стр. 1
(всего 12)

СОДЕРЖАНИЕ

>>




Дмитрий Неведимов






Религия Денег
или Лекарство от Рыночной Экономики









Все «цивилизованные» страны с развитой рыночной экономикой сталкиваются с одной и той же проблемой. Их население вымирает. Вымирает не по причине войн, болезней или недостатка еды. Люди вымирают по собственному желанию. Они отказываются заводить детей и продолжать жизнь. Будь то Европа, Америка или Япония, везде рынок приводит к одному и тому же результату.

Население лидера свободного мира США сталкивается с ещё одной проблемой. Восемь из десяти американцев являются психически не вполне здоровыми людьми, согласно собственным американским исследованиям.

Эта книга о том, что на самом деле представляет собой рыночная экономика. Если вам нравится рынок, то понимание его внутренних механизмов поможет вам действовать более эффективно. Если вам не нравится свободный рынок, вы увидите, с чем мы имеем дело в его лице.




Краткое оглавление


ОТ АВТОРА 3
ГЛАВА 1. ПРЕДМЕТ И МЕТОДЫ АНАЛИЗА. 29
ГЛАВА 2. НАУКА И РЕЛИГИЯ. 51
ГЛАВА 3. ЭВОЛЮЦИЯ НАСИЛИЯ. 74
ГЛАВА 4. ВОЗНИКНОВЕНИЕ РЕЛИГИИ ДЕНЕГ. 97
ГЛАВА 5. МИРОВОЗЗРЕНИЕ В РЕЛИГИИ ДЕНЕГ. 142
ГЛАВА 6. ОСНОВЫ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ РЫНКА. 167
ГЛАВА 7. КРИЗИСЫ РЕЛИГИИ ДЕНЕГ. 201
ГЛАВА 8. СВОБОДНЫЙ И КОНТРОЛИРУЕМЫЙ РЫНОК. 280
ГЛАВА 9. УПРАВЛЕНИЕ СОЗНАНИЕМ. 319
ГЛАВА 10. ЗАЩИТА СОЗНАНИЯ. 380
ГЛАВА 11. ДИАЛЕКТИКА ИСТОРИИ. 421
ГЛАВА 12. СВЯТОЕ И ПОГАНОЕ ОБЩЕСТВА. 585
ПРИЛОЖЕНИЕ А. 697
ПРИЛОЖЕНИЕ Б. 710
ОГЛАВЛЕНИЕ 723




От Автора



Моя основная профессия – прикладной анализ сложных технических, компьютерных и информационных систем. Чтобы по-настоящему понять, как работает любая сложная система, надо выйти за её рамки, взглянуть на неё со стороны. Это особенно важно для общественных систем.

На время нашего исследования забудьте о суете и сегодняшнем дне. Представьте, что вы находитесь где-то на облаках, и с интересом разглядываете то, что происходит далеко внизу на земле. Читайте эту книгу на свежую голову и на сытый желудок, поудобнее расположившись на диване.

За пятнадцать лет мне довелось побывать в нескольких совершенно разных обществах. Я видел развитой социализм, перестройку, дикий капитализм, полугосударственный рынок. Последние пять лет я живу в Канаде, в одной из самых развитых и самых демократических стран Запада. Здесь я уже застал и период сильного экономического подъёма, и затянувшуюся рецессию.

Всё это время свободный рынок был для меня как бы гипотезой, истинность которой надо было доказать или опровергнуть.

Я побывал студентом и безработным, наёмным работником в частной фирме в СНГ и её руководителем, журналистом и владельцем собственного бизнеса, сотрудником крупной транснациональной корпорации и американским инвестором. Чем бы я ни занимался, я старался не только вникнуть в детали, но и посмотреть на всё происходившее глазами стороннего наблюдателя.

Давайте представим, что в результате реформ в России рано или поздно будет построена демократия западного типа по образцу той же Канады. Я уже оказался в этом «идеально» возможном будущем.

Когда человек движется вместе с массой, ему трудно заметить изменения, которые происходят постепенно и одновременно со всеми. В иммиграции людей можно наблюдать, словно серии невольно подопытных, вбрасываемых в непривычную для них среду, пытающихся изо всех сил приспособиться к новой обстановке.

Поступают люди всех возрастов, полов и ментальностей. Вот – приехавшие год назад, вот – три года назад; вот, что происходит с теми, кто прожил десять лет. Вот как изменяются дети, подростки, молодые семьи, те, кто приехал после сорока, пенсионеры. А вот канадцы. Они уже не меняются, они уже достигли той высшей ступени развития человека, которая называется «цивилизованный потребитель».

Часть моей повседневной работы – вылавливание вирусов, разрушающих компьютерные программы. Постепенно я отследил и способы насилия над человеческим сознанием. После этого мне удалось освободиться из тисков, которые всё сильнее сжимает невидимая рука свободного рынка.

Многие выводы, которые сделаны в этой книге, могут показаться вам одновременно очевидными и невероятными. Поэтому коротко я опишу мои университеты.

I.
Музей науки
Я родился в большом советском городе N. Мои родители и родители моих родителей были врачами. Моё детство было спокойным и радостным. Зимними вечерами я любил читать, а лето – проводить на даче.

В 1987 году я окончил школу и поступил в институт, на специальность автоматизации управления. В первые годы перестройки я активно следил за демократической прессой. Но году к 1989-му мне уже совсем не нравилось то, что происходило в стране. Я перестал тратить время на газеты и телевизор, и сосредоточился на том, что было действительно интересно – на компьютерах и прикладной науке. Я считал, что главное – иметь практические знания, приносить пользу своей работой, а политикой занимаются скорее болтуны и бездельники.

Наш институтский курс широко охватывал инженерные и компьютерные предметы – физику, механику, электротехнику и микроэлектронику, высшую математику, системный анализ, информационные технологии, программирование, экономику социализма и так далее. Я закончил и военную кафедру, со специализацией в мобильной связи. Мы успели в полном объёме пройти и Историю КПСС, и марксизм-ленинизм. Марксизм казался мне не столько неправильным, сколько сильно устаревшим. Он описывал общество прошлого, которое уже давно не существовало, и общество будущего, которое было мечтой или утопией.

Мы учились на больших ЭВМ поколения 1960-х годов. Мне хотелось быть впереди прогресса, поэтому уже на втором курсе я нашёл работу в одном из только что возникших научно-технических кооперативов. Деньги меня не интересовали. Притягивали новейшие персональные компьютеры (ПК). Утром в институте мы работали с перфокартами, зелёными терминалами и допотопным языком программирования ПЛ/1. Вечером в моём распоряжении был Эппл Макинтош, машина будущего. Я работал с искусственным интеллектом, лазерным принтером и цветной графикой. Превосходство технологий капитализма никогда не было столь очевидным. На занятия в институт я ходил как в музей науки и техники.

Наш кооператив создавал компьютерные программы на основе Теории Решения Изобретательских Задач. ТРИЗ анализировала мировой патентный фонд и выявляла закономерности в развитии техники. Были также разработаны принципы сильного мышления и логические и психологические алгоритмы для изобретателя. Самые интересные инструменты ТРИЗ описаны в первой главе.

Логическое программирование
Мы использовали технологии экспертных систем, которые были основой японского проекта ЭВМ пятого поколения. В те годы обычным людям было ещё довольно сложно освоить компьютер, и делалось много попыток сделать его более интеллектуальным, более удобным для человека. Со временем оказалось, что дешевле и эффектнее нарисовать на экране несколько красивых иконок и изменить людей, заставить их думать как компьютер.

Для создания экспертной системы нужен собственно эксперт, источник знаний в какой-либо узкой предметной области, и универсальный инженер знаний. Инженер знаний опрашивает эксперта, формализует его знания и создаёт модель предметной области. Модель затем вводится в компьютер, и проигрываются всевозможные варианты.

Для описания моделей использовался язык программирования Пролог. Это чисто логический язык, он совершенно не похож на обычные Бейсик или Си, основанные на числах. Пролог состоит из системы предикатов (утверждений) и встроенных механизмов логического вывода. Скажем, если на Прологе написать утверждения «Я люблю лес» и «В лесу идут дожди», то он автоматически может сделать вывод о том, что «Я люблю дожди». При программировании на Прологе приходится не столько считать, сколько прокручивать в голове множество логических операций.

Наши программы нашли хороший спрос у заводов и учебных институтов СССР, несмотря на высокую цену, 20 тысяч рублей за несколько дискет. Это равнялось цене двух автомобилей Жигули. Надо признать, что наши программы не так далеко ушли от книжки по ТРИЗ за 1 рубль 40 копеек. Но магия диалога с персональным компьютером, сама идея того, что машина помогает изобретать, и грамотный маркетинг, создавали особый эффект.

Помимо программ, наши специалисты оказывали услуги по обучению. В 1990 году в течение двух недель я изучал ТРИЗ вместе с инженерами Технического центра АвтоВАЗа. Они были непритязательны на вид, но очень смекалисты, и буквально впитывали новые знания. Инженеры относились к ВАЗу как к родному дому. Забегая вперёд, канадские инженеры по сравнению с ними – узкие, ограниченные люди с гладкой причёской. Почему же, если они не такие умные, то такие богатые?

Свободный рынок
Наступил 1992 год, я заканчивал институт. В наш кооператив на разведку приехали два исследователя из Западной Германии. Они ехидно посмеивались над исчезновением СССР. Я воспринимал эти изменения весьма негативно, но с другой стороны, альтернативы рынку не было видно.

Для защиты своего дипломного проекта я распечатал пояснительную записку к нему на принтере. К моему недоумению, заведующий кафедрой, профессор, не читая, предложил переписать всё от руки. Он установил такие правила, а то, что на соседних факультетах распечатки в порядке вещей, его не интересовало. Видимо, не случайно это был факультет Автоматизации управления. Потренировавшись напоследок в чистописании, я пришёл на работу уже не студентом, а штатным сотрудником.

В 1992 году безналичные платежи приходили с задержкой в полгода, и инфляция обесценивала их в десяток раз. Время льготных кредитов кооперативам закончилось. Предприятиям тоже стало не до изобретательства. Мой первый оклад составил 5 долларов – в месяц. Килограмм бананов стоил один доллар, так что за месяц я зарабатывал как раз на 5 кг бананов.

Но вскоре я начал носить зелёные бумажки домой мешками. Курс доллара быстро вырос до трёхзначных цифр, а зарплату мы продолжали получать в советских рублях. В бухгалтерии нам выдавали банковские пачки зелёных трёхрублёвок, даже не распаковывая их. Сто банкнот были заклеены в пачку, а десять пачек были перевязаны в один большой брикет грубой бечёвкой. Этот брикет весил килограмма полтора и не лез не то что в карман, но даже в сумку. Я складывал пару брикетов в полиэтиленовый пакет или просто в сетку, и ехал с ними домой. В пачке было 3 тысячи рублей, что составляло менее 3 долларов. В магазинах я иногда расплачивался, просто выставляя целиком брикет на прилавок.

В какой-то момент одновременно ходило три вида денег. Были советские рубли и, наравне с ними, – новые независимые рубли. Причём независимые рубли принимались вперемежку с советскими, но в десять раз выше номинала. Например, если на независимой бумажке было написано «5 рублей», то на самом деле это было эквивалентно 50-ти старым рублям. Естественно, что при приёме оплаты и выдаче сдачи и кассиры, и покупатели, регулярно обсчитывались. Купюр было так много, что даже при покупке буханки хлеба или куска колбасы их нередко считали не вручную, а на специальных аппаратах.

Но и тех, и других денег было недостаточно, чтобы купить продукты. Нужны были ещё купоны, которые выдавались в больших листах вместе с зарплатой. Покупателю отделять купоны от листа было запрещено. Кое-как справившись с банкнотами, кассиры сидели с ножницами, вырезая из купонных лисов замысловатые фигуры, пытаясь набрать нужную сумму. Зато в связи с исчезновением мелочи все телефоны-автоматы в городе стали совершенно бесплатными.

Из-за плачевного финансового положения нашего кооператива программисты стали разбегаться по банкам. Оставшиеся подрабатывали «халтурами». Специалисты по ТРИЗ пытались выжить, консультируя заводы, которые ещё были на плаву. Я объяснял ситуацию в экономике общей бездарностью чиновников и бессовестностью банкиров. Хотя в самый тяжёлый момент мы не закрылись только благодаря небольшому госзаказу, который дало одно из министерств.

Вскоре кооператив преобразовался в акционерное общество. Новое руководство АО в истинно рыночном духе подсчитало, что для максимальной прибыли им выгодно уволить всех сотрудников, кроме отдела продаж, не вести никаких новых разработок, а просто торговать уже существующими программами (плюс чистыми дискетами, холодильниками и так далее). Уволить всех сразу не получалось, так как многие сотрудники были акционерами.

К счастью, мы успели закончить англоязычную версию своей программы, и начались разовые продажи в США и Европе. Они кое-как подкармливали, но на обновление техники денег совершенно не было. Уже наступила эпоха Виндоус и мультимедиа. На наших быстро устаревших 286-х компьютерах было невозможно нормально запустить Виндоус, не то что программировать для неё.

Я оказался перед сложным выбором. По сути работа была очень интересная, но перспектив развития не было. Искать заработок в банке или торговой фирме мне не хотелось. Идти во вчерашний день на госпредприятие или в умирающий НИИ – тем более. В это время о предстоящем уходе предупредили последние два программиста, остававшиеся на фирме.

II.
Чрезвычайное положение
В последний момент акционерам всё-таки удалось объединиться и сместить руководство. Одновременно мы заключили контракт с партнёром в США на разработку Виндоус-версии нашей программы и получили под него финансирование. Меня назначили исполняющим обязанности директора. Мне предстояло управлять людьми вдвое старше меня, с научными степенями, да ещё и несколькими непризнанными гениями.

В первую очередь я проанализировал доходы и расходы фирмы, перевёл отдел продаж и маркетинга с окладов на процент от выручки. Все остальные сотрудники были сгруппированы по подпроектам и подчинены одному главному проекту. На зарплату мог рассчитывать только тот, кто участвовал в определённом подпроекте и вовремя сдавал свою работу.

В то же время, мне хотелось, чтобы все почувствовали себя в одной лодке. Я установил одинаковый и сравнительно небольшой оклад для себя, менеджеров и ведущих сотрудников. Предполагалось, что в случае успеха, и только после сдачи проекта, мы воздадим должное руководству премиями. Все остальные деньги были направлены на закупку новой техники.

Меня не особенно привлекала чисто менеджерская работа, и я продолжал участвовать в разработках. Я проектировал интерфейс, писал документацию, работал с базами данных, экспериментировал с трёхмерной графикой и звуком. Мне сильно не хватало свежей информации о рынке программ в США. Интернет в ту пору ещё не существовал. О выходе новых процессоров мы узнавали с задержкой в несколько месяцев. Я перечитывал всё, что попадало под руку, но всё равно сидел на голодном пайке. Также чувствовался сильный недостаток знаний о том, как управлять людьми и строить организацию. Вскоре мне предоставилась интересная возможность.

Свободная пресса
В наш город приехал представитель самой крупной американской корпорации по изданию журналов и книг по компьютерной тематике, чтобы найти партнёров в новых независимых государствах. Их издания выходят в полусотне стран мира, и одно перечисление публикаций занимает десяток страниц буклета.

Я подготовил бизнес-план, зарегистрировал отдельную фирму, и, отчасти неожиданно для себя, подписал лицензионный договор на издание журнала. Это был договор франчайзинга, никаких инвестиций американцы не делали, но получали небольшой процент от нашего дохода.

Журналом я убивал трёх зайцев. Мы получали: доступ к самой свежей информации (одновременно с американскими редакциями, через модем); возможность впервые изнутри посмотреть, как организована настоящая западная корпорация, особенно управление брэндами; технологию электронной подготовки и печати в цвете, которая была тогда ноу-хау.

Мне хотелось, чтобы и в нашей республике появился профессиональный журнал высокого качества. Конечно, мне льстило иметь свой бизнес, работать без начальников и ощущать себя издателем органа свободной прессы. С другой стороны, новое дело отняло всё оставшееся время. Приходилось сидеть на двух работах до темна и без выходных.

Денег на издание первого номера, естественно, не было. Банковский кредит под 20-30 процентов в месяц можно было вернуть только операцией купи-продай, но никак не изданием журнала. Я решил проверить, чего стоит брэнд, сел за лазерный принтер и разослал прямую почту местным продавцам компьютерной техники с предложением произвести предоплату рекламы в журнале в обмен на хорошую скидку. Как ни странно, деньги начали поступать, и журнал увидел свет.

Вначале мы печатались на большой государственной фабрике. К моей радости, там уже были компьютеры. К моему ужасу, они умудрились купить в Германии сильно устаревшие, бывшие в употреблении рабочие станции. Их надо было просто выкинуть, но этот хлам продали в СНГ по остаточной стоимости, раз в 20 превышающей цену лучшего ПК. Станция размером в два шкафа была менее функциональна, чем обычный ПК Пентиум с программой Фотошоп. Как я понял из разговоров, личные интересы закупавшего оборудование не всегда совпадали с интересами фабрики.

После выхода первого же номера нам напомнили, что такое свобода прессы. Нет, не государственные чиновники. Представитель глубокоуважаемой фирмы Интел. В одной из редакционных статей мы, между прочим, написали, что для начинающего пользователя вполне годится компьютер на базе процессора АМД, который не хуже, но гораздо дешевле аналогичных процессоров Интел. Представитель Интел воспринял это как оскорбление и снял всю свою рекламу с будущих номеров.

Не в такой форме, но по сути, эта ситуация повторилась со многими рекламодателями. Они согласны были давать рекламу (то есть платить), только в том случае, если журнал печатал то, что им нравится. 90 процентов затрат на печать покрывает реклама, иначе журнал будет не по карману читателям, поэтому мы стали заложниками рекламодателей. Никакого профессионального интереса выпускать издание, в котором бы было 50 процентов открытой рекламы и 50 процентов скрытой рекламы, для меня не было. Равно как и не было никакого желания ублажать «крутых» директоров, ужасно «творческих» рекламистов и пиарщиков, чтобы выпросить у них рекламу.

В своё время наши партнёры-американцы подчёркивали, что они проводят независимую редакционную политику. Регулярно читая американское издание от корки до корки, я заметил, что первую тройку мест в обзорах компьютеров всегда занимали ПК фирмы Делл. По интересному стечению обстоятельств, эта же фирма давала самую объёмную рекламу и на самых дорогих местах (обложки, развороты). В другом крупном американском журнале, конкуренте нашего, Делл не давала так много рекламы, и в их обзорах она далеко не всегда была на первом месте.

Вскоре начались особенности с конвертацией местной валюты, и многие импортёры техники или исчезли, или затянули пояса. В довершение всего разорился банк, в котором был расчетный счёт журнала. Журнал выжил, но постепенно я перестал принимать в нём участие.

Узнав изнутри, как работает пресса, я никогда не воспринимаю напрямую то, что говорят в зависимых и независимых средствах массовой информации. Идёт ли речь о политике или о пылесосе.

Новая Римская Империя
Подходило время сдачи большого проекта на моей основной работе. Наш партнёр пригласил группу разработчиков в США для совместной отладки английской версии. Я впервые попал за границу и провёл целое лето в США. После СНГ это был совершенно иной мир. Впрочем, из этого мира удалось увидеть не так уж много, поскольку всем приехавшим был установлен график работы, не располагавший к осмотру достопримечательностей. С 9 утра до 9-10 вечера, включая субботу. Мне почему-то вспомнились забытые выражения вроде «потогонной системы» и «эксплуатации труда капиталом».

В СНГ свободный рынок был «неправильным», поэтому все его проблемы логично списывались на эту неправильность. В США у меня впервые возникли серьёзные сомнения в справедливости и саморегулируемости правильного свободного рынка.

Сложно объяснить, почему уборщик в американской фирме получал в пять раз больше, чем программист в СНГ. Хотя программы, которые приносили доход, который давал зарплату этому уборщику, писал тот самый программист в СНГ. Почему зарплата нашего врача, который ничем не хуже такого же нашего врача, который просто иммигрировал в США, в 200 раз ниже, чем у новоявленного американца? Было также непонятно, каким чудесным образом предполагается, что со временем зарплаты сравняются.

Говоря об экономической эффективности свободного рынка, мне было сложно принять, что расходы на маркетинг в американских компаниях составляют 30-40 процентов, а на разработку (R&D) – в лучшем случае 8-10 процентов. То есть на то, чтобы расхвалить продукт, тратится в 3-5 раз больше, чем на то, чтобы его сделать лучше.
Объяснение демократов заключалось в том, что мы слишком долго шли в стороне от рынка, столбовой дороги человечества; законы рынка объективны, мы в силу своей отсталости не понимаем их. Пока у меня не было своего ответа на эти вопросы.

В магазинах было удивительное отсутствие американских товаров, зато изобилие китайских. Одним из моих «открытий» было то, что мыло «Камей» – одно из самых дешёвых и непопулярных. В СНГ в то время непрерывно крутили ролик «Камей – ароматы Парижа», и это мыло воспринималось как символ французской жизни. Я подумал, хорошо ещё, что не завернули что-то более дешёвое с улицы в красивую упаковку, а то ведь тоже можно было продавать под видом ароматов Парижа.

С некоторыми американцами у нас возникли дружеские отношения. Они возили посмотреть на корабль первых переселенцев, дачу-музей Вандербильта с водопроводными кранами из золота, музей-линкор времён Второй мировой войны и торпеды-камикадзе; угощали в придорожных ресторанчиках. Во время нечастых прогулок по Бостону иногда возникало странное ощущение, что я попал в новую Римскую империю.

Бои по всем направлениям
Проект был успешно сдан. Нашу новую программу купили десятки корпораций, входящие в список «Форчун-500», список пятисот крупнейших компаний США. Среди них были Кодак, Форд, Моторола, Хьюлет-Паккард, Проктэр и Гэмбл, Даймлер-Бенц, Шелл, Боинг, НАСА и многие другие. Мы запустили три новых проекта, все с расчётом на американский рынок.

Одной из новых разработок стал оригинальный семантический анализ текстов патентов, который автоматически выявляет суть изобретения через построение цепочек Субьект-Действие-Объект. Скажем, если прогнать через анализатор предыдущее предложение, то он выделит в качестве главной мысли цепочку [семантический анализ] [выявляет] [суть изобретения].

За пару лет фирма выросла с двадцати до двухсот человек. Мы стали самым большим разработчиком компьютерных программ в своей республике. Технически мы вышли на новый уровень, установили скоростные сети, связали офисы в разных зданиях оптоволокном, поставили выделенные серверы, провели свой канал Интернет.

На хорошие зарплаты пришло много новых людей. Всё чаще мне приходилось заниматься чистым управлением. Хотелось сохранить дух небольшого коллектива, но при быстром росте конфликты возникали тоже быстро. Моя жизнь напоминала бесконечную войну, когда стреляют отовсюду. С одной стороны заказчик, с другой – коллеги и акционеры, с третьей – многорукое государство.

С точки зрения собственной безопасности, нам не хотелось привлекать какое-либо внимание к фирме. Мы использовали Жигули, оставшиеся ещё со времён дружбы с АвтоВАЗом, в то время как местные бизнесмены, разбогатев, сразу покупали иномарку (и рано или поздно получали по голове). Мы не тратили на мебель, сотовые телефоны и офисный антураж. Меня лично новые супермаркеты и импортные товары в ярких упаковках интересовали мало.

Наша деятельность была идеальна для государства – экспорт интеллектуального труда, ввоз технологий, инвестиций и твёрдой валюты. Наладить разработку программного обеспечения, конкурентоспособного на Западе, довольно сложно. От государства хотелось, чтобы оно забирало свою долю налогов и валюты, и просто не мешало работать.

По моим наблюдениям, всевозможные чиновники были совсем не против рынка. Они просто хотели всё контролировать, при этом списывая на рынок любые проблемы. Помню, как однажды мне пришлось доставать с таможни обыкновенную пачку дискет. Четыре дня я сидел в очередях, ездил из одного конца города в другой ради оплаты через сберкассу 5 долларов пошлины, а затем доплаты опять через сберкассу 3 центов из-за изменившегося курса доллара.

Я читал прессу для бизнесменов, пытаясь предсказать движения экономики, колебания курса доллара и политику властей. Налоговое законодательство менялось от одного номера газеты к другому. Иногда в статьях попадались упоминания о «кейнсианской экономике», монетаристской политике и других понятиях. Времени, чтобы разобраться в теории, не было.

Изредка мне удавалось поработать руками на компьютере. Готовя компакт-диск с демо-версией нашей программы, мы наконец-то сделали его с живым видео, трёхмерной графикой, анимацией и звуком. Для одного из фрагментов мы оцифровали видеозапись маркетинговой речи («питча»), которую нам прислали из Штатов. Говоривший на видео от волнения делал паузы и заикался. За пару часов работы на обычном ПК мы вырезали все заикания, и с экрана послышалась гладкая речь профессионального оратора. По работе в журнале я уже знал, что из фотографии на компьютере можно сделать всё, что угодно – ведьму превратить в красавицу, а серый ящик компьютера – в волшебный дворец. Сколько реальности осталось в современном телевидении, а сколько в нём виртуальности?

Вперёд на Запад
В 1997 году я окончательно склонился к выводу, что ничего хорошего в СНГ ждать не приходится. Жить в страхе, заводить семью и детей и обрекать их на постоянное выживание, мне не хотелось. Я побывал в командировках и в отпуске в Германии, Франции, Болгарии, Польше, в Крыму; сравнивал. Когда поезд идёт из Германии через Польшу в Белоруссию, то на глазах уходит техническая цивилизация. Вокзал в Бресте, где к вагонам подбегали женщины в серых пальто и платках, предлагая домашнюю стряпню, напоминал сцены из фильмов про государственную границу во время революции.

К тому времени я уже прошёл первые уроки «плавания с акулами» бизнеса. Постепенно у меня нарастали разногласия с главным акционером на фирме. Я стал замечать, что наши разработки принимают всё более фантастический характер и делаются не столько с расчётом на продажу клиентам, сколько для демонстрации потенциальным инвесторам. Я хорошо помнил проблемы предыдущих лет и сильно опасался, что такая политика рано или поздно опять приведёт к разбитому корыту. Конечно, находясь в СНГ, я не чувствовал, чем был Интернет-бум в США.

По удобному случаю реорганизации назначили нового директора, а меня перевели на развитие нового Интернет-проекта. Я начал с удовольствием изучать новую многоуровневую веб-архитектуру, системы управления знаниями, технологии Оракл и Ява.

Подумав, я подал документы на иммиграцию. В тот момент для специалистов были открыты двери в Канаду. Требовалось приемлемое знание английского или французского, инженерная специальность, опыт работы и отсутствие проблем с милицией. Я не собирался уезжать навсегда, но мне хотелось не только покупать товары по мировым ценам, но и получать зарплату по мировым меркам.

Вскоре пришёл положительный ответ из посольства, я съездил в Москву на медкомиссию, прогулялся по Красной площади и стал планировать отъезд. В 1998 году в России бурно росли акции и ГКО. Я почитывал «Коммерсантъ», смотрел на фото трескавшихся от сознания собственной крутизны «менеджеров инвестиционных портфелей» и думал, сколько это может продлиться. Не надо быть экономистом, чтобы понимать, что выплачивать 100 или 150 процентов годовых при фиксированном курсе не может никакой заемщик, даже если это Российское государство. Я ещё помнил эмоции некоторых знакомых, которые в своё время играли на акциях МММ и Олби. Я прогнозировал революционную ситуацию на осень и взял билеты в Канаду на конец августа.

Когда я упаковывал чемоданы, передачи ТВ были прерваны, экстренные выпуски новостей сообщили об отставке правительства, о панике на бирже и мировом финансовом кризисе. Под грохот канонады я отправлялся в страну, в которой никогда не был. В город среди снежных гор на берегу океана, который выбрал просто по фотографии.

III.
Узкоглазый Вавилон
Ванкувер – самый большой город провинции Британская Колумбия, и второй по величине в Канаде. Он расположен где-то напротив Владивостока, на другой стороне Тихого океана. Сто лет назад здесь были густые леса с индейцами, пристань и лесопилка. Сейчас живёт два миллиона человек, из них 70-80 процентов – иммигранты первого-второго поколения.

Больше всего китайцев – из Гонконга, Тайваня и материкового Китая; а также индусов и пакистанцев. Есть японцы, корейцы и другие южные азиаты; арабы – иранцы, афганцы. Из Европы – югославы, румыны, поляки, болгары, чехи, венгры. Западные европейцы обычно во втором поколении – немцы, ирландцы, британцы, итальянцы. Из Центральной Америки – мексиканцы, гватемальцы, сальвадорцы. Есть аборигены в индейских резервациях. Собственно белых канадцев не так и много. Почти нет негров – для них слишком холодно (летом +20, зимой +5).

По улицам ходит разноязыкая масса, в офисах вывески на пяти-шести языках. Но в языке будущего сомнений не остаётся. Это – китайский. Экспансия происходит на глазах. В газете фотографии лучших выпускников местных средних школ. 49 из 50 – китайцы. Половина студентов в университетах – китайцы местные и китайцы, приехавшие на обучение. Китайцы скупают землю, входят в любой бизнес, в любую профессию. Есть улицы и районы, где китайских надписей больше, чем английских (это за пределами Чайна-тауна). Богатые, работоспособные, китайцы – хорошо организованная сила, которая готовится поглотить всё, что съедобно и полезно.

В Ванкувере редко встретишь белого человека с детьми, в лучшем случае с одним ребёнком. Китайцы ходят группами по десять человек, в семье три-четыре ребёнка. Большие семьи попадаются ещё у мусульман.

Такое впечатление, что канадцы сто лет назад согнали индейцев с этих земель только для того, чтобы передать их со временем китайцам. Генерал-губернатор, формальный глава Канады, назначаемый английской королевой – китаянка.

Наших соотечественников в Ванкувере живёт тысяч 30-40, в основном евреи (к слову, во мне еврейской крови нет). Приезжают из всех советских республик и из Израиля. Здесь всё равно все – «русские».

Несвободный рынок
Первые месяцы в Канаде у меня было ощущение, словно я попал из войны в размеренную мирную жизнь. Люди вокруг были безразлично-вежливы, спокойны и улыбались. Как будто я вернулся в Советский Союз до 1985 года.

Изначально я искренне хотел вписаться в канадскую жизнь, найти хорошую работу, купить дом, завести семью. Канада казалась мне очень большой, многонациональной и дружественной к чужеземцам. Мне казалось, что здесь нет серьёзных проблем и конфликтов. Мне хотелось узнать, что делает эту страну сильной и преуспевающей.

Первые же взгляды из Канады на СНГ позволили сделать несколько неприятных выводов. Когда каждый день смотришь ТВ, то не заметно влияние, которое оно оказывает на жизнь. Из Канады стало видно, насколько телевидение 1998 года было в России истерично-психованным. Как будто в каждый русский дом подселили агрессивного умалишённого, который раз в полчаса устраивает припадки, криками навязывает хозяевам дома свой больной чёрный взгляд на жизнь, и пытается довести их до самоубийства.

Стало очевидно, что в Канаде не снижается роль государства, вопреки заявлениям демократов в России. Государство жёстко регулирует базовые цены, например, на телефон, кабельное ТВ, транспорт, лекарства. Стоило местным фермерам написать заявление, что китайцы завозят дешёвый чеснок, и были немедленно подняты пошлины. Чеснок – далеко не стратегический товар.

Оказалось, что электроэнергетика принадлежит государству, и в отличие от РАО ЕЭС, её не собираются приватизировать. К монополии государства относятся почти вся торговля спиртным, автомобильное страхование. Медицинское обслуживание – государственное, почти бесплатное. Государство не предлагает гражданам выживать, чем придётся, как советует МВФ русским. Временно безработные получают пособие в течение года и бесплатное обучение, постоянно неработающие – бесплатное жильё, обучение и пособие, на которое можно купить не меньше, чем на оклад госслужащего в России.

Помимо государства сильны профсоюзы. Если зарплата учителям или врачам не повышается, они выходят на забастовку и бастуют до тех пор, пока не добьются своего. Задержек в выплате зарплаты не бывает в принципе.

Модель иглы Кощея
Осмотревшись после приезда, я начал подыскивать работу. В появившееся впервые за несколько лет свободное время я читал о том, как устроена американская экономика. Я подходил к проблеме с двух сторон.

С чисто практической, я хотел найти перспективную работу и хорошую зарплату. По предыдущему опыту я прекрасно знал, что мало разбираться в технологиях, надо понимать бизнес. С другой стороны, надо было наконец-то восполнить пробелы в образовании и почитать экономическую теорию, полностью отбросив как правую, так и левую политику и идеологию. Кроме того, я хотел понять, по каким направлениям развивается рынок, и в чём причины плачевного состояния России. Два подхода сливались – не зная макроэкономику, нельзя планировать и свою жизнь. Это полностью подтверждал шедший в тот момент, осенью 1998 года, финансовый кризис в России.

Писать диссертацию я не собирался. Мне была нужна простая, логичная модель рынка для собственного употребления. Я исходил из того, что какой бы запутанной не казалась экономика, в конечном счёте она охватывает всех людей, даже полуграмотных. Поэтому её главные принципы не должны быть сложными. Я много лет занимался анализом сложных систем, и, при доступности любых учебников, построить простейшую схему экономики, мне представлялось делом техники. Я начал читать в нескольких направлениях.

Во-первых, это были книги о возникновении, развитии и повседневной работе крупных корпораций. Я старался выбирать книги, написанные участниками событий, но не университетскими учёными. Я изучал историю ДЭК, ИБМ, Эппл, Микрософт, Go, Нетскейп, АОЛ, E-Bay, частично Крайслера и Форда. Позднее добавились материалы об Интернет-компаниях, многие из которых к моменту выхода книг о них успели разориться. Параллельно я изучил организацию японских конгломератов зайбатсу и кейретсу и корейских чиболов.

Пожалуй, главный вывод из этой части прочитанного в том, что суть существования любой компании – не производство лучшего продукта, как казалось до этого. Суть – конкурентная война. Продукт вторичен, он только оружие в конкурентной войне.


Во-вторых, это были книги о финансовых рынках. Финансы и особенно акции – ключ к любому бизнесу.

С одной стороны, я читал мемуары профессионалов. Я захватил весь цикл финансовой жизни фирмы – книги предпринимателей, директоров, венчурных капиталистов, инвестиционных банкиров, игроков на рынке акций, дэй-трейдеров, спекулянтов на бондах. Среди них были «отцы» Интернет-бума из фирмы Клейнер-Перкинс; спекулянт, разоривший старейший английский банк Бэрингс; знаменитый в Америке инвестор Уоррен Баффет и небезызвестный Джордж Сорос.

С другой стороны – книги об инвестициях для потребителей. О том, как быстро разбогатеть на акциях, на золоте, на азиатских рынках. Как покупать дома и спекулировать недвижимостью. Как вкладывать в паевые (mutual) фонды, в пенсионные счета. Как умереть богатым, как не платить налоги, как пользоваться оффшорами. Как анализировать статистику для предсказания рынка. Книги о том, как влияет расположение планет на стоимость акций, я опустил. Я регулярно читал журнал «Форчун», другие издания для инвесторов, и просто следил за новостями. Самая большая в истории спекулятивная пирамида раздувалась на моих глазах.

Из этой части прочитанного главный вывод был том, что финансовые рынки в наше время живут по своим правилам, связь с реальным производством утеряна.


В-третьих, я выбрал два стандартных университетских учебника по экономике, которые были написаны нормальным языком и не перегружены цифрами, и начал внимательно разбираться в них. Из дополнительных академических книг мне понравился американский экономист 1950-60-х годов Джон Гэлбрайт (John Galbraith). В отдельном ряду стоял претендующий на всезнайство английский журнал «Экономист», который каждой своей статьёй поучал читателей, особенно глупые страны третьего мира и Россию, что значит правильная рыночная экономика.

Если объяснения микроэкономики, на уровне фирмы, были довольно логичны, то в макроэкономике, на уровне стран, оказалось много тумана. Но один вывод был чёток и прямо противоречил тому, что рекомендуется России. В собственных западных учебниках много раз повторено, что для выхода из экономического кризиса нужно сильное вмешательство государства, а не предоставление рынка самому себе. Иначе кризис может идти вниз по спирали сколь угодно долго.


В-четвёртых, я взял книги, описывавшие экономические кризисы. Любую систему интереснее всего рассматривать в точках её максимального напряжения. Кроме того, я искал аналогии с ситуацией в России.

Я читал о спекулятивных пирамидах, начиная с тюльпанов в Голландии XVI века и заканчивая массовым банкротством сберегательных союзов в США в конце 1980-х годов. Про кризис и гиперинфляцию в Германии после поражения в Первой мировой войне и про экономические причины возникновения фашизма. Про Великую депрессию в США, предшествовавший ей биржевой бум и политику Рузвельта по выходу из депрессии.

Было очевидно, что учебники экономики иногда прямо противоречат тому, что происходило в истории. Что история по сути постоянно повторяется, а и у массы, и у авторов университетских учебников – поразительно выборочная и короткая память. Что Интернет-бум конца 1990-х – прямая копия бума 1920-х годов. Даже заголовки газет в 1929 и в 1999 году совпадали.

Было очевидно, что Интернет-бум закончится сильной депрессией. В довершение я пришёл к мысли, которой сам не поверил – из такой сильной депрессии можно будет выйти только через большую войну. Зимой 1999 года сама мысль о масштабной войне показалась абсурдной.

У меня появилось много новых знаний, но полная картина не складывалась. Я чувствовал, что между нашим, русским, мышлением и западным есть какая-то принципиальная разница, но по книгам её нельзя понять. Я хотел поскорее попасть на работу, чтобы бок о бок поработать с канадцами.

Серебряный экран
Читать по-английски было легко, но мой разговорный язык надо было улучшать. Решив совместить приятное с полезным, помимо книг я стал брать в библиотеке видеокассеты с кинофильмами. Во всех местных телевизорах можно включать показ субтитров (они делаются не столько для иммигрантов, сколько для глухих). Я смотрел по два-три фильма в день, и через три-четыре месяца субтитры мне стали не нужны.

В библиотеке были отобраны фильмы, получившие награды или ставшие известными в своё время. На девяносто процентов это было американское кино. Вначале я брал более новые фильмы, с современными кинозвёздами. Постепенно они закончились, и мне пришлось выбирать из фильмов 1950-70-х годов, зачастую чёрно-белых. К моему удивлению, эти фильмы были более интересными и человечными, чем новые. Я перешёл на фильмы тридцатых-сороковых, и многие из них понравились ещё больше.

Мне всегда было интересно посмотреть на Америку и её историю глазами самих американцев, глазами очевидцев, а не комментаторов. В чём-то это удалось. Как минимум, я увидел историю грёз Америки. За год я просмотрел порядка 300-400 лучших фильмов всех времён. Было особенно интересно сравнивать оригинальные фильмы и их «римейки», снятые через 30-40 лет.

Я стал разбираться в стилях, темах и актёрах разных лет. Мне было интересно попутешествовать по времени. Скажем, по книгам я уже представлял, что происходило во времена Великой депрессии. Я смотрел на Фреда Астера и Джинджер Фред глазами тех безработных тридцатых годов, которых кинотеатры завлекали, прилагая к билету дешёвую алюминиевую кружку. Кое-что оказалось удивительно знакомым. Например, песни из мюзикла шестидесятых «Моя прекрасная леди» пел Муслим Магомаев, а мелодия, годами сопровождавшая прогноз погоды в советской программе «Время», вышла из «Афёры Томаса Кроуна».

К сожалению, со временем грёзы Америки становились всё более злыми и жестокими. По фильмам было хорошо заметно, что в западном обществе в 1960-е произошёл переворот, смысл которого не понят до сих пор. Тот же переворот идёт сейчас в России.

Постепенно я обнаружил, что религиозные люди в Канаде, будь то христиане или индусы, человечнее и симпатичнее борцов за либерализм и эмансипацию. Надо сказать, что я неверующий, ни разу не ходил в церковь или храм – только в музеи. По привычке я относился к верующим скорее как к отсталым и «реакционным».

Чтобы понять, чем был социализм, надо было его потерять. Чтобы понять, что такое общество, основанное на пусть и неявных, но христианских ценностях, надо увидеть общество, которое не основано на христианских ценностях.

На Западном фронте без перемен
Несмотря на все проблемы в СНГ, у меня долго была надежда, что жертвы не напрасны, поскольку бедность со временем пройдёт, а экономическая конкуренция с Западом всё же лучше военного противостояния, которое могло закончиться уничтожением всех. Идея быть гражданином общего мира без искусственных границ мне импонировала гораздо больше, чем идея страны, окружённой колючей проволокой.

Но весной 1999 года НАТО нарушило негласный договор о том, что мы будем жить без физического насилия. Когда немецкие лётчики бомбили Белград, стало понятно, что Запад не воевал не потому, что стал гуманным, а только потому, что боялся ответного удара. Партнёрство Запада и России – временная ложь, на которую идут, пока у России есть ядерные ракеты.

Читая канадские газеты, я живо представил, что сегодня американцам не нравится Милошевич, а завтра им не понравится какая-нибудь из республик СНГ. Тогда налоги, которые с меня будут брать в Канаде, пойдут на изготовление бомб, которые сбросят на голову моим родителям. Возможно, Милошевич – не ангел, но бомбить обычных людей из-за недовольства правительством – всё равно, что убивать жильцов дома, в котором живёт подозреваемый полицией. Не говоря о том, что какое дело американцам до внутренних проблем Югославии.

За десять лет я постарался забыть обо всём, что говорили о США в советские времена. Чтобы двигаться в будущее, надо было отказаться от стереотипов врага. Я пытался составить новое представление о военной истории США по собственному американскому кино. Югославия очень хорошо уложилась в цепочку негры-индейцы-вьетнамцы. Достаточно посмотреть три фильма – «Little Big Man» («Маленький великан»), «Танцы с волками», «Апокалипсис сегодня». Первые два – про истребление индейцев, третий – вьетнамцев. Добавьте «Wag the Dog» («Хвост кусает собаку»), который был снят за несколько месяцев до нападения на Югославию. Он с точностью до деталей показывает, как в телестудиях фабрикуется агрессия в Албании, чтобы отвлечь внимание от сексуального скандала президента США.

В то время я уже начал скучать по нашему кино. Русских фильмов в местной библиотеке было очень мало. Что же отобрали канадцы как лучшее? Пожалуй, этот список стоит предложить Российскому министерству культуры: «Александр Невский», «Страсти по Андрею», «Иван Грозный», «Броненосец Потёмкин», «Летят журавли», «Баллада о солдате», «Иди и смотри». Я пошёл и посмотрел эти фильмы, и лучшего напоминания о нашей истории нельзя было и придумать.

Надо сказать, что во время войны один мой дед был офицером в регулярной армии, выходил из окружения, умер нестарым от ран. Другой дед был партизанским врачом. Мою бабушку и двухлетнего отца едва не убили фашисты. Неизвестный солдат-венгр предупредил их, что немцы собираются сжечь деревню вместе с жителями, и они успели убежать в лес. Во время прочёсывания леса люди спрятались в опавшей листве, и каратели прошли в двух шагах. Когда началась блокада, два самолёта вывозили детей на Большую землю. Один самолёт был сбит; к счастью, мой отец и бабушка оказались во втором самолёте. Я хотел забыть об этом. Но Натовские бомбы хорошо освежают память.

Бомбёжки Югославии вскоре прекратились, но американцы полностью уничтожили ощущение безопасной мирной жизни, которое так недолго просуществовало после конца Холодной войны. Убирать колючую проволоку было большой наивностью.

IV.
Новый Голливуд
К лету 1999 года мне удалось найти именно ту работу, которую я хотел. Помучив меня месяц и проведя пять интервью, мне предложили должность руководителя одной из групп контроля качества в самой крупной в мире корпорации по производству игр для компьютеров и видеоприставок. Годовой объём продаж этой фирмы равен валовому внутреннему продукту такой страны как Молдавия. Ванкуверский филиал насчитывал 600-700 человек, остальные офисы разбросаны по всему миру, штаб-квартира – в Калифорнии.

Видеоигры – самая быстроразвивающаяся и перспективная из компьютерных технологий. Стратегической целью является вытеснение телевидения и кино и замена их виртуальной реальностью. Уже сейчас не всегда можно сразу сказать, идёт ли по телевизору репортаж о футбольном матче, или к нему подключена игровая приставка.

Для получения максимальной прибыли цикл производства очень короток. Игра обновляется не реже раза в год, иногда дважды. В магазинах она продаётся по 40-50 долларов за копию, в то время как штамповка копии стоит 1-2 доллара. После окупания фиксированной суммы на разработку начинается чистая прибыль. Моим проектом в течение двух с половиной лет была футбольная игра, которая в лучший год продавалась тиражом в 3-4 миллиона копий во всём мире и приносила до 100 миллионов долларов прибыли в год.

Позиция в отделе контроля качества была идеальна. Она давала мне возможность увидеть каждую технологическую операцию, проследить весь процесс изготовления игры. От зарождения идеи, мозгового штурма, до прототипа, затем полировки, и в конце – появления первой матрицы компакт-диска, с которой штампуются копии для продажи в магазинах. Вскоре я имел доступ ко всем разработчикам, к исходным текстам программ, базам данных для моделей искусственного интеллекта, к разнообразным графическим и звуковым файлам.

Наиболее впечатляющей была технология оцифровки движения. На всё тело какой-нибудь поп-знаменитости или футболиста (например, Лотара Маттеуса), навешивается множество шариков-датчиков, которые передают инфракрасные сигналы на приёмники, размещённые по контуру студии. Футболист выполняет свои любимые удары по мячу и кувыркания. Сигналы в реальном времени поступают в компьютеры, и на дисплее движется трёхмерный каркас человека. Данные записываются, редактируются и вставляются в игру. На каркас можно натянуть любую физиономию, кожу любого цвета и униформу любого клуба; можно модифицировать и сами движения. Лица знаменитостей сканировались специальным трёхмерным сканером и тоже вводились в игру.

Я тестировал на платформах Виндоус, Playstation 2, Xbox и Nintendo Gamecube. Шёл период смены поколений приставок, и наша фирма получала прототипы Playstation 2 и Xbox за год до их официального объявления. Мне наконец-то удалось быть не в роли догоняющего, я находиться на самом острие технологий.

Компания только что построила новое модернистское пятиэтажное здание. На официальное открытие приехал сам премьер-министр Канады. Было интересно увидеть его не по телевидению, а вживую, на расстоянии вытянутой руки. Он произвёл впечатление замученного и постоянно идущего на компромисс с собой человека.

Электронный ангар
Внутренность здания оказалась прямой противоположностью внешнему облику. Каждый этаж был большим ангаром, разгороженным перегородками высотой в рост человека на маленькие «кубиклы» (мини-комнаты без дверей). В кубикле стоял стол с компьютером, телевизором и игровой приставкой. У обычных тестеров даже не было своего кубикла, они сидели по 12-14 человек в одной загородке. Окон было мало, свет – искусственный люминесцентный.

Конструкция окон не предусматривала возможности их открыть. Из-за того, что подача воздуха регулировалась на весь этаж одновременно, было то жарко, то холодно. Более-менее нормальный воздух был по выходным и по вечерам, в остальное время из-за просчётов в вентиляции кислорода не хватало. Люди постоянно выходили на улицу на пять-десять минут, чтобы подышать. Чем-то это заставляло «Вспомнить всё» – у меня были свои места в здании, где была лучшая подача кислорода, и куда я ходил работать с бумагами. В довершение всего, стоял непрекращающийся гул, который создавали двести человек, одновременно тестирующих игры в одном помещении.

Здание было идеально спроектировано для компьютеров – под съёмным полом шли сети, электричество. В любой момент можно было доложить новые провода или перестроить весь этаж, просто передвинув перегородки. Экономически такая планировка была очень эффективной. Люди здесь были скорее неудобством, от которого пока не получалось избавиться.

Чтобы освоиться, у меня ушло два-три месяца. Поначалу было непривычно целый день слушать английскую речь, ходить на совещания и вникать в жаргон местных продюсеров, программистов и художников.

Я был чем-то вроде бригадира группы тестеров-канадцев, от десяти до двадцати человек. Формально за несколько проектов отвечал мой менеджер. Она была неплохим человеком, но годы жизни в корпорации особым образом влияют на склад ума. Поскольку она не умела включать игровую приставку, то её работа, как и работа других менеджеров, сводилась к бесконечным обсуждениям и писаниям отчётов. Ещё менеджеры ходили на получасовые перекуры, где много сплетничали. Я заметил, что необходимым условием продвижения по службе является посещение перекуров. Увы, табак я не переношу в принципе.

Всю реальную работу делали тестеры, над которыми стояло четыре слоя управления. Поначалу подход тестеров к работе показался мне саботажем. Они целый день ползали по Интернет, сидели в чатах, смотрели видео, кушали. Если кто-то читал книжку, неважно, какую, он считался умным и перспективным сотрудником. Иногда они отрывались от своих занятий и «работали», то есть играли и записывали замеченные в игре сбои. По пятницам писались отчёты о проделанной за неделю работе. Поскольку менеджерам можно было повесить на уши любую лапшу, тестеры быстро обучались этому несложному искусству.

Впоследствии я понял, что тестеры могут прекрасно работать. Но поскольку им платят очень маленькую зарплату, чуть выше минимальной, а за работу по выходным и по вечерам закон обязывает платить двойную зарплату, то тестеры специально болтаются днём, чтобы создать необходимость в сверхурочных. Пару раз в год в течение двух-трёх месяцев им удавалось проводить на работе по 60-80 часов в неделю, и таким образом повышать себе зарплату вдвое.

Лучшая в мире корпорация
Менеджеры, стремясь улучшить «productivity», производительность труда, усовершенствовали... формы отчётов. Для этого проводились длинные многолюдные совещания в течение двух месяцев. Раз в полгода-год эта процедура повторялась.

Менеджеры также заставляли всех говорить на правильном языке. Само слово «говорить» – непрофессиональное. Надо «коммуницировать». Быть треплом называется «иметь прекрасные навыки коммуникации». Надо быть «proactive», то есть выражать энтузиазм и выдумывать себе работу, но только такую, чтобы получился хороший отчёт менеджерам, а у тех – вышестоящим менеджерам. Совершенно необходимо иметь «positive attitude», то есть постоянно жизнерадостно улыбаться. Ведь у нас – «teamwork», командная работа, коллектив, а хмурых в коллективе не любят. Больше всего мне нравилось заявление «I’m championing this project». «Я чемпион этого проекта», что-то вроде «я лидер и движущая сила этого проекта».

На семинарах, которые в обязательном порядке проводил отдел кадров, призывали активно стучать всех и на всех, что канадцы и делали с превеликим удовольствием. Те, кто хотели продвижения по службе, прилюдно и нисколько не смущаясь, расхваливали гениальность своих менеджеров. Затем они шли на коллективную «сессию по ловле ведьм» в отдел кадров и поносили тех же самых менеджеров. Такое поведение воспринималось канадцами как единственно правильное.

Кроме того, в отделе кадров обучали проведению интервью и процессу увольнения. Интервью запутанны, но совершенно формальны. Заготовленный список вопросов у проводящего, заготовленный список ответов у кандидата. Совпал ответ – не совпал. Личность и реальные знания их не интересовали. Ещё интервью рассматривалось как возможность прорекламировать фирму. В правилах было записано, что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы интервьюируемый сам отказался от вакансии. Всегда надо было отказать ему, чтобы у него осталось чувство, что его не взяли в «высшее общество».

Увольняли людей, как будто выкидывали отработавший процессор. Бумаги готовились в тайне заранее. В один прекрасный день увольняемого вызывали к менеджеру, в это время остальных сотрудников уводили на собрание. Увольняемому давалось десять минут, чтобы под присмотром взять личные вещи. Через полчаса – человек на улице с выходным пособием размером в зарплату за две-три недели.

В отделе кадров нас учили, как правильно лгать. С одной стороны надо было держать подчинённых радостными, с другой – избежать юридических последствий. Скажем, причина увольнения всегда звучала как «изменения требований бизнеса», хотя между собой менеджеры пользовались совсем другими причинами.

Президенты, вице-президенты и начальники отделов занимались бесконечным публичным самовосхвалением. Дня не проходило, чтобы сотрудникам не напоминали – вы работаете в самой лучшей в мире корпорации, и наши игры – самые лучшие в мире.

Однажды в самой лучшей в мире корпорации возникла необходимость, чтобы один из сотрудников приходил на работу на час раньше. Иначе двадцать человек с утра теряли час рабочего времени, ожидая, пока будут готовы компакт-диски для тестирования. Сотрудники лучшего в мире отдела по прожиганию компакт-дисков сказали следующее: «We don’t give a fuck». На литературный язык переводится как «Нас это не интересует». Менеджер пошёл к менеджеру, тот к своему менеджеру, провели пять или шесть внутренних совещаний, селекторное совещание с Калифорнией, во время которого было по пять человек на каждом конце провода. Недели через две этот вопрос удалось решить.

Оказалось, что в самой передовой корпорации далеко не все технологии самые передовые. База данных о найденных в программах ошибках (багах), которой на фирме ежедневно и одновременно пользовались сотни человек, была сделана лет пять назад местным программистом на Microsoft Access. В любой элементарной книжке по базам данных сказано, что Access годится для групп из трёх-пяти человек. Естественно, что база падала (сбоила), иногда по нескольку раз в день. Три или четыре года проходили бесконечные совещания о покупке новой базы, менялись менеджеры, но Access как был, так и был, как падал, так и продолжал падать.

Самым замечательным был случай, когда из-за нестыковки двух баз данных, тексты из одной БД просто распечатали на бумаге и наняли машинисток, которые месяц вручную вколачивали данные в другую базу.

Виртуальный наркотик
Несмотря на все бюрократические особенности, эта корпорация была и остаётся одной из самых успешных. Многие менеджеры были живыми миллионерами. В чём же секреты успеха?

В первые месяцы работы я искренне пытался придумать усовершенствования в процессе тестирования. Я думал и над тем, как улучшить качество игр. Что делает их более привлекательными для покупателей? Я взял литературу по психологии компьютерных игр и обнаружил, что игры сознательно используют психологические приёмы, чтобы приковать к себе человека. Например, если для выхода на очередной уровень игры надо 100 очков, то игра запрограммирована так, чтобы дать человеку набрать 98. Затем игра и резко ускоряется, чтобы сбросить счётчик на ноль. В такой ситуации создаётся впечатление, что для победы не хватило совсем чуть-чуть, и человек бросается играть снова и снова. Если же очки обнулить, скажем, на отметке 40, то человек, скорее всего, больше не будет играть, думая, что у него нет шанса выиграть.

Всё это мне не понравилось. Постепенно я стал замечать всё больше сходства между играми, сигаретами и наркотиками. Те, кто работали тестерами по три-пять лет, производили не самое лучшее впечатление. Да, они очень быстро нажимали клавиши контроллера, но весь их мир состоял из этих десяти клавиш. Если они не тестировали футбол, то играли в другую компьютерную игру или в пластмассовые игрушки-персонажи из фильмов. Атрофирование мозга – наиболее подходящий диагноз. Оказалось, что они даже не слышали, кто такие Жюль Верн, Фенимор Купер или Том Сойер.

Когда мы работали на выходных, фирма оплачивала обед из любого недорогого ресторана на выбор. Я перепробовал японские, итальянские, греческие и другие блюда. Многие тестеры-канадцы всегда заказывали одну и ту же пиццу с колой. Я спрашивал их – неужели не интересно попробовать новое. Ответ – а зачем?

Как-то я зашёл в гости к русскому знакомому, у которого сестра жила с канадцем-бойфрендом. Когда я пришёл, канадец, лет 25, игрался в баскетбол с игровой приставкой. Когда я уходил через 3-4 часа, он сидел в той же позе. Я спросил русского знакомого, а не любитель ли канадец компьютерных игр. Оказалось, что игры и пиво – главные занятия в его жизни. Бывший муж сестры знакомого был высоким здоровым русским мужиком. В их семье говорили, что она променяла шкаф на табуретку.

* * *
Как штатному сотруднику корпорации, мне полагались небольшие stock options, опционы акций. С их помощью технологические компании пытаются удержать сотрудников от перехода в другие фирмы и заинтересовать в общем успехе фирмы. Когда я поступал на работу, стоимость одной акции была 25 долларов. По истечении года работы я мог продать фиксированное число акций, скажем, 100, по текущей рыночной цене, например, 35 долларов, и разницу, 10 долларов на акцию, то есть 1000 долларов, положить себе в карман. Если курс был ниже 25, то я мог не продавать и ждать повышения курса. За последующие годы работы начислялись дополнительные акции.

У меня появилась прекрасная возможность почувствовать себя американским инвестором и попрактиковаться в биржевых спекуляциях. С одной стороны, суммы были незначительные; с другой стороны, если я угадывал, то получал прибавку к зарплате.

Я начал внимательно следить за курсом акций моей корпорации, за тем, как влияют на него другие акции, индексы вроде NASDAQ, как влияют финансовые итоги квартала, просто новости. Мне было интересно сравнивать внутреннюю информацию корпорации и то, что писали в открытой прессе. Постепенно я стал замечать закономерности, отслеживать пики и спады, и неплохо продавал свои опции.

Было интересно посмотреть, как продают свои акции президенты и директора корпорации. Данные об акциях высокопоставленных менеджеров любой фирмы доступны бесплатно на Интернет. Я заметил, что наш президент всегда продавал акции по максимальным курсам. Он получал от опционов 10-20 миллионов долларов в год. Если разница в зарплате между тестером и президентом была в 40-50 раз, то за счёт акций она возрастала до 1000 раз. Когда же надо было улучшить квартальную прибыль, президент сэкономил 30 центов на ужине тестеров во время сверхурочных.

Высоко котируясь на бирже, компания могла позволить себе просто скупать конкурентов, которые делали что-то новое и представляли для неё интерес. В таком случае увольняли часть своих сотрудников, дублировавших функции купленной фирмы. Покупкой других компаний и убирали конкурентов, и снижали необходимость собственных инноваций.

* * *
На третьем году работы мне удалось попасть на шестимесячную стажировку в отдел маркетинга. Я посмотрел, как анализируются продажи, составляются маркетинговые планы, запускаются новые продукты; участвовал в организации и проведении маркетинговых мероприятий.

Данные по продажам игр по всей Америке с точностью до одной коробки и до доллара поступают с задержкой всего в две-три недели. Они немедленно анализируются с составлением отчётов для высшего руководства. Меня как раз посадили на анализ этих данных и на сопоставление их с историей продаж, которая доступна с 1995 года. Мне было интересно искать корреляции и закономерности, отслеживать влияние смены поколений приставок, влияние запуска новых продуктов на объёмы продаж и прибыли. Предсказать финансовые итоги следующего квартала и направление курса акций стало очень просто. К слову, по закону на основе этого торговать своими акциями нельзя, такая информация называется «инсайдерской».

С другой стороны, анализу цифр уделялось слишком много времени, и маркетинг не обращал особого внимания на то, какие именно новые качества, функции игр принесли успех. Я также заметил, что менеджеров продукта (product manager) интересовал не столько абсолютный успех, сколько положение относительно конкурентов. Если продажи своего продукта падали, но падали и продажи конкурента, менеджеры всё списывали на состояние рынка и не сильно беспокоились.

Новые игры создаются не так часто, в основном делают обновления существующих. Из-за сжатых сроков и экономии денег, обычно от версии к версии меняется 5-15 процентов кода игры. Но потребителя надо заставлять каждый год покупать игру заново и по полной цене. Для этого в игре максимизируют внешний эффект и минимизируют внутренние изменения. Грубо говоря, игру перекрашивают, навешивают бантик и включают громкий крик рекламы.

Очень важно, чтобы реклама всунулась во все места, где бывает потенциальный покупатель – на веб-страницы, на телевидение, в компьютерные журналы, в магазины. Самые эффективные методы – проникновение в школы и на детские соревнования. Я участвовал в таких мероприятиях. Когда мозг человека с детства насилуют рекламой, неудивительно, что к двадцати годам он превращается в табуретку.

V.
Дым Отечества
Дым Отечества окутал меня совершенно неожиданно. Зима в Ванкувере дождливая, и как-то мне захотелось купить хороший радиоприёмник, чтобы слушать лёгкую музыку. Я никогда не интересовался классической музыкой и считал, что для её понимания надо иметь особый слух и образование. Оказалось, что надо просто услышать музыку, а не тот шум, который доносится из телевизора.

Желая проверить басы в понравившейся мне аудиосистеме, я вставил в проигрыватель компакт-дисков случайно взятый диск Д.Шостаковича. Я был настолько поражён, что целиком прослушал концерт для фортепиано и виолончели с оркестром. Я никогда не подозревал, что телевизор и обычный бум-бокс настолько убивают музыку. Когда звуку вернули все тонкие оттенки и убрали искажения, музыка зазвучала так, как была исполнена.

Раньше я не мог бы и представить, что буду спешить домой, чтобы поставить симфонию. Из всех композиторов ближе всего мне были русские – Римский-Корсаков, Балакирев, Стравинский. До этого я и не догадывался, какие сокровища были созданы в старомодном XIX веке. Оказалось, что композиторов в истории было мало, и что за последние лет пятьдесят великие больше не появлялись.

Поп-музыке чистота звука не оставила шансов. Поп тоже зазвучал так, как был исполнен. Я просто перестал это слушать. Люди так увлеклись созданием совершенной техники для воспроизведения музыки, что искусство создания самой музыки оказалось почти утерянным. Интересно, как долго смогут выжить оставшиеся исполнители классики.

В это же время мне попалась видеокассета с нашим фильмом «Цвет граната». Я посмотрел фильм дважды, а потом мне повезло увидеть его на большом экране, во время ретроспективы советского кино в киноклубе Ванкувера. Там же шли «Короткие встречи».

И почему за пятнадцать лет полной демократии не снято ни одного нормального фильма, а столь широко раскритикованное советское министерство культуры финансировало «Цвет граната»?

* * *
Однажды я случайно увидел, как переезжал и перевозил свои вещи пожилой и явно небогатый канадец. Среди его вещей было несколько ящиков с книгами. Такое количество книг – весьма редкое явление для Канады. Особенно учитывая, что это были не дешёвые «одноразовые» детективы, а полноценные книги в твёрдых переплётах. Одна такая книга стоит дороже, чем обед в хорошем ресторане.

Проходя мимо, я бросил взгляд на его библиотеку. Наверху стопки лежала «Конституция (основной закон) Союза ССР» на английском языке.

* * *
На работе мне приходилось регулярно набирать новых сотрудников. В духе «работы в команде» (teamwork) интервью проводили вдвоём-втроём, и с тремя кандидатами одновременно. Встретилось несколько русских. Они были гораздо образованнее и технически грамотнее, чем канадцы, но не проходили отбор.

Я прекрасно понимал их ответы на интервью с нашей, русской точки зрения. С другой стороны, я уже знал канадские требования, обсуждал русских кандидатов с канадцами и видел нестыковки. Главной проблемой русских было непонимание того, что от них требуется играть по канадским правилам, быть не творцом, а функционально ограниченным винтиком. Пример вопроса, на котором зарезали кандидата: «Если вы не успеваете закончить задание к концу дня, что вы сделаете?». Русский ответ – останусь после работы и доделаю. В канадском понимании это равносильно преступлению. Правильный ответ – скажу об этом менеджеру. В должностных обязанностях тестера не записано, что он думает. За него думает менеджер.

Другой вопрос: «Опишите своего идеального босса». Русский ответ – он должен быть знающим, опытным, авторитетным, уважаемым человеком. С канадской точки зрения это означает, что кандидат будет неуправляем. Правильный ответ – босс должен давать мне чёткие указания, спрашивать результаты работы и быть хорошим ментором. Требуется беспрекословное подчинение и выполнение приказов, а не оценивание вышестоящего. Фактически, корпорация – это армия.

В местной русскоязычной газете для иммигрантов мне попалось объявление о начале работы школы по подготовке тестеров программ. Я предложил свои услуги преподавателя, и вскоре начал вести вечерние группы. В основном обучались люди 35-45 лет, которые иммигрировали три-пять лет назад. Все были с высшим образованием и опытом, но подолгу не могли найти приличную работу.

Быстро стало понятно, что проблемы этих людей – психологические. Большинство из них были, кстати, евреями, многие пожили в Израиле. Но они остались советскими по своим представлениям о работе. Они считали, что им не хватает знаний, что без знаний они не смогут принести на работе пользу, и за это их уволят. Объяснив основы тестирования и практику в поиске багов, я уговаривал их сосредоточиться на перестройке мышления на канадский лад, на подготовке к интервью. Но они упрямо требовали больше науки и не верили, что надо просто стать на время самоуверенными бахвальными формалистами. Канадец не способен отличить толкового человека; он выбирает того, кто нахальнее и громче себя разрекламирует. За невыполнение работы увольняют редко, обычно – за отсутствие показного усердия.

Я заметил, что людям после тридцати уже тяжело перестраиваться. Если лет после шестидесяти человек уже и не пытается измениться, то тяжелее всего сорокалетним – они хотят, но не могут. В результате они живут с чувством постоянной неполноценности, обречённости. Канадцы же только и ищут психологически слабых людей, чтобы тем или иным способом нажиться на них.

К сожалению, русские подростки перестраиваются слишком легко, и вскоре становятся весьма похожими на местное население.

Цивилизованный потребитель
Молодые канадцы наглядно подтверждают теорию о том, что труд сделал из обезьяны человека, а отсутствие осмысленного труда приводит в действие обратный процесс. У каждого второго – серьга в брови, ноздре, губе или пупе. Обувь – большие чёрные колодки, штаны болтаются на коленях, словно он не дошёл до туалета. Словарный запас – три выражения. Глаза как у барана (или овцы), интересы – пожевать и поразвлечься.

Канадское правительство для поощрения «культурного» разнообразия финансирует фильмы и передачи педерастов и лесбиянок. По обычным каналам, в «детское время», выступают педерасты, показывают однозначные сцены, и сопровождают их ласковыми внушениями о том, что каждому человеку надо в жизни всё попробовать. Может быть, каждый – педераст, но он сам этого не знает. В школах и колледжах на досках объявлений – призывы вступать в местный кружок секс-меньшинств. В журналах для обычных тинэйджеров – советы, как и где попробовать с подружкой лесбиянство. Местные «христианские» священники уже освящают браки педерастов, а правительство юридически признаёт их семьями. И если кто скажет слово против педерастов, его ждёт судебное преследование за нарушение равноправия.

По школам свободно ходят дилеры марихуаны (нелегально, но их все знают). За хранение наркотиков полиция уже не задерживает, их скоро начнут продавать как сейчас продают алкоголь. В газетах – реклама домашних гидропонных установок по выращиванию марихуаны. Оценивается, что в Ванкувере около 50 тысяч домов, внутри которых растят «траву». Я не описываю какой-то трущобный район, всё делается с улыбкой, вежливо и культурно, дома стоят по полмиллиона. Канадцы так и говорят: курить марихуану – это наша «culture», «культура».

Сюжеты популярных сериалов построены на смене сексуальных партнёров раз в неделю или чаще. В шоу надо угадать пол участника – это настоящая самка homo sapiens, или переделанный хирургами самец. Аудитории удаётся угадать только в половине случаев. Нашёлся один несчастный, который сам того не зная, долго жил с переделанным самцом. Операции по разрезанию женской груди и зашиванию туда пакета с парафином стали такими же обыденными, как протезирование зубов. Порнографические журналы продаются в магазинах на каждом углу, а в каждом видеосалоне есть порнофильмы.

Курс психологии отношений в государственном университете преподаёт транссексуал. Недавно в одной из школ Ванкувера учитель начальных классов, детей 10-11 лет, поменял пол на женский и благополучно вернулся на работу. Никто и слова не сказал, поскольку любое ущемление его прав преследовалось бы по закону.

В государственных детских садах и в школах Ванкувера учителя-педерасты используют детские книжки, которые учат, что если у ребёнка два папы или две мамы – это так же нормально, как и папа и мама. Верховный суд провинции полностью поддерживает их, поскольку представления о разнополом браке – религиозный предрассудок. В учебниках на красочных картинках, на которые смотрят дошкольники, изображены родители одного пола, лежащие в одной постели.

* * *
Несколько зарисовок с работы. Идёт совещание. Ведёт менеджер отдела из двухсот человек, женщина с высшим образованием, лет 35-ти, замужем, без детей. Зашла речь о том, что ей как-то было скучно и нечего делать (что понятно, поскольку у неё нет детей; ну и о чём же ещё говорить на совещаниях). Она повернулась, подняла майку и показала татуировку в верхней части ягодиц. Сделала от скуки. Все радуются, говорят – однако классная татуировка, начальник. Менеджер пониже, которая выпрашивала повышение, тоже хотела показать свою татуировку, да засмущалась – говорит, она у неё в совсем непотребном месте.

Иметь ягодицы с татуировкой в качестве начальника не так весело, как писать об этом. Первая её идея после вступления в должность – для улучшения работы отдела надо его... переименовать. Два месяца все занимались поиском названия. Вторая идея – раз в год увольнять большинство тестеров и набирать новых. Новичка надо учить около месяца, и он начинает ловить сложные баги только через пять-шесть месяцев работы. Зачем же это делать? Потому что временным работникам не надо платить положенные по закону страховки; также можно каждый раз набирать людей на минимальную зарплату, а иначе её надо повышать аж на 3-5 процентов в год.

Зайдём на другой этаж. Продюсер, молодой человек лет 30-35, с высоким доходом, на педика не похож. Каждый месяц перекрашивает себе волосы. То он был блондином, потом бело-зелёным, а теперь – блондин с розовым оттенком. Ему отвешивают комплименты насчёт внешности. Он сияет.
К художникам и аниматорам мы заходить не будем. Там есть люди со жгуче-синими и красными волосами, они ходят босыми, в майках-мешках, с цепями и серьгами, и напоминают африканских дикарей.

Вот побежал знакомый менеджер с криками «I rock!». Можно перевести как «Я тут самый крутой!». У него есть мегафон, и иногда он кричит «I rock!» в него.

Ещё один менеджер. Он хвастается тем, что пару раз в год ездит в Таиланд, где его «обалденно» обслуживают. Уже не так весело, если учесть, что Таиланд известен массовой детской проституцией для обслуживания западных туристов.

А вот женщина-менеджер. Ей за сорок, она не может и часа без сигареты. Её ребёнку лет восемь. Она счастлива, она выходит замуж. За отца ребёнка, с которым давно живёт вместе, несколько лет назад они купили дом. Такие вот жених и невеста.

Что же интересует этих людей в жизни? Вот на стоянке для машин появилась новая дорогая модель. Событие обсуждает всё здание. С владельцем машины, которого раньше не замечали, сразу начинают здороваться и обсуждать прелести авто владельцы машин этого же ценового класса. Его признали за своего. Машины тут хозяева, а люди им служат.

А вот вчера олимпийская команда прошла в форме с надписью «Roots». Через два дня все побежали и купили майки и кепки с такой надписью. Майки чёрные, бесформенные. Но это неважно. Главное – надпись, брэнд. Брэнд переводится как «клеймо», которое ставили рабу или скотине, чтобы определить их принадлежность к определённому хозяину. Надо поставить себе на лоб клеймо, чтобы все знали – я тоже счастливый потребитель.

Ошибка Капитала
К 2001 году дела на бирже шли всё более скверно, но было невозможно представить, что дойдёт до 11 Сентября. В тот день я приехал утром на работу, и в прямом эфире смотрел на сталкивающиеся с небоскрёбами самолёты. В первые дни я был потрясён. Канадцы не были.

Ровно через день после атак мы показывали одну из полуготовых игр случайно выбранным людям. Так называемая фокус-группа, чтобы узнать, что будущий покупатель думает о продукте. В группу входила молодёжь от 18 до 25 лет. Игра заключалась в езде и беготне по улицам и зданиям в попытках перестрелять побольше врагов и набрать побольше очков. Я обрабатывал ответы молодых канадцев на вопрос, что им нравится, и что хотелось бы изменить в игре. Учитывая, что всё происходило на следующий день после 9-11, я не очень верил своим глазам. «Классно мочить всех!»; «Больше, больше крови!»; «Здорово давить прохожих на улицах!»; «Раны круто сделаны, мясо и кровь выглядят как настоящие!». Недаром наша корпорация – лидер индустрии. Она знает, что нужно потребителям.

Постепенно я стал приходить к мысли, что теракты 9-11 спланированы самими американцами и для воздействия на американцев. Это чисто голливудский сценарий. Такой план не мог родиться в голове русского или в голове араба, кочующего в пустыне верхом на верблюде. Он идеально подходит, чтобы получить согласие на военные расходы и полицейскую диктатуру тех, кто живёт в американской теле-кино-виртуальности. Про техническую возможность одновременно и успешно угнать четыре самолёта и говорить не приходится. «Война с терроризмом» и есть та самая большая война, необходимая для выхода из депрессии. Американцы в очередной раз объелись заводных апельсинов.

Мне было интересно, что пишут в России про 9-11. Гуляя по русскому Интернету, я зашёл на православный сайт с материалами по терактам. Нажав на одну из ссылок, я попал на ответы священника на вопросы о смысле жизни и мироздании. Он бесконечно ссылался на мнения пророков и христианских святых, спорил с другими источниками и цитировал разные места священных писаний. Я быстро запутался в этой богословской дискуссии.

Насущным был вопрос о том, когда закончится рецессия, и начнут открываться новые профессиональные возможности, поскольку игры мне уже немало надоели. Сколько я не читал бизнес-сайты и американские журналы, ответы больше походили на заклинания и гадания на кофейной гуще. Хотя я узнал много нового за время работы в корпорации, и уже понимал способ мышления канадцев, мои знания никак не складывались в единое целое.

Была годовщина смерти В.И.Ленина, о чём напоминали некоторые ленты новостей. В марксизм-ленинизм я не заглядывал в течение двенадцати лет. Отчаявшись найти ответы у самих американцев, я решил посмотреть, как марксизм объяснял причины кризисов капитализма. На Интернете нашлись главные работы Ленина. Но в них было не столько объяснение теории, сколько споры с товарищами, как правильно интерпретировать Маркса, и как его неправильно интерпретируют оппоненты. Я решил почитать самого Маркса, открыл том «Капитала» и углубился в рассуждения о сюртуке. Через некоторое время я вспомнил, что мой холодильник пуст, и надо успеть съездить в супермаркет.

Выбирая продукты, я размышлял о прочитанном. На обратном пути, задумавшись, я заблудился в большом подземном паркинге. Я думал о том, насколько споры Ленина похожи на богословские споры в православии. Наверное, подумал я, коммунизм так боролся с христианством, потому что оно было его конкурентом, он сам – не столько наука, сколько своего рода вера. Даже не своего рода вера, а целая религия, ведь советская символика и устройство партии очень похожи на церковные. Следующая мысль продолжала предыдущую. Поскольку религия борется с религиями, а коммунизм и капитализм – непримиримые враги, то капитализм – тоже религия, религия не в переносном, а в прямом смысле. Но это не словесная, а математическая религия. Бог капитализма – деньги, а боги выдуманы людьми. То есть денег и стоимости в физическом смысле нет, они – плод воображения.

В этот момент все знания о рынке, бизнесе и финансах автоматически сложились в единую непротиворечивую картину. Было ощущение, что невидимая сила, которая сдавливала сознание, заставлала все действия и мысли вписываться в узкие рамки денег, которая заставляла искать всему религиозно-экономическое оправдание, исчезла.



Глава 1. Предмет и методы анализа.



ПРЕДМЕТ И ПОДХОДЫ

Предмет анализа
Предметом нашего анализа будет религия денег. То, что мы привыкли называть капитализмом или рыночной экономикой, можно понять, только посмотрев на это явление, как на полноценную религию. Почти все мы находимся внутри этой религии, во многом мы абсолютно и искренне верим в неё, даже если не осознаём этого. Так же как искренне верующий в Бога не может представить, что Бог на самом деле не существует, что он – плод воображения, так и нам очень тяжело выйти за рамки религии денег и цифр. Эта книга подробно описывает, что представляет собой религия денег. Как относиться к ней – это личный вопрос читателя.

В отличие от ислама, христианства или буддизма, построенных на естественном языке, религия денег в качестве своего языка использует символы математики и физики. Будучи математической, своего рода мета-религией, она внешне не входит в противоречие с религиями, основанными на словах. Но на самом деле она ведёт борьбу за полное вытеснение и уничтожение любой иной веры и за полное подчинение себе сознания людей.

Суммируя религию денег, можно выделить три основные особенности:

Главным принципом религии денег является получение удовольствия от насилия. Она призывает бить слабого, обманывать ближнего. Этот принцип прямо противоположен христианству, это принцип Антихриста.

Эволюция насилия над человеком завершилась переходом к прямому насилию над сознанием, к рабству сознания. Религия денег превратила изобретение телевидения в абсолютное оружие массового поражения сознания.

Начиная с 1960-х годов в странах Запада, а с 1990-х годов в России, идёт стремительный процесс окончательного перехода к обществу, противоположному христианскому или святому обществу. Создаётся языческое, иными словами поганое общество.

С научной точки зрения религия денег представляет собой модель управления обществом. Это весьма ограниченная одномерная модель, основанная (1) на присвоении числовых значений всему, что есть в мире; (2) на использовании пяти арифметических операций и (3) критерия максимизации транзакций. В эту модель жрецы религии денег заставляют вписываться всё существующее в мире. То, что не вписывается – уничтожается.

Конечная цель нашего анализа – понять внутренние механизмы религии денег и выработать способы защиты индивидуального и общественного сознания.

Подходы к анализу
Анализ сознания человека или общества по сути не может быть независимым и универсальным. Можно быть относительно объективным при анализе телесного и физического, но для анализа сознания всегда приходится выбирать какой-то субъективный угол зрения, угол отражения, субъективную точку отсчёта.

Попытки объявить отношение к истории, к обществу или к сознанию объективными, заранее заложенными, являлись бы попыткой подавить все остальные точки зрения.

Сегодня выбор правильной точки отсчёта очень непрост. При анализе религии денег мы будем изначально отталкиваться от трёх главных принципов Русского духа:
защищай слабого,
ищи истину,
живи по совести.

С другой стороны, нашей отправной точкой станет преобладающее общественное сознание. Большинство из нас живут в мире, который сформирован школой, университетом и повседневностью. Мы будем исходить именно из этих представлений, из здравого смысла, а не из языка религии или из представлений уединённых философов, которые не знакомы и не очень понятны обычному человеку.

* * *
Хотим ли мы, осознаём ли мы или нет, но почти всё современное русское научное представление о человеке и об обществе основано на фундаменте марксизма.

В нашей философии, в управляющей модели сознания верхнего уровня, к 1980-м годам накопилось множество противоречий. После 1986 года произошёл сбой. Наш русский храм знания сильно разрушен и многими покинут. В результате массовое сознание либо ищет убежища в более простых, примитивных формах, либо уходит в тёмные ложи религии денег.

Марксизм-ленинизм, как и любая система знаний, чтобы оставаться адекватной действительности, нуждается в постоянном развитии. Несомненно, что мир существенно изменился со времени появления марксизма, и марксизм нуждается в серьёзном обновлении – или в замене. Но заменить марксизм сможет только теория масштаба не меньшего, чем сам марксизм.

Чтобы критиковать марксизм, чтобы победить марксизм, надо предложить новую систему знаний, новую философскую теорию, которая была бы не более примитивной и более фрагментарной, но более системной, более глубокой, более широкой, чем марксизм. Абсолютное большинство современных критиков марксизма не только не придерживаются никакой философской системы, но они даже не осознают, что такое философская система.

Рыночная экономика в своём самопонимании не двинулась дальше «невидимой руки рынка» двухсотлетней давности. Многие демократы и рыночники в РФ на самом деле не выходят за рамки марксистского истмата – исторического материализма. Они просто считают не социализм, а «развитой капитализм» высшей формацией в истории человечества.

Несмотря на многолетние старания демократов, марксизм остаётся неприступной крепостью, которая намного выше их головы. По иронии истории, чем сильнее в наши дни дегенерирует российское общество, тем адекватнее его отражает марксизм. Чувствуя своё бессилие, демократы и не пытаются создать что-то лучшее, но просто уничтожают подряд все знания и всю нашу историю.

Начало было положено разоблачениями «культа личности» во времена XX съезда. В общественном сознании попытались сделать чёрную дыру размером с 1929 по 1953 год. Во времена гласности чёрную дыру увеличили до 70 лет. Вскоре она стала расползаться и на всю четырёхсотлетнюю историю Руси со времён Ивана Грозного.

Но на этом чёрная дыра демократии не остановилась. Сегодня уже говорится, что само принятие Русью православия, а не католичества, было ошибкой. Дыра расползается до десятого века. Что будет дальше? Дальше идёт отрицание христианства как такового. Нас ждёт чёрная дыра размером в две тысячи лет. Вместе с ней наступает поганое общество.

Сомневаетесь? Россия запаздывает на каких-нибудь 20-30 лет. Запад уже почти прошёл стадию полной дехристианизации.

* * *
Мы рассматриваем сознание как своего рода сложную самосовершенствующуюся систему или программу, в которой по мере развития накапливаются перекосы и противоречия. Наша задача – разрешить их. В противном случае развитие становится невозможным, и начинается саморазрушение.

В истории естественных наук не раз возникала ситуация, аналогичная нынешней ситуации в философии. По мере развития оптики, в корпускулярной теории света накапливалось множество противоречий. К счастью, физикам не приходило в голову из-за этого выкинуть корпускулярную теорию и вернуться к астрологии. Была создана более сложная и более совершенная волновая теория света.

Когда геометрия Евклида исчерпала своё развитие, была создана более масштабная неевклидова геометрия, которая включила евклидову как часть, как одну из возможных геометрий. Когда стали очевидны ограничения классической механики, была создана теория относительности. Теория относительности не уничтожила механику Ньютона. Она определила границы её применимости.

К сожалению, в общественных науках и простые люди, и учёные, руководствуются не столько здравым смыслом, сколько ведут себя как дикари, готовые немедленно съесть жрецов, которые только вчера потеряли власть, и сжечь их все святые свитки.

* * *
В исследовании религии денег, где возможно, мы будем использовать западную науку. Особенно это важно в некоторых разделах политэкономии, а также для понимания способов насилия над сознанием.

Но мы не можем взять западное знание за основу, поскольку единая картина мира в нём, в отличие от русского знания, отсутствует. Западное знание раздроблено, растаскано на части феодалами науки (и псевдонауки). Феодалы заинтересованы не в поиске истины, но в сохранении своей локальной крепости и в увеличении арендной платы с желающих побыть в ней.

Русское знание – это единый храм, и он должен оставаться единым. Так же как и русское государство должно оставаться единым.

* * *
С изобретением мгновенных способов распространения информации резко увеличилась скорость изменения общественного сознания. История начала сжиматься. Те процессы, которые в древности шли веками, сейчас происходят за одно-два поколения. Наша ситуация одновременно и очень опасна, и очень интересна. За время жизни одного человека пройдёт смена цивилизации. Сейчас достаточно просто открыть глаза, чтобы увидеть, как из слизи либерализма вылазит поганое рыло Древнего Рима. То, что мы читали в учебниках истории, вдруг становится сегодняшним днём.

Вопрос в том, чем закончится смена цивилизации. СССР дал нам уникальный шанс увидеть ожидающее нас будущее. Он создал защитный купол, который охранял нас в то время, пока Запад стремительно строил поганое общество. Советский Союз выиграл для нас 30 лет жизни без тотального насилия сознания. Но половина этого запаса уже израсходована. Мы уже видим, каким вырастает первое поколение, которое не застало нормальную жизнь. Как мы воспользуемся оставшимися годами? Времени осталось на одно поколение.

Целью автора не является переубедить вас в чём-то или ответить на все вопросы. Нам не столь важно открыть что-то новое, сколько проанализировать и систематизировать уже известное. Относитесь к этой книге как к гипотезе. Продолжайте читать те же газеты, смотреть те же телепередачи. Просто посмотрите на всё происходящее и под новым углом зрения. Проверьте, поможет вам ли эта гипотеза лучше понять и объяснить то, что происходит.

Некоторые термины
Выделим основные понятия, которые мы будем использовать. С термином религия денег мы уже определились.

Нам надо выбрать термин для обозначения того, что обычно понимается под развитыми странами Запада и Азии, или странами «золотого миллиарда». Раньше эти же страны называли колониальными, капиталистическими и империалистическими. Все они не столько государства, сколько симбиоз правительств и наднациональных корпораций. Мы будем называть их странами Орды.

Далее, нам нужно название для сторонников и проповедников религии денег в России и во всём мире. Не найдя лучшего слова, у нас стали употреблять слово «демократы», иногда «либералы». Но эти слова перевёртывают смысл демократии и либерализма. Иногда говорят «жрецы бога Мамоны», что точно, но длинно; «сатанисты», что неплохо, но имеет более узкий смысл. Есть ещё термин «жиды», который у большинства людей ассоциируется с евреями; но религию денег проповедуют не только евреи, и не все евреи проповедуют религию денег. Принадлежность к той или иной религии – это не вопрос национальности, это вопрос веры.

Всех, кто придерживается мировоззрения религии денег, мы будем называть погаными, или язычниками.

Попробуйте заменить в газетах, которые вы читаете, слово «демократ» и схожие с ним по смыслу на «поганый». Мы так блестеть заставим заново привычные нам понятия. Например, Дем Выбор России – Поганый Выбор России, или СПС – Союз Поганых Сил.

Посмотрите, какое словосочетание вернее отражает смысл:
построение демократического общества в России или построение поганого общества;
либеральная экономика или поганая экономика;
власть демократии или власть поганых;
издания демократической ориентации или издания поганой ориентации;
демократ Чубайс или ... ?


МЕТОДЫ АНАЛИЗА
Приступая к анализу, вспомним законы диалектики. Затем мы приведём основные понятия системного анализа и изложим основы Теории Решения Изобретательских Задач.

Законы диалектики
$ Во время чтения законов диалектики мысленно выберите в качестве объекта устройство русского общества. Подумайте о процессе разрешения противоречий в 1917 и в 1991 году. Подумайте о том, в каком направлении, согласно законам диалектики, должно пойти дальнейшее развитие.


Закон Единства и Борьбы Противоположностей

Развитие объективного мира и познания осуществляется путём раздвоения единого на взаимоисключающие противоположные моменты, стороны, тенденции; на их взаимоотношения. "Борьба" и разрешение противоречий, с одной стороны, характеризует ту или иную систему как нечто целое, качественно определённое, а с другой – составляет внутренний импульс её изменения, развития, превращения в новое качество.

Выражение "борьба противоположностей" содержит следующий смысл: 1) всякая органическая система заключает в себе внутреннее противоречие; 2) это противоречие непрерывно разрешается и воспроизводится; 3) оно осложняется тем, что каждая из обладающих относительной самостоятельностью внешних противоположностей сама противоречива; 4) только через полное разрешение таких противоречий целого возможно прогрессивное преодоление его и переход к высшей форме.


Закон Перехода Количественных Изменений в Качественные

Изменение качества объекта происходит тогда, когда накопление количественных изменений достигает определённого предела. Процесс коренного изменения данного качества, "надлом" старого и рождение нового есть скачок. Переход явления из одного качественного состояния в другое есть единство уничтожения и возникновения, бытия и небытия, отрицания и утверждения. Скачок включает в себя момент снятия прежнего явления возникающим; при этом качественные и количественные изменения взаимно обусловливают друг друга.


Закон Отрицания Отрицания

Отрицание отрицания характеризует направление процесса развития, единство поступательности и преемственности в развитии, единство возникновения нового и относительной повторяемости некоторых моментов старого.

Развитие есть возникновение логического противоречия и снятие его в дальнейшем; в этом смысле оно есть зарождение внутреннего отрицания предыдущей стадии, а затем и отрицание этого отрицания. Поскольку отрицание предыдущего отрицания происходит путём снятия, оно всегда есть в известном смысле восстановление того, что отрицалось, возвращение к уже пройденной стадии развития. Однако это не простой возврат к исходной точке, а "...новое понятие, но более высокое, более богатое понятие, чем предыдущее, ибо оно обогатилось его отрицанием или противоположностью; оно, стало быть, содержит в себе старое понятие, но содержит в себе более, чем только это понятие, и есть единство и его и его противоположности". Отрицание отрицания оказывается, таким образом, всеобщей формой раздвоения единого и перехода противоположностей друг в друга.

Последовательность циклов, составляющую цепь развития, можно образно представить в виде спирали. При таком изображении каждый цикл выступает как виток в развитии, а сама спираль – как цепь циклов. Хотя спираль и является лишь образом, выражающим связь между двумя или более точками в процессе развития, этот образ удачно показывает общее направление развития, осуществляемого в соответствии с отрицанием отрицания: возврат к уже пройденному является не полным; развитие не повторяет проложенных путей, а отыскивает новые, сообразно с изменением внешних и внутренних условий; повторение известных черт, свойств, уже имевших место на прежних этапах, всегда является тем более относительным, чем сложнее процесс развития.

Спиралевидность характеризует не только форму процесса развития, но и темпы этого процесса: с каждым новым витком спирали преодолевается всё более значительный путь, поэтому можно говорить о том, что процесс развития связан с ускорением темпов, с непрерывным изменением внутреннего масштаба времени развивающейся системы. Эта закономерность обнаруживается как в развитии общества и природы, так и в развитии научного познания.


Понятие Противоречия

Диалектическое противоречие – взаимодействие противоположных, взаимоисключающих сторон и тенденций предметов и явлений, которые вместе с тем находятся во внутреннем единстве и взаимопроникновении, выступая источником самодвижения и развития объективного мира и познания.

Логическое противоречие – пара противоречащих друг другу суждений, то есть суждений, каждое из которых является отрицанием другого. Противоречием называется также сам факт появления такой пары суждений в ходе какого-либо рассуждения или в рамках какой-либо научной теории.


Основные понятия системного анализа

Анализ и Синтез
Постепенно и поэтапно разрешать противоречия позволяет наличие аналитического и синтетического образов мышления. Суть анализа состоит в разделении целого на части, в представлении сложного в виде совокупности более простых компонент. Но чтобы познать целое, необходим и обратный процесс – синтез. Это относится не только к индивидуальному мышлению, но и к общечеловеческому знанию.


Модель
Модель – это идеальная конструкция, образ, отображение оригинала, объекта анализа, построенное средствами мышления, сознания. Языковые модели, то есть модели, построенные средствами естественного языка, являются своего рода конечной продукцией мышления, уже готовой или почти готовой для передачи другим носителям языка.
$ Рассмотрите свободный рынок как модель человеческого общества.


Познавательная и Прагматическая Модель
Различают два основных типа моделей по назначению – познавательную и прагматическую (управляющую).

Познавательная модель является формой организации и представления знаний, средством соединения новых знаний с имеющимися. Познание ориентировано в основном на приближение модели к реальности, которую модель отображает.

Прагматическая (управляющая) модель является средством управления, средством организации практических действий, способом представления образцово правильных действий или их результата; является рабочим представлением целей. Поэтому использование прагматических моделей состоит в том, чтобы при обнаружении расхождений между моделью и реальностью направить усилия на изменение реальности так, чтобы приблизить реальность к модели.

Различие между познавательной и прагматической моделью:
а) познавательная модель подгоняется под реальность,
б) прагматическая модель подгоняет реальность под модель.

Познавательные модели отражают существующее, а прагматические – не существующее, но желаемое и возможно осуществимое.
$ Как вы считаете, какой тип модели использует общество свободного рынка?


Согласование Модели со Средой
Чтобы осуществить то, для чего модель была создана, недостаточно только наличия модели. Модель должна быть в достаточной степени согласована со средой (культурой). Это свойство модели называется ингерентностью.
$ Как вы считаете, насколько модель свободного рынка согласована с русской средой?


Подобие и Ограниченность Модели
Реальные модели служат заместителями оригинала благодаря своему подобию с ним, то есть похожести. Возможны три вида подобия:
прямое, устанавливаемое через физическое взаимодействие,
косвенное, устанавливаемое через аналогию, т.е. через общую абстрактную модель,
условное, устанавливаемое через соглашение.

В каждой модели есть доля истины, то есть в чем-то любая модель правильно отражает оригинал. Степень истинности модели проявляется при практическом соотнесении модели и оригинала ("практика – критерий истинности"). Кроме безусловно истинного, в модели есть и верное лишь при определенных условиях и нечто "неверное", то есть не имеющее отношения к оригиналу.

Мир, частью которого мы являемся, бесконечен, как бесконечен и любой объект, не только в пространстве и времени, но и в своих связях с другими объектами, и в том, что к любому числу отношений, в которых мы рассматривали данный объект, всегда можно добавить еще одно. Любая модель конечна, ограничена, поскольку:
1) модель отображает объект анализа лишь в конечном числе отношений с другими объектами;
2) способы описания модели ограничены, поэтому она всегда упрощенно отображает оригинал.


Адекватность модели
Модель, с помощью которой успешно достигается поставленная цель, называется адекватной этой цели. Понимание адекватности не полностью совпадает с требованиями полноты, точности и правильности (истинности): адекватность означает, что эти требования выполнены не вообще (так сказать, безмерно), а лишь в той мере, которая достаточна для достижения цели.
$ Как вы считаете, какова цель свободного рынка?


Система
Система – это совокупность взаимосвязанных элементов, обособленная от среды и взаимодействующая с ней как целое. Признаками системы являются (1) структурированность, (2) взаимосвязанность составляющих частей, (3) подчиненность организации всей системы определенной цели. Цель функционирования системы также называют главной функцией системы.


Модель «чёрного ящика»
Модель системы типа «чёрный ящик» отображает только связи системы со средой, в виде перечня "входов" и "выходов". Трудность построения модели "черного ящика" состоит в том, что надо решить, какие из многочисленных реальных связей включать, а какие не включать в состав модели. Кроме того, всегда существуют и такие связи, которые нам неизвестны, но они-то и могут оказаться существенными.

Название "черный ящик" образно подчеркивает полное отсутствие сведений о внутреннем содержании "ящика". В этой модели задаются, фиксируются, перечисляются только входные и выходные связи системы со средой (даже "стенки ящика", то есть границы между системой и средой, в этой модели обычно не описываются, а лишь подразумеваются, признаются существующими).

Примеры.
Автомобиль как чёрный ящик. Главная функция – перемещать объект. Вход – скорость неподвижного человека или груза, выход – высокая скорость.
Усилитель звука в концертном зале как чёрный ящик. Главная функция – усиливать звук. Вход – тихий звук голоса человека (через микрофон), выход – громкий звук (через громкоговорители).

$ С точки зрения модели рыночной экономики любая коммерческая фирма или индивидуальный человек являются чёрным ящиком с одним входом и одним выходом. Что является этим входом и выходом?


Системы с обратной связью
Существует два наиболее интересных для нашего анализа типа систем – с положительной и с отрицательной обратной связью.

Система с положительной обратной связью – система, внутри которой существует такая обратная связь, которая приводит к тому, что увеличение выхода системы увеличивает вход, что в свою очередь увеличивает выход и так далее. Рано или поздно такая система саморазрушается от перегрузки, либо разрушает все доступные ей источники энергии (если не срабатывает предохранитель).

Положительную обратную связь легко получить, если поднести микрофон к громкоговорителю, когда оба они подключены к одному усилителю. Начнётся самовозбуждение – чем громче звук из громкоговорителя, тем сильнее сигнал на входе микрофона, тем громче звук из громкоговорителя и так далее. Другим примером является цепная реакция на ядерном реакторе, когда освободившиеся нейтроны освобождают ещё больше свободных нейтронов, пока не происходит взрыв.

В системе с положительной обратной связью может существовать и противоположная ситуация, когда возникает уменьшение выхода, которое приводит к уменьшению входа. Например, вымирание населения – чем меньше рождается детей, тем меньше новых родителей, тем меньше детей и так далее. В таких системах идёт самоускоряющееся падение вниз. Падение можно переломить только в том случае, если есть внешние источники, способные повлиять на вход или выход. Системы с положительной обратной связью обычно крайне нестабильны.


Система с отрицательной обратной связью – система, внутри которой существует такая обратная связь, которая приводит к тому, что увеличение выхода системы уменьшает вход.

Обычно отрицательная обратная связь используется для стабилизации какого-либо параметра. Например, автопилот автомобиля автоматически снизит скорость, если будет превышен допустимый предел. Система безопасности реактора автоматически начнёт поглощать свободные нейтроны, если их число увеличится до определённого уровня. Если саранча расплодится и съест всю растительность, то саранча начнёт вымирать из-за отсутствия корма.
$ Как вы думаете, какой тип обратной связи существует в рыночной экономике?


Модель состава системы
Модель состава системы отображает, из каких частей (подсистем и элементов) состоит система. Главная трудность в построении модели состава заключается в том, что разделение целостной системы на части является относительным, условным, зависящим от целей моделирования (это относится не только к границам между частями системы, но и к границам самой системы). Кроме того, относительным является и выбор уровня дробления, определение самой малой части – элемента. Для удобства обычно применяют иерархические модели состава системы, состоящие из нескольких уровней детализации.

Пример.
Автомобиль на верхнем уровне состоит из корпуса, салона, движущей части. В зависимости от цели анализа к этому уровню также можно отнести пассажиров и груз. На уровне движущей части он состоит из двигателя, колёс, трансмиссии и т.д. На уровне колеса он состоит из ступицы, резиновой камеры, болтов крепления. Необходимость дальнейшего дробления и рассмотрения, например, из чего состоит болт в колесе, зависит от цели анализа автомобиля.


Модель структуры системы
Модель структуры системы отображает связи, взаимодействия, или отношения, между компонентами модели ее состава, то есть совокупность связанных между собой моделей "черного ящика" для каждой из частей системы. Поэтому трудности построения модели структуры те же, что и для построения модели "черного ящика".

В отношении участвуют не менее двух объектов, а свойством мы называем некий атрибут одного объекта. Любое свойство, даже если его понимать как потенциальную способность обладать определенным качеством, выявляется только в процессе взаимодействия объекта (носителя свойства) с другими объектами, то есть в результате установления некоторого отношения. Например, чтобы убедиться в том, что мяч – синий, мало иметь мяч, нужны еще источник белого света и анализатор отраженного от мяча света (при этом не всякий анализатор пригоден; например, глаз дальтоника не может установить цвет мяча).

Свойство – это не атрибут объекта, а лишь определенная абстракция отношения, экономящая мышление. Мы "коротко и ясно" говорим, что стекло прозрачно, вместо того чтобы каждый раз говорить об отношении между лучом света, падающим на поверхность стекла, самим листом стекла и приемником света, находящимся по другую сторону этого листа. Другими словами свойство – это свернутое отношение.

Целевое воздействие одного объекта на другой называется функцией этого объекта, которую он может осуществлять благодаря наличию определённого свойства. Свойство есть способность выполнять действие на другой объект и/или воспринимать воздействие.

Пример.
Опишем отношения между компонентами системы "усилитель звука": звуком, микрофоном, усилителем, громкоговорителем и электротоком. Микрофон преобразует тихий звук в электроток, усилитель усиливает электроток, громкоговоритель преобразует усиленный электроток в громкий звук.


Граф
Граф – это схема, в которой обозначается только наличие элементов и связей между ними, а также (в случае необходимости) разница между элементами и между связями.

Граф состоит из обозначений элементов произвольной природы, называемых вершинами, и обозначений связей между ними, называемых ребрами (иногда дугами). Часто бывает необходимо отразить несимметричность некоторых связей; в таких случаях линию, изображающую ребро, снабжают стрелкой. Если в графе требуется отразить другие различия между элементами или связями, то либо разным ребрам приписывают различные веса (взвешенные графы), либо раскрашивают вершины или ребра (раскрашенные графы).





$ Подумайте, как отношения между людьми и фирмами в рамках рыночной экономики можно представить в виде графов.





Суммируя понятия системного анализа:
Анализ и Синтез
Модель – Познавательная и Прагматическая (управляющая) – Согласование со средой – Подобие и Ограниченность – Адекватность
Система – Чёрный ящик – Положительная и Отрицательная обратная связь – Модель состава – Модель структуры – Свойство объекта – Функция – Граф


Основы ТРИЗ
Теория Решения Изобретательских Задач (ТРИЗ) была разработана в СССР, начиная с конца 1940-х годов, советским инженером Г.С.Альтшуллером и школой его последователей. ТРИЗ не была признана официальной наукой, исследования проводились в основном на общественных началах. В настоящее время несколько компаний и учебных заведений в странах Запада и Азии коммерчески используют ТРИЗ. С материалами и ссылками по ТРИЗ можно подробно ознакомиться в Интернет.

Основные методы исследований в ТРИЗ – (1) анализ мирового патентного фонда и развития техники и (2) анализ процесса поиска изобретательских идей.

Многоэкранная схема сильного мышления
Каждая техническая система входит в надсистему, являясь одной из ее частей и взаимодействуя с другими ее частями; но и сами системы тоже состоят из взаимодействующих частей – подсистем. Признак талантливого мышления – умение переходить от системы к надсистеме и подсистемам. Для этого должны работать три мысленных экрана:





Когда речь идет о дереве (системе), надо видеть лес (надсистему) и отдельные части дерева (корни, ствол, ветки, листья – подсистемы). На каждом этапе также необходимо видеть линию развития: как изменяются подсистема, система и надсистема в прошлом, настоящем и будущем:





Одновременно надо представить такую же многоэкранную схему для альтернативных и конкурирующих систем.

$ Подумайте, что является подсистемой, надсистемой и альтернативной системой для рыночной экономики?

Линии жизни технических систем
Жизнь технических систем (как и других систем, например, биологических) можно изобразить в виде S-образной кривой, показывающей, как меняются во времени главные характеристики системы (мощность, производительность, скорость, число выпускаемых систем и т.д.). S-кривая была получена в результате анализа истории развития множества технических систем.





У разных технических систем эта кривая имеет свои индивидуальные особенности. Но на ней всегда есть характерные участки, которые можно представить схематически, с подчеркнутым огрублением:





В "детстве" (участок 1) техническая система развивается медленно. Затем наступает пора "возмужания" и "зрелости" (участок 2) – техническая система быстро совершенствуется, начинается массовое ее применение. С какого-то момента темпы развития начинают спадать (участок 3) – наступает "старость". Далее (после точки g) возможны два варианта. Техническая система А либо деградирует, становясь принципиально другой системой Б (современные парусники не имеют таких высоких скоростей, на которых сто лет назад ходили прославленные чайные клиперы), либо на долгое время сохраняет (участок 4) достигнутые показатели (велосипед не претерпел существенных изменений за последние полвека и не был вытеснен мотоциклом).

$ Подумайте о линии жизни религии и цивилизации.

* * *
S-кривой можно описать и переход количественных изменений в качественные. По вертикальной оси отложим полезность системы (соответствие своему назначению), по горизонтальной – увеличение параметра системы.

Например, система – автомобиль, полезность – перевозка пассажиров, тогда скорость автомобиля – изменяемый параметр.

Точка a соответствует минимальному уровню работоспособности системы. Точка b – точка насыщения, когда дальнейший рост не приводит к увеличению полезности, а наоборот, к вреду. Участок 2 – участок прямого роста, когда увеличение параметра напрямую приводит к увеличению полезности.

Для автомобиля точка a будет соответствовать скорости в 15-20 км/ч, от a до b чем выше скорость, тем приятнее езда. Точка b – 200 км/ч (или ниже, в зависимости от дороги). Увеличение скорости свыше 200 км/ч приведёт только к опасности.

Пример.
Слишком медленный процессор в компьютере, до 120 МГц, вообще не даст возможности запустить Виндоус. По мере увеличения скорости с 120 МГц до 500-600 МГц будет получен прямой выигрыш в скорости работы Виндоус. Увеличение скорости процессора свыше 600 МГц даст очень маленький выигрыш, а то и никакого, и в конечном счёте увеличит цену компьютера, принося вред.

$ Подумайте, где находятся точки минимальной достаточности и насыщения для человека и общества при потреблении еды, лекарств, одежды. Что происходит, если потребление продолжается после точки насыщения?

* * *
От чего зависит соотношение между участками? Иными словами, чем определяется положение точек перегиба (a, b, g) на "жизненной кривой" той или иной технической системы?

Изучение кривых развития параметров различных технических систем (скорости движения самолетов и кораблей, скорости бурения, роста энергии ускорителей и т. д.) заставляет обратить внимание на то, что реальные кривые заметно отличаются от ожидаемых теоретических кривых. Характер различия показан на рисунке ниже, где штриховая кривая – теоретическая, а сплошная – реальная.



Казалось бы, с момента появления техническая система должна неуклонно (хотя и не очень быстро) развиваться до a', т. е. до момента перехода к массовому применению. На самом деле переход к массовому применению (a") начинается с опозданием и на более низком техническом уровне.

Период быстрого развития технической системы должен был бы завершиться в точке b', там, где исчерпываются возможности использованного в системе принципа, и обнаруживается экономическая нецелесообразность дальнейшего развития данной системы (уровень 1).

Однако этого не происходит: реальная точка b" всегда намного выше теоретической b'. Когда кривая А" доходит до уровня 1, в дальнейшем развитии системы оказываются заинтересованными многие люди. Возникает инерция интересов – финансовых, научных, карьерных и просто человеческих (боязнь оставить привычную и обжитую систему). Инерция интересов оказывается сильнее экономических факторов. Но и сами экономические факторы умеют приспосабливаться к инерции интересов. Вплоть до уровня 2 система продолжает оставаться экономически выгодной за счет разрушения и загрязнения внешней среды.

Типичным примером может служить интенсивное строительство больших танкеров. Катастрофа с танкером "Торри Каньон", когда 120 тысяч тонн нефти попали в море, привела к тяжелейшим последствиям на побережьях Англии и Франции. С тех пор океан не стал спокойнее, мореплавание не стало безопаснее. Но уже построены танкеры в полмиллиона тонн и в миллион тонн. Кривая А" идет к уровню 2. Экономичность, то есть прибыль для владельцев судов, обеспечена за счет ущерба внешней среде. Число больших танкеров увеличивается, скорость тоже возрастает (хотя до сих пор нет эффективного решения проблемы торможения), неуклонно растет опасность суперкатастрофы.

«Сегодня это выгодно, остальное не имеет значения» – эта формула тянет кривую А" вверх, к уровню 2 (экономично при условии причинения вреда внешней среде). А потом все-таки достигается потолок – уровень 3, определяемый физическими пределами. Нельзя, например, втиснуть на улицу больше автомобилей, чем там может поместиться, когда автомобили стоят впритирку один к другому – от стенки до стенки.

Закон увеличения степени идеальности системы
Анализ изобретений показывает, что развитие всех систем идёт в направлении идеализации, то есть элемент или система уменьшается или исчезает, а её функция сохраняется.

Примеры.
Громоздкие и тяжёлые электронно-лучевые компьютерные мониторы заменяются лёгкими и плоскими жидкокристаллическими. Скорость процессора увеличивается в сотни раз, но его размер и потребление энергии не повышаются. Сотовые телефоны усложняются, но их размер уменьшается.
$ Подумайте об идеализации денег.


Элементы АРИЗ
Рассмотрим базовые шаги Алгоритма решения изобретательских задач (АРИЗ).

1. Началом анализа является составление структурной модели ТС (как описано выше).

2. Затем выделяется главное техническое противоречие (ТП).
Техническими противоречиями (ТП) называют такие взаимодействия в системе, когда положительное действие одновременно вызывает и негативное действие; или если введение/усиление положительного действия, либо устранение/ослабление негативного действия вызывает ухудшение (в частности, недопустимое усложнение) одной из частей системы или всей системы в целом.

Пример.
Для увеличения скорости винтового самолёта надо увеличить мощность двигателя, но увеличение мощности двигателя снизит скорость.

Часто для выявления главного ТП требуется проанализировать причинно-следственную цепочку (ПСЦ) связей и противоречий.

Пример.
Продолжим ПСЦ для противоречия «увеличение мощности двигателя снизит скорость». Для увеличения мощности двигателя надо увеличить объём двигателя, для чего надо увеличить массу двигателя, что приведёт к дополнительному расходу топлива, что увеличит массу самолёта, что сведёт на нет выигрыш в мощности и снизит скорость.

3. Производится мысленное отделение функций (свойств) от объектов.
В анализе любого элемента системы нас интересует не он сам, а его функция, то есть способность выполнять или воспринимать определённые воздействия. Для функций также существует причинно-следственная цепочка.

Пример.
Главная функция двигателя – не крутить винт, а толкать самолёт. Нам нужен не сам двигатель, а только его способность толкать самолёт. Точно так же нас интересует не телевизор, а его способность воспроизводить изображение.

4. Производится усиление противоречия.
Противоречие следует мысленно усилить, довести до предела. Много – всё, мало – ничего.

Пример.
Масса двигателя вообще не увеличивается, но скорость самолёта возрастает.

5. Определяются Оперативная зона (ОЗ) и Оперативное время (ОВ).
Следует выделить тот точный момент времени и пространства, в котором возникает противоречие.

Пример.
Противоречие массы двигателя и самолёта возникает всегда и везде. Противоречие между людьми, желающими попасть на самолёт, возникает только в определённое время (на праздники) и в определённых точках пространства (некоторые рейсы).

6. Формулируется идеальное решение.
Идеальное решение (или идеальный конечный результат) звучит так: икс-элемент, абсолютно не усложняя систему и не вызывая вредных явлений, устраняет вредное воздействие в течение оперативного времени (ОВ) и в пределах оперативной зоны (ОЗ), сохраняя полезное действие.

Пример.
Икс-элемент заменяет газовую плиту. Функция плиты нагревать пищу в домашних условиях в течение нескольких минут остаётся, но опасности взрыва газа или отравления газом нет. Икс-элемент меньше газовой плиты. Икс-элемент – микроволновая печь

7. Определяются имеющиеся ресурсы.
Для разрешения противоречия нужны ресурсы, то есть способности других уже существующих элементов системы выполнить интересующую нас функцию (воздействие).
Ресурсы могут быть найдены:
а) внутри системы,
б) за пределами системы, во внешней среде,
в) в надсистеме.

Пример.
Для перевозки пассажиров в пиковые дни можно найти следующие ресурсы:
а) внутри системы – уплотнить расположение кресел в самолёте,
б) за пределами системы – поставить на рейсы дополнительные самолёты,
в) в надсистеме (для авиации – транспорт) – использовать железную дорогу.

Далее нужно определить, какие из ресурсов могут стать икс-элементом. Возможно использовать также смесь или видоизменение существующих ресурсов.

8. Применяются способы разделения противоречий.
Разделить противоречивые свойства можно следующими способами:
в пространстве,
во времени,
на уровнях системы, подсистемы и надсистемы,
объединением или делением с другими системами.

Пример.
Предотвращение столкновения машин и пешеходов. Во времени – светофор, в пространстве – подземный переход.

Суммируя шаги АРИЗ:
Структурная модель – Поиск противоречия – Отделение свойств от объектов – Усиление противоречия – Определение точки времени и пространства – Идеальное решение – Поиск ресурсов – Разделение противоречий


Метод моделирования «маленькими человечками»
Метод моделирования "маленькими человечками" (метод ММЧ) предназначен для снятия психологической инерции. Работу элементов системы, участвующих в противоречии, схематически представляют в виде рисунка. На рисунке действует большое число "маленьких человечков" (группа, несколько групп, "толпа"). Каждая из групп выполняет одно из противоречивых действий элемента.

Пример.
Если представить двигатель самолёта в виде двух групп человечков, то одна из них будет тянуть самолёт вперёд и вверх (тяга), а вторая – вниз (масса).
Если представить газовую плиту по ММЧ, то одна группа человечков будет нагревать чайник, а вторая – сжигать нужный человеку кислород.

$ Попробуйте представить деньги в системе рыночной экономики в виде маленьких человечков.


Приёмы разрешения противоречий
Давайте проведём небольшую разминку воображения. В странах капитализма XIX века существовали внутренние классовые противоречия, главное из которых – между богатством одних групп людей (классов) и нищетой других. Проблемой были и глубокие экономические кризисы, депрессии. Развитие рыночной системы в XX веке позволило преодолеть или сгладить эти противоречия в странах Запада.

В ТРИЗ обобщены сорок приёмов разрешения противоречий. Посмотрим, как некоторые из них были применены к системе "капитализм XIX века".

Приём Вынесения
Отделить от объекта "мешающую" часть ("мешающее" свойство) или, наоборот, выделить единственно нужную часть (нужное свойство).

Мешающее свойство – нищета, нужное свойство – богатство. Нищета вынесена за границы стран золотого миллиарда, богатство сосредоточено в их границах.

Приём Предварительного Действия
Заранее выполнить требуемое изменение объекта (полностью или хотя бы частично).

Объект – сознание нищих и эксплуатируемых. Если сознание заранее обрабатывать, то нищие не будут считать себя нищими и эксплуатируемыми.

Приём «Заранее Подложенной Подушки»
Компенсировать относительно невысокую надежность объекта заранее подготовленными аварийными средствами.

Создание системы социального страхования и пособий по безработице, то есть аварийных средств на время кризисов.

Приём Копирования
а) Вместо недоступного, сложного, дорогостоящего, неудобного или хрупкого объекта использовать его упрощенные и дешевые копии.
б) Заменить объект или систему объектов их оптическими копиями (изображениями).

Вместо качественных товаров можно продавать по тем же ценам дешёвые китайские. Вместо физических товаров продавать телевизионные и рекламные образы.

Приём Замены Дорогой Долговечности Дешёвой Недолговечностью
Заменить дорогой объект набором дешевых объектов, поступившись при этом некоторыми качествами (например, долговечностью).

Согласно экономической теории, причина депрессий и падения прибыли – в падении спроса. Если сделать товары дешёвыми и недолговечными, то можно даже снизить продажную цену. При этом и прибыль сохранится, и спрос будет постоянно поддерживаться.


Герой нашего времени
Заканчивая с техникой и переходя к следующей главе, давайте порадуемся вместе с безымянным героем нашего времени, автором нижеследующего произведения, найденного на просторах Интернет. Сравните, чему посвящались оды в предыдущие века.

Ода к радости. От денег.

Я, просыпаясь, улыбаюсь,
И засыпая, улыбаюсь,
И одеваясь, улыбаюсь,
И раздеваясь, улыбаюсь.

Все в этой жизни мне по кайфу:
Печаль светла, легки натуги,
Прекрасны вина, вкусны яства,
Друзья честны, нежны подруги.

Быть может, кто-то не поверит,
Что так живут на свете белом.
Что, все желаете проверить?
Уж так и быть, скажу, в чем дело.

Открыл источник вдохновенья
Зовущий сильно, непреклонно.
Чудесное его названье – деньги,
Звучит свежо и утонченно.

Люблю я денежные знаки,
Их вид, и запах, и шуршанье,
Их получать без всякой драки,
И им оказывать вниманье.

Как глуп я был все эти годы,
Заветной цели не имея,
Терпел крушенья и невзгоды,
Пока дензнак не возлелеял!

Молюсь я честно на Мамону,
И в том греха совсем не вижу,
И всем советую резонно
Забыть совдеповскую жижу!

Все рождены для вдохновенья,
Все жить в любви имеют право,
Возлюбим братья, наши деньги.
Деньгам не нашим – тоже слава!

Как чист и ясен смысл денег,
И сам себе эквивалентен,
Он тот же будет в понедельник
И тот же будет в воскресенье.

Теперь люблю я деньги тратить
И превращать в любые блага,
А если вдруг мне их не хватит –
Не загрущу под белым флагом!

Все так же радостно и звонко
Их позову, найду их вновь
С беспечной легкостью ребенка...
У нас – взаимная любовь!



Глава 2. Наука и Религия.



ОТНОСИТЕЛЬНОСТЬ МАТЕРИАЛИЗМА

Для дальнейшего анализа нам необходимо понять относительность материализма. Точнее, относительность преобладающего в нашем сознании понимания материализма в приложении к обществу и общественному сознанию.

Согласно основному закону развития, закону отрицания отрицания, рано или поздно нам предстоит сделать новый скачок, сделать шаг на новый виток спирали. Мы должны прийти к отрицанию материалистической науки в том виде как она есть, и к отрицанию отрицания идеализма и религии; к пониманию и науки, и религии на новом уровне.

Несомненно, что сегодня в русском обществе активно идёт процесс возврата к религии. Он вызван неспособностью науки ответить на вопрос, куда и как будет и должно дальше развиваться общество. Одним из главных недостатков науки является отсутствие в ней понятий Добра и Зла. От того, удастся ли разрешить противоречия между наукой и религией, зависит, получится ли у нас сделать скачок и подняться на уровень выше, или общественное сознание вернётся на более примитивный уровень.

Можно выделить два главных противоречия между наукой и религией, без разрешения которых невозможно двигаться дальше.
Первое – отношение к первичности материи и сознания и, соответственно, к объективности общественного развития.
Второе – отсутствие связи между языком науки и языком религии; отрицание наукой, нередко в насмешливой форме, религиозных знаний.

I.
Материализм и сознание
Что первично, материя или сознание? Идеализм утверждает, что сознание человека первично, а внешний мир, материя – вторичны и субъективны, зависят от того, кто их рассматривает. Материализм утверждает, что материя – это объективная реальность, данная нам в ощущениях, она не зависит от нашего сознания; материя первична и объективна, сознание – вторично. Как видим, эти два подхода принципиально противоречивы.

Из идеализма и материализма вытекают понятия Субъективного и Объективного.
Объективность понимается как независимость получаемой картины от наблюдателя. Например, не важно кто и где измерит массу одного литра чистой воды, она всегда будет одинакова. Заметим, что для получения объективных данных наука требует с исключительной точностью следовать правилам наблюдений.
Субъективность понимается как относительность результатов, их зависимость от наблюдателя. Скажем, для одного человека литр воды будет тяжёлым, для другого – лёгким.

Религия всегда придерживалась идеализма. Все естественные науки, которые мы изучаем в школе и университете, исходят из материалистического взгляда на мир. Материализм сегодня господствует почти в любой стране мира, независимо от политического строя. Наука утверждает, что научные методы и знания объективны, религиозные же – субъективны.

Материализм и общество
В применении к обществу, материализм означает наличие объективных, не зависящих от человека, законов развития общества. Развитие общества выглядит как некий предопределённый путь, единственно возможный. Люди могут быстрее или медленнее двигаться по этому пути, но они не могут свернуть с него. Считается, что любая попытка шага в сторону обречена на неудачу.

Смысл наук об обществе видится в том, чтобы познать эти объективные законы, так же как познаются законы физики или химии. Тот, кто совершит физическое открытие, сможет первым применить его. Тот, кто первым познает общественный закон, сможет первым сделать правильный шаг вперёд к прогрессу. Если закон был познан правильно, то общество последует за первооткрывателем, если же закон был познан неправильно, то рано или поздно общество убедится в ошибке и объективно будет вынуждено вернуться на правильную дорожку.

Материалистический подход к истории и обществу господствует как в марксизме, так и в западной экономике. Он восходит к первым открытиям механики и физики, к детерминизму, к представлениям о мире как о сложной машине, которая, подобно часовому механизму, была однажды заведена и продолжает свой путь. Карл Маркс писал: «Как небесные тела, однажды начавшие определенное движение, постоянно повторяют его, совершенно так же и общественное производство, раз оно вовлечено в движение попеременного расширения и сокращения, постоянно повторяет это движение».

Разница между марксизмом и западной экономикой состоит в том, что каждая из этих теорий считает, что именно она открыла единственно правильный закон – закон смены общественных формаций в марксизме, либо объективные законы свободного рынка на Западе.

Запад считает, что ошибочность марксизма окончательно доказана гибелью СССР. Как бы сама история подтвердила правильность теории свободного рынка, а за последствия ошибки, эксперимента марксизма, теперь расплачиваются низким уровнем жизни народы России.

Теория Отражения
Давайте посмотрим на первичность материи и понятие объективного с точки зрения теории отражения, части диалектического материализма.

Теория отражения говорит, что процесс познания заключается в формировании в сознании человека образа материи, её отражения. Можно сказать, что в сознании постоянно существует и развивается некоторая модель мира, или картина мира. Понятия «отражение» и «модель» в данном случае – синонимы.

У одного и того же явления или предмета может быть сколь угодно много отражений и измерений. Механика даёт один взгляд на литр воды, химия – другой, электротехника – третий. Всё зависит от угла зрения. Именно поэтому наука требует в точности воспроизвести угол зрения, требует досконально следовать всем правилам наблюдений. Если весы будут неправильно настроены, то результат определения массы не будет повторен. Под определённым углом зрения 1+1=10.

Как же определяется истинность, правильность отражения или модели? Критерием истинности созданной картины мира является практика, то есть подтверждается ли эта картина ежедневными наблюдениями и историей, или нет. Есть также требование логической непротиворечивости, то есть модель должна быть непротиворечива в данный момент для избранной цели.

Мы можем сказать, что «горизонт» – это та грань, где хрустальный купол небес соприкасается с краем земли; или «горизонт» – большой круг небесной сферы, плоскость которого перпендикулярна к отвесной линии в месте наблюдения. Обе эти модели возможны, но вторая гораздо больше подходит для цели навигации.

Модели науки и религии
Почему же наука не признаёт религиозную точку зрения одной из возможных и истинных? Почему наука заставляет всех людей смотреть на мир под весьма детерминированным, узким углом зрения?

* * *
Во-первых, религиозный подход объявлен наукой не имеющим практического смысла. Цель религии воспринимается наукой как удержание власти над людьми через одурманивание их сознания. Наука не видит тот угол, с которого религиозные знания имеют больше смысла, чем научные. Где этот угол?

Цель науки – улучшение жизни человека.
Способ науки – преобразование природы.
Критерий успеха – чем сильнее человек приспособит под свои желания природу, увеличит материальное потребление, тем лучше. В начале своего развития наука выступала за настолько сильное изменение природы, насколько это технически возможно; постепенно она стала выступать за более разумное, ограниченное изменение.

Цель религии – тоже улучшение жизни человека.
Способ религии – преобразование сознания человека. Целью религии никогда и не являлось преобразование природы, но жизнь в гармонии с ней.
Критерий успеха – приближение сознания человека к идеалу бога («по образу и подобию божьему»).

Тогда возникает вопрос: Что лучше для улучшения жизни человека – преобразование природы или преобразование сознания человека? Или когда лучше первое, когда второе?

* * *
Во-вторых, религиозные знания не подтверждаются научной практикой. Поскольку доказательств существования бога не обнаружено, соответственно и цель религии выдумана, произвольна, субъективна, лишена смысла.

Но что есть практика, что есть критерий истины, когда говорят не о неживом камне или металле, который постоянен, а о быстро меняющемся сознании?

II.
Познание и общение
Для разрешения противоречия между наукой и религией выделим два главных и принципиально разных процесса в жизни сознания (не тела) человека – познание и общение.

В процессе познания материального мира сознание отражает материю, то есть оно создаёт отражение, мысленный образ материи. Процесс познания сознания принципиально отличается от познания неживого мира.

Мы можем смотреть на неживой предмет с разных точек зрения, испытывать разные чувства, но при этом сам предмет меняться не будет. Будет меняться только отражение этого предмета в нашем сознании. Живой же человек (и даже животное) будет менять своё поведение в зависимости от того, кто и как на него смотрит. Ещё сильнее человек изменится в зависимости от того, с кем и как он общается.

Что отражает сознание в процессе общения, в процессе познания другого человека? Естественно, оно отражает сознание другого человека, готовое отражение. Сознание познаваемого человека, в свою очередь отражает сознание познающего. Возникает отражение отражения, множественное и взаимовлияющее. При общении сознание, а не материя, становится первичным.

Практикой при общении или при познании сознания является локальное преобладающее сознание окружающих, группы, класса людей. Это сознание и есть критерий истины, и эта истина всегда относительна, субъективна. Это сознание локально, потому что человек может общаться только с ограниченным числом людей.

Соответственно, если человек проводит больше времени в отношениях с материальным миром и природой, для него материя первична. Если же он в основном занят общением с другими людьми, то для него сознание других людей первично. Особенно если человек получает еду и прочее необходимое для жизни от других людей, а не от природы.

Например, крестьяне или рабочие завода мало общаются в процессе труда, они в основном взаимодействуют с природой или с машинами, и так получают свой хлеб. Исследователи-учёные в лабораториях тоже малообщительны и погружены в мир молекул и формул. Жизнь же слуг, продавцов, священников или преподавателей проходит в общении, через общение они получают средства к существованию. Для них сознание – первично.

Продолжая эту мысль, если в обществе преобладают люди, которые заняты работой с природой, машинами или исследованиями материального мира, то такое общество материалистично. Если же преобладают люди, которые большую часть времени проводят в общении с другими людьми, и особенно, если в результате этого они получают свой хлеб, то это общество – идеалистическое.



На рисунке слева – общество с преобладанием связей между людьми и природой.
На рисунке справа – общество с преобладанием связей людей между собой.


Изменение потребностей человека
По каким законам происходит переход от материалистического сознания к идеалистическому? Этот процесс удобно представить знакомой нам по предыдущей главе S-кривой.





Давайте проследим, как изменяются потребности человека, например, в еде, в зависимости от её доступности.

На первом участке (1), на этапе минимального удовлетворения, на этапе физически необходимого, человек голоден, он думает только о том, чтобы насытиться. Если у него мало денег, то он выбирает те продукты, которые дешевле и быстрее его накормят.

На втором участке (2), когда он уже сыт, наступает этап удовольствия. Человек начинает соотносить цену и удовольствие от продуктов. Он готов заплатить дороже, но поесть вкуснее. Какое-то время, чем больше и вкуснее он ест, тем больше удовольствия он получает.
Ему кажется, что если он будет продолжать есть, удовольствие будет увеличиваться бесконечно (штриховая линия на рисунке). На самом деле происходит постепенное выравнивание кривой, и дополнительная пища уже не приносит прежнего удовольствия.

В конечном счёте, человек достигает этапа насыщения, изобилия (3), когда дальнейшая еда не только бессмысленна, но и вредна. Кривая удовольствия разворачивается и идёт вниз. Чем больше человек ест, тем хуже он себя чувствует.

К сожалению, многие люди обладают сильной инерцией и неспособностью замечать точку насыщения, не знают меры. Они полагают, что кривая идёт вверх бесконечно. Вместо еды можно рассмотреть одежду, размер автомобиля, косметику, лекарства и так далее. Потребление всегда будет подчиняться этой кривой.

* * *
Теперь обобщим всё, что потребляет человек, и рассмотрим изменение потребностей в зависимости от материального достатка в целом.

Мы опять увидим три ярко выраженных участка – этап необходимого, этап удовольствия и этап насыщения. Обычно эти три этапа соотносят с чертой бедности (или минимального прожиточного минимума), средним классом и богатством.

Точки перехода от этапа к этапу относительны и индивидуальны. Один человек не станет есть псевдо-пищу, например, из Макдональдса даже от голода (чтобы не травиться); другой будет рассматривать её как удовольствие. Для одного, пожилого, человека большая квартира будет выше точки насыщения, поскольку за ней сложно следить. Другому для полного удовольствия нужны будут пять домов в разных городах мира. Но рано или поздно наступает предел, когда дальнейшее личное материальное потребление не очень интересно даже самому богатому.

Если потребности на минимальном уровне определяются скорее физиологией человека, то чем определяется выбор удовольствий? Что делает человек на этапе насыщения, если у него хватает ума остановиться в линейном потреблении? Объективен ли выбор удовольствий и после-удовольствий, заложен ли он изначально в биологии человека?

Зависимость потребностей от общения
Особенность людей в том, что им нравится делать и думать так, как другие. Индивидуальному сознанию нравится быть похожим, копировать соседние. Люди массово идут на стадионы и смотрят одни и те же фильмы. Похожесть сознания даёт возможность общаться. Если бы сознание сильно отличалось, люди не смогли бы найти общий язык и не смогли бы общаться.

Индивидуальное сознание может какой-то короткий период времени существовать вне общественного, но оно не может воспроизводиться без общества. Индивидуальное сознание невозможно без общественного.

Можно утверждать, что после насыщения уровня минимальных потребностей, выбор дальнейших потребностей, то есть удовольствий, определяется возможностью человека общаться.

Мнение среднего поевшего человека определяется мнением его локального окружения. Он хочет быть как все, быть не хуже других. Он не хочет противоречить окружению, и он, как правило, принимает субъективную точку зрения, зависящую от окружения. Он берёт готовые отражения и «закачивает» в своё сознание. Посмотрите, по какому принципу люди выбирают рестораны, модную одежду или музыку.

Можно сказать, что белая берёза под моим окном принакрылась снегом, точно серебром. Можно сказать, что у меня во дворе есть два кубометра древесины стоимостью пятьдесят долларов, на которые можно купить серебряное кольцо. Оба эти отражения одного и того же возможны, но их истинность для человека будет определяться сознанием окружающих. Если вокруг купцы, они высмеют первое и с радостью будут приветствовать второе.

Итак, удовольствие зависит от общения и потому субъективно. Следовательно, удовольствие зависит от общества и от развития общества. Давайте посмотрим, как происходит это развитие.

Общество изобилия и материализм
С момента появления в обществе излишков еды происходит разделение труда, специализация и постоянный обмен товарами. Это делается с целью увеличения производительности и с целью уменьшения зависимости от необходимого. Поставленные цели достигаются. Производительность труда увеличивается, постепенно всё меньше людей занято производством необходимого, всё меньше взаимодействует с природой, всё больше – с другими людьми. Связи людей между собой преобладают над связями с природой. То есть общество всё больше идеализируется, для него изменение сознания людей становится первичным, более важным, чем преобразование природы.

Развитие общества в целом подчиняется всё той же S-кривой. Постепенно необходимым обеспечиваются все (или почти все), и все начинают искать удовольствия.

Такое общество само себя назвало обществом изобилия. В США оно было создано в 1950-х годах, в Западной Европе – на несколько лет позже, в Японии – к 1970-м годам. До этого в истории неоднократно возникали под-общества изобилия, обычно в виде классов. Это были, например, рабовладельцы, феодалы, знать, рантье.

Удовольствия в обществе (или в под-обществе) изобилия определяются общением, то есть самим этим обществом (и инерцией). Происходит отрыв от материальности и относительно свободный полёт общественного сознания в тех направлениях, которые приняты в этом обществе.

Отражение начинает отражаться и так далее. Конечно, этот полёт имеет границы, но он уже не определяется производством дополнительной еды, одежды или иных необходимых вещей. Сравните удовольствия разных богатых классов в истории обществ, находившихся на примерно одинаковом уровне развития производства – они заметно отличаются.

У человека, находящегося на первом участке S-кривой, деньги – мера необходимого. У находящегося на втором участке, деньги – мера доступных удовольствий. Для анализа человека достатка надо понять, от чего он получает удовольствия, на что он тратит средства, оставшиеся после оплаты жилья и еды. Аналогично, чтобы понять общество изобилия, надо анализировать, на какие удовольствия тратятся деньги этого общества.

Если человек тратит 90 процентов денег на необходимое, он материалистичен, если он тратит 70-80 процентов на предметы не первой необходимости, он становится идеалистом. Если в экономике сервис и развлечения составляют 70-80 процентов, как сегодня происходит на Западе, то именно они, а не 20-30 процентов экономики «необходимого» определяют развитие. Говоря в терминах марксизма, надстройка становится гораздо больше и важнее базиса. Конечно, по инерции многие удовольствия связаны с материальными предметами, но только по инерции.

Если развитие общества на первом этапе определяется уровнем развития производительных сил, то на втором этапе оно уже не определяется ими. Для общества изобилия надо анализировать не развитие производства, а развитие удовольствий. Развитие удовольствий зависит от общения, то есть от самого общества, и является субъективным процессом.

Есть три основных фактора, определяющих развитие удовольствий, по мере важности:
Внутренние формальные правила, верования самого общества.
Естественно, они инерционны. По мере развития в них возникают внутренние противоречия.
Конкуренция других обществ.
Исторически конкуренция часто велась в области вооружений. Вооружения материальны, поэтому кажется, что и всё развитие материально. Кроме того, люди часто связывают удовольствия с оружием. С другой стороны, конкуренция сильна не всегда, и не всегда принимает материальные формы.
Если удовольствия связаны с природными ресурсами, то фактором становится ограниченность этих ресурсов.

Если внутренние правила не располагают к развитию, конкуренция слаба, а природные ресурсы неограниченны, то общество изобилия вообще не развивается. Пример тому – африканские племена.

Мы пришли к относительности основного понятия материализма о том, что «Люди сами делают свою историю, однако ход общественного развития не определяется свободной волей людей, а обусловлен материальными условиями их жизни». Ни развитие социализма, ни развитие свободного рынка не являются объективными.

Поскольку развитие общественного сознания не является объективным, им можно управлять, и сознание можно формировать. Законы природы нельзя поменять по желанию человека, но законы общества – можно.

Общество и общественное сознание
Необходимо определиться с тем, что далее мы будем иметь в виду под понятиями общества и общественного сознания.

Марксизм оперирует терминами производительных сил, производственных отношений, базиса и надстройки.

Производительные силы определяются как система субъективных (человек) и вещественных элементов, осуществляющих «обмен веществ» между человеком и природой в процессе общественного производства.

Производственные отношения определяются как совокупность материальных экономических отношений между людьми в процессе общественного производства и движения общественного продукта от производства до потребления.

Соответственно, производственные отношения считаются основополагающими в обществе, являются его базисом. Культурные, юридические, идеологические и все прочие отношения относятся к вторичным отношениям, к надстройке.

На Западе этих терминов нет, но экономика безусловно признаётся фундаментом общества, и в признании первичности производственных отношений противоречия с марксизмом нет.

* * *
Мы чётко разделим отношения между человеком и природой и отношения людей между собой, по принципу наличия отражения отражения.

Неживая природа, даже преобразованная человеком, предметы и орудия его труда, оборудование, заводы и так далее, не обладают сознанием и не могут создавать собственные отражения. Люди могут создавать собственные отражения, поэтому отношения между людьми надо изучать по принципам, отличным от принципов изучения природы.

Заметим, что машины, станки без сознания людей не имеют смысла; микроскоп для сознания человека из дикарского общества – просто тяжёлый предмет. Наоборот, имея знания, можно создать любые станки или быстро восстановить промышленность после разрушительной войны.

Обмен веществ между человеком и природой важен на первом этапе S-кривой, это уровень физики, химии, биологии, обмен калорий, витаминов и кислорода, тепла и так далее. На втором этапе важен обмен отражениями между людьми.

Под общественным сознанием мы будем понимать систему отношений людей между собой в обществе и их отношение к природе (но не природы к ним, поскольку у природы нет сознания).

Общественное сознание необходимо анализировать как самостоятельную систему.

Чем же определяется развитие общества изобилия и развитие его удовольствий?

III.
Положительная обратная связь в науках об обществе
Для существования сложного общества с разделением труда совершенно необходимо наличие хороших знаний общества о самом себе. Как происходит такое самопознание?

Иными словами, модель общества должна включать саму себя, саму эту модель. Как происходит формирование такой модели?

В науках об обществе, которые являются самоанализом, познанием общественным сознанием самого себя, неизбежно возникает положительная обратная связь. Изучая само себя, сознание меняется, соответственно меняется предмет познания. Возникает замкнутый круг, отражение отражения. От того, как происходит познание, зависит и изменение самого сознания.

Типичный пример – теория Фрейда. Она не столько познала человека, сколько изменила его поведение.

Отсюда все науки об обществе сугубо субъективны, и их подходы зависят от выбора точки отсчёта, угла зрения. Выбор точки отсчёта первичен, его невозможно доказать изнутри общества, изнутри модели. Его можно только постулировать или доказать извне.

Даже объективная физика произвольно постулирует (а не выводит) универсальное время, систему мер и весов. Плюсовая температура по Фаренгейту может быть минусом по Цельсию. Конечно, от того, каким градусником измеряется температура, сама температура не меняется. Но в зависимости от того, как измеряют сознание человека, оно меняется. Сознание человека стремится к тому, что считается максимально хорошим. Если скромность считается благом, то люди стремятся к скромности. Если максимальное потребление считается хорошим, то люди стремятся к потреблению.

То, что постулируется, есть не наука, есть вера. Выбор точки отсчёта, выбор веры – в конечном счёте это выбор между Добром и Злом. Все исследования об обществе, включая искусство и художественную литературу, не могут обойтись без осознанного или неосознанного выбора точки отсчёта. Для поддержания веры их приходится проверять на соответствие вере. Отсюда возникают понятия ереси, классового подхода, партийности литературы, цензуры, политкорректности и так далее.

Поддерживать веру и обновлять модель, находясь внутри общества, внутри модели, достаточно сложно. Имея внутренние интересы, это ещё сложнее.

К выбору между Добром и Злом мы вернёмся ниже.

Переход познавательной модели в управляющую
В процессе познания существует интересная закономерность. Познавательные модели стремятся перейти в управляющие. Познав законы механики, человек начинает строить машины. Познав законы роста растений, он начинает управлять ими, вносить удобрения. Человеку нравится переделывать мир под себя.

Общественная наука – всегда управляющая. Если же общественная наука ещё и ставит целью управление, то положительная обратная связь усиливается и процессы ускоряются. Экономика и политика как раз и ставят целью управление обществом.

Другая закономерность познания – инерция мышления. Создав познавательную или управляющую модель и просчитав желаемое развитие на один-два шага вперёд, человек думает, что он может развиваться в этом направлении бесконечно. Он обычно не видит системных переходов или не хочет их видеть.

Применение по инерции моделей к природе рано или поздно ограничивает сама природа физическими пределами. Применение же моделей к общественному сознанию в принципе ограничено только предохранителями самого сознания, если они есть. Оно может продолжаться в любом направлении и даже привести к самоуничтожению людей, как это происходит в некоторых религиозных сектах.

* * *
Особенно человеку нравятся модели, уже успешно применённые в какой-либо области. Он стремится перенести их на другие. Посмотрите, как математика проникла во все области знаний.

Христианство тоже пыталось перенести свою удачную модель, модель по преобразованию общества (рабовладельческого в более справедливое и свободное феодальное), на преобразования природы. Из этого ничего не получилось. Приближая поведение людей к идеалу бога, можно улучшить отношения людей между собой. Но бесполезно упрашивать вирус или землетрясение.

Иногда природу надо было менять ради самих христианских ценностей. Наука в целом оказалась прекрасной моделью для преобразования природы. Естественно, учёным захотелось распространить науку и на управление обществом, на преобразование общественного сознания. Действительно, по достижении этапа изобилия более разумно менять организацию общества, а не продолжать дальнейшее изменение природы.

Добро, Зло и цели науки
Почему нельзя преобразовывать общество на чисто научной основе?

У науки есть один крупный недостаток. Она не различает понятия Добра и Зла, соответственно она не знает, в каком направлении осуществлять управление обществом. Она исходит – по инерции – из принципа «чем больше, тем лучше».

Поскольку Добро и Зло – понятия субъективные, то на первый взгляд наука относится к ним нейтрально, таких понятий в науке нет вообще. Но исторически наука возникла как отрицание религии, в первую очередь как отрицание религиозного отношения к происхождению и изменению природы. Это отрицание перешло и на христианское отношение к обществу.

Как мы увидим в последующих главах, за маской математической объективности, неизбежности и единственности развития удобно спряталось то самое Зло, с которым боролось христианство.

Второй причиной, по которой отношения людей не должны преобразовываться на научной основе, является язык науки.

Язык науки и общественное сознание
Схематически преобразование любой системы с помощью управляющей модели выглядит следующим образом:

Модель системы – Преобразование модели – Модель изменённой системы
a a
Система Изменённая система

Например, для получения нового химического раствора:
1) берётся существующий раствор, т.е. система,
2) записывается химическая формула, т.е. модель, существующего раствора,
3) записывается уравнение химической реакции, т.е. преобразуется модель,
4) получается формула нового раствора, т.е. модель изменённой системы,
5) проводится собственно реакция и получается новый раствор, т.е. изменённая система.

По этой же схеме инженеры сносят изменения в конструкцию автомобиля (модель – чертёж), радиоприёмника (модель – электрическая схема) и так далее.

Что происходит при применении этой цепочки к изменению сознания? Поскольку сознание и модель сознания – это одно и то же, то они совпадают. Происходит прямое изменение сознания, оно сразу принимает форму предлагаемой модели, ещё до преобразования.

Модель=Сознание – Преобразование – Изменённая модель=Сознание

Поскольку модели описываются на определённом языке, то сознание человека напрямую принимает форму языка модели. Если наша модель – фрейдизм, то сознание сильно меняется, лишь начав мыслить на языке фрейдизма, даже не дойдя до преобразований, которые он рекомендует.

Основной язык науки – математика и абстрактные символы. Исторически математика использовалась почти во всех науках о природе, откуда она перешла в повседневную жизнь. Природа постоянно вытесняется из повседневной жизни. Поэтому наука и математика стали использоваться для анализа человека, отношений людей и управления обществом. Математика легла в основу экономики, социологии, управления предприятиями, государством и обществом. Благодаря отражению отражения всё сознание людей начало активно меняться и перестраиваться под язык математики.

Адекватен ли абстрактный и точный язык науки и язык математики для описания отношений между людьми? Для описания того, что мы называем душой человека?

Или отношения людей как раз и нужно описывать на языке Добра и Зла, на языке религии, библии, чувств, сказок и художественной литературы?

Превращение науки в религию
Взявшись управлять обществом, именно математика и материалистическая наука стали определять, как человек должен смотреть на весь мир. Математика и физика стали определять, от чего человек должен получать удовольствия. Они начали вытеснять все другие взгляды на мир, поскольку эти взгляды не вписываются в язык абстрактных символов и чисел. Они начали управлять общением людей и сводить общение к языку математики, к языку символов и материальных вещей.

Начав преобразовывать общество, изменять отношения людей, наука оторвалась от материи. Она перестала быть объективной и начала выполнять субъективную функцию религии.

Когда-то наука призвала к конкретным действиям вместо бесплодных религиозных споров в мире преданий и образов. Приведя к материальному изобилию, наука сама занялась созданием мира образов. Только эти образы далеки от человеческих.

Наука стала религией. Возникло идеалистическое общество с математической религией.

Когда общественная наука ставит целью изменение человека, как это делает экономика, она превращается просто в своего рода инструкцию по перепрограммированию сознания. Люди не познают объективную реальность, а перестраивают своё сознание, начинают мыслить в формальной системе свободного рынка (или марксизма). Чем больше людей перестраивают своё сознание, тем больше теория подкрепляется практикой (то есть сознанием окружающих), тем более объективной и правильной кажется эта теория-религия.

Далее мы будем считать, что:

Религия – основная форма существования общественного сознания.

История человечества есть смена религий.

В последующих главах мы подробнее рассмотрим выбор точки отсчёта, определение Добра и Зла, и влияние языка науки на сознание людей. Сейчас, чтобы понять, как устроена религия (и наука), нам необходимо глубже рассмотреть механизмы отражения.


Суммируя относительность материализма:
Знания о природе могут быть объективными. Знания об обществе принципиально субъективны и полностью зависят от выбора точки отсчёта.
По мере насыщения физиологических потребностей, удовольствия человека определяются общением. Критерием истины становится локальное мнение окружающих. По мере насыщения потребностей общества, оно становится всё более субъективным и идеалистическим. Для анализа общества или под-общества изобилия надо анализировать развитие его удовольствий.
Науки об обществе не могут нейтрально познавать, они всегда меняют общество. Наука, занявшись управлением обществом, превратилась в религию, не имея понятия о Добре и Зле. Абстрактный язык чисел и символов стал основным в обществе и начал использоваться для взаимодействия и общения людей.
Религия – основная форма существования общественного сознания. История человечества есть смена религий.


ТОЧКИ ПРИВЯЗКИ

I.
Мир отражений
Совершим небольшое путешествие во внутренний мир сознания, в мир отражений. Язык религии – это язык не материального мира, это язык отражений.

Конечная цель нашей книги – защита сознания. Любая модель должна соответствовать поставленной цели. Поэтому мы не будем строить сложную и всеобъемлющую картину работы сознания. Нужна простая, понятная каждому человеку модель, которую можно было бы применять ежедневно.

Чтобы умело пользоваться пистолетом или уклоняться от пуль, не надо знать глубины физики и химии. Точно так же в повседневной жизни насилие над сознанием применяют далеко не самые интеллектуально развитые люди. Но поскольку большинство людей не владеют элементарными способами самообороны, применение насилия над сознанием даёт огромный эффект.

Во время чтения этой главы не пытайтесь анализировать своё собственное сознание. Самоанализ сознанием самого себя бессмысленен и невозможен, это затухающее замкнутое отражение.

Представьте себе следующую ситуацию. На футбольном стадионе установлена телекамера. Камера передаёт изображение стадиона на телевизоры за пределами стадиона. На самом стадионе тоже установлен большой экран, чтобы болельщики могли видеть детали борьбы. Что получится, если камеру навести на этот большой экран? Возникнет затухающая положительная обратная связь и, в итоге, чёрная пустота как на камере, так и на экране.

На самом деле призывы к самоанализу – один из механизмов манипуляции сознанием человека и общества. В пустоте, возникающей при попытке «самоанализа», можно задать изменение сознания в любом направлении.

Вместо самоанализа следует говорить об анализе того, как человека воспринимают окружающие, или того, как он воспринимает окружающих. Мысленно выберите какого-нибудь хорошего знакомого, к которому вы относитесь более-менее нейтрально. Анализируйте, как вы воспринимаете этого знакомого, или то, как этот знакомый воспринимает вас.

Понятие точек привязки
Сознание не может отражать весь бесконечный непрерывный внешний мир, поскольку объём сознания ограничен. Поэтому сознание фокусируется на его наиболее важных участках. Применим к философской теории отражения современный дискретный и объектный подход.

Сознание словно привязывается к некоторым определённым точкам материи, цепляется за них. Для таких наиболее важных точек сознание создаёт и запоминает отдельные отражения, образы. Процесс мышления – это процесс «хождения» по этим отражениям и создания новых.

Мы будем называть точки, в которых сознание привязывается к материи, к внешнему миру, точками привязки.

Мы выбираем это понятие как наиболее обобщённое. Точками привязки могут быть любые образы, запечатлённые в конкретном сознании – картинки, звуки, запахи, вкусовые и иные ощущения, слова, символы, абстрактные понятия.

Схожие обобщённые понятия есть в нейролингвистическом программировании (НЛП) и сайентологии.

* * *
В науке обычно говорят о языке; о разговорном языке, языке символов, языке запахов, языке звуков и так далее. Существует отдельная наука, семиотика, которая анализирует языки, системы знаков, символов, отношения между ними, отношения между знаками и тем, что знаки обозначают, а также между знаками и теми, кто их воспринимает.

Для нас язык – это более узкое понятие, это своего рода система точек привязки для какой-то выделенной предметной области. Язык – более формальная система, чем точки привязки. Средний человек не думает в терминах, например, языка запахов, он просто запоминает определённый запах и связанные с ним ощущения.

Другим схожим, но более узким понятием является «система ценностей». Точки привязки – это всё, что помогает человеку ориентироваться в мире, оставляет отпечаток в памяти, не важно, осознаёт это человек, или нет. Система ценностей – часть точек привязки высокого уровня. Например, дверь квартиры с номером, запах ели, звук пожарной машины – это точки привязки, они очень важны для человека, но они не относятся к системе ценностей. С другой стороны, понятия образования, здоровья или безопасности, относятся и к системе ценностей, и к точкам привязки.

Можно сравнить точки привязки с сигналами или с опорными сигналами. Но сигнал – более узкое понятие. Например, обои в комнате – это и не сигнал, и не ценность, но это важная точка привязки. Будем считать сигналы частью точек привязки.

Образно можно представить себе сознание человека как маленькую вселенную, маленький звёздный мир. Каждая звезда – это точка привязки. Каждая звезда – отражение в сознании какого-то предмета или понятия в жизни. В сознании постоянно появляются новые звёзды, постоянно гаснут существующие.

Виды точек привязки
Мы будем разделять абстрактные и конкретные точки привязки. Конкретные точки привязки являются прямым отражением каких-то явлений или предметов в жизни. Абстрактные точки привязки объединяют в себе несколько конкретных точек, имеющих общие схожие свойства или связи.

Далее, мы будем различать оперативные и спящие точки привязки. Часто говорят о внимании, о концентрации внимания, о сосредоточенности, о том, «чем занята голова», «где твои мысли». В сознании существует много точек привязки, но в любой момент времени можно активно работать только с ограниченным числом точек привязки. Такие активно обрабатываемые точки мы и будем называть оперативными, а остальные – спящими.

Снова представим всё сознание человека в виде звёздного неба. Подобно тому, как человек ходит по земле, в его сознании невидимый дух летает среди точек привязки (звёзд), останавливаясь то в одних, то в других группах точек привязки. Дух зажигает новые точки (создаёт новые отражения) или меняет существующие. Те точки, которые дух долго не посещает, постепенно тускнеют или вообще гаснут.

Появление точек привязки
Чем больше у человека точек привязки, тем богаче его сознание, тем богаче его внутренний мир. Как появляются точки привязки?

Можно выделить три основных способа образования точек привязки:
Заложенные природой на уровне инстинктов.
Копирование готовых, созданных другими людьми, через общение.
Создание своих собственных через ощущения и творческое мышление.

Под общением мы понимаем как личное, так и общение посредством текстов, рисунков, звуков, движущихся картинок, и так далее.

Естественно, чем сильнее развито мышление у человека, чем сильнее его дух, тем богаче его сознание и выше его способности по отражению мира и ориентированию в нём.

II.
Заряды точек привязки
Введём понятие заряда точки привязки. Это позволит придать нашим рассуждениям привычные для математического человека точность, неизбежность, управляемость.

Будем считать, что каждая точка привязки в сознании человека имеет некий условный заряд, на подобие электрического. Этот заряд показывает важность точки, относительный приоритет этой точки над остальными. Чем выше заряд, тем важнее эта точка для человека.

Заряды могут быть как положительными, так и негативными. Положительные связаны с удовольствиями и радостью, негативные – с проблемами, болью, страхом и так далее. Человек обычно пытается избавиться от негативных точек и увеличить количество положительных. Большинство точек нейтральны и существуют просто как фон.

Например, цветок на окне (+5), личный автомобиль (+1000), образование (+2500); наводнение (–1000), кашель соседа (–20), муха на стенке (–5).

Соответственно, если в сознании человека преобладают положительные точки, то и сознание в целом положительно. Если негативные, то и сознание – негативно.

Изменение зарядов
В процессе жизни заряды точек привязки постоянно меняются. Они могут меняться временно или постоянно. Например, у голодного человека резко возрастает заряжённость еды, но заряд спадает сразу после утоления голода. У пережившего длинные периоды голода еда навсегда остаётся с сильным зарядом.

Первоначальный заряд точки зависит от способа её появления. Если это инстинкт, то заряд закладывается природой. Если точка появляется копированием от других людей, то она обычно копируется вместе с зарядом. Если точка возникает в результате собственного мышления, то её заряд определяется сравнением новой точки с уже существующими. В дальнейшем заряды меняются в зависимости от текущих ощущений.

Поскольку любая точка существует не сама по себе, а в связях с другими точками, то на изменение заряда точки напрямую влияют точки, связанные с ней. Например, если в определённом месте у человека произойдёт радостное событие, то и всё это место будет заряжено положительно.

Для некоторых точек заряд напрямую зависит от состояния точки привязки. Для таких точек существуют параметры, которые должны находиться в определённых рамках. Чем выше заряд точки привязки, тем важнее для человека, чтобы параметр соответствовал идеальному значению, иначе заряд будет меняться на обратный. Например, рубашка чистая (+5), грязная (–5); модное платье (+100), это же платье, вышедшее из моды (–100).

Противоречия и заряды
Фактически, любые противоречия – это противоречия желаний. Противоречия можно представить через заряды точек привязки. Противоречия могут существовать внутри сознания одного человека или между сознаниями разных людей.

Если в сознании одного человека связанные точки привязки имеют разные по знаку заряды, то и возникает противоречие. Например, скорость езды на автомобиле имеет положительный заряд, но она связана с авариями, которые имеют негативный заряд. Если скорость езды на американских горках не связана с негативной заряженной опасностью, то нет и противоречия.

Противоречия людей между собой возникают из-за несовпадения желаний, что, в свою очередь, вызвано разной заряжённостью точек привязки, или разными связями между точками привязки в сознаниях разных людей. Например, в сознании родителей позднее возвращение ребёнка домой связано с опасностью, в сознании ребёнка – с удовольствием общения.

Развитие общественного сознания идёт в направлении поиска таких индивидуальных зарядок, которые были бы непротиворечивы между собой.

III.
Хождения духа
Как мы говорили, дух человека постоянно путешествует по точкам привязки. У некоторых людей он ежедневно повторяет один и тот же путь, у других он всё время ищет новые места.

У одних новые точки зажигаются только через ощущения, поэтому для путешествия духа им обязательно нужно путешествие тела. У других дух убегает в точки привязки иных сознаний – через литературу и искусства – независимо от тела.

Подобно человеку-кочевнику, который долго не может жить на одном месте, бывают духи, которые тоже постоянно кочуют. Такой дух не успевает осесть, сам создать новые точки. Он наскоком потребляет готовые. Когда ему надоедает, он кочует дальше. Мы будем называть это кочевым сознанием.

Дух, в мире которого слишком много негативных точек привязки, стремится убежать от них, уйти в дальние уголки, где его ничто не будет беспокоить.

Взгляд на внешний мир зависит от того, из какого уголка мира отражений смотрит дух. Из одной точки космоса две планеты могут казаться очень близкими между собой, хотя в другой проекции между ними – сотни лет пути. Так и глядя с разных точек привязки, дух по-разному оценивает другие точки. Он видит разные связи, соответственно точки меняют заряды. Что раньше считалось чёрным, может стать белым, что было ужасом, станет удовольствием.

Точки привязки общества
У каждого человека существует своя иерархия точек привязки, то есть свои представления об удовольствиях, о проблемах и об их относительной важности.

Но чтобы построить общество, необходимо взаимодействие людей, необходимо наличие общих точек привязки. Необходимо наличие общих точек привязки как к материи, так и общих точек привязки сознания разных людей друг к другу.

Учитывая, что сознание человека ограничено, и ещё более ограничено возможное количество оперативных точек привязки, очень важен правильный выбор этих общих оперативных точек. Их необходимо зафиксировать, и постоянно удерживать сознание людей в этих точках, иначе сознание будет разбегаться.

С одной стороны, общие точки должны быть зафиксированы жёстко, с другой стороны – не слишком жёстко, иначе сознание окажется в своего рода клетке и не сможет развиваться.

В любом обществе существуют системообразующие точки привязки, то есть общие фиксированные точки сознания. От них, словно от ствола у дерева или от скелета у животного, отстраивается всё остальное сознание. Естественно, что для жизнеспособности общества необходима постоянная защита системообразующих точек, и согласованное всеми их изменение. Разрушение системообразующих точек ведёт к гибели общества, независимо от физических факторов.

Разрушение абстрактных общих точек привязки сознания имеет более сильные последствия, чем уничтожение храмов или икон, поскольку первое происходит скрытно.

Защита точек привязки
Узнать человека – значит узнать точки привязки его сознания, узнать удовольствия и «больные» точки.

Управлять человеком можно через материальный мир. Но можно и через отражения этого мира. Управлять человеком можно через точки привязки его сознания. Управление сознанием гораздо более скрытно и эффективно, чем материальное управление.

Сознание безгранично. От того, под каким углом человек будет смотреть на мир, с каких позиций, будет зависеть восприятие мира человеком. Человека можно уводить в разные места мира отражений, и он совершенно по-разному будет видеть, что происходит вокруг; по-разному будет видеть, где Добро и где Зло.

Если человек будет смотреть на мир с тех же точек, с которых смотрел бог, он будет видеть мир его глазами. Если человек отвергнет бога, уйдёт с этих точек, то мир, как его знали до этого, исчезнет. Человек увидит мир глазами дьявола, и это будет мир дьявола.

Подробнее об управлении точками привязки и защите сознания мы будем говорить в последующих главах.

IV.
Религия и точки привязки
Как мы отмечали, история общества есть развитие общественного сознания. Общественное сознание организовано в виде систем общих для всех членов общества отражений, общих точек привязки сознания. Без религии не может быть общества.

Нам необходимо различать веру, как систему точек привязки; и организацию людей, поддерживающих веру. Обычно такую организацию называют церковью. Вместе вера и церковь и составляют религию.

Если рассмотреть маленькое общество, например, племя, живущее на ограниченной территории, то ему достаточно простых символов религии, простых точек поклонения. Обычно это высокое дерево, камень или животное, которые постоянно на виду и напоминают о себе. Эти символы держат вместе людей племени.

Общество тем сильнее и конкурентоспособнее, чем оно больше. По мере увеличения размера племени, местных символов становится недостаточно. Когда высокие статуи уже не видны, символами становятся звёзды на небе. Затем – чисто абстрактные символы, абстрактные точки привязки. Так возникают боги.

Структура религии
Давайте формально сравним три религии, наиболее известные и понятные нам – христианство, религию денег (она же рыночная экономика) и советский социализм.

Можно выделить одну под-религию, существующую и в религии денег, и в социализме – религию прогресса, или религию науки и техники. Социализм – это своего рода попытка сочетать религию прогресса и христианство. То, с чем сочетает религию прогресса рыночная экономика, мы обсудим в следующей главе.

Высший символ, символ власти над миром
Христианство (Х): Бог
Религия Денег (Д): Деньги
Социализм (С): Производительные силы и человек

Основа мироздания
Х: Всё в мире происходит по воле божьей.
Д: На всё воля свободного рынка.
С: Развитие зависит от производительных сил и от усилий человека по саморазвитию.

Как действовать человеку
Х: Поступай согласно божьим заповедям, стремись к идеалу бога.
Д: Копи предметы поклонения (деньги), любое действие должно быть подчинено рынку.
С: Развивай производительные силы и самосовершенствуйся.

Как действовать обществу
Х: Помогать друг другу.
Д: Увеличивать ВВП (Валовой внутренний продукт).
С: Увеличивать ВВП и помогать друг другу.

Шаги человека
Х: Грех – шаг против заповедей, доброе дело – согласно заповедям.
Д: Грех – убыток, доброе дело – прибыль.
С: Объединение христианства и религии денег.

Главный зрительный символ
Х: Распятие (крест)
Д: Знак доллара – $
С: Серп и Молот, Красная Звезда, Красное Знамя

Носимые символы
Х: Нательный Крест
Д: Наличные, кредитная карточка
С: Значок с серпом и молотом или звездой, партбилет

Ежедневные символы
Х: Распятие, иконы
Д: Наличные, счётная книга, чеки, пластиковые карточки
С: Портреты вождей, лозунги; рубли

Главные процедуры в жизни человека
Х: Молитва, исповедь, посещение церкви, пост
Д: Подсчёт прибыли (месячной, квартальной, годовой)
С: Следование линии партии (через чтение газет, просмотр ТВ, посещение собраний);
выполнение производственных планов; саморазвитие

Верховный орган власти
Х: Папа или Патриарх, иногда Государь
Д: Держится в тайне
С: Генеральный секретарь и Политбюро партии

Главная структура власти
Х: Церковь
Д: Банки
С: Партия

Праздники
Х: Дни исторических событий, связанных с богом и святыми
Д: Любой момент получения прибыли
С: Дни исторических событий, связанных с партией и Родиной

Вознаграждение
Х: Рай после смерти, уважение окружающих при жизни
Д: «Рай» при жизни – есть деньги, делай что хочешь
С: Уважение плюс некоторые материальные блага при жизни, коммунизм как будущий
рай для всех

Основатели
Х: Иисус Христос, его ученики
Д: Открыто – Адам Смит, скрыто – ?
С: Маркс – Энгельс – Ленин – Сталин

Святые
Х: Защитники веры
Д: Накопившие много денег
С: Защитники веры и герои труда

Точки привязки в разных обществах
Теперь давайте посмотрим, как менялись главные точки привязки сознания человека в разных обществах.

1 – дореволюционная Россия, точки привязки крестьянина,
2 – дореволюционная Россия, точки привязки рабочего,
3 – Советская Россия, точки привязки рабочего,
4 – Советская Россия, точки привязки крестьянина,
5 – Америка, точки привязки рабочего до 1950-х годов,
6 – СССР, точки привязки среднего человека 1980-х,
7 – Россия, точки привязки жителя крупного города начала 2000-х,
8 – Америка, точки привязки современного среднего класса.


1
Бог
Царь
Помещик/ Община
Церковь
Семья
Земля

стр. 1
(всего 12)

СОДЕРЖАНИЕ

>>