<<

стр. 4
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

Героев столько на столь малом месте:
Всяк, кто привержен был к военной чести
И кто себя хотел прославить в мире,
Просился быть участником в турнире.
(Рассказ рыцаря.— С. 83)

7. В каких строках «Кентерберийских рассказов» запечатлено представление о благородстве как о принадлежности к знатно­му роду, запечатленной в семантике слова?
8. В каких рассказах представление о благородстве имеет иное наполнение?

Вы ж потеснитесь. Честь ему и место.
Хотя немногим он меня стройней,
Но не из нашего простого теста.
(Пролог к рассказу о сэре Топасе. — С. 205)
Жил-был на свете сэр Топас,
В турнирах и боях не раз
Участник самый славный.
(Рассказ о сэре Топасе. — С. 206)
Тит Ливий повествует, что когда-то
Жил в Риме рыцарь, знатный и богатый,
По имени Виргиний, у друзей
Любовь снискавший щедростью своей.
(Рассказ врача. — С. 247)
Какою было господу угодно
Меня создать, такой и остаюсь;
Прослыть же совершенной я не тщусь.
Что мне моим создателем дано,
То будет мною употреблено.
(Пролог к рассказу батской ткачихи. — С. 283) Пер. И. Кашкина, О. Румера— М., 1988.

IV. У. Шекспир. «Бесплодные усилия любви»
1. Как понимает славу ренессансный человек? Обратитесь к тексту вступительного монолога короля Фердинанда:
Пусть слава, за которой все стремятся,
В надгробных надписях живет,
Внося в нелепость смерти благовенье.
У времени, у ворона-прожоры
Усильем жизни можем честь купить,
Что острие косы его притупит
И нам в наследство вечность передаст.
А потому, воители, — зову так
Я вас затем, что боретесь с страстями
И с целым полчищем мирских желаний. — Акт I, сце­на 1. - С. 7.

2. Достаточно ли королю слова своих подданных или он стремится взять с них письменное обязательство? Что при та­ком подходе меняется в понимании чести?
Король Фердинанд:
Вы клятву дали, дайте же и подпись,
Чтоб собственной рукой осужден был,
Кто хоть в малейшем пункте погрешит.
Итак, когда готовность в вас видна,
Поставьте здесь свои вы имена. — Акт I, сцена 1.— С. 8.

3. В чем видит разницу между стремлением к славе и тщесла­вием французская принцесса?
4. Какие из ее представлений об истинном достоинстве про­тиворечат кодексу рыцарской чести?
5. С позицией каких персонажей «Кентерберийских расска­зов» Дж.Чосера соотносятся представления персонажей шекс­пировской пьесы?
Принцесса:
Так многие, не может быть сомненья,
Тщеславием ведутся к преступленью.
Желанье славы, суетных наград
Наполнят сердце так, что сам не рад.
И я пролью кровь бедного козла,
Ему нисколько не желая зла.

Бойе: Не то же ли желание, к тому же,
Негодных женщин заставляет мужа
Под башмаком держать?
Принцесса:
Желанье славы — славу и получит
Та, что покорным мужа быть приучит.
С. 48. Пер. Т. Щепкиной-Куперник,— М., 1995.

V. У. Шекспир. «Гамлет, принц Датский»
1. В «Гамлете» столкнутся представления о чести двух разных эпох.
· Мы узнаем о давнем поединке короля Дании Гам­лета с королем Норвегии Фортинбрасом, проведен­ном по законам чести.
· Каковы представления о чести принца Гамлета и принца Фортинбраса? Как они относятся друг к дру­гу? Становятся ли врагами из-за давнего конфликта отцов?
В бою осилил храбрый Гамлет наш,
Таким и слывший в просвещенном мире.
Противник пал. Имелся договор,
Скрепленный с соблюденьем правил чести,
Что вместе с жизнью должен Фортинбрас
Оставить победителю и земли,
В обмен на что и с нашей стороны
Пошли в залог обширные владенья,
И ими завладел бы Фортинбрас,
Возьми он верх. — Акт I, сцена 1.— С. 12.

2. Какого эффекта добивается Шекспир, вкладывая рассуж­дения о чести и долге в уста бесчестного, преступного персо­нажа?
На некоторый срок
Обязанность осиротевших близких
Блюсти печаль. Но утверждаться в ней
С закоренелым рвеньем — нечестиво.
Мужчины недостойна эта скорбь... — Акт I, сцена 2.— С. 17.

3. Средневековое отношение к чести требовало соблюдения обычаев предков. Как Гамлет относится к датским обычаям?
Гамлет:
Король не спит и пляшет до упаду,
И пьет, и бражничает до утра.
И чуть осилит новый кубок с рейнским,
Об этом сообщает гром литавр, Как о победе.
Горацио:
Это что ж — обычай? Гамлет:
К несчастью, да — обычай, и такой,
Который следовало бы скорее
Забыть, чем чтить. Такие кутежи,
Расславленные на восток и запад,
Покрыли нас стыдом в чужих краях.
Там наша кличка — пьяницы и свиньи.
И это отнимает, не шутя,
Какую-то существенную мелочь
У наших дел, достоинств и заслуг.
С. 29.
4. На словах и Лаэрт пытается порвать с общепринятыми ус­тоями, но делает ли это его человеком нового времени или он остается носителем средневекового понимания чести?
Лаэрт: Я рву все связи и топчу присягу,
И преданность и верность шлю к чертям.
Возмездьем не пугайте. Верьте слову:
Что тот, что этот свет — мне все равно.
Но, будь что будет, за отца родного
Я отомщу!
С. 118.
Лаэрт: В глубине души,
Где ненависти, собственно, и место,
Я вас прощу. Иное дело честь:
Тут свой закон, и я прощать не вправе,
Пока подобных споров знатоки
Не разберут, могу ли я мириться.
С. 153.
Пер. Б. Пастернака. — М.,1994.

VI. Дж. Мильтон. «Потерянный рай»
Особый интерес разговор о понимании доблести и чести приобретает в пространстве авторской эпической поэмы. В героическом эпосе обязательным требованием к чести и доблести воина было неуклонное служение своему роду и стремление его защитить. Может ли быть честной и доблестной с точки зрения эпической поэмы позиция Сатаны?
Сатана:
И проиграли бой. Что из того?
Не все погибло: сохранен запал
Неукротимой воли, наряду
С безмерной ненавистью, жаждой мстить
И мужеством — не уступать вовек.
А это ль не победа? Ведь у нас
Осталось то, чего не может Он
Ни яростью, ни силой отобрать —
Немеркнущая слава!
С.26.
Мы изгнаны с высот, побеждены,
Низвергнуты, насколько вообще
Возможно разгромить богоподобных
Сынов Небес; но дух, но разум наш
Не сломлены, а мощь вернется вновь,
Хоть славу нашу и былой восторг
Страданья поглотили навсегда.
С.27.
Пер. Арк. Штейнберга. — М., 1982.

VII. Р. Киплинг. «Последняя песня честного Томаса»
1. В чем заключается своеобразие понимания чести и славы персонажа произведения Р. Киплинга?
2. Сопоставима ли его точка зрения с каким-либо из знако­мых вам персонажей?
Что мне в пеших и конных графах твоих,
На что сдались мне твои сыны?
Они, чтобы славу завоевать,
Просить моего изволенья должны.
Я Славу разинутым ртом создаю,
Шлю проворный Позор до скончанья времен,
Чтобы клир на рынках ее возглашал,
Чтобы с псами рыскал по улицам он.

С. 388.
М., 1976.

Тема VI. Мотивация поединков и их жанровые воплощения (Сост. М. Альтман)

Тема прямо связана с предыдущей, с тем, как понималась честь и в каких случаях защитить честь можно было, вступив в поединок.
I. «Беовульф»
1. В героическом эпосе возможно единоборство человека с чудовищем.
2. В каких еще жанрах такой поединок возможен?
3. Что является побудительной причиной для такого едино­борства?
4. Может ли доблестный воин применить коварство или бес­честие в борьбе с чудовищем в героическом эпосе?
Ночью Грендель
вышел разведать, сильна ли стража
кольчужников датских возле чертога,
и там, в покоях, враг обнаружил
дружину, уснувшую после пиршества, —
не ждали спящие ужасной участи, —
тогда, не мешкая, грабитель грозный,
тать кровожорный похитил тридцать
мужей-воителей, и, с громким хохотом
и корчась мерзостно, вор в берлогу
сволок добычу, радуясь запаху
мяса и крови.
Но не успели даны опомниться:
ночь наступила, и враг ненасытный,
в грехе погрязший, опять набег
учинил убийственный.
...Так двенадцать зим
вождь достойный, друг Скильдингов,
скорби смертные и бесчестья терпел
и печали неисчисляемые. И слагались во время
по всей земле песни горестные,
но правдивые о том, как Грендель
войной на Хродгара год за годом
злосердный ходит, и нет предела
проклятой пагубе, не ищет враг
замиренья с данами, не прекращает
разбоя кровавого, цену крови
платить и не думает, мужа знатного
даже золотом у злодея не выкупить.
С.35-36.
Услышал весть
о победах Гренделя храбрец гаутский,
дружинник Хигелака — он был сильнейшим
среди могучих героев знатных,
статный и гордый;
и приказал он
корабль надежный готовить в плавание.
С. 38.
так и над Гренделем свершить я надеюсь
месть кровавую в единоборстве.
Доверь, владыка блистательных данов,
опора Скильдингов, щит народа, —
тебя заклинаю я,прибывший
с дальнего берега, — о друг воителей,
доверь пришельцам, мне с моею
верной дружиной, отряду храбрых
охрану Хеорота! К тому же, зная,
что это чудище, кичась могучестью,
меча не носит, я также — во славу
великого Хигелака, сородича нашего
и покровителя!— я без меча,
без щита широкого, на поединок
явлюсь без оружия:
враг на врага,
мы сойдемся и насмерть схватимся врукопашную, —
Небо укажет, Бог рассудит,
кому погибнуть!
С.50.

5. Как воспринимает героический эпос право на кровную месть за смерть чудовища со стороны его родственников?
· Воспринимается такой закон как праведный и честный или как дикий и бесчестный?
Но мать страшилища, тварь зломрачная,
решила кровью взыскать с виновных,
отомстить за сына:
явилась в Хеорот,
где войско датское дремало в зале,
и новые скорби и страхи прежние
сулила людям родитель Гренделя. ...Щитов достаточно
нашлось в чертоге, клинки засверкали
в руках у воинов. Тогда от дружины
она бежала, уйти поспешила,
жизнь упасая, но все же успела
похитить сонного — схватила ратника
и скрылась в топях. Она сгубила
любимца Хродгара, слугу вернейшего
из всех старейшин земель междуморских,
достойного мужа, храброго в битвах.
С. 89-90.

6. Как относится эпический герой к идее мести за смерть друга?
Беовульф молвил,
потомок Эггтеова:
«Мудрый, не стоит
печалиться! — должно мстить за друзей,
а не плакать бесплодно!
...Пойдем по следу,
и матерь Гренделя не сможет скрыться —
вот мое слово! — ни на пустоши,
ни в чащобе, ни в пучине,—
нет ей спасения! Ты же нынче
скорбящее сердце скрепи надеждой,
ибо я знаю твое желание!»
С.94-95.

6. Какую роль в организации поединка играло Слово?
7. Вспомните, что в кельтских сагах друиды поют злые пес­ни, распаляя сердце Фердиада перед боем с Кухулином.

Там за чашей медовой
седой боец, не забывший убитых
своих соратников, он, печальный,
глядя сумрачно на знакомый клинок,
станет сердце юного витязя
бередить да испытывать, разжигая в нем
пламя кровоотомщения:
«Узнаешь ли ты, друг,
меч прославленный, твоего отца
драгоценный клинок, послуживший ему
в том сражении, где он пал,
шлемоносец-воитель, в сече с данами,
где, разбив нашу рать,—
без отмщения погибшую,—
беспощадные Скильдинги одержали верх?
А теперь в этом зале
сын убийцы сидит,
той добычей кичащийся, окровавленным лезвием,
тем наследием, что по праву
тебе причитается!» И такими речами
распаляет он воина, подстрекает, покуда
за дела отца сын не поплатится,
не падет окровавленный под ударами лезвия.
С.125-126.

8. Поводом для вступления в открытое единоборство в геро­ическом эпосе могли служить богатства, которые герой стре­мился отвоевать для своего народа:
Клад незарытый
стал достоянием старого змея,
гада голого, гладкочешуйного,
что над горами парил во мраке
палящим облаком, ужас вселяя
в людские души, — ему предначертано
стеречь языческих могильников золото,
хотя и нет ему в том прибытка;
и триста зим он, змей, бич земнородных,
берег сокровища, в кургане сокрытые,
покуда грабитель не разъярил его.
...Дракон проснулся
и распалился,
чуждый учуяв
на камне запах.
С.136—137.
Злоба копилась в холмохранителе,
и ждал он до ночи, горящий мщением
ревнитель клада, огнем готовый
карать укравших чеканный кубок. Огонь извергая,
жизнекрушитель зажег жилища;
пламя взметнулось, пугая жителей,
и ни единого не пощадила
тварь огнекрылая, и негде было
в стране обширной от злобы змея,
от пагубы адской гаутам скрыться,
когда безжалостный палил их жаром;
лишь на рассвете спешил он в пещеру
к своим сокровищам, а ночью снова
огнедыханием людей обугливал.
С.138.
Владыка гаутов,
а с ним одиннадцать его соратников
искали змея.
С. 142.

9. Существенным поводом к поединку могло служить недо­стойное поведение противника, которое вызывало заслуженное наказание:
Слова последние,
клятву пред битвой измолвил Беовульф:
«Немало я с молодости сеч перевидел,
и ныне снова, защитник народа,
ищу я встретиться с жизнекрушителем,
свершу возмездие, коль скоро выползет
червь из пещеры!»
С. 148.
10. Поводом нападений на народ могла служить гибель его предводителя, защитника. Тогда его положение осознавалось как слабое. Одерживать победы над врагом в таких случаях геро­ический эпос считал делом особой доблести:
И были битвы,
ходили шведы войной на гаутов,
морскими походами, с тех пор, как умер
державный Хредель, и до поры, пока
сыны Онгентеова войнолюбивые
не пожелали мира на море, но в дерзких набегах с нами сходились
близ Хреоснаберга. И многим известно,
как наше воинство с ними сквиталось
за кроволития, хотя победа
была добыта ценой крови
вождя гатского, — настигла Хадкюна
в той схватке гибель. Но, как я слышал,
убийца конунга
убит был наутро,
воздал за родича родич Эовор,
встретив Онгентеова, — шлем от удара
широко треснул, пал наземь Скильдинг,
и меч не дрогнул в руке гаутского
кровосмесителя.
С. 146.
Вот корни распри
и ярости недругов и кровомщения!
Я знаю, скоро нагрянут шведы
к нашим жилищам, едва проведают
о том, что не стало ратеначальника, ревнителя наших земель и золота,
вождя, охранявшего и наше племя
и славных скильдингов, — кольцедробитель,
герой владычный путь свой окончил.
С. 171. Пер. В. Тихомирова.— М., 1975.

II.
1. В пространстве рыцарского романа справедливым счита­лось вступить в прямой вооруженный конфликт для защиты или отвоевания своих владений:

Ж. БЕДЬЕ. «ТРИСТАН И ИЗОЛЬДА»
Но едва успел он жениться, как до него дошли вести, что его старинный враг герцог Морган, обрушившись на Лоонуа, разоряет его земли, опустошает нивы и города. Наскоро снарядил Риволен кораб­ли и повез Бланшефлер, беременную, в свою дальнюю страну. При­став у своего замка Каноель, он оставил королеву на попечение мар­шалу своему Роальду, которому за его верность дали славное про­звище: Роальд Твердое Слово. Затем, собрав баронов, он отправился на войну.
Гл. 1. Детские годы Тристана. — С. 7.

— Король Марк, этот юноша — Тристан из Лоонуа — ваш пле­мянник, сын вашей сестры Бланшефлер и короля Риволена! Герцог Морган неправедно владеет его землей, пора бы вернуться ей к за­конному наследнику.
...Тристан поехал за море на корнуэльских кораблях, заставил боевых вассалов своего отца признать себя, вызвал на бой убийцу Риволена, убил его и вступил во владение своей землей.
Гл. 1. Детские годы Тристана. — С. 16.

2. Возможно ли, чтобы подобным образом решился в «Трагической истории Гамлета, принца Датского» конф­ликт между Данией и Норвегией? Обратитесь к материалу пункта IV.
· Кто и с кем должен был бы вступить в поединок? (Гамлет и Фортинбрас? Клавдий и Фортинбрас?)
3. Что вам известно о так называемом Божьем суде?
4. Какие вопросы улаживались с его помощью?
· Прочитайте, как предлагается королю Марку решить воп­рос о вассальной зависимости от короля Ирландии:
— Король Марк, услышь в последний раз наказ короля Ирландии, моего повелителя! Он приглашает тебя уплатить наконец дань, кото­рую ты ему обязан. А за то, что ты долго в ней ему отказывал, он требует, что бы ты выдал мне сегодня же триста юношей и триста девушек пятнадцатилетнего возраста, избранных по жребию из кор­нуэльских семей. Корабль мой, стоящий на якоре в гавани Тинтагеля, увезет их, и они станут нашими рабами.
Но если кто-либо из твоих баронов захотел бы доказать едино­борством, что король Ирландии взимает эту дань беззаконно, я при­му его вызов.
...Тогда Тристан преклонил колени перед королем Марком и сказал:
— Властитель и государь, если будет на то ваша милость, я вый­ду на бой.
Гл. 2. Морольд Ирландский. — С. 19.

5. В каких жанрах возможно единоборство человека с чудо­вищем?
6. Каковы побудительные мотивы таких поединков?
7. Черты каких жанров проявляются в рыцарском романе?
— Скажи мне, красавица, чей это голос, который я слышал? Не скрой от меня.
— Разумеется, господин мой, скажу вам без обмана. Это голос зверя самого страшного и гнусного, какой только существует на бе­лом свете. Каждый день он выходит из своей пещеры и становится у городских ворот.
Никто не может ни войти, ни выйти, пока не выдадут дракону де­вушку; схватив в свои когти, он пожирает ее быстрее, чем человек ус­певает прочесть «Отче наш».
— Не смейся надо мной, — молвил Тристан, — а скажи: в состо­янии ли человек, рожденный от матери, убить его в поединке?
...Расставшись с женщиной и вернувшись к судну, Тристан тай­но вооружился. Любо было бы посмотреть, какой славный боевой конь вышел из купеческого корабля, какой могучий рыцарь на нем выехал!
Гл. 3. Поиски златовласой красавицы. — С. 32. Пер. А.А. Веселовского. — М., 1993.

III. Дж. Чосер. «Кентерберийские рассказы» (М., 1988)
1. В каком жанре выстроен рассказ о сэре Топасе?
2. По каким чертам это можно установить?

В сражении кровавом
Иду иль победить, иль пасть;
Велит мне биться к даме страсть
С чудовищем трехглавом.
Рассказ о сэре Топасе/Пер. В. Тихонова//Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. - М., 1976. - С. 210.

IV. У. Шекспир. «Гамлет, принц Датский»
1. Происходящее в «Гамлете» указывает на то, что в пьесе силен эпический пласт, идущий от бытования сюжетов о принце Датском, записанных Саксоном Грамматиком. По эпи­ческим законам выстраивается логика отношений многих пер­сонажей.
· Так выстроены отношения короля Дании Гамлета и ко­роля Норвегии Фортинбраса.
Горацио:
Покойный наш король,
Чей образ нам вчера являлся, был,
Вы знаете, норвежским Фортинбрасом,
Подвергнутым ревнивою гордыней,
На поле вызван; и наш храбрый Гамлет —
Таким он слыл во всем известном мире —
Убил его; а тот по договору,
Скрепленному по чести и законам,
Лишался вместе с жизнью всех земель,
Ему подвластных, в пользу короля;
Взамен чего покойный наш король
Ручался равной долей, каковая
Переходила в руки Фортинбраса,
Будь победитель он; как и его,
По силе заключенного условья,
Досталась Гамлету. И вот, незрелой
Кипя отвагой, младший Фортинбрас
Набрал себе с норвежских побережий
Ватагу беззаконных удальцов
За корм и харч для некоего дела,
Где нужен зуб; и то не что иное, —
Так понято и нашею державой, —
Как отобрать с оружием в руках,
Путем насилья сказанные земли,
Отцом его утраченные; вот
Чем вызваны приготовленья наши
И эта наша стража, вот причина
И торопи и шума в государстве. — Акт I, сцена 1. — С.134.

2. К закону кровной мести, понятному персонажам эпоса, взывает Призрак:
Призрак.
...О, слушай, слушай, слушай!
Коль ты отца когда-нибудь любил...
Гамлет: О боже! Призрак.
Отмсти за гнусное убийство.
Гамлет:
Убийство!
Призрак:
Убийство гнусно по себе; но это
Гнуснее всех и всех бесчеловечней.
Гамлет:
Скажи скорей, чтоб я на крыльях быстрых,
Как помысел, как страстные мечтанья,
Помчался к мести.
Призрак:
Вижу, ты готов;
Но даже будь ты вял, как тучный плевел,
Растущий мирно у летейских вод,
Ты бы теперь воспрянул.
Слушай, Гамлет:
Идет молва, что я, уснув в саду,
Ужален был змеей; так ухо Дании
Поддельной басней о моей кончине
Обмануто; но знай, мой сын достойный:
Змей, поразивший твоего отца,
Надел его венец. — Акт I, сцена 5. —С.156—157.

2. Движимый законом кровной мести, действует Лаэрт:
Лаэрт:
Как умер он? Я плутен не стерплю.
В геену верность! Клятвы к черным бесам!
Боязнь и благочестье в бездну бездн!
Мне гибель не страшна. Я заявляю,
Что оба света для меня презренны,
И будь что будет; лишь бы за отца
Отмстить как должно.
Король:
Кто тебя удержит?
Лаэрт:
Моя лишь воля; целый мир не сможет;
А что до средств, то ими я управлюсь,
И с малым далеко зайду. — Акт IV, сцена 5. —
С. 230.
Лаэрт:
Итак, погиб отец мой благородный;
В мрак безнадежный ввержена сестра,
Чьи совершенства — если может вспять
Идти хвала — бросали вызов веку
С высот своих, но месть моя придет.
Акт IV, сцена 7. — С. 235. Пер. М. Лозинского. — М., 1983.

3. Какой тип поединка выбирает Лаэрт для осуществления своей мести Гамлету?
Возможен ли такой способ мести для героя
· героического эпоса;
· рыцарского романа?
4. Какой поступок Лаэрта не позволяет нам отнестись к нему как к антигерою?
5. Персонажем какого жанра ощущает себя
· Гамлет;
· Лаэрт?
Чья позиция оказывается более плодотворной и побеж­дает?

V. У. Шекспир. «Отелло»
1. Как осознавалась в трагедии чести месть: как справедли­вая или как наказание за вмешательство в судьбу дочери без ве­дома отца?
Брабанцио:
Ее сманили силой, увели
Заклятьем, наговорами, дурманом.
Она умна, здорова, не слепа
И не могла бы не понять ошибки,
Но это чернокнижье, колдовство!
Дож:
Кто б ни был вор, вас дочери лишивший,
А вашу дочь — способности судить,
Найдите сами для него страницу
В кровавой книге права и над ним
Вершите приговор. Я не вмешаюсь,
Хотя бы это был родной мой сын.
С.282.

2. По законам какого жанра выстраиваются отношения Яго и Отелло?
Яго:
Не беспокойся. Набей кошелек монетами. Я часто говорил тебе и повторяю: я ненавижу мавра. У меня с ним свои счеты, не хуже тво­их. Сольем нашу ненависть воедино. Наставь ему рога. Для тебя это удовольствие, а для меня еще большее торжество. Ступай.
Набей кошелек монетами. Завтра поговорим подробнее. Прощай.
Мне этот дурень служит кошельком
И даровой забавою. Иначе
Я б времени не тратил на него.
Я ненавижу мавра. Сообщают,
Что будто б лазил он к моей жене.
С.291.

3. Обратите внимание на то, что в пьесе нет мотивации сле­пой ненависти Яго к Отелло. Их отношения выстроены по за­конам театральной логики.
Яго:
Я сам уверовал, что Дездемона
И Кассио друг в друга влюблены.
Хоть я порядком ненавижу мавра,
Он благородный, честный человек
И будет Дездемоне верным мужем,
В чем у меня ничуть сомненья нет.
Но, кажется, и я увлекся ею.
Что ж тут такого? Я готов на все,
Чтоб насолить Отелло. Допущенье,
Что дьявол обнимал мою жену,
Мне внутренности ядом разъедает.
Пусть за жену отдаст он долг женой,
А то я все равно заставлю мавра
Так ревновать, что он сойдет с ума.
Родриго я спущу, как пса со своры,
На Кассио, а Кассио — предлог,
Чтоб вызвать недоверчивость Отелло.
Всем будет на орехи: лейтенант
В долгу передо мной, наверно, тоже:
По женской части оба хороши.
Еще мне мавр за то спасибо скажет,
Что я сгублю его семейный мир
И насмех выставлю пред целым светом.
Но поначалу все мы молодцы.
Хвалиться рано. Надо свесть концы.
С. 302.

4. Какова мотивация вступления в случайный конфликт Кассио?
(Крики за сценой.)
Помогите! Помогите!
Кассио:
Подлец! Болван!
Монтано:
Что с вами, лейтенант?
Кассио:
Учить меня! Читать мне наставленья!
Да я его в бутылку загоню!
Родриго:
Прочь кулаки!
Кассио:
Еще ты рассуждаешь!
(Бьет Родриго.)
Монтано (останавливая его):
Опомнитесь! Постойте, лейтенант!
Кассио:
Я съезжу вас по голове! Не суйтесь!
Монтано:
Вы пьяны!
Кассио:
Прочь! (Дерутся.)
Яго (вполголоса Родриго):
Беги на бастион
И бей тревогу.
С. 306.

5. Победителем в каком вооруженном конфликте предстает доблестный генерал Отелло в начале пьесы?
6. Каково наполнение понятия доблести в эпоху Возрождения?
7. Кому и за что собирается мстить этот доблестный человек под влиянием Яго?
Отелло:
О, если б раб жил тысячею жизней!
Для полной мести мало мне одной.
Теперь я вижу, это правда, Яго.
Гляди, я дую на свою ладонь
И след любви с себя, как пух, сдуваю.
Развеяна. Готово. Нет ее.
О ненависть и месть, со мною будьте
И грудь раздуйте мне шипеньем змей ...
Как в Черном море
Холодное теченье день и ночь
Несется неуклонно к Геллеспонту,
Так и кровавым помыслам моим
До той поры не будет утоленья,
Пока я в мщенье их не изолью.
(Становится на колени.)
Клянусь тобой, мерцающее небо:
В святом сознанье этих страшных слов,
Даю обет расплаты.
С.334.

8. Яго как опытный режиссер организует конфликты между персонажами, преследуя собственные цели и убирая своих про­тивников чужими руками.
· По законам какого жанра действовал подобным об­разом король Клавдий в «Гамлете»?
· По законам какого жанра действует Яго?

Яго:
Чрезвычайным приказом из Венеции Кассио предложено сме­нить Отелло.
Родриго:
Это правда? Тогда, значит, Отелло и Дездемона уедут назад в Венецию?
Яго:
Нет. Он едет в Мавританию и увезет с собою Дездемону, если только не помешает какая-нибудь непредвиденность. Например, мож­но было бы вывести из употребления Кассио.
Родриго:
Что это значит?
Яго:
Это значит, что его надо сделать неспособным занять место Отелло, размозжив ему голову.
С. 368.
9. По законам какого жанра ведет себя Клавдий в «Гамле­те», выбирая между жизнью королевы Гертруды и опасностью быть разоблаченным?
По законам какого жанра ведет себя в подобной ситуа­ции Яго?
Эмилия:
О силы неба!
Яго:
Замолчи, ты слышишь?
Эмилия:
Не замолчу! Скажу все до конца.
Пусть речь моя шумит, как вольный ветер.
Теперь уже ни человек ни зверь,
Ничто, ничто меня не остановит!
Яго:
Опомнись! Уходи!
Эмилия:
Я не уйду!
(Яго пытается заколоть Эмилию.)
Грациано:
Позор! С мечом на женщину бросаться!
Эмилия:
Пустоголовый мавр, я на полу
Нашла платок и показала Яго.
Он все просил меня его украсть,
Вот я и отдала ему находку.
Яго:
Бесстыжая, молчи!
Эмилия:
А ты решил,
Что у него платок от Дездемоны?
Ошибся. Я нашла, а Яго взял.
Яго:
Ты лжешь, мерзавка!
Эмилия:
Нет, не лгу, неправда.
Все это так и было, господа.
Ах, черт слепой! Но что и было делать
С такой женой такому дураку?
Отелло:
Как терпит небо? Нет громов в запасе?
Какой неописуемый злодей!
(Отелло пытается заколоть Яго, но Монтано обезоруживает его. Яго убивает Эмилию и убегает.)
С. 395 -396. Пер. Б. Пастернака. — М., 1983.

VI. Д. Дефо. «Робинзон Крузо»
1. О возможностях какого конфликта говорят персонажи приключенческого романа?
2. Каковы читательские ожидания при чтении произведений этого жанра?
Тем не менее здесь или в другом месте, но нам необходимо было сойти на берег, ибо у нас не оставалось ни пинты воды. Но опять загвоздка была в том, где и как высадиться. Ксури объявил, что, если я пущу его на берег с кувшином, он постарается разыс­кать и принести пресную воду. А когда я спросил его, отчего же идти ему, а не мне и отчего же ему не остаться в лодке, в ответе мальчика было столько глубокого чувства, что он подкупил меня навеки.
— Коли там дикие люди, — сказал он, — они меня скушать, а ты уплывать.
—Тогда вот что, Ксури, — сказал я, — отправимся вместе, а если там дикие люди, мы убьем их и они не съедят ни тебя, ни меня.
С. 25.
3. Каковы побудительные мотивы к вступлению в вооружен­ный конфликт персонажа приключенческого романа?
· По каким законам организован такой конфликт?
· Какие качества проявляет в нем центральный пер­сонаж?

Я заметил, что двум дикарям, гнавшимся за беглецом, понадоби­лось вдвое больше времени, чем ему, чтобы переплыть бухточку. И тут-то я всем существом моим почувствовал, что пришла пора действовать, если я хочу приобрести слугу, а может быть, товарища или помощника; само Провидение, подумал я, призывает меня спасти жизнь несчастного. Не теряя времени, я сбежал по лестнице к подножию горы, захватил оставленные мною в лесу ружья, затем с такой же поспешностью взобрался опять на гору, спустился с другой ее стороны и побежал к морю наперерез бегущим дикарям.
С.177-178.
Но начатое мной дело еще не было доведено до конца: ди­карь, которого я повалил ударом приклада, был не убит, а только оглушен, и я заметил, что он начинает приходить в себя. ...оглушен­ный мною дикарь оправился настолько, что уже сидел на земле, и я заметил, что мой дикарь сильно этого испугался. Желая его успо­коить, я прицелился в его врага из другого ружья. Но мой дикарь (так я буду теперь его называть) стал показывать мне знаками, что­бы я дал ему висевший у меня через плечо обнаженный тесак. Я дал ему его. Он тотчас же подбежал к своему врагу и одним взма­хом снес ему голову.
С. 178-179.
4. По законам какого жанра ведут себя те, кого Робинзон называет дикарями?
5. Что дает автору столкновение носителя сознания его эпохи с персонажами, ведущими себя по логике эпоса, осознающими свою принадлежность к роду и стремящимися его защитить?
6. Руководствуясь какими законами, ведут себя европейцы?
7. В чем различие позиций европейцев и аборигенов?

У костра, сбившись в плотную кучу, сидело девятнадцать дика­рей. В нескольких шагах от этой группы подле распростертого на земле европейца стояли двое остальных и, нагнувшись над ним, раз­вязывали ему ноги: очевидно, они были только что посланы за ним. Еще минута, и они зарезали бы его, как барана, и затем, вероятно, разделили бы его на части и принялись бы жарить. Я повернулся к Пятнице.
— Будь наготове, — сказал я ему. Он кивнул головой. — Теперь смотри на меня, и что буду делать я, то делай и ты. — С этими сло­вами я положил на землю охотничье ружье и один из мушкетов, а из другого мушкета прицелился в дикарей. Пятница тоже прицелился.
— Готов ты? — спросил я его. Он отвечал утвердительно. — Ну, так пли!— сказал я и выстрелил.
С. 205-206.
Он, впрочем, не допускал возможности измены со стороны своих земляков; все они, по его словам, были честные, благородные люди. К тому же они терпели большие лишения, не имея ни пищи, ни одеж­ды и находясь в полной власти дикарей, без всякой надежды вернуть­ся на родину, — словом, он был уверен, что, если только я их спасу, они будут готовы отдать за меня жизнь.
С. 215.
8. Удается ли автору выявить, в чем заключается незащи­щенность «цивилизованного» человека?
· Можно ли считать, что «цивилизованный» человек чувствует себя более защищенным, чем «дикарь»?
· В чем принципиальная разница двух мироощу­щений?

Но вот вам, сударь, вся наша история в коротких словах. Я — ка­питан корабля, мой экипаж взбунтовался, едва удалось убедить этих людей не убивать меня; наконец они согласились высадить меня на этот пустынный берег с моим помощником и одним пассажиром, ко­торых вы видите перед собой. Мы были уверены в нашей гибели, так как считали эту землю необитаемой. Да и теперь еще мы не знаем, что думать о нашей встрече с вами.
— Где эти звери — ваши враги? — спросил я. — В какую сторо­ну они пошли?
— Вот они лежат под этими деревьями, сударь. — И он указал в сторону леса. — У меня сердце замирает от страха, что они увидят вас и услышат, потому что тогда они нас всех убьют.
С.224.
Я весь в вашей власти, — сказал он поспешно, — распоряжай­тесь мною по своему усмотрению — и мной, и моим кораблем, если нам удасться отнять его у разбойников; если же нет, то даю вам сло­во: пока я жив, я буду вашим послушным рабом, пойду всюду, куда бы вы меня не послали, и, если понадобится умру за вас.
С.225.
Пер. М. Шишмаревой. — М., 1992.

VII. Дж. Г. Байрон. «Гяур»
1. В чем разница подходов Д. Дефо и Дж.Г.Н. Байрона в со­здании экзотических нравов?
2. Как индивидуализм героя сочетается со стремлением от­стоять мироощущение рода, к которому он принадлежит?
3. Сформулируйте своеобразие позиции персонажа жанра лироэпической поэмы.

На дне морском моя Леила,
Тебе ж кровавая могила
Досталась... В грудь твою клинок
Леилы дух вонзить помог.
И были все мольбы напрасны,
Аллах тебя не услыхал,
Пророк твоим мольбам не внял,
Они Гяуру не опасны...
Ужель на помощь неба ты
Питал надменные мечты,
Коль у небес ее моленья
Не вызывали снисхожденья?
Бандитов шайку я набрал,
Я долго часа мести ждал,
Теперь, узнавши миг счастливый,
Пойду дорогой сиротливой.
С. 287.
Герой свой помысл сокровенный
В сынах сумеет заронить;
Они не согласятся жить
В позорном рабстве, и святая
Борьба, однажды начатая,
Хоть затихает иногда,
Победой кончится всегда.
С. 27.
Пер. С Ильина. — М., 1982.

4. Интересна ли и приемлема ли для героя лироэпической поэмы точка зрения «другого»?

Тема VII. Человек перед лицом смерти (Сост. М. Альтман, Е. Лисицына)

Разработка темы возможна в нескольких аспектах. Один из них — проследить, как изображалась смерть, какими были сим­волические образы, ее выражающие, в каких произведениях и для чего вводился персонифицированный образ смерти.
Иная задача — проследить, как менялось отношение чело­века к смерти и как были запечатлены такие изменения в худо­жественной литературе, как при этом взаимодействовали свет­ская литература с духовной.
Особый аспект проблемы — жизнь после смерти. Что лите­ратура на протяжении веков говорит о жизни души и как и для чего рассказывает о бренности тела? Каково жанровое своеоб­разие подхода к проблеме?
Какие намечаются способы преодоления Времени и проры­ва к Бессмертию? В каких жанрах организованы подобные раз­мышления?

Ч. ДИККЕНС. «РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ПЕСНЬ В ПРОЗЕ»
О Смерть, Смерть, холодная, жестокая, неумолимая Смерть! Воз­двигни здесь свой престол и окружи его всеми ужасами, коими ты повелеваешь, ибо здесь твои владения! Но если этот человек был любим и почитаем при жизни, тогда над ним не властна твоя злая воля, и в глазах тех, кто любил его, тебе не удается исказить ни еди­ной черты его лица! Пусть рука его теперь тяжела и падает бессиль­но, пусть умолкло сердце и кровь остыла в жилах, — но эта рука была щедра, честна и надежна, это сердце было отважно, нежно и горячо, а в этих жилах текла кровь человека, а не зверя. Рази, Тень, рази! И ты увидишь, как добрые его деяния — семена жизни веч­ной — восстанут из отверстой раны и переживут того, кто их творил!
С. 87.
Пер. Т. Озерской. — М., 1988.

Ч. ДИККЕНС. «ПРИКЛЮЧЕНИЯ ОЛИВЕРА ТВИСТА»
— Однако я должен сказать... — продолжал гробовщик, возвра­щаясь к размышлениям, прерванным Бидлом, — однако я должен сказать, мистер Бамбл, что есть одно немаловажное затруднение. Ви­дите ли, чаще всего умирают люди тучные. Те, что были лучше обеспечены, много лет платили налоги, чахнут в первую очередь, когда по­падают в работный дом.
С. 32.
— Помню, я впервые надел эту шинель, чтобы присутствовать на следствии о том разорившемся торговце, который умер в полночь у подъезда.
— Припоминаю, — сказал гробовщик. — Присяжные вынесли решние: «Умер от холода и от отсутствия самого необходимого для поддержания жизни», не правда ли?
С. 33.
— Ax, — воскликнул мужчина, залившись слезами и падая к но­гам умершей. — На колени перед ней, на колени перед ней, вы все, и запомните мои слова! Говорю вам, ее уморили голодом! Я не знал, что ей так худо, пока у нее не началась лихорадка. И тогда кости ее выступили наружу. И не было ни огня в очаге, ни свечи. Она умерла в темноте — в темноте! Она не могла даже рассмотреть лица своих детей, хотя мы слышали, как она окликала их по имени. Для нее я просил милостыню, а меня посадили в тюрьму. Когда я вернулся, она умерла, и кровь застыла у меня в жилах, потому что ее уморили голодом. Клянусь пред лицом бога, который это видел, — ее уморили голодом!
С. 44.
Старожилы не помнили, чтобы так свирепствовала корь и так ко­сила жизнь младенцев; и много траурных процессий возглавлял ма­ленький Оливер в шляпе с лентой, спускавшейся до колен, к невыра­зимому восторгу и умилению всех матерей города.
С. 46.
Пер. А.В. Кривцовой. — М.,1975.

У. ГОЛДИНГ. «ПОВЕЛИТЕЛЬ МУХ»
— Зверя — бей! Глотку — режь! Выпусти — кровь! Из ужаса рождалось желание — жадное, липкое, слепое.
— Зверя — бей! Глотку — режь! Выпусти — кровь! Снова вызмеился наверху бело-голубой шрам и грянул желтый взрыв. Малыши визжа неслись с опушки. Один, не помня себя, проло­мил кольцо старших:
— Это он! он!
Круг стал подковой. Из лесу ползло что-то Неясное, темное. Впе­реди зверя катился надсадный вопль.
Зверь ввалился, почти упал в центр подковы.
— Зверя — бей! Глотку — режь! Выпусти — кровь! Зверя — прикончь!
Палки хрустнули, подкова, хрустнув, снова сомкнулась вопящим кругом. Зверь стоял на коленях в центре круга, зверь закрывал лицо руками. Пытаясь перекрыть дерущий омерзительный шум, зверь кричал, что-то про мертвеца на горе. Вот зверь пробился, вырвался за круг и рухнул с крутого края скалы на песок, к воде. Толпа хлынула за ним, стекла со скалы, на зверя налетели, его били, кусали, рвали. Слов не было, и не было других движений, только рвущие когти и зубы.
С. 130-131.

Наконец Ральф перестал смеяться. Он весь дрожал.
— Хрюша.
— А?
— Это был Саймон.
— Ты уже сказал.
— Хрюша.
— А?
— Это было убийство.
— Хватит тебе! — взвизгнул Хрюша. — Ну чего, зачем, какой толк это говорить?
Он вскочил на ноги, наклонился над Ральфом:
— Было темно. И был этот, ну, танец треклятый. И молния была, гром, дождь. Мы перепугались.
— Я не перепугался, — медленно проговорил Ральф. — Я... я даже не знаю, что со мной было.
— Перепугались мы! — горячо заспешил Хрюша. — Мало ли, что могло случиться. И это совсем не... то, что ты сказал. Он махал руками, подыскивая определение.
— Ох, Хрюша!
У Ральфа был такой голос, хриплый, убитый, что Хрюша сразу пе­рестал махать. Он наклонился к Ральфу и ждал. Ральф, обнимая рог, раскачивался из стороны в сторону.
— Неужели ты не понимаешь, Хрюша? Что мы сделали...
С.133.
Пер. Е. Суриц. - М., 1981.

Тема VIII. Числа, их значения и функции в художественных произведениях (Сост.: И. Орлова, С. Кошелева, Е. Кузнецова, коммент. С. Кошелевой, Е. Черноземовой)

Размышления человека о природе Числа имеет не менее длительную историю, чем осмысление природы Слова.
Впервые мистическое отношение к Числу возникло не­сколько тысяч лет назад. Особым почитанием Числа были окру­жены в Древней Греции. Утверждение Пифагора «Числа правят миром» и вера в то, что Числа обладают особой магией, приве­ли к возникновению науки нумерологии. Считалось, что Числа могут нести с собой Добро и Зло, счастье и несчастье. Появи­лась идея, согласно которой язык может быть представлен как система Чисел. Таким образом, Число оказалось связанным со Словом. Каждое Имя имело Свое Число.
В культурах разных народов утвердились сходные отношения к природе простых Чисел.
1
Единицу воспринимали как символ славы и могущества, действия и честолюбия. С ней ассоциировались понятия смелос­ти и храбрости. Пифагор и его единомышленники ставили еди­ницу выше всех Чисел, считали ее символом, началом всех на­чал, породившим весь мир.
В христианской культуре понятия один, единый, единство связываются с идеей единобожия и разрабатываются в поэзии Дж. Донна, Дж. Мильтона. Дж. Донн использует единственность для выражения Любви как Божественного атрибута.
· Какой образ использует Дж. Донн для запечатления разра­стающегося единства?
· Почему поэт употребляет имя Птолемея? Что вам извест­но о его системе?

ДЖ. ДОНН.
«РАСТУЩАЯ ЛЮБОВЬ»
Растет любовь — и множатся мечты,
Как на воде круги от середины,
Как сферы птолемеевы, едины,
Поскольку центр у них единый — ты!
Пер. Г. Кружкова//Европейская поэзия XVII века. — М., 1977.

· Для выражения сути любви поэту приходится утверждать слияние двух начал в одном. Рассмотрите текст с точки зрения употребления в нем чисел. Обратите внимание на то, что слия­ние двух душ в одну рассматривается поэтом как приумноже­ние, обогащение каждой из них.
· Во взаимодействии единицы и двойки заключена филосо­фия взаимоотношений Человека с Человеком, Человека и Бога. Какие образы использует поэт для воплощения и выражения своего отношения к означенным проблемам?
· В чем видит поэт различие между единственностью и оди­ночеством?

ДЖ. ДОНН.
«ВОСТОРГ»
...Ее рука с моей сплелась,
Весенней склеена смолою;
И, отразясь, лучи из глаз
По два слились двойной струною.
Мы были с ней едины рук
Взаимосоприкосновеньем;
И все, что виделось вокруг,
Казалось нашим продолженьем...
...Мы знали, здесь не страсти пыл,
Мы знали, но не разумели,
Как нас любовь клонит ко сну
И души пестрые мешает,
Соединяет две в одну
И тут же на две умножает.
Одна фиалка на пустом
Лугу дыханьем и красою
За миг заполнит все кругом
И радость приумножит вдвое.
И души так — одна с другой
При обоюдовдохновеньи
Добудут, став одной душой,
От одиночества спасенье.
И тут поймут, что мы к тому ж,
Являясь естеством нетленным,
Из атомов, сиречь из душ,
Невосприимчивы к изменам...
Пер. Г. Кружкова//Европейская поэзия XVII века. — М., 1977.
· Вспомните, как проблема единственности и одиночества решается Дж. Мильтоном. Обратитесь к материалу практическо­го занятия.

ДЖ. МИЛЬТОН.
«ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ»
Он — первый и последний Государь,
Единый Самодержец; наш мятеж
Его владений не приуменьшил,
Напротив — Ад прибавил...
С. 56.
Пер. Арк. Штейнберга. — М., 1982.

2
Двое — это двоица.
(Младшая Эдда)
Число два заключает в себе стремление сгладить острые углы и находится между мраком и светом, Добром и Злом, теп­лом и холодом, богатством и нищетой.
Человек мыслит бинарными оппозициями, деля все в мире на право и лево, верх и низ.
· Продолжите ряд пар-оппозиций.
Современные ученые и философы утверждают, что такой способ мыслить определяется бинарным строением человечес­кого мозга и тем, как устроен мир, в котором присутствуют мужское и женское начала.
· Как по-вашему, с какой целью в литературном или фоль­клорном произведении могут быть введены два брата или две сестры?
· Какие при этом возможны типы развития сюжета?
· Обратитесь к английской сказке «Три головы в колодце»;
· к библейской Притче о Блудном сыне;
· к тексту народной баллады:
There were two sisters in a bour;
Binnorie, 0 Binnorie,
There came a knight to be their wooer.
By the bonny mill-dams of Binnorie
C.48.
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988.

· Приведите примеры литературных произведений, в назва­ние которых вынесено число два.
· Как и для чего использует двойку Гальфрид Монмутский?
Вижу близ Кэрвента я две звезды на небе высоком,
Два там мечутся льва, небывалой ярости полных,
Смотрит на двух мужей один...
Гальфрид Монмутский «Жизнь Мерлина»/Пер. с лат. С.А. ОшероваУ/Гальфрид, Монмутский. История бриттов. Жизнь Мерлина. - М., 1984. - С. 170.

3
Трое — это троица.
(Младшая Эдда)
Долгое время число три было для многих народов пределом счета. Оно воспринималось как совершенство, символ полно­ты, считалось счастливым числом. В языческих культурах числом три обозначали весь окружающий мир, деля его на земной, подземный и небесный. Поэтому число три у многих народов признавалось священным. Это одно из излюбленных чисел в мифах и сказках.
Число считалось магическим, потому что складывалось из суммы двух предыдущих чисел. Символом числа стал треуголь­ник, представляющий прошлое, настоящее и будущее.
· Вспомните сказки,
· в названиях которых есть число три;
· в которых действуют трое братьев;
· в которых испытания героя повторяются трижды.

ПРИКЛЮЧЕНИЯ КОРМАКА В ОБЕТОВАННОЙ СТРАНЕ
Золотая чаша была в руке воина. Кормак удивился числу фигур на ней и необычайной тонкости работы.
— В ней есть нечто еще более необычайное, — сказал воин. — Если сказать три слова лжи перед ней, она тотчас распадется на три части. Если затем сказать три слова правды перед ней, части вновь соединятся, и чаша станет, как была прежде...
Пер. А. Смирнова//Ирландские саги. — М.; Л., 1961.— С. 172.

ПЛАВАНИЕ МАЙЛЬ-ДУЙНА
Майль-Дуйн протянул руку и отломил одну ветвь. Три дня и три ночи оставалась ветвь в его руке, пока корабль под парусами оги­бал скалы, а на третий день на конце ветви появилось три яблока. Каждого яблока хватило, чтобы насытить их всех в течение трех дней.
Пер. А. Смирнова//Ирландские саги. — М.; Л., 1961.— С. 172.

РАЗРУШЕНИЕ ДОМА ДА ДЕРГА
Три дня и три ночи провели так воины, а к исходу четвертого дня повелел Мананнан всем уйти, так что не осталось в доме ни одного из вкусивших жизнь сыновей женщины, никого вовсе, кроме самого Мананнана и Энгуса.
Пер. С.В. Шкунаева//Предания и мифы средневековой Ирландии. - М., 1991. - С. 112.

БОРОМА
И каждый год три кражи совершали они у одного человека, забирая теленка, свинью и корову, ибо желали узнать, что за наказание придумает им король и что за напасть принесет воровство в его царствие.
Пер. С.В. Шкунаева//Предания и мифы средневековой Ирландии.- М., 1991.-С. 178.

УБИЙСТВО РОНАНОМ РОДИЧА
Три сына было у Финда, сына Финдлука, три сына королевы:
Эохайд Фейдлех, Эохайд Айрем и Айлиль Ангуба.
Пер. С.В. Шкунаева // Предания и мифы средневековой Ирландии. — М., 1991. — С. 200.

БЕОВУЛЬФ
Тут, с третьего раза,
метнувшись на недруга,
червь огнедышащий,
бич смертных,
поверг на землю
вождя державного...
С. 156. Пер. В. Тихомирова. — М., 1975.

ГАЛЬФРИД МОНМУТСКИЙ. «ЖИЗНЬ МЕРЛИНА»
Трое братьев вождя, на войну вслед за братом пришедших,
Яро разят, отбивая врагов, и губят отряды.
С. 170
Целых три дня напролет над убитыми плакал несчастный,
Пищу отталкивал, — так сжигала скорбь ему душу.
С. 139
Так он упал, утонул и повис на дереве бедный,
Смертью тройной доказав правдивость вещего мужа.
С. 146.
Птица есть пеликан; птенцов она убивает
И в сокрушенье потом три дня по убитым горюет...
С. 167.
Твердо стоит, заслоняясь щитом и копьем ударяя,
Он и троих врагов повергает в битве недолгой;
Сразу отправив двоих за холодное царство Боэта,
Третьего только щадит по его мольбе...
С.170.
Пер. С. Ошерова. — М., 1984.

There were three sisters fair and bright,
Jennifer gentle and rosemaree
And they three loved one valiant knight.
As the dew flies over the mulberry tree.
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 68.

She's turnd her right and roun about,
An thrice she blaw on a grass-green horn,
An she sware by the meen and the stars abeen,
That she 'd gar me rue the day I was born.
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. - С. 148.

"What news? what news, thou silly old woman?
What news hast thou for me?"
Said she. There's three squires in Nottingam town
To-day is condemned to die.
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 216.
That Will Stutly surprized was,
And eke in prison lay;
Three varlets that the sheriff had hired
Did likely him betray.
The English and Scottish Popular Ballads. - М., 1988. -С. 242.

"I hope, my liege, that you owe me no grudge
For spending of my true-gotten goods;"
"If thou dost not answer me questions three,
Thy head shall be taken from thy body."
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 334.

· Подумайте, развивает фольклорные мотивы или спорит с ними У. Шекспир,
· представляя взаимоотношения короля Лира с тремя дочерьми;
· знакомя зрителя с историей трех братьев Йорков в «Ричарде III»?
· Что дает художественному произведению утроение конф­ликта?
· Обратившись к материалу практического занятия по «Гам­лету», вспомните, какие три персонажа пьесы выполняли одну и ту же задачу мести за смерть отца?
· Для чего У. Шекспиру было нужно такое утроение?
· Обратитесь к тексту 4 сцены IV акта «Ричарда III». Как в ней переплетаются судьбы трех королев?
· Для чего У. Шекспиру нужно утроить число пострадавших от злодеяний Ричарда женщин?

4
Четверо — череда.
(Младшая Эдда)
Четверку в древности считали символом устойчивости и прочности. Она представлялась квадратом, четыре стороны ко­торого означали четыре стороны света, четыре времени года, четыре стихии: огонь, воду, землю и воздух.
Четыре точки-вершины содержит пирамида, имеющая в ос­новании треугольник: наличие трех точек опоры обеспечивает наибольшую устойчивость для поддержания вершинной, чет­вертой.
· Именно числом четыре можно описать взаимоотношения Человека с триединым Богом.
· Четверку можно представить как сочетание двух бинарных оппозиций (например, право-лево, верх-низ). Их наложение образует крест.
· Крест как символ — тема специального исследования.

ГАЛЬФРИД МОНМУТСКИЙ. «ИСТОРИЯ БРИТТОВ» О ДИВАХ ДИВНЫХ ИБЕРНИИ
Там существует озеро, носящее название Лухлейн, которое ок­ружено четырьмя кольцами: первое кольцо вокруг этого озера оловянное, второе — свинцовое, третье — железное, четвертое — медное.
С. 193.
Пер. с лат. АС. Бобовича. — М., 1984.

БЕОВУЛЬФ
...и я немногих
встречал героев в
иных застольях,
кто был бы достоин
тех четырех
златозарных сокровищ!
С. 78.
...так, по четверо,
волокли с трудом на
древках копий голову
Гренделя к золотому чертогу...
С. 106.
Пер. В. Тихомирова. — М., 1975.

ДЖ. ЧОСЕР. «КЕНТЕРБЕРИЙСКИЕ РАССКАЗЫ»
Три злых напасти в нашей жизни есть,
Ты говоришь, четвертой же не снесть.
Пер. О. Румера. — М., 1988. - С. 289.

ДЖ. МИЛЬТОН. «ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ»
Священный — третий — заалел расвет,
И Колесница Божества Отца
В густом огне, как буря, понеслась...
Ее сопровождая, по углам
Четыре следовали Херувима
Четвероликих; словно роем звезд,
Усеяны их крылья и тела
Очами, и берилловых колес
Ободья, — сплошь в очах, — метали огонь.
С.189.
...но густые тучи стрел
Неумолимо жалили и жгли,
От Херувимов четырех летя
Четвероликих...
Пер. Арк. Штейнберга,— М., 1982. — С. 193.

· Обратите внимание на то, что роман Дж. Свифта «Путе­шествия Гулливера» состоит из четырех частей.
· Назовите эти части.
Как по-вашему, имеет ли какое-то значение то, что Гулли­вер четыре года был учеником у лондонского врача мистера Джемса Бетса, в Лилипутии спал на четырех матрацах, по че­тыре часа в день изучал язык лапутян, четыре часа ежедневно разговаривал с лошадьми?
· В месте пересечения двух отрезков, образующих крест, возникает точка, пятая по счету. Она может быть рассмотрена, как положение Человека в мире.

5
Приятели — это пятеро.
(Младшая Эдда)
Числу пять Пифагор отводил особое место, считая его са­мым счастливым. Древние считали это число символом риска, приписывали ему непредсказуемость, энергичность, независи­мость, напряженность.
· Когда и кем использовалась в качестве символа пятико­нечная звезда?

ПРИКЛЮЧЕНИЯ КОРМАКА В ОБЕТОВАННОЙ СТРАНЕ
Он увидел также во дворе светлый, сверкающий источник. Пятью потоками струился он, из которых обитатели по очереди брали воду. Девять орешников Буана росли над источником. Эти пурпурные де­ревья роняли свои орехи в источник, и пять лососей, бывших в нем, разгрызали их и пускали скорлупки плыть по течению. И журчанье этих потоков было слаще всякой человеческой музыки.
С.170.
Источник с пятью потоками, который видел ты, это — Источник Мудрости, потоки же его — пять чувств, через которые проникает зна­ние. Никто не может обрести мудрость, если не выпьет хоть глоток воды из этого источника и его потоков. Люди всех искусств и реме­сел пьют оттуда.
Пер. А. Смирнова//Ирландские саги. — М.; Л., 1961. — С. 172.

БЕОВУЛЬФ
...как я из битвы
шел, обагрены
кровью пяти
гигантов поверженных...
С. 49.
...но я не покинул
его над бездной:
вместе держались в
опасных водах,
рядом плыли
пятеро суток...
Пер. В. Тихомирова. - М., 1975. - С. 55.

· Вспомните, что происходило в пятый день творения. Най­дите, что об этом написано в поэме Дж. Мильтона «Потерян­ный рай».

6
Шестерик — если человек шестеро. (Младшая Эдда)
Пифагор считал шестерку удивительным числом, потому что оно обладает замечательным свойством: получается в ре­зультате сложения или перемножения всех чисел, на которые делится. Таким свойством не обладает ни одно другое число. Оно предвещает успех и большую известность.
В христианской традиции важно, что в шестой день творе­ния Бог создал живые души, которыми населил Землю.
Графически как наложение двух треугольников, образующих фигуру с шестью углами, изображается Вифлеемская звезда, под которой появился на свет Бог-сын.

ДЖ. МИЛЬТОН. «ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ»
И День Шестой творенья наступил,
Последний, при вечернем звоне арф
И утреннем. И повелел Господь:
— Живые души да произведет
Земля: скотов, и гадов, и зверей
Земных, по роду их! — И стало так.
Пер. Арк. Штейнберга. — М., 1982. — С. 211.

ИЗ «КНИГИ ЗАХВАТОВ ИРЛАНДИИ»
А возможно, что было их дважды по шесть вождей, как сообща­ется в книгах — шесть сыновей Миля и шесть сыновей Бреогана.
Пер. С.В. Шкунаеа//Предания и мифы средневековой Ирландии, М., 1991. — С. 59.

7
Семеро составляют семью.
(Младшая Эдда)
· Приведите примеры пословиц, в которых звучит число семь.
· Вспомните названия сказок, названия которых указывают на семерых действующих лиц.
· Попробуйте объяснить тягу фольклора к семерке.
· Как это число описывает строение мироздания?
· На сколько цветов распадается белый свет? Сколько цве­тов в радуге?
· Чему кратна семидневная неделя?
· Какие вы знаете города, стоящие на семи холмах? Какие с ними связаны поверья?
· Сколько отверстий в голове позволяют Человеку воспри­нимать цвет, запах, звучание и вкус мира?
· Что означает выражение «седьмое небо»?
Учтите и то, что число семь было пределом счета и употреб­лялось в значении «все» (Семь бед — один ответ, Семеро одно­го не ждут).

ТАМ LIN
And pleasant is the fairy land,
But, an eerie tale to tell,
Ay, at the end of seven years
We pay a tiend to hell;
I am sae fair and fu о flesh,
I'm feard it be myself.
The English and Scottish Popular Ballads. - M., 1988. - С. 88.

LADY ISABEL AND THE ELF-KNIGHT
"Seven king's-daughters here hae I slain,
Aye as the gowans grow gay
And ye shall be the eight о them."
The first morning in May.
The English and Scottish Popular Ballads. — M., 1988. - С. 126.

MAY COLVIN
"Loup off the steed," says false Sir John,
"Your bridal bed you see;
Seven ladies I have drowned here,
And the eight' one you shall be.
C. 128. The English and Scottish Popular Ballads. — M., 1988.

ГАЛЬФРИД МОНМУТСКИЙ. «ЖИЗНЬ МЕРЛИНА»
Птица морская есть, — называют ее зимородок, —
Ибо зимней порой она гнездо себе строит.
На семь дней, что она сидит на яйцах, стихают
Волны и ветры в морях, умолкают свирепые бури...
Пер. с лат. С.А. Ошерова. — M., 1984.- С. 167.

ТОМАС МЭЛОРИ. «СМЕРТЬ АРТУРА»
Между тем по всем славным городам и замкам этой страны было возглашено, что сэр Галахальт устраивает турнир в стране Сурлузе, что продлится этот турнир семь дней и что Высокородный Принц заодно с рыцарями королевы Гвиневеры будет биться против всяко­го, кто туда ни приедет.
С.418. Пер. И. Бернштейна. — M., 1993.

ДЖ. ЧОСЕР. «КЕНТЕРБЕРИЙСКИЕ РАССКАЗЫ»
В ужасной, мрачной башне заключен,
Семь долгих лет страдает Паламон.
С. 65. M., 1946.

8
Число восемь считалось древним воплощением надежности, доведенной до совершенства. Разделенное пополам, оно имеет равные части, которые, в свою очередь, при делении пополам равны.
В фольклорных произведениях восьмой день бывал днем ре­шающим после семидневного испытания.
· Обратите внимание на то, что воин, считающий Беовульфа побежденным в восьмой день состязания, окажется непра­вым:

«БЕОВУЛЬФ»
Пучин теченья
сеча руками,
взмахами меряя
море-дорогу,
вы плыли по волнам,
по водам, взбитым
зимними ветрами,
семеро суток.
Тебя пересилил
пловец искусный,
тебя посрамил он:
на утро восьмое,
брошенный бурей
к норвежскому берегу,
он возвратился в свои владенья...
Пер. В. Тихомирова. — М., 1975. — С. 57.

Ж. БЕДЬЕ. «ТРИСТАН И ИЗОЛЬДА»
Но известно по опыту, — и все моряки это хорошо знают, — что море неохотно носит корабли вероломных и не помогает по­хищениям и предательствам. Гневное поднялось оно, объяло ко­рабль мраком и гнало его восемь дней и восемь ночей куда по­пало.
Пер. с фр. А.А. Веселовского. — М., 1993. — С. 10.

9
Девятеро — это домочадцы.
(Младшая Эдда)
Числу девять приписывают таинственную силу, порою доб­рую, иногда недобрую.
· Сколько планет составляют Солнечную систему?
· Сколько Муз покровительствовали искусствам в Древней Греции?
· Что такое девятый вал?

«БЕОВУЛЬФ»
Всего же девять
избил я чудовищ
и, право, не знаю,
под небом ночным
случались ли встречи
опаснее этой...
С. 56.
...и в час девятый
всеславный Скильдинг,
златодаритель, ушел с дружиной домой...
С. 105.
Пер. В. Тихомирова. — М., 1975.

Будут запреты лежать на правлении твоем, но благородна власть птиц. Вот каковы те запреты... Каждую девятую ночь не можешь ты покидать пределы Тары.
Предания и мифы средневековой Ирландии. — М., 1991. — С. 132.

10
Десять в древности — символ гармонии и полноты. Десяток стал основой десячиной системы счета, которой пользуются во всем мире.
Зачастую слова «десять» и «десяток» употребляются в значе­нии «много».

ДЖ. ЧОСЕР. «КЕНТЕРБЕРИЙСКИЕ РАССКАЗЫ»
Платков на голову могла навесить,
К обедне снаряжаясь, сразу десять.
С. 41.
Дворец набит народом до отказа;
Здесь трое, десять там, гадают сразу,
Кто выйдет победителем из боя.
М., 1988.
· Попробуйте продолжить наблюдения и рассуждения над использованием в произведениях и других чисел:

11
В одиннадцатый день Рождества
послала мне любовь моя верная
одиннадцать играющих трубачей...
Брендон Лейан. Книга рождества. — М., 1996. — С. 127.
12
В двенадцатой день Рождества
послала мне любовь моя верная
двенадцать барабанщиков...
Брендон Лейан. Книга рождества. — М., 1996. — С. 127.

...Так лучше мне заплатишь
Двенадцать пенсов. Я ж приказ порву.
Дж. Чосер. Кентерберийские рассказы. — М., 1946. — С; 295.

20
Дружину составляют двадцать человек.
(Младшая Эдда)
Come change thy apparel with me, old churl,
Come change thy apparel with mine;
Here are twenty pieces of good broad gold,
Go feast thy brethren with wine.
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 218.

Sey me, Reyno[l]de Grenelefe,
Wolde thou dwell with me?
And euery yere I woll the gyue
Twenty marke to thy fee.
The English and Scottish Popular Ballads. М., 1988. — С. 276.

Twenty bridges from Tower to Kew —
(Twenty bridges or twenty-two)—
The Works of Rudyard Kipling.— Hertfordshire, 1995. — P. 709.

40
Сообщество — это сорок.
(Младшая Эдда)
То seeke thee a man therein;
If fl'll give thee forty dayes," said our King,
hou find not a man in forty dayes,
In a hott fyershalt brenn.
The English and Scottish popular ballads. М., 1988. С. 336.

I've served in Britain forty years,
from Vectis to the Wall...
"The Works of Rudyard Kipling". Hertfordshire. 1995, P. 711.

60 Шайка — это шестьдесят.
Первое диво — это озеро Ломонд. На нем насчитывается шесть­десят островов, где обитают люди, и его окружают со всех сторон шестьдесят утесов и на всяком из них по орлиному гнезду, и в это озеро впадают шестьдесят рек...
Ненний. История бриттов. — М., 1984. — С. 190.
500
Which of you can kill a buck,
And Midge he killed a do,
And Little John kilid a hart of greece,
Five hundred foot him fro.
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 312.

Then Robin Hood took pains to search them both,
And he found good store of gold;
Five hundred peeces presently
Vpon the grass was told.
The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 324.

Thrice he kissd her cherry cheek,
And thrice her cherry chin,
And twenty times her comely mouth,
"And you're welcome. Lady о Drum.
" The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 378.

When captains courageous, whom death could not daunt,
Did march to the siege of the city of Gaunt,
They muster'd their soldiers by two and by three,
And the foremost of battle was Mary Ambree.
The English and Scottish Popular Ballads. М., 1988. С. 368.

Three Rings for the Elven-kings under the sky,
Seven for the Dwarf-lords in their halls of Stone,
Nine for Mortal Men doomed to die,
One for the Dark Lord on his dark throne
In the Land of Mordor where the Shadows lie.
One Ring to rule them all. One Ring to find them,
One Ring to bring them all and in the darkness bind them
In the Land of Mordor where the Shadows lie.

Then Robin Hood put his horn to his mouth,
And blew blasts two or three;
When four and twenty bowmen bold
Came leaping over the lee. The English and Scottish Popular Ballads. — М., 1988. — С. 268.

Приходящие сюда люди измеряют длину могилы, и у них всякий раз получается по-иному: то шесть футов, то девять, то двенадцать, а то и пятнадцать.
Ненний. История бриттов. — М., 1984. — С. 192.
Один человек зовется муж. Двое — это двоица. Трое — троица. Четверо — череда. Приятели — это пятеро. Шестерик — если чело­век шестеро. Семеро составляют семью. Восемь человек — ватага. Девятеро — это домочадцы. Десять человек — это дозор. Отряд — это одиннадцать. Дюжина, если вместе двенадцать. Толкотня, если сойдутся тринадцать. Челядь — это четырнадцать. Посольство — это пятнадцать. Шумиха, когда вместе шестнадцать. Собрание — это семнадцать. Не обойтись без вражды, если встретишься с восемнад­цатью! Друзья есть у того, с кем идут девятнадцать. Дружину состав­ляют двадцать человек. Толпа — это тридцать человек. Сообще­ство — это сорок. В полку — пятьдесят. Шайка — это шестьдесят. Семьдесят — это скопище. Век человечий — это восемьдесят. Сот­ня — это сходка.
Младшая Эдда. — М., 1970. — С. 102.
I walk my beat before London Town,
Five hours up and seven down.
The Works of Rudyard Kipling.— Hertfordshire.,1995.—P.709.

ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКИЕ РАБОТЫ ОБЩЕГО ХАРАКТЕРА

1. Аникин Г. В., Михальская Н.П. История английской литерату­ры. - М., 1985.
2. Зарубежные писатели: Биобиблиографический словарь/Под ред. Н.П. Михальской. - В 2 т. - М., 1997.
3. История зарубежного театра. — В 4 ч. — М., 1987.
4. История зарубежной литературы: Средние века и Возрожде­ние. - М., 1987.
5. Краткая литературная энциклопедия. — М., 1962—1978. — Т. 1—9.
6. Литературный энциклопедический словарь. — М., 1987.
7. История всемирной литературы. — В 9 т. — М., 1984.
8. История английской литературы. — М.; Л., 1943—1958. — Т. 1—3

ПИСАТЕЛИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ - ЛАУРЕАТЫ НОБЕЛЕВСКОЙ ПРЕМИИ

Нобелевские премии учреждены в 1901 году шведским ин­женером-химиком А.Б. Нобелем. Присуждаются ежегодно за вы­дающиеся работы в области физики, химии, физиологии и ме­дицины, экономики (с 1969 г.), за литературные произведения, за деятельность по укреплению мира. Премии по литературе присуждает Шведская академия. Размер премии в 1988 году со­ставлял 2,5 млн. крон.
1907 Киплинг Р.
1925 Шоу Б.
1932 Голсуорси Дж.
1948 Элиот Т.С.
1950 Рассел Б.
1953 Черчилль У.
1981 Канетти Э.
1983 Голдинг У.

НОВЫЕ КНИГИ OXFORD UNIVERSITY PRESS

Oxford World's Classics offers editions of key texts from the 4000-year-old myths of Mesopotamia to the 20th century.
DRAMA
World's Classics has an impressive and growing selection of dramat­ic works by English playwrights from the sixteenth to the twentieth centu­ries. Under the general editionship of Michael Cordner they are ideal for students. Each play has been newly edited with modernized spelling and punctuation, and offers substantial introductions that draw on the latest scholarship to discuss language, staging, and the world in which the plays were originally performed. A wealth of critical apparatus is provided — with more detailed notes that competing editions. In many cases the only reliable edition of a text is offered in paperback.
* Four Revenge Tragedies. The Spanish Tragedy. The Revenger's Trag­edy. The Revenge of Bussy D'Ambois. The Atheist's Tragedy. With Explana­tory Notes and Glossary / Ed. with an Introduction by Katharine Eisaman Maus. — Oxford-New York, 1995.
(From the paperback: The revenge tragedy florished in Britain in the late sixteenth and early seventeenth centuries. Thomas Kyd's The Spanish Tragedy helped to establish the popularity of the genre, and it was followed by She Revenger's Tragedy, published anonymously and ascribed first to Ciril Toumeur and then to Thomas Middleton. George Chapman's The Revenge of Bussy D'Ambois and Toumeur's The Atheist's Tragedy appeared soon af­ter.
* Each of the four plays printed here defines the problems of the re­venge genre, often by exploiting its conventions in unexpected directions. All deal with fundamental moral questions about the meaning of justice and the lengths to which victimized individuals may go to obtain it, while register­ing the steins of life in a rigid but increasingly fragial hierarchy.
* Under the General Editionship of Michael Cordner of the Univer­sity of York).
* Court Masques: Jacobean and Caroline Entertainments. 1605— 1640. Ben Johnson, The Masque of Blackness (1605). Ben Johnson, Banes at a Marriage (1606). Thomas Campion, The Lord Hay's Masque (1607). Ben Johnson, The Masque of Queens (1609). Samuel Daniel, Tethys' Festival (1610). Ben Johnson, Love Restored (1612). George Chapman, The Memo­rable Masque (1613). Thomas Campion, The Caversham Entertainment (1613). Ben Johnson, The Golden Age Restored (1616). Ben Johnson, Christmas His Masque (1616). Ben Johnson, Pleasure Reconceld to Virtue (1618). Anon, The Coleorton Masque (1618). Ben Johnson, Neptune's Tri­umph for the Return of Albion (1624). Ben Johnson, Chloridia (1631). Au-relian Townshend, Tempe Restored (1632). Thomas Carew, Coelum Britan-nicum (1634). Ben Johnson, Love's Welcome at Bolsover (1634). William Davenant, Salmacida Spolia (1640). — With Acknowledgements, List of Il­lustrations, Introduction, Note on the Texts, Selected Bibliography, Se­lected Chronology of Stuart Masques, Explanatory Notes, Index of Per­formers, Glossary / Ed. with an Introduction by David Lindley. — Oxford-New York, 1995.
* Middleton Thomas. A Mad World, My Masters and other Plays.
Michaelmas Term. A Trick to Catch the Old One. No Wit, No Help Like a Woman's. With Explanatory Notes and Glossary /Ed. with an Introduction by Michael Taylor. — Oxford-New York, 1995.
* John Ford. 'Tis Pity She's a Whore and other Plays. The Lover's Melancholy. The Broken Heart. Perkin Warbeck. With Explanatory Notes and Glossary / Ed. By Marion Lomax. — Oxford-New York, 1995.
* George Farquhar. The Recruiting Officer and other Plays. The Con­stant Couple. The Twin Rivals. The Beaux' Stratagem. With Acknowledge­ments, Introduction, Note on the Texts, Selected Bibliography, A Chronol­ogy of George Farquhar, Explanatory Notes and Glossary. — Oxford-New York, 1995.
* John Webster. The Duchess of Malfi and other Plays. The White Devil. The Devil's Law-Case. A Cure for a Cuckold / Ed. with an Introduc­tion by Rene Weis. — Oxford-New York, 1996.
* John Marston. The Malcontent and other Plays. Antonio and Mellida. Antonio's Revenge or the Second Part of the History of Antonio and Mellida. The Dutch Courtesan. Sophnisba or The Wonder of Women. — With Appendix: Felice's Ballad in Antonio and Mellida (III, 2), Explana­tory Notes and Glossary / Ed. with an Introduction by Keith Sturgess. — Oxford-New York, 1997.

СОДЕРЖАНИЕ
ПЛАН ЛЕКЦИЙ ПО ИСТОРИИ ЛИТЕРАТУРЫ АНГЛИИ раннего средневековья — конца XVIII века................................................. 2
ПЛАНЫ ПРАКТИЧЕСКИХ ЗАНЯТИЙ.................................................................................................................................................................... 7
I. Англосаксонский эпос «Беовульф»................................................................................................................................................................. 7
II. Романы о Тристане и Изольде (по книге Т. Мэлори «Смерть Артура»)................................................................................................ 8
III. Баллады о Робине Гуде...................................................................................................................................................................................... 9
IV. Джеффри Чосер. «Кентерберийские рассказы»......................................................................................................................................... 9
V. Английский сонет............................................................................................................................................................................................... 11
VI. Эвфуистический стиль и ранний Шекспир................................................................................................................................................. 20
VII. Уильям Шекспир. «Сон в летнюю ночь»................................................................................................................................................... 22
VIII. Поэзия Джона Донна..................................................................................................................................................................................... 24
IX. Джон Мильтон. «Потерянный рай»............................................................................................................................................................. 31
X. Роман Даниэля Дефо «Робинзон Крузо» и «Путешествия Гулливера» Джонатана Свифта.......................................................... 48
ПЛАН ЛЕКЦИЙ ПО ИСТОРИИ ЛИТЕРАТУРЫ АНГЛИИ конца XVIII — конца XX вв............................................................................ 49
ПЛАНЫ ПРАКТИЧЕСКИХ ЗАНЯТИЙ.................................................................................................................................................................. 55
I. Поэтическое открытие детства английской литературой на рубеже XVIII—XIX вв...................................................................... 55
II. Лироэпическая поэма. Типология жанра................................................................................................................................................ 59
III. Функции детских образов в творчестве Ч. Диккенса............................................................................................................................. 60
IV. Детская английская литература...................................................................................................................................................................... 61
V. Своеобразие поэзии Т.С. Элиота.................................................................................................................................................................... 64
ВОПРОСЫ К ЭКЗАМЕНУ ПО КУРСУ ИСТОРИИ ЛИТЕРАТУРЫ АНГЛИИ............................................................................................... 66
У. ШЕКСПИР. «ТРАГИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ГАМЛЕТА, ПРИНЦА ДАТСКОГО»..................................................................................... 68
Работа с текстом перевода, смысловыми и художественными деталями, особенностями композиции. Комментарии................... 68
Приложения, ТЕКСТЫ, ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ ДЛЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ...................................................................... 81
Тема I. Функции образов эльфов, фей, призраков и ведьм и способы их создания (Сост. О. Марчукова, Е. Дорошенко, Е. Гальперина).............................................................................................................................................................................................................. 81
Тема II. О хорошем отношении к лошадям (Сост. О. Сочетаева)................................................................................................................ 92
Тема III. Коты как реалия английской жизни (Сост. Е. Кокина)................................................................................................................... 96
Тема IV. Функции описания костюма в английской литературе (Сост. и коммент. И. Инфимовской, О. Панковой).................. 101
Тема V. Стремление к земной славе как магистральный сюжет. «Честь» и «слава» как ключевые слова (Сост. М. Славина).. 112
Тема VI. Мотивация поединков и их жанровые воплощения (Сост. М. Альтман)................................................................................ 118
Тема VII. Человек перед лицом смерти (Сост. М. Альтман, Е. Лисицына)............................................................................................. 130
Тема VIII. Числа, их значения и функции в художественных произведениях (Сост.: И. Орлова, С. Кошелева, Е. Кузнецова, коммент. С. Кошелевой, Е. Черноземовой)....................................................................................................................................................................... 132
ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКИЕ РАБОТЫ ОБЩЕГО ХАРАКТЕРА...................................................................................................................... 143
ПИСАТЕЛИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ - ЛАУРЕАТЫ НОБЕЛЕВСКОЙ ПРЕМИИ............................................................................................ 143
НОВЫЕ КНИГИ OXFORD UNIVERSITY PRESS (DRAMA).............................................................................................................................. 143


<<

стр. 4
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ