СОДЕРЖАНИЕ

Легкий танк
« СТЮАРТ»

я
S
X
< <
о

X
о


Эмблема полка

боевая машина М1 Combat Car.
1-й кавалерийский полк. Форт-Райли, Канзас, 1940 год









Легкий танк МЗА1 (Diesel). Рота «С», 1-й танковый батальон морской пехоты. Гуадалканал, декабрь 1942 года

Легкий танк МЗА1. 3-й взвод, рота «С», 1-й танковый батальон 1-й танковой дивизии. Тунис,
декабрь 1942 года


Приложение к журналу

«МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»
*
s
М.Барятинский




ш

<
Легкий танк
< 0
«Стюарт»
*

ш

X

0

а


...

№ 3(48)*2003 г.
Журнал зарегистрирован в Министерстве Российской
Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств
массовых коммуникаций.
Per. свидетельство ПИ № 77-13437
Издается с января 1995 г.
УЧРЕДИТЕЛЬ И ИЗДАТЕЛЬ — ЗАО «Редакция журнала
«Моделист-конструктор»
Главный редактор А.С.РАГУЗИН
Ответственный редактор М.Б.БАРЯТИНСКИЙ
Ведущий редактор Л.А.СТОРЧЕВАЯ
Компьютерная верстка: О.М.УСАЧЕВА
Корректор Г.Т.ПОЛИБИНА

Обложка: 1-я, 2-я и 4-я стр. — рис. М.Дмитриева
> ч 127015, Москва, А-15, Новодмитровская ул., д.5а,
«Моделист-конструктор»
•Ш 285-80-38, 285-27-57
Подп. к печ. 26.05.2003. Формат 60x90 1/8. Бумага офсетная № 1. Печать офсетная. Усл.печ.л. 4. Усл. кр.-отт. 10,5.
Уч.-изд.л. 6,0. Тираж 3800 экз. Заказ 4892.
Отпечатано на ордена Трудового Красного Знамени ГУП «Чеховский полиграфический комбинат» Министерства Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций. Адрес: 142300, г. Чехов Московской обл., ул. Полиграфистов, 1.
Перепечатка в любом виде, полностью или частями, запрещена.

Вниманию подписчиков!
Во втором полугодии 2003 года выйдут в свет специальные выпуски «Бронеколлекции» — монографии «Т-34. История танка» (индекс по каталогу Роспечати — 81237) и «Бронеавтомобили Красной Армии 1918—1945» (индекс по каталогу Роспечати — 82275)



ЛИТЕРАТУРА
Коломиец М., Мощанский И. Танки ленд-лиза — М., Экспринт, 2000.
Митчем СУ. Величайшая победа Роммеля. — М., 000 «Издательство ACT», 2002.
Нерсесян М.Г., Каменцева Ю.В. Бронетанковая тех­ника армий США, Англии и Франции. — М., Воен-издат, 1958.
Рольф Д. Кровавая дорога в Тунис. — М., 000 «Из­дательство ACT», 2002.
Техническое руководство по легкому танку МЗ. — Из­дание Амторга, 1942.
Труды академии. Сборник №1(25). — М., Издание ВАБТМВ, 1945.
Gawrych W.J. Czolg lekki Stuart. — W-wa, 1982.
Chojnacki A. M3 «Stuart». — W-wa, Militaria, 1997.
Zaloga S. Stuart. U.S. Light Tanks in action. — Squadron/
Signal Publications, 1979.
Zaloga S. US Light Tanks at War 1941 — 45. — Concord Publications Co., 2001.
Mesko J. US Self-Propelled Guns in action. — Squadron/ Signal Publications, 1999.

Журналы: «Моделист-конструктор», «Бронеколлек­ция», «Танкомастер», Military Modelling, AFV news, Steel Masters.
Информация общедоступной сети Интернет.


Следующий номер «Бронеколлекции»: монография «Легкий танк Pz. 35 (t)»




© «Бронеколлекция», 2003, №3, с.1—32.
1

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ И ОПИСАНИЕ КОНСТРУКЦИИ

После окончания Первой мировой войны разработка и производство легких танков в США были свернуты. В течение 1920-х годов основу танкового парка страны со­ставляли французский Renault FT17 и его американский вариант —«6-тонный танк». Но и эти машины в большинстве своем на­ходились на хранении. Несмотря на край­не ограниченный опыт боевого примене­ния этих танков (главным образом, морс­кой пехотой в Центральной Америке и Ки­тае), к началу 1930-х годов американцы, тем не менее, убедились, что их конструк­ция безнадежно устарела. Разработка же новых боевых машин этого класса (как и всех прочих) сдерживалась двумя факто­рами: недостатком финансирования и от­сутствием единого заказчика.
Первое обстоятельство легко объяс­нимо — в те годы США проводили изо­ляционистскую политику, нисколько не претендуя на роль мирового лидера. Большая часть военного бюджета трати­лась на нужды флота — основного га­ранта безопасности страны.
Что же касается второго фактора, то он стал следствием структурных особен­ностей вооруженных сил США. Так, дву­мя основными составляющими сухопут­ных сил армии (Army Ground Forces) были пехота и кавалерия. При этом, в соответ­ствии с постановлением Конгресса, тан­ки полагалось иметь только пехоте, ко­мандование которой видело в них лишь средство поддержки. В то же время сре­ди высшего командования кавалерии идея механизации находила все большее понимание. Но в рамках своего бюджета кавалерия могла позволить себе иметь очень ограниченное количество танков, причем, формально обходя запрет Конг­ресса, их именовали «боевыми машина­ми» (Combat Cars). Таким образом, в пер­вой половине 1930-х годов создание лег­ких танков в США проводилось по иници­ативе лишь двух заказчиков — пехоты и кавалерии. Они же являлись и разработ­чиками тактико-технических требований, порой весьма различных. Правда, при воплощении этих ТТТ в металл удавалось добиться довольно высокой степени уни­фикации, поскольку и проектирование, и изготовление танков велось на одном предприятии — государственном арсена­ле в Рок-Исланде (Rock Island Arsenal).
В 1934 году начались испытания двух опытных образцов — легкого танка Т2 для пехоты и боевой машины Т5 для кавале­рии. При общей идентичности корпусов, силовых установок и трансмиссий, танки отличались количеством башен (одна у Т2 и две у Т5) и конструкцией ходовой части. На Т2 использовалась подвеска типа Vickers с полуэллиптическими листовыми рессорами. Опорные же катки Т5 были сблокированы попарно в балансирные те­лежки, подвешенные на вертикальных бу­ферных пружинах. Работоспособность хо­довой части этого танка оказалась пора­зительной! В ноябре 1934 года Т5 совер­шил испытательный пробег протяженнос­тью 1450 км от арсенала Рок-Исланд до Вашингтона. При этом средняя скорость составила 48 км/ч! Стартовав 14 ноября, капитан Т. Никсон и инженер Дж. Проске

Один из первых серийных танков МЗ J во время испытаний. 1941 год
уже через три дня достигли Вашингтона, побив все рекорды скорости для гусенич­ных машин. Неудивительно, что вскоре Т2 модернизировали, установив на нем ходо­вую часть, аналогичную Т5. Машине, по­лучившей башню несколько измененной формы и командирскую башенку, присво­или индекс Т2Е1, и в 1935 году она была стандартизирована (то есть принята на во­оружение) под армейским обозначением М2А1 (М2А1 Light Tank). Американская пехота пополнилась 10 танками этой мо­дификации.
Практически одновременно на воору­жение кавалерии приняли боевую маши­ну М1 (Combat Car M1), на которой, в от­личие от ее прототипа Т5, установили только одну башню, правда, иную по кон­струкции, чем у М2А1. В остальном оба танка были идентичны. Их вооружение состояло из двух пулеметов, размещенных в башне, — крупнокалиберного 12,7-мм Browning M2HB и 7,62-мм Browning М1919 и одного курсового Browning М1919 — в лобовом листе корпуса. На М1, кроме того, на специальном крон­штейне устанавливался еще и зенитный пулемет. Обе машины оснащались 7-ци­линдровыми звездообразными авиацион­ными бензомоторами Continental W670 и надежными автомобильными трансмис­сиями. Использование авиамоторов и от­работанных автоагрегатов стало харак­терной особенностью американского тан­костроения в последующем десятилетии.
В конце 1935 года в цехах Rock Island Arsenal началось производство легкого танка М2А2 (изготовлено 239 единиц), ко­торый отличался от первой модификации, главным образом, размещением вооруже­ния в двух башнях. Башни имели доволь­но сложную многогранную форму и раз­ные размеры. Большая — с диаметром погона 914 мм (36"), меньшая — 762 мм (30"). В первой был установлен 12,7-мм пулемет, во второй — 7,62-мм. Размеще­ние вооружения в двух башнях, от которо­го в Европе к тому времени уже повсемест­но отказались, было признано военны­ми США наиболее перспективным для легкого танка сопровождения пехоты.
Следует отметить, что и М2А1, и М2А2, как, впрочем, и кавалерийские боевые машины, создавались еще до граждан­ской войны в Испании, во многом опре­делившей перспективы развития танко­строения в мире. Учли этот опыт и в США.
Наиболее массовыми легкими танка­ми армии США в предвоенный пери­од были М2А2 (вверху) и М2АЗ (го­ловная машина — внизу). На обоих снимках — боевые машины во время летних маневров 1939 года
В 1938 году появился легкий танк М2АЗ, представлявший собой капитальную мо­дернизацию М2А2. Танк получил удлинен­ную ходовую часть — были увеличены расстояния между осями балансирных те­лежек и между задней тележкой и направ­ляющим колесом. За счет этого длина М2АЗ возросла до 4432 мм. Увеличилась и длина опорной поверхности гусениц. Это позволило сохранить удельное давление на прежнем уровне, что было важным при возросшей до 8,8 т массе танка. Измене­ния затронули некоторые агрегаты и сис­темы двигателя, а также приборное осна­щение машины. Были смонтированы и но­вые шаровые установки М12 для пулеме­тов Browning M1919A4, получивших теле­скопические прицелы М1918А2.
Наиболее же важным нововведением стало усиление броневой защиты. Лобо­вая броня корпуса и башни возросла с 15,9 мм до 22,2. Примерно вдвое увели­чилась и толщина всех прочих бронели­стов. Конечно же, 22-мм броня никак не могла считаться противоснарядной, но это был шаг в нужном направлении.
Уже первые месяцы боевых действий в Европе показали бесперспективность чи­сто пулеметного вооружения, что застави­ло американцев ускорить разработку но­вого легкого танка. Им стал М2А4, по сути представлявший собой М2АЗ, у которого вместо двух башен установили одну кле­паную восьмигранную башню с шестигран­ной командирской башенкой. В башне раз­мещалась 37-мм пушка М5 со спаренным пулеметом М1919А4. Кроме того, танк во­оружался еще четырьмя пулеметами этой марки: одним курсовым, одним зенитным и двумя жестко закрепленными в борто­вых спонсонах. Боекомплект состоял из 104 артвыстрелов и 7900 патронов. По сравнению с М2АЗ, несколько возросла бронезащита корпуса — до 25,4 мм и зна­чительно башни — до 32...38 мм. Боевая масса танка достигла 10,95 т. В экипаж вхо-

дило 4 человека. Конструкция корпуса су­щественным изменениям не подверглась. Двигатель, трансмиссия и ходовая часть остались прежними.
Первые экземпляры легкого танка М2А4 сошли со сборочной линии завода American Car and Foundry в мае 1940 года, а завершилось его производство в марте 1941-го, после выпуска 365 машин. Еще 10 единиц в апреле 1942 года изготовила фирма Baldwin Locomotive. M2A4 нес в себе черты как предвоенных американ­ских танков (архаичными для 1940 года были, например, пять примитивных смот­ровых лючков по периметру башни), так и легких боевых машин периода Второй мировой войны. Не оставив заметного следа в истории танкостроения, М2А4 стал важной вехой в истории американ­ской армии. С его появлением совпало создание танковых войск армии США — Armored Force. Это знаменательное со­бытие произошло 10 июля 1940 года. Первым командующим был назначен бри­гадный генерал Адна Чаффи, а штаб-квартирой и поныне является Форт-Нокс.

Легкий танк М2А4 во время испыта­ний на Абердинском полигоне. Лето
1940 года
На вооружение первых формируемых танковых частей поступили легкие танки М2 всех модификаций, а также боевые машины М1. Последние модернизирова­лись дважды, хотя и не столь существен­но, как пехотные М2. Модель М1А1 полу­чила башню более технологичной формы и усовершенствованную коробку передач, а М1А2 — новую ходовую часть, аналогич­ную легкому танку М2АЗ. Кавалерийские боевые машины находились в производ­стве недолго — с 1935 по 1937 год, да и выпущено их было немного, всего 114 еди­ниц. В 1940-м Rock Island Arsenal изгото­вил опытный образец боевой машины М2 (М2 Combat Car). При сохранении прежней компоновки и пулеметного вооружения танк получил новую ходовую часть, обес­печивавшую меньшее удельное давление. Ленивец, больший, чем прежде, по разме­рам, положили на грунт, увеличив тем са­мым длину опорной поверхности гусениц. Кроме того, улучшили защиту кормы кор­пуса, отказавшись от жалюзи и направив воздухоотток через броневой карман.
Элементы конструкции боевой маши­ны М2 и легкого танка М2А4 и были по­ложены в основу при создании нового легкого танка, потребность в котором стала очевидной уже вскоре после на­чала Второй мировой войны.
В начале 1940 года Военный депар­тамент разработал технические требова­ния к новому танку. Первый прототип был переделан из М2А4 в арсенале Рок-Ис-ланд. Машина получила клепаную баш­ню, по форме аналогичную прежней, но с меньшим количеством смотровых люч­ков. Маск-установку М20 заменили но­вой — М22, с более толстой броней. И в целом бронезащита танка возросла — толщину лобовой брони корпуса дове­ли до 45 мм, а башни — до 38 мм. Ходо­вую часть и форму кормовой части кор­пуса заимствовали у боевой машины М2. Боевая масса танка составила 12,43 т. 5 июля 1940 года новый легкий танк был стандартизирован под индексом МЗ (МЗ Light Tank). Однако большую известность он получил под названием «Генерал Стю­арт» (General Stuart), или просто «Стю­арт». Имя собственное ему присвоили англичане, получившие в 1941 —1942 го­дах по программе ленд-лиза большинство боевых машин этого типа. Генерал Дж. Стюарт командовал кавалерией южан во время гражданской войны в США.
МЗ Stuart I
Производство танков МЗ началось в марте 1941 года на заводе компании American Car and Foundry. Корпус танка собирался из катаных броневых листов на каркасе из уголков и полос с помощью клепки, а у танков поздних выпусков — частично с помо­щью сварки. Внутри корпус делился на два отделения: объединенное управле­ния и боевое и моторное. Между ними находилась перегородка, установленная непосредственно перед вентилятором. В нее были вмонтированы маслорадиато-ры двигателя и трансмиссии, через которые из боевого отделения вентилятором высасывались по­роховые газы. Чистый воздух для охлаждения двигателя поступал в моторное отделение через за­крытое сеткой отверстие в крыше корпуса, расположенное над вен­тилятором. Отвод загрязненного воздуха из боевого отделения, а также выхлопных газов осуществ­лялся через карман между верх­ним и нижним кормовыми листа­ми. По бортам корпуса, позади спонсонов, были установлены воздушные фильтры.
Весь передний лист подбашен­ной коробки занимали смотровые окна механика-водителя и его по­мощника, закрывавшиеся броне­выми дверцами, откидывавшимися вверх. В дверцах имелись щели для наблюдения со стеклами триплекс. Смотровое окно ме­ханика-водителя стыковалось с прямоугольным люком в верхнем


лобовом листе корпуса. Его крышка от­кидывалась вперед и вниз, что позволя­ло осуществлять посадку в танк.
На первых 100 машинах устанавлива­лась клепаная восьмигранная башня, носившая индекс D37812. Она имела шестигранную командирскую башенку, две стенки которой являлись продолже­нием стенок башни. На каждой грани командирской башенки находилась смотровая щель со стеклоблоком. В стенках башни было три таких щели. Под каждой из них располагался лючок для стрельбы из личного оружия. С апреля 1941 года клепаные башни заменили восьмигранными сварными типа D38976, а с октября — сварными D39273, так на­зываемой «подковообразной» формы. Их боковые стенки состояли из одного гнутого бронелиста. С октября ввели и новую командирскую башенку в форме «остроконечного» эллипса, закрывае­мую двухстворчатой крышкой, вместо прежней одностворчатой. На этих же машинах смотровые щели механика-во­дителя и его помощника стали прикры­ваться дополнительной бронезащитой. Корпус и башня танка изнутри были облицованы изоляционным материалом Celotex толщиной 12 мм, который, в свою очередь, закрывался стальными листа­ми толщиной 0,8 мм.
Довольно комфортабельно оборудова­лись лишь места механика-водителя и его помощника, по совместительству выпол­нявшего обязанности стрелка из курсово­го пулемета. Их сиденья имели спинки, регулировались по высоте и даже осна­щались ремнями безопасности! Посколь­ку у башни МЗ не было вращающегося полика, наводчик и заряжающий (он же командир танка) обходились без сидений. В походе они размещались на ящиках с боекомплектом 37-мм снарядов, крышки которых имели мягкие подушки, а в бою обслуживали орудие стоя.
Несмотря на сравнительно небольшие размеры, машина несла довольно мощ­ное вооружение. В башне в маск-установ-ке М22 была установлена 37-мм пушка М6 (на машинах ранних выпусков — М5) и спаренный с ней 7,62-мм пулемет Browning M1919A4. Длина ствола орудия составляла 53,5 калибра, начальная ско­рость бронебойного снаряда — 884 м/с. На дистанции 500 ярдов (457 м) броне­бойный снаряд пробивал гомогенную бро­ню толщиной 53 мм, расположенную под углом 30° к вертикали, на дистанции 1000 ярдов (914 м) — 46 мм и на дистанции 1500 ярдов (1372 м) — 40 мм. Вертикаль­ное наведение осуществлялось вручную с помощью секторного механизма в диа­пазоне от — 10° до +20°. Грубое горизон­тальное наведение производилось также вручную, причем маховик находился у места заряжающего. После поворота башни в необходимом направлении точ­но навести орудие в цель мог наводчик с помощью плечевого упора в диапазоне до

10° на сторону. Прицел — теле­скопический М5А1.
Еще один 7,62-мм пулемет был смонтирован в шаровой установке верхнего лобового лис­та корпуса. Огонь из него вел по­мощник механика-водителя. Еще два «браунинга» располагались в бортовых спонсонах. Шаровые установки этих пулеметов и их станки допускали незначитель­ную ручную регулировку в верти­кальной и горизонтальной плос­костях. Спуск пулеметов осуще­ствлялся с места механика-води­теля с помощью тросов в боуде-новской оболочке, наведение — поворотом корпуса танка. Нако­нец, пятый пулемет Browning М1919А4, предназначенный для стрельбы по воздушным целям, был смонтирован на специаль­ном кронштейне М20, закреплен­ном на борту башни за командир­ской башенкой.
Боекомплект состоял из 103 артвыстрелов и 8270 патронов к пулеметам.
В качестве вспомогательного вооружения экипажа в танке укладывался пистолет-пулемет М1 Thompson калибра 11,43 мм с боекомплектом в 500 патронов и 12 ручных гранат.
Характеристики 37-мм снарядов

Марка
М51 М74 М63 М2
Тип*
ББиБН БТ 0Ф картечь**
Масса

снаряда, кг
0,87 0,87 0,73 0,88
Начальная

скорость, м/с
884 884 793 762
Дальность

выстрела, м
11 750 7973 8687 182
*ББиБН — бронебойный с бронебойным и балли­стическим наконечниками; БТ — бронебойно-трассирующий; ОФ — осколочно-фугасный; ** заряд состоял из 122 стальных шариков.
На танке устанавливался 7-ци­линдровый звездообразный кар­бюраторный авиационный двига­тель воздушного охлаждения Continental W670-9A мощностью 250 л.с. при 2400 об/мин. Рабочий объем двигателя 9832 см3. Диа­метр цилиндра 130,2 мм. Ход пор­шня 117,5 мм. Степень сжатия 6,1. Масса двигателя 325,6 кг.
В качестве топлива использо­вался авиационный бензин с ок­тановым числом не ниже 92. В случае крайней необходимости мог использоваться и другой бензин, но с октановым числом не ниже 82.
В танке имелись два бака для горючего емкостью 102 л каждый,

размещавшиеся по обеим сторонам дви­гателя. Подача топлива — принудитель­ная, топливный насос «Ивенс» В91146 или В9151. Карбюратор — Bendix-Strom-berg NA-R6B.
Система смазки — циркуляционная, под давлением, с «сухим» картером.
Система охлаждения — воздушная, при помощи 12-лопастного вентилятора, представлявшего собой цельную алюми­ниевую отливку, закрепленную на махо­вике, насаженном на шлицованный ко­нец коленчатого вала, обращенный к пе­редней части танка.
Для очистки воздуха, поступавшего в цилиндры двигателя, служили два воз­духоочистителя масляного типа Handy Perfection модели Т-8. Они не требова­ли особого ухода, за исключением пери­одической замены масла, производив­шейся после 25 ч нормальной работы двигателя или после 8 ч работы в силь­но запыленной атмосфере.
Пуск двигателя осуществлялся элек­тростартером инерционного типа. Сис­тема зажигания — двойная, обеспечива­лась двумя магнето типа Scintilla моде­ли MN 7DFA или VMN 7DFA, которые имели автоматическое опережение за­жигания и полную радиоэкранировку.
В конце 1941 — начале 1942 года в связи с нехваткой стандартных бензино­вых авиамоторов Continental часть тан­ков выпустили с 9-цилиндровым звездо­образным дизельным двигателем воз­душного охлаждения Guiberson T-1020-4 мощностью 265 л.с. при 2250 об/мин. Масса двигателя составляла 328,9 кг. По своей конструкции и способу установки в танке он был в значительной степени ана­логичен двигателю Continental, за исклю­чением узлов, характерных только для
Легкий танк МЗ раннего выпуска с кле­паной восьмигранной башней. Пулеметы в спонсонах не установлены Март 1942 года. Судя по эмблеме на башне, машина принадлежит одному из кавалерийских полков армии США дизеля. Внешне танки, оснащенные ди­зелем, можно было опознать по воздухо­очистителям фирмы «Вортекс», присо­единявшихся к воздуховсасывающим пат­рубкам двигателя более длинными, чем у карбюраторного мотора, гибкими трубо­проводами. Эти машины обычно обозна­чались M3(diesel) и широкого распрост­ранения в американской армии не полу­чили. Англичане присвоили им название Stuart II.
В конце 1941 года танки стали обору­довать двумя цилиндрическими наруж­ными топливными баками емкостью 102 л каждый, соединенными с системой питания двигателя. После выработки топлива наружные баки могли сбрасы­ваться без выхода экипажа из танка. Применение наружных баков позволило вдвое увеличить запас хода. Не лишним будет отметить, что дополнительными баками оснащались только машины с карбюраторными двигателями.
Многодисковый главный фрикцион сухо­го трения был размещен внутри маховика. Крутящий момент от главного фрикциона передавался к коробке передач с помощью карданного вала, заключенного в кожух, на котором, как и на зарядных ящиках, крепи­лась мягкая подушка для сидения.
Коробка передач — синхронизирован­ная пятискоростная (5+1) со встроенным дифференциалом. Последний, кроме пе­редачи вращения к ведущим колесам тан­ка, служил также для притормаживания либо одной, либо другой полуоси. Этот процесс осуществлялся механиком-води­телем при помощи двух рычагов, которы­ми производилось затягивание тормоз­ных лент на барабанах дифференциала. В результате скорость вращения левой или правой полуоси уменьшалась, что приводило к повороту машины. Наимень­ший радиус поворота составлял 6,3 м. Поворот на месте был невозможен.
Последними элементами трансмис­сии являлись простые однорядные не-соосные бортовые передачи с неразгру­женным ведомым валом. К последнему болтами крепилась ступица ведущего колеса, имевшего два съемных зубчатых венца с 14 зубьями каждый.
Ходовая часть танка включала в себя четыре одинарных обрезиненных опор­ных катка на борт, сблокированных по­парно в две балансирные тележки, под­вешенные на двух вертикальных буфер­ных пружинах; три обрезиненных под­держивающих катка; необрезиненное направляющее колесо, также подвешен­

ное на буферной пружине и снабженное натяжным механизмом винтового типа. На танках М3 использовались двух-гребневые гусеницы Т16Е1 или Т16Е2 цевочного зацепления с 66 обрезинен-ными траками каждая. Ширина трака — 194 мм, шаг трака — 140 мм. Для улуч­шения проходимости при плохом сцеп­лении гусениц с грунтом в возимый ком­плект снаряжения танка входили 34 съемных шпоры-грунтозацепа.
На всех танках устанавливалась ра­диостанция SCR245.
С марта 1941 по август 1942 года было выпущено 5811 машин М3, из них 1285 с дизелем.
Сварная башня танка М3А1. Хорошо видна бронировка маск-установки М23
М3А1 (Stuart III) В апреле 1942 года началось производ­ство «стюартов» модификации М3А1. Ос­новные изменения затронули конструкцию башни. Внешне она представляла собой «подковообразную» башню М3, но без ко­мандирской башенки. Для посадки членов экипажа служили два треугольных люка в крыше башни. В распоряжении наводчи­ка и заряжающего имелись перископичес­кие приборы наблюдения. Вращение баш­ни осуществлялось с помощью гидропри­вода, в отличие от М3, снабжавшегося только ручным приводом. Возросшая ско­рость поворота башни потребовала вне­сения изменений в ее конструкцию. В ча­стности, она получила полик, а рабочие места располагавшихся здесь членов эки­пажа оборудовали сиденьями.
В маск-установке М23 была смонтиро­вана 37-мм пушка М6, стабилизированная в вертикальной плоскости, что позволяло значительно повысить точность огня с ходу. Правда, для этого требовалась дли­тельная подготовка наводчиков, что в ре­альных условиях было трудноосуществи-





мо. Неподвижные пулеметы М1919А4 в спонсонах были сняты. На их месте раз­местили дополнительную боеукладку. В результате боекомплект танка составил 116 артвыстрелов и 6400 патронов.
С апреля по август 1942 года производ­ство М3А1 велось параллельно с М3. Из­менения вносились постепенно, поэтому на некоторых М3 поздних выпусков встре­чались сварные корпуса и новые башни, но без полика и гидропривода поворота (эти машины получили название Stuart Hybrid). На части М3А1 ранних выпусков можно было увидеть пулеметы в спонсо­нах (на промежуточных машинах их амб­разуры заваривали круглыми заглушками) и клепаные корпуса. Всего до февраля 1943 года выпустили 4621 танк М3А1, из них — 211 с дизелем Guiberson T-1020-4 (английское обозначение — Stuart IV). Следует отметить, что танки М3А1 со свар­ными корпусами должны были получить обозначение М3А2, но в действительнос­ти оно никогда не применялось.
М3А3 (Stuart V)
В апреле 1942 года военные выдали техзадание на разработку улучшенной версии танка М3А1. Одним из главных его недостатков был высокий и короткий корпус, остававшийся практически неиз­менным с 1935 года. Архаичность этой
Танк М3А1 (diesel). 1-й танковый батальон морской пехоты, остров Гуадалка-нал, 1942 год
конструкции давно стала очевидной. Тес­нота в боевом отделении была неимо­верной — механик-водитель и его по­мощник размещались чуть ли не в ногах у наводчика и заряжающего. Кроме того, весь лобовой лист корпуса занимали от­кидные крышки люков, что существенно снижало снарядостойкость.
На новой модификации внедрили полностью сварной корпус с лобовым листом, смещенным вперед и располо­женным под большим углом наклона. Бортовые листы устанавливались под углом 20° к вертикали. 3а счет измене­ния конфигурации лобовой части кор­пуса удалось сместить вперед места механика-водителя и его помощника и оборудовать для них в крыше корпуса два люка-лаза. Наблюдение за местно­стью они могли вести с помощью двух перископов, установленных в крышках люков. Бортовые спонсоны ликвидиро­вали, лобовой лист стыковался с бор­товыми наклонными скулами. В обита­емом отделении танка стало значитель­но просторнее. Кроме того, помощник механика-водителя перестал обслужи­вать рацию, за ним сохранились лишь функции пулеметчика. Рацию же пере­несли в башню, а ответственным за поддержание внешней связи стал ко­мандир машины.
Увеличилась в объеме и башня — в ней была предусмотрена кормовая ниша, в ко­торой размещалась радиостанция. Два





люка, больших, чем прежде, размеров, облегчали посадку экипажа в танк. Для пушки и спа­ренного пулемета применялась новая литая маск-установка М44. Кронштейн зенитного пу­лемета сместили вперед, и те­перь он располагался посереди­не правого борта башни. Защи­щенность обоих бортов повыси­ли за счет размещения на них шпор-грунтозацепов для гусе­ниц. Вместе с тем, отказались от гидропривода поворота баш­ни, вернув ручной механизм. Однако теперь он стал дублиро­ванным — маховики поворота башни имелись и у наводчика, и у командира.
За счет увеличившегося за­бронированного объема боеком­плект танка довели до 174 арт-выстрелов и 7500 патронов.
Поскольку предполагалось, что большинство М3А3 будут отправлены в Северную Афри­ку, их оборудовали противопы-левыми крыльями британско­го образца.
Масса танка, по сравнению с М3А1, возросла на 2 т. Из-за этого пришлось изменить пере­даточное отношение коробки передач с 2,41:1 на 2,57:1. В ос­тальном двигатель, трансмис­сия и ходовая часть остались такими же, как у М3 и М3А1.
Производство М3А3 фир­мой American Car and Foundry формально началось в сентяб­ре 1942-го. Но до конца года здесь собрали только несколь­ко машин. К массовому выпус­ку приступили лишь в январе 1943 года, а завершили его в сентябре. За это время завод­ские цехи покинули 3427 тан­ков М3А3. Причем изготавли­вался только вариант с бензи­новым мотором.
В армию США поступило сравнительно небольшое коли­чество танков М3А3, и исполь­зовались они в основном в учеб­ных целях. Уже в апреле 1943-го этот танк был признан «огра­ниченно стандартным» (limited standard) и производился в ос­новном для экспорта в рамках программы ленд-лиза, прежде всего, в Великобританию, где получил обозначение Stuart V.
М5 (Stuart VI)
После вступления США во Вторую мировую войну в про-

12 «Бронеколлекция» № 32003

значение М4 решили не задействовать, чтобы не было путаницы со средним тан­ком М4*). Первая серийная машина по­кинула цехи завода в Детройте в конце

^Стремление американцев избежать путаницы весьма похвально, тем более, что в системе обозначений вооружения и боевой техники она была такая, что порой непонятно, как в ней разбирались сами американские военные. Каждый стандартизи­рованным образец получал индекс М и порядковый номер. Причем для каждого типа или класса вооружения использовались свои порядковые номера, начиная с единицы. Поэтому обозначение М3 или М3А1, например, имели легкий танк, средний танк, разведывательный бронетранспортер, полугусеничный броне­транспортер, 75-мм танковая пушка, 90-мм танковая пушка, 75-мм гаубица, 37-мм противотанковая пушка, 11,43-мм пистолет-пулемет - и так почти до бесконечности.
марта 1942 года. В июле к производству танка присоединились завод фирмы Cadillac в Калифорнии и концерн Massey Harris в штате Висконсин, специализиро­вавшийся ранее на производстве тягачей. До декабря 1942 года было изготовлено 2074 танка М5.
М5А1 (Stuart VI)
В ноябре 1942 года на М5 установили башню от М3А3 и получили последнюю модификацию этого семейства легких танков. В отличие от М5, на этой модели фальшборты входили уже в стандартную
Легкий танк М5А 1 раннего выпуска. НИБТПолигон, Кубинка, 1946 год

комплектацию. В днище корпуса появил­ся запасной люк, а в башне — дополни­тельный прибор наблюдения. Командир танка получил в свое распоряжение вто­рой механизм поворота, а также возмож­ность управлять вращением башни не­зависимо от наводчика. Характерной деталью М5А1 поздних выпусков стали броневое прикрытие зенитно-пулемет-ной установки и объемистый ящик для снаряжения на корме корпуса. Кроме того, в ходовой части стали применяться штампованные опорные катки.
М5А1 производились фирмами Cadillac и American Car and Foundry (по­следняя с сентября 1943 года); к июню 1944 года было выпущено 6810 танков. В итоге модификация М5А1 стала самой массовой.
М7
Уже на момент создания легкого танка М3 американские военные сознавали, что эта машина, базировавшаяся на конструкциях середины 1930-х годов, имела крайне ограниченные возможности по модернизации. Поэтому уже в конце 1940 года, когда полным ходом шла подготовка к серийному производству М3, в США начались проектные работы над новым легким танком. В январе 1941-го Военный департамент выдвинул тактико-технические требования к этой машине: масса около 14 т, 37-мм пушка и бронезащита до 38 мм. Эти параметры мало чем отличались от таковых у М3,





и поначалу все эксперименты кон­структоров сосредоточились на вы­боре моторно-трансмиссионной ус­тановки и вариантах изготовления корпуса и башни. Rock Island Arsenal изготовил четыре прототипа.
Первый — Т7Е1 —имел полностью клепаную конструкцию, от которой от­казались уже на следующем опытном образце. Танк Т7Е2 получил литые кор­пус и башню; на нем установили 9-ци­линдровый звездообразный двигатель Wright R-975 мощностью 340 л.с. Кор­пус и башня Т7Е3 выполнялись сварны­ми, а силовая установка состояла из двух дизельных двигателей Hercules. Наконец, Т7Е4 оснащался автоматичес­кой трансмиссией фирмы Hydra-Matic и двумя бензиновыми моторами Cadillac. В декабре 1941 года после всесторон­них сравнительных испытаний прототи­пов было решено остановиться на ва­рианте Т7Е2. Правда, к этому времени военные откорректировали свои требо­вания к вооружению — теперь танк дол­жен был вооружаться английской 6-фун­товой (57-мм) пушкой.
Вступление США во Вторую мировую войну и первый, даже ограниченный бо­евой опыт вызвал новые коррективы: установку 75-мм пушки и увеличение толщины брони до 63 мм. Боевая масса изготовленного по этим требованиям танка достигла 25 т. В результате его переклассифицировали из легкого в средний и стандартизировали под назва­нием Medium Tank M7.
Средний танк М7 в экспозиции музея на Абердинском полигоне в США
В августе 1942 года компания Harvester Co. получила заказ на 3000 танков М7. Однако к этому времени у военных возникли большие сомнения в целесообразности предпринимаемо­го шага. Дело в том, что начиная с фев­раля 1942-го сразу на 10 заводах США развертывалось массовое производ­ство среднего танка М4 «Шерман», пе­ред которым средний, а скорее, «полу­средний» М7, не имел никаких преиму­ществ. Кроме того, добавились и тех­нические проблемы — испытания в Форт-Ноксе выявили недостаточную мощность силовой установки, отрица­тельно сказывавшуюся на динамичес­ких характеристиках танка. Предложе­ние же установить на М7 двигатель Ford GAA мощностью 500 л.с. влекло за собой значительные изменения в конструкции корпуса, да и не имело большого смысла. Еще один средний танк американской армии был не ну­жен, заказ аннулировали, все работы по М7 прекратили.

M 8
В конце 1941 года командование тан­ковых войск сформулировало техтребо-вания к самоходной 75-мм гаубице для огневого сопровождения механизиро­ванных частей. Надо сказать, что не­сколько ранее работы в этом направле­нии уже начали проводить артиллерис­ты — в 1939 — 1940 годах на шасси бое­вой машины М1 была изготовлена са­моходная гаубица (Howitzer Motor Carriage) T3. В качестве основного во­оружения самоходки использовалась ка­чающаяся часть легкой полевой гауби­цы М1А1. Ее установили в лобовом лис­те подбашенной коробки; на крыше по­следней, ближе к левому борту, смонтировали башенку с 7,62-мм пулеметом Browning. В целом по компоновке Т3 напоминала средний танк М3. Но танкистов эта машина никак не устраивала — им нужна была самоходка на шасси серийного танка «Стюарт».
Ею стала САУ Т18, конструктивно поч­ти аналогичная Т3. Она не имела пу­леметной башенки, а 75-мм пушка устанавливалась в спонсоне правого борта, что допускало ограниченное на­ведение по горизонту. К маю 1942 года фирма Firestone Tire and Rubber Company изготовила два опытных об­разца, испытания которых закончились неудачно. Окончательно от этого проек­та отказались после установки 75-мм гаубицы М1А1 на полугусеничный бро­нетранспортер М3, который оказался более подходящей базой для этого ору­дия.
Следующие образцы 75-мм самохо­док создавались уже на базе легкого танка М5. В начале 1942 года изгото­вили два прототипа — Т41 и Т47. Пер­вый представлял собой 75-мм гауби­цу, установленную в открытом сверху корпусе М5. На втором 75-мм гаубица м2 была смонтирована во вращаю­щейся башне. Последняя не имела крыши и по размерам превосходила танковую, что потребовало увеличе­ния диаметра башенного погона на 203 мм. Орудие размещалось в маск-установке М34, заимствованной от танка «Шерман». Из-за больших раз­меров башни люки механика-водите­ля и его помощника перенесли с кры­ши корпуса на наклонный лобовой лист, ликвидировав при этом установ­ку курсового пулемета. В башне раз­мещались наводчик и заряжающий. В кормовой ее части на турели был установлен 12,7-мм пулемет Browning М2НВ. Боекомплект САУ состоял из 46 артвыстрелов раздельного заряжания с осколочно-фугасными, кумулятивны­ми и дымовыми снарядами. Угол вер­тикального наведения гаубицы М2— от — 20° до +40°. Дальность выстре­ла— 8687 м. Боевая масса машины составляла 15,694 т. Силовая установ­ка, трансмиссия и ходовая часть были взяты от танка М5 без каких-либо из­менений. Максимальная скорость до­стигала 58 км/ч, запас хода — 161 км. Испытания Т47 прошли в начале 1942







ЭКСПЛУАТАЦИЯ И БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ Северная Африка 1941 — 1943

Свое боевое крещение М3 получили не под американским, а под английским флагом. Поражение войск Его Величе­ства на Европейском континенте и поте­ря ими почти двух третей своих танков заставили британцев обратиться за по­мощью к заокеанскому союзнику. Быст­ро восполнить потери за счет собствен­ного производства у англичан не было возможности.
В конце июня 1940 года Англия для решения этого вопроса направила в США специальную миссию. Первона­чально планировалось развернуть про­изводство английских танков на амери­канских заводах, однако такой вариант не вызвал у американцев никакого энту­зиазма. Речь могла идти только о закуп­ках американских боевых машин. Этому способствовало принятие 11 марта 1941 года закона о ленд-лизе, действие кото­рого в тот же день распространили на Великобританию.
Англичан, в первую очередь, интере­совали средние танки, но их серийное производство еще не было развернуто, поэтому единственным танком, который они реально могли получить, стал легкий М3. Причем англичане соглашались даже на поставку М2А4 — был согласован за­каз на 100 таких машин. Но поскольку их производство свертывалось в пользу М3, британская армия получила для испыта­ний всего четыре единицы. Что же каса­ется М3, то из 538 танков этого типа, из­готовленных в апреле, мае и июне 1941 года, 280 отправили в Северную Африку, где английская «армия пустыни» ощуща­ла острую нехватку боевой техники.
Следует отметить, что все американ­ские танки оснащались английскими ра­диостанциями, ящиками для ЗИП и сна­ряжения английского образца, дымовы­ми гранатометами. Танки, воевавшие в Северной Африке, кроме того, оборудо­вались крыльями специальной формы, уменьшавшими облако песчаной пыли, которое поднимали гусеницы. Естествен­но, совершенно иными, чем в армии США, были их окраска и маркировка.
Первые «стюарты» получил в июле 1941 года 8-й Королевский Ирландский гусарский полк (8th Kings Royal Irish Hussars). К ноябрю американскими тан­ками вооружили уже все три полка 4-й танковой бригады.
18 ноября 1941 года в 8 км от Габр Салеха 8-й гусарский и 5-й королевский танковый (5th RTR) полки этой бригады столкнулись с 5-м немецким танковым полком. В результате англичане потеря­ли 11, немцы — 7 танков (по другим дан­ным, 23 и 8). В декабре бригаду вывели в тыл и можно было подвести некоторые итоги. Выяснилось, что за два месяца интенсивных боевых действий из 166 «стюартов» 4-й танковой бригады по тех­ническим причинам вышли из строя только 12 машин! Англичане, постоянно мучавшиеся со своими капризными тан­ками, были в восторге. Английские тан­кисты дали «Стюарту» кличку «Honey». На русский это слово переводится как «милый», причем по отношению к муж­чине. Но, скорее всего, для перевода прозвища столь полюбившегося британ­ским танкистам танка больше подойдет по-солдатски грубоватое — «миляга».
В последующие месяцы число «стю­артов» в 8-й английской армии, воевав­шей в Северной Африке, продолжало увеличиваться. Однако организация пол­ков претерпела изменения. С весны 1942 года в Африку начали поступать сред­ние американские танки «Генерал Грант». Эти машины, вооруженные 75-мм пушками, англичане старались распре­делить по всем полкам, поэтому их струк­тура стала смешанной. «Стюарты» со­хранились не более чем в одном эс­кадроне из трех. В конце мая, накануне сражения у Эль-Газалы они имелись в полках 1-й танковой (75 «грантов», 70 «стюартов» и 5 «крусейдеров») и 4-й тан­ковой (72 «гранта» и 72 «стюарта») бри­гад. С учетом штабных подразделений в английских войсках первой линии на 26 мая 1942 года насчитывалось 149 «стю­артов». Кроме того, не менее 70 машин этого типа находилось в резерве.
Сражение у Эль-Газалы завершилось сокрушительным поражением англичан. В самом начале битвы был разгромлен и уже упоминавшийся 8-й гусарский полк. 4-я танковая бригада, в которую он вхо­дил, занимала позицию «Бленхейм» [1Названа так в честь победы британской армии над франко-баварскими войсками в Германии в 1704 году.]. В ожидании наступления итало-немецких войск англичане отрыли окопы и блин­дажи, оборудовали артиллерийские по­зиции. Орудия и танки разместили в клю­чевых пунктах, была организована сис­тема огневого взаимодействия. Однако на этих позициях находилось только бое­

вое охранение, большая часть личного состава бригады располагалась в шес­ти милях севернее «Бленхейма». Пла­нировалось, что солдаты займут позиции непосредственно перед началом наступ­ления противника.
Вечером 25 мая бригаду подняли по тревоге, но в течение ночи ничего не про­изошло. К 7.30 в штабе 7-й танковой ди­визии стало известно, что силы против­ника находятся в 25 милях юго-западнее. В 8.45 командир дивизии генерал Мессер-ви приказал 4-й танковой бригаде занять свои позиции, но часовая задержка с при­нятием решения оказалась роковой.
Первым выступили «стюарты» эскадро­на «С» 8-го гусарского полка под коман­дованием майора Джона Хэккета. Осталь­ные эскадроны полка были укомплектова­ны танками «Грант», и «стюарты» быстро опередили их. Но едва эскадрон «С» тро­нулся с места, как по радио поступило сообщение, что немцы уже миновали «Бленхейм». Хэккет совершил грубую ошибку и продолжил движение. В 9.07, поднявшись на небольшой холм, он уви­дел огромное облако пыли и оба танковых полка Германского Африканского корпуса. Майор доложил командованию, что ведет бой, и приказал своим танкистам удержи­вать противника, пока «гранты» не прогре­ют моторы и не выстроятся в боевой по­рядок. Но было уже поздно. В считанные минуты танк Хэккета и еще несколько «стюартов» были подбиты, а остатки эс­кадрона поспешно отошли. 8-й танковый полк 15-й немецкой танковой дивизии смял фланг Ирландских гусар и расстре­лял большую часть «грантов» прежде, чем они смогли сдвинуться с места. 8-й гусар­ский полк перестал существовать как бое­способная войсковая часть.
После сражения у Эль-Газалы англи­чанам стало ясно, что «стюарты» спо­собны эффективно бороться лишь с лег­кими немецкими танками Pz.ll и с италь­янскими боевыми машинами. К началу сражения под Эль-Аламейном 23 октяб­ря 1942 года 4-ю танковую бригаду пре­образовали в 4-ю легкую танковую бри­гаду. В ее состав входили два полка: сводный 4/8-й гусарский (4th/8th
Hussars), сформированный из остатков этих двух полков, и 2-й Шотландский дра­гунский полк (Scots Greys). Первый был укомплектован исключительно «стюар­тами», во втором, как минимум, один эскадрон из трех имел на вооружении средние танки «Грант». Кроме 4-й бри­гады, «милягами» был оснащен один эскадрон в 1-м Королевском танковом полку (1st RTR) 22-й танковой бригады. Обе этих бригады входили в знаменитую 7-ю английскую танковую дивизию, но­сившую прозвище «Пустынные крысы» (Desert Rats). Выходит, что из почти 1000 танков 8-й английской армии, подготов­ленных к наступлению, «стюартов» на­считывалось не более 80 единиц. Еще немного танков этого типа имелось в разведывательных кавалерийских эскад­ронах 2-й новозеландской (29 машин) и 9-й австралийской (5) пехотных дивизий. Разумеется, столь небольшое количе­ство танков этого типа не оказало ника­кого влияния на ход сражения, закончив­шегося поражением войск Роммеля. Од­нако, когда 4 ноября англичане прорвали





фронт и ввели в прорыв свои танковые соединения, развернув их на северо-за­пад, чтобы отрезать немцам путь к отступ­лению по прибрежному шоссе, впереди шли быстроходные «стюарты» 4-й танко­вой бригады и 2-й новозеландской пехот­ной дивизии. Впрочем, из-за излишней осторожности и грубых ошибок, допущен­ных британским командованием, «Лис пустыни» (прозвище Роммеля) сумел ускользнуть из расставленного капкана.
8 ноября 1942 года началась опера­ция «Торч» (Torch) — англо-американ­ские войска высадились в Марокко и Ал­жире. Таким образом, немецкие и италь­янские дивизии в Ливии и Тунисе ока­зались зажатыми с двух сторон. Одной из первых на Африканский континент была доставлена 1-я американская тан­ковая дивизия — мощное соединение, насчитывавшее 390 танков. Из них 158 были «стюарты» М3 и М3А1. Несколько позже в Африку прибыла 2-я танковая дивизия, на вооружении которой име­лись легкие танки М5. Последними были укомплектованы и несколько отдельных танковых батальонов.
Первый в ходе Второй мировой вой­ны танковый бой американцев с немца­ми состоялся 26 ноября 1942 года. На­кануне 1-й батальон подполковника Уотерса из 1-го американского танково­го полка, двигаясь на восток, вышел к немецкому аэродрому Джедейда, кото­рый прикрывала только батарея легких зениток. «Стюарты» обрушили град 37-мм снарядов на немецкие самолеты, стояв­шие на взлетной полосе. Аэродром пре­вратился в один гигантский костер.
На следующий день после успешной атаки аэродрома танки Уотерса столкну­лись с ротой 190-го немецкого танково­го батальона, двигавшейся по шоссе из

Матира в Тебурбу. В составе этого под­разделения имелись танки Pz.lVF2 и Pz.IIIJ. Сначала немцев обстреляли три полугусеничных бронетранспортера М3 с 75-мм гаубицами, не причинив им осо­бого вреда. Ответный огонь немецких танков заставил американцев поспешно отойти. Затем в атаку пошла рота «стю­артов», шесть из которых были подбиты в первые же мгновения боя. Но вторая рота, под прикрытием оливковой рощи, смогла обойти немцев и ударить им во фланг и тыл. С этих ракурсов огонь 37-мм пушек оказался более эффективным. Немцы потеряли шесть Pz.IV и один Pz.lll. Правда, повреждения боевых ма­шин свелись к перебитым гусеницам и

M3 (diesel) с «подковообразной» башней во время маневров в Калифорнии. 1942 год. В этот период на американских танках в качестве национальной эмблемы наносилась пятиконечная звезда желтого цвета

М3А1 из 3-го взвода роты «С» 1-го батальона 1-го танкового полка 1-й танковой дивизии армии США, подбитый в ходе сражения в проходе Кассерин Тунис, февраль 1943 года M3A 1 из 3-го взвода роты «С» 1-го батальона 1-го танкового полка 1-й танковой дивизии армии США, подбитый в ходе сражения в проходе Кассерин. Тунис, февраль 1943 года
пробитым жалюзи моторных отсеков. Основную броню немецких танков ни один американский снаряд пробить не смог.
В то время как англичане уже исполь­зовали «стюарты» только в разведыва­тельных подразделениях, причем сни­мая с части из них башни и переобору­дуя в вариант Stuart Recce, американцы продолжали сохранять эти машины в составе линейных танковых полков. Ска­зывалось отсутствие боевого опыта. Лишь после бойни в проходе Кассерин, которую им устроил Роммель в февра­ле 1943-го, они поняли, что надо что-то менять.
Нет смысла подробно описывать раз­гром, учиненный американцам боевыми группами 10-й и 21-й немецких танковых дивизий, а также «тиграми» 501-го тяже­лого танкового батальона. Достаточно сказать, что всю тяжесть удара приняла на себя 1-я американская танковая ди­визия. Легкие танки подполковника Уотерса вступили в бой первыми и были буквально стерты с лица земли. При по­падании немецкого 88-мм снаряда «Стю­арт» разрывало в клочья. За семь дней боев в проходе Кассерин американцы потеряли 183 танка всех типов, 194 бро­нетранспортера и 208 самоходных и по­левых орудий. Потери же немцев за этот период составили только 20 танков, 67 прочих боевых машин и 14 орудий. Остановить немецкое наступление смогли только совместные усилия едва ли не половины всех англо-американских войск в Тунисе. Однако, несмотря на яв­ный тактический успех, немцы уже были бессильны изменить ход событий. 13 мая 1943 года остатки немецких и итальянских войск в Тунисе капитулиро­вали.



Компоновка боевого отделе­ния легкого танка М3А3:
— налобник перископа М4;
— пульт управления гиро­скопическим стабилизатором пушки; 3 — буссоль; 4 —кобу­ра с сигнальным пистолетом; 5 — спуск пушки; б — ручка управления механизмом пово­рота башни; 7— сумка с пу­леметным магазином; 8— укладка сигнальных ракет; 9
— перископ Мб; 10 — прицел пушки; 11 — пульт управ­ления ТПУ и радиостанцией;
— спаренный пулемет;
— футляр с биноклем;
— замок пушки; 15 — ук­ладка на 8 артвыстрелов; 16
— ограждение пушки





Острова Тихого океана и Юго-Восточная Азия 1941 — 1945

Боевое крещение в составе американ­ской армии «стюарты» получили на Фи­липпинах в декабре 1941-го. Еще до на­чала войны с Японией американское ко­мандование приняло решение усилить свои войска на островах, являвшихся подмандатной территорией США. 26 ок­тября 1941 года в Манильском порту раз­грузился 194-й отдельный танковый ба­тальон, а месяцем позже — 192-й. Обе части были вооружены танками М3 (по 54 машины в каждой) и полугусеничны­ми бронетранспортерами. Перед самым началом боевых действий батальоны объединили в Сводную танковую группу под командованием полковника Вивера. Через несколько дней после японской атаки на Пёрл-Харбор на Гаваи был от­правлен 193-й отдельный танковый ба­тальон, также вооруженный танками М3.
22 декабря пять танков М3 из 192-го аме­риканского танкового батальона столкну­лись в филиппинских джунглях с группой японских танков «Ха-Го». Результат был плачевным — американцы потеряли четы­ре машины. В последующем Сводная груп­па прикрывала отход разбитых американ­ских войск на полуостров Батаан, а затем участвовала в его четырехмесячной обо­роне. После капитуляции американских войск все находившиеся на Филиппинах исправные «стюарты» были захвачены японцами и использовались ими при веде­нии боевых действий. Любопытная деталь: невозможно тесные для американцев и анг­личан эти машины для японских танкис­тов оказались даже слишком просторны­ми. В феврале 1945 года «пленные» танки вновь вернулись к американцам.
В следующий раз на Тихоокеанском ТВД «стюарты» пошли в бой в июне 1942-го. В высадке на занятый японцами остров Гуадалканал и в дальнейших тяжелых боях по его освобождению принимали участие танки М2А4 и М3 1 -го танкового баталь­она Корпуса морской пехоты США. Лег­кие М3 поддерживали американские и ав­стралийские части во время боев на Но­вой Гвинее. В 1943 году М3 и М3А1 штур­мовали крупный японский опорный пункт Рабаул, вместе с подразделениями 27-й пехотной дивизии высаживались на Тара-ву. Несмотря на то, что в танковых баталь­онах морской пехоты имелось уже дос­таточное количество куда более мощных средних танков «Шерман», «стюарты» продолжали успешно использоваться аме­риканскими войсками на этом театре. При­чин тут несколько. Во-первых, по своим ха-
Выгрузка танков (на снимке — М2А 4) на о. Гуадалканал. Июнь 1942 года. Бои на этом острове были единственными, в которых приняли участие легкие танки
М2А4 рактеристикам «стюарты» практически не уступали японским танкам, включая даже средний «Чи-ха», и могли свободно бо­роться с ними, а во-вторых, они превосхо­дили «шерманы» по маневренности в ус­ловиях джунглей. Кроме того, на десант­ные катера «стюартов» помещалось боль­ше, чем «шерманов», что тоже было не­маловажным фактором. Следует отме­тить, что, как и в случае с «шерманами», морская пехота предпочитала дизельные варианты танков М3 и М3А1.
Поскольку фугасное действие 37-мм снарядов было значительно меньше, чем 75-мм, морские пехотинцы переоборудо­вали часть легких танков в огнеметные. Первоначальный вариант установки огне­мета М1А1 вместо курсового пулемета не прижился. Американцам больше понра­вилось размещение канадского огнеме­та Ronson в башне вместо пушки. Огне­мет защищался круглой броневой маской. С ним был спарен 7,62-мм пулемет Browning. Переоборудованные таким об-

Морские пехотинцы позируют на фоне огнеметного танка M3 A1 Satan. 2-й танковый батальон морской пехоты, Сайпан, июнь 1944 года
разом М3 и М3А1 получили прозвище Satan («Сатана», «Дьявол»). В штат тан­ковых батальонов морской пехоты ввели роту огнеметных машин. Их применение оказалось весьма эффективным — там, где с японскими укреплениями не могли справиться даже пушки «шерманов», «дьяволы» просто выжигали японских солдат из бункеров. В результате к нача­лу высадки на о.Сайпан летом 1944 года почти все М3А1 Корпуса морской пехоты переоборудовали в огнеметные.
Что касается М5А1, то их боевой де­бют на Тихом океане состоялся в фев­рале 1944-го, при штурме атолла Квад-жлейн. 3атем они принимали участие в высадке на Сайпан, а последние бои провели в составе 44-го танкового баталь­она на островах Лейте и Лусон в конце 1944 — начале 1945 года. При этом часть из них также была переделана в огнеметные. В штурме сильно укреплен­ных японских островов так называемого «внутреннего периметра» — Иводзимы и Окинавы — в 1945 году легкие танки уча­стия уже не принимали.
В Юго-Восточной Азии первыми при­менили «стюарты» англичане. На по­мощь британским войскам в Малайе из Египта была отправлена 7-я танковая бригада, один из полков которой — 7-й гусарский — был укомплектован танками Stuart I. Пока бригада была в пути, Син­гапур пал, остатки британских войск от­ступили в Бирму. Поэтому «стюарты»

«Стюарты» М3А3 1-й китайской свод­ной танковой группы. Бирма, январь
1945 года

выгрузили в Рангуне. Бои в Бирме закон­чились поражением англичан, им при­шлось снова отступать, теперь уже в Индию. В мае 1942 года через пригра­ничную реку Чиндуин удалось перепра­вить только один танк, остальные экипа­жам пришлось взорвать или сжечь.
В дальнейших боях с японцами в Бир­ме в 1944 — 1945 годах принимал учас­тие 7-й полк индийской легкой кавале­рии, на вооружении которого состояли танки Stuart III. Эти боевые машины экс­плуатировались в индийской армии вплоть до 1950 года.
Танками Stuart V была оснащена часть подразделений 1-й сводной танко­вой группы Китайской национальной ар­мии (под командованием Чан Кайши), воевавшей в Бирме в 1945 году. Китай­цам было передано 100 танков этого типа. Впоследствии они принимали уча­стие в гражданской войне в Китае.

Советско-германский фронт 1942—1943

После американской и английской ар­мий наибольшее количество танков «Стюарт» (модификаций М3 и М3А1) по­лучила Красная Армия. По программе ленд-лиза в СССР было поставлено 1232 боевые машины этого типа: 977 — в 1942 году и 255 —в 1943-м. Первые 46 «стюартов» прибыли в СССР в янва­ре 1942-го, а последние 16 — в апреле 1943-го. В советских документах тех лет невозможно встретить ни обозначений
М3 или М3А1, ни названия «Стюарт». В Красной Армии танк назывался М3 «лег­кий», или кратко М3л.
М3л поступали на вооружение баталь­онов легких танков в составе танковых бригад и отдельных танковых батальо­нов. Последние могли иметь как смешан­ный состав — из средних М3с и легких М3л, так и однородный.
Например, 6 сентября 1942 года в рас­поряжение командования Северной группы войск Закавказского фронта при­был 75-й отдельный танковый батальон в составе 30 танков М3л. С 7 по 22 сен­тября 1942 года, ведя бои в районе Киз­ляра во взаимодействии с 11-м гвардей­ским стрелковым корпусом, батальон уничтожил 18 танков, 28 противотанко­вых орудий, 34 миномета, 25 пулеметов, 11 орудий, 3 автомашины, до 1700 сол­дат и офицеров. За этот период 75 отб потерял 28 танков (из них 9 было эваку-





ировано), убитыми 33 и ранеными 36 человек.
Из 18 подбитых танков противника боль­шая часть пришлась на счет взвода лейте­нанта Павкина. 19 сентября 1942 года, про­водя разведку в районе города Малгобек, он обнаружил колонну из 16 немецких тан­ков. Организовав со своим взводом (три танка М3л) засаду, «лейтенант Павкин ата­ковал противника и, действуя смело и ре­шительно, уничтожил 11 машин. Потерь в личном составе и материальной части взвод лейтенанта Павкина не имел».
Следует отметить, что в 1942 году большинство танков М3л было сосредо­точено именно в частях и соединениях Северо-Кавказского, а затем Закавказ­ского фронта. На 1 ноября 1942 года, по­мимо уже упомянутого 75 отб, танки М3л имелись в 249 отб (30 единиц), в 15-й (16) и 140-й(16) танковых бригадах. Воевала на этих машинах и 5 гв.тбр.
Легкий танк М3А1 на НИБТПолигоне в Кубинке. 1946 год

На Западном фронте в составе 31-й армии, которая в августе 1942 года вела позиционные бои на Сычевском направ­лении, действовали 92 тбр (М3с — 30, М3л — 20) и 101 тбр (М3с — 30, М3л — 20). 61-й армии была придана 192-я танковая бригада (на 10 августа 1942 года в ее составе имелось пять KB, во­семь «матильд», шесть «валентайнов», 14 М3с, 31 М3л). Во время проведения Ржевско-Вяземской операции в августе 1942 года 153 тбр 30-й армии имела в своем составе 51 танк: 24 М3 «средних» и 27 М3 «легких». Имелись «стюарты» и в составе других фронтов — Воронеж­ского и Северо-Западного.
М3л не пользовался особым успехом у наших танкистов. Несмотря на прекрас­ные динамические качества и неплохую бронезащиту, машина отличалась до­вольно большими габаритными размера­ми, затруднявшими ее маскировку, и была оснащена авиационным бензиновым дви­гателем, работавшим на дефицитном высокооктановом топливе. Кроме того, танк требовал регулярного и тщательно­го технического обслуживания, что было не в традициях наших зампотехов. При­чины же довольно высоких потерь танков М3л кроются не столько в их конструктив­ных недостатках, сколько в неграмотном тактическом применении танковых частей и подразделений, характерном для Крас­ной Армии в этот период. Последнее об-





Легкий танк М3 А1 ранних выпусков (возможно, М3 Stuart Hybrid) из 258-го отдельного танкового батальона перед переправой. Закавказский фронт,
август 1942 года

стоятельство можно проиллюстрировать следующими примерами.
В июле 1942 года 61-я армия Запад­ного фронта проводила Волховскую на­ступательную операцию, конечной зада­чей которой было освобождение г. Вол­хов Орловской обл. В числе танковых соединений, участвовавших в этой опе­рации, находилась и 192-я танковая бри­гада (14 М3с, 31 М3л, 2 «матильды»). О ее действиях можно почерпнуть све­дения из соответствующего отчета [2Жарков П.М. Наступательная операция войск 61-й армии Западного фронта в июле 1942 г. — М., Издание академии им.Фрунзе, 1956.
Экипажи 258 отб ведут огонь по самолетам. Любопытный момент — на танкистах шлемы американского образца, а в качестве личного оружия используются пистолеты-пулеметы «Томпсон»].
«5 июля в 5 ч 50 мин после авиацион­ной и артиллерийской подготовки 149 сд во взаимодействии со 192 тбр перешли в наступление.
К 6 ч 40 мин танковые подразделения овладели пунктами Кабала и Близново. Пехота, попав под сильный фланговый огонь противника, отстала и двигалась за танками очень медленно. Это выну­дило танковые подразделения несколько раз возвращаться к пехоте, что привело к дополнительным потерям танков.
Командир 192 тбр полковник Петров с целью развития успеха ввел в бой свой резерв (легкие танки), но и на этот раз противника, и последние вынуждены
были вступать в единоборство с подо-
шедшими к этому времени танками и
противотанковой артиллерией противника.
В создавшейся обстановке, когда пехота
отстала от танков, было целесообразно
ввести в бой мотострелковый батальон,
находившийся в резерве командира
бригады. Однако этого не было сделано, и
танки оказались в тяжелом положении. К
тому же, авиация вместо помощи нашим
наземным войскам, потеряв
ориентировку, несмотря на опозна­вательные знаки на танках, нанесла удар по подразделениям 192-й бригады, за­нимавшим Близново. В результате чего было выведено из строя 6 танков.
В это же время 68 тбр (11 KB, 6 Т-34, 15 Т-60), приданная соседней 342 сд, при выходе в атаку приняла танки .192 тбр, возвращавшиеся к своей пехоте из Близ­ново, за противника и обстреливала их в течение 30 мин, вследствие чего было повреждено несколько танков.
К исходу дня 5 июля 192 тбр, понес­шая большие потери (она потеряла от огня противника, на его минах, а также от бомбежки нашей авиацией и обстре­ла 68 тбр 40 танков из имевшихся на ее вооружении 47), была выведена из боя и отошла на исходные позиции».
В начале 1943 года «стюарты» прини­мали участие в Новороссийской десант­ной операции, причем высаживались в первом эшелоне.

Башня одного из «стюартов» 563-го от­дельного танкового батальона экспони­руется ныне в Новороссийске
Как известно, в ночь на 4 февраля под Новороссийском осуществлялась высад­ка двух десантов: основного — в районе п. Южная Озерейка и отвлекающего — у п. Мысхако. Для основного десанта привлекались крупные силы: две брига­ды морской пехоты, стрелковая бригада, 563-й отдельный танковый батальон и подразделения усиления.
563 отб был сформирован в начале лета 1942 года в Сумгаитском танковом лагере. В боевой состав Закавказского фронта он вошел 31 августа и принимал участие в боевых действиях в районе Моздока и Нальчика. В декабре баталь­он перебросили в Геленджик и укомплек­товали однотипной материальной час­тью — 30 легкими танками М3А1. В тече­ние января танкисты проходили усилен­ную подготовку к десантной операции.
3 февраля танки погрузили на десант­ные суда — несамоходные баржи-болин-деры, имевшие откидные сходни. На каж­дом разместилось по 10 танков и 2 авто­машины ГАЗ, а также по 300 — 350 мор­ских пехотинцев.
Из-за просчетов при подготовке опера­ции авиация и корабли Черноморского флота нанесли удар по берегу за полтора часа до подхода десанта, причем вслепую, без корректировки стрельбы. В результате огневые средства противника оказались неподавленными, и болиндеры встретил шквальный артиллерийско-минометный огонь. С двух болиндеров, подошедших к берегу первыми, удалось выгрузить толь­ко 7 танков, вслед за этим баржи были раз­биты снарядами и загорелись. Вспыхнули и танки, находившиеся на них. Третий бо-линдер был брошен буксиром и остановил­ся в 30 — 40 м от берега. Разгрузка боевых машин началась прямо в воду. В итоге, до суши добралось только 5 танков, осталь­ные пришлось взорвать. Высадившиеся танки в течение трех дней, как могли, под­держивали подразделения 140-го и 142-го батальонов 255-й бригады морской пехо­ты в бою с превосходящими силами про­тивника. При этом никаких подкреплений ни с моря, ни с воздуха не поступало, по­скольку командование пришло к выводу, что операция закончилась неудачей. Израс­ходовав топливо и боеприпасы, экипажи взорвали свои танки и вместе с моряками стали пробиваться к плацдарму у Мысха­ко, захваченному вспомогательным десан­том. В ходе высадки и боев в районе Юж­ной Озерейки 563 отб потерял все танки, погиб и весь личный состав батальона.
Совершенно очевидно, что в приведен­ных эпизодах типаж материальной части не имел никакого значения. Если бы вмес­то «стюартов» в 192 тбр и 563 отб имелись бы, скажем, танки Т-34 или KB, то, по мне­нию автора, при подобной организации боя результат оказался бы столь же плачевным.
С мая 1943 года по инициативе совет­ской стороны поставки танков «Стюарт» прекратили. Тем не менее, в ряде тан­ковых частей их продолжали использо­вать на советско-германском фронте в 1943, 1944 и даже в 1945 годах. Так, на­пример, по состоянию на 25 марта 1945 года в составе 1 -й конно-механизирован-ной группы 2-го Украинского фронта име­лось 20 танков М3л.





Италия и Северо-Западная Европа 1943 — 1945

Приобретенный в Африке боевой опыт не пропал для американцев даром. К высадке в Сицилии в июле 1943-го они изменили организацию своих танковых дивизий. От легких и средних батальо­нов отказались, их структура стала сме-шаной и включала в себя роту легких танков и три роты средних. В результате число «стюартов» в линейных батальо­нах американской танковой дивизии со­кратилось со 126 до 51. Кроме того, эти машины использовались в штабных под­разделениях в батальонах истребителей танков и в бронекавалерийских разведы­вательных эскадронах танковых диви­зий.
К моменту высадки в Нормандии в армии США в основном использовались «стюарты» модификации М5А1. Им при­шлось нелегко в живых изгородях Нор­мандии. Даже будучи оснащенными спе­циальными устройствами для их преодо­ления, легкие танки часто застревали — не хватало мощности — и становились легкой добычей немецкой противотанко­вой артиллерии. Более тонкая, чем у средних танков, броня делала их особен­но уязвимыми для огня фаустпатронов. В боях лета 1944 года потери в ротах легких танков были столь высоки, что штаб 12-й армейской группы генерала О.Брэдли потребовал изъять все М5А1 из боевых подразделений и заменить их новыми легкими танками М24. Однако это предложение было отвергнуто ко­мандованием, отчасти из-за того, что танков М24 еще просто не имелось в достаточном количестве, а отчасти из-за того, что базы снабжения в Англии были забиты новенькими М5А1. К августу 1944-го в американских войсках в Севе­ро-Западной Европе насчитывалось свыше 1000 «стюартов». Осенью их по­тери несколько снизились, главным об­разом, по причине ограниченности ис­пользования — командиры старались не пускать в бой легкие танки там, где они могли столкнуться с серьезным против­ником.
В отличие от американцев, англича­не помимо М5А1 применяли в боях на Европейском континенте машины моди­фикации М3А3 и даже М3А1. В основ­ном они были сосредоточены в разведы­вательных и штабных подразделениях. Так, в составе штабного эскадрона каж­дого танкового полка британской танко­вой дивизии имелся взвод «стюартов», а в составе разведывательного полка — рота. Со значительного числа танков этого типа демонтировали башни, пос­ле чего машины переделывали в разве­дывательные Stuart Recce, вооружая их крупнокалиберным пулеметом Browning М2НВ. Причем этот вариант на заверша­ющем этапе войны в Европе был в анг­лийских частях наиболее популярным. Безбашенные «стюарты» использова­лись в качестве бронетранспортеров, командирских машин и артиллерийских тягачей. По некоторым данным, послед­ние состояли на вооружении британ­ской армии до середины 1950-х годов.
«Стюарты» модификаций М3А3 и М5А1 входили в состав обоих польских корпусов, воевавших на Западе. Польские танковые части, как, впрочем, и французские, бельгий­ские, канадские и чехословацкие, имели организацию, аналогичную британской. 1-я польская танковая дивизия генера­ла Ст. Мачека, сформированная в Анг­лии в 1943 году, получила первые «стюарты» в конце 1943-го. Это были машины ранних модифика­ций и использовались для обуче­ния личного состава. Накануне высадки в Нормандии все подраз­деления дивизии, в которых полагалось иметь легкие танки, получили машины М5А1 Stuart VI. «Стюарты» 1-й дивизии воевали во Франции, Бельгии, Голлан-



дии и Германии. В ходе боевых действий поляки потеряли 24 машины этого типа.
Во 2-м польском корпусе, воевавшем на территории Италии, состояли на во­оружении «стюарты» модификации М3А3. Они находились не только в соответству­ющих подразделениях танковых частей 2-й танковой дивизии, но и в составе полков самоходной противотанковой ар­тиллерии, а также в уланских (бронеав-томобильных) полках 3-й дивизии Кар­патских стрелков и 5-й пехотной дивизии.
В 1944 году в Великобритании была сформирована 1-я чехословацкая от­дельная танковая бригада, на вооруже­нии которой, помимо английских боевых машин, имелось и около 30 танков М5А1. В 1945 году бригада принимала участие в боях с немецкими войсками в составе 22-го американского армейского корпу­са. В первой половине мая чехословац­кие танкисты вышли в район г. Пльзень, а 30 мая на своих «кромвелях» и «стю­артах» продефилировали по улицам Праги. Бронетанковая техника западно­го производства находилась на вооруже­нии чехословацкой армии до середины 1950-х годов. Что касается «стюартов», то в конце 1940-х годов они, в частно­сти, использовались при ликвидации бандеровцев на территории Восточной Словакии.
Летом 1944 года англичане передали 56 танков М3А3 Народно-освободитель­ной армии Югославии (НОАЮ). Эти тан­ки вошли в 1-ю танковую бригаду НОАЮ, сформированную в Италии. В ноябре 1944-го бригада была высажена на по­бережье Далмации. После захвата юго­славскими партизанами немецкого арсена­ла в Шибенике часть машин переоборудо­вали в САУ, демонтировав башни. Одну батарею вооружили немецкими 75-мм противотанковыми пушками Рак 40, а другую — счетверенными немецкими 20-мм зенитками Flak 38.
Танковые части «Сражающейся Фран-
ции» получили 651 «Стюарт». Эти маши-
ны поступили на вооружение всех четы-
рех французских танковых дивизий,
сформированных к лету 1944 года. 31
июля в Нормандии начала высаживать-
ся 2-я французская танковая дивизия
под командованием генерала Лекперка.
Оснащенная материальной частью
американского
производства, она
насчитывала 165 средних
танков «Шерман», 95
легких М3А3 и М5А1
«Стюарт», 33 САУ М8 и
много другой бро-
нетанковой техники. В
оперативном отношении
дивизия подчинялась
американскому ко-
мандованию и была до­ставлена в Нормандию отдельно от 1-й фран­цузской армии, выса­дившейся 15 августа в Марселе и Тулоне, глав­ным образом, по полити­ческим причинам:25 ав­густа 1944 года танки ге­нерала Леклерка первыми вступили в Париж.
Экипаж танка М5А1 3-й танковой дивизии ведет огонь по немецким снай­перам в окрестностях г.Дессау.
Германия, апрель 1945 года

Послевоенный период

После окончания Второй мировой вой­ны танки «Стюарт» недолго находились на вооружении армий США и Великобритании. В течение первых же послевоенных лет все они были списаны и отправлены на пере­плавку. В армиях же других стран «стюар­ты» прослужили значительно дольше.
Как уже упоминалось, танки модифи­кации М3А3 состояли на вооружении Китайской национальной армии. В ходе гражданской войны 1946 — 1949 годов они участвовали в боях против Народно-освободительной армии Китая (НОАК). При этом часть машин была захвачена войсками НОАК и применялась уже про­тив гоминьдановцев.
Некоторое количество танков «Стюарт» использовалось французскими войсками в Индокитае. Накануне Второй мировой войны территории современных Вьетна­ма, Лаоса и Камбоджи были французской колонией. Капитуляция Франции в Евро­пе и соблюдение ее войсками в Юго-Вос­точной Азии фактического нейтралитета привели к тому, что боев между японски­ми и французскими войсками не было. Все оставалось более или менее спокойно до 1945 года, когда японцы, наконец, разору­жили французский воинский контингент во Вьетнаме, а Камбоджу под шумок оккупи­ровали войска нейтрального Сиама (Таи­ланд). Из Лаоса японцев выбили китайцы, а из Вьетнама — американцы, не встре­тив при этом особого сопротивления — в 1945 году японцам было уже не до Индо­китая. После окончания войны в регионе образовался политический вакуум — ки­тайцы и американцы ушли, а у французов хватало проблем и у себя дома. Тем не менее, после того как к власти пришла Коммунистическая партия Вьетнама во главе с Хо Ши Мином, провозгласившая в 1945 году Демократическую Республику Вьетнам, французы отправили туда войс­ка. Весной 1946 года в Хайфоне и Сайго­не высадился Французский экспедицион­ный корпус под командованием генерала Леклерка. В его состав входила и 2-я тан­ковая дивизия, имевшая некоторое коли­чество легких танков М3А3 и М5А1, а так­же самоходных гаубиц М8. В условиях про-тивопартизанской войны танки использо­вались для сопровождения транспортных колонн и обороны блок-постов и опорных пунктов. Боевые действия велись до 1954 года, и на завершающем этапе практичес­ки все «стюарты» были заменены легки­ми танками М24.
Наибольшее же количество танков «Стюарт» в послевоенный период состо­яло на вооружении стран Латинской Аме­рики. Еще в ходе войны, начиная с 1941 года, в страны этого региона были по­ставлены 683 танка, в основном моди­фикаций М3 и М3А1. Значительная часть из них находилась на вооружении вплоть до 1970-х годов, а в армиях некоторых стран —до конца 1990-х. Так, например, по состоянию на 1996 год «стюарты» еще имелись в войсках Бразилии (150 М3А1), Колумбии (15 М3А1), Эквадора (45 М3), Парагвая (12 М3А1) и Уругвая (28 М3А1).
Правда, трудно сказать, сколько из них пребывает в боеготовом состоянии.
Любопытно отметить, что самая мас­штабная попытка продлить жизнь безна­дежно устаревшему танку времен Вто­рой мировой войны была предпринята в Бразилии.
В начале 1970-х годов компания Bernardini модернизировала два танка М3А1. После испытаний бразильская ар­мия выдала заказ на модернизацию 80 танков этого типа. Заказ был выполнен к 1978 году, а усовершенствованная маши­на получила обозначение Х1А. Внешний облик «Стюарта» и его характеристики претерпели существенные изменения. Прежними остались только нижняя часть корпуса, ведущие колеса, ленивцы и гу­сеницы. Верхняя была переделана с ис­пользованием брони фирмы Biselli. Те­лежки подвески заменили новыми, раз­работанными фирмой Novatracao. Уста­новили дизель Saab-Scania мощностью 280 л.с, в результате чего скорость воз­росла до 60 км/ч, а запас хода — до 450 км. Кардинальным образом было усиле­но вооружение. В совершенно новой баш­не установили 90-мм пушку DEFA D-92A 90F1 и спаренный 7,62-мм пулемет. На крыше башни мог размещаться зенитный пулемет такого же калибра. На ряде тан­ков сохранили и курсовой пулемет. На Х1А использовалась система управления огнем фирмы DF Vasconcelos. Боевая масса танка достигла 15 т. Экипаж состо­ял из четырех человек.





В 1977 — 1978 годах проходил испы­тания танк Х1А1, имевший удлиненный корпус. Вместо двух тележек подвески на борт установили три, а ленивец подня­ли с грунта. В остальном машина была идентична Х1А. Она успешно прошла испытания, но на вооружение не прини­малась. Годом позже бразильцы модер­низировали «стюарты» парагвайской армии. Их вооружение и бронирование остались без изменений, а двигатель и подвеска были заимствованы у Х1 А.
Учтя опыт проделанной работы, фир­ма Bemardini разработала танк Х1А2. В новой машине от «Стюарта» мало что осталось. Танк получил новые корпус, баш­ню и ходовую часть, в которой от амери­канской машины сохранилось разве что ведущее колесо. В сварной башне уста­новили 90-мм пушку Cockerill, спаренный и зенитный пулеметы Browning. Шестици­линдровый дизель Saab-Scania DS-11 мощностью 300 л.с. позволял 19-тонной машине развивать скорость до 55 км/ч. Запас хода — 600 км. Экипаж танка сокра­тился до трех человек. С 1979 по 1983 год было изготовлено 30 единиц Х1А2.
Модернизированные «стюарты» состо­яли на вооружении бразильской армии до конца 1990-х годов. После закупки в Гол­ландии основных боевых танков «Лео-пард-1» их сняли с вооружения. Ну а в Парагвае они эксплуатируются и поныне.

ОЦЕНКА МАШИНЫ

Легкий танк «Стюарт» в определен­ном смысле можно считать уникаль­ной боевой машиной. Это самый мас­совый легкий танк Второй мировой войны — выпущено 22 716 единиц. В ходе войны в его адрес высказывались самые противоречивые оценки. С од­ной стороны — весьма положительные от англичан, с другой — совсем нелест­ные от советских танкистов. Вот что, например, по поводу М3 написал в январе 1943-го в своем рапорте, на­правленном в штаб Закавказского фронта, командир 5 гв.тбр гвардии подполковник П.К.Шуренков: «Касаясь боевых качеств танков М3 легких, я должен сказать, что этот танк в боях себя не оправдал: тонкая его броня и слабая пушка не дают нужного эффек­та не только против тяжелых немец­ких танков, но и против средних. Тан­ки противника с более мощными пуш­ками бьют с дальних дистанций, кото­рые для пушки М3 легкого недоступ­ны. В результате этого танк М3 легкий терпит поражение, не причиняя ущер­ба противнику».
Следует подчеркнуть, что и та и дру­гая точки зрения были крайними, а ис­тина, как водится, находится где-то по­середине. Поскольку англичане были первыми, применившими «Стюарт» в бою, то с анализа их оценки и имеет смысл начать.
«Стюарт» понравился британским танкистам совсем не случайно. По во­оружению, бронированию и маневрен­ности легкая американская машина ни в чем не уступала британским «тяже­лым крейсерам» А9, А10 и А13. При этом техническая надежность «Стюар­та» была гораздо выше. На англий­ских крейсерских танках устанавлива­лись старые, отработавшие летный ресурс авиационные моторы, постоян­но выходившие из строя. Частыми были и поломки узлов ходовой части. На их фоне «стюарты» имели явное превосходство в эксплуатационных характеристиках. Однако эйфория быстро прошла — в сражении при Эль-Газале англичане убедились, что «миляги» могут эффективно бороться только с легкими немецкими танками. Поэтому в линейных танковых частях при Эль-Аламейне их было уже зна­чительно меньше. Зато эти машины как нельзя лучше подходили для раз­ведки и преследования отступающего противника. В дальнейшем они и ис­пользовались только для решения этих задач.
В Красной Армии ситуация была не­сколько иной, хотя и здесь «стюарты» были поставлены в первую линию тан­ковых частей. Однако полная их непри­годность для этой роли выявилась бы­стрее, поскольку у немцев и танков на Восточном фронте имелось значитель­но больше, чем в Африке, и противо­танковых средств тоже. Кроме того, со­вершенно другим был рельеф местно­сти и значительно меньше дальность прямого выстрела. Как следствие, воз­растала вероятность поражения этих

танков первым снарядом, а надеяться на высокие динамические характерис­тики «Стюарта» и возможность быст­рого выхода из-под обстрела было уже нельзя. Тем не менее, подполковник Шуренков, резко критикуя американ­скую машину, был не совсем прав. По комплексу основных оценочных пара­метров МЗ существенно превосходил основной советский легкий танк того периода — Т-70. Последний имел пе­ред американской машиной лишь два преимущества — меньшие размеры и пушку более крупного калибра. Против первого трудно что-либо возразить, а второе само по себе ничего не реша­ло, поскольку понятие «огневая мощь» складывается не только из характери­стик орудия, но и возможности эти ха­рактеристики реализовать. Совершен­но очевидно, что огневая мощь МЗ, а уж тем более МЗА1 с гидроприводом поворота башни и стабилизатором на­ведения, пушку которого обслуживали два человека, была выше, чем у Т-70, где находившийся в башне один член экипажа должен был и танком коман­довать, и орудие наводить, и заряжать его. Что же касается возможности по­ражать немецкие тяжелые и средние танки, то на это не был способен и
Т-70 — находясь при ведении боевых действий в одной линии с Т-34 и KB, он становился легкой и быстрой добычей противника.
Подытоживая сказанное, можно привести оценку «Стюарта», данную в 1945 году генерал-майором инженер­но-танковой службы доктором техни­ческих наук профессором Н.И.Грузде­вым в статье «Анализ развития зару­бежной танковой техники за годы вой­ны и перспективы дальнейшего совер­шенствования танков»:
«В 1940 — 1941 гг. США имели отра­ботанными два танка: МЗл и МЗс, или, как их классифицировали американ­цы,— кавалерийский танк и артилле­рийский танк. Если бы действительно требовался специально кавалерийский танк в смысле подвижности, то амери­канцы создали полноценный танк. Под­вижность танка МЗл и его работоспо­собность поистине изумительны. В рай­оне боевых действий как при движении по дорогам, так и по местности танк МЗл наиболее быстроходный из всех известных колесных и гусеничных ма­шин. Но так как танк должен гармони­чески сочетать броню, скорость и во­оружение, то в этом смысле танк МЗл является неполноценным. Пушка
37-мм калибра — основное вооруже­ние МЗл — несомненно, слабое воору­жение, и это основная причина, поче­му танк не мог продолжительное вре­мя продержаться на поле боя».
Абсолютно справедливая оценка, причем не только для «Стюарта», но и вообще для всех легких танков. Как известно, Вторая мировая война по­ставила крест на существовании этих боевых машин в их классическом виде. И неудивительно, что позже всех это поняли американцы, по этой при­чине и выпустив их больше других. С сильным противником их танковые части встретились только в Тунисе. Выводы из этого печального опыта они сделали, но не столь кардинальные, как в Германии, СССР и Великобрита­нии, и производство этих боевых ма­шин не прекратили. Более того, нача­ли разработку нового легкого танка М24, который будучи сильнее «Стюар­та» на порядок, точно так же «не мог продолжительное время продержать­ся на поле боя». И уж полным абсур­дом можно считать создание в после­военные годы не специализированно­го (разведывательного, авиадесантно­го или плавающего), а обыкновенного линейного легкого танка — М41.




Легкий танк М5А1. 4-й танковый батальон морской пехоты США. Атолл Рой-Намюр, февраль 1944 года. Кожух на корме корпуса предназначен для отвода выхлопных газов при движении в полосе прибоя


















Индекс 73160




СОДЕРЖАНИЕ