могли поверить своим глазам: этот Халим Эддине был вылитый Отто Витте. Когда Отто с помощью краски сделал свои волосы чуть более седыми и наклеил пышные турецкие усы, из него получился абсолютный двойник племянника султана. И из этого сходства родилась одна совершенно безумная авантюра: Отто и Макс решили занять албанский трон — ни больше ни меньше.
Отто Витте, который, как оказалось, был весьма способным к языкам, всего за два месяца овладел основами албанского. Затем они заказали в Вене два оперных костюма: генеральскую форму и наряд турецкого вельможи.
Оснащенные подобным образом, оба мошенника отправились в Грецию, в город Салоники, и ступили на борт корабля, только что прибывшего из Турции. Тем временем их сообщник в Константинополе дал телеграмму на адрес албанского правительства: «Принц Халим Эддине отплыл в Албанию».
Неописуемая радость воцарилась в стране. Наконец-то свершилось! 10 августа 1913 года народ вышел встречать долгожданного повелителя.
В этот день в порту Дурес собралась невиданная толпа, и оба прибывших клоуна основательно перетрусили. Впрочем, делать им ничего не оставалось и отступать было некуда. И их волнение осталось никем незамеченным. Все сработало без осечки. Отто и Макс показались на трапе, и им навстречу понесся гул радостных приветствий. Был дан почетный салют, и им под ноги полетели лепестки роз…
А как он выступал, этот будущий монарх! Он был очень толст, делал гигантские шаги и с достоинством нес в руке красную феску. Его седые волосы, торжественное выражение лица, импозантные усы… Само собой разумеется, на нем была форма турецкого генерала. Блистающая всеми цветами радуги лента шла поперек украшенной орденами груди. В двух шагах позади него шел турок самого респектабельного вида. Люди Указывали на его роскошные шелковые одежды и огромный тюрбан.
Едва оба мужа ступили на албанскую землю, как их приветствовал генерал Эссад Паша, временный правитель страны. Он встал на колени перед своим будущим королем. Тот почтил его жестом редкостного благородства, приказав встать с коленей, и поприветствовал «братским поцелуем».
Путь до Тираны был триумфальным. Когда королевская карета подъехала ко дворцу, обоих турецких господ попросили оказать честь и поприсутствовать на предстоящем праздничном пиру. Блюда меняли восемнадцать раз!
Когда, наконец, они оказались в своих личных покоях, то быстро выработали основные пункты своей политической программы: первым делом подобрать хороший гарем — как известно, такой гарем должен быть у каждого мусульманского монарха. Отто и Макс это знали. Во-вторых, будущий король, естественно, должен был распорядиться албанскими государственными финансами.
На следующий день в главном зале королевского дворца состоялась историческая конференция. Присутствовали все важные лица страны, по списку, составленному Эссадом Пашой. Будущий правитель вышел на люди, провел тыльной стороной ладони по усам, потом погладил ленту с регалиями, а затем решительно заявил:
— Прежде всего: моя коронация состоится послезавтра! Затем: сегодня же я объявляю войну Черногории! Генерал Эссад Паша назначается главнокомандующим! В-третьих: в моем гареме я не хочу видеть ни одной иностранной принцессы, а только дочерей своего народа. Они должны будут укреплять легендарную красоту албанок! И наконец, я желаю, чтобы мне как можно быстрее были переданы финансы государства, чтобы я смог каждого наградить по заслугам!
Кипучая радость собравшихся! И когда новость стала известна народу, его восторг с трудом удалось сдержать.
Объявить войну Черногорки было гениальной идеей. Уже много столетий албанцы-мусульмане с трудом терпели своих соседей-православных в Черногории, как это часто бывает на Балканах. Однако до сего момента албанская слабая армия не имела ни малейшего шанса победить более мощную черногорскую. Но когда сам Халим Эддине объявляет войну черногорцам, это совсем другое дело! Он, в конце концов, племянник султана. Это значит, что за ним стоит значительная военная мощь всей Турции и поэтому он непременно разобьет врага. Поистине гениально! И кроме того, как трогательно, как великодушно, что он собирается брать в свой гарем только местных девушек! Идеи Халима Эддине вызвали полное одобрение, его уже почитал и любил целый народ.
Ко дню коронации 13 августа 1913 года его уже чествовали как бога. Халим Эддине решился принять западное тронное имя: Отто Первый — жест, дипломатическое значение которого было по достоинству и благодарно отмечено иностранными наблюдателями.
После религиозной церемонии в главной мечети столицы был устроен коронационный пир — поистине царский. Достаточно сказать, что для беспримерного кутежа жарились целиком туши быков, овец и телят. Король Отто Первый и его доверенное лицо Макс Хофман обладали завидным аппетитом, что восхитило всех званых гостей. Но за всеми утехами властитель не забывал и об исполнении своих важных обязанностей.
Он выказал достойное изумления политическое чутье, когда наделил своих сановных подданных кучей денег из государственной казны. Даже солдатам его личной охраны досталось по десять золотых на человека.
Изнуренные и в не меньшей степени опьяненные, новый король и его доверенное лицо очень поздно вступили в свои покои, где их поджидал приятный сюрприз: на диванах и шелковых подушечках расселись двадцать пять прекрасных юных девушек — краснеющие кандидатки на места в королевском гареме. Если Отто Первый и его соучастник впоследствии очень хорошо помнили все дни царствования, то уж ночи они не смогли забыть никогда.
Организация королевского гарема, как дал понять Отто Первый генералу Эссаду Паше, есть первоочередное государственное дело, которому он намерен посвятить себя лично. Во всех прочих делах он целиком полагается на Эссада Пашу. Но устройство гарема — это дело государственное. Но так как претенденток было чудовищно много, то к этой важной работе был подключен и «турок» Макс ^Хофман. Он беспристрастно оценивал каждую, которую приводили для его величества. Он проверял и перепроверял каждую и только после этого выносил свое окончательное решение.
Все это казалось настоящей сказкой. Но это было на самом деле! Два дня, или, лучше сказать, сорок восемь часов подряд, чтобы не забывать про ночи, оба приятеля, клоун и шпагоглотатель, несли свою нелегкую службу, и прежде всего трудились над самыми красивыми девушками страны.
Но любой сказке приходит конец. 15 августа Эссад Паша получил телеграмму от настоящего Халима Эддине, из которой явствовало, что, насколько ему известно, племянник султана не был коронован албанской короной и что он срочно желает знать все подробности об этом фальшивом султане.
Вне себя от гнева, Эссад Паша появился в сопровождении стражи у дверей покоев Отто Первого. Но Отто Витте и Макса Хофмана, столь талантливых специалистов по переодеваниям, уже и след простыл. Одевшись в женское платье, они тайком покинули дворец. В Дуресе они без труда отыскали одного рыбака, который переправил их в Италию — с некоторой долейалбанской государственной казны в своих сумках они могли найти друзей и помощников по всему свету.
Но сокровища скоро кончились. И Отто Витте с Максом Хофманом снова пришли в цирк, один в качестве клоуна, другой — шпагоглотателя. Их так никто и не призвал к ответу. Напротив, западный мир рассматривал их «подвиг» как еще один удачный цирковой номер, и еще долгое время Отто Витте позировал для журналистов в своей поддельной униформе: в красной феске на голове, с орденами и регалиями — как Отто Первый, король Албании, в своем собственном походном фургончике, — к большому удовольствию прессы и публики.
Отто Витте умер 13 августа 1958 года, в день сорокапятилетия своей «коронации». Клоун — король — мошенник — остряк или, может быть, просто негодяй. Во всяком случае, он сильно потревожил большую европейскую политику. И своим праведным трудом на гаремной ниве на несколько человек увеличил численность албанского населения…


СПАСЕНИЕ ЮДМАЙЕРА

26 сентября 1970 года, близко к полудню. Два человека глядят на раскинувшиеся перед ними африканские джунгли с горы Кения. Их зовут Освальд Ольц и Герд Юдмайер, двадцати четырех и двадцати девяти лет. Оба — медики. Освальд Ольц работает в Цюрихе в паучком институте, а его друг Герд Юдмайер готовится к сдаче экзамена в Инсбруке по специальности. Оба австрийцы и истовые любители альпинизма.
Юдмайер и Ольц уже четыре года ходят в горы вместе. Но еще никогда им не удавалось покорить такой горы! Маунт-Кения, высотой 5199 метров, с фантастическим видом сверху: особенная гора, которая поднимается из самого тропического леса прямо на экваторе и чья заснеженная вершина теряется в облаках. И они ее покорили, эту гору. Это самое большое достижение, вершина их совместной альпинистской карьеры.
Около четырнадцати часов друзья начали спуск и довольно скоро, в двадцати метрах внизу, достигли маленького выступа скалы. Освальд Ольц начал искать подходящее место в скале для того, чтобы вбить колышек безопасности. Герд Юдмайер чуть-чуть склонился над выступом и стал выбирать подходящее место для спуска. Внезапно раздался пронзительный крик. Ольц вздрогнул… Юдмайер! Маленький скальный выступ, на котором стоял его товарищ, обломился. Альпинист сорвался. Руки Ольца ухватили обмотанный вокруг его тела ускользающий конец веревки. Чудом ему удалось выдержать жуткий рывок безо всякой страховки и даже зафиксировать трос, чтобы избежать дальнейшего падения вдоль по всей скальной стене.
И тогда началась самая; пожалуй, удивительная эпопея в истории альпинизма. Трос был надежно зафиксирован. Как ни тяжел и опасен был спуск, но в конце концов Ольц добрался до своего друга. Тот был жив. Слава богу! Юдмайер лежал на маленьком уступе над полем, на голове зияла кровоточащая рана, но Ольц знал, что это повреждение не слишком серьезно. Гораздо худшее он увидел на правой ноге. Открытый перелом и предположительно осколочный перелом бедренной кости. Эта рана тоже сильно кровоточила, и Ольц накрепко перевязал своего друга.
Оба были врачами. Оба прекрасно знали, насколько серьезно обстоят дела.
— Освальд, это не имеет смысла. Со мной тебе ничего не удастся.
— Чепуха. Что ты такое говоришь? Мы прекрасно справимся.
Ольц пытался подбодрить друга, но что он мог ему сказать? Сейчас гораздо важнее было что-то предпринять, и как можно скорее. Положение на самом деле было очень тяжелым. Конечно, в Швейцарии или в Австрии, где ходят целые толпы опытных альпинистов, можно было использовать любой из методов спасения. Там можно было рассчитывать на быструю помощь. Но здесь, в Кении? Здесь нет даже настоящей горно-спасательной службы.
Ольц стал раздумывать. Пока кто-то предупредит группу скалолазов, допустим, они смогут продержаться… Но пока они подойдут, пока взберутся на гору… К тому времени Герд будет уже мертв! Он или истечет кровью, или замерзнет. Гора Кения лежит почти в пятидесяти километрах от экватора, но на высоте невыносимо холодно, особенно после захода солнца. Однако.есть еще одна возможность. Ольц должен попытаться сам позвать на помощь, достать медикаменты и собрать людей, которые смогут отнести Юдмайера вниз. Он подумало связке альпинистов из Зимбабве (тогда эта страна называлась Южной Родезией) и Америки, которые накануне их подъема из-за снежной бури решили отказаться от своего намерения забраться на вершину. Вполне вероятно, что они все еще находятся в хижине, всего в семистах пятидесяти метрах ниже по склону. И он решительно объяснил своему другу, что собирается сделать.
— Это бессмысленно, ведь скоро начнет темнеть.
— Я знаю, ГерД, что это будет нелегко, но… но я должен по крайней мере попытаться! Не могу же я сидеть здесь, ничего не делая и даже не пробуя что-нибудь предпринять!
— Да, конечно.
Тем временем снег начинает падать еще гуще. Ольц заворачивает своего друга в двойную меховую куртку, обертывает его поверх спальным мешком и чехлом от палатки. И оставляет ему все, что у них есть из съестного: банку консервированных фруктов. И прежде чем начать свой спуск, еще раз кладет руку на плечо друга:
— Держись, Герд. Я скоро вернусь, не падай духом! Я тебя отсюда вытащу!
Спуск был невероятно тяжел. Снег падал так густо, что Ольц едва видел на пару шагов впереди себя. В конце концов, около восемнадцати часов, когда солнце на экваторе уже садится, он достиг в полном изнеможении хижины, где, на его счастье, застал американцев и зимбабвийцев. В нескольких словах объяснил им ситуацию. Один альпинист тут же тронулся в путь к другой хижине, где, как он знал, имелся набор для оказания скорой помощи и даже радиопередатчик. Путь в темноте был чрезвычайно опасен, но зимбабвиец дошел и послал сигнал SOS в полицейский участок в деревне у подножия Кении.
Новость распространилась со скоростью молнии, и кенийский «Маунтин-клаб» на месте выработал план спасения. Но, как мы помним, все происходило не в Австрии или Швейцарии, а посреди Африки. «Маунтин-клаб» — это всего лишь общество любителей-энтузиастов со штабквартирой в Найроби. И состоит это общество скорее из людей страстных, чем опытных, и к тому же их трудно собрать вместе. У кенийских любителей скалолазания не было ни достаточного опыта, ни снаряжения для подобной спасательной операции. Но они знали, что раненый человек не должен оставаться наверху. И они сделали все от них зависящее.
Пока спасательная служба созывала всех имеющихся поблизости скалолазов, Роберт Чамберс, президент клуба, со скудным набором первой помощи уже был у подножия горы.
В это время мужественный зимбабвиец, который послал сигнал SOS, вернулся в хижину, где Ольц в нетерпении ждал новостей. Близилось утро. Появились медикаменты и пришла добрая весть, что спасатели уже на пути к горе. Ольц снова воспрял духом и спросил собравшихся, готов ли ктонибудь из них пойти наверх к Юдмайеру, как только рассветет. И вскоре вместе с одним американцем он уже тронулся в путь.
Снег валом валил до полудня. Оба альпиниста были тяжело нагружены и вскоре устали. Кроме того, американец был скорее мужественным, чем опытным человеком. И в конце концов, потеряв время, они должны были отступить, остановившись всего за какую-нибудь сотню метров от Юдмайера. Ольц рухнул на снег не в силах сделать больше ни одного шага.
Тем временем группа из восемнадцати скалолазов и двадцати носильщиков прибыла к хижине. Был уже вечер. Мистер Чамберс, президент клуба, и еще четверо альпинистов пришли первыми. У них был с собой радиопередатчик и подобие носилок, нечто вроде корзины, которую предполагали использовать для переноски раненого. И кроме того они принесли с собой хорошую новость: из Найроби к ним на помощь уже вылетел вертолет.
Вторая ночь прошла в напряженном ожидании, и поэтому для Юдмайера она пролетела как одна секунда.
28 сентября. Восход солнца. Небо уже очистилось от облаков. В сопровождении итальянского альпиниста Ольц еще раз пытается подняться вверх. За ними идут сразу две группы. Одна из них несете собой импровизированные носилки. После полудня Ольц с итальянцем достигают того выступа скалы, над которым лежит Юдмайер. Они видят его. Но он не шевелится. И даже тогда, когда они громко окрикивают его, — никакого ответа. Юдмайер уже пятьдесят часов один. А последние две ночи были просто ледяными. Как он смог их пережить?
Но Юдмайер пережил. А теперь он просто был не в силах пошевелиться. И даже тогда, когда услышал их крики. Ольц и итальянец уже рядом с ним. Юдмайер едва в состоянии пошевелить губами:
— Освальд? Я думал… ты тоже… сорвался.
Ольц делает ему укол. Морфий. Затем пытается связаться по радио с хижиной, чтобы сообщить о том, что Юдмайер жив. Но передатчик отказывается работать.
И снова наступает ночь. И обоим ничего не остается, как ждать рядом с Юдмайером и надеяться на скорый приход помощи. Однако только на следующий день, около полудня, помощь наконец прибывает.
Ольц делает Юдмайеру еще один укол и закрепляет сломанную ногу. Затем привязывает друга к носилкам, которые притягивают к спине самого сильного из скалолазов, англичанина. Юдмайер мертвенно бледен. Видно, что вынести эту боль он не в силах.
— Нет, у нас ничего не получится. Уберите эту корзину! Он умирает!
Ольц старается изо всех своих сил. Но что он может сделать без запаса крови? И снова наступает ночь. И снова необходимо ждать следующего дня.
Мало— помалу Ольц теряет всякую надежду. Было так сложно добраться до Юдмайера! А теперь он слишком ослаб, чтобы вытащить его на себе. А переживет ли его друг эту ночь? Единственный, последний их шанс -это вертолет. Но чтобы воспользоваться этим шансом, сперва надо перенести раненого ниже. И наконец, на следующее утро, едва встает солнце, новая надежда. Все прислушиваются: вертолет! И пилот, которому сам черт не брат. Он уже пытается приземлиться где-то поблизости! Но — о ужас! — винт задевает скальную стенку, и вертолет камнем падает. Пилот, тридцативосьмилетний американец-доброволец, погибает на месте.
Это была их последняя надежда… Юдмайеру с каждой минутой становится все хуже. С тяжелой степенью обморожения, высокой температурой, он страдает от лихорадки, и когда едва слышно пытается попросить воды, то уже не может проглотить ни капли.
Освальд Ольц сделал все возможное. Ни на одну минуту он не оставлял своего друга в беде. Но сейчас уже знает, что не сможет его спасти. Он накрывает Юдмайера, впавшего в кому, куском полиэтилена. Но в это время на сцене появляется еще один герой этой истории. Это отец Юдмайера, который находился в своем доме в Инсбруке и до поры до времени ничего не знал о происшедшем. Рано утром 1 октября ему звонит один друг:
— Ты еще не читал сегодняшних газет?
— Нет! А что там?
Как можно осторожней друг сообщает Юдмайерустаршему, что его сын, скорее всего, уже умер, и так даже будет лучше для него самого, потому что он был тяжело ранен и находился в коме на высоте в пять километров и никто не мог ему помочь. Против ожидания господин Юдмайер остается спокойным. Он молчит только мгновение, а затем спрашивает: — Что можно сделать?
— Я боюсь, ничего. Все уже перепробовано. — И друг рассказывает, что пишут по этому поводу газеты.
— Хорошо. Спасибо. Я смогу ему помочь! Он кладет трубку, снова поднимает ее и звонит в аэропорт ВенаШвехат и спрашивает, может ли он нанять самолет на десять мест.
— Когда он вам понадобится?
— Прямо сейчас!
Ему предлагают машину с пропеллером.
— Слишком медленно! Мне нужен реактивный самолет!
По аэропорту новость разносится будто искра: какойто полоумный желает нанять реактивный самолет! — Куда я собираюсь лететь? В Найроби! В Вене ранним утром невозможно достать реактивный самолет. Но в Цюрихе можно попытаться. — Какой у вас есть?
— «Каравелла». До Найроби он долетит с двумя посадками для дозаправки. — Никаких посадок!
— Тогда можем предложить еще одну машину: «Боинг707».
— Хорошо. Обеспечьте мне «Боинг»!
— Но это будет стоить вам целое состояние!
Господин Юдмайер называет счет своего банка, чтобы сотрудники авиакомпании смогли удостовериться в его платежеспособности. Он сам звонит директору банка и объясняет ситуацию. И конечно же все устраивается. Но отец Юдмайера не только богатый человек, он еще чрезвычайно опытный и известный альпинист. Он знаком со всеми лучшими скалолазами в округе, поэтому обзванивает полдюжины человек, и все соглашаются вылететь вместе с ним в Найроби. Место сбора — аэропорт Вена-Швехат. Там их уже ждет «Боинг-707», перегнанный из Цюриха и готовый к перелету до Найроби.
В группе даже есть один альпинист, который уже взбирался на Кению. Секретарь альпинистского общества Инсбрука с быстротой молнии доставляет самое лучшее снаряжение.для оказания медицинской помощи.
В полдень все уже в аэропорту. Около часа дня «Боинг-707» взлетает. Восемь часов пути без посадок. Поздно вечером они приземляются в Найроби, куда уже оповещенные по радио местные альпинисты подогнали вездеход-джип. Еще два часа пути — и машина у подножия горы. Уже ночью спасательная команда из Австрии трогается в путь наверх. Тренированные альпинисты, они скоро достигают молодого Юдмайера, он пребывает в коме, но все еще жив. Его немедленно переносят вниз. Вскоре после полудня Герд Юдмайер уже находится в больнице Найроби.
Вся операция заняла приблизительно пятнадцать часов. Сегодня доктор Герд Юдмайер живет в Инсбруке. Он был спасен благодаря невероятной энергии своего отца.

КОШМАР ЗА ПЯТЬ ДОЛЛАРОВ

«Очень милая молодая семья». Именно так все характеризовали Рендольфа и Вирджинию Норман. Рендольф, двадцати пяти лет, со своей открытой, юной улыбкой, был особенно симпатичен. Вирджиния, двадцати двух лет, вся дышала свежестью и здоровьем — типично американская девушка, твердо стоящая обеими ногами на земле. Оба были родом из Нью-Йорка: следовательно, были жителями мегаполиса, которые только и мечтают, что о зеленом лужке и свежем воздухе. До того самого момента, пока страховая компания, представителем которой работал Рендольф, не предложила ему новую должность в Маунтин-парке — на юге штата Северная Каролина. С какой радостью юная пара согласилась покинуть Нью-Йорк! Там, на юге, климат гораздо приятнее и гораздо здоровее, чем на дымном северо-западе.
Прибыв в Маунтин-парк, Вирджиния и Рендольф сразу же купили маленький, но очень милый домик в черте города. А так как повсюду в саду круглый год росли розы, то они окрестили свое поместье виллой «Розовый Сад». Их новая жизнь началась! Они очень хорошо поладили с соседями и скоро завели новых друзей.
7 июня 1963 года Норманы забрели в парк у дома пастора. И там выяснилось, что в этот день проводится ежегодный благотворительный базар и что все жители города пришли на этот традиционный праздник, где можно не только славно развлечься, но и приобрести разные полезные вещи почти за бесценок — и к тому же все ради благой цели.
— Смотри, Рендольф… вон там!
Вирджиния указала на комичную фигуру — маленького человечка в очках, который скорчился на, складном стульчике. Несмотря на июньскую жару, на нем был черный костюм и подходящий к нему черный галстук.
— А, да. Может быть, он продает сам себя как живое чучело!
— Я имею в виду совсем не это! Посмотри на землю. Вот что нужно нам для гостиной!
Рендольф посмотрел на то, что так очаровало его жену: рулон кремового цвета, который лежал у ног живого пугала.
— Линолеум? Для чего?
— Ты же знаешь, что паркет на полу в гостиной у нас сильно попорчен. Мы можем положить на него линолеум, а поверх какой-нибудь хороший ковер.
Линолеум выглядел совершенно новым. Никаких пятен, ни даже следов пыли. И маленький человечек в черном просил за него всего пять долларов! Так как покупка их вполне устраивала, Вирджиния и Рендольф с трудом уложили рулон в свой автомобиль и поехали домой. Конечно, Рендольф гораздо охотнее купил бы что-нибудь изящное, может быть, картину, что-нибудь для украшения дома. Но спорить со своей практичной женой он не мог. В конце концов, пять долларов — это почти что даром!
1 июля 1963 года. Три недели прошло со дня благотворительного базара.
И уже три недели, как Вирджиния больна. Ничего серьезного. Просто затяжной насморк. Вирджинию он почти не тревожит, хотя ей уже надоело беспрерывно чихать и вытирать нос. Может быть, лучше пригласить доктора Лорримера? Он живет напротив их дома и по вечерам часто заходит к молодым соседям. Врач осмотрел покрасневшие глаза и распухшие веки Вирджинии:
— Сдается мне, что вьг к этому привыкли? Каждый год примерно в это же время у вас начинается что-то подобное, правильно?
— Нет! Такой страшный насморк посреди лета… Нет, ничего такого у меня не бывало!
— Правда? Удивительно! Я могу поклясться, что у вас сенная лихорадка. В любом случае это аллергическая реакция. Может быть, вы в последние три недели купили себе собаку или кошку? — Нет.
— Тогда, вероятно, какие-нибудь растения для вашего розового сада? — Нет же!
— Тогда что-нибудь из вещей, что вам понадобилось как раз три недели назад. Подумайте хорошенько. -Линолеум!
Рендольф уверен, что они напали на верный след. Он следует за врачом и Вирджинией' в гостиную и приподнимает ковер за угол. И тут же Вирджиния разражается жутким приступом чиха, а Рендольф в отвращении произносит:
— Да… до чего же противная штука!
Противная — это еще мягко сказано! На самом деле кремовая поверхность линолеума повсюду покрыта омерзительной плесенью с большими зелеными пятнами, напоминающими кочаны капусты, настолько регулярно они распределены, как будто рисунок на обоях. Рендольф проводит по нему пальцем. Омерзительно! Плесень вязкая, клейкая, тошнотворная!
Пока Вирджиния, чихая, уходит из комнаты, оба мужчины, качая головами, рассматривают находку и обсуждают странный феномен.
— Знаете, мистер Норман, я, по правде говоря, даже не знаю, что это такое, но одно точно: именно оно виновато в аллергии вашей жены!
— Тогда выкинуть эту гадость! И немедленно!
Рендольф с врачом сдвигают мебель, скатывают ковер и утаскивают покрытый плесенью линолеум во двор, где кладут в контейнер для мусора. Завтра утром приедут мусорщики, и все это наваждение закончится! Прежде чем попрощаться, доктор Лорример замечает:
— На вашем месте я бы немедленно почистил ковер. Никогда не сталкивался в своей жизни с подобной гадостью!
Ковер, как кажется, совершенно не затронут плесенью, но врач определенно прав: для надежности лучше почистить. Пока Вирджиния отходит в спальне от приступа, Рендольф берется за работу: вооружается щеткой с мыльной водой и начинает драить ковер до абсолютного блеска! Затем вешает его на веревку для сушки белья в саду. Самое позднее завтра вечером он высохнет, и этот кошмар наконец-то будет позади.
И в самом деле, на следующее утро Вирджиния впервые за три недели чувствует себя хорошо. Глаза больше не пухнут, из носа больше не течет. Мир снова в порядке, и свежевымытый ковер возвращается на свое законное место.
— Как ты думаешь, что это было?
— Вирджиния, ни малейшего понятия! Но теперь все это в прошлом. Не будем больше ломать над этим голову. Это обошлось нам всего в пять долларов, и ладно! Мы с этим справились!
3 июля 1963 года Рендольф Норман проснулся с неприятным, каким-то гнетущим чувством. Повернулся к еще спящей жене: — Вирджиния!
Ее веки — красные, распухшие, и нос тоже опять распух.
— Вирджиния! Просыпайся!
Приступ чиха мгновенно лишает ее сна. Тогда Рендольф соскакивает с кровати и направляется в гостиную. Он уже догадывается, что его там ожидает.
Но ковер выглядит чистым и стерильным: никаких зеленых кочанов. Но стены… «Это» переползло на стены! Повсюду в комнате — где-то на высоте полуметра — такие травянистые, зеленоватые, вонючие «обои»!
Еще сонная и чихающая, Вирджиния следует за мужем.
— Уходи отсюда! Ради бога, иди к себе! Запрись в спальне и оставайся там! Я… сейчас позабочусь об остальном.
Грегори Мак-Каллох возглавляет в Маунтин-парке службу дезинфекции. И «это», когда Рендольф ему все рассказывает, его весьма заинтересовывает. Он готов взяться за дело лично.
В гостиной он осматривает невиданные пятна, даже исследует их с помощью лупы. А потом вынимает из кармана мензурки с химикалиями и с помощью пипетки опускает в каждую по капле набранной плесени. Затем некоторое время размышляет:
— Нет, подобного я еще не встречал! А я-то уж свое дело знаю, можете мне поверить! Без сомнения, речь идет о… плесени, да! Но что это за плесень? Это знает только Господь!
— Господь, Господь! К черту все это! Скажите лучше, можете ли вы что-нибудь с этим сделать?
— Конечно, еще бы. На вашем месте я бы тоже захотел что-нибудь сразу предпринять! Я вас понимаю!
— И прекрасно' Тогда сделайте что-нибудь, наконец!
— Но, мистер Норман, мне кажется, вы не имеете ни малейшего представления, чего это потребует! Это будет очень дорогостоящая операция, и продлится она по крайней мере неделю! — Как вы сказали? Простите? Неделю? -Да! Нужно ободрать все обои, почистить стены спиртом и снова заклеить, вымыть паркет и поскрести его щеткой, нужно снять лак со всей мебели, заново ее отполировать и снова покрыть лаком. Но это еще не все, мистер Норман: придется выстирать, вымыть и продезинфицировать всю одежду, постельные принадлежности, одеяла и тому подобное!
Рендольф Норман в унынии смотрит на стену. Да что же здесь творится? Ему так кажется… или эта плесень действительно распространилась дальше? До того она забралась всего на полметра, а сейчас… по крайней мере, на семьдесят, нет, восемьдесят сантиметров!
— 0'кей! Я на все согласен! Приступайте прямо сейчас, и пусть это обойдется мне во… столько, во сколько нужно!
Всю последующую неделю на вилле «Розовый Сад» наводили лоск. Там работали бригады чистильщиков, обойщиков, маляров и столяров. Соседи с любопытством наблюдали за этой необычной активностью — но не отваживались приблизиться к «плесневому дому». Пара Норманов поставила палатку посреди розового сада и старалась наилучшим образом использовать все преимущества жизни на природе. Слава богу, что в это время года теплые ночи. Наконец через неделю Вирджиния с Рендольфом смогли снова вступить в свой дом. Все здесь блистало чистотой. Даже прибыла бригада с телевидения, чтобы снять рекламный ролик о средствах очистки помещений! Грегори Мак-Каллох провожал их с широкой радостной улыбкой:
— Да, мы готовы! И если здесь снова появится плесень, значит, меня зовут не Мак-Каллох!
Норман снова воспрянул духом. Это был дурной, очень дурной сон, необъяснимый кошмар. Но теперь он позади!
Вечером 9 июля их больше всего радовала возможность вернуться в свою уютную постель. На следующий день, 10го, — эту дату Рендольф уже никогда не забудет — он был вырван из сна неким звуком: Вирджиния чихнула! В его голове этот звук отозвался сиреной. Как укушенный скорпионом, он подпрыгнул на кровати и бросился в гостиную. И застыл посреди комнаты, не в силах пошевелиться.
Стены были в порядке, потолок и ковры тоже. Но кушетка! Да как такое возможно? Еще вчера вечером на всем в гостиной красовалась новая обивка. А теперь на кушетке она выглядела, как будто прямиком прибыла с городской свалки. Никаких пятен… нет, гораздо хуже, ужасней: вся кушетка была покрыта толстым слоем зеленой блестящей плесени, и от этого невероятного образования шел гнилостный, неописуемо омерзительный запах!
Уже не думая об этом клейком, отвратительном веществе, Рендольф обхватил зеленую кушетку обеими руками и вытащил ее в сад. Затем принес канистру с бензином, облил кушетку и бросил на нее спичку. Высокое пламя и черный дым взметнулись в утреннее небо. — Рендольф! Вирджиния стояла, как лунатик, в гостиной. Ее покрасневшие, распухшие глаза уставились на стену. Рендольф, который бросился в дом на крик жены, проследил за ее взглядом. Стена… эта стена, которая всего десять минут назад была покрыта прелестнейшими розовыми обоями, теперь напоминала залитый болотной жижей огород: капустные кочаны снизу доверху. Гниющая, тошнотворная капуста!
Спустя пару часов на виллу «Розовый Сад» в Северной Каролине прибыли специалисты из службы министерства здравоохранения штата. Все застыли на месте. Никто не произнес ни слова, все в потрясении наблюдали, как отвратительная «овощная» волна покрывала стену все дальше и наползала на потолок.
Бенджамин Адлер, биохимик по профессии, первым опомнился и заговорил:
— Ну, на первый взгляд мы ничего не можем сказать, мистер Норман. Увы. Но вы в любом случае не должны оставаться в доме. Уезжайте в отель или к друзьям. Сейчас мы должны взять пробы этой плесени и исследовать их в нашей лаборатории. Как только выясним подробности, тут же поставим вас в известность. Через неделю Бенджамин Адлер признавался: — Я совершенно ничего не понимаю. Говоря по существу, мы имеем дело с обычной плесенью. Ненормально в ней только то, с какой скоростью эта гадость распространяется. Она растет с пугающей быстротой. У нас, в лаборатории, пробы развиваются как обычно. Мистер Норман, мы вынуждены признать, что не существует никаких естественно-научных объяснений того, что случилось в вашем доме. Может быть, это воздействие почвы или излучения земли, каких-то вибраций, в каком-то смысле даже магнитного поля Земли. Мы не знаем!
Вирджиния и Рендольф с потерянным видом слушали это заключение эксперта. У них пропала всякая надежда. Рендольф лишь спросил слабым голосом:
— И что вы собираетесь делать?
— Это явление имеет огромное научное значение!
Мы должны его исследовать самым тщательным образом. Но, конечно, есть опасность заражения. Поэтому мы обязаны отсечь ваш дом от внешнего мира. Если плесень будет распространяться дальше или даже перейдет на сад, то тогда, разумеется, нам придется все сжечь.
Так прекрасный домик «Розовый Сад» превратился в настоящий бункер. Его охраняли как какой-нибудь военный объект.
Был привезен и наполнен бензином тысячелитровый контейнер, по периметру участок был опутан колючей проволокой, и на некотором расстоянии было установлено устройство для дистанционного открытия контейнера и возжигания бензина… на всякий случай.
День за днем юная пара приходила к дОму своей мечты, который превратился в кошмар. С тоской и ужасом наблюдали они через полевой бинокль, как зеленая масса внутри виллы распространяется по всем комнатам. Однажды это отвратительное вещество выползло наружу через открытые окна и покрыло внешнюю стену. Затем загадочная плазма вскарабкалась на крышу. Когда белый заборчик вокруг идиллического розового сада позеленел и стал липким, Бенджамин Адлер отдал приказ о ликвидации. За несколько минут дом сгорел. Осталось только густое черное облако…
Никогда и нигде с тех пор это явление не повторялось. И ученые так и не смогли объяснить, что же произошло. «Плесневый дом Маунтин-парка» и сегодня остается загадкой. У Вирджинии и Рендольфа после сожжения дома осталось одно страстное желание: не углубляться в эту загадку, а бежать, бежать куда глаза глядят! Страховая компания, на которую работал Рендольф, безотлагательно выплатила ему большую компенсацию. И теперь Норманы смогли начать новую жизнь: жить посреди Нью-Йорка, дышать зараженным воздухом в крошечной и шумной квартирке в одном из небоскребов на Манхэггене, где человек никогда не увидит за окном растущей капусты, просто рай!

ОДИНОКИЙ ОРЕЛ

Еще минуту назад Констанс была счастлива и безмятежна. Теперь она дрожала всем телом — от охватившей ее паники. Только что она нашла в своем школьном шкафчике письмо — ужасное послание!
Констанс, младшей дочери посла США в Мексике Дуайта Уитни Морроу, было всего пятнадцать лет. Ее отец не только занимал высший пост в дипломатической иерархии, но и был весьма богат. Поэтому он и послал трех своих дочерей учиться в самое известное и престижное учебное заведение Америки — Милтонколледж в штате Массачусетс. Роскошь «по-американски» для дочерей из зажиточных семей Западного побережья: прекрасно меблированные отдельные комнаты для каждой девочки, плавательный бассейн, теннисный корт и вокруг колледжа — изысканный цветочный сад, а рядом лужайка для игры в гольф. Констанс ни в чем не испытывала недостатка.
Совсем недавно ее мысли тревожил только один важный вопрос: успеет ли прибыть к свадьбе ее потрясающее модельное платье из Парижа? Ну конечно, ведь Констанс было всего пятнадцать. И само собой разумеется, ни одно событие в своей короткой жизни она не ожидала с таким нетерпением. Ведь через четыре недели это, наконец, произойдет: ее сестра Анна выйдет замуж за самого популярного холостяка целой Америки. Весь мир уже только и говорил, что о «свадьбе века», и все школьные подружки Констанс ходили желтые от зависти к ней, которая на этом сказочном, великолепном «национальном празднике» будет почетной подружкой невесты. Все обожали жениха — не только девочки из колледжа! Он герой — настоящий национальный герой, миф нового времени.
В этот апрельский вечер 1929 года в девятнадцать часов Констанс стояла, покачивая головой, у своего школьного шкафчика со странным конвертом в руках., Ее имя было нацарапано карандашом сверху, из чего можно было заключить, что отправитель сильно спешил. И под именем еще стояло: «Лично». Смешно, право слово. Может быть, новый робкий поклонник? Что там еще?
Слегка заинтригованная, девушка вынула листок из конверта, пробежала глазами два раза — и застыла на месте. Крупными печатными буквами там было написано:
«ПРОЧТИ ЭТО ПИСЬМО И ДЕРЖИ РОТ ЗАКРЫТЫМ! Я ТЕБЯ ПРЕДУПРЕЖДАЮ! ЕСЛИ ТЫ КОМУ-НИБУДЬ ПРОБОЛТАЕШЬСЯ, ТО УМРЕШЬ!» Несмотря на свой юный возраст, Констанс сразу поняла, что это совсем не чья-то неудачная шутка. Ведь она, собственно говоря, уже четвертая девушка в колледже, которая получает угрожающее письмо. Но другие ученицы Не удержали свои рты закрытыми… И что с ними случилось? Все три были похищены, и полиция до сих пор отыскала только одну. Но, увы, уже мертвой.
«Держи рот закрытым! Я тебя предупреждаю!» Констанс почувствовала, как под ее ногами зашаталась земля и весь мир начал куда-то проваливаться! Теперь ее очередь! Что же ей делать?!
«…читать дальше, Констанс… может быть, это глупая выходка одной из завистниц…» Не вполне сама этому веря, она стала читать дальше:
«Твой отец купается в золоте! Поэтому ты должна делать все то, что я от тебя потребую. Если ты ничего не сделаешь, то опять произойдет несчастье! Малышка Смит получила такое же письмо, но она проболталась. Ее охраняли как только могли, но это не помогло! Две другие, Кольберт и Арнольд, тоже проболтались. Полиция оберегала их днем и ночью. Но напрасно. Будь умней и держи рот на замке! И тогда с тобой ничего не случится. Не пытайся ничего предпринять. Я постоянно слежу за тобой. Ты должна сделать следующее: напиши своему отцу и попроси, чтобы он немедленно выслал пятьдесят тысяч долларов. Эта сумма должна быть наличными, пачками по пять, десять, двадцать, пятьдесят и сто долларов. Предупреди своего отца: если он что-нибудь подстроит, то ты исчезнешь навсегда, и это так же точно, как восход и заход солнца.
Теперь уничтожь это письмо! Немедленно! У тебя есть время до первого мая. Затем ты получишь первую инструкцию. И держи рот закрытым! Иначе ты — труп! Я тебя предупредил!» Нет, это не шутка.
Констанс измученно поглядела на письмо, не в силах ясно соображать. Затем на нее накатило отчаяние — убийца явно где-то поблизости и наблюдает за ней! «Что же мне теперь делать? Молчать и доставать пятьдесят тысяч долларов… или идти в полицию, как Френсис Смит, которую всего две недели назад выловили из Коннектикут-ривер, мертвую, обезображенную?!» Маленькая Констанс была полумертва от страха. Ее сердечко стучало где-то в горле, она дрожала и хватала ртом воздух.
Немалого же добился этот вымогатель! Он нагнал на нее такого жуткого страха, что она была готова не делать никаких глупостей и слушаться его указаний. На этот раз у него все должно было получиться. Такой ни перед чем не остановится. Но убийца не учел одного: пятнадцатилетняя девочка не может оставаться спокойной в подобной ситуации и самостоятельно принять какое-нибудь решение. Она должна довериться взрослому, она должна рассказать!
Констанс была почти что ребенок и к тому же ребенок, который не был готов к решению даже самой крошечной проблемы, не то что такой!
В тот же момент она бросилась бежать, не размышляя, даже не зная, куда бежит. Просто прочь, прочь отсюда, быстро по длинному коридору, по лестнице вверх к своей комнате… но что, если убийца спрятался там? Прочь, быстро по лестнице теперь уже вниз и снова по длинному коридору! Она оказалась перед святая святых — комнатой директрисы колледжа. Даже не постучавшись, она ввалилась внутрь и, дрожа, бросилась в объятия напуганной преподавательницы:
— Констанс Морроу! Что бы ни случилось, возьмите себя в руки!
— Пожалуйста… помогите мне!
— Мое милое дитя, успокойтесь!
— Я… я не могу…
По поведению такой обычно веселой девочки строгая учительница начала понимать, что происходит. Неужели снова этот убийца, который, 'по-видимому, облюбовал их школу?! Когда Констанс без слов положила измятый листок бумаги ей на письменный стол, она поняла, что он снова нанес удар. Директриса быстро пробежала глазами письмо и тут же схватилась за телефон. Даже не подумав, к каким фатальным последствиям могут привести ее поспешные действия! Она известила двоих людей: мать Констанс и начальника городской полиции.
В первое мгновение миссис Морроу не поняла, о чем идет речь. Угрожающее письмо как бомба настигло ее в Энгельвуде, обширном поместье семьи в НьюДжерси. Уже несколько недель она деятельно занималась подготовкой к свадебным торжествам и настолько перетрудилась, что могла взорваться по любому мелкому поводу, А тут — такое! И что она может сделать? Ее муж опять где-то шляется, когда он так нужен! Несколько дней назад он отправился куда-то в Мексику и совершенно недосягаем — якобы выполняет важное политическое задание…
Точно так же, как ее дочь полчаса назад, миссис Морроу потеряла всякое соображение и бездумно бросилась прочь из дома. «Держи рот закрытым!» Нет, этого от нее никто не может требовать! Она должна с кем-нибудь поделиться. Пусть кто-то другой разберется, что делать, — не она!
И тогда обезумевшая мать обратилась к единственному мужчине по соседству, которому чрезвычайно доверяла: своему будущему зятю, герою, прославленному на весь мир, который скрывался в поместье Морроу от журналистов. Его звали Чарлз Линдберг.
Чарлз Линдберг! Этот отчаянный молодой человек, который два года назад — 21 мая 1927 года — первым перелетел на самолете через Атлантику! Мировая сенсация!
Позднее похищение ребенка Линдбергов в 1932 году тоже стало мировой сенсацией. Трагическая история, которая тоже была приписана «безымянному убийце». Многие помнят об этом или по крайней мере что-нибудь слышали. Но почти никто не знает предысторию, которая разыгралась тремя годами ранее: будущая золовка Линдбергов, Констанс Морроу должна быть похищена и убита, если не удержит рот закрытым и не принесет по первому требованию вымогателя пятьдесят тысяч долларов.
Пятьдесят тысяч долларов — точно такая же круглая сумма была впоследствии потребована за жизнь сына Чарлза Линдберга.
Миссис Морроу была убеждена, что сделала правильно, когда доверилась жениху своей дочери. Мужчина, которому удалось на смехотворно крошечном аэроплане перелететь через Атлантику, которого ничто не могло сломать, не спасует перед такой опасностью! Мужчина будет действовать быстро, не теряя самообладания. Он определенно тот самый подходящий человек!
Кроме того, миссис Морроу не имела никакого другого выбора: ведь незадолго до свадьбы вся печать буквально сошла с ума по Линдбергу! Буквально целая армия репортеров со всего света осаждала семейное поместье в Энгельвуде. Упорно и… напрасно с того момента, как Чарлз и Анна спрятались. Также несколько истеричных папарацци пытались пробраться в Милтон-колледж в надежде вытянуть какую-нибудь трогательную историю от малышки Констанс, что-нибудь вроде: «Мой зять и моя сестра — одинокий орел и воркующая голубка».
Как сможет бедная девочка в таком бедламе удержать рот закрытым? Констанс проговорится, это наверняка. И тогда она — покойница!
Линдберг долго не размышлял и действовал очень решительно. Сперва он позвонил директрисе колледжа, чтобы выяснить еще какие-нибудь подробности, так как из лепета миссис Морроу ничего толком разобрать было нельзя. И как только он все узнал, то тут же вышел из себя! Как могла преподавательница рассказать обо всем полиции?! Позже, когда все уже будет позади, она обязательно ответит за это неслыханное проявление слабости. Позже. А сейчас злиться не имеет смысла. От этого один только вред.
Затем Линдберг связался с Джеймсом Треверсом, тем самым, уже знающим о письме начальником полиции. С самых первых слов между двумя мужчинами возникло острое противостояние:
— Мистер Линдберг, мы хотим держать это дело в строгом секрете и заманить убийцу в ловушку. Это единственный способ с ним разделаться!
— Она вообще не будет никакой приманкой для заманивания в ловушку! Она должна быть в стороне от этого! Так решила семья!
— Слишком поздно, мы должны учитывать и интересы всего колледжа!
— Нет уж! Это дело не имеет никакого отношения к колледжу, а только к моей золовке!
— Все ученицы в опасности, пока мы не поймаем убийцу! Он уже убил одну из трехдевушек, и с большой вероятностью — всех троих.
— Вот именно! И Констанс не будет четвертой! Держитесь от этого дела подальше! Я увезу Констанс! И только на самолете! Я увезу свою невесту, свою тещу и Констанс в надежное место! На остров!
— Линдберг, вернитесь на землю! Мы сейчас не над Атлантикой! Как вы думаете, что произойдет, если вы поступите так безрассудно? Целая толпа журналистов будет штурмовать ваш остров, и убийца сразу же поймет, что малышка проговорилась! Да, и тогда он совершенно спокойно сможет подготовить убийство, скрывшись в толпе!
— Никто не знает, куда мы полетим! Меня будут преследовать, это я понимаю, но все равно у меня останется преимущество во времени, чтобы спрятать Констанс!
— А потом?! Как долго вы намерены ее укрывать? Неделю? Месяц? Год?
Этот аргумент сразил Линдберга, и он позволил Джеймсу Треверсу себя убедить, но только поспешил его предупредить: до 1 мая Констанс ничего не угрожает. Если, конечно, убийца не заметит, что она проговорилась! Поэтому она должна оставаться в колледже и вести себя так, словно ничего не произошло. И никто не должен за ней следить. Это может встревожить вымогателя. Линдберг будет с ней созваниваться… да, это поможет малышке, если она будет знать, что он заботится о ней, он, великий герой!
Прошло две недели, прежде чем К-онстанс нашла второе письмо в своем шкафчике. Указания были четкими и подробными: в такой-то день, в определенное время девушка должна перебросить деньги через ограду в одном саду. Убийца придумал для Констанс невероятно сложный маршрут через весь город. Она должна многократно пересаживаться с одного автобуса на другой, и к письму прилагался длинный список маршрутов, остановок и временных интервалов.
Между шефом полиции Джеймсом Треверсом и национальным героем Чарлзом Линдбергом вновь разгорелась словесная перепалка:
— Мистер Линдберг, мы поставим наших людей на всем пути Констанс. В каждом автобусе, на каждом углу, повсюду девушку будут сопровождать полицейские! И убийца ничего не заметит!
— Об этом не может быть и речи! Я считаю, что это слишком рискованно! Ночью я заберу Констанс из колледжа, и мы улетим прочь. Ночью! Это мое последнее слово.
— Подождите немного, мистер Линдберг, мне пришла в голову одна идея! Давайте пойдем на компромисс: Констанс покинет колледж в предыдущую ночь, о'кей… Я все понимаю! Мы поместим в ее комнату молодую девушку, добровольного помощника полиции. Она принесет деньги на следующий день. Но вы должны мне обещать вот что: вы с Констанс останетесь в Энгельвуде и не будете и носа оттуда высовывать! Вы никуда не улетите, пока убийца не окажется у меня в руках! Если он что-нибудь заметит, то Констанс, считайте, уже мертва! Поймите это наконец!
— Хорошо! Я подожду — но только один день! Если вы до окончания этого срока не схватите негодяя, мы с Констанс улетим. Один день, вы слышите? И ни минутой больше!
— Я сделаю все, что возможно. Будем надеяться, что преступник окажется хорошо воспитан и прибудет на место вовремя!
В ночь на 18 мая 1929 года в колледже, в обстановке повышенной секретности, одну девушку заменили другой. Добровольная приманка полиции поселилась в комнате Констанс, а мужественная пятнадцатилетняя девушка, которая на протяжении нескольких недель столь мастерски играла свою роль, была перевезена в Энгельвуд под надежной охраной. Это было очень опасное предприятие, но прекрасно спланированное и проведенное, так что убийца ничего не заметил.
На следующий день, в девятнадцать часов десять минут — строго по указаниям из письма — лже-Констанс покинула колледж с пакетом денег в руках. Полицейская машина заработала. Все шло по плану в точности до минуты, даже секунды.
Было уже довольно темно, когда она наконец добралась до маленькой, отдаленной от центра города улочки, где должна была перебросить пакет через стену. Улица кишела полицейскими — но совершенно незаметно для постороннего глаза! У шестого фонаря она остановилась, подождала пять минут ив назначенном месте перебросила деньги через двухметровую стену. Готово! Затем она развернулась и бросилась бежать, как, несомненно, поступила бы на ее месте настоящая Констанс.
Пакет упал на заросшую сорной травой землю в саду. Полицейские могли наблюдать через бинокли, что творится вокруг. Но ничего не происходило. Прошло четверть часа, полчаса, час… по-прежнему ничего. Стало совсем темно. Судя по всему, преступник спокойно ждал где-то неподалеку. Он мог себе это позволить. Джеймс Треверс, в свою очередь, тоже мог подождать. Два-три дня. Почему бы и нет? Ведь деньги лежат в саду под более надежной охраной, чем в любой сокровищнице! Но… «Только один 'день…» — сказал Линдберг. Значит, до утра. Времени в обрез.
Ночь, казалось, тянулась бесконечно. Время как будто остановилось.
Когда настало новое утро, весь город проснулся со свежей новостью на устах, только что отпечатанной в газетах. И на этой маленькой улочке тоже показался мальчишка, который вскочил ни свет ни заря, чтобы продать мировую сенсацию:
«Ночной полет Чарлза Линдберга! За неделю до собственной свадьбы Линдберг улетает в неизвестном направлении! С ним улетели миссис Морроу и ее две дочери, Анна и Констанс! Наш корреспондент следует по пятам! Все подробности в следующем выпуске! Ночной полет Чарлза Линдберга! За неделю до собственной свадьбы!…» Черт его побери!
Джеймс Треверс кипел от возмущения. Все напрасно! Операция сорвана. Теперь убийца ни за что не подойдет к этим деньгам. Чертов Линдберг! Он ведь даже послал телеграмму в американское посольство в Мехико, чтобы убийцу было еще сложнее поймать! И теперь мистер Морроу где-то на пути к Вашингтону… Все это негодующий шеф полиции изложил своим подчиненным в собственном бюро:
— Летающий идиот! Да, вот кто он такай! Тояве мне, птичка! Одинокий орел! Посмотрим, как ему будет одиноко на этом затерянном острове!
Когда Одинокий Орел опустился на водные шаеси у маленького одинокого островка Северный Хейвен, все было спокойно. Просто идиллическая вечерняя тишина. Но стоило Линдбергу вместе со своими пассажирками показаться на мостике, как во всех укрытиях на берегу закопошились спрятавшиеся журналисты. Его поджидали!
Только теперь Линдберг наконец понял, что полицейский был прав. Из-за этих охотников за сенсациями Констанс оказывается еще в большей опасности, чем была. И все по его вине! Теперь ему стало ясно, что значит быть «национальным героем» и какую фатальную роль может сыграть его популярность. Он должен лететь, лететь куданибудь в другое место. Этот ночной полет напоминал кошмар. Сперва он попытался приводниться у ХемстедХарбора, но прямо оттуда взлетел в направлении ХендиПойнта. Там покружил над посадочной полосой, но был вынужден выйти на крутой вираж и направиться^ МанхассетБею. Но повсюду было одно и то же, У него не было ни малейшего шанса попасть куда-то, где его бы не. ждали. Шла беспощадная травля.
Что же случилось у Одинокого Орла? — волновало журналистов. Почему он улетел вместе с семьей Морроу за неделю до своей свадьбы, как беглец?
У Линдберга не было выбора, ему нужно было заправиться горючим. А это значило — обратно в Энгельвуд. Было уже совершенно темно, когда он закружил над поместьем Морроу, но это не дало ему ни малейшего преимущества перед преследователями. Им не нужно было совершать посадки вслепую, не нужно было так рисковать, ведь они шли за ним по земле. Энгельвуд был заполнен, как какой-нибудь стадион. Спасибо домашним и одному другу, который прибыл в Энгельвуд, когда узнал о полете: благодаря им Линдбергу и трем женщинам, Констанс в том числе, удалось пройти в дом невредимыми.
Но что делать теперь? Одно ясно: убийца ждет своего часа, затерявшись в толпе.
Теперь был только один выход. Если это поможет… Своре надо кинуть кусок пожирнее! И поэтому на следующий день Линдберг позволил «проскользнуть» в газеты такой информации: якобы «он в тесном семейном кругу тайно сочетался браком с Анной Спенсер Морроу и направился со своей женой в свадебное путешествие. Бессмысленный ночной полет был только отвлекающим маневром, чтобы в пылу сражения им самим уехать на автомобиле…» В мгновение ока Энгельвуд опустел. Получилось! Теперь, наконец, Джеймс Треверс мог охранять малышку Констанс по своему методу.
И весьма успешно, если судить по тому, что через три года, 1 мая 1932 года, девушка счастливо и безмятежно жила в Милтон-колледже и готовилась к выпускным экзаменам. В этот день Констанс узнала, что ее маленький племянник — Чарлз Линдберг-младший, «дитя нации» — похищен.
Труп нашли 12 мая, точно в тот день, когда его жизнь должны были выкупить за пятьдесят тысяч долларов.
Линдберг хотел ее спасти. По-своему, на авантюрный лад.
Одинокий Орел хотел пролететь над всеми горами мира… Но теперь ему было некуда лететь.


Часть вторая
ДВЕРЬ В ЗАЗЕРКАЛЬЕ

ТЕНИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ

Рассказывает А. Борисов

С Алексеем я познакомился несколько лет назад, но до сих пор не знаю ни его фамилии, ни адреса… Доподлинно известно лишь то, что он москвич, и то, что каждое лето вместе со своими товарищами Алексей выезжает на места былых боев Великой Отечественной… Появляется и исчезает Алексей неожиданно. Вот и теперь он позвонил неожиданно…
— Давай встретимся… Есть разговор, -многообещающе сказал Алексей и повесил трубку.
Сразу замечу, что Алексей с товарищами не охотники за оружием, — на этот вид находок в компании Алексея наложено табу — «Оружие не брать!». Желанными же находками являются: воинская атрибутика, предметы быта: ножи, бутылки, фляги и прочая мелочь… В почете и неожиданные в местах боев находки — так, в позапрошлом году Алексей нашел в разрытом блиндаже россыпь довоенных немецких значков… Видать, потерявший их немец был завзятым коллекционером!
В этих походах по местам, так сказать, боевой славы с ним и его товарищами частенько происходят как курьезные, так и странные, а где-то и страшные случаи…
Через полчаса после телефонного разговора мы уже сидели в скверике возле «Макдоналдса», что у метро «Пушкинская».
— Алексей, как вы съездили в этом году?
— Да неплохо… Снова, как и год назад, работали в Брянских лесах, в верховье реки Жиздры, где почти полтора года с зимы 1942-го по конец лета 1943 года стоял фронт…
— Были интересные находки?
— Находки у нас традиционные — наши и немецкие солдаты, навсегда оставшиеся в-русской земле, и предметы их быта…
— И сколько вы откопали в этом году?
— Отрыли шестерых наших и одиннадцать немцев, причем четверых солдат вермахта в заваленном блиндаже на берегу реки Жиздры… Как бомба или снаряд попали туда, так они там все и остались. Стали мы аккуратно рыть… Почва там песчаная — работать легко. Разрыли накат, перепилили бревна и отрыли истлевшие немецкие сапоги с торчащими из них костями… Стали рыть аккуратнее… Вот тазовые кости, позвоночник, ребра… Потихоньку и остальных отрыли… Четверых… Один, видимо, был офицер — с крестом… Пока работали, потихоньку стало смеркаться… Мы оставили скелеты возле ямы, а сами расположились метрах в двухстах, на полянке…
А вот ночью стало происходить черт-те что! Мы народ привычный… Спать в Лесу нам не впервой… Но тут… Такого еще не было! Ночью нас разбудил дежурный — Валера. «Ребята, — говорит, — что-то происходи», а что — не пойму!» Мы повскакали… Слушаем… А там, за лощиной, где мы копали, слышны немецкая речь, немецкие марши, смех, лязг гусениц… Мы, честно говоря, перепугались… Собрали, вещички и отошли к реке — это с полкилометра… Там до утра и просидели…
— Но к блиндажу-то вернулись?
— Да, конечно. Утром пошли снова туда… Все на месте… Ничего не тронуто… Лежат скелетики, как мы их и оставили… Но чуть дальше прошли, а там… Танковые ямы…
— Это еще что?
— Укрытия, в которых стояли танки… И самое поразительное — свежие следы гусениц!!! Мох весь изрезан, словно только вчера здесь какие-то «пантеры» ездили!
— Может, какие-то местные трактористы развлекались?
— Если бы! Там до жилья ближайшего километров десять! Глухомань! Даже не знаю, что и подумать! Следы явные — ночью танки ходили… Да мы и рев двигателей слышали… Мистика!
— А с немцами-то что сделали?
— Похоронили, как положено. Так в общей могиле их и зарыли… Правда, и тут не обошлось без приключений…
— Еще что-то?
— Да! Мы все вообще-то приучены к останкам относиться с почтением, аккуратно… Но новичок наш Константин — первый раз с нами был… Как бы это выразиться — был несколько беспечен и непочтителен к останкам…
— В чем это выражалось?
— Да он рыбак, везде с удочкой телескопической ходил… Он кости этой удочкой трогал да ногой пару раз их ворошил, хотя мы его и осаживали…
— И что?
— А то, что, когда мы вечером снова к реке возвращались, он споткнулся, что называется, на ровном месте… Удочку сломал и пальцы на ноге сильно ушиб… Причем той самой, что кости трогал! До сих пор хромает…
— Может, совпадение?
— Какие тут совпадения?! Удочкой трогал? Трогал! Сломалась! Ногой трогал? Было дело! Ногу тоже повредил… Я-то сам давно понял, расплата неминуема, если это касается мертвых…
— А еще какие-то подобные случаи были?
— Да… Как-то опять заночевали прямо среди леса. Стемнело… Ночью заметили метрах в ста пятидесяти от стоянки странное свечение. Утром подошли к тому месту. Стали искать. Заметили верхнюю часть каски… Разрыли… Двоих нашли -одного на другом… Тоже немцы… Один другого, видимо, из-под огня тащил на себе, да не донес — самого убили… Вот так! Похоронили обоих…
— А что-то подобное, типа лязга гусениц, раньше было?
— Нет, я восемь лет хожу, а это впервые! А вот стоны в лесу по ночам часто слышим… Это постоянно… Каждый год такое случается… И всегда где-то неподалеку находим непохороненных солдат.
— Может, кажется?
— Да нет! Людей надо хоронить по-человечески… А тут где солдат был убит, ранен… как упал, так до сих пор и лежит… Сколько их — и наших, и немцев по оврагам и лощинам непохороненными лежат… Вот в прошлом году овражек нашли — там наших человек пятнадцать, а может, и более до сих пор лежат… Как их в лощине побили, так они там и остались… Да били, видать, крепко… Каски — в лепешку! Копнешь — фаланги пальцев, обломки костей, истлевшее обмундирование! А оружие — винтовочкитрехлинейки. Кругом воронки от мин… А рядом на горушке, которую им, видать, взять приказали, — груда немецких гильз, ящики из-под мин валяются… И ни одной воронки! Это получается, с голыми руками на пулеметы и минометы шли! Ужас!
— Где ты научился читать «картины» боя?
— Эх… Сколько лет уже хожу по лесам — глаз наметан… Да и не один я, все вместе «читаем».
— Какие планы на будущее?
— В 1997 году поедем в другие места… Куда-нибудь поближе к северу… В район Нелидова, Великих Лук — там тоже бои были, дай боже! Да и места поглуше, чем под Брянском… И вообще слишком много появилось копателей! «Черные» ведь могут и убить… Им оружие надо… А у нас другие цели… Кстати, вот тебе сувенирчик! Пока!
Алексей протянул небольшой сверток и быстрым шагом направился к метро… Я развернул бумагу… В руках у меня оказалась алюминиевая солдатская пряжка с орлом и готической надписью на немецком: «С нами Бог!»…
Алексей уже скрылся в подземном переходе, и я мысленно пожелал ему удачи в этих странных, непонятных для меня поисках.

ДОМАШНИЙ КОНЦЕРТ НА РИО-ДЕ-ВОЖИРАР

В свое время эта история не сходила со страниц парижских газет.
Поль Бордье сидел на скамейке в Люксембургском саду, прямо напротив большого пруда. Погода в тот день, 2 июня 1925 года, была солнечной и прекрасной. Люксембургский сад, что над бульваром Сен-Мишель, с давних пор стал, как это всем известно, своего рода «школьным двором» почтенной Сорбонны, Парижского университета — оазисом тишины и покоя посреди уже тогда очень шумного города.
Молодой человек, погруженный в свои мысли, перелистывал записи, сделанные аккуратным почерком в толстой тетради. Время от времени он поднимал голову и что-то про себя бормотал.
Ему было двадцать два года, и он учился на четвертом курсе медицинского колледжа. Еще неделя — и все! Ему остается не так уж много времени, чтобы подготовиться к экзаменам.
Поль выглядел очень нарядно в своем светлом костюме и модной соломенной шляпе а-ля Морис Шевалье. Отец Поля, уважаемый провинциальный врач, регулярно посылал ему деньги, которых хватало на удовлетворение всех его материальных потребностей.
Рядом с ним сел старик. Поль бросил на него быстрый взгляд — но достаточный, чтобы удивиться, как тот хорошо одет, правда, слегка старомодно — в сюртуке и цилиндре, с тросточкой с набалдашником из слоновой кости.
Примерно через минуту старик придвинулся поближе к Полю:
— Знаете, молодой человек, а ведь пятьдесят лет назад я тоже сидел на этой скамейке и, как вы сейчас, готовился к своим экзаменам!
Это вмешательство вовсе не разозлило Поля. Он работал уже два часа и, в конце концов, должен немного передохнуть! Кроме того, старичок выглядел занятным — в нем были некие шарм и грациозность. Почему бы не поболтать с ним немножко? И они начали беседовать о медицине, пока старик вдруг внезапно не сменил тему: — Вы любите музыку?
Поль испытывал слабость к чарльстону, но… к музыке? Почтенный господин явно имел в виду классику, и Поль, чтобы не произвести на своего собеседника неблагоприятное впечатление, с пылом ответил:
— Да, очень!
— Так я и думал! Не окажете ли вы мне любезность — прийти на домашний концерт? Мы даем его в следующую среду, в семейном кругу. Мы будем исполнять Моцарта!
Прежде чем молодой человек успел что-либо ответить, старый господин встал и отрекомендовался, приподняв цилиндр:
— Вот моя визитная карточка, юный друг! Приходите, скажем… в девять часов вечера!
Поль озадаченно смотрел, как его собеседник удаляется размеренными шагами. Затем поглядел на визитку: Ипполит Мансо, 28, рю-де-Вожирар. «Странное приглашение, — подумал он удивленно. — Должно быть, я ему действительно понравился или напомнил о его собственной юности!» И хотя он отнюдь не был ярым поклонником классической музыки, Поль решил пойти на концерт, куда его пригласил любезный старик. В следующую среду. А пока — за работу!
9 июня 1925 года, ровно в девять часов вечера, с букетом роз в руке он позвонил в дверь на первом этаже дома 28 по улице Вожирар. Слуга открыл дверь и провел Поля в салон. Он зашел — и буквально окаменел на месте! Ничего подобного он увидеть никак не ожидал: все господа и дамы были одеты в наряды эпохи романтизма — сюртуки с высокими жабо, шелковые платья с кринолином. У мужчин были бакенбарды, а у женщин прически из спирально завитых прядей. Сама комната выглядела в том же стиле: мебель первой половины прошлого века, времен Луи-Филиппа. И естественно, никакого электричества, только свечи в канделябрах на стенах. Прямо у стены стояли концертный рояль и арфа — перед полукругом из кресел и канапе. Музыкальный уголок.
— Заходите, любезный друг! Вы даже не подозреваете, какую радость вы нам доставили, что пришли!
Поль Бордье тут же с неловкостью ощутил неуместность своего наряда:
— Я не знал, что речь идет о костюмированном вечере… иначе я бы, разумеется, с удовольствием оделся соответствующим образом.
Как ни странно, Ипполит Мансо на это ничего не сказал. Он доверительно подал юному гостю руку:
— Заходите! Позвольте мне вам представить… ^оя жена Клара, моя дочь Луиза и ее муж Жюль Фонсе, мой старший внук Адриан, кадет в морской школе, Эдуард Мансо, мой внучатый племянник, студентюрист третьего курса…
Озадаченность Поля росла с каждой секундой. Какой странный способ представлять гостей! Может быть, у старика не все в порядке с головой? Ведь он ни разу не спросил о его имени! В самом деле, весьма необычно!
Дальнейшие события этого вечера были не менее удивительными. Ипполит Мансо провел его к креслу прямо перед роялем. Оба внука взяли по скрипке, Клара села к роялю, и домашний концерт начался.
Бордье был в большом замешательстве. Остальные члены этого забавного семейства расположились вокруг него — но ни один из них не произнес ни единого слова. Они даже не кивнули из вежливости головой. Что там будут играть — Моцарта? Что это за прием, где людям даже не предлагают освежающие напитки, где никто не шевельнется, не обменяется парой незначительных слов? Что это вообще за люди?
На маленьком свечном столике рядом с собой Поль все же усмотрел пепельницу. Значит, здесь можно хотя бы курить. По крайней мере это — одну сигарету — он себе позволил, исключительно чтобы не заскучать.
Звуки Моцарта наполнили комнату. Теперь Бордье ничего плохого не думал о домашнем концерте Мансо, а только радовался. И само собой разумеется, никакой скуки он уже не испытывал — только время от времени обегал взглядом освещенный свечами салон. Никто не смотрел на него — как будто его здесь и не было. Все семейство сидело с закрытыми глазами, словно в экстазе.
И еще одна странность бросилась ему в глаза: на стене за роялем висел ряд картин — своего рода портретная галерея предков, только это были не изображения давно умерших пращуров, нет! На картинах были представлены все присутствующие в невероятно реалистичной манере, как будто на фотографиях. Загадочная семья, черт побери! Почему они все изображены в этих нелепых старомодных одеяниях?
Казалось, концерт длился бесконечно. Как только завершалась одна пьеса, три музыканта принимались за следующую. Даже не делая паузы, чтобы хотя бы перевести дух. И они играли не по нотам, а по памяти — как профессиональные музыканты, только, может быть, не столь виртуозно.
Когда отзвучала последняя нота, была почти полночь. И тогда Ипполит Мансо в первый раз повернулся к юному гостю: — Я надеюсь, вам понравилось? — Очень…
Поль Бордье подождал еще пару минут. Но больше никто к нему не обращался. Тогда он понял, что званый вечер закончен, и стал прощаться:
— Что ж… Для меня это было большим удовольствием. Я хотел бы от всего сердца поблагодарить вас за любезное приглашение и за чудесную музыку. Старый хозяин поднялся на ноги и рассмеялся:
— Очень мило, 410 вы нам оказали эту честь. Оревуар, месье.
И вот Поль уже перед дверью на лестницу в прихожую. Еще никогда он не был настолько сбит с толку. Медленно он начинает спускаться.
На улице сразу же достает сигареты из кармана и принимается искать зажигалку. И тут же вспоминает, что оставил ее на маленьком круглом столике. Он тут же возвращается, поднимается наверх и звонит в левую дверь на первом этаже.
Как хорошо воспитанный молодой человек, он звонит недолго и ждет. Ничего. Минуту спустя пробует еще раз. И опять ничего! Он прижимает ухо к двери: полная тишина. Его охватывает гнев! Хватит меня дурачить! Теперь он звонит с яростью, долго и пронзительно — и снова напрасно. Он не намерен больше терпеть подобное — пусть хозяева пеняют сами на себя! И Поль начинает барабанить в дверь, как совершенно некультурный дикарь: «Открывайте! Да впустите меня, наконец! Я же знаю, что вы там!» Дверь открывается -но не та, а соседняя. На пороге появляется явно разозленный мужчина в домашнем халате:
— Эй, прекращайте стучать! Что вы вообще здесь делаете?
— Что я делаю? Я хочу пройти к Мансо! Не пойму, неужели там никто ничего не слышит?
— Не слышит? Да вы смеетесь!
— С какой стати?
— Да с той, что в этой квартире уже пятьдесят лет никто не живет! Убирайтесь отсюда!
Гм— м-м… Это чересчур даже для такого благовоспитанного молодого человека, как Поль Бордье. Довольно резко он заявляет соседу: -Я не верю ни единому вашему слову! Я даже не знаю, кто вы такой, — я не имел чести… Заботьтесь-ка лучше о своих делах и не лезьте в мои!
Обыкновенно столь сдержанный юноша теперь вне себя от гнева. В ярости он толкает дверь в квартиру Мансо плечом. Удар вышел мощный! Но это ни к чему не приводит — толстая старая дверь из прочной древесины даже не шелохнулась!
В сердцах он отходит назад, желая хорошенько разогнаться, когда появляется второй незнакомец, тоже в домашнем халате. Человек задыхается, потому что поднимался по лестнице бегом. Явно консьерж. Непривычный шум — да еще посреди ночи — заставил его покинуть обычное место своего пребывания:
— Что за беспорядок?
Поль Бордье даже не посмотрел на него, продолжая разбираться с дверью. Сосед, живший за правой дверью первого этажа, объяснил ситуацию вновь прибывшему:
— Месье Дюпюи, этот человек спятил! Лучше всего побыстрее вызвать полицию!
Тут студент оторвался от своей возни с дверью — резко кивнул обоим и крикнул:
— Да-да, правильно, зовите полицию! С меня хватит, вот что я вам скажу! Мы еще посмотрим, кто здесь сошел с ума!
Через десять минут консьерж появился с двумя жандармами. Поль тем временем слегка остыл и успокоился — он просто само благоразумие — и объяснил двум служителям правопорядка, что этим вечером он был в гостях у Мансо и распрощался с хозяином всего четверть часа назад… а теперь тот отказывается впускать его обратно! Он только хочет забрать свою зажигалку, которую оставил в квартире.
— Этот человек — сумасшедший! Я работаю здесь консьержем и прекрасно знаю, что уже двадцать пять лет в эту квартиру никто не заходил!
Поль Бордье устало, спокойно и, может быть, немного снисходительно еще раз пояснил гак, как разговаривают с упрямыми детьми:
— Господа, я вас прошу. Поверьте мне. Я говорю правду. Я не сумасшедший и не пьяный, месье Дю… Дюпюи, если не ошибаюсь? Так вы — здешний консьерж? Тогда у вас должен быть ключ от этой двери, не так ли? Принесите его, я вас прошу. И откройте, наконец, эту дверь. Тогда вы все сможете убедиться, что я ничего не придумал.
— Да как вы себе это представляете? Как я могу вломиться сюда без разрешения хозяина? — А он живет далеко, этот хозяин? — Нет, прямо на углу.
— Ну вот! Сходите за ним! Эта история должна быть прояснена окончательно!
Прошло еще четверть часа, прежде чем консьерж вернулся с низкорослым лысым мужчиной в очках. Поль Бордье бросился к нему:
— Ипполит Мансо сегодня вечером пригласил меня на домашний концерт! Вы ведь его знаете, не так ли?
Сонный маленький человечек не отвечал. Он недоверчиво огляделся, как будто ощущал себя только что свалившимся с луны. Затем он кивнул консьержу, который принес с собой огромную связку ключей, и пробормотал:
— Откройте ее как-нибудь потише. Месье Дюпюи нервно перебрал ключи от всех квартир и в конце концов нашел нужный. Между тем студент вновь попытался объяснить суть дела владело цу квартиры. В качестве подтверждения своих слов достал визитную карточку из кармана:
— Видите? Здесь стоит черным по белому: Ипполит Мансо, 28, рю-де-Вожирар! Здесь разве что-то неясно или, может, написано нечетко?
Лысый уставился на карточку и ничего не сказал. — Скажите, в каком родстве вы состоите с этим Ипполитом Мансо? Извините меня за навязчивость… Вероятно, он ваш отец? Или ваш дядя?
Квартировладелец еще раз поглядел на визитную карточку и после паузы, длившейся целую вечность, наконец ответил:
— Ипполит Мансо был моим прапрадедом. Консьерж наконец справился со своей задачей и со скрипом вставил ключ в замок. Поль Бордье с трудом дождался этого момента и теперь ринулся к двери. Остальные пятеро мужчин — сосед, консьерж, хозяин квартиры и двое жандармов — не осмеливались сделать и шагу. Бордье нетерпеливо сказал:
— Признайтесь, вы меня разыгрывали? Тут уже квартировладелец не смог промолчать:
— Ипполит Мансо умер в 1870 году. В том году я родился.
Дверь распахнулась. Никто по-прежнему не отваживался войти. В помещении было темно, и консьерж произнес с раздражением:
— Ну вот еще! Света нет! Ясно, после пятидесятито лет! Подождите, я принесу керосиновую лампу!
Поль Бордье потерял самообладание. Он шагнул в проем двери. Внутри все было неприветливо тихо. Мертвенно-тихо.
Шаги консьержа раздались на лестнице, и засиял зеленоватый свет керосиновой лампы. Но перед открытой дверью консьерж остановился. Владелец вошел первым.
— Месье Дюпюи, теперь идите вы! Иначе мы простоим здесь всю ночь!
Консьерж с явной неохотой ступил за порог этого негостеприимного, явно давно покинутого людьми жилища… Он передал потомку семейства Мансо лампу и уже решительно шагнул вперед. Бледный как смерть.
Покрытый пылью голый паркет скрипел при каждом шаге. Повсюду на стенах висели ковры — большей частью ручной работы. Сильный запах гнили, пропитавший затхлый воздух, был просто непереносим, Дрожащим пальцем студент указал на двустворчатую дверь:
— Там… там салон! Владелец квартиры сглотнул слюну:
— Точно.
— И музыкальный уголок прямо справа. Там стоит концертный рояль, рядом арфа и полукругом — кресла и канапе.
— Да, все так. Мы, наследники, ничего не меняли, оставили все, как было. Ничего не продавали и не передвигали.
Он распахнул дверь салона — и в самом деле, все внутри выглядело точно таким же, каким описывал Поль! Юный студент указал на стену за роялем:
— Дайте мне лампу! Спасибо! Вот… вот, посмотрите! Все портреты точно там же, где они были полчаса назад!
— Они висят так уже пятьдесят лет. Мы ничего не убирали. Только покрыли кресла от пыли.
— А здесь! Вот Ипполит Мансо… и вот! Его жена Клара!
Все в комнате едва дышали. Никто не шевелился. Поль водил лучом лампы от одной картины к другой. Застывшие, улыбающиеся лица выплывали из прошлого — исчезали и снова появлялись на стене в призрачно сверкающем свете.
— Это Луиза и Жюль Фонсе! А это — Альфред Мансо, семинарист! Глухой голос владельца квартиры только уточнил:
— Мой двоюродный дядя. Он был миссионером. И пропал где-то в Африке.
— Адриан Мансо! Кадет в морской школе!
— Это еще один двоюродный дядя. Когда он умер, то имел чин адмирала.
— Эдуард Мансо! Он изучал юриспруденцию.
— Это мой родной дед. Умер в 1900 году. Был известным адвокатом. Поль Бордье огляделся, подошел к маленькому свечному столику и закричал, как будто хотел отогнать кошмарный сон: — А вот… смотрите! Это моя зажигалка!

ПРОИСШЕСТВИЕ У РЕКИ ЭЛКХОРИ

Эта загадочная история, случившаяся в 1881 году в Соединенных Штатах, долгое время волновала многих людей. Понадобилось почти сто лет, чтобы наука могла более или менее достоверно объяснить загадку чудодейственного спасения обреченных пассажиров.
В ночь на 28 декабря на Восточномпобережье США бушевала метель. Температура была чуть ниже нуля, липкий снег, подхватываемый сильным ветром, быстро превращался на дорогах в ледяную корку. Прохожие старались не высовывать носа из дому. Но даже жуткая непогода не могла стать помехой для работы железнодорожных компаний, соревновавшихся друг с другом в пунктуальности отправки поездов по расписанию.
Машинист Девид Гарнет вышел из дому с большой неохотой. Два дня назад он обвенчался с молодой и красивой Мери Уоррен. Дома было тепло и уютно, топилась печь, хлопотала по хозяйству жена. Но работа есть работа — через несколько часов ему предстояло вести курьерский поезд на запад. То ли из-за ненастной погоды, то ли после грустного расставания с Мери, но на душе у Девида было тревожно. Хотя он не был новичком в своей профессии и знал, какие сюрпризы можно ожидать в такую ночь, когда под колесами — не рельсы, а лед и видимость близка к нулю.
В депо Гарнет вместе с помощником тщательно осмотрел паровоз, проверил тормоза. Помощник наполнил песком ящик и взял еще несколько мешков про запас — при такой гололедице песок придется постоянно сыпать под колеса во время торможения.
И вот наконец пары разведены. Пассажиры заняли места в шестнадцати вагонах, трижды прозвенел колокол, паровоз дал свисток, и курьерский поезд, пыхтя, начал набирать скорость. В застекленной кабине локомотива было тепло, но скоро оконца плотно залепило снегом, и машинисту с помощником приходилось ежеминутно высовываться наружу, чтоб хоть что-то увидеть впереди. Снег вперемешку с дождем и бешеным ветром больно бил в лицо, до слез резал глаза. Было уже темно, и, хотя перед трубой паровоза горел яркий фонарь, ему удавалось отвоевывать у ночи и метели лишь несколько метров впереди мчащегося поезда. Железнодорожники вели состав, больше полагаясь на интуицию и Божью помощь.
Вдруг Девид от неожиданности вздрогнул. Ему показалось, что в свете фонаря мелькнуло что-то живое. Он смахнул с лица снег, вытер слезящиеся глаза и… понял, что клубы пара, освещенные фонарем, явно складывались в женскую фигуру. Она двигалась вместе с поездом, то приближаясь к нему, то удаляясь. Временами таинственная фигура терялась во тьме, но через мгновение снова выныривала из снежной мглы. Женщина, казалось, бежала по воздуху. Когда она приближалась к кабине, можно было даже рассмотреть черты ее лица.
— О Боже! Это же Мери! — воскликнул пораженный Девид. «Неужели у меня галлюцинации?» — подумал он, но тут выяснилось, что и помощник машиниста тоже рассмотрел в снежной пелене женскую фигуру. Кочегар, покинув свой пост у топки, высунулся в окно и… увидел то же самое!
Теперь они внимательно наблюдали за видением. Когда женщина оказывалась совсем близко, на ее лице читался то ли испуг, то ли страдание. Девид совсем потерял самообладание. «Наверное, Мери сейчас умерла и ее дух прощается со мной», — сказал он помощнику. Коллега пытался успокоить Девида: ничего, мол, страшного с Мери не случилось, она спокойно спит в тепле, разве что тоскует по муженьку. Мерещится, вот и все, в этакую ночь и не такое привидится. Словно услышав его, образ Мери исчез и больше не появлялся.
Девид благополучно довел поезд до промежуточной станции, где узнал, что и кондуктор из окна вагона тоже видел призрак женщины. Вот только пассажиры ничего подтвердить не смогли — они мирно спали в теплых вагонах. Мужчины пришли к выводу, что этот знак послан им неспроста: тайные силы предупреждают их об опасности. Впрочем, долго раздумывать некогда — пора было отправляться дальше. Погода ничуть не улучшилась. Снег с дождем сменился холодным ливнем, ветер усилился. Навстречу прогрохотал товарный поезд. Приближался мост через реку Элкхорн.
В этот самый миг перед паровозом вдруг снова появился образ Мери Уоррен! Но теперь ее взгляд был полон ужаса. Вытянув руки вперед, она будто пыталась остановить поезд. Глаза молили: «Девид, послушайся меня! Неужели ты не понимаешь, чего я хочу?!» А поезд несся на всех парах — сигнальные огни сообщали, что путь впереди свободен. Несчастная Мери сделала последнюю попытку остановить состав — и внезапно растворилась в ночной тьме. Через несколько мгновений машинист и его помощник одновременно воскликнули: «Красный!» Прямо у них на глазах сигнал светофора изменил цвет.
«Срочное торможение!» — закричал Гарнет, и под колеса паровоза посыпался песок. Тормозные колодки заблокировали колеса, но тяжелый поезд продолжал катиться по обледеневшим рельсам.
«Полный назад!» — прозвучала команда Девида, и колеса закрутились в обратную сторону. Теперь, когда до моста оставались считанные метры, все трое — и машинист, и его помощник, и кочегар — отчетливо видели, что моста уже не существует: рельсы вели в пропасть, наполненную бушующей водой…
Песок и реверс хода наконец возымели действие: поезд остановился в трех-четырех шагах от разрушенного моста. В потрясении машинист поднял глаза на светофор и замер: там горел не красный, а зеленый сигнал! В то время, заметим, светофоров с дистанционным управлением не было — сигнал менялся вручную специальным служащим. Чтобы сделать это, ему нужно было открыть железный ящик фонаря особым ключом, имевшимся только у него, и ни у кого другого. Значит, мгновение назад, когда они начали тормозить, на светофоре не было красного сигнала опасности! Почему же они его увидели? Кто спас их от верной гибели?
В связи с этим происшествием было произведено тщательное расследование: допрошены многочисленные свидетели, проанализированы все обстоятельства дела. Выяснилось, что мост через реку Элкхорн рухнул буквально за мгновения до подхода курьерского поезда. В ту ночь через этот мост должны были проследовать навстречу друг другу с интервалом всего в двадцать минут два поезда — товарный и курьерский. Товарный преодолел мост благополучно. Путевой обходчик видел мост целым и зажег фонарь на светофоре, разрешая въезд курьерскому поезду. Из-за шума ветра он в своей будке даже не услышал, как вода снесла мост. Встречая курьерский, обходчик снова посмотрел на светофор и был удивлен, когда прямо на глазах у него поезд начал тормозить. Еще через несколько секунд, когда состав замер на месте, на светофоре горел прежний — зеленый — сигнал. Как и кто проделал этот фокус, обходчик объяснить не смог. Во всяком случае, при всем желании он сделать бы этого не мог — потребовалось бы намного больше времени. В общем, факт оставался фактом — произошло чудо, спасшее сотни жизней.
Комиссия, расследовавшая случай у реки Элкхорн, к показаниям машиниста Девида Гарнета отнеслась весьма скептически, сочтя его рассказ чистой воды галлюцинацией. Точка зрения комиссии нашла, к сожалению, поддержку и в газетах: репортеры, описывая злополучный рейс, выставляли Девида в смешном свете. Ему пришлось уволиться с работы, хотя его товарищи под присягой подтвердили, что и сами видели призрак женщины, очень похожей на Мери. Честь его была восстановлена, когда комиссия отказалась от своей первоначальной версии о зрительных галлюцинациях. Но пережитое потрясение не позволило машинисту вернуться на прежнее место работы, и дальнейшая судьба его неизвестна. Сохранились показания и Мери Уоррен. В ту роковую ночь женщина действительно спала и видела во сне кошмары. Она пыталась спасти мужа: бежала во сне перед поездом, останавливала его руками, но паровоз продолжал движение. Девид не понимал ее знаков. Мери проснулась в поту, дрожа от страха, с сильной головной болью. Подробности сна к моменту пробуждения забылись, поэтому она не помнила, от какой именно опасности хотела спасти мужа.
Этот удивительный случай оставался необъясненным долгие десятилетия. Правда, кто-то из парапсихологов видел в нем проявление телекинеза: именно с его помощью, считали они, была произведена смена цветов фонарей в светофоре, причем источником телекинетического воздействия была Мери Уоррен. Другие утверждали, что речь может идти о коллективном внушении. Мозг обеспокоенной Мери передавал во сне сигналы, предупреждающие об опасности. На эту же частоту оказались настроенными мысли членов паровозной бригады, работавших с максимальным напряжением физических и особенно психических сил. Известно, что в такой обстановке к пяти привычным чувствам как бы добавляется сверхчувственное восприятие…
Возникает и еще один вопрос: как спящая Мери могла узнать, что ее мужа подстерегает опасность именно у моста через реку Элкхорн?
Более или менее ясное объяснение тому, что случилось той далекой декабрьской ночью, наука смогла дать лишь во второй половине XX века. Американский врач-реаниматолог Р. Моуди в ставшей всемирно известной книге «Жизнь после жизни» приводит множество случаев отделения души от тела во время клинической смерти. Он, как и ряд других исследователей, считает, что душа получает на какое-то время свободу не только тогда, когда сердце больного останавливается на операционном столе, но и в некоторых других ситуациях. Например, при сильных стрессах, тяжелых травмах, во сне, после приема наркотиков и т. д. В этом необычном состоянии, получившем название «внетелесный опыт», люди обретают способность видеть свое тело со стороны (обычно сверху) и впоследствии точно описывают все, что происходило в помещении во время их пребывания вне тела: кто входил, что делал, говорил и т. д.
Но и это еще не все. Выяснилось, что существует немало людей, способных управлять процессом отделения души от тела. Таким даром были наделены многие маги и ясновидящие прошлого. С помощью определенной психотехники они «выделяли» своего астрального двойника и отправляли его в путешествие, чтобы получить информацию о событиях, происходящих в местах, удаленных от тех, где они находились сами.
Кстати, в США лабораторные исследования внетелесного опыта проводила Ассоциация психологических исследований в городе Дюрхэм, штат Северная Каролина. Специалисты доказали, что живые существа могут чувствовать присутствие отделенной от тела души в заранее выбранном месте.
Этим, собственно, и объясняется чудесное спасение курьерского поезда у реки Элкхорн. Но в данном случае важно отметить еще другое. Присутствие астрального двойника можно не только почувствовать, его можно и увидеть. Увидеть как призрак того человека, которому он принадлежит. Именно это, очевидно, и произошло в случае с Мери Уоррен, которая во сне пыталась спасти своего мужа.

ЧУДЕСНАЯ ВСТРЕЧА МАТЕРИ С СЫНОМ

В июле 1996 года, совершая рейс вокруг Европы из Одессы в Санкт-Петербург, наша белоснежная «Аркадия» ошвартовалась в самом центре Лондона, на почетной стоянке у Тауэрского моста.
Не один раз я бывал в столице Великобритании, в этом прекрасном городе на Темзе, но ни разу не удавалось посетить серокаменный дворец, напоминающий скорее крепость с четырьмя башнями, — здание всемирно известной страховой корпорации «Ллойд» на Лайм-стрит в лондонском деловом районе Сити.
Я давно мечтал увидеть здесь «Регистр Ллойда», куда заносятся сведения обо всех застрахованных погибших судах, «Красную книгу», где собраны сведения о судах, пропавших без вести, и конечно же легендарный бронзовый судовой колокол фрегата «Лютина», более ста лет извещающий двумя ударами хорошие новости и одним ударом — плохие, гибель какого-либо судна…
И вот наконец я у «Ллойда». В самом центре страхового зала на специальной конторке лежит большой фолиант в черном переплете из свиной кожи — тот самый «Регистр Ллойда», куда начиная с 1774 года заносятся исключительно гусиным пером (дань традиции) сведения о трагических кораблекрушениях. В этом солидном талмудерегистре собрано немало удивительных историй, но ни одна из них, пожалуй, не сравнится по своему драматизму с беспрецедентной эпопеей экипажа британской шхуны «Мермэйд».
…Погожим утром 16 октября 1829 года шхуна вышла из сиднейской бухты и взяла курс на Кольер-Бей, на западном побережье Австралии. Дул легкий бриз, лучи яркого солнца радовали глаз. На борту судна находился экипаж из восемнадцати опытных матросов во главе с капитаном Сэмюэлем Нолброу и три пассажира.
Шел четвертый день плавания. Команда отдыхала на палубе, поскольку работы особенно не было. Барометр не показывал ни малейшего признака изменения погоды. Но к двум часам дня судно попало в полный штиль. Густые серые тучи медленно заволакивали небо. Обеспокоенный капитан Нолброу поднялся на палубу. Барометр в этот момент резко пошел вниз. К вечеру в районе между Австралией и Новой Гвинеей штиль сменился резкими порывами ветра, и вскоре начался яростный шторм!
Огромные волны при свете вспышек молний одна за другой обрушивались на судно. Опытный капитан быстро оценил обстановку и понял свое бессилие перед стихией. В густом тумане очередная большая волна швырнула «Мермэйд» на рифы, шхуна получила пробоину и затонула.
Мгновение спустя все, кто был на борту, оказались в ревущей холодной тьме. Кипящее море оставило лишь одну надежду — добраться до одинокой голой скалы, выступающей из воды в сотне метров от места трагедии.
Когда наступил рассвет, оказалось, что спаслись все двадцать два человека. Три холодных дождливых дня провели они на скале, прежде чем их увидели с барка «Свитшу». С трудом пробившийся на четвертый день через рифы барк взял всех несчастных на борт.
Через три дня «Свитшу» достиг берегов Новой Гвинеи. Здесь неожиданно барк попал в мощное течение, не отмеченное на карте, которое выбросило его на скалы. Разбившись о камни, судно затонуло, но двадцать два человека со шхуны «Мермэйд» и четырнадцать с барка «Свитшу» уцелели и без потерь доплыли до небольшого острова.
Через несколько часов вблизи острова появилась шхуна «Губернатор Рэди», державшая курс в Папуа. Она взяла на борт всех потерпевших крушение. Однако не прошло и трех часов, как на борту «Губернатора Рэди» вспыхнул пожар. Попытки погасить огонь не дали никакого результата. Пришлось всем покинуть судно. Три команды с трудом уместились на имевшихся спасательных шлюпках. Теперь число бедствующих составило шестьдесят восемь человек, в том числе три капитана. Вокруг на сотни миль простиралось открытое водное пространство, лежащее в стороне от регулярных навигационных маршрутов. Не оставалось почти никакой надежды на спасение. И тем не менее шлюпки, набитые измученными людьми, через некоторое время были замечены командой австралийского военного корабля «Комет», который и взял всех на борт.
На седьмые сутки плавания «Комета» внезапно разразился жестокий шторм, который снес единственную мачту корабля, сорвал руль и оставил парусник «без руля и без ветрил». Вскоре неуправляемый корабль пошел ко дну. Несчастным мореплавателям снова пришлось спасаться — кому на хрупких шлюпках, кому вплавь, вцепившись в обломки судна. Через восемнадцать тягостных часов борьбы за выживание люди были подобраны пакетботом «Юпитер». Теперь на небольшом паруснике едва разместились восемьдесят пять моряков и четыре капитана.
Но и ему не было суждено дойти до цели. Ударившись днищем о рифы, «Юпитер» затонул. Потерпевшим бедствие людям удалось, спастись на скользких скалах. Счастливое спасение уже ста двадцати пяти неудачливых мореплавателей и пяти капитанов завершила шхуна «Сити оф Лидз», следовавшая в Австралию с сотней пассажиров на борту. На этот раз гнев моря иссяк, и шхуна благополучно завершила свое плавание.
Эта удивительная хроника имеет еще один неожиданный поворот. Пассажирка «Юпитера», пожилая дама Сара Ричи из Йоркшира, которая направлялась в Австралию на поиски своего сына Питера, пропавшего пятнадцать лет назад, нашла его среди членов экипажа шхуны «Мермэйд», которых «Юпитер» подобрал вместе с остальными потерпевшими крушение в открытом море!

ДВЕРЬ В ЗАЗЕРКАЛЬЕ

Британский медиум Дана Форсайт заявляет, что обнаружила дверь в неизвестное измерение и уверена в возможности вернуть обратно в нашу реальность тех людей, которые прошли сквозь нее. Но захотят ли сами эти люди, большей частью подростки, вернуться? Ведь, согласно Форсайт, другое измерение является копией нашего мира, но только без наших проблем.
В том мире никогда не было болезней, изнурительного труда, какой-либо дисгармонии, равно как и смерти. Другими словами, речь идет о небесах, но только на земле, утверждает Форсайт. Полиция, ясное дело, не удовлетворенная таким исходом дела, в свою очередь, продолжает искать подростков, начиная с первых двоих пропавших, юноши пятнадцати лет и девушки тринадцати, которые исчезли еще в 1989 году.
Затем, несколько месяцев спустя, пропали еще четверо, и все в Доме Смеха на ярмарке, проходившей в английском городе Кент. Самые недавние исчезновения — это пропажа пары восемнадцатилетних, которые так и не вышли из Дома Смеха летом 1992 года.
Хотя полиция испытывает большие сомнения относительно теории Форсайт, она вынуждена признать, что нечто чрезвычайно загадочное в этой истории все же существует. Например, Шон Мерфи, детектив полиции Кента, говорит, что в случаях с пропавшими подростками есть коечто общее. Все они были знакомы друг с другом, и все исчезали в последние четверги месяца.
В принципе у полиции есть подозрения, что это дело рук серийного убийцы, который проникал в аттракцион через тайный проход. Но в результате тщательных поисков, почти полностью снеся здание, криминалисты так никакого прохода и не нашли.
Мерфи говорит, что подростки как будто растворились в воздухе, и если верить в то, что говорит Форсайт, то это вполне все объясняет.
Форсайт не сомневается в том, что дверь в этот мир и выход из него находятся в одном из искривленных зеркал, но не хочет уточнять, в каком именно.
И на самом деле, не так уж важно, укажет ли она зеркало или нет, потому что его можно задействовать только с той стороны. А до тех пор, пока оно не задействовано, зеркало никак себя не проявляет.
— Эта женщина-медиум, которая достаточно широко известна в своих кругах как в Европе, так и в США, утверждает, что дверь в параллельный мир, видимо, была случайно задействована кем-то с другой стороны. А после того как первая пара прошла на другую сторону, подростки начали пропускать туда своих школьных друзей… И при этом они явно не будут последними…
Форсайт говорит, что чувствует флюиды, исходящие из параллельного мира, и пытается убедить полицию, что однажды уже побывала в Зазеркалье.

«ЧУЖИЕ»

Доктор Лер, бывший помощник профессора в Калифорнийском медицинском колледже, подчеркивает, что он всегда относился к сообщениям о контактах с инопланетянами с известной долей скептицизма, совершенно естественного для человека науки. Но случаи, с которыми он столкнулся, заставили его по-иному взглянуть на проблему. «Теперь, до тех пор пока мне не докажут обратное, я буду исходить из того, что столкнулся с предметами внеземного происхождения», — говорит доктор.
Роджер Лер извлек шесть загадочных имплантантов из разных участков тела своих пациентов, и теперь его мучает вопрос о том, сколько еще людей на земле ходят по улицам городов в разных странах, не подозревая о том, что в их теле есть некие загадочные инородные предметы.
Люди, которые утверждают, что были похищены пришельцами, рассказывают, что на борту космических кораблей, называемых землянами НЛО, они подвергались тщательному медицинскому осмотру и странным хирургическим манипуляциям.
Доктор Лер заинтересовался подобными рассказами после того, как уважаемый исследователь-уфолог показал ему рентгеновские снимки женщины, подвергшейся похищению: под кожей больших пальцев ног у нее были ясно видны странные металлические предметы. Они напоминали по форме хирургические инструменты, но в истории болезни женщины небыло записей о какой бы то ни было операции. Доктор Лер заинтересовался этим случаем и заметил, что бесплатно извлечет непонятные предметы из пальца пациентки.
То, что увидели врачи на снимках, оказалось имплантантами неизвестного происхождения. Металлические стержни были не толще швейной иглы, их длина не достигала даже одного сантиметра, а снаружи они были покрыты плотной защитной массой темно-серого цвета, похожей на биологическую ткань. Масса была мягкой, но невероятно прочной — ее не брал даже скальпель, которым-хирурги во время операции надсекают кость.
Доктор Лер сказал, что за годы своей тридцатилетней хирургической практики ему приходилось извлекать самые разные предметы из человеческого тела, но ничего подобного он никогда не встречал. Врачи отослали имплантанты в специальную лабораторию, где работали эксперты, которым приходилось разгадывать немало сложнейших загадок. Предварительные выводы специалистов были очень странными и не сделали загадку более разрешимой. Выяснилось, что плотная защитная мембрана была намертво соединена с металлическим стержнем внутри нее, а сам стержень состоял как минимум иЬ двадцати различных металлических элементов. Кроме того, имплантанты были снабжены металлическими усиками, которые, как предполагают врачи, соединялись с нервными окончаниями кожи и мышц человека. Медики не могли понять, как попали имплантанты в тела похищенных инопланетянами людей — на их коже не было видно шрамов или других следов, которые могли бы указать на то, что эти люди подвергались операциям.
Извлеченные предметы были изучены и специалистами в области электроники. Они сообщили, что под электронным микроскопом имплантанты не напоминают микросхему или печатную плату, а похожи на еще не известное человечеству изобретение, свидетельствующее о гораздо более высоком, чем на земле, уровне развития науки и техники. Они представляли собой уникальное сочетание биологических и электронных элементов, неразрывно спаянных воедино какимто не существующим на земле способом.
В связи с ажиотажем, возникшим вокруг непонятных предметов, коллеги Роджера Лера заявили следующее: «Доктор Лер — весьма уважаемый хирург с безупречной репутацией в своей области. Он знаком с новейшими научными разработками и никогда не стал бы рисковать своим профессиональным авторитетом, чтобы сообщать о сенсационных, но не проверенных опытах и исследованиях». После сообщения доктора Лера еще несколько человек заявили, что согласны на операцию по нзвлече нию странных предметов, случайно обнаруженных в их телах в ходе различных медицинских исследований. «Мы должны выяснить, каково истинное назначение этих имплантантов и как они были помещены в тела обитателей Земли», — сказал Пэт Паринелло из Западной Колумбии, США, который в ближайшее время станет пациентом Роджера Лера.
Сам доктор тоже считает, что все обнаруженные имплантанты нужно извлечь. Он подчеркивает, что те пациенты, которые уже подверглись подобной операции, испытывали после нее огромное чувство облегчения — как будто избавились от власти непонятных приборов над собой.

ГОЛОВАСТЫЕ ПРАЩУРЫ

Занимаясь раскопками на границе Перу и Боливии, недалеко от озера Титикака, группа ученых обнаружила очень странные захоронения. Странность заключалась в том, что черепа у найденных человеческих останков были раза в три больше нормальных размеров.
«Южная Америка настоящая копилка тайн, но такой сенсации мы не ожидали, — говорит руководитель экспедиции доктор антропологии Ким Сон Хэ. — Мало того что размеры черепов весьма необычны, останки настолько древние, что, когда их обладатели здравствовали, инков еще и в помине не было».
Исследования скелетов показали, что принадлежали они существам, близким к европеоидному типу. По поводу необычной величины черепов догадки посыпались как из рога изобилия.
Наиболее легкомысленные предположили, что подобные находки свидетельствуют о существовании какой-то таинственной внеземной цивилизации. Мол прилетели, осмотрелись и, убедившись, что осматривать в принципе нечего, улетели обратно. Правда, аккурат перед отлетом парочка астронавтов перегрелась на солнце, и вот вам результат.
Серьезные ученые, разумеется, подобные «гипотезы» даже не рассматривают. Тем более что, судя по остаткам каменных и медных орудий, «большеголовые» стояли на не очень высокой ступени развития. Более реальной выглядит версия мутации, вызванной, например, каким-либо мощным облучением.
Можно предположить, что облучению,-которое и повлекло за собой мутацию, подверглась небольшая часть населения Земли. В^дь обнаружен всего один такой могильник, считает английский ученый Дуглас Файернайт.
Правда, радиационный фон в тех местах ничем особенным не отличается, так что, откуда бы мутагенным лучам взяться — непонятно. Разве что те же пришельцы эксперименты на людях ставили…
Между прочим, есть и-противоположная гипотеза: все, мол, было наоборот, облучению подверглось не это племя (оно-то как раз убереглось), а все остальные земляне. В результате чего объем наших черепов уменьшился вдвое, и стали мы такими, какими являемся сейчас. Не вдохновляет? Ну что ж, тогда вот еще одна версия.
«На мой взгляд, эти люди стали жертвами какой-то болезни, — полагает Гарри Арнольд, американский археолог. — Ни из какого космоса они не являлись и мутации не подвергались. А их якобы выдающиеся умственные способности вообще чушь! Объем черепа еще не показатель высокоразвитого интеллекта».
Ну а пока ученые спорят и выдвигают самые невероятные предположения, черепа упорно не хотят раскрывать свои тайны. Или не спешат…


ЛИКИ БЕЛМЕЗА. ТАЙНА. КОТОРУЮ БЕЗУСПЕШНО ПЫТАЛИСЬ ЗАМЯТЬ

Напомним о событиях теперь уже далекого 1971 года…Однажды теплым солнечным утром сеньора Мария-Гомес Комара, жительница Белмез-де-ла-Мораледы, городка близ Кордовы в Южной Испании, проснулась и обнаружила на кафельной плитке пола в своей кухне странный портрет. Само лицо не особенно напугало сеньору, ее стали тревожить многочисленные зеваки, которые стали приходить поглазеть на странное явление. Поэтому она решила избавиться от портрета. Когда попытки отмыть плитку не увенчались успехом, она попросила сына Мигеля сбить ее и положить новую. Все так и было сделано, но на цементе стали появляться все новые и новые изображения. Среди них было лицо мужчины средних лет, которого узнали почтенные жители Белмеза,этот человек жил в городке и умер много лет назад. Он был похоронен на несуществующем ныне кладбище, на месте которого, как утверждают старожилы, и стоит дом Марии-Гомес.
С течением времени «Лики Белмеза» превратились в социологическое явление, не имеющее прецедентов, стали тайной, которая навлекла на себя гнев скептиков, вызвала любопытство ученых и нездоровый интерес властей. Сейчас, по прошествии почти четверти века, мы располагаем официальными документами, подтверждающими подлинность этих сверхъестественных лиц, — загадки, которая все еще ждет своего объяснения в затерянном уголке Андалузии. Луке, нотариус из гренадской коллегии адвокатов. проживающий в городке Уэльма, оказывается в доме номер пять по улице Родригеса Акосты в Белмез-дела-Мораледе, вызванный профессором Херманом де Аргумосой. Его задача — опечатать в его присутствии дверь на кухню, расположенную в проходе, ведущем от наружной двери, поблизости от окна, выходящего на улицу.
Эта дверь опечатана с помощью проволоки, проходящей через металлические шайбы, сцепленные с пломбой, употребляемой для такого рода процедур. Для большей надежности поверх помещена белая картонка с официальной печатью нотариальной конторы Уэльмы и росписью сеньора Паласио.
Затем, убедившись, что дверь помещения действительно заперта при помощи пластмассовой пластиныон навешивает на петли замок марки «Фам». После чего та же самая процедура повторяется с окном, а пломба запечатывается красным сургучом, поверх которого выдавливается номер ключа — 2936 DG.
По обеим сторонам от двери прикрепляется полоса прозрачной бесцветной бумаги. За этим следует запечатывание лент еще тремя сургучами: двумя сбоку, с уже указанными цифрами, и одним по центру с изображением конской головы.
В двадцать тридцать нотариус закончил всю операцию.
Кухню оставили в покое, пустой, вдали от любопытных глаз. В ней оказались запертыми «Лики Белмеза».
Двадцать шесть лет ожидания. Тем поздним летом случилось историческое событие. Впервые в Испании нотариус применил свои полномочия в отношении сверхъестественного явления. Экстраординарное решение было вызвано шумной кампанией, которую развязала испанская пресса, вылившаяся в настоящую травлю. По призыву самых рьяных критиков газеты начали публиковать статьи против Белмеза, его жителей и загадочных ликов. Встревоженный создавшейся ситуацией, философ и гуманист Херман де Аргумоса вместе с известным немецким парапсихологом Гансом Вендором и съемочной группой немецкого телевидения потребовали присутствия нотариуса для опечатывания помещения на три месяца.
В течение многих лет десятки исследователей гонялись за неуловимым документом нотариуса, осознавая всю важность, которую тот имеет для удостоверения подлинности самой, пожалуй, большой загадки современной парапсихологии. Все их усилия были тщетны, провал следовал за провалом, и в конце концов большинство из них решило, что на самом деле подобного документа никто никогда не составлял. Точно так же и скептики с каждым днем все больше раздувались от радости — ведь их гипотезу о мошенничестве ничто уже, казалось, не могло опровергнуть, кроме того, что было за опечатанной дверью маленькой кухни. В который уже раз тайна стала жертвой невежественной лжи. И вот в первые дни мая 1997 года, облазив весь полуостров, журналисты из ежемесячного издания о непознанном «Энигмас» («Загадки») наконец получили в свои руки акты за номерами 00462 и 00467, связанные с нотариальным протоколом, заполненным в доме «Ликов Белмез-де-ла-Мораледы». Документы состояли из тридцати трех листов, которые напрочь отметали версию о мошенничестве и оставались в недосягаемости почти четверть века. В этих бумагах указывались все лица, участвовавшие в заговоре вокруг тайны, целью которого было сокрыть ее любой ценой. Это история угроз, вымогательств и разных манипуляций, о которых большинство исследователей предпочло бы забыть. Сама социальная значимость учреждений и лиц, оказавшихся замешанными в этом деле, возможно, и стала причиной того, что историю всеми силами старались замять.
Сейчас мы впервые получили возможность реконструировать развитие каждой из трех фаз этой истории.
Фаза 1: реакция Церкви. Дом номер пять по улице Родригеса Акосты превратился в настоящее.святилище. К его крыльцу ежедневно тысячами тянулись паломники, желающие лично зреть языческое чудо, которое с самого начала весьма раздражало белмезскую Церковь. Именно молодой приходской священник Антонио Молина первым принялся публично разоблачать «лики», настаивая на том, что они сфальсифицированы. Как сообщили журналисты из «Энигмас», священник делал все возможное, чтобы доказать поддельность чуда, якобы сотворенного группой местных жителей: началась мистификация будто бы с простой шутки.
Решили подретушировать пятно, возникшее на плите хозяйки квартиры, Марии-Гомес Камара, его фотография н появилась затем во многих местных газетах.
Так за три дня и родился весь «фокус», который, по словам кюре, так потряс общественный порядок в маленьком городишке.
В самом же Белмезе никто не сомневался в порядочности жильцов «зачарованной квартиры»; поэтому действия кюре, который упрямо распространял свою гипотезу о «шутке, вышедшей из-под контроля», среди исследователей, поваливших в этот отдаленный уголок у горы Магина, стали вызывать подозрения. Ведь до той поры он был известен как ревностный исполнитель приказов своего начальника, епископа Хаены, и ничего по своей воле не предпринимал. Это подтвердил и мэр Белмеза в эти тревожные годы'. Мануэль Родригес Ривас, ключевая фигура, которыйоставался все последующие двадцать лет объектом пристального внимания прессы, своего рода громоотводом, на который пришлись все колотушки, наговоры и отголоски зловещего заговора. По его словам, именно Церковь спланировала тактику, призванную дискредитировать всю эту историю.
«Все это рухнуло потому, что иначе быть не могло. Церковь никак не могла согласиться с парапсихологами, ведь ей в таком случае надо было признать чудо, — говорил мэр. — Уже в первые шесть месяцев после появления лика истощились запасы продовольствия, питья и всего необходимого в городе. Были и проблемы с общественным порядком. Я когда-то изучал педагогику в Гранаде, и моим профессором оказался как раз тот, кто в 1972 году занимал пост епископа Хаены — дон Мигель Пейнадо Пейнадо. И именно он вызвал меня первым делом к себе и сказал, что я должен покончить со всем этим и что он надеется, что я возглавлю группу людей, которые возьмут на себя это дело. Я же мог только решительно ответить, что явление на самом деле происходит, оно подлинное и я не могу ни с чем покончить…» Справедливости ради надо заметить, что с течением времени представитель Церкви в городе, кюре-полемист Антонио Молина, поняв свою, мягко говоря, неправоту, попытался выйти из дела, отказываясь от какого-либо касательства к этому феномену. В конце концов он принял решение покинуть город и надеть на себя монашеское облачение.
После долгих поисков по всей Андалузии журналисты обнаружили его в роли школьного учителя в одном городке близ Лусены, вдали от шума городского и эфемерной популярности, которых он вдосталь вкусил в 1972 году и о которых, как мы убедились, до сих пор не может забыть… «На меня никто не давил. Единственное, что я могу сказать по этому поводу, что все было парапсихологическим явлением, и кроме этого мне нечего добавить…» Краткость его речи не умаляет ее значения. Бывший священник решительно отказывается от версии о мистификации и, что кажется совершенно невероятным, чуда тоже. Разговор продолжить не удалось. Антонио желал остаться в стороне от каких-либо исследований, несмотря на то что уже внес свой вклад в «параллельную» историю.
Фаза 2: призрачная комиссия. Спустя шесть месяцев после появления первого лика на кухне Марии-Гомес Камара гражданский губернатор Хаены Хосе Руис де Гордоа пригласил известного исследователя Хермана де Аргумосу посетить городок в горах. И вот 2 февраля знаменитый философ прибыл в Белмез. Он был первым, кто явился по официальному приглашению для изучения феномена на месте его возникновения. Его выводы не заставили себя ждать, и популярная газета «Город» взяла на себя информационное обеспечение этой истории. День за днем о всех тестах, которые Аргумоса проводил в «Доме ликов», ежедневник оповещал в своих вечерних выпусках, на все четыре стороны кркча, что все оказалось вовсе не «фокусом». И вдруг 19 февраля в городке объявился один противоречивый персонаж, психолог Хосе-Луис-Хордан Пенья, да еще во главе комиссии, якобы посланной министерством внутренних дел и состоящей из специалистов по строительству, живописи, химии, фотографии и т. п. Цель комиссии была ясна: разоблачить мошенничество и его авторов. Первым представителем власти, который связался с Хорданом Пеньей, был Антонио Молина. К-юре уверил своего собеседника, что Мария-Гомес открыла ему: все было следствием шутки соседей! Далее он стал убеждать психолога, что и психофония, которая состояла из речей довольно драматического характера и была услышана незадолго до этого Херманом де Аргумосой на той самой кухне и которой газета «Город» посвятила целиком выпуск, была создана при помощи одного сложного электронного устройства, установленного в автомобилей трех километрах от дома.
Прибор якобы испускал те самые волны, которые впоследствии обратились в гротескные голоса с того света. Имея на вооружении подобные истории, психолог решил, что середину ребуса он уже восстановил и решение загадки недалеко. Его следующим шагом был «тщательный» анализ второго изображения, появившегося на кухне. Наконец, он «вполне убедился», что этот лик был нарисован кистью из густой щетины, а красками послужили сажа и уксус.
«Разоблачитель» оставил в самых различных документах описание своей комиссии, тем самым доказав — никакой правительственной комиссии не существовало, что, между прочим, подтвердили ее псевдочлены.
Сам спорщик Хордан Пенья заявил журналистам «Энигмас» в своем мадридском доме, что «самым интересным была возможность установить химический состав смеси (хлорид соды), которая, испаряясь с известковой поверхности стенки, оставляла на ней едва заметный рисунок».
Благодаря розыскам кадисского адвоката Мануэля Гомеса Руиса стало известно, что Пенья не мог осуществить непосредственный анализ изображения, так как его уже поместили под стекло к тому времени, когда психолог только прибыл в Белмез, и с тех пор никто его не снимал. И наконец, мэр Мануэль Родригес Ривас уверил нас, что никакой комиссии, посланной правительством, не было, иначе первым делом она представила бы ему свои полномочия, чего, однако, не последовало…
К похожему заключению пришла и другая комиссия, организованная газетой «Город» и возглавленная химиком Анхелом Винасом. Обнаружив отсутствие на известке стены и пола следов урана и какой-либо радиоактивности вообще, члены группы впали в сомнение. Последнее указывает на то, что у комиссии была заранее намеченная цель: разоблачить мошенничество. Однако без доказательств под рукой этого сделать было невозможно.
Несмотря на это, 25 февраля всю Испанию облетела сенсационная новость. Одна мадридская газета опубликовала на своей последней странице статью «С тайной покончено!» в виде хроники того, как якобы рисовались лица — красками из хлорида и нитрата серебра, потом облученными ультрафиолетовой лампой. Комиссия Винаса нанесла загадке смертельную рану. С этого дня вся страна считала, что «Лики Белмеза» — это очередная «утка». И так считается вот уже почти четверть века. Однако анализы, проведенные представителями Высшего совета научных исследований в 1991 и 1994 годах, выбили почву из-под «научных» доказательств комиссий, организованных «Городом» и Пеньей. Ни солей серебра, ни хлорида соды, ни сажи, ни уксуса… и никаких следов живописи.
Фаза 3: вмешательство правительства. Мало кому известно, что в те февральские дни 1972 года все действия в Белмезе дирижировались из правительственных кабинетов. Пабло Нуньес Мото, глава администрации округа Сеговия, был первым, кто впрямую пригрозил предполагаемым устроителям «фокуса». Именно с такой точкой зрения правительственного чиновника столкнулся мэр Мануэль Ривас в его историческом послании. В письме, зафиксированном под номером 8700 в канцелярии министерства внутренних дел, ему угрожали судебным процессом и снятием с.поста. В то же самое время члены бригады криминальных расследований, зависимой от генеральной дирекции безопасности, представили свои полномочия мэру Белмеза и заявились в дом номер пять по улице Родригеса Акосты для проведения одной из самых секретных операций.
Мария— Гомес вспоминала об экспериментах, которые проводили полицейские: «Много дней подряд они подносили к лицу за стеклом какие-то аппараты. Наконец, прежде чем уйти, они сказали, что никакого мошенничества здесь нет и что меня больше никто не потревожит…» Но после этого заявления мэру пришлось предоставить дом напротив начальнику отряда гражданской гвардии с его людьми для круглосуточных дежурств и слежки за всеми «подозрительными», которые входят и выходят из дома, длившейся более семи месяцев» в то время как сама его хозяйка об этом даже не догадывалась. Но самая важная часть операции еще только начиналась. Жарким августом 1972 года импозантный черный лимузин подъехал к дому мэра. Многие жители видели, как Мануэль Родригес Ривас сел в него, и. заподозрили худшее. Распространились слухи: якобы правительство увозит мэра в Мадрид, чтобы заставить его окончательно умолкнуть. Его всамделишное молчание по поводу путешествия вызвало к жизни тысячу разных толков. И вот наконец магнитофоны журналистов установлены перед мэром в ожидании правды: «Меня вызвали к Томасу Гарикано Гоньи, который тогда возглавлял министерство внутренних дел. Меня спросили, как я допустил такое. Я признался, что ничего не допускал, что это подлинный феномен и что я не знаю, кто бы мог расследовать это дело… Министр заявил, что с этим надо покончить, но я не мог покончить и не мог убедить в этом людей не из моего города. Я сказал ему, что он своей властью может приказать гражданской гвардии оцепить город и никого из него не выпускать. На это министр ответил: „Ты пришел отвечать, и ты за это ответишь!“ К этим угрозам правительства присоединил свой голос еще один высокоуполномоченный провинции Хаен, ее епископ Мигель Пейнадо Пейнадо: „Кто больше всех на меня давил, так это епископ. Он говорил, что с этим нужно покончить, что этого не может быть, и все время сетовал, как далеко все это может завести. Даже мой друг Антонио Молина, который тогда был кюре в Белмезе, когда я предложил ему пойти посмотреть лики, сказал мне: „Замолчи! Если епископ узнает, что я ходил смотреть на эти лица, он нам такое устроит!“ Вот до чего дело дошло. Епископ считал, что я могу со всем этим покончить, но я ничего не мог. В эти дни никто не знал, что в одном из белмезских домов остановился известный журналист, присланный из Мадрида, чтобы впоследствии выслать пухлый отчет о событиях с явной целью оградить Церковь от ответственности за это явление. Есть тому свидетели, и они еще могут обо всем рассказать…“ Так сплелся заговор, который оставался скрытым от общественности на протяжении более двадцати лет. Заговор, который коснулся даже судьбы мэра Изабель Чаморро, его последней жертвы, как видно из заключительного акта „процесса о ликах“, разворачивавшегося в июле 1975 года в Малаге. Там различные „специалисты“ и средства массовой информации вознамерились продемонстрировать любой ценой, что лики были изготовлены при помощи раствора серебра. Роль доньи Изабель, как она сама признавалась, свелась к сдерживанию гнева оппонентов, защищавших всеми средствами порядочность белмезцев и подлинность таинственных изображений.
Среда, 30. мая 1997 года, Кордова, тринадцать двадцать девять. В роскошном буфете нотариуса в самом центре города журналистов с нетерпением ждет дон Антонио Паласиос Луке, ныне преуспевающий нотариус, который некогда опечатал «Дом ликов». Добраться до него было нелегко, но усилия того стоили. Наконец-то молчание, которое растянулось на двадцать шесть лет, было нарушено, и значительная веха в истории испанской парапсихологии преодолена. Впервые знаменитый юрист подтвердил подлинность загадочного происшествия: «Я надежно и прочно опечатал кухню доньи Марии-Гомес и одновременно запротоколировал эти действия при помощи нотариуса Хулиана Эчеверриа и ученых. Через три месяца печать была снята, и клянусь вам, я увидел, что фигуры за это время изменились… я не знаю такой техники живописи, которую могли бы употребить для нанесения этих изображений. Оставаясь в закрытой кухне, лики изменились!
За эти три месяца, по моему мнению, никто не мог проникнуть туда до тех самых пор, пока я лично не снял печать… Я могу сказать со всей уверенностью, что это не была мистификация. Это паранормальное явление, и у меня в этом нет никаких сомнений».
Сама важность заявления дона Луке делает ненужными какие-либо комментарии. Никогда еще нотариус не удостоверял столь пылким образом парапсихологические явления.
Самым удивительным было то, что за три месяца, пока кухня была заперта и опечатана, изменился ракурс некоторых изображений. Одна голова развернулась на сто восемьдесят градусов — увидев это, нотариус в ужасе покинул кухню…» Сегодня можно видеть фотографию нотариального акта, который прятали больше двадцати лет, — решающее доказательство того, что лики в Белмез-де-лаМораледе — это не мистификация. И мы должны осознавать, что этим бросаем вызов нашей обыденной логике, всей истории, в которую все настойчивее вкрадываются элементы необъяснимого…

НЕПРИКАСАЕМАЯ НЗ АЛАБАМЫ

Можно ли представить такое — одна из самых мощных в мире армий была напугана одной-единственной и к тому же явно больной женщиной? Но именно это и произошло в 1939 году, когда один американский генерал не смог найти управу на некую женщину, живущую в пустыне. Это случилось одним июльским утром в штате Алабама…
Свидетель происшедшего — бывший агент ФБР — до самого последнего времени никому не рассказывал об инциденте с самого 1939 года. Сделал он это только недавно в редакции мексиканского журнала «ОВНИ», когда почувствовал, что стареет и может вообще не успеть никому поведать о том загадочном событии.
В те далекие годы агентство безопасности работало в тесном сотрудничестве с военными над реализацией нескольких проектов. И вот однажды агент ФБР и его сотрудники получили уведомление, что некая предсказательница сообщила полковнику, занимавшему высокую должность, некоторые сведения по поводу его работы… Эта информация была классифицирована как сверхсекретная.
Полковник доложил об этом случае своему начальнику, а тот, в свою очередь, передал все сведения в Вашингтон. Оттуда позвонили в ФБР, и расследование началось.
Наш свидетель был отправлен возглавить всю работу по этой теме, и ему пришлось выехать в сельский район в штате Алабама, где и жила предполагаемая предсказательница. Вместе с ним туда на всякий случай отправились два других агента.
Прибыв на место, они увидели женщину, сидевшую в прихожей своего дома. Агент достал свое удостоверение и показал его женщине. Затем попросил какой-нибудь документ у дамы, и она сказала им, кто она.
Агенты попросили женщину ответить на некоторые вопросы, но, прежде чем начался разговор, она улыбнулась и сказала, что, во-первых, она вовсе не предсказательница.
Удивленный агент ответил, что никто и не говорил, что она является таковой. Женщина все так же с улыбко'й заметила на это, что так-то это так, никто об этом не говорил, но, судя по всему, именно этот вопрос у него на уме. Это заявление совершенно смутило нашего агента ФБР, потому что на самом деле он думал как раз об этом.
Помощник не успел сделать и шага в направлении к женщине, когда его вдруг схватили судороги и он весь мелко задрожал.
Что касается женщины, она продолжала спокойно сидеть на своем стуле, как будто ничего не происходило, а затем с тем же спокойствием обратилась к главному агенту: если он намерен предпринять что-либо против нее, то никто из них не сможет выйти из этого дома.
Видя такое положение дел, главный агент сказал ей, что больше не станет пытаться увезти ее с собой. И как по волшебству, фэбээровец, сведенный судорогами, тут же пришел в себя, как будто бы с ним ничего и не происходило. После этого женщина предупредила, что знает об их намерении вернуться к ней с большей подмогой, но, если это произойдет, она отказывается отвечать за последствия. Подчеркнула также, что не собирается никуда являться для бесед, и прибавила, что может показать им,, что может случиться, если они снова ее побеспокоят. Агент попросил ее уточнить, о чем идет речь. Тогда женщина объяснила, что для этого нужно выбрать необитаемое место, территорию примерно в двести пятьдесят квадратных километров. Фэбээровцы должны разместить посты по всем четырем углам этой территории и приехать на следующий день, чтобы сообщить ей, как все сделано.
В этот момент агенты сочли за лучшее удалиться из этого дома как можно быстрее. Они оставили женщину и направились в штаб-квартиру ФБР, где в рапорте изложили обо всем происходившем.
Их начальник связался с военными и пересказал им содержание документа. Через несколько часов в контору ФБР явился некий генерал и заявил, что намерен исполнить требования этой женщины, покончить со всеми глупостями и арестовать ее. Он также заявил, что военные располагают несколькими полигонами в пустыне и они уже выполнили все ее инструкции.
Ранним утром на следующий день генерал по телефону сообщил, что все готово и сделано именно так, как было указано, и данная территория свободна. Затем вместе с агентом ФБР он отправился в дом женщины. И когда они подъехали к ней, та спокойно ожидала их, сидя все на том же стуле.
Оба мужчины вышли из машины и приблизились к дому. Агент едва произнес несколько слов, представляя генерала, когда женщина перебила его и заявила, что прекрасно знает, кто он и что здесь делает. Затем она спросила, выполнено ли все, как она распорядилась. Генерал ответил утвердительно.
Женщина осведомилась, летают ли самолеты над этой территорией, и получила ответ, что воздушное пространство перекрыто. Она бросила на него многозначительный взгляд испросила, точно ли это. Генерал подтвердил, что он в этом-уверен.
Никто не имел ни малейшего понятия о том, что же должно произойти.
Генерал спросил, когда же она собирается продемонстрировать им то, что обещала.
Загадочная женщина ограничилась ответом, что все уже сделано. Генерал, в свою очередь, сказал, что если она все затеяла ради простого цирка, то он лично придет, чтобы арестовать ее и отвезти в тюрьму.
Женщина только улыбнулась^ заметила, что если он или кто-нибудь другой вернется, чтобы снова ей досаждать или даже за какой-нибудь забытой вещью, то сегодняшняя демонстрация покажется пустяком по сравнению с тем, что тогда произойдет.
Оба мужчины вышли и отправились каждый по местам своей службы. Генерал позвонил в зону испытаний и приказал, чтобы разведгруппа осмотрела зону и ее окрестности и сообщила обо всем необычном, что там ей встретится.
…Вскоре военачальника проинформировали, что в данной зоне нет никаких признаков жизни, так как все растения погибли, и то ж-е самое случилось с насекомыми и мелкими животными, а также с птицами, которые пролетали над этой местностью и падали замертво на лету.
Генерал сообщил обо всем этом агентам ФБР, собравшимся по этому поводу у него в штаб-квартире, и отдал строжайший приказ о том, чтобы ни одна частица данной информации не покинула стен этого помещения.
Начиная с этого момента за дело взялись военные. Генерал также отдал приказ, чтобы никто, ни при каких условиях, не приближался к дому этой женщины. С того момента никто из работников ФБР, которые были посвящены в существо дела, ни с кем на эту тему не говорили и не вели беседы, насколько известно нашему свидетелю, отставному агенту ФБР, никто не тревожил женщину своим появлением и не пытался войти с ней в контакт.
Информатор прекрасно сознает, что все рассказанное похоже на отрывок из триллера или научно-фантастического романа, но уверяет, что именно так все и было. Ответ на вопрос, что же это была за женщина, наверное, можно найти в архивах ФБР.

ЧУПАКАБРАС: НЕИЗВЕСТНОЕ СОЗДАНИЕ ПРИРОДЫ ИЛИ РУКОТВОРНЫЕ ВАМПИРЫ?

Чупакабрас (от испанских слов chupar — сосать и cabra — коза) появляются как выходцы из ночного кошмара. Вот уже несколько десятилетий ученые ломают головы, к какому виду, семейству или даже классу отнести этих тварей — пожирательниц скота в Латинской Америке. Да и не только там, как выясняется…
Кто их видел? Знает ли кто-нибудь, откуда берутся чупакабрас? Являются ли капризом природы или результатом генетических опытов какого-то правительственного ведомства? Гипотез вокруг этих адских созданий множество, и авторы некоторых из них прямо говорят о вампирах и оборотнях. И тогда старые легенды представляются в совершенно новом, реальном свете… Итак, с чего все началось? В 1967 году одно семейство фермеровпуэрториканцев заявило, что на их кораль напала стая волков-убийц, которые зарезали много овец. Даже беглый осмотр трупов животных показал: необходимо более внимательно изучить это происшествие. У овец имелись на теле раны, совершенно непохожие на те, что оставляют хищники, в частности волки. Гораздо больше они напоминали своей глубиной и точностью хирургические надрезы. Кроме того, все трупы были начисто лишены жидкости. То есть можно заключить, что животные погибли от потери крови. Кто же это сделал?
Латиноамериканская пресса описывает множество случаев, когда местные жители встречали странных существ, — некоторые из таких встреч кончались трагически, а в других людям удавалось прогнать чупакабрас одним своим появлением. Их описывали как низкорослых человекоподобных животных с большой головой и крупными, широко раскрытыми черными глазами, крепкого сложения и испускающих отвратительный, тошнотворный запах, точно так же, как и бигфуты в Скалистых горах. Между 1987 и 1991 годами были получены сообщения о более чем пятидесяти случаях столкновения с этими странными человекоподобными существами, которые чаще всего убегали, но иногда, наоборот, набрасывались на людей. Одновременно в этот же период в Пуэрто-Рико произошел буквально обвал наблюдений НЛО. Само собой, напрашивается версия о связи между этими существами и неопознанными объектами. Но в то же время имеется явное сходство между монстрами из газетных сообщений и теми, кого называют чупакабрас сегодня, когда их появление с прилетом НЛО не совпадает.

БЛУЖДАЮШАЯ ЗАГАДКА

Вирхилио Санчес Осехо из Майами, один из самых крупных американских авторитетов в области изучения неведомого, твердо уверен, что между происшествиями в Пуэрто-Рико и теми событиями, что имели место на фермах во Флориде, имеется прямая связь.
С другой стороны, известный журналист Хайме Мауссан, исследовавший подобные случаи в Мексике, предлагает самые невероятные свидетельства и точные доказательства существования чупакабрас в этой стране. Нет никакого сомнения, что пуэрториканские данные и те, что собраны Ма-усСаном в Мексике, описывают одно и то же чудовище — признаки их нападения очень похожи в обоих случаях. Кроме того, Мауссан собрал показания людей, подвергавшихся нападению чупакабрас, которые смогли сделать довольно точное описание атаковавших их тварей.
А кроме Мексики, были еще и Гватемала, и КостаРика, и Сальвадор, и Бразилия, и Венесуэла, и Панама… Да, нельзя не признать, что нечто странное происходит в самых малонаселенных и влажных областях нашей планеты. Даже влиятельный еженедельник «Латин ньюс», распространяемый на северо-востоке континента латиноамериканской общиной, удивил своих читателей во вторую неделю мая 1996 года сообщением о том, что чупакабрас видели на… ЛонгАйленде в Нью-Йорке при довольно большом стечении людей…


ТОЛЬКО ЛИ В АМЕРИКЕ?

Совсем недавно в различных областях Испании был отмечен высокий падеж овец. В большинстве своем случаи падежа сопровождались необычными обстоятельствами, которые наводят на мысль о том, что гибель скота вызвана необычным животным с повадками скорее вампира, чем хищного зверя, поскольку это существо, вместо того чтобы разорвать свою жертву, а затем съесть, проделывало у нее на шее отверстие, через которое выпивало всю кровь.
Еще одна загадочная особенность — то, что ни один человек не видел мистическое животное. Хотя и здесь ходят слухи о каком-то двуногом существе.
Некоторые средства массовой информации и официальные органы, как водится, поспешили поскорее закончить с этим делом, дав лживые и неправдоподобные объяснения случившемуся, несмотря на то что «деятельность» чупакабрас в странах Карибского бассейна продолжается. В Мексике, например, цензура запретила какое-либо упоминание о подобных событиях.

БЕЗЗУБЫЙ ВОЛК?

Высокий падеж овец был отмечен также и в Португалии. Один из телеканалов сделал репортаж, в котором данное событие сравнивалось с подобным явлением в Новом Свете. Фермеры различных областей страны были взбудоражены. Следуя примеру других стран, которые столкнулись с вещами подобного рода, министерство сельского хозяйства поспешило заявить, что в падеже овец повинен обычный волк. Ветеринар АльвароЛопес, представитель данного ведомства, публично заявил об этом в местной «Газета ду интерьер». Одновременно он резко критиковал за некомпетентность репортаж, передававшийся по телевидению. Однако и сам Лопес был очень удивлен, увидев следы ран на теле убитых овец. Именитый ветеринар не мог даже определить, какое животное способно такое сотворить. Биолог Педро Сарменто предположил, что речь идет о волке, «но не обычном, а об очень умном и с большим опытом». (Напомним, что на шее у всех животных, подвергшихся нападению, обнаружены небольшие отверстия.) В некоторых средствах массовой информации, дабы не придавать делу мистической окраски, были предложены самые нелепые объяснения этого факта.
Так, например, местная газета «Пово да Бейра» опубликовала буквально следующее: «Беззубый волк убил девять овец — загадка, лишившая сна жителей близлежащих селений. В Тулоесе люди напуганы таинственным падежом овец, па шее у которых находят странные отверстия. С самого начала ветеринары заинтригованы всем происходящим, поскольку отверстия на телах овец сравнительно небольшого размера. Однако они сделаны таким образом, что у животного не остается шансов выжить. Результаты исследований, проведенных биологами и ветеринарами, позволили заключить, что у этого волка всего один клык».


СУМАСШЕДШИЙ С СОБАКОЙ?

Несмотря на явную комичность разъяснений, португальская газета оказалась не единственным, кто опубликовал подобный материал. За несколько дней до этого испанская «Мундо» напечатала такое сообщений: «Около сотни мертвых овец со странным проколом на шее обнаружено в районе Бискайского залива. Фермеры полагают, что это дело рук некоего сумасшедшего, сопровождаемого каким-то животным с одним-единственным клыком».
Чтобы получить более полную информацию, эксперты из журнала «Энигмас» отправились в долину Лас-Энкартасьонес.
«Зная о том, что местная организация по изучению аномальных явлений „Эртзайнтца“ проводит в этой области определенные исследования, — пишет Магдалена дель АмоФрейхедо, — мы и направились прямо туда. Честно говоря, будучи в курсе того сложного положения, в котором находится это общество, мы не надеялись обнаружить чтолибо стоящее. Тем не менее нас встретили радушно и согласились представить свой архив. Нам удалось просмотреть документы, относящиеся к интересующим нас событиям, фотографии мертвых животных, а также добыть адреса и телефоны пострадавших фермеров. Относительно ран на теле служащий, собиравший свидетельства, заявил: раны не похожи на те, какие обычно оставляет волк. Также была замечена еще одна важная особенность. По словам одного из фермеров, у некоторых животных сломаны несколько костей и позвонков, как будто их ударили каким-то тяжелым металлическим предметом.
Фермер Хосе-Луис Рибакоба потерял недавно несколько овец. Он рассказывает об этом так: «Эти раны довольно необычные. Я не знаю почему, но овцы после них не вылечиваются. Несколько лет назад в этих краях появился волк-одиночка, который таскал овец. Иногда он отгрызал у телок или баранов большие куски мяса. В конце концов мы поймали этого волка и содрали с него шкуру, а вот раненных им животных мы^ находили настолько обессиленными, что приходилось их выхаживать перманганатом и отварами трав. Раны довольно быстро заживали, и, несмотря на то что общее состояние животных было тяжелым, они вскоре поправлялись и чувствовали себя превосходно. Что же касается нынешних ран, то хотя они и намного меньше, но практически не вылечиваются».
Рикардо Фернандес оказался почти без овец. За одну ночь он лишился тридцати животных, которые погибли при известных уже нам обстоятельствах. Фернандес не думает, что это сделал волк. Он считает, что это была одичавшая собака, в которой проснулся инстинкт убийцы. «Люди часто бросают собак, уезжая в отпуска или на каникулы. Животные же в свою очередь убегают в горы и дичают».
Местами, где наиболее часто животные становятся объектом нападения загадочного существа, стали горы Эспальдасека, Урблиса, Ильсо, Ангостура, А,нтуньяно и Тромосамос. Южнее, в горах Урбаса, спокойствие, царившее на местных пастбищах, было прервано нашествием на эти места неизвестной твари-убийцы. Хосе Ведайо, фермер, обнаружил, что его лошадь околела. У животного одна рана была на шее, а другая на боку. Исследователи из «Энигмас» решили отправиться в те места, чтобы получить побольше достоверной информации. Поднявшись на гору Раса, они встретили пастуха с близлежащей фермы с большим топором в руке.
Из разговора с ним журналисты узнали, что в этих местах никогда не было волков. «Овцы всегда спали под открытым небом, и всегда все было нормально». То же самое подтвердили Анна-Мария Ормасабаль и ее сыновья Роберто и Хуан-Мария Оласаран. Тем не менее они уверены, что падеж скота связан с волками. Кто-то, по их мнению, просто выпустил хищников на свободу. Но странные эти волки: убивая жертв, они высасывали у них кровь и совершенно не притрагивались к мясу! Роберто утверждает, что ночью, неподалеку от стада, он видел пару больших горящих глаз. Фермер уверен, что это волк, он просто не знает здесь других хищников. «Животные, — говорит Анна-Мария, — ведут себя уже не так, как раньше. С наступлением темноты сами идут домой, как будто боятся чего-то, а ведь раньше они спали прямо на пастбище и могли уходить далеко от фермы. И еще — животные стали давать молока намного меньше, чем раньше».

СЕМЕЙСТВО ПУМ?

Уже не впервые оказавшись без помощи, местные фермеры пытаются самостоятельно разрешить зловещую загадку. В 1986 году отары овец в Синко-Вильясде-Арагоне терпели нападения какого-то жестокого зверя. Газета «Диарио де Наварра» так сообщала о случившемся: «Загадочное животное, охотящееся на стада овец, повидимому, очень большого размера, достаточно проворное и способно бегать на большой скорости. Никому не удавалось увидеть это существо, поэтому о нем ходит много слухов».
В этом районе некоторые свидетели утверждают, что речь идет просто о разновидности крупных кошек. Местный исследователь Энрике Мало заявляет, что речь идет о хитром и быстроногом животном, которое не нападает на людей. Также ходят слухи, что виновники всех этих событий — пара пум со своими детенышами. Данная версия основывается на том, что были обнаружены большие следы размером с человеческую руку и другие — поменьше. По словам Энрике Мало, пума — это животное, определяющее запах на расстоянии в пять километров. Также она никогда не нападет на стадо, если рядом человек. Она способна преодолевать изгороди высотой до двух с половиной метров.
Еще один факт заслуживает внимания: по словам фермеров из близлежащих селений, эти существа дей,ствуют на сравнительно большой площади. Это наводит на мысль, что самец находится как бы с одной стороны, а самка с детенышами — с другой. По словам некоторых жителей, пумы сбежали из цирка, расположенного в городе Фрага. Другие полагают, что они принадлежат некоему немцу, который слывет человеком со странностями. Среди жителей ходят слухи, что он на своей усадьбе в Карбонере дрессирует собак для охоты. Один из соседей утверждает, что видел у него несколько лет назад во время пожара детенышей пумы.
Спустя некоторое время проблема, вроде бы разрешилась сама собой. В области Биоте был убит не кто иной, как волк. Не дикая собака, не пума, а волк весом пятьдесят два килограмма. Его пристрелили во время облавы, устроенной полицией по настоятельной просьбе фермеров. «Ужасное» животное было подвешено за задние ноги на городской площади — действо в духе средневековой охоты на оборотней…
Правда, ложку дегтя добавил в бочку с медом местный ветеринар Фернандо Лабена. Он поставил под сомнение тот факт, что именно этот волк был виновником всех происшествий в округе, даже учитывая его огромные размеры и вес. И это так — ведь нападения на скот продолжаются? И никто не знает, кто виновник.

НЕ ОБОШЛИ СТОРОНОЙ И ГАЛИСИЮ

Галисия — наиболее развитый сельскохозяйственный район Испании. Но в последнее время и здесь стали происходить странные события, связанные с гибелью домашних животных. Традиционная версия — волки. Один или целая стая нападают на стадо, убивают животных, разрывают их на части и съедают. Некоторых, правда, волки только ранят, и такие животные потом практически полностью вылечиваются. У Рамона, владельца мебельного магазина, волки загрызли дорогих жеребцов. Все фермеры подтверждают, что подобного рода события не являются чемто необычным, если не учитывать тот факт, что в этих краях раньше волков не было.
Но как же быть с иным типом нападений? Хулия Чуса Лосада, совладелица фирмы «Ос-Догос» в Барбаделе, потеряла целых тридцать пять овец! В отличие от предыдущих фермеров она в деталях описала характер ран: «У животных прямо на шее были две округлые дырочки… внешне их почти не было видно. Единственное, что можно было различить, — это чуть крови вокруг ранки. Одна овца была немного разодрана, но есть ее не ели… Пять овец были ранены, но через несколько дней умерли и они, я ни одну не смогла вылечить. Многие из этих тридцати пяти животных были беременны. Это существо выбирало самых молоденьких и сильных. У волков же, как известно, другие привычки».
Итак, в Галисии, как и в остальных местах Испании, налицо две различные проблемы. Первая — волки, вторая — какое-то таинственное существо, высасывающее кровь у домашних животных.


ТЕНЕРИФЕ: ЗАДОЛГО ДО ЧУПАКАБРАС

Это случилось в 1979 году на острове Тенерифе Канарского архипелага. Двое полицейских чинов поведали исследователям аномальных явлений о событиях, происшедших за несколько недель до этого в муниципальном округе ЛаЛагуна, неподалеку от речки Тахо.
Речь шла о мертвых козах и овцах, убитых при довольно странных обстоятельствах — они были полностью обескровлены: ни единой капельки крови не осталось в их телах! Еще одна необъяснимая особенность — шкуры животных были мокрыми, хотя не было дождя и земля вокруг была совершенно сухой. Единственная улика, оставленная убийцей, — совершенно круглое отверстие, около трех сантиметров в диаметре, проделанное в шкуре овцы, глубиной, достаточной для того, чтобы достать ближайший внутренний орган. Расположение отверстия у каждого животного было различным.
На Тенерифе, как и на других островах архипелага, в некоторых районах еще живут старые традиции, восходящие к временам гуанчей, первых обитателей Канар. Это была первая версия, с помощью которой ученые и ветеринары попытались объяснить происшедшее. Однако вскоре власти от нее отказались: у гуанчей, как и у любого пастушеского народа, не было традиции мучить животных…

ВСЕ НОВОЕ — ХОРОШО ЗАБЫТОЕ СТАРОЕ

Помимо волков, пум, одичавших собак есть, повидимому, и еще что-то, чего мы не в силах пока объяснить. И это что-то интересует нас больше всего, так как оно скрыто в архивах, среди документов о необъяснимых до настоящего времени событиях. Причем давность подобных историй исчисляется не месяцами, как заявляют об этом некоторые издания, а десятками и даже сотнями лет. Давайте вспомним некоторые из них.
В январе 1874 года подобные существа-убийцы нанесли значительный ущерб фермам в Ирландии. Эти же твари подобным образом прокусывали глотки своим жертвам и высасывали у них всю кровь. В том же году схожие существа убивали животных и людей в различных губерниях России. На их поиски были брошены даже войсковые части. Они обыскали каждый кустик, но ничего не нашли.
В 1906 году в районе Виндзорского замка в Англии таинственное животное нападало на отары овец, но его никто не мог поймать, поскольку оно как бы растворялось в воздухе. Годом раньше сержант полиции Грончестершира заявил в газете «Дейли мейл»: «Я видел этих искалеченных животных и могу с уверенностью сказать, что это точно сделала не собака. Собаки — не вампиры, они не пьют кровь у овец, оставляя нетронутым мясо».
Несмотря на то что все случаи относятся к разным годам, они настолько схожи со случившимся в наши дни, что не остается никакого другого выхода, как признать — это существо не оставит нас в покое и впредь.


ЧТО ЖЕ СКРЫВАЕТСЯ ЗА ВСЕМ ЭТИМ?

Весь этот объемистый свод накопленных фактов позволил ученым и просто любителям попробовать свои силы в изобретении гипотез о существовании и поведении этого хищника, не вошедшего в научные классификации. Самое любопытное то, что, несмотря на более чем умозрительное знакомство с чупакабрас, многие почему-то считают, что он является разновидностью африканской летучей мыши-вампира, чей внешний облик изменился по неизвестным пока причинам, — полностью для всего рода или же только в отдельных случаях.
Наиболее бойкие из тех, кто занялся этой темой, поспешили показать по телевизору трупы животных, совершенно лишенных крови, что и привело к возникновению термина «чупакабрас».
Уже ясно, что оно выступает в разных образах. В некоторых пуэрториканских случаях их сближают с людьми, что вызвало к жизни новую гипотезу, пожалуй, самую экс1равагантную — о том, что чупакабрас — человек, выросший в диких местах, этакий злобный Маугли, который использует нечто вроде тростинки для того, чтобы высасывать кровь своих жертв.
Сторонники этой гипотезы совершенно не учитывают того, что многие свидетели указывают на наличие у чупакабрас крыльев или летательных перепонок, как у белок-летяг, которые позволяют им совершать большие прыжки и карабкаться по деревьям.
Также известны попытки связать чупакабрас с появлением НЛО. Однако если некоторые из свидетелей и нашли какое-то сходство между внешностью зага-, дочных хищников и так называемых «серых» из уфологического фольклора, то любой человек, разбирающийся в этом, сразу поймет, что сходства в поведении между ними нет никакого. Ведь если последние будто бы занимаются изучением человеческого рода путем так называемых похищений, то первые просто утоляют свой голод.
Есть ряд решающих черт, которые вроде бы указывают на разницу между нападениями чупакабрас и тех, кто занимается калечением скота. Эти признаки подмечены известным авторитетом в уфологии телепро дюсером Линдой Моултон Хоу: в случаях с чупакабрас целью служит высасывание крови, а калечение отступает на второй план, и наоборот, в случаях калечения скота целью служит именно оно, а лишение крови — побочный эффект. Кроме того отмечено, что раны, нанесенные скоту, проделаны исключительно острым инструментом, которым некто действует с хирургической ловкостью. Короткие надрезы, ловкие рассечения, тщательно продуманный и избирательный характер повреждений — все это характерно отличается от единственного повреждения на теле жертв чупакабрас — раны на шее.
Не так давно редакция журнала «Энигмас» получила письмо от Марко Рейноса, сотрудника института «Фундасьон Космос» в Монтерее, Мексика. В этом письме, кроме прочего, сообщалось следующее:
«Чупакабрас являются скрытой опасностью для всего живого. Результаты вскрытий, проведенных специалистами нашего центра, показали, что отверстия в грудной полости животных находятся прямо напротив какого-либо важного органа — сердца, легких, печени. У животного высасывалась кровь и иногда извлекался, орган через отверстие диаметром от двух до трех сантиметров. В семидесяти процентах случаев за день до происшествия или в ночь события очевидцы наблюдали НЛО, однако мы не смогли найти прямой связи между этими двумя событиями.
Генетический анализ имеющегося образца волос и анализ крови этого животного действительно вызывают настороженность. Полученные результаты свидетельствуют, что данные образцы по своим характеристикам не могут принадлежать ни одному известному живому организму, а, по всей вероятности, относятся к существу, которое, возможно, является продуктом какой-нибудь генетической манипуляции. Это странное животное — полная загадка для нашего института. Другие предварительные анализы пока еще не получены, однако имеющиеся результаты показывают, что изучаемый тип совершенно неизвестен современной науке».
В связи с этим поговорим еще об одной версии. Любой человек, интересующийся криптозоологией, знает, какую репутацию снискало Пуэрто-Рико в последние годы благодаря встречам людей с самыми необычными формами жизни, не попавшими в научные классификации. Подобные случаи натолкнули местных исследователей на мысль хотя несколько экстра-иагантную, но и не лишенную смысла.

ПОЛИГОН ДЛЯ БИОЛОГИЧЕСКИХ ОПЫТОВ?

Есть что— то необычное в том, с какой частотой сообщают разные люди о странных встречах с предположительно разумными формами жизни в одной небольшой стране. Причем говорят они о чудовищах приблизительно одними и теми же словами. И самое удивительное здесь -безмолвие правительства по этому поводу, при этом полиция аккуратно ликвидирует все следы существования этих тварей, если только они не оставлены на телах самих очевидцев… Таков случай странного «крылатого змея», который был пойман в 1989 году крестьянами. Это «животное» было тут же затребовано властями, и те чиновники, которые «осуществляли изъятие», категорически отрицали свое участие в этом деле. Эти недомолвки привели к тому, что многие стали воспринимать эту страну как своего рода полигон для различных биологических экспериментов, в ходе которых разные искусственно созданные в лабораториях формы жизни выпускают на волю, чтобы исследовать их поведение вне тесных клеток и ради каких-то других, еще неясных целей их создателей.
Если мы без предубеждения поглядим на показания тех, кто пережил контакт с чупакабрас или какими-либо другими чудовищами в этой стране, то нам никак не избавиться от вопроса: а действительно, не творение ли это рук человеческих, оплаченное тем или иным могучим и тайным спонсором? Характерные черты чупакабрас: очень ловкие и быстрые — никому не удавалось рассмотреть их, — высоко прыгают и очень быстро исчезают из виду;
их жертвы чаще всего домашние животные; отверстие, из которого высасывают кровь, — до сантиметра в диаметре, глубиной в несколько сантиметров, сделано как будто металлическим пробойником;.
кровь в найденных телах жертв отсутствует полностью;
в месте, где нападают чупакабрас, сильный неприятный запах чувствуется как после, так и до самого нападения;
на телах их жертв не заметны следы трупного окоченения; питаются по ночам;
наносят всего одну рану, хотя есть данные и о калечении тел;
вокруг отверстия на шее нет никаких гематом; кровь вокруг раны не сворачивается; после этого к телам не прикасается ни одно животное;
животное остается живым несколько часов после; нападения, но потом оказывается, что оно полностью лишено жидкости.


РЕЗУЛЬТАТЫ ВСКРЫТИЯ ОДНОЙ ИЗ ЖЕРТВ ЧУПАКАБРАС

3 мая 1996 года в мексиканской деревушке Пуэбла на овечью ферму напали чупакабрас. Одна из овец выжила после этого, но ее состояние оказалось настолько плачевным, что хозяин фермы решил зарезать ее, чтобы избавить от дальнейших мучений. Доктор Соледад де ла Пенья взялась за вскрытие и документально подтвердила отсутствие признаков трупного окоченения и совершенную обескровленность, даже во внут-
Итак, середина XII века. Солнечный августовский день. Король Стефан Английский (правил 1135-1154) с огромным трудом удерживал корону. Почти двадцать лет страна сотрясалась от опасной эпидемии политических интриг, героями которых были сам король Стефан, его главная противница Матильда и английские бароны, которые жаждали власти и меняли одну партию на другую чаще, чем рубашки.
Вдали от всех этих политических перипетий, от интриг и предательств простодушные фермеры деревни Вулпит, что в графстве Суффолк, спокойно собирали очередной урожай. Вполне вероятно, что 'поселение получило свое название по ассоциации с торговлей шерстью («вул») или от глубоких рвов («пит»), находившихся неподалеку, — в них частенько находили упавших волков. Но даже это отдаленное селение испытывало на себе результаты борьбы за власть в королевстве. Нигде нельзя было быть спокойным. И никто не мог предсказать, где вспыхнет первая искорка гражданской войны. Не знал этого и хозяин области, сэр Ричард Кейн, который примыкал то к одной, то к другой придворной партии. Но урожай должен быть собран — неважно, на чьей голове покоится английская корона в Лондоне, на расстоянии в сто двенадцать километров от Вулпита.

ПОЯВЛЕНИЕ

Сбор урожая в Вулпите XII века был тяжелым монотонным трудом, которым местные крестьяне были вынуждены заниматься под палящим солнцем и с одними только серпами и косами. И вот однажды труженикам в глаза бросилось странное зрелище — через поле к ним шли мальчик и девочка. В этом самом по себе не было ничего необычного — очень часто в средние века можно было встретить ребенка на поле, он или помогал взрослым в работе, или нес им питье и еду. Но эти дети были зелеными! Их кожа, волосы и одежда — все совершенно зеленое.
Крестьяне бросили работу и, подойдя к детям, решили отвести их в деревню и показать сэру Ричарду Кейну. Зеленые дети говорили на языке, который никто не понимал, но знаками сумели показать, что хотят есть. Сэр Ричард Кейн и его слуги были добры к ним и щедро предложили разнообразные яства и напитки. Но дети отказывались от всего, несмотря на явные признаки голода.
Один из древних хронистов, Уильям Ньюбургский (чей манускрипт на латинском языке хранится под номером 3875 в Харлейанской коллекции Британского музея), описывает в деталях реакцию детей, когда им дали зеленые стручки фасоли. Казалось, дети знали, что это такое, и даже поняли, что это можно есть, но никак не могли вынуть зерна из стручков, пока кто-то из селян не показал им, как это делается. И тогда они с жадностью накинулись на эту еду.
По словам этого хрониста и другого — Ральфа, аббата Когсхолла, дети мало-помалу привыкли к человеческому рациону, и их кожа практически потеряла свой зеленый цвет. Их крестили, но мальчик умер через несколько месяцев. Его сестра, однако, прекрасно приспособилась к обычной пище людей, которые ее окружали, и полностью лишилась зеленого цвета. Некоторое время она работала в деревне, и аббат Ральф описывает ее как «развязную и капризную» девушку. Несмотря на это, а может быть, и благодаря своему раскованному поведению, ей удалось выйти замуж и счастливо прожить всю оставшуюся жизнь в КингсЛинне, в графстве Норфолк. По другим версиям, это было место под названием Ленна, которое может быть просто средневековым вариантом написания того же Линна.
Как Уильям, так и Ральф были хронистами, достойными доверия. Уильям был весьма объективным критиком и эрудитом и сам выражал большие сомнения в правдивости этой истории. Похоже даже, что он с неохотой включил ее в свою хронику. Летопись аббата Ральфа в этой своей части, очевидно, была основана на словах самого сэра Ричарда Кейна или кого-то из его близкого окружения. Многие детали и то, с каким знанием Ральф говорит о нравственном облике девушки, указывают на подлинность изложенных фактов. Обычно такие хронисты, как Ральф, не делали замечаний по этическим вопросам, по крайней мере когда не были уверены, что рассказываемое ими — реальное происшествие.
Анализ фактов, представленных как Уильямом, так и Ральфом, показывает высокую степень их правдоподобности. Дети были напуганы, ошеломлены и плакали, когда появились на поле, где крестьяне убирали урожай; они держали друг друга за руки, как бы указывая на взаимную поддержку; когда жнецы обратились к ним на своем наречии, то не были поняты, но уже через несколько месяцев дети прекрасно говорили на новом для них языке — это указывает на высокий уровень их восприимчивости или образования, позволивших выучить язык за короткое время; они не были знакомые едой, которую им предлагали, и поначалу даже отказывались ее попробовать, несмотря на то что были. явно голодны; нормы поведения у девочки, когда она подросла, заметно отличались от принятых в это время в Восточной Англии, что и вызвало неодобрительное замечание аббата Ральфа. Как уже говорилось, мальчик был слабее и поэтому скончался через сравнительно короткое время проживания в новом окружении. Девочка оказалась более стойкой от природы: она выжила и, как уже упоминалось, вышла замуж, завела семью и счастливо прожила как обычная мать семейства того времени в Кингс-Линне, или Ленне. Все эти данные вполне правдоподобны.

ЗЕМЛЯ СВЯТОГО МАРТИНА

Когда дети достаточно выучились английскому языку, чтобы общаться со своими новыми знакомыми и благодетелями в Вулпите, они рассказали занятную историю. По словам Уильяма и Ральфа, дети объясняли всем, что прибыли из христианской страны, которую называли Земля святого Мартина.
В Европе в честь знаменитого святого Мартина Турского (316397) были построены буквально тысячи церквей, и несколько сотен деревень также носили его имя. Сам Мартин когда-то был солдатом, потом принял монашеский постриг и стал епископом. Он был выдающейся фигурой в деле распространения христианских идеалов в Европе. Неужели Земля святого Мартина — зеленых детей — одна из пятисот деревушек Франции, носящих имя Мартина Турского? Если дети действительно были французами, то нет ничего удивительного, что они не могли понять наречия жителей Суффолка, но как объяснить то, что они оказались рядом с волчьими рвами в этой области Восточной Англии?
Предположим, что Уильям и Ральф совершенно честно и правдиво изложили все перипетии этого происшествия. Тогда что они значат? Есть ли им какое-нибудь разумное и логическое объяснение? Дети рассказывали, что пасли овец своего отца в Земле святого Мартина, когда услышали странный звук и увидели манящий ослепительный свет. Некоторые исследователи полагают, что речь идет о звуке колокола, донесшемся из большого аббатства Бери-СентЭдмунда. Единственное, что помнят дети дальше, как они очутились в поле у Вулиита, совершенно изумленные и испуганные ярким летним солнцем Восточной Англии. Они объясняли селянам, что в Земле святого Мартина никогда не бывает света больше, чем в Англии при утренних или вечерних сумерках. В дальнейшем они включили в свой рассказ совершенно противоречащую всему прежде сказанному подробность появления у волчьих ям в окрестностях Вулпита. Дети заявили, что прошли через какой-то туннель, в конце которого увидели сверкающий свет. Выйдя к этому свету, они были ошеломлены и сбиты с толку тем переполохом, который вызвало их появление у крестьян, и не смогли найти дорогу к туннелю обратно. Впоследствии они прибавили еще одно сообщение о Земле святого Мартина: ее можно видеть на большом расстоянии как светящуюся страну на другом берегу большого озера или реки (предположительно находящейся в той самой области Суффолка, где они появились).
Некоторые историки и исследователи предположили, что дети на самом деле были одними из тех многочисленных в средние века полурабов, которых заставляли трудиться на медных рудниках. Постоянный контакт с медной пылью может вызвать различные изменения внешнего вида человека, в числе которых и окрашивание кожи и волос в зеленый цвет. Мы можем указать на современные примеры этого явления, связанные не с эксплуатацией на медных рудниках, а со случайными контактами с медью. По словам автора статьи, напечатанной в лондонской газете «Дейли мейл» в ноябре 1995 года, рыжие волосы нескольких шведских подростков стали зелеными после того, как они напились воды из водопровода, зараженного окисью меди. В той же статье сообщалось о зеленой кошке, которую видели в Дании и у которой в крови, как обнаружилось, имелся значительно превышающий обычный процент содержания меди. То, что дети рассказывали о недостатке света в Земле святого Мартина, соответствует условиям жизни на медной шахте.
Если по какой-то странной причине дети были привезены с медных рудников с континента, нет ничего необычного в том, что они не понимали английского. Это предположение становится еще более правдоподобным, если вспомнить о длинном туннеле или пещере на берегу озера или реки из истории, рассказанной детьми, хотя эта подробность и вступает в явное противоречие с их прежним рассказом о том, что они пасли овец своего отца и оказались у волчьих ям Суффолка совершенно неожиданно для самих себя.

ЯЗЫЧЕСКИЕ КУЛЬТЫ ПЛОДОРОДИЯ?

Автор газеты «Фортин тайме» Пол Харрис предложил в 1991 году еще одну интересную версию всей этой истории. Он предположил, что речь идет о детях из труппы странствующих актеров, которые потерялись и многие годы скитались то ли в густом зеленом лесу, то ли на заброшенных кремневых шахтах близ селения Фордхем-СентМартин.
Но что, если они не были хомо сапиенс в прямом смысле этого елова? Тогда почему настолько походили на нас? И если вообще не были людьми, то кем были и откуда прибыли? По мнению других исследователей, Земля святого Мартина могла быть эвфемистическим обозначением Земли Мертвых. Кроме того, в некото-' рых древних мифах фасоль — единственная еда, которую принимали дети, — является пищей мертвых. Это открывает возможность для совершенно иного истолкования истории о зеленых детях Вулпита. Не могла ли она быть довольно странным вариантом возникшего в средневековой Англии XII века старого мифа о Плутоне иПерсефоне? Не хотели ли хронисты сказать читателю о том, что природа (»плодородная» зеленая девочка) избегает мира смерти, как это делают почки растений весной? Или перед нами нечто большее, чем новая версия классического мифа о возрождающейся природе? Не идет ли речь о некой притче, чьим местом действия Вулпит XII века выбран случайно? Тогда речь идет не о христианской притче, а о новом представлении старого культа плодородия «викка». Может быть, столь же древнего, как легенда ханаанцев о богах Баале и Астарте? И не влиянием ли христианской Церкви объясняется прибавление деталей о Земле святого Мартина и крещении двух героев, введенных для того, чтобы скрыть реальный смысл этого мифа? В древних ритуалах плодородия мужской персонаж играет страдательную роль, в то время как женский персонаж, Королева, выживает и процветает. (В истории с зелеными детьми умирает как раз мальчик, а веселая и счастливая девочка продолжает жить.) Также можно заметить хотя и незначительное, но интересное совпадение этой истории с сюжетом об Обероне и Титании у Шекспира в «Сне в летнюю ночь». Зеленые дети прекрасно подходят на роль жителей Зачарованного Царства Оберона и Титании. Здесь перед нами версия, не лишенная оснований. Так или иначе, Катерин Бригге включила историю о зеленых детях в свою «Энциклопедию фей», точно так же, как и Томас Кейтли — в изложение более древних мифов — «Мифологию фей».
Произведения Шекспира послужили основой и для другой версии истолкования истории о зеленых детях. Когда Тринкуло и Стефан встречают Калибана, странное чудище «Бури», одна из первых мыслей, которая приходит им в голову: взять его с собой в Милан и там выставлять на ярмарке. Они были уверены, что это предприятие сделает их богачами. Виктор Гюго рассказывает о судьбах несчастных детей, которых специально уродовали взрослые для того, чтобы своим жалким видом они вызывали жалость у зрителей. Возможно ли, чтобы зеленые дети тоже были жертвами подобных опытов и их просто выкрасили в зеленый цвет какой-то травяной смесью? Если зеваки могли платить за удовольствие видеть Калибана, то они точно так же раскошелились бы при виде таинственных детей из страны фей.
Еще одна гипотеза напоминает нам о старой английской трагедии «Дети в лесах». Была ли история о зеленых детях источником для этой трагедии, или имелась еще одна, более древняя и похожая, в которой два голодных ребенка-раба сбегают с медного рудника и придумывают историю о Земле святого Мартина и овцах своего отца для того, чтобы их не вернули обратно? Места, где разворачиваются обе истории, отстоят не так уж далеко друг от друга. Традиция «Детей в лесах» помещает их в лес Уэйленд, между Уоттоном и Тетфордом в Восточной Англии. Одна версия этой трагедии рассказывает, что дети не были братом и сестрой, а девочка была невестой своего юного спутника. Говорится также, что мальчик происходил из богатой семьи Греев, которые жили в этой области. Мальчика завел в лес его злой дядя, который оставил племянника в чаще умирать с голоду, чтобы завладеть его наследством. Негодяй-дядя желал вдобавок получить приданое девочки (кроме того, что он ограбил ее малолетнего жениха) и погубил ее тоже. В таком случае следует понимать, что зеленые дети — это беспокойные бродячие призраки тех самых «детей в лесах» (или каких-то других жертв похожего преступления), которые ищут своего губителя, желая ему отомстить?

ЛЮДИ ИЗ ДРУГОГО ИЗМЕРЕНИЯ?

Странный цвет кожи и волос детей, их совершенное незнание английского XII века, их смущенней страх при виде крестьян и полный отказ от обычной человеческой еды — все это дало основание для самой странной из всех гипотез: Земля святого Мартина находится на другой планете, или в другом времени, или даже в другом измерении! Не был ли туннель или пещера, по которой дети пришли в наш мир, чем-то вроде тропинки, соединяющей нас с далеким царством, похожим на Срединную землю Толкина, между прошлым, настоящим и будущим? Тогда — другое измерение? В таком случае необходимы были лишь незначительные генетические изменения для того, чтобы человеческая кожа и волосы приобрели зеленый цвет. Представим себе такое измерение или даже наше будущее на Земле, при котором генная инженерия с успехом внедрила хлорофилл в человеческое тело. Мужчина или женщина тогда могли бы получать питание, то есть энергию, просто из двуокиси углерода и солнечного света, как это происходит с растениями. Такому человекубыло бы достаточно постоять на солнцепеке и зарядиться энергией, вместо того чтобы принимать пищу. Что, если зеленые дети были продуктом генной инженерии именно такого рода, возможной в будущем нашего мира, или других миров, или некой земли, которая существует параллельно нашей, но где развитие происходит в другом измерении? Существовал ли туннель, по которому они шли во времени или в пространстве? В бесконечно загадочной Вселенной все возможно…
Итак, перед нами ряд фактов, которые, хотя и выглядят достаточно странно, все же должны как-то истолковываться. Представим себе, что в середине XII века на поле у деревни Вулпит в Суффолке крестьяне встречают детей странного облика. Они не говорят по-английски. Они не знают обычной местной еды. Они утверждают, что прошли через какую-то пещеру или туннель из странного места, где меньше света, чем на полях Восточной Англии. Мальчик вскоре умирает, но девочка выживает, теряет свой странный цвет, растет, выходит замуж и целиком вписывается в обстановку, ее окружающую.
Закончим кратким перечислением гипотез возникновения зеленых детей:
Это были дети простых бедняков, брошенные родителями, которые окрасились в зеленый цвет, испачкавшись чем-то в лесу, например мхом; или же прошедших через туннель или пещеру.
Это были юные актеры из труппы, ставившей пьесы на темы древних языческих культов плодородия, которые по тем или иным причинам оказались разлученными со своими коллегами.
Дети явились жертвами каких-то опытов, в результате которых их кожа приобрела зеленый цвет, — с целью показывать их на ярмарках как диковины, но им удалось сбежать от своих мучителей.
Точно также, как в случае со шведскими подростками, чьи кожа и волосы окрасились от питья зараженной воды, дети приобрели свой цвет вследствие заражения медью, возможно, во время работы на рудниках.
Они происходили из какого-то другого мира, из другого измерения, из параллельной вселенной или с далекой планеты.
Или же, несмотря на все доверие к словам хронистов, следует допустить, что зеленых детей никогда не было и вся их история — плод богатого воображения какого-то сказителя Восточной Англии в XII веке.


Часть третья
БЫЛИ-НЕБЫЛИ

ЛАМПЫ, ГОРЯЩИЕ ВЕЧНО

Рассказывает Сергей Первушин

«В апреле 1485 года в Риме, неподалеку от Аппиевой дороги, нашли мавзолей с саркофагом, а в нем юную девушку патрицианского рода… Она оказалась с виду как бы живой — красные губы, нежная кожа, стройная фигура… Когда открыли замурованную гробницу, вошедшие туда люди увидели лампу, которая горела уже полторы тысячи лет. Быть может, бактерицидному действию ее света и обязана сохранность тела давно умершей девушки?» (Эндрю Томас. «Мы не первые…»)


ЗАГАДКИ УШЕДШИХ ЦИВИЛИЗАЦИЙ

В замечательной книге Эндрю Томаса, отрывок из которой здесь приведен, описываются случайно и фрагментарно открываемые нами следы высоких достижений науки и техники давно ушедших цивилизаций. Не исключено, что их передали нашим далеким предкам представители инопланетных цивилизаций, палеоастронавты, «учителя учителей», доставившие примитивным племенам землян первоосновы ремесел и земледелия, архитектуры и законодательства, искусства и техники.
В частности, Эндрю Томас пишет о вероятности использования электричества уже тысячи и тысячи лет назад. Некоторые археологические находки, труды античных авторов, древние саги и легенды дают основания считать, что за этими предположениями стоит некая реальность.
Мы предлагаем коснуться лишь одной проблемы — вечных светильников. В произведениях классиков немало упоминаний о существовании в древности ламп, горевших негасимым светом. К сожалению, наши предки оставили слишком скупые описания таких вечных огней, что не позволяет установить, были ли эти ' светильники электрическими или работали при помощи какой-то иной, еще неизвестной нам энергии.
У Нумы Помпилия, второго царя Рима (715693 до н. э,), был светильник, сиявший под куполом его храма.
Плутарх пишет про лампу над входом в храм ЮпитераАмона, жрецы которого уверяли, что она горит уже несколько столетий.
Греческий писатель Лукиан (120-190 н. э.), всегда подробно и правдиво описывавший свои путешествия, в Гелиополисе видел во лбу статуи богини Геры драгоценный камень, который сиял и ночью освещал весь храм.
Прекрасную золотую лампу в храме Минервы, горевшую непрерывно в течение года, описывает Павсаний (II в.).
Описание чудесной лампы оставил нам в одной из своих работ святой Августин (354-430). Она хранилась в Египте, в храме богини Изиды. Августин сам убедился, что ее не могут погасить ни ветер, ни вода. Неугасимая лампа была и в Антиохии во времена правления Юстиниана (VI в.). Надпись рядом с ней свидетельствовала о том, что она горит уже пятьсот лет.
В раннем средневековье в Англии, близ Бристоля, внутри раскопанной древней гробницы обнаружили лампу, которая горела уже несколько столетий.
Когда в 1401 году близ Рима открыли гробницу Эвандра, сына Далласа, прославленного Вергилием в «Энеиде», оказалось, что погребальную камеру освещает фонарь, горевший более двух тысяч лет.
В книге «Эдипус Египтианус» (Рим, 1652 г.) иезуит Афанасий Кирхер описывает негасимые лампы, обнаруженные в подземельях Мемфиса.
О находке «прекрасной патрицианки» уже сообщалось в ранних номерах вестника «Мир непознанного» (и упоминается в начале этой статьи). В разных трудах постоянно цитировались «Римские хроники», дававшие определенную картину событий.

ЮЛИЯ

В начале XX века профессор теологии Питтафиоре, изучая по поручению римской курии анналы внутримонастырских дел, наткнулся на любопытную запись об «усопшей римлянке» (заметим, что автор не склонен называть ее Юлией, как этого требует традиция).
В этой записи, относящейся к концу XV века, есть неожиданное сообщение о лампе, вечно горевшей в гробнице, то есть о том, что нас интересует.
Описал происходившее монах-цистерцианец фра Бенедикто, случайно оказавшийся неподалеку от гробницы. Землекопы пригласили его посмотреть на чудесное открытие — не дьявольское ли это искушение.
Их испуг был вполне понятен — Рим был полон рассказами о людях, спустившихся в катакомбы (или старинные склепы) и не вернувшихся оттуда.
Протиснувшись в узкий пролом, фра Бенедикто очутился в погребальной камере, освещенной коптящим светом факелов. Увидев нетленную красавицу, благочестивый монах перекрестился, осенил крестным знамением усопшую, прошептал слова молитвы.
Нет, на козни нечистого это не похоже, решил он. Никакое наваждение не способно перенести знак креста. Наблюдательный монах обратил внимание еще на один источник света в подземелье. На стене висела металлическая лампа невиданной формы, горевшая неярким голубоватым светом. Таких светильников до этого он не видел.
Выбравшись наружу, монах поспешил к кардиналу Никколози, чтобы сообщить о необычном открытии. А кардинал уже сам направлялся к Виа-Аппиа (Аппиевой дороге), восседая в роскошных носилках, которые бережно несли слуги. «Пробравшись» сквозь ряды стражников и духовных лиц, монах поведал кардиналу об увиденном. Через короткое время они оказались в саду возле места земляных работ. Землекопы расширяли яму. Городские стражники оттесняли толпу любопытных. Высокого иерарха встретили поклонами. Он счел неудобным для своего сана спускаться в яму и приказал поднять саркофаг наверх.
Когда отверстие расширили и приготовились к подъему при помощи рычагов и веревок, кардинал послал фра Венедикте и двух священников из своей свиты наблюдать внизу за порядком.
В гробнице было тесно, но фра Венедикте оглядел настенные фрески и крышку саркофага в поисках христианских символов. Лампы на стене не было, но в суете подъема каменного гроба было не до вопросов.
Когда саркофаг с трудом извлекли на поверхность, кардинал подошел и посмотрел на чудесно сохранившееся тело. Сотворив крестное знамение, спросил у монаха, не была ли усопшая христианской мученицей? Монах ответил, что христианских символов в гробнице не обнаружил. Было приказано везти чудесную находку в церковь.
Чиновник магистрата, наблюдавший за погрузкой саркофага на повозку, отмахнулся от надоевшего монаха с его «глупыми» вопросами о какой-то лампе, фра Бенедикто, понимавший важность своего наблюдения, начал опрашивать от имени кардинала землекопов.
Все в один голос уверяли, что ангельская красота покойницы приковала их внимание целиком. Один из них даже сказал, что осмелился коснуться ее щеки и готов поклясться, что это была щека живого человека. Лампа? Нет, никто ее не зажигал. Каждый из них считал, что зажег ее кто-то другой. Да, она висела слева на стене, там вбит медный крюк. Нет, они не видели, кто взял и унес ее, так как до прихода стражников в гробнице побывала дюжина случайных людей, но всех их можно найти.
К исходу следующего дня все-таки разыскали людей, спускавшихся йниз. Все вспомнили висевшую на стене горящую лампу — свет ее был слабым, не коптящим и не колеблющимся от движения воздуха. Но никто вразумительно не мог ответить на вопрос, куда она исчезла. Опрос «катакомбных братьев» — шайки грабителей, поджидавших смельчаков, спустившихся в римские подземелья, — также ничего не дал.
На следующий день тысячи жителей Вечного города и окрестностей собрались вокруг церкви, чтобы посмотреть на древнюю римлянку. Фра Бенедикто, полный хлопот и волнений необычного дня, все-таки осмелился задать кардиналу еретический по сути своей вопрос: может ли его высокопреосвященство поверить, что лампа горела в гробнице со времени погребения?
«Лампа, горевшая много веков? Это тоже похоже на чудо, но довольно с нас одного проявления Промысла Божьего — нетленного тела этой, прости меня, Господь, если я ошибся, язычницы! Запиши, сын мой, о виденном в монастырской летописи и поскорее забудь об этой лам.пе!» Послушный воле кардинала, фра Бенедикто записал эту историю. О дальнейшей судьбе монаха анналы монастыря ничего не сообщают. Видимо, он так и ушел из жизни, не найдя ответа ни на один вопрос — ни о нетленной красавице, ни о загадочной лампе… И лишь спустя четыре века случайный исследователь обнаружил эту запись.
О причинах поистине чудесной сохранности тела прекрасной Юлии выдвинуто много предположений, одно из которых приведено в отрывке из книги Эндрю Томаса в начале данного сообщения. Но лампа?
Мы упомянули некоторые античные источники. В древних Индии и Китае тоже писали о таинственных светильниках, найденных в гробницах или сохранявшихся в «святая святых» храмов. Что это? Отголосок техники ушедших цивилизаций, случайно сохранив-' шейся или бережно пестуемой жрецами? Именно «вечность» свечения была привлекательна для воздействия на мысли и чувства верующих.
К сожалению, в наше время внутри неразграбленных гробниц такие светильники не встречаются. Возможно, использование современных методов исследования помогло бы раскрыть эту тайну прошлого.

СИЛА, «ОЖИВЛЯЮШАЯ» МЕРТВЫХ

Рассказывает Сергей Первушин


ЧТО ЗАСТАВЛЯЕТ ДВИГАТЬСЯ ДРЕВНИЕ МУМИИ?

…Телеоператоры замерли у своих камер. В слабо освещенной комнате морга застыла напряженная ти' шина. Юрий Лонго, максимально сконцентрировавшись, совершал пассы над телом, покоившимся на столе. Бледное лицо экстрасенса покрывали капельки пота. «Белый колдун» России работал с трупом! Объект опыта скончался несколько дней назад. Смерть была подтверждена тщательным обследованием.
Подобный опыт уже проводился несколько дней назад, в присутствии немногих свидетелей.
Теперь бесстрастные «зрачки» телекамер фиксировали каждую деталь происходящего. Подобная съемка производилась впервые в истории.
Лонго продолжал пассы, сосредоточив свою необычную энергетическую силу на объекте исследования.
Волнение присутствующих достигло предела, когда по телу усопшего прошла небольшая дрожь. Затем сжались и разжались пальцы, согнулась в локте рука… Повинуясь воздействию экстрасенса, мышцы трупа напряглись, и он сел на своем смертном ложе.
На данном этапе этого было достаточно, и опыт был прекращен…
Впоследствии миллионы телезрителей смогли увидеть эту уникальную съемку. Не было никаких хитростей — шла прямая запись в присутствии компетентной научной комиссии (»прямой эфир» получиться не мог, так как не совпадало время передачи).
Очевидцы события понимали, что произошло нечто весьма значительное. Повинуясь энергетическому «приказу», труп конечно же не ожил, но совершил какие-то движения, связанные с активизацией мышц. Это был не первый и не единственный опыт в практике Юрия Лонго. Он добивался и более впечатляющих результатов, но показывать их на телеэкране было бы по меньшей мере нежелательно. И оберегая нервы телезрителей, и не забывая об анонимном умершем, ставшем объектом исследования (на это было получено согласие родственников).
Не разобравшиеся в сути дела могут напомнить, что еще в 1791 году итальянский анатом Луиджи Гальвани заставлял сокращаться мышцы лягушачьих лапок, отделенных от тела, под воздействием электрического тока.
И в прошлом веке танатологи (специалисты, изучающие причины смерти и последующие изменения в организме) в научных целях добивались сокращения отдельных мышц умерших при помощи тока высокого напряжения. Журналисты немедленно окрестили подобную реакцию трупов dance macabre — «танцем мертвецов». Эти исследования проводились в Европе и за океаном. Электроды прикладывались к определенным точкам тела покойника, вызывая ответную двигательную реакцию. Вскоре эти работы были прекращены. Но в опыте Юрия Лонго, как могли убедиться ученые-скептики, происходило голько дистанционное воздействие — без прикосновения к трупу. Оказалось, что уже подвергшиеся посмертному изменению мышцы способны сокращаться от экстрасенсорного воздействия.
Характер и параметры его современной науке пока не удается определить. Но оно есть, оно было наглядно продемонстрировано «белым колдуном» России перед огромной телеаудиторией.
После этой передачи у нас должно измениться отношение к некоторым случаям, описанным в прошлом, которые воспринимались ранее как совершенно невозможные.
Зачастую оказывалось, что какая-то неведомая сила заставляла трупы или мумии двигаться, иногда совершать какие-то целенаправленные действия. И это не досужие вымыслы, а свидетельства ученых-специалистов, сообщающих о времени и месте, а также достоверные подробности происходившего.
Среди многих аналогичных случаев особенно впечатляет тот, что описан известным английским ученым Джеймсом Джорджем Фрейзером (1854-1941) — автором «Золотой ветви» — двенадцатитомного капитального исследования верований примитивных народов. Он сам был свидетелем происшедшего, находясь на острове Луто (архипелаг Тонга, Полинезия).
Туземец с соседнего острова приплыл на легком катамаране, чтобы под покровом темноты ограбить святилище бога моря Таароо. Предварительно он позаботился получить от колдунов талисманы-обереги, но они не спасли его.
Наутро злодея нашли возле храма мертвым. На его шее сомкнулись пальцы мумии древнего вождя, восставшего из могилы, находившейся неподалеку. На мумии были ожерелья из драгоценных раковин каури и другие знаки.
Фрейзер предположил, что преступника покарали служители храма, положив затем останки рядом, чтобы имитировать оживление мумии. Видимо, ученый не сумел скрыть своего недоверия, и туземцы отвели его к месту захоронения вождя. Огромная каменная плита была сдвинута в сторону. Под ней зияла пустая погребальная камера. Еще дня за два до этого Фрейзер осматривал святилище — камень спокойно лежал на месте. А по приблизительной оценке плита должна была весить не менее двух тонн.
Согласно легендам аборигенов, в далеком прошлом плиту доставили на огромном плоту с другого острова. Чтобы водрузить ее на могилу, пришлось звать на помощь жителей соседних островов. Как был вытесан этот монолит людьми, не знавшими металлов, Фрейзер вообще не мог вообразить.
Тело преступника было брошено в океан, где им сразу занялись прибрежные акулы.
Прах вождя, после надлежащих церемоний, был возвращен на место упокоения, а могила закрыта пальмовыми стволами и слоем листьев. Но каменная плита так и осталась не водруженной на прежнее место, ибо усилий всех жителей острова для этого оказалось явно недостаточно.
Маститый ученый никак не комментировал описанный случай, прямо не соприкасавшийся с направлением его исследований.
В английской газете «Шеффилд ньюс» от 17 сентября 1978 года была опубликована беседа репортера со священником Артуром Ньюменом, касавшаяся некоторых таинственных событий, происшедших в городке Питчли, неподалеку от Шеффилда. Этот достойный человек в течение многих лет занимался миссионерской деятельностью в Восточной Африке. Он постоянно сталкивался со зловещими племенными культами и привык относиться без предвзятое) и к самым необыкновенным вещам.
Почти десять лет назад он прибыл с обычным пасторским визитом в деревушку, затерянную в глубине джунглей. За год до этого он провел в ней около двух недель, обращая в истинную веру невежественных африканцев, деля с ними кров и пищу, помогая советами и делясь лекарствами из походной аптечки.
Туземец— масаи, бывший солдат, помогал ему, выполняя обязанности слуги, повара, причетника и переводчика. Он владел суахили, языком межплеменного общения, и парой местных диалектов, но как звучали слова Библии в его переводе, было известно одному Богу. Во всяком случае, отец Артур в глазах новообращенных, принявших крещение, мало чем отличался от местных колдунов, хотя и вел себя иначе. Но он приносил пользу, и туземцы относились к белому священнослужителю с почтением -помощь против сил зла от еще одного Бога всегда пригодится.
Однажды деревенский колдун пригласил отца Артура (считая его «коллегой» — «фахгеноссс», как перевел толмач, используя явно немецкий термин) принять участие в каком-то обряде на могиле вождя племени, похороненного несколько лет назад. Вождь погиб на охоте, но теперь возникли подозрения, что его предательски убили, а следы зубов и когтей льва были нанесены злодеями на тело мертвеца, чтобы скрыть преступление.
Миссионер хотел было отказаться, но колдун настаивал: присутствие белого человека (и вдобавок могущественного знахаря и целителя!) необходимо для придания обряду большей силы.
Отцу Артуру были любопытны проявления примитивного язычества. Он собирался — если удастся возвратиться в Англию живым — написать обширную работу для «Религиозного вестника». Поэтому он выразил согласие. Уже в следующее полнолуние миссионер вместе со своим слугой, колдуном, несколькими десятками родственников вождя и участниками той давней роковой охоты оказался в том месте, где находилось место упокоения вождей племени. По пути к нему священнику даже не завязали глаза, как сделали это со всеми, не состоявшими в кровном родстве с погибшим правителем, — охотниками и переводчикоммасаи. Видимо, его, считали достойным доверия.
Останки умерших покоились на высоких помостах, чтобы до них не добрались звери-падальщики.
Участники церемонии собрались вокруг могилыпомоста. Колдун совершил ритуальную пляску у небольшого костра, в котором дымились какие-то пахучие травы. Затем начал произносить заунывным голосом заклинания. Переводчикмасаи не смог разобрать в них ни слова. Тем временем из жердей, связанных лианами, была изготовлена лестница.
Колдун потребовал, чтобы каждый участник охоты, приведшей к гибели вождя, поочередно взбирался на лестницу к помосту и возлагал на него руки. Произошло некоторое смятение, так как никто заранее не знал, какям будет испытание.
Однако родственники вождя придвинулись к охотникам с угрожающим видом, и те поневоле начали выстраиваться в очередь у лестницы. Первый из них медленно поднялся наверх, сделал то, что требовал колдун, а затем быстро соскользнул, явно радуясь, что с ним ничего не произошло.
Но третий испытуемый пронзительно завопил наверху. Было видно, что он дергается, пытаясь освободиться. Чтото крепко держало его.
«Неужели там поставили капкан?» — подумал отец Артур удивленно. После нескольких отчаянных рывков охотник свалился вниз, упав на спину. И все увидели, что его запястья крепко сжаты полуистлевщими руками трупа-мумии, оторвавшимися от тела.
Несколько воинов подскочили к упавшему и приставили копья к его груди. В стонах и воплях он признался в преступлении и назвал еще двоих соучастников, которые не спешили подвергнуться испытанию и затаились в конце очереди.
Всех троих немедленно пригвоздили к земле длинные наконечники копий, употреблявшиеся при охоте на львов.
Колдун с большим трудом разжал пальцы мертвеца и вернул останки обратно на помост. Лестница была разрублена на части. После плясок и заклинаний колдун разрешил покинуть место зловещего ритуала. Кому следовало, опять завязали глаза, и процессия кружным путем отправилась через чащу назад.
Тела убитых поволокли за ноги, чтобы бросить на опушке леса, где гиены быстро разделаются с ними.
Колдун, пришедший на следующий день к миссионеру с «визитом вежливости», весь сиял от удачного завершения действа и благодарил священника за помощь. Он объяснил, что именно присутствие «бледнолицего колдуна» помогло «вселить жизнь в останки убитого, чтобы изобличить злодея».
Отец Артур пытался расспросить, как это удалось сделать, но у толмача явно не хватало слов, и он невнятно перевел слова колдуна об особой силе, которая противостоит злу и может оживить покойника, если суметь ее призвать.
Можно было бы привести другие аналогичные случаи, описанные в прошлые времена буквально во всех уголках Земли. Их объединяет одна общая черта, уже подчеркнутая африканским-колдуном, весьма знаменательная и позволяющая сделать определенные выводы: приближение эманации зла, воплощением которого являлись злодеи или святотатцы, пробуждало какие-то силы, для нашего понимания совершенно неприемлемые. Это не было пресловутым воскрешением. Видимо, эле. менты некой полевой структуры, сохранявшиеся после смерти близ останков усопшего, активизировались и проявляли себя определенной двигательной реакцией. Необходимость противостоять злу пробуждала из небытия силы, совершавшие целенаправленные действия, носившие черты осознанных телодвижений.
Ученые, сталкивающиеся с подобными явлениями, трактуют их по-разному, но объяснить по-прежнему не могут. Это, вероятно, будет под силу лишь науке завтрашнего дня, когда она сможет отрешиться от попыток объяснять все происходящее в мире с позиции жесткого материализма.
«…В Священном Писании среди иных чудес, совершенных Иисусом Христом, описаны несколько случаев воскрешения умерших — начиная с. дочери Иаира и кончая Лазарем, уже четыре дня покоившимся в гробнице. Вероятно, это были пробуждения от летаргического сна.
В наши дни, когда не возникает сомнений в необратимости смерти человека, и после девяти, и после сорока дней, и впоследствии удается обнаружить в мертвых телах какие-то следы эманации разума. Некоторые исследователи называют это нечто остатками биополя.
Оно существует вблизи места упокоения и может проявить себя какими-то воздействиями на разум и психику иных людей — отсюда появление призраков усопших, вещие сны, различные события на месте смерти. Их достоверность подтверждается очевидцами».

КАК СЭКОНОМИТЬ НА КРЕМАТОРИИ

Случаи, когда люди внезапно вспыхивай от огня неизвестного происхождения и сгорали за несколько секунд, оставляя после себя лишь горстку пепла, известны с.незапамятных времен. Установлено, что при самовозгорании человеческих тел температура пламени достигала трех тысяч градусов. Любопытно, однако, что находящиеся рядом с жертвой легковоспламеняющиеся материалы (такие, как, например, постельное белье, вата или бумага) оказывались нетронутыми, то есть человек, лежащий в постели, полыхал ярким пламенем, но простыни и одеяло оставались целыми и невредимыми. Именно такое случилось в 1992 году 'с пожарным из Сиднея Роном Прайстом, полностью сгоревшим в своей кровати. Удивительно, что белье и подушки совершенно не пострадали, а лежавшие в метре от адского пламени спички не вспыхнули.
В 1950 году мексиканский суд рассматривал незаурядное уголовное дело. Судили Марио Ороско, мужа хозяйки гостиницы, по обвинению в убийстве своей жены Манолы. Его обвиняли в том, что он заживо сжег жену в присутствии множества людей. Марио грозила смертная казнь.
В тот вечер все шло, как обычно. Клиенты (солдаты местного гарнизона и проезжие торговцы) ужинали в зале на первом этаже гостиницы, тускло освещенном двумя лампами и отблесками огня из камина, где жарился аппетитный гусь. Муж хозяйки медленно вращал вертел, чтобы ни одна капля жира не пропала зря, а тушка равномерно покрывалась хрустящей корочкой. Молоденькая служанка разносила блюда и бутылки, улыбаясь усатым военным и ловко увертываясь от дерзких шлепков по кругленькой попке. Сама же хозяйка, наблюдая за порядком, сидела в массивном кожаном кресле.
Неожиданно мирную идиллию нарушил истошный крик. Хозяйка дергалась в кресле, выпучив глаза и широко раскрыв рот, а по всему ее телу бегали огненные языки. Через мгновение тетушки Манолы не стало, а на целехоньком кресле валялась ее обсыпанная пеплом одежда. Прибывшие в гостиницу полицейское тут же арестовали мужа и отвели его в тюрьму.
Однако далеко не всегда тела жертв пирокинеза сгорают дотла. Недавно в Монголии на проселочной дороге пострадал от огня местный пастух Аржанда. «Черный манекен» был обнаружен в сидячем положении. Все его тело, голова и руки спеклись в сплошную смолистую массу. Но что самое поразительное, от огня не пострадала одежда покойного. Никаких следов пламени вокруг тоже не обнаружили, а температура воздуха составляла пятнадцать градусов ниже нуля. Любопытные подробности рассказал напарник погибшего пастуха:
— Я погнал часть стада вперед. Когда вернулся к Аржанде, то застал его сидящим на корточках возле дороги со спущенными штанами. Он справлял нужду. Подойдя поближе, я увидел, что он.черный как уголь. А меж его ног дымилась свежая куча кала. Я бросился бегом в ближайшую деревню за помощью. Родственники Аржанды попытались положить его на деревянные носилки, но они задымились. Когда сняли его тело, оказалось, что доски обуглены. Пришлось подождать немного, пока Аржанда остынет.
Напарника погибшего задержали и обвинили в умышленном убийстве. Когда же к сидящему в тюрьме пастуху пришел следователь, то вместо подозреваемого он нашел груду обугленных костей с частично сохранившимися кусками мяса. Объяснения происшедшей трагедии найти не удалось…
Дара Метцель в 1969 году сидела в своем автомобиле на одной из улиц Люксембурга и, внезапно воспламенившись, сгорела дотла за считанные секунды. Несколько человек пытались ей помочь, но безуспешно. Когда все было кончено, выяснилось, что внутренняя обшивка и сиденья автомашины не пострадали. Примерно в то же время житель Техаса Майкл Лифшиц был обнаружен мертвым в своей машине. Лицо и руки его были обожжены, а волос и бровей огонь почему-то не коснулся. Поскольку его автомобиль находился в гараже, полицейские решили, что несчастный покончил с собой, отравившись выхлопными газами. Однако кузов был таким горячим, что обжигал пальцы.
Совершенно фантастический случай произошел в канадской провинции Альберта, где две дочери супругов Мелби вспыхнули в одно и то же мгновение, находясь в разных частях города, расположенных в километре друг от друга.
В 1991 году житель Дижона Шарль Дютейе, работавший в магазине скобяных изделий, принадлежащем чете Верней, встречал Рождество вместе с хозяевами. Выпив вина, он отправился спать наверх, в свою комнату, а наутро обнаружил хозяина мертвым. Пол нижнего этажа покрывал густой слой сажи. Едкий неприятный запах перехватывал дыхание. Полиция обнаружила рядом с кухонным столом останки мадам Верней — обугленные кости и пепел. Других следов огня в доме найти не удалось.
Не менее загадочный случай произошел в 1989 году неподалеку от Мюнхена. Тринадцатилетняя Юта играла на аккордеоне, когда ее отец, Вернер Ротке, услышал отчаянные вопли девочки. Он кинулся к ней и увидел, как она, охваченная пламенем, металась по комнате. У Юты обгорело тридцать процентов поверхности кожи, а сам Вернер получил ожоги второй степени. Позже девочка объяснила, что, как только она стала играть на инструменте, ее со всех сторон охватил огонь.
Весной 1993 года жители небольшого перуанского городка Орельяно, собравшиеся в церкви на воскресную службу, стали свидетелями потрясшего их зрелища. Священник, читавший проповедь, был в ударе.
Его гневная эмоциональная речь, посвященная безнадежным грешникам, которых ждет геенна огненная, бросала верующих в дрожь, и они истово осеняли себя крестными знамениями, вознося молитвы, чтобы чаша сия их миновала. Неожиданно проповедь прервал нечеловеческий вопль. Кричал священник, застывший в неестественной позе с воздетыми руками. Буквально мгновение спустя оцепеневшие от ужаса прихожане увидели, как из его груди вырвался язык пламени, а сам он превратился в огненный столб. Люди бросились из церкви, давя друг друга в дверях, и ни один из них не увидел того, что впоследствии обнаружили следователи. На амвоне лежала целая и невредимая одежда священника, внутри которой темнела горсть пепла, — все, что осталось от служителя Бога.
Случай вызвал волну слухов и домыслов. Верующие не сомневались в том, что Господь покарал святого отца за тяжкие прегрешения. Одни уверяли, что священнослужитель, давший обет безбрачия, предавался пороку, тайно просматривая порнокассеты. Другие не сомневались, что он продал душу дьяволу. Треть даже выдвинули «гипотезу», что вместо священника читал проповедь сам переодетый сатана. Опросив свидетелей, полицейские закрыли дело.
Дьявольский огонь, или пирокинез.не плод фантазии, а реальный факт, хотя с точки зрения физики и химии такой феномен невозможен. Известно, что тело человека на две трети состоит из воды и для его сгорания требуется значительное количество энергии, которого в живом организме нет. Даже чтобы сжечь покойника в крематории, необходима температура в две тысячи градусов и время не менее четырех часов. Но даже при таких условиях требуется дополнительно дробить обугленные кости скелета, чтобы превратить их в пепел. Случаи самовозгорания встречаются крайне редко.
Тем не менее в нашем столетии зафиксировано девятнадцать подобных явлений. На их.счет среди ученых существуют разные мнения. Некоторые пытаются связать воспламенение людей с их внутренним состоянием. Отмечено, что многие погибшие были охвачены глубоким стрессом. Другие исследователи полагают, что загадочное явление возникает в связи с воздействием появляющейся поблизости от жертвы шаровой молнии, когда ее энергия проникает в биополе человека, что приводит к мгновенному воспламенению.
Ученые отмечают два типа возгорания. Превращение пострадавшего в пепел и спекание его в обугленную массу. В некоторых случаях какая-то часть тела оказывается не затронутой огнем.
Еще в прошлом веке появилась версия о том, что жертвами самовозгорания становятся хронические алкоголики, чьи тела насквозь пропитаны, спиртом, и поэтому вспыхивают от случайной искры, особенно если покойные курили.
Швейцарский ученый Людвиг Шумахер предложил свое объяснение самовозгорания.
— 'Почему бы не предположить, -говорит он, — что существуют еще не известные науке излучения, пучки которых существуют рядом с нами. В определенных условиях взаимодействие такой энергии с биополем организма вызывает мощную энергетическую вспышку — своеобразный взрыв, приводящий к самовозгоранию живого тела. Возникающий пучок энергии строго ограничен в пространстве и действует избирательно. Части тела пострадавшего, непопавшие в сферу излучения, остаются нетронутыми.
Недавно еще один ученый, японец Харуги Ито, выдвинул собственную, отличную от других гипотезу. По его мнению, причиной пирокинеза служит изменение течения времени. В обычном состоянии тело человека вырабатывает и излучает в пространство определенное количество тепла, но если внутри человеческого организма по какой-либо причине неожиданно резко замедляются происходящие в природе физические процессы (в том числе движение атомов), а на поверхности кожи их скорость остается постоянной, то вырабатываемое тепло просто не успевает излучаться в пространство и испепеляет человека.
В последнее время ряд ученых вообще придерживаются фантастической точки зрения. Источником энергии в живой клетке, считают они, якобы служит термоядерная реакция. По их мнению, при определенных условиях в клетках организма возникают неизвестные энергетические процессы, аналогичные тем, что происходят при взрыве атомной бомбы, которые не отражаются на молекулах соседней материи (например, на одежде или обшивке автомобиля)…

ПОХОРОНЕННЫЕ ЗАЖИВО

Жизнь и смерть. Два загадочных, неразрывно связанных одно с другим понятия. Они только на первый взгляд противоположны друг другу. Ибо грань, отделяющая одно состояние от другого, может быть очень тонкой.
Многие знают о мучительной, болезненной тревоге Гоголя, боявшегося быть похороненным преждевременно. Легенда гласит, что, когда гроб великого писателя был вскрыт, тело его лежало не на спине, а на боку… Но страх преждевременного захоронения был свойствен не только Гоголю. Английский писатель Уилки Коллинз, автор знаменитых романов «Лунный камень» и «Женщина в белом», на ночь обычно оставлял у постели записку с перечнем предосторожностей, которые следовало предпринять, прежде чем вынести заключение о его смерти. И таких примеров можно привести множество. Кроется ли за этими фобиями чтр-либо, кроме ужаса перед мучительной кончиной? Оказывается, да.


ВОСКРЕСШИЕ В МОГИЛАХ

Книга английского писателя и биолога Лайелла Уотсона «Ошибка Ромео» убедительно доказывает, что сама природа смерти настолько загадочна, что еще не одно поколение врачей и философов посвятит ей свои исследования. Однако помимо романтических и философских рассуждений о природе смерти медицину волнует и вполне практическая, конкретная проблема — определение смерти. Она существовала как в прежние века, когда самой серьезной «аппаратурой», свидетельствующей о том, жив пациент или нет, служило поднесенное к губам зеркало, так и теперь, с созданием сложных электронных приборов, регистрирующих малейшие признаки сердечной и мозговой деятельности.
В 1964 году посмертное вскрытие в нью-йоркском морге было прервано, когда после первого разреза «труп» вскочил со стола и схватил патологоанатома за горло. Врач заплатил за эту ошибку жизнью: он скончался на месте от шока. Подобные «воскресения» с более или менее трагическими последствиями происходили и ранее. В своем известном труде «Разоблаченная Изида» основательница теософии Е. П. Блаватская приводит следующие документально подтвержденные случаи: «В 1816 году в Брюсселе уважаемый горожанин впал в глубокую летаргию в воскресенье утром. В понедельник, когда его спутники готовились заколачивать гвозди в крышку гроба, он сел в гробу, протер глаза и потребовал кофе и газету. В Москве жена богатого коммерсанта пролежала в каталептическом состоянии семнадцать дней, в течение которых власти сделали несколько попыток похоронить ее; но так как разложение не наступало, семья отклонила церемонию, и по истечении упомянутого срока жизнь мнимоумершей была восстановлена.
В Бержераке в 1842 году пациент принял снотворное, но… не проснулся. Ему пускали кровь: он не очнулся. Наконец его объявили мертвым и похоронили. Через несколько дней вспомнили о приеме снотворного и разрыли могилу. Тело было перевернуто и носило следы борьбы. «Санди тайме» за 30 декабря 1838 года сообщает, что в Нижней Гаронне хоронили человека, как вдруг услышали неясный звук, доносящийся из гроба; могилокопатель бросился бежать… Гроб вытащили и взломали. Застывшее в ужасе и отчаянии лицо, разорванный саван и скрюченные конечности поведали о том, что вскрытие опоздало».
Известно, что знаменитый поэт Возрождения Франческо Петрарка пролежал двадцать часов как мертвый и через четыре часа должен был быть похоронен (закон запрещал погребать умерших раньше чем через двадцать четыре часа после кончины). Внезапно он очнулся, заявил, что ему стало холодно, отругал слуг… Поэт прожил еще тридцать лет, написав за это время многие из лучших своих сонетов.
Примечательно, что во многих странах в прежние времена существовал закон, запрещавший поспешные похороны. Срок, установленный до погребения, был предназначен для проверки истинности смерти. В одном огромном готическом здании в Мюнхене в прежние века длинными рядами складывали тела людей, умерших внезапно. Они обвязывались веревками, которые соединялись с колоколами в комнате смотрителя. Все эти предосторожности были нелишними, так как далеко не все случаи каталепсии заканчивались своевременным выходом из этого состояния. Иногда возвращение к жизни происходило после похорон, о чем свидетельствуют официальные документы. Так, в 1856 году в Мюнхене была раскопана могила, из которой доносился звук, но на получение разрешения от священника и полиции ушло столько времени, что к моменту вскрытия гроба лежащий в нем человек умер. То, что его похоронили живым, подтверждалось ранами, которые он нанес себе, кусая в панике руки. В 1873 году после сообщения о шуме, доносящемся из могилы, была эксгумирована незадолго до этого похороненная молодая беременная женщина. Прибывшие люди обнаружили следы жестокой борьбы за жизнь, которая закончилась рождением ребенка, задохнувшегося в гробу вместе с матерью.
В чем же заключается природа этого странного состояния между жизнью и смертью и не менее странного и непредсказуемого возвращения к жизни? Природу каталепсии, летаргического сна и смерти способны объяснить пока только эзотерические учения, рассматривающие человека как явление многомерное. Они утверждают, что каждое существо и каждый предмет физического мира имеет своего энергетического (или тонкоматериального) двойника, принадлежащего миру иному и созданного из другого вида материи — более разреженной, чем физическая. Человек тоже имеет двойника, и именно этот двойник является носителем жизненного начала — души или сознания. Плоть и энергетический двойник соединены особым образом: на Востоке эту связь называют «серебряной нитью». Экстрасенсы и ясновидящие подтверждают, что энергетическая связь между телами в самом деле похожа на нить серебряного или белого цвета. Она становится видимой в момент частичного разъединения энергетического и физического тел, которое происходит во время сна, обморока, клинической смерти и других подобных состояний, имеющих общую природу. Смерть представляет собой окончательный разрыв энергетической связи между телами и невозможность тонкого тела вернуть-ся в свою биологическую оболоч,ку. После смерти энергетическое (астральное) тело «уносит» сознание (душу) на другой план бытия, и оно начинает новое, не похожее на земное существование.
Что представляет собой с точки зрения эзотерики каталепсия ˜ мнимая смерть? Это длительное отделение астрального тела от физическою, происходящее в результате болезненного состояния физического тела или психики, а иногда того и другого. Но энергетическая связь между телами при этом не прерывается, и, пока она цела, возвращение к жизни возможно. В случае же, если такое состояние принимается за смерть и тело предается погребению, несчастному каталептику остается одинаково ужасный выбор: или задохнуться в гробу, или… стать вампиром. Вот почему рассказы о вампирах — не сказки, а жуткая, но, к счастью, редкая реальность.

ВАМПИРЫ: МИФ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?

В случае, если похороненный в каталептическом состоянии человек был эгоистичным и низким духовно, если он в течение жизни преследовал лишь грубоматериальные интересы, его астральное тело не спешит окончательно расстаться с физическим. Не спешит потому, что земная жизнь для него — все, а небесная — ничто, причем страшащее его ничто. И в этом случае астральное тело вполне может избрать жуткое состояние полусмерти, или вампиризма.
Почему вампиризма? Этому есть объяснение. В «Разоблаченной Изиде» Е. П. Блаватская подробно рассматривает феномен «двутелесного» существования. Он заключается в том, что энергетический двойник лежащего в гробу, свободно проходя сквозь землю и другие препятствия, поддерживает жизнь находящегося в каталепсии физического тела за счет похищения энергии и даже крови у живых людей. И таким образом сохраняет свою собственную. Блаватская пишет: «…несчастные похороненные каталептики поддерживают свои жалкие жизни тем, что их астральные тела грабят жизнекровь у живых людей. Эфирная форма может ходить куда ей угодно; и до тех пор, пока она не оборвет нить, связывающую ее с телом, она свободна блуждать, скитаться вокруг, видимой или невидимой и питаться от человеческих жертв…» Иными словами, посредством таинственной невидимой связи эфирная форма передает высосанную у живых людей кровь материальному телу, лежащему на дне могилы, и таким образом помогает ему продолжать свое состояние каталепсии. Блаватская приводит цитаты из письменных свидетельств, оставленных многими выдающимися учеными и религиозными деятелями прошлого, столкнувшимися с явлением вампиризма. «Служители правосудия, — рассказывает она, — посещали места таких происшествий, могилы раскапывались, и трупы вынимались из могил, и почти во всех случаях наблюдалось, что подозреваемый в вампиризме труп выглядел здоровым и розовым, а плоть ничуть не разложившейся. Видели, как предметы, принадлежавшие таким умершим, передвигались по дому без чьего-то прикосновения. Но законные власти, в общем, отказывались прибегать к сжиганию или обезглавливанию тел до того, пока небыли выполнены строжайшим образом все процедурные требования судопроизводства. Вызывались и выслушивались свидетели, по-казания тщательно взвешивались. После этого осматривались выкопанные трупы, и, если на них обнаруживались несомненные характерные признаки вампиризма, их предавали палачу», В отличие от приводимых Блаватской примеров редкого — «кровавого» вампиризма есть его более распространенный вариант, когда астральное тело вампира питается не кровью, а жизненной энергией живых людей, передавая ее по «серебряной нити» лежащему в гробу физическому телу. Вот, к примеру, случай, происшедший в Шанхае. Свидетель его, полицейский, был послан однажды на кладбище в оцепление, которое должно было воспрепятствовать проникновению на территорию посторонних: там была отрыта могила, в которой обнаружили прекрасно сохранившийся труп женщины. Надо пояснить, что на шанхайских кладбищах действовал своеобразный порядок — так как земля была дорогой, то через шестнадцать лет прежние захоронения раскапывались, кости покойника сжигались и участок выставлялся на продажу. Болотистая, сырая земля Шанхая и его жаркий климат делали свое дело — тела покойных разлагались в таких условиях очень быстро. Когда полицейский пробрался через толпу любопытных к могиле, он увидел, что лежащая в гробу женщина выглядит как живая. Волосы ее отросли и достигли такой длины, что закрывали ноги. Длинные ногти на пальцах скрутились наподобие штопора. Она выглядела на сорок пять лет. Полицейский вскоре ушел, а позднее узнал от товарищей, что пропустил самое интересное. Покойницу пригвоздили к земле заостренным колом, и она при этом испустила тяжелый вздох. Затем тело куда-то увезли…
Об энергетическом вампиризме в наши дни знают многие. Ученые и целители раскрывают его природу, рекомендуют различные способы защиты от этой напасти. Но речь идет о живых энерговампирах, точнее (после всего сказанного) — полностью живых. Явление же, о котором мы ведем речь, еще ждет своих исследователей.

СВЕРХМЕТКИЙ ВЫСТРЕЛ

«Необычный, необъяснимый выстрел в моей жизни прозвучал более полувека назад. До сих пор то и дело он вспоминается, заставляя размышлять, как такое могло произойти и этому не нашлось объяснений?
После жестоких боев при обороне Сталинграда наш 7482-й зенитный артиллерийский полк занимал боевые позиции возле железнодорожного моста через Дон. Я состоял тогда в должности командира взвода управления батареи.
Как— то в апреле 1944 года я прибыл для проверки на наблюдательный пост, располагавшийся на возвышенности километрах в десяти юго-восточнее станицы Нижнечирской. На НП несли службу четверо солдат во главе со своим командиром ˜ сержантом, из них трое рядовых-девушек. Помню, среди них были москвичка Роза Лазинина и Мария Бурлакова (кажется, из г. Котельниково Волгоградской области).
Ведем разговор о жизни, о боевых задачах. Вдруг ктото из бойцов просит: «Товарищ лейтенант, вы во время боев в Сталинграде были снайпером. Покажите, как вы стреляете!» Тут же подают мне немецкий трофейный карабин. Подтверждаю им, что действительно водил бойцовдобровольцев на передний край. Во время рейдов приходилось вести снайперскую охоту, удалось даже на главной площади Сталинграда уничтожить фашистского снайпера.
Осматриваю немецкий карабин — конструкция знакомая. Однако насколько точно бьет, не знаю, опробовать времени нет. Поэтому пытаюсь отнекиваться. Они настойчиво упрашивают. В конце концов соглашаюсь. Обдумываю и оглядываюсь, куда и во что здесь можно выстрелить. Кругом голая зеленеющая степь, взору не на чем остановиться. Единственная заметная деталь — полуразрушенный деревянный каркас ветряной мельницы. На куполе мельницы вижу сидящего воробья. До мельницы метров пятьдесят, видимость прекрасная.
Показываю ребятам и говорю: «Вон видите, воробей сидит на куполе мельницы? Вот сейчас я ему в левый глаз пулю влеплю!» После этого стреляю стоя и навскидку, целясь в доски под куполом, на метр ниже воробья. Выстрелил. Смотрю, воробей упал не сразу вниз, а плавно спланировал по дуге влево на землю. Про себя улыбаюсь, а ребятам серьезно заявляю: «Видите, вон воробей упал на землю! Бегите, принесите!» Они побежали к мельнице, а я подумал: «Пусть пробегутся, потом вместе посмеемся над этим!» Они какоето время ходят там, ищут, а потом бегут назад ко мне. Их изумление и восхищение трудно описать! Подносят мне мертвого воробья. У него действительно разбита голова в области левого глаза! Я ошарашен, глупо улыбаюсь, не нахожу, что сказать. Ну кто поверит, что я не целился и не стремился попасть в воробья, а тем более ему в глаз. Как могло случиться, чтобы пуля случайно отклонилась на метр от точки прицеливания и попала именно в глаз воробья.
. В последние десятилетия я знакомился со многими результатами исследований парапсихологических явлений. В итоге я все больше склоняюсь к новой версии объяснения загадочного выстрела.
Давно замечено, что группа людей, думая об одном и том же, и притом очень активно стремящаяся к единому результату, может повлиять на события в желаемом для них направлении. Видимо, в такие моменты их психическая энергия может суммироваться и оказывать влияние на свершение избранного события…
Юрий Селян, подполковник, в отставке, г. Москва».


УЖАСЫ НА ДОРОГАХ

На дорогах случается всякое, но с тех пор, как они появились на земле, люди заметили, что на них попадаются особые, ужасные места, где порой происходят самые невероятные вещи.
Мотоцикл монотонно тарахтел на дороге среди унылых болот Дартмура, графство Девон, Англия. Мистер Хелби, врач из Дартмур-Призна, вез в коляске двоих детишек местного заместителя начальника тюрьмы. Казалось, ничего неожиданного произойти просто не могло: шел 1921 год, дорога была пустынна, никакое сголкновение с другим транспортным средством не угрожало. Однако неожиданно врач почувствовал, как кто-то невидимый и страшно сильный вырывает руль мотоцикла из его рук. Он крикнул детишкам, чтобы они прыгали, из последних сил пытаясь удержать мотоцикл на дороге. Благодаря мужеству Хелби дети спаслись, носам он погиб, когда мотоцикл опрокинулся. Расследование этого случая было коротким: все решили, что врач на мгновение отвлекся, это и вызвало падение в кювет. Правда, имелась в этом происшествии одна странность: дети твердили, что они видели страшные волосатые руки без туловища, которые сжимали руль злополучного мотоцикла, и эти руки не принадлежали мистеру Хелби… Однако тогда сочли, что все это детям привиделось, тем более что они пережили сильный эмоциональный шок.
Увы, о странных волосатых руках вскоре пришлось снова вспомнить: через, несколько недель на том же самом месте, где нашел свою смерть Хелби, опрокинулся автобус и погибли семь человек. Водитель остался жив. Потрясенный случившимся, он непрестанно твердил, что кто-то невидимый вырвал у него из рук руль…
А в конце лета тоже на том же самом месте неведомая сила сбросила с мотоцикла офицера местного гарнизона. Он чудом остался жив, и в газетах сообщали, что он клятвенно утверждал, будто видел волосатые руки, которые просто стащили его с мотоцикла.
Странная история с волосатым невидимкой нашла продолжение в наши дни. Уже в 1989 году на том же самом месте очередной жертвой чуть не стал еще один офицер. Его машину какая-то неведомая сила просто поволокла в кювет, и военному лишь нечеловеческим усилием удалось вывернуть руль. Случай с волосатыми руками по-своему уникален, гораздо чаще на дорогах попадаются самые обычные привидения… Так, на дороге в окрестностях Элмура (штат Огайо, США) в ночь на 21 марта ежегодно отмечается появление призрака безголового мотоциклиста. Он несется на огромной скорости, въезжает на мост и… растворяется в воздухе. Согласно местной легенде, после окончания первой мировой войны один солдат возвращался к своей подружке. Чтобы произвести настоящий фурор, он купил редкий по тем временам мотоциклет, но, увы, возлюбленная его не дождалась. Узнав об измене, солдат обезумел от горя, вскочил на мотоциклет и понесся на огромной скорости. То ли случайно, то ли намеренно он вылетел с дороги на обрыв у моста, где ему и оторвало голову. Теперь призрак бедного солдата каждую годовщину смерти вновь и вновь отчаянно несется по дороге, словно повторяя свой безумный бег от предавшей его любви.
Конечно, встретить безголового мотоциклиста довольно стращно, но еще ужаснее сбить автомобилем ребенка. В июле 1974 года ночью, когда Морис Гудинаф мчался на своей машине в Рочестер, Англия, неожиданно прямо под колеса его автомобиля с обочины выскочила девочка.
Морис отчаянно нажал на тормоза, но раздался глухой удар — непоправимое свершилось. Что делала эта девочка ночью в таком отдаленном от населенного пункта месте, с кем была — такие вопросы даже не пришли в голову Гудинафу. Он был попросту в шоке, лихорадочно соображая, как ему поступить. Вспомнив, что врачи не рекомендуют трогать в таких случаях пострадавших, чтобы не навредить им еще больше, и убедившись в отсутствии кровотечения, накрыл девочку ковриком с сиденья и понесся за помощью. Когда Морис вернулся на место происшествия с врачом и полицейскими, девочки не было, а на дороге одиноко лежал его коврик. Все попытки найти пострадавшую ни к чему не привели. Собаки рычали на коврик, но не брали след. Сам коврик был идеально чистым, хотя па нем должны были остаться следы крови: ведь ею была забрызгана блузка девочки. Самое интересное, что это был не первый случай, когда в этом самом месте жертвы наездов таинственно исчезали, не оставляя никаких следов. Морис отделался испугом, местные жители же посчитали, что его попутал призрак.
С древних времен люди верили в существование нечистых или заклятых мест, где с людьми приключались самые невероятные и чаще всего страшные вещи. Порой через такие места проходят наши современные дороги. Иначе как можно объяснить, что всего за один год после открытия между Бременем и Бремерхафеном нового первоклассного шоссе в одном и том же месте, у дорожного знака «239-й километр», разбилось около сотни автомобилей? Несчастья прекратились лишь после того, как этот участок дороги окропили святой водой и был убран злополучный дорожный знак. Специалисты по биолокации считают, что в таких местах дорога пересекается с геопатогенной зоной, таящей опасные для человека земные излучения. Геопатогенные зоны обычно приурочены к подземным водотокам, неоднородностям в земной коре, тектоническим нарушениям. В наши дни существование геопатогенных зон, вызванных особенностями строения земной коры, признается многими учеными, доказано оно и с помощью приборов. Может, здесь-то и кроется разгадка «заклятых» мест на дорогах? Ведь, попадая в такую зону, водитель может кратковременно терять ориентацию, испытывать внезапную слабость, галлюцинации и даже терять сознание. Правда, пока трудно с позиции науки объяснить существование призраков на дорогах и то, что «заклятые» места автокатастроф иногда обезвреживаются святой водой. Может, кроме геопатогенных зон, тут иногда и нечистая сила виновата?

ДЕРЕВНЯ МУТАНТОВ

В печать достаточно часто проникают сообщения, свидетельства и некоторые строго секретные документы о страшных последствиях радиоактивного воздействия на человека и животных, а также проводимых исследованиях.
Одно из таких необычных и сенсационных свидетельств опубликовал недавно американский журнал «Уорлд Эдвенчурс обсервер». Вот что пишет его автор Патрик Макроуди.
…История, рассказанная мне сорокапятилетним Сергеем Левицким, бывшим геологом, в прошлом году эмигрировавшим из России в Соединенные Штаты, удивительна и достойна пера триллер-писателя. Тем не менее Левицкий утверждает, что все. о чем он говорил, — абсолютная правда.
— Это произошло в 1989 году, в одном из самых глухих и труднопроходимых районов сибирской тайги. Наша геологоразведочная партия вела изыскательские работы на юге Якутии в отрогах Амгинского хребта.
Якутское лето быстротечно, поэтому мы работали по двенадцать часов в сутки, чтобы уложиться в сезон. Тем не менее через две недели усталость заставила группу сделать выходной. Каждый проводил его посвоему: кто рыбачил на ручьях, кто занялся стиркой, кто играл в шахматы, а я взял карабин и поутру ушел поохотиться на склонах хребта.
…Я продвигался по склону, обходя стороной сплошные лесозавалы и глубокие овраги ручьев с надеждой на встречу с горной козой: за две недели всем нам изрядно надоела консервированная пища и свежее десятикилограммовое филе пришлось бы очень кстати.
Часа через полтора моих блужданий я вышел на почти ровное пространство, поросшее густо стоящими молодыми даурскими лиственницами. Вот тогда и. произошла эта встреча…
Я уже углубился в лесок, когда в тишине раздался едва слышный треск ветки, — как раз впереди меня, шагах в тридцати. Я замер и стал как можно тише взводить затвор карабина.
Нечто, скрытое от взора за пологом веток, двигалось мне навстречу. Судя по шуму, это было достаточно крупное животное, перемещавшееся по лесу без особой осторожности. На кабаргу или росомаху было явно непохоже. Те идут иначе.
Я уже слышал дыхание этого существа. А через минуту впереди дрогнули ветки и показалось Оно. От первого же взгляда на него у меня зашевелились волосы на голове и кровь застыла в жилах.
А что чувствовали бы вы, если б перед вами, в двухтрех шагах, в глухом лесу, от которого до ближайшего населенного пункта тысяча километров, вдруг предстал воплотившийся в реальность монстр из фильма ужасов, жуткий упырь — желтокожий, с коричневыми трупными пятнами на лице…
Но это был не бред, не страшный сон: я видел его голый череп, глаза, руки, одежду — серую куртку и черные брюки, чувствовал, что существо тоже настороженно разглядывает меня…
Это длилось несколько мгновений. Потом Оно утробно застонало и метнулось в чащу.
Опомнившись от страха и призвав на помощь весь свой здравый смысл, я стал думать: начать преследование, чтобы раскрыть эту потрясающую тайну, или рвануть назад без оглядки? Мои ноги настойчиво требовали второго.
И все же победила душа геолога — я отправился по следу умчавшегося существа. Конечно, теперь я двигался крайне осторожно, останавливаясь и прислушиваясь, не спуская пальца с взведенного курка.
Примерно часа через два я увидел, что лес впереди меня обрывается обширной поляной, расположенной как бы в огромной чаше. На поляне стояли в хаотичном порядке десять-двенадцать срубов под плоскими, поросшими травой и мхом крышами. Некоторые строения напоминали бараки, другие — обычные деревенские дома.
Странный это был поселок, скажу я вам! Часть крыш и дворов были накрыты… камуфляжными сетками, а сама поляна обнесена забором из колючей проволоки…
И тут я увидел людей. Они были одеты, как и встреченное мною существо, в серые робы. Один за другим эти люди медленно выходили из большого барака и как-то сонно, опустив головы, брели в сторону строения, стоящего на другой стороне поляны. Потом они остановились у дверей, где их ждал человек в военной форме, но без погон. На поясе висела кобура.
От этой процессии меня отвлекла другая группа в робах, которая, выйдя из барака, направилась к «избе», стоявшей в двадцати шагах от моего наблюдательного пункта. Когда я посмотрел на них в бинокль, меня с головы до пят вновь окатила ледяная волна ужаса: передо мной находилась компания монстров, еще более страшных, нежели встреченный мною в лесу. Это были ожившие творения чудовищных фантазий Босха (средневекового нидерландского живописца. — Н. Н.). Я категорически утверждаю, что это не были жертвы безжалостной проказы или физических травм.
Кожа монстров была разных оттенков, но все цвета были какими-то неестественными. Таких не встретишь ни у одного из существующих на Земле народов. Представьте себе, например, оттенок сплошного — во все тело, пятидневного синяка, с желтизной, пробивающейся-, сквозь побледневшую синеву… Или глянцево-розовый, словно с головы до пят существо обварили кипятком. Или пастельнозеленый, будто и не кровь у монстра в жилах, а хлорофилл…
Но еще чудовищней были их тела. Повторяю, я уверен, что их уродство не является следствием травм или лепры, изгрызающей человека заживо, — здесь было что-то другое. Судите сами: у одного существа, например, на обеих верхних конечностях (язык не поворачивается сказать — руках…) по три пальца. Подозреваю, что то же самое у него и на нижних — так естественно и легко они ими управлялись. Это, очевидно, были не приобретенные, а врожденные уродства.
У других существ вместо ушей были видны небольшие отверстия в.туго обтягивающей череп коже, у третьих — не было носов, по крайней мере, в нашем, общепринятом представлении. На месте носа лишь чутьчуть выпирала переносица. И в подтверждение моей мысли о врожденном характере уродств навстречу этой группе из дверей «избы» вышла другая: совершенно очевидно, что передо мной — потомство. Они были субтильней и куда меньше ростом. Но их чудовищные черты и цвет кожи являлись копиями взрослых особей.
Это было страшно: монстры воспроизводили себя… Из дверей третьего барака потянулась еще одна группа в робах. Они двигались чуть дальше от меня, но рассмотреть их не составляло особого труда. Эта группа удивила меня иным: безусловно, передо мной были люди. Без каких-либо внешних уродств, глаза осмысленны, нормальный цвет кожи. Но важно было другое: их руки оказались скованы тонкими, но, видимо, крепкими цепочками, а охрана, окружившая людей в робах, была многочисленной. Похоже, подумал я, эти скованные ребята куда опасней стоящих свободно и без особого наблюдения страшных вурдалаков…
Как я понял, всех их вели на некий «медосмотр»: сначала вышедший из избы «врач» без халата, но в той же военной форме без погон сделал каждому монстру укол, у некоторых небольшими шприцами взял кровь (или что там текло в их жилах…), слил содержимое в пробирки, затем после визуального осмотра отобрал трех монстров — взрослого и двух «детей» — и завел их в избу.
Да, и еще одно весьма любопытное наблюдение: «врач» обследовал каждого с помощью дозиметра. То, что это был именно дозиметр, я не сомневаюсь: геологи постоянно работают с самыми различными приборами, определяющими уровень радиоактивности. Показательный факт, не находите?
Что еще рассказать? Вокруг поселка я не заметил просек и тем более дороги. Это говорит прежде всего о том, что попадают сюда только по воздуху. Кстати, большая круглая площадка в центре поселка вполне может служить для приема вертолета… Таким был удивительный рассказ Сергея Левицкого.
— Но что же было дальше? — спросил я его.
— Ну а дальше… Меня заметили… И не люди, и не монстры. Обыкновенные собаки. Такие черные, большие. Видимо, я неосторожно произвел шум, а может, ветер изменился и потянул в их сторону. Так или иначе, но до того поразительно безмолвный поселок (за все время я не услышал ни одного человеческого слова — лишь шарканье ног) вдруг огласился яростным лаем. И из-за дальнего барака выскочили черные собаки.
Я, не раздумывая ни мгновения, выскочил из своей засады и бросился наутек. Дорогу назад я помнил хорошо, поэтому не было необходимости размышлять о маршруте: ноги несли сами. Мне пришлось продираться через густой подлесок, перепрыгивать ручьи, нагромождения валунов и упавших деревьев. И все это мгновенно сбивало дыхание, отнимало силы. Настал миг, когда мне пришлось остановиться. Я замер, стараясь дышать как можно спокойней, хотя это вряд ли получалось. Сердце с безумной частотой, как колокол, стучало, казалось, прямо в мозгу.
Я ждал собак. Но мне было уготовано куда более жуткое испытание: вместо черных теней среди деревьев на меня 'надвигались человеческие фигуры. Но это не были охранники, меня преследовали существа в серых робах, освобожденные от своих цепочек, и несколько желто-лиловых и розовых монстров…
Они бежали организованной цепью, почти прогулочной трусцой, не издавая ни одного звука и не глядя себе под ноги, — и это было особенно страшно. Оружия при них я не заметил, но то, что намерения этих существ были для меня фатальными, — это очевидно. Жуткая тайна поселка требовала от его хозяев самых радикальных мер…
Я вновь что есть силы припустил вверх по склону, крепко держа в руках свой карабин, отчетливо понимая, что ноги уже не спасут.
Не знаю, сколько прошло времени, может, минут тридцать, а может, в три раза больше, но, в очередной раз остановившись, чтобы перевести дух, я не услышал погони. «Неужели ушел?» — мелькнуло с отчаянной надеждой.
И вдруг буквально в пятидесяти шагах из кустов показались две серые фигуры. Они дышали ровно! Той же неспешной трусцой жуткие существа направлялись в мою сторону. Их лица были по-прежнему подняты, а глаза, которые я уже видел, так близко они оказались, смотрели равнодушно, будто сквозь меня.
И тут мои нервы не выдержали — и я выстрелил… Расстояние было так мало, что, несмотря на бьющую. меня дрожь, я не промахнулся. Первый преследователь напоролся на пулю, на миг замер и медленно рухнул лицом вперед.
В центре спины торчали клочья окровавленной робы.
Я передернул затвор и выстрелил во второго почти в упор. Его отбросило назад.
Не ожидая появления других преследователей, я стал карабкаться по ставшему уже.весьма крутым склону. Пройдя вверх метров сто, оглянулся. То, что я увидел, заставило меня закричать от ужаса: «убитые» мной монстры трусцой приближались к склону, по которому только что взобрался я! И все-таки я ушел… А случилось это так. Увидев, что монстры, несмотря иа полученные ими раны, продолжают.преследование, я выстрелил в их сторону еще раз и, ломая ногти, полез по каменной гряде. В этой части хребет был хоть и крут, но не столь высок, тюэтому уже через полчаса я оказался на его почти плоской безлесной вершине. Перед тем как начать спуск, оглянулся назад. Два моих преследователя были уже рядом. Но я сразу заметил, 410 их движения стали шаткими и куда более медленными. Причем они слабели на глазах. Прошло несколько мгновений, и вдруг один из монстров споткнулся и упал. Через несколько шагов упал и второй. Они не шевелились. Подождав минут пять, постоянно оглядываясь и прислушиваясь, нег ли рядом других, я решился подойти к ним поближе. Страха не было. Видимо, сегодня его было так много, что моя нервная система просто выключилась, оставив в душе какую-то холодную пустоту…
Монстры лежали почти рядом. Совершенно очевидно, что они были мертвы. Похоже, даже их чудовищная жизненная сила, позволившая продолжать погоню за мной даже после убойных выстрелов, все же не смогла победить удар карабинных пуль.
Последний раз взглянув на распростертые тела, я начал спускаться по склону…Когда я увидел костер, палатки, ребят, уже смеркалось.
По глазам моих коллег я понял, что они мало поверили моему сбивчивому рассказу и тем более не вняли требованию срочно вызвать вертолет для эвакуации. Но все же было решено оставить на ночь дежурного.
Но ничего не произошло. Ни на следующий день, ни после. Мы еще две недели работали в тайге. А потом без приключений партия вернулась на Большую землю…
Рассказ Сергея Левицкого комментирует бывший сотрудник Ливерморской научной лаборатории, четыре года участвовавший в секретных биологических исследованиях, профессор Дэвид Невлинг:
— При всей фантастичности этой истории тем не менее я бы отнесся к ней серьезно. Результаты исследований, по крайней мере те, о которых я имею право говорить открыто, определенно свидетельствуют о самых поразительных последствиях воздействия радиации на человека и животных.
Я думаю, Сергей Левицкий «открыл» поселокрезервацию, где спрятаны от мира жертвы радиогенетических мутаций. Предполагаю, что такие резервации есть не только в России, но и в США. Возможно также, деревни мутантов тайно размещены на территории третьих стран, где-нибудь в Амазонии или Центральной Африке…
Есть у меня и еще одно соображение. Подобные резервации выполняют… гуманную роль. Возможно, исследователи пришли к выводу, что генетические мутации монстров зашли так далеко, их наследственный аппарат изменился настолько, что они стали представлять — в случае контакта — реальную и страшную угрозу всему человечеству как носители совершенно, иного и чуждого людям генотипа. То есть они стали новым видом существ, которые к тому же, судя по свидетельству Левицкого, способны воспроизводить себе подобных. А это уже страшно…

СКАЗАНИЕ О ГРАДЕ КИТЕЖЕ

Вот уже много лет ученые пытаются разгадать тайну небольшого русского озера Светлояр. По легенде, на его берегах когда-то стоял город — Большой Китеж. Судьба распорядилась так, что он обрел особое символическое значение, став мистической тайной земли Русской.


СТРАНА НЕИЗРЕЧЕННОГО СВЕТА

Образ заколдованного града широко отражен в отечественной литературе. Вспомним хотя бы знаменитый роман Мельникова-Печерского «В лесах», посвященный жизненному укладу старообрядцев. Писатель рассказывает: «Верховое Заволжье — край привольный… Преданья о Батыевом разгроме там свежи. Укажут и „тропу Батыеву“, и место невидимого града Китежа на озере Светлом Яре. Цел тот город до сих пор — цел град, но невидим. Не видать грешным людям славного Китежа. И досель тот Град невидим стоит — откроется перед страшным Христовым судилищем».
О Китеже говорится в исторических хрониках. Зимой 1237 года в пределах Рязанского княжества появились передовые отряды хана Батыя. Рязань не могла в одиночку противостоять многочисленным ордам завоевателей и обратилась к владимирскому князю Юрию Всеволодовичу с просьбой о помощи. Однако тот, желая ослабить сильного и богатого соперника, никакой поддержки рязанцам не оказал. Захватив Рязань, орды Батыя двинулись дальше. Были взяты штурмом и сожжены Коломна, Москва, Суздаль, Владимир, причем в последнем погибла вся семья князя, которую не успели вовремя вывезти в безопасное место. А вскоре в происшедшем сражении были разбиты и войска Юрия Всеволодовича. Сам он тоже пал на поле брани.
Летописи свидетельствуют, что некий предатель указал врагам дорогу к Большому Китежу. Захватчики осадили его и несколько дней штурмовали городские стены. Силы были неравны, и ордынцы уже было прорвались за ворота, как вдруг случилось чудо! На глазах изумленных воинов город исчез — скрылись под водой его церкви, башни, терема.
С тех пор, как гласят легенды, из вод озера порой доносится призрачный колокольный перезвон, а праведные люди могут не только слышать его, но и узреть пропавший Китеж.
К XIX веку сложилось три варианта легенды о Китеже. По первому, город находится на дне озера, подобно сказочному дворцу морского царя. По другому, рассказанному писателем М. Пришвиным, Китеж расположен под землей, а окрестные холмы являются его церквами. Третий вариант сообщает о городе, попрежнему стоящем на берегах Светлояра, но невидимом человеческому глазу. Лишь наиболее праведные паломники, приходившие сюда в день праздника Владимирской иконы Богоматери (6 июля по старому стилю), могли видеть в водах озера отражение раскинувшегося на холмах Китежа.
Надо сказать, что место это еще с языческих времен славилось как необычное и примечательное. Озеро было названо в честь славянского бога солнца — Ярилы, а на его берегах проводились культовые церемонии. На вершине высокого лысого холма, двумя мысами вдававшегося в озеро, волхвы в ночь на Ивана Купалу совершали свои богослужения, и тогда все вокруг озарялось светом факелов, а с горы в воду скатывались огненные колеса, символизирующие солнце.
Когда же Русь приняла христианство, православное духовенство начало искоренять древние обычаи. В канун Ярилина праздника толпы верующих с крестами и иконами являлись на священный холм. Дело временами доходило до кровопролитных рукопашных боев с соплеменниками, не отступившими от веры отцов и дедов. Шло время, и сторонников Ярилы становилось все меньше, а христиан все больше, так что к XVII веку озеро окончательно стало местом, известным исключительно по названию Китежа.
Но известен, почитаем и храним в памяти народной этот город, конечно, не потому, что скрылся под водой и время от времени являет чудеса. С Китежем была связана вера людей в существование на земле Русской духовномистического центра, где живут святые люди, противостоящие Антихристу и всякому злу. Китеж — город последней надежды для всех несчастных, недужных и обиженных, место, где можно укрыться йот гнева царя, и от притеснений барина.
Надо сказать, что преданий о подобных таинственных городах в мире существует немало. Это и Камелот — столица доблестного короля бриттов Артура, и волшебный остров Авалон — пристанище чародеев, эльфов и героев, и Агарта — город знания и духоразумения, находящийся под землей, где обитают мудрейшие из людей, одаренные вечной юностью и увенчанные божественным знанием. И конечно же таинственная Шамбала — невидимая и практически ни для кого не достижимая обитель махатм — духовных учителей человечества.
В России своя Шамбала — Китеж-град. В народе долго жило поверье, что некоторым праведникам, отличавшимся высокой добродетелью, удалось посетить старцев, живущих в невидимом городе. «Они принимают в свое братство только тех, кто заслужил это право своими духовными достижениями, тех, кто с несокрушимым геройством сердца выдержал огненное испытание жизни», — пишет латвийский поэт и мыслитель Р. Рудзитис в книге «Братство Грааля».
В связи с этим вспомним величественную оперу Римского-Корсакова, в которой град Китеж изображен как «страна неизреченного Света», куда попала мудрая благородная девица Феврония, потому что она «посвятила Богу Света три своих сохраненных дара: кротость голубя, благородство любви и слезы сострадания». Своего жениха князя Всеволода она учит любить каждого человека, кем бы тот ни был — грешником или праведником, ибо в каждой душе отражается искра божественной красоты. Если человек страдает, тем более нужно его обласкать, окружить небесной радостью.
В русском народе жило немало преданий о невидимых городах и монастырях, звон колоколов которых достигает слуха верующих в тихие летние ночи. Таковы, к примеру, сказания о Млевских монастырях (Тверская губерния), ушедших под землю, где продолжают жить святые отшельники; о чудесных старцах Малого Китежа (Городец), которые ранним утром выходят из Кирилловой горы и показываются богобоязненным странникам. Подобна им и алтайская легенда о народе чудь, не пожелавшем потерять свободу. «Ушла чудь под землю и завалила проход каменьями… Только не навсегда ушла чудь. Когда вернется счастливое время и придут люди из Беловодья и дадут всему народу великую науку, тогда придет опять чудь, со всеми добытыми сокровищами», — пишет Н. Рерих в книге «Сердце Азии»…

ЗАПОВЕДНАЯ ТРОПА

Но вернемся к тайнам Китеж-града. В старинной «Повести и взыскании о граде сокровенном Китеже» детально объяснялось, как можяо попасть в зачарованное место. Не удивительно поэтому, что многие люди пытались пройти путем, указанным в книге. Рассказы об их приключениях изустно передавались в народе. Особенно частыми подобные попытки были в XIX веке.
Так, некий Перфил Григорьевич с благословения игумена местного скита отправился на поиски Китежа и отсутствовал более трех месяцев. Перед тем как вышел он в путь-дорогу, игумен да^ ему указание о. пути, взятое из «Повести…»: «Перво-наперво ступай ты на Волгу, в Городец. Тот Городец по писанию Малый Китеж выходит. Оттоль идти тебе на полунощник (север. — Н. Н.), на полунощник, все на полунощник. Ни направо, ни налево не моги своротить. Перейдешь реку Узолу, перейдешь Сайдуреку, и третью, Санахту, перейдешь ты и Керженец — то путь, коим князь Юрий к Большому Китежу шел. А за Керженцем в лесах — „тропа Вашем“. Иди той тропою, пролагай путь ко спасению. Будут тебе искушения и от вражия силы страхи: бури и дожди, хлад и зной, змеи и лютые звери, но ты на страхи не взирай, иди себе „тропой Батыевой“, не сворачивай ни на лесно, ни на шуе (ни налево, ни направо. — Н. Н.)».
Но не только направление пути нужно было знать, чтобы попасть в зачарованное место. Паломник в первую очередь должен быть человеком твердой веры и достойной жизни в миру. «Повесть…» так говорит об этом: «Аще кто нераздвоенным умом и несомненною верою обещается и пойдет к невидимому граду тому, не поведав ни отцу с матерью, ни сестрам с братьями, ни всему своему роду-племени, — таковому человеку откроет Господь и град Китеж, и святых, в нем пребывающих… Узрит он тот град не гаданием, но смертными очами, и спасет Бог того человека».
О людях же, не способных к духовному подвигу, в чемто не угодивших Богу, «Повесть…» говорит следующим образом: «Кто, пойдя к Китежу, славити начнет о желании своем, таковому Господь закрывает невидимый град: покажет его лесом или пустым местом. И ничего такой человек не получит себе, токмо труд его всуе пропадет».
Итак, Перфил Григорьевич отсутствовал три месяца и вернулся домой в изорванной одежде, истощенный, со сломанной рукой и ногой. Перед смертью, постигшей его через неделю после возвращения, он поведал, что ему удалось, идя отГородца (Малого Китежа), найти «тропу Батыеву», ведущую к Большому Китежу. Дорога привела его на залитую ярким солнцем поляну, покрытую густой растительностью. Вокруг пели птицы, и странник, почувствовав усталость, решил отдохнуть на мягкой траве. Но как только он ступил на поляну, оказалось, что вся эта пышная зелень скрывает в себе не что иное, как болотное трясинное окно — чарусу. С трудом избежав гибели, крестьянин выбрался на берег, но тут же наткнулся на медведя. Спасаясь от зверя, путник потерял не только «Батыеву тропу», но и вообще всякую ориентацию в лесу. Только когда вернулся домой после бесплодных скитаний по чаще, игумен объяснил ему, что медведь не кто иной, как отец — привратник Китежа, стороживший мистический вход в него. Таким образом, Перфил, устрашившись медведя, сам лишил себя возможности побывать в заколдованном граде.
Те же люди, которые все-таки попадали в Китеж, как правило, оставались там навсегда. Существует любопытный документ — «Послание к отцу от сына из оного сокровенного монастыря, дабы о нем сокрушения не имели и в мертвые не вменяли скрывшегося от мира». Это одно из старейших сообщений о заколдованном городе. Датируется оно 1702 годом, и единственный известный его список был опубликован Мельниковым-Печерским в «Исторических очерках поповщины». Как видно из названия, документ представляет собой письмо, написанное неким юношей спустя три года после его исчезновения. Родные считали его погибшим, но, как следует из письма, он все это время жил в Большом Китеже. «Послание…» представляет несомненный интерес, особенно в части описания религиозной практики святых жителей города. Каждую ночь, как сообщал юноша, их молитвы поднимались в небо огненными столпами, и при этом свете тогда можно было свободно читать и писать.

НАУКА НЕ СТАВИТ ТОЧКУ

Если подходить к загадке Китеж-града с точки зрения современной науки, то, судя по всему, озеро представляет собой обширную геопатогенную зону, искони привлекавшую к себе людей. Несколько лет назад в окрестностях озера даже возникла фермерская община под названием «Кинх», так что энергетическое воздействие Светлояра, похоже, не ослабло и по сей день.
Данная гипотеза подтверждается еще и тем, что мест, подобных Светлояру, насчитывается в России не один десяток. Это и арийский город-святилище Аркаим в Челябинской области, открытый советскими археологами в 70-е годы, и Пермская зона, да и многие другие.
Еще в середине прошлого столетия родилась мысль о поиске зачарованного города на дне озера Светлояр, Однако настоящие исследования начались лишь в середине 50х,годов нашего века. Первым делом археологи начали раскопки Малого Китежа, где были обнаружены керамика, обычные предметы быта и огромное пепелище, датируемое первой половиной XIII века. Таким образом, сведения летописи о разорении города войсками хана Батыя подтвердились, и в 1959 году на озеро Светлояр отправилась еще одна экспедиция. Успеха она не добилась, поэтому поиски были возобновлены только в 1968 году. Тогда-то участвовавший в новой экспедиции геолог В. Никишин установил, что озеро является провалом земной коры, заполнившимся грунтовыми водами. Дно водоема, по свидетельству аквалангистов и гидрологов, представляет собой три террасы, расположенные на разной глубине — девять, двадцать три и тридцать метров. Было выяснено и время образования уступов: глубоководная часть возникла полторы тысячи лет назад, семьсот лет назад — вторая и четыреста — третья. Время образования второй террасы совпадает со временем Батыева нашествия и служит косвенным подтверждением легенды об исчезнувшем городе.
Экспедиция вдоль и поперек «прочесала» дно. озера, но тщетно. Были обнаружены лишь верхушки деревьев, торчащие из многометрового слоя на первом уступе.
Спустя год археологи продолжили изучение Светлояра с помощью геолокатора, позволяющего проникать сквозь толстый слой илистых отложений. На террасе XIII века, в северной части озера, прибор показал странное образование, имеющее овальную форму. Что это? Город Китеж? Экспедиция, пробившись сквозь ил, извлекла со дна куски дерева, носившие следы обработки людьми. Но можно ли их считать косвенными доказательствами действительного существованияисчезнувшего города? На этот вопрос специалисты не смогли ответить однозначно, как не могут ответить на него и до сих пор. А это означает, что загадка града Китежа по-прежнему существует…

ЯВЛЕННЕ ПОЧИВШЕГО КАПИТАНА

Рассказывает Сергей М.

События, о которых пойдет речь, произошли в сорока километрах от Санкт-Петербурга. Точнее — в Средней гавани Кронштадта. Эту историю никто никогда не слышал из-за моего опасения прослыть ненормальным. А произошло все не так давно.
Лет десять назад я, молодой, но уже опытный капитан, получил назначение на старенький пассажирский теплоход. Судно ходило на переправе Кронштадт — Ломоносов. Работа эта собачья. Почти целые сутки, мотаясь между двумя пристанями, мы перевозили по нескольку тысяч пассажиров в день.
В ту ночь погода была, прямо скажем, «нелетная». Туман, густо замешенный на мелком, пронизывающем дожде, не способствовал хорошему настроению. Но этот рейс был последним в тот день, Я сидел в каюте, перебирая старые бумаги. Было тепло и уютно. От одной только мысли, что сейчас нужно будет подняться на промозглый мостик, передергивало. Ящики письменного стола ритмично выбрасывали творческие шедевры береговых начальников. Господи, чего тут только не было! От древнейших актов об испытаниях пожарных шлангов до инструкций по борьбе с кишечными заболеваниями. Из очередной папки выпала фотография. С пожелтевшего листка смотрел солидный мужчина в морской форме. Узнать прежнего капитана этого судна было нетрудно. Мы с ним часто встречались. Он умер год назая. На снимке капитан был молодой и сильный.
«А ведь он прожил в этой каюте лет двадцать», — подумал я. Какое-то странное чувство заставило меня осмотреться. В дверь забарабанили:
— Командир! Время!
— Иду!
Я положил фотографию на стол, натянул фуражку и, закрыв каюту на ключ, поднялся на мостик.
Погода оставляла желать лучшего. Но делать было нечего. — Убрать трап. Отдать швартовы!
— Двести сорок пассажиров на борту. За кормой чисто! -доложил поднявшийся в рубку рулевой.
— Добро. Вставай на руль.
Теплоход, двигаясь назад, проваливался в ночь. Кронштадт стал исчезать за пеленой дождя. — Право на борт!
Я перевел ручки дистанционного управления машинами на передний ход, подошел к радару и повернулся к рулевому:
— Иди скажи механику, чтобы котел запустил. Холодно что-то.
Он скатился по трапу и хлопнул дверью. Винты, вгрызаясь в мазутную воду нашей «прекрасной» Балтики, начали толкать судно вперед. Экран локатора был чист. Страшно захотелось закурить. Вспышка зажигалки ослепила глаза, но в следующее мгновение мне было уже не до курева. Из тумана прямо мне в левый борт вылетел на полном ходу адмиральский катер' Он появился так близко, что видны были заклепки ла его белом корпусе. Мое судно на широкой циркуляции набирало инерцию, и разойтись уже было невозможно. Я стоял как парализованный и широко раскрытыми глазами смотрел на приближающийся катер, когда почувствовал, что машины моего судна изменили режим работы. Попросту уменьшили обороты.
— Что за чепуха? — повернулся я к посту управления. У рукояток стоял плотный невысокий человек в черной куртке с капюшоном. Заломленная фуражка с крабом была низко надвинута на глаза. Он уверенно, как-то основательно, работал ручками, меняя режимы работы двигателей. Освещение в ходовой рубке ночью только от экрана радара да от сигнальных лампочек. Но я рассмотрел его хорошо. Без сомнения, это был тот, чья фотография лежала на столе в моей каюте!
Тем временем судно, выполнив какой-то замысловатый маневр, закачалось на волне, поднятой промчавшимся катером. Я проследил глазами, как он белым пятном растаял в тумане. А у моего поста управления уже никого не было. Рукоятки снова стояли на полный передний ход. Судно, описывая циркуляцию, поворачивало носом на выход из гавани. Все было так, будто ничего не произошло. Хлопнула дверь, и по трапу поднялся рулевой.
— Чего машины-то дергали? — спросил он. берясь за ручки штурвала.
— Одерживай. Выходи носом на сигнальную мачту, — каким-то не своим голосом оборвал я его.
Ну дела! Значит, двигатели все-таки меняли режимы работы, хотя меня и близко не было у пульта! Размышлений на эту тему хватило до самого Ломоносова. Сидя в кресле и упираясь ногами в переборку, чтобы хоть как-то защититься от бортовой качки, я снова и снова силился понять, что же случилось? В реальный мир меня вернула вспышка огней над входным постом. Мы подходили к Ломоносову.
Швартовка — это совершенно особый вид работы судоводителя, который не оставляет никакой возможности думать о чем-нибудь постороннем. Отдав последние распоряжения, я спустился в каюту с единственной мыслью упасть в койку хотя бы ненадолго. Открыв дверь и включив освещение, я остолбенел… Фотографии на столе не было! Мои глаза внимательно обшаривали каюту. Иллюминаторы плотно задраены. Все лежит на своих местах. От этого помещения — только два ключа. Один — у меня, другой — в рубке на стенде. Меня пулей вынесло наверх. Запасной ключ висел там, где должен был висеть. В ту ночь было уже не до сна.
На этом судне я проплавал еще много лет. Пытаясь разобраться в событиях той ночи, только больше запутывался. Долгими ночами, разложив радиолокационный планшет и до дыр исчертив план Средней гавани, я пришел к выводу, что не могли мы разойтись с тем катером! Неминуемо должно было произойти столкновение. И потом, он исчез на полном ходу. На такой скорости отвернуть невозможно. Но ведь ничего не произошло, хотя авария была неизбежна! У меня появилась привычка обшаривать биноклем причалы и гавани Кронштадта. Много раз я видел адмиральский катер. Но это был не тот. У этого на борту ярко выделялось название. И архитектурой надстроек он сильно отличался.

«ЗОЛОТОЙ ЧЕЛОВЕК»

В конце XIV века в Швеции на одном из железных рудников неподалеку от города Фалун произошла трагедия. Один из рабочих провалился в глубокую расщелину и погиб там. Вытащить его на поверхность не удалось. О случившемся вскоре забыли. А через шестьдесят лет рудокопы, продвигаясь в глубь шахты, дошли наконец до того места, куда упал несчастный. То, что они увидели там, всех поразило.
«Трудно было поверить своим глазам, — свидетельствовал позже чиновник в записях Фалунской горной управы. — В забое лежало тело человека, отливающее в свете факелов золотым блеском!» Тут же пошли слухи о «золотом человеке». Одни считали, что это — Промысел Божий, другие — козни дьявола. А когда странную находку подняли на поверхность, выяснилось следующее. За время, пока тело лежало на дне шахты, оно, естественно, разлагалось, выделяя сероводород, — так, как это обычно и происходит в природе. Однако, если рядом присутствует металл, начинается химическая реакция обмена веществ, во время которой растущие кристаллы пирита, постоянного спутника железа, замещают собой ткани организма.
Этот интересный минерал по внешнему виду очень похож на золото. «Желтая обманка» вскружила не одну голову во времена многочисленных золотых лихорадок на разных континентах. Этот камень содержит солидное количество серы. А его главное качество — великолепная способность к полировке. Зеркала из пирита археологи находили еще в захоронениях древних обитателей Южной Америки, откуда он и получил свое второе название — камень инков.
Таким образом, за шестьдесят лет тело рудокопа полностью превратилось в необыкновенную каменную мумию из блестящего пирита золотистого цвета. Эта фигура была выставлена на обозрение в горном управлении Фалуна и демонстрировалась там как чудо природы. Увы, еще через семь лет «золотой человек» рассыпался в пыль, ибо пирит имеет свойство постепенно разлагаться на воздухе.
Так что на память об удивительной находке шведских шахтеров нам остались лишь сухие строчки летописи и старинная гравюра…

ЗАГОВОРЕННЫЙ БРОНЕНОСЕЦ

Ночь на 3 октября 1932 года выдалась промозглой и туманной. Финский броненосец береговой охраны «Вяйнемёйнен» стоял на рейде порта Турку недалеко от судоверфи Крейтон-Вулкан. Сошедший с ее стапелей, он был тогда самым крупным кораблем флота Финляндии. Длиною около сотни метров, водоизмещением три тысячи тонн, бронированный и хорошо вооруженный, этот корабль уже тогда начинал мозолить глаза командованию советского Балтийского флота. Но ту ночь от советско-финской войны отделяло еще семь мирных лет. Броненосец тяжело покачивался на волнах.
Вахтенный Пертуннен сонно оглядел темную палубу. Бросив взгляд на мутные отсветы далекого порта, он посмотрел на уходящую вдаль волнующуюся поверхность моря. Вдруг сон как рукой сняло. Среди волн вахтенный увидел бледно-голубое мерцание. Что-то светящееся плыло по морю, становясь с каждым мгновением все ближе и ярче. Пертуннен уже собирался поднять тревогу, как ему открылась удивительная картина — в ореоле бледно-голубого света к кораблю приближалась лодка. В ней с веслом в руке стоял высокий старик с развевающимися на ветру седыми космами. Было в этой картине что-то завораживающее: будто воплотились древние были, будто сошли на землю герои старинных карельских преданий. Охваченный мистическим оцепенением, вахтенный в нарушение всех инструкций поднял тревогу лишь тогда, когда светящуюся лодку заслонил борт броненосца. Исчезнув за кромкой борта, лодка больше не появилась. И хотя в корабельном журнале появилась запись о происшествии, никто не воспринял ее всерьез — мало ли что может померещиться ночью в тумане.
Свидетельство вахтенного Пертуннена вполне сошло бы за галлюцинацию, если бы не ряд сопутствующих обстоятельств. Во-первых, наблюдаемый им призрак был по описанию похож на героя народного карельского эпоса «Калевала» Вяйнемёйнена. Колдун и певец рун обладал поистине неисчерпаемым могуществом. Его просили о помощи карельские и лапландские колдуны, его имя служило важным составляющим их магических заклятий и заговоров. Даже на Руси народная молва приписывала северным колдунам силы необычайные.
В том же 1932 году по странному совпадению корабль получил имя героя карельского эпоса «Вяйнемёйнен» и был включен в состав военно-морского флота Финляндии. Более того, вахтенный, который видел лодку и внутри нее призрачного пассажира, был не кто иной, как потомок народного рунопевца Архипа Пертуннена, слава которого гремела в начале XIX века по всей Карелии.
После встречи с призраком корабль стал словно загороренным.
С началом войны в 1939 году между Советским Союзом и Финляндией советская разведка установила местонахождение броненосца близ военно-морской базы Ханко. Первый удар по нему нанесли три бомбардировщика. Но, как сообщалось в рапорте, «из-за большой высоты бомбометания цель не была поражена». Когда самолеты с новым грузом бомб возвратились для нанесения повторного удара, опустился сильный туман. Когда же погода улучшилась, ни на рейде, ни у близлежащих шхер броненосца не удалось обнаружить. «Как в воду канул», — говорили потом летчики. Через некоторое время самолеты-разведчики вновь засекли броненосец, уже на рейде порта Турку. Туда вылетели семь бомбардировщиков и двенадцать других самолетов. Но и на этот раз из-за сильной противовоздушной обороны поразить цель не удалось. На поверхности моря остались плавать обломки двух нагших сбитых самолетов.
Через три дня по «Вяйнемёйнену» нанесли удар тридцать самолетов. И на этот раз бомбы поразили лишь водную гладь. Опытные летчики, имевшие множество боевых вылетов, промахивались как новички.
А война уже приближалась к завершению. Наконец, командующий ВВС Балтийского флота генерал Ермачепков и его штаб разработали крупномасштабную операцию с целью потопления корабля. Для ее выполнения были отобраны лучшие летчики из двух авиабригад, которые совершили налет на броненосец силами двадцати восьми бомбардировщиков и девятнадцати истребителей. Удивительно, но из пятидесяти шести сброшенных бомб в корабль не попала ни одна!
Началась Великая Отечественная война. Прошло три года. А за ненавистным броненосцем все еще тянулась репутация заговоренного. Из Ставки Верховного командования Красной Армии шли гневные приказы. В ответ на них на уничтожение броненосца вылетели сто тридцать два самолета! Перед операцией советские летчики три дня тренировались в бомбометании стальными болванками по маленькому скалистому островку близ Лужской губы. И вот наконец истинная цель! Удар нанесли неожиданно и четко. Более тридцати тысячекилограммовых бомб было сброшено на цель. Корабль накренился, перевернулся и мгновенно затонул. Известный питерский военно-морской историк В. Д. Доценко с сарказмом упоминает следующее заключение Министерства обороны СССР: «Высокой эффективности удара способствовали обоснованный, продуманный до деталей замысел, тщательно разработанное решение…» и т. д. и т.п.
Итак, корабль был уничтожен и командование советского Балтийского флота вздохнуло с облегчением. Многие получили ордена и медали. Но вскоре, к ужасу и досаде высших чинов авиации, воздушная разведка вновь обнаружила «Вяйнемёйнен»! Специальное расследование показало, что самолеты потопили вовсе не «Вяйнемёйнен», а крейсер противовоздушной обороны «Ниобе», отдаленно напоминавший броненосец! Остается только гадать, как могли профессиональные летчики, имевшие за плечами многолетний опыт войны, спутать эти корабли. Когда же подробности «победоносною потопления» стали известны, за броненосцем снова началась охота. И снова она оказалась безуспешной. Закончилась война, а броненосец так и остался невредимым.
После войны в 1947 году корабль был продан нашей стране и вошел в состав советского Военно-Морского Флота под названием «Выборг».

НА ТОМ ЖЕ МЕСТЕ, В ТОТ ЖЕ ЧАС

Ученых поставило в тупик явление, которое можно еженощно наблюдать на старом кладбище в городе Аугуста, штат Джорджия, США.
Старожилы давно поговаривали о том, что там творится что-то неладное, — и недаром! Незадолго до полуночи один из старых могильных камней начинал излучать мягкий зеленоватый свет.
Молодой проповедник, ставший очевидцем этого явления, обратился к парапсихологам Джорджу Нортингхэму и Марку Рассету с просьбой разобраться, в чем тут дело. Исследователи выяснили, что в могиле похоронена семья итальянских эмигрантов по фамилии Фиура. В семье было два брата и две сестры — все они умерли молодыми. Последней в 1899 году ушла из жизни сорокадвухлетняя Джозефина Фиура. После ее смерти и был установлен надгробный камень. Парапсихологи тщательно исследовали загадочную могилу и не обнаружили ничего примечательного, за исключением одного: более высокого уровня радиоактивности у могильной плиты Фиура, чем у других надгробий на кладбище.
— После захода солнца мы установили чувствительную видеокамеру на треноге и стали ждать, — рассказывает Нортингхэм. — Точно в двадцать три тридцать пять могильный камень начал слабо мерцать, затем стал светиться все ярче и ярче, пока вокруг него не образовался ореол зеленовато-белого цвета примерно пяти сантиметров высотой. Свечение продолжалось около четырех минут, затем угасло. Температура среды вокруг камня не повышалась, зато был зарегистрирован сильный всплеск радиоактивности.
Сама собой напрашивалась версия о том, что семья Фиура подверглась радиоактивному облучению. Это объяснило бы и повышенный уровень радиации, и факт свечения могильного камня — такой эффект возникает при распаде урановых элементов. Но подобное предположение не позволяло понять, почему свечение возникает в строго определенное время и длится всего четыре минуты.
Докопаться до истинной причины феномена парапсихологам было трудно еще и потому, что местные власти не дали им разрешения на вскрытие могилы и эксгумацию останков похороненных в ней людей. До сих пор могила Фиура остается «заколдованным местом», мрачный колорит которого усугубляет история, связанная с этой семьей. Если документы местного архива лаконично сообщали, что причина смерти четырех итальянцев не установлена, то старожилы Аугусты смогли рассказать больше. Последняя представительница семейства упокоилась в могиле сто лет назад. Со слов своих бабушек и дедушек, соседи характеризовали Джозефину как мрачную и нелюдимую женщину, по неизвестной причине отравившую медленно действующим ядом всю семью, а затем покончившую с собой. Поэтому ее душа обречена никогда. не знать покоя. Как считают местные жители, свечение возникает тогда, когда душа Джозефины, навечно привязанная к этой местности, покидает ее, чтобы скитаться по окрестностям и заново переживать совершенные преступления!

МЕСТЬ РУСАЛКИ

Кто не слышал о русалках и нимфах — полуженщинахполурыбах, обитающих чаще всего в морской пучине? Не будет преувеличением сказать, что их образами пронизан весь мировой фольклор. Предания и истории о русалках бытуют и у тех народов, история которых не связана с морскими просторами. В этом случае средой обитания странных существ называются реки и озера. И во все века естествоиспытатели и историки задумывались над тем, действительно ли русалки — существа чисто мифические, или в далекие времена на нашей планете и впрямь существовала пусть немногочисленная, но разумная разновидность людей — амфибии.
Истоки первых легенд про обворожительных обитательниц подводного царства восходят еще к древнему Вавилону. Самое интересное в них то, что наряду с женщинами-рыбами очень часто фигурируют здесь и представители мужского пола амфибий — тритоны. Нельзя забывать, что и могущественные вавилонские божества, которым поклонялись древние, внешне тоже наполовину рыбы, в том числе и бог солнца Оаннсс.
Как это ни поразительно, но с именем и обликом Оаннеса связана и одна из сенсаций нашего века. В 30-х годах французскими учеными в Западной Африке было открыто одно из древнейших племен земли — догоны, несколько тысяч лет ухитрившееся просуществовать в полной изоляции от цивилизованного мира. При этом догоны потрясли исследователей своими фантастически точными астрономическими знаниями, превосходившими даже современную науку. Жрецы племени пояснили, что знания были переданы их предкам космическими пришельцами, прилетевшими со звезды Сириус и имевшими вид амфибий. Главный из прилетевших — Оаннес — стал верховным божеством, которому поклонялись догоны…
Но вернемся к земным русалкам. Есть у берегов Шотландии маленький островок, сплошь покрытый небольшими серо-зелеными камешками, которые здесь называют «слезами русалки». Название это связано с трогательной легендой о русалке, полюбившей молодого монаха и навещавшей его в монастыре святого братства Ионы. По преданию, монах научил русалку молитвам, и они вместе вымаливали у бога для нее душу… Но покинуть море она так и не смогла и в конце концов уплыла с острова навсегда, горько оплакивая свою судьбу. Легенда датируется VI веком и на общем фоне «русалочьего фольклора» в определенном смысле уникальна. Ведь в ней говорится о любви, а подавляющее большинство сказаний про обитательниц морских и речных глубин однозначно повествует как раз об обратном.
Решительно во всех морских притчах и легендах русалки и сирены — существа не только обольстительные, но и коварные, завлекающие моряков в свои сети пением и чудесной музыкой, «завораживающие», усыпляющие их с единственной целью — погубить. Даже мимолетную встречу с русалкой, только мелькнувшей на горизонте, мореходы считают плохой приметой: увидевший эту морскую обольстительницу непременно очень скоро утонет!
Но не только моряки оказываются свидетелями и участниками встреч с загадочными обитателями глубин.
…Теплым летним днем 1890 года учитель Уильям Мойра прогуливался по пляжу в шотландском графстве Кэйтн-есс. Внезапно на камне, выступающем из моря, он заметил существо, похожее на женщину. Не знай Мойра, что заплывать за камень очень опасно, он не обратил бы на нее особого внимания, а тут начал присматриваться… Перед ним было существо, в наличие которого он никогда не верил, — русалка! Спустя несколько секунд она соскользнула в воду и больше не показывалась…
Учитель колебался целых -двенадцать лет, прежде чем решился наконец написать в лондонскую «Тайме» об этой встрече, дав четкое и сухое описание русалки и выразив надежду, что его письмо может помочь подтверждению «существования феномена, до сих пор почти неизвестного натуралистам, или уменьшению скепсиса тех, кто всегда готов оспаривать все, что не способен постичь».
Молва о русалках во все века была настолько. устойчивой и распространенной, что, разумеется, не миновала и Россию. Интересовался ими и император Петр 1. Настолько, что обратился к человеку, много о них писавшему, — датскому колониальному священнику Франсуа Валентину. Вот что тот ответил русскому императору после длинного перечня полученных в процессе тщательного исследования свидетельств тех, кто сталкивался с необычными существами: «Если вообще в мире какие-нибудь истории и заслуживают доверия, то в частности эти. То, что некоторые в них не верят, ничего не значит; всегда найдутся люди, отрицающие существование Константинополя, Рима, Каира лишь потому, что им не пришлось их увидеть…» Что касается нашего века, свидетельств о столкновениях с русалками, безусловно, стало значительно меньше. Причиной тому (если русалки и впрямь существуют) может быть и экологическая загрязненность рек и морей, способствующая вымиранию удивительных созданий Природы, и значительно увеличивающаяся скорость водных транспортных средств: в эпоху парусников у моряков было куда больше времени на то, чтобы глядеть на море, а значит, больше возможностей рассмотреть его обитателей…
И все же приведем еще одну историю, связанную с началом второй половины нашего века. 3 января 1957 года путешественник Эрик де Бишоп плыл на реконструированной им собственной модели древнего полинезийского плота с Таити в Чили. Внезапно вахтенный на плоту повел себя очень странно: закричал, что видел непонятное существо, выпрыгнувшее из воды на плот. Балансируя на хвосте, это существо с волосами, подобными тончайшим водорослям, встало прямо перед ним. Прикоснувшись к незваному гостю, моряк получит такой удар, что распластался на палубе, а существо скрылось в волнах. Так как на руках моряка осталась сверкающая рыбья чешуя, де Бишоп не усомнился в правдивости случившегося. В существовании русалок совершенно не сомневается и большинство современных жителей побережий крупных рек, в том числе российских. В конце 60-х годов мне довелось участвовать в фольклорной экспедиции, часть маршрута которой пролегала по Приднестровью и побережью диковатой карпатской реки Прут, которая, несмотря на преобладающее мелководье, славится неожиданными омутами. Рыбаки — не только профессионалы, но и любители — неохотно говорят о русалках: ведь и в тех краях встреча сними считается дурным предзнаменованием. Все-таки с некоторыми рыбаками удалось поговорить достаточно подробно. Самую потрясающую историю поведал нам некий Мыкола — мрачный, хмурый старик, в одиночестве живший в полуразвалившейся мазанке, прилепившейся к обрыву на прихотливом изгибе Прута. На Мыколу мы «вышли» не случайно: в ближайшем селе нам рассказали странную и малоправдоподобную историю его одиночества.
Много лет назад (он уже был рыбаком, только что похоронил мать, но нелюдимым нравом тогда не отличался) как-то в середине лета, на рассвете, Мыкола отправился рыбачить в потаенное, глухое место, которое знали немногие. Бредя по отмели к облюбованному заранее валуну, с которого собирался ловить рыбу, Мыкола был вынужден внезапно остановиться: к своему изумлению, он увидел, что между ним и камнем на песке кто-то лежит. Подойдя ближе, рыбак обмер: это была русалка!
Вот как он описал нам ее в нашу с ним встречу: роста невысокого, от силы метра полтора, хрупкая, верхняя половина тела — с очень белой кожей, волосы почти до пояса, зеленовато-серые, похожие на тонкие водоросли, изящное, правильное лицо с непомерно большими, темными, лишенными зрачков глазами… В этих глазах Мыкола углядел что-то напоминающее, как ему показалось, мольбу о помощи. «Она вроде как сомлела, то есть находилась в обмороке», — пояснил старый рыбак.
Недолго думая, Мыкола решил оказать русалке «первую помощь». Преодолев страх, сбросил с себя робу, положил на нее «сомлевшую», стараясь не вдыхать сильный и странный аромат, идущий от ее тела и вызывающий дурноту, а затем отнес речную гостью… в свою мазанку. Кровать в его жилище была только одна — на нее он и уложил фантастическую находку. Русалка не сопротивлялась: судя по всему, просто не могла. «Видать, помирала уже», — серьезно пояснил Мыкола.
По его словам, он просидел рядом с ней почти два дня, а как она умерла — не заметил, поскольку русалка, после того как рыбак положил ее на человеческую постель, признаков жизни ни разу не подала. Но в ка. кой-то момент Мыкола увидел, -что ее огромные глаза подернулись тусклой пленкой, и понял, что все кончено… Аромат, исходивший от русалки, начал исчезать, а вместе с этим пришло и странное состояние, в которое он впал, потеряв счет времени.
Что это было за состояние, он не сумел или не захотел объяснить, лишь коротко пробормотав: «Да так, виделось разное…» На фантазера старик не походил. К тому же в селе нашлись люди, утверждавшие, что сами видели издали удивительную находку Мыколы: заглядывали к нему в мазанку в те два дня многие, однако войти внутрь никто не решился. «Он и сам быя какой-то смурной, а после таким и остался — нелюдем».
Очевидно, старый рыбак заметил наше недоверие к его рассказу. Потому что, поколебавшись, повел нас в горы, за свою мазанку. Там начинался буковый лес, и, углубившись в него метров на пятьдесят, мы увидели под одним из деревьев маленький ухоженный могильный холмик… На нем вместо православного креста стояла небольшая, грубо вырезанная из дерева фигурка русалки… Эта фигурка и холмик навсегда отпечатались в моей памяти вместе с загадочной и мрачноватой историей Мыколы.
Интересно, что во всех «русалочьих» легендах, независимо от места и времени их возникновения, обитательницам подводного мира приписывают одни и те же качества. Если не считать упомянутого коварства и недружелюбного отношения к людям, какие же?
Прежде всего, это те свойства, которые сегодня мы назвали бы экстрасенсорными: начиная с явно гипнотического пения индийских речных шюлф Апсарас и способностей к телепатии и магии древневавилонских боговамфибий и кончая убеждениями моряков и рыбаков в том, что русалка способна взглядом заворожить и полностью подчинить себе человека. Магию русалок нельзя назвать доброй или «белой», моряки свидетельствуют — за редким исключением — об их недружелюбном отношении к людям. Если же учесть, что родной мир амфибий — подводный, и вспомнить, какой экологический ущерб во все времена наносил и наносит этому миру человек, то удивляться здесь не приходится…
Неизвестно, чем русаки питаются, но, если верить нескольким записям, относящимся к XVII и XIX векам и подкрепленным свидетельствами вполне серьезных людей, они не едят не только рыбу, но и более мелкую морскую живность. Значит, они не плотоядны и собратьев по среде обитания не уничтожают — еще один веский повод не испытывать симпатии к людям, зная наши замашки…В документах упомянутых столетий фигурирует несколько случаев, когда людям удавалось либо изловить, либо найти на берегу не успевшую исчезнуть вместе с отливом русалку. В частности, одну из них, поместив в бочку с морской водой, пытались чем-нибудь накормить — вплоть до мельчайших креветок, — но безуспешно. Прожив в неволе около трех суток, русалка — она была белокурая — умерла.
Находиться на поверхности, судя по описаниям, жительницы подводного мира могут, но срок их пребывания на воздухе строго ограничен. В соответствии с имеющимися записями в корабельных журналах прошлых веков все плененные русалки неизменно погибали куда быстрее амфибий, доступных исследованиям ученых.
Наконец, сходство с людьми не ограничивается формами верхней половины тела. Существа эти, несомненно, разумны, ведь коварство, в котором их обвиняют веками, — тоже свойство разума! И если эти существа и впрямь не порождение богатой народной фантазии, а представители реально существовавшей когда-то и исчезающей в наши дни цивилизации-»соседки», немного обидно, что дружить с нами они категорически не желают. Ведь человечество всегда мечтало обрести собратьев по разуму!
Правда, при этом мы куда чаще пытаемся заглянуть в звездные глубины космоса, чем в таинственный подводный мир Земли, забывая, что живем, в сущности, на мало изведанной нами планете… Так что основания для обид есть не только у нас, но и у возможных представителей гомо амфибиус — обитателей чарующего подводного царства…


НЕОБЫКНОВЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ АЛЬБЕРТА ОСТМЕНА

Рассказывает Дина Виноградова

Оловянную ровность океана вздыбили удары весел; они двигались невесомо; незамечаемой была работа — многолетняя привычка, — как дыхание здорового человека. Старый индеец — повязка поперек лба и прямо падающие волосы, — нанятый Альбертом перевозчик, остановил на молодом мужчине глаза, отвел взгляд и посмотрел еще раз внимательно.
— Старые золотые копи, — повторил он слова Альберта и замолчал. Опустил глаза; руки привычно, сильно, ритмично двигались. Взглянул на Альберта еще раз, сделал последнюю оценку: хоть и чужой — белый, но сказать можно, предупредить стоит. Совесть будет спокойна, да и человек, сидящий в его лодке, видно, неплохой. И — молодой!
Его пассажир невозмутимо спокоен, как вода вокруг, как океан. Тихий или Великий. Незатаенный — доверчивость сильного. Светлый, круглоголовый — выходец с Севера (его родители остались в Швеции), — Альберт Остмен внушал чувство надежности — как хорошая лодка, как прочный дом.
— Тот белый человек, — индеец помолчал, вспоминая, — привозил золото из старых копей. — Он опять помолчал, мысленно попытался сосчитать. — Много раз. И последний раз я его отвез. Обратно — нет. Не пришел на берег.
Светловолосый молодой человек ничего не ответил. Онто, конечно, уверен: с ним ничего плохого не случится. Молодость легко верит в свою безопасность, подумал старик и добавил: — Думаю, его убил саскватч.
— Кто убил? — равнодушно спросил молодой человек, не отрывая взгляда от воды за кормой.
— Саскватч.
— Кто такой?
Старый индеец не спешил с ответом, а может быть, ему расхотелось продолжать разговор. Есть веши, которые, как правило, низшие скрывают от высших. Дети не говорят об этом взрослым, слуги — господам, неграмотные — образованным, негры или индейцы — белым. Не говорят ради собственного душевного равновесия. Во избежание обиды: что они, низшие, могут знать серьезного? В самом лучшем случае тебя прослушают с притворной благосклонностью. И сразу забудут все, что ты рассказал. Ты — вне культуры, вне их культуры, вне.
— А? — переспросил Альберт, нехотя отрывая глаза от водной глади.
Таким тоном, каким говорят, наперед зная, что тебя не принимают всерьез, индеец обрисовал этого духа во плоти, каким кое-кто из его племени нс то видел, не то слыхал, как кто-то видел.
— А-а, выдумки, — небрежно бросил Альберт. — Это обезьяны. Гориллы. Они живут в Африке. Здесь они не водятся.
— Обезьяна — эйп. Эйп-каньон. — Индеец закивал головой. — Обезьянье ущелье. Да, там,он повел затылком в ту сторону, куда двигалась лодка. — Может, мало их осталось, но они есть.
— Легенды, — Альберт повернулся к нему и пояснил возможно непонятное старику индейцу слово: — Легенды — это сказки. Чепуха.
Индеец промолчал и болЪше не сказал ни одного слова.
Альберт вздохнул полной грудью, выпрямил спину и окинул взглядом водной простор. Зорко вгляделся в крутой берег:
— Сюда приезжай за мной через две недели. После года работы на рубке леса Альберт Остмен заслужил отпуск. Место для отдыха он выбрал поглуше, более чем за сто миль севернее Ванкувера, — там, где, по слухам, еще можно было добыть золотишко. Где-то в тех местах должны быть заброшенные золотые прииски. Вот бы ему убить двух зайцев: намыть золотого песочка и хорошенько отдохнуть. Поохотиться, полежать у костра в безлюдье да в тиши.
Все началось хорошо: дни Альберта потянулись безмятежным покоем, каждый как месяц; дней этих прошло только шесть, но ощущались вечностью. Все, что было до приезда в эти места, казалось, происходило давно и вовсе не с ним. Не у него умерла жена, не он уехал в леса, нанялся в лесорубы и целый год вкалывал на всю.железку. И ребят, с которыми вместе валил лес, почти не помнил — все уплыло в дальнюю даль.
Возьмет винчестер, поохотится. Убил оленя. Мяса — девать некуда! Костер развести, за водой к ручью спуститься, сварить оленину, добавить приправу, все довольствие, что с собой привез, в аккуратности держать, чтоб под рукой, — это дело. Об этом только и забота. Базовый лагерь — лучше не придумать: ручей рядом, а над головой — крона могучего дуба. Его ветви как гардероб: повесил плащ, теплый свитер. В небольшое дупло удобно поместились промывочные лотки. Золото мыть. С питанием — полная обеспеченность, кругом она — пища — бегает, летает, по земле ходит, да и с собой много взял всевозможных консервов. С бытом налажено, можно погулять. Стал похаживать по окрестным холмам — место предгорное. Где-то здесь раньше добывали золото. Может, что осталось недобранное?
Шесть дней безмятежного жития! На седьмой — началось.
Проснувшись утром, он вылез из спального мешка, потянулся, пригладил волосы, повернулся, чтобы снять с ветки брюки. А их нет.
Брюки валяются на земле. Ветром сдуло? А почему так скомканы? Упали вечером, и он в темноте на них наступил? Хм, топтать собственную одежду… Но и вокруг что-то не так. Консервные банки вечером стояли горкой: кофе, тушенка, лярд, две банки с нюхательным табаком — он устанавливал их, как на витрине магазина. Большие банки внизу, чем меньше, тем выше, — пирамидой. А сейчас пирамиды нет — повышена.
Кострище разворочено — ветер? А может, покопалась у него тут какая-то зверюшка? Альберт почему-то заподозрил дикобраза. Грызун мог сжевать его ботинки — толстокожие бутсы. Нет, этого допустить нельзя. На следующий день, ложась спать, Альберт положил их на дно спальника. Ружье, «винчестер-ЗО» с полной магазинной коробкой — на всякий случай! — под край спального мешка. Все консервные банки, пакеты и коробки — в рюкзак. Рюкзак же повесил повыше над землей, чтобы ни одна четвероногая скотинка его не достала.
Спал он крепко, как всегда. Проснувшись, увидел странную картину: все кругом было беспорядочно разбросано, будто кто-то произвел обыск. Подвешенный рюкзак — довольно высоко: в его, Альберта, рост, — остался висеть на лямках, но! Вывернут наизнанку. И все содержимое валяется на земле россыпью. Странно!
Он спустился к ручью освежиться. В холодном горном потоке была оставлена оленья туша; он привязал ее к камню. С трудом верил своим глазам: ни туши, ни обрывка веревки, ни даже камня. Неужели он забыл место, где оставлял тушу? Нет, не забыл, именно здесь.
Альберт стал укладывать продукты обратно в рюкзак. Кажется, ничего не пропало. Кто же он, его ночной гость? Медведь? Но медведь сделал бы беспорядок похуже. А вот пакет с черносливом. Он был набит битком. Сейчас ополовинен. Кем же? Альберт попытался найти следы на земле, но на каменистой почве не заметил ничего. Кое-где, правда, увидел, нет — не следы, а так — вмятины. Там, где кончался камень, песок сохранил вдавлины, ни на что не похожие. Разве что на отпечаток… мокасина. Уж не индеец ли? Не проводник ли? Искал золото? Нет! Чушь. Ерунда. Да и не следы это вовсе. Мало ли вмятин на почве, подумал Альберт и остался спокоен. Это привычней — оставаться спокойным. Так уж устроен Альберг Остмен: вывести его из равновесия все равно что раскачать тяжелую гирю. И он не стал менять место базового лагеря. Зачем? Оно удобное: есть чистая вола в ру.чье. Есть крыша — густая крона. И есть стена с северной стороны — гористый склон.
В тот роковой лень погода испортилась, казнюсь, этой ночью пойдет дождь. Альберт упрятал в рюкзак все, что туда влезло, и рюкзак тоже засунул в спальник, благо он широкий. Ружье тоже внутрь; все патроны при себе, и охотничий нож в новеньком кожаном футляре. Все, что влезло в спальный мешок, — скорее всего, дождь будет! — он уложил внутрь и решил твердо: в эту ночь не спать — подсмотреть, кто же он, его ночной посетитель? Он залез в мешок не раздеваясь, в брюках и куртке, снял только тяжелые бутсы, сунул,их поглубже и устроился поудобней, насколько позволяла ширина мешка, забитого скарбом.
Одна робкая капелька упала ему на лоб. Он потуже затянул тесемки мешка, накинул на лицо клапан, выставил наружу нос…
«Нет, спать не буду, а то не увижу, кто же…» — успел подумать Альберт и… Следующим ощущением было — он просыпается.
Его разбудил толчок, встряска — и вот он не лежит, а висит. Висит внутри своего спальника и как будто бы едет. На ком-то или на чем-то. Он проснулся окончательно и совершенно четко осознал: внутри своего спальника стоя или, вернее, полусидя, на согнутых коленях перемещается в пространстве. Нет, он, конечно, не скользит, как если бы ехал на санях, его потряхивает, будто он привязан к седлу лошади. И все, что вокруг него: жестяные ребра консервных банок, несгибаемый кол ружья, — все вибрирует и бьет его железными углами. Кто или что его тащит? Но что бы это ни было, оно двигалось. И держало спальный мешок с Альбертом и со всем его вооружением в вертикальном положении: его спальник не касается земли. А темнота — абсолютная!
Вот сейчас тот, кто его тащит, поднимается круто вверх; слышно его дыхание -утяжеленное. А временами, совсем как человеческое, покряхтывание. Неужели тот? Горный гигант, дикий волосатый человек, дух подземного царства — то самое, о чем бормотал старик индеец?
Выхватить нож? Прорезать в спальнике дырку, чтобы выскочить? С ружьем. Но… ему не шелохнуться, он сдавлен со всех сторон, стиснут. Хорошо еще, что у того, кто его несет, не хватило, видно, длины кисти, чтобы ухватить горстью весь мешок, — небольшое отверстие вверху осталось — можно дышать. А то бы в духоте, да на корточках, да на весу, при тряске и в полной темноте… Экая беспомощность! А вооружен до зубов.

стр. 1
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ

>>