<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Локально-историческая теория изучает единство человека и его среды обитания, составляющее понятие локальная цивили­зация.
Л.Н. Гу­­милев (1912—1992) определяет рубеж XVI—XVII веков как акматическую фазу российского этноса. “Обычно в истории эта фаза,— пишет Л.Н. Гу­ми­лев,— сопровождается таким внутренним сопер­ни­чеством и резней, что ход этногенеза на время тормозится... Начинаются гражданские войны... она сопровождается огромным рассеиванием энер­гии...”. Действительно, истори­ческие факты вписываются в схему-логику, предложенную Л. Н. Гумилевым. Рубеж XVI—XVII веков — это хаос в Евразийском государстве и мощный “выброс” народа из центра на Украину, Дон, Сибирь.
 
Сравнительно-теоретические схемы
предмет изучения + исторический факт = теоретическая интерпретация
№ 1. Причины опричнины Ивана IV (Грозного)
 
 
Название
теория
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозная
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Царь – помазанник Божий. Иван IV – грозный, но справедливый в отношении всего народа
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
1)  Опричнина – бессмысленные репрессии безумного царя
2)  Опричнина – система мер, направленных на укрепление государства и борьбу с боярами
Материалистическое
направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Опричнина – метод форсированной централизации государства, установления самодержавия. «Дворянская революция», направленная против бояр
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Опричнина – геноцид своего народа с целью установления личной диктатуры Ивана IV. Цена опричнины – массовая гибель людей. Уроки опричнины – не допустить установления личной диктатуры
Технологическое направление
Развитие технологическое, научные открытия
Перенимание Москвой государственных традиций Османской империи
 
№ 2. Причины Смуты начала XVII века
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Смута – это одновременно кара за безбожную жизнь и дар, мученический венец, дающий народу возможность явить свою силу. Очищение души народа через страдания
Всемирно-историческая:
 
до 1917 года
Общемировое развитие, прогресс человечества
1)       Вызвана вмешательством иноземных врагов в России. (Н. М. Карамзин)
2)       Прекращением династии Рюриковичей-Калиты. (С. М. Соловьев)
3)       Вызвана самим строем государственных повинностей. Начали Смуту бояре (В. О. Ключевский)
Материалистическое
направление
Развитие об­щества, общественных отношений, связанных
с формами собственности. Классовая борьба
Отвергается термин «Сму­та» и вводится термин «восстание крестьян и казаков». Пиком восстания является выступление угнетенного народа против эксплуататоров под руководством И. И. Болотникова. Причины в отмене Юрьева дня. Крестьяне и казаки начали классовую борьбу
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Сложнейшее переплетение различных противоречий. Либерально-реформаторская политика Бориса Годунова и Лжедмитрия I. Ведущая роль личностей в событиях
Локально-историческая
Единство человечества и территории
Акматическая фаза Российского этноса, характеризующаяся гражданскими войнами (Л. Н. Гумилев)
 
Примечания
 
 1 Глава написана с позиции либерально-исторического направления всемирно-историче­ской теории.
 2 Первый российский царь Иван Васильевич IV Грозный родился 25 августа 1530 г., умер 18 марта 1584 г. Великий князь Московский, царь с января 1547 г.
 3 От первого брака у Великого князя Василия III с Соломонией Сабуровой детей не было.
4 Земский собор — собрание сословных представителей: бояр, столичного дворянства, духовенства. До конца XVI в. Земский собор созывали еще три раза: в 1566, 1584, 1598 гг.
5 Опалой в то время называлось нечто вроде отлучения. Лица, которых она постигла, лишались права на какую-либо деятельность при дворе, а также государственную службу.
6 В России вера в божественную избранность царя никогда не подвергалась сомнению. Отсюда, даже народные волнения возглавляли лжецари: Пугачев и др.
7 Анастасия Романовна Захарьина-Юрьева — 1-я жена Ивана IV, с которой он счастливо прожил более 13 лет и которая оказывала на него благотворное моральное влияние. От брака у них было два сына — Иван и Федор. В 1581 г. Иван IV убил своего старшего сына и престолонаследника царевича Ивана и тем самым подготовил гибель своей династии.
 
 








Переход на главную страницу
Глава 3

Восстановление и расцвет
Московского царства
(xvii век)1 
 
Пути развития государства после Смуты определялись задачами восстановления страны. Стране требовалась центра­лизация управленческой власти, чтобы преодолеть развал налоговой системы, упадок хозяйства, разгул преступности, снижение обороноспособности. Постепенно в руках царя сосредоточивалась полнота верховной, законода­тель­ной, исполнительной и судебной власти. Центральные государственные учреждения, называемые приказами, подчинялись непосредственно царю. При первых Романовых система приказов разрасталась по мере усложнения административных задач. Приказы делились на общегосударственные (Посольский, Поместный, Разрядный, Разбойный, Большой казны, Большого прихода и др.) и территориальные (Сибирский, Малороссийский и др.).
Важное место в административном устройстве занимала Бояр­ская дума, составлявшая круг ближайших советников и сотрудников царя. В думу входили, в основном, представители аристократических фамилий. При царе Алексее в нее были введены наиболее компетентные выходцы из среднего дворянства. Технические функции в думе выполняли дьяки, секретари и докладчики. Дума, обладая законодательными полномочиями, обсуждала административные и судебные вопросы, составляла указы и законы. Члены думы для проведения конкретных мероприятий создавали специальные комиссии, а также назначались послами, начальниками приказов, воеводами.
Московское государство, находясь в состоянии непрерывной войны, остро нуждалось в регулярной армии. По мере стабилизации государст­венных финансов создаются военные части, носившие более регулярный характер, нежели дворянское ополчение. Это были драгунские, рейтарские и пехотные полки. На воинскую службу привлекались казачьи формирования.
Усиливая централизм в управлении, московские цари понимали опасность перекосов в сторону тотального администрирования. Они признавали наличие церковно-моральных традиций и правовых норм, ограничивающих самодержавие. Нельзя было не считаться и с возросшим гражданским сознанием подданных, которое отражалось в работе Земских соборов, представляющих все русские земли и города. Мнение Земских соборов для Михаила и Алексея Романовых было весомым. Земские соборы заседали почти непрерывно в течение первых 10 лет царствования Михаила, они активно помогали восстановлению Российского государства после Смуты. И в дальнейшем ключевые для общественного бытия вопросы выносились на «совет всей земли» — Соборы обсуждали взятие Азова казаками (1642 г.), принятие нового свода законов (1648 г.) и др. Для обсуждения более частных вопросов правительство неоднократно созывало совещания представителей отдельных сословий.
После Смуты в связи с централизацией управления сокращались полномочия местного самоуправления, во все земли страны из Москвы командировались воеводы, забиравшие в свои руки военную и гражданскую власть. При этом в некоторых центральных и большинстве северных волостей на уездном уровне сохранялось прежнее самоуправле­ние — во главе «все­уезд­ных миров» ставились выборные старосты. Сохранялось также крестьянское и казачье само­управ­ление; помещикам и чиновникам приходилось иметь дело с крестьянскими общинами, действовавшими на принципах круговой поруки и защищавшими своих членов.
Первые Романовы стремились внести элементы централизации и в социальную политику. Все сословия обязаны были служить государству и отличались лишь характером возложенных на них повинностей. Население делилось на служилых и тяглых людей.
Во главе служилого сословия стояло около сотни боярских фамилий — потомков бывших Великих и удельных князей. Они занимали высшие должности в военном и гражданском управлении, но в течение XVII века их постепенно теснили выходцы из средних служилых слоев. Шло слияние бояр и дворян в один класс «государственных служилых людей». По своим социальным и этническим корням он отличался заметной пестротой: первоначально доступ к государственной службе был открыт всем свободным людям. По мере складывания государственной организации класс служилых приобретал все более замкнутый характер.
Способность дворян исполнять свои военные обязанности зависела от обеспеченности их поместий рабочей силой, от переходов крестьян от одних владельцев к другим. Кроме того, стихийная массовая миграция крестьян на новые земли (Украина, Дикая степь, Сибирь) приводила к сбоям в налоговой системе. Стабилизацию ситуации правительство видело в прикреплении крестьян к земле, то есть в закрепощении2.  Прикрепление к земле не означало порабощения крестьян, они по-прежнему считались свободными людьми и могли жаловаться на притеснения помещиков в суд. Однако власть помещиков над крестьянами постепенно возрастала. Более благоприятным было положение государственных и дворцовых крестьян, которые не подчинялись помещикам.
Прикрепление к тяглу коснулось и других сословий, закреплялись на местах отдельные категории посадского населения. Дворяне в России были не более свободными, чем крестьяне и горожане; они были связаны обязательством пожизненной службы. За каждой общественной группой в общегосударственной структуре за­креплялось определенное место. Применяя гибкую тактику, центральная власть сумела закрепить в структуре государства и казачество. Москва признала за казаками право на самоуправление, на владение землей, оказывала им помощь провиантом, деньгами и оружием. Казачество, со своей стороны, обязывалось нести службу на рубежах Московского царства.
Влиятельным сословием в XVII веке было духовенство, державшее монополию в сфере просвещения, культуры, идеологии. Православное понимание сословных обязанностей как формы религиозного служения приводило к тому, что все население несло всеобщую государственную повинность: дворяне — лично, а крестьяне и горожане — через налоги на содержание войска. Создается своеобразная система российского государственного крепостного права.
В царствование Алексея Михайловича были внесены изменения в судебную систему. Земским собором 1648 года был выработан новый свод законов, получивший название «Соборное уложение». Важнейшими направлениями «Уложения» были защита интересов дворян и горожан на фоне некоторого ограничения привилегий боярства и духовенства, а также протекционизм в пользу русских купцов и промышленников. Крестьяне законодательно были прикреплены к земле.
 
 
После восстановления государственности Россия еще долго преодолевала внешнеполитические проявления Смуты. В 1614 году шведы осадили Псков, а в 1617—1618 годах королевич Владислав предпринял большой поход на Москву. России удалось отразить поляков и шведов, но за мир с соседями пришлось заплатить территориальными уступками: Швеции отошли побережье Финского залива и Карелия; Речь Посполитая удержала за собой Смоленск и Чернигов.
В 1632 году вспыхнула новая русско-польская война, не давшая решительного перевеса ни одной из сторон. Тем не менее Владислав наконец отказался от притязаний на московский престол и признал Михаила Федоровича законным царем.
Но на этом противоречия между Речью Посполитой и Московией не были исчерпаны. Обострялся вопрос о западно-русских землях. После объединения Литвы и Польши по Люблинской унии 1569 года польская шляхта считала Западную Русь своим владением и проводила политику ополячивания местного населения, обращения его в католическую веру. В 1596 году православному населению Западной Руси была навязана Брестская уния, по которой верующие сохраняли православные обряды и обычаи, но должны были признать власть папы римского.
Уния расколола западно-русскую православную церковь. Униаты и не признавшие католичество православные после взаимных проклятий вступили в ожесточенную борьбу. Польский король издал манифест, по которому православие объявлялось вне закона. Начались массовые преследования православных.
В борьбе против ополячивания русские создавали свои объединения, православные братства. При братствах строились типографии, школы, больницы, развивалась широкая просветительская и благотворительная деятельность. Идейными центрами западно-русского православия стали Могилянская академия и Киево-Печерский монастырь.
Сопротивление католичеству и шляхетскому господству вылилось в войну. В 1648 году запорожским казакам под руководством Богдана Хмельницкого удалось дважды разбить поляков. В 1651 году поляки нанесли ответный удар и разбили казаков в битве при Берестечке. Хмельницкий обратился к Алексею Михайловичу с просьбой принять Украину «под высокую царскую руку»; после долгих колебаний Москва дала положительный ответ. Принимая решение о воссоединении с Украиной, Земский собор 1653 года понимал, что это приведет к тяжелой войне с Польшей.
Начавшаяся в следующем году война поначалу была успешной для России; русские войска заняли Белоруссию и Литву. Затем ситуация изменилась; после смерти Хмельницкого новый гетман Выгов­ский изменил союзу с Россией. Истощив силы тяжелой войной, Россия и Речь Посполитая в 1667 году заключили перемирие. К России отошли Смоленск, Киев и вся Левобережная Украина; признав власть царя, украинские казаки сохранили свое самоуправление, они избирали своих гетманов и имели налоговые льготы.
В XVII веке царское правительство разрешило заселить низовья Волги калмыкам, перекочевавшим из Центральной Азии и попросившим россий­ского подданства.
На протяжении всего XVII века острой была проблема Юга. Крымское ханство не прекращало опустошительных набегов на русские земли. В течение первой половины XVII века было захвачено и уведено для продажи в рабство двести тысяч русских пленников. Особенно безнаказанны и пагубны эти вторжения были в период Смуты. Отразив интервенцию поляков и шведов, Россия занялась укреплением южной границы. Были увеличены гарнизоны на Тульской засечной черте, с 1635 года началось строительство новой Белгородской черты. Строились города-крепости: Козлов, Тамбов, Верхний и Нижний Ломов, был восстановлен Орел, заново построен Ефремов. Основная тяжесть пограничной службы ложилась на казачество.
Военное столкновение России с Крымским ханством назревало: в 1677—1681 годах крымские татары в союзе с турками вторглись на Украину. После ожесточенных сражений у крепости Чигирин русским войскам удалось остановить противника, однако угроза татар­ских набегов сохранялась.
В XVII веке Россия завязала весьма тесные торговые и дипломатические отноше­ния со странами Западной Европы, стала перенимать европейские достижения в науке, технике, культуре. До определенной поры это перенимание не затрагивало основ русской культуры; Россия развивалась вполне самостоятельно, усвоение западно-европейского опыта шло естественным путем, без крайностей, в рамках спокойного внимания к чужим достижениям.
Русь никогда не страдала болезнью национальной замкнутости. До середины XV века происходил интенсивный культурный обмен между русскими и греками, болгарами, сербами. У восточных и южных славян существовали единая письменность, единый церковно-славянский литературный язык, которым, кстати, пользовались также молдаване и валахи. Западно-европейское влияние проникало на Русь через своеобразный «фильтр» византий­ской культуры. В середине XV века в результате осман­ской агрессии Византия пала и южные славяне потеряли государственную независимость. Условия культурного обмена России с внешним миром существенно изменились, теперь этот обмен шел через Литву и Польшу.
Хозяйственная стабилизация в России, развитие товарно-денежных отношений, интенсивное складывание общероссийского рынка на протяжении XVII века — все это объективно требовало обращения к техническим достижениям Запада. Правительство Михаила Романова не делало проблемы из заимствования европейского технологического и экономического опыта. При этом русская духовная культура оберегалась от западно-христианских влияний. Слишком свежи были в памяти людей события Смутного времени и роль в них иностранцев. Поиск политических и экономических решений, исходивших из реальных возможностей, был характерен для правительства Алексея Михайловича. Результаты этого поиска были вполне успешными в военном деле, в дипломатии, в строительстве первых мануфактур.
В XVII веке положение Московской Руси было во многих отно­шениях лучше, чем европейских государств. XVII век для Европы — это время кровопролитной Три­дцатилетней войны, принесшей народам разорение, голод и вымирание (результатом войны, к примеру, в Германии стало сокращение численности населения с 18 миллионов до 4 миллионов).
Из Голландии, германских княжеств, других стран шел поток переселенцев в Россию. Это были купцы, предприниматели, наемные солдаты и офицеры, которым московское правительство платило хорошие деньги. Часть эмигрантов не хотела рвать с прежними привычками и обычаями. Немецкая слобода на реке Яузе под Москвой стала «уголком Западной Европы в самом сердце Московии». Многие иноземные новинки — театральные представления, балы, наряды, кулинарные блюда — вызывали интерес у русской знати. Некоторые влиятельные вельможи из царского окружения — Нарышкин, Артамон Матвеев — становились сторонниками рас­пространения европейских обычаев, устраивали свои дома на «замор­ский манер», носили западное платье, брили бороды и т. п. При этом Нарышкин, Матвеев, так же как видные деятели 80-х годов XVII века Василий Голицын, Головин, были людьми патриотически настроенными. Им было чуждо слепое поклонение всему западному, присущее таким ярым западникам, как князь Хворостинин, который говорил, что «в Москве народ глуп». Такие государственные деятели, как начальник Посольского приказа Афанасий Ордин-Нащокин и ближайший советник царя Алексей Ртищев, полагали, что на западный манер надо было переделывать многое, но далеко не все. Ордин-Нащокин говорил: «Доброму не стыдно навыкать со стороны у чужих... Иноземное платье... не по нас, а наше не по них». О необходимости соблюдения меры в перенимании европейских порядков писал и живший в России хорват Крижанич.

Казачья вольница поначалу доставляла массу хлопот московским властям, поскольку привлекала беглых крепостных из центральных районов и не обращала внимания на цар­ские указы. В дальнейшем установился союз казачества с царской властью. Царское правительство проявляло гибкость в социальной политике и привлекло на свою сторону коренных казаков, недовольных наплывом беглой вольницы из центральных районов.
Казаки объединялись в военно-демократические организации, управ­ляемые на местах выборными старшинами. Московское правительство признало за казаками право на владение землей, оказывало им помощь провиантом, деньгами и оружием. Казачество обязывалось нести погра­ничную службу на рубежах Российского государства. В течение всего XVII века казаки вели непрекращавшуюся борьбу с турками, крымскими татарами, ногайцами. Пополняясь за счет самых энергичных, легких на подъем людей, казачество концентрировало в себе энергию народа. Это было братство сильных и отчаянных мужчин. Имея добровольное, мобильное, хорошо обученное, яростное в бою казачье войско, Россия получала немалые преимущества в борьбе с воинственными соседями.
Казаки имели четкую военную организацию; вой­ско делилось на станицы во главе с выборными атаманами. Военная дисциплина сочеталась с демократией: подчинение атаманам было беспрекословным — особенно в воинских походах; в то же время основные вопросы казачьей жизни обсуждались на станичных и войсковых Кругах, или Радах. Охрана границы была главным делом казаков, до конца XVII века казаки не занимались землепашеством — зерно на Дон доставляло московское правительство. Казаки были непревзойденными всадниками, мастерами джигитовки и конного боя. Кроме того, они в совершенстве владели искусством морских набегов. Легкие суда казачьих флотилий часто ходили за добычей по Азовскому, Черному и Каспийскому морям, к берегам Турции и Персии. Добычу, называемую «дуваном», делили по справедливости, а долю погибших в походе передавали их семьям.
Жизнь казаков целиком была связана с военной службой, и быт казачьих семей полностью держался на женщинах, хранительницах очага. Наряду с веками складывавшимся типом казака — предприимчивого, смелого, гордого, очень подвижного человека — складывался тип казачки — энергичной, хозяйственной и верной женщины. Для быта казачества были характерны такие черты, как стрем­ление к устойчивому благосостоянию и всемерное поддержание традицион­ного уклада жизни.
Казаки являлись носителями особого психического склада, заметно отличающего их от простых крестьян — они жили в условиях постоянной готовности к походу, к войне. Война была для них естественной стороной земного бытия, ее воспринимали как религиозное действо, в котором испытываются качества казака и воина. Примером смелости и инициативы казаков была азовская осада 1637—1642 годов, когда донцы, объединившись с запорожцами, взяли мощную турецкую крепость Азов и долго удерживали ее. Рискованные предприятия для казаков, пользовавшихся вольной жизнью, были не редкостью. Овеян легендами подвиг Ермака, положившего к ногам царя Сибирское ханство. В 1668 году атаман Степан Разин совершил поход в Персию, а потом, окрыленный победой, попытался поднять Русь и свергнуть московского царя.
Если говорить в целом, сознание казачества было сознанием традиционным, тесно связанным с исторической памятью. Характерным было бережное отношение к историческому преданию. Из поколения в поколение — вплоть до наших дней — в казачьих станицах передавались песни и сказания о выдающихся земляках, их подвигах — об одном из первых донских атаманов Черкашенине, о походах Ермака, об «Азовском сидении», о храбрости атамана Платова и его сотен в 1812 году. В казачьем фольклоре отразилась вся гамма казачьего подвижничества — защита границ России, участие во всех ее войнах, походы землепроходцев на восток, а самое основное — ревностное отношение к право­славным святыням и ценностям. Казаки никогда не сомневались в необходимости противостояния злу силой, воспитывались не просто как воины, а как защитники истинного православия. В глазах всего русского народа казак олицетворял собой идеал мужественного воина.
Православное мироощущение казаков определяло их главное качество — духовную свободу. Среди прочего эта свобода проявлялась и в этнической терпимости. При всей жестокости жизни в пограничье у казаков никогда не было пренебрежения и высокомерия к соседям. Более того, они охотно перенимали иные обычаи, лексику, одежду, оружие, приемы военной так­тики. У казаков в почете было куначество с соседями. Многие казаки знали не по одному языку. Среди казачества жило немало пленных крымчан, турок, горцев, что было вполне естественным в условиях беспрерывных войн. И хотя пленные находились в зависимости от казаков и должны были «отрабатывать» свой плен, отношение к ним не было жестоким. Со временем часть из них получала свободу и возможность выбора — вернуться на родину или «оказачиться», приняв православную веру.
Казачество становится одним из ярких явлений русской национальной жизни примерно со 2-й половины XVII века. На Дону, Днепре, Яике, так же как позднее на Тереке, Кубани, возникли казачьи вольные братства, раскрепощенный дух которых привлекал энергичных людей со всей Руси. Слово «казак» в переводе с тюркского означает «вольный человек», «вольный всадник».
 
 
Казаки Ермака проложили дорогу на сибирские просторы энергичным и предприимчивым русским людям. В XVII веке русское продвижение в Сибирь было необычайным по темпам и размаху. Это являлось результатом соединенных усилий казаков и государевых служилых людей. Первыми шли маневренные отряды казаков. Царские воеводы с ратными людьми и строительными артелями представляли вторую волну колонизации.
Сибирь влекла к себе, прежде всего, неисчислимыми в то время пушными богатствами, в которых были заинтересованы и «торговые люди», и крепнущее государство. В Москве освоение сибирских земель рассматривалось как задача первостепенной государственной важности.
Состав первых переселенцев был довольно разнообразным. Кроме казачества, служилых людей и промысловиков, в Сибирь «по государеву указу» шли ремесленники и пашенные крестьяне. Заметную часть пере­селенцев составили ссыльные из числа уголовных преступников и «иноземцы» из числа военнопленных. Переселенче­ская волна влекла за собой зырян (коми), казанских татар, марийцев, мордву, чувашей. Сибирь становилась притягательной для крепостных крестьян, бежавших на новые земли от помещичьего угнетения. Нередко правительство было вынуждено сквозь пальцы смотреть на уход в Сибирь бывших крепостных. Вклад в колонизацию вносили и монастыри.
При всем разнообразии движущих сил колонизации большинство переселенцев составляли жители северо-русских (так называемых черносошных) уездов, где не было боярского и помещичьего землевладения. Северо-русские промышленники задолго до Ермака были знакомы с Зауральем, сильное развитие на Севере получил пушной промысел. Природно-климатическая и географическая близость Севера и Сибири облегчала крестьянское продвижение. Жители центральных районов страны обычно переселялись на юг — в Дикое поле, а северо-русские крестьяне продвигались на восток. В северных городах — Вологде, Великом Устюге, Холмогорах, Каргополе и других — набирали ратных людей из числа добровольцев для службы в Сибири. Поток вольных переселенцев нарастал и постепенно превысил число тех, кто отправлялся в Сибирь не по своей воле. Именно вольно-народная колонизация, в конечном итоге, привела к прочному вхождению Сибири в состав Российского государства.
Вольная колонизация тесно переплеталась с правительственной. Добровольные переселенцы собирались под защиту стен строившихся воеводами крепостей, которые становились опорными базами для дальнейшего продвижения. Первые укрепления возникли еще до Смутного времени: Тюмень, Тобольск, Пелым, Сургут, Обдорск, Томск, Туруханск, Мангазея. В 1618 году построен Кузнецкий острог, в 1619 году — Енисейский острог. В 1628 году был основан Красноярск, ставший главным оплотом России на Верхнем Енисее и в последующее время. В городах и острогах располагались гарнизоны и резиденции местной администрации, они служили центрами обороны и ясачного сбора. Ясак (в основном, пушниной) выплачивался местными сибирскими племенами и шел в российскую казну, хотя бывали случаи, когда служилые люди пытались забирать ясак в свою пользу.
Если в Западной Сибири правительство действовало по определенному плану, то в Восточной Сибири, в силу ее удаленности от центра, колонизация была более стихийной. Отряды служилых и промышленных людей, опережая друг друга, в поисках новых богатых соболем земель за короткий срок преодолевали огромные расстояния. Царская администрация не сковывала волю служилых; казаки и стрельцы сами решали вопросы, касавшиеся целей и маршрутов похода. Воеводы снабжали служилых оружием, боеприпасами, продовольствием, а после завершения походов строили и заселяли новые остроги, организовывали местное управление, ясачный и таможенный сбор.
От Енисея к Лене и Тихому океану отряды землепроходцев двигались, преодолевая противодействие многих местных племен. Первыми шли отряды пушных промышленников Пенды, Добрын­ского, Васильева, Ерофея Хабарова, казачьих десятников Василия Бугра и Владимира Атласова, атаманов Перфильева, Василия Галкина, Дмитрия Копылова, воеводского помощника Пояркова. Широкий размах приняло полярное мореходство, северные поморы на своих кочах плавали все дальше на восток вдоль берегов Ледовитого океана. Наиболее крупные морские походы возглавляли казаки Михаил Стадухин и Семен Дежнев. В 1632 году стрелецкий сотник Бекетов основал Якутск. В 1639 году отряд Ивана Москвитина вышел на побережье Тихого океана. Спустя год-два русские попадают на Сахалин и Курилы, установив дружественные контакты с местным населением. Мирно складывались отношения русских с остяками, вогулами, ненцами, эвенками, коряками, бурятами, якутами. Бывали и конфликты, например, с чукчами и с енисейскими киргизами. В Приамурье казакам Хабарова пришлось воевать с маньчжурами.
Процесс вхождения сибирских народов в состав Российского государства завершился в течение XVII века. Многие племена приняли российское подданство добровольно. Большую часть тайги и тундры малочисленные русские отряды прошли, не встретив серьезного сопротивления. Местные народы рассчитывали на выгодную торговлю с русскими и на защиту от разорительных вражеских набегов. Еще Семен Дежнев «мирил» тунгусские племена на реке Оленек, предотвратив войну между ними. Русское продвижение в Сибирь сравнивали с открытием «Нового света», однако при освоении Сибири русскими не было того, чем отличалось заселение Америки испанцами и англичанами: не было массового уничтожения аборигенов.
Оседая на сибирских землях, русские крестьяне располагали свои деревни рядом с селениями аборигенов; возникали и смешанные поселения пришельцев и аборигенов. На Индигирке, Колыме, в Иркутском крае, Забайкалье и некоторых других местах вследствие смешения с сибирскими народами сильно менялись и внешний облик, и язык, и быт осевших там русских. Многое перенимали и аборигены от русских: рубленые избы, орудия труда, одежду, кулинарию, верования, обычаи, лексику. Уже к концу XVII века отдельные местные народы мало чем отличались от обитавших по соседству русских и жили тем зажиточнее, чем ближе к ним находились. Многие сибирские народы со временем частично обрусели (шорцы, алтайцы, манси, буряты, камчадалы), а некоторые полностью ассимилировались в составе русского этноса: енисейцы в районе Туруханска, теленгиты на Алтае, чуванцы и ламуты на Камчатке, карагасы в районе Томска, гольды на Амуре и другие.
 
 
XVII столетие русской истории было отмечено началом духовной борьбы между российскими «западниками» и сторонниками старых отеческих традиций. Активная часть русского общества, ощутив новизну ситуации, серьезно задумалась о месте России в мире. Много внимания вопросу о новшествах уделяла православная церковь. Не отрицая задач восполнения недостатка светской культуры, развития науки и техники, наиболее дальновидные представители православного духовенства призывали к усилению нравственного начала в русском обществе. Передовые священнослужители ратовали за такое развитие России, которое вело бы к политиче­ской и экономической мощи при сохранении своеобразия духовной культуры. Русский народ пред­ставлялся ими хранителем подлинной христианской нравственности, поэтому они протестовали против распространявшихся из Немецкой слободы «свободных» нравов, выступали против действий правительства Алексея Михайловича, которое не возбраняло курение «дьявольского зелья» — табака — и расширяло сеть кабаков. Церковь призывала к ликвидации пьянства, а кабак представляла как исчадие ада, некие антихрам и антиобщину умерших при жизни, уподобившихся бездушным скотам. «Оне упиваются, а дьявол радуется», — писал протопоп Аввакум.
Традиционная нравственность русских людей оберегалась, прежде всего, церковью, поэтому была связана с религиозностью. Это качество большинства русских не имело ничего общего с фанатизмом и мракобесием. Главным духовным интересом верующих было спасение души, религия для них была не только обрядом, но и высокой нравственной дисциплиной. Православная мораль не являлась кодексом отвлеченных правил, а направлялась на ясное понимание житейского смысла христианских норм: человеколюбия, благочестия, великодушия. Церковные установки к тому времени прочно впитались в русский быт. Религиозно-нравственное подвижничество русских поражало многих приезжающих из-за границы.
Церковь строила свою деятельность так, чтобы влиять на все стороны общественной жизни. Духовенство в России не было замкнутой кастой, оно пополнялось за счет наиболее уважаемых и образованных мирян. Монашество представляло все слои народа — от князей до бездомных. Воздействие царской власти на церковь не было односторонним: для церкви царь был только самым высокопоставленным из мирян, для которого требования христианской этики были обязательны в первую очередь.
Смута принесла в настроения духовенства и монахов элементы ратоборства, поскольку многим монастырям пришлось выступать в качестве крепостей и держать оборону против захватчиков. Дух воинственности сохранялся и после Смуты, проявляясь в непримиримости к проникновению чуждых вероуче­ний. В представлениях православных Смута связывалась с идеологической экспансией Ватикана, с интригами иезуитов.
Эти настроения поначалу поддерживались и царской властью, на которую церковь оказывала сильное влияние. Достаточно сказать, что с 1619 по 1633 год патриархом был Филарет — отец царя Михаила, ставший фактическим правителем страны и определявший мысли и поступки сына. Церковь формировала державную идеологию, она поставила свою проповедь на службу государству и развивала патриотические идеи школы Сергия Радонежского. Церковь поддерживала учение о том, что Москва является «Третьим Римом», центром православного мира и защитницей всех православных.
Примерно с середины столетия усилилось светское влияние на духовную жизнь общества, а споры между традиционалистами и поклонни­ками новшеств захватили и церковный клир. В немалой степени это связывалось
с заметным притоком в Россию украинского духовенства и ученых греческих монахов. На Украине была широко развита сеть православных школ; еще до присоединения Украина стала поставлять в Россию кадры образованного духовенства. Многие выходцы с Украины заняли высокое положение в церковной иерархии, стали митрополитами или писателями-богословами. Один из украинцев — Симеон Полоцкий — получил доступ к царскому двору.
Пополнение православного клира киевлянами и греками вызвало идейные расхождения в русской церкви. С одной стороны, на Украине в условиях господства католической Речи Посполитой росло стремление сохранить православие и проявлялись антикатолические настроения. С другой стороны, в то время как Русская православная церковь давно была автономной, украин­ская церковь по-прежнему подчинялась Константинополю и перенимала все греческие нововведения. В глазах московского духовенства это являлось отходом от «чистого» православия.
В 1652 году патриархом русской церкви стал Никон, выходец из мордовской глубинки, именовавшийся в миру Никитой Миновым. Новый патриарх начал церковную реформу: вместо старорусской обрядности вводилась греческая, двоеперстие заменялось троеперстием, символом культа был объявлен четырехконечный крест вместо восьмиконечного и т. п. Никон объявил о необходимости исправления старославянских церковных текстов по грече­ским образцам. Занявшиеся исправлением церковных книг выходцы с Украины еще до реформы говорили, что дело образования на Украине поставлено лучше, чем в Московии, и поэтому украинская церковная культура должна быть принята в качестве образца. Переписка текстов означала замену московского диалекта древнерусского языка киев­ским диалектом. Украинское влияние стало проявляться также в иконописи и литургии.
Реформа Никона имела политический подтекст: именно в это время решался вопрос о присоединении Малороссии. Стремление Никона ввести греческую обрядность объяснялось желанием сделать объединение с Россией привлекательным для украин­цев, продемонстри­ровать отсутствие различий между православием в Московии и на Украине. При этом Никон опирался как на влиятельную прослойку выходцев с Украины, так и на поддержку царя.
Политико-дипломатические цели церковной реформы были, по всей видимости, оправданны. Но она была проведена поспешно, без должной подготовки, и вызвала серьезный раскол в русской церкви. Боровшаяся в годы ордынского ига, в Смутное время за государ­ственную консолидацию, церковь на этот раз сама оказалась расколотой, и это неизбежно роняло ее авторитет в народе.
Наиболее влиятельными из церковных традиционалистов были Иван Неронов, Аввакум Петров, Стефан Вонифатьев (имевший возможность стать патриархом вместо Никона, но отказавшийся от вы­движения своей кандидатуры), Андрей Денисов, Спиридон Потемкин. Это были даровитые и умные люди, далекие от религиозного фанатизма. К примеру, Потемкин знал пять иностранных языков, Аввакум был талантливым писателем, новатором по стилю и принципам литературного изображения. Интересно, что первые импульсы реформирования пошли именно из этой группировки, к которой, кстати, с 1645 по 1652 год принадлежал и Никон. Вопрос об исправлении накопившихся за века ошибок в богослужебных текстах впервые был поставлен в стенах Троице-Сергиевой лавры.
После того, как дело переписки книг оказалось у приезжих, сторонники старины выступили под флагом «хранителей древнего благочестия». Сказалась приобретенная в Смутное время непримиримость к любому покушению на старорусскую православную традицию. Исправление церковных текстов по греческим образцам вольно или невольно ставило под сомнение канон русских православных святых. Реформа Никона зачеркивала решения Стоглавого собора 1551 года, закрепившего приверженность «старине», бросала тень на традицию школы Сергия Радонежского, делавшей акцент на особый характер русского православия, его отличие от византий­ского. С точки зрения исторических фактов, были правы Аввакум и его товарищи: не русские, а греки отступили от традиций первых христиан, пересмотрев в XII веке обрядовые нормы. Что касается исправления священных книг, то у греков погрешностей и ошибок встречалось не меньше, чем у русских.
Войдя в унию с католичеством в 1439 году, греки, по мнению русских, потеряли право на первенство в православном мире. Еще Иван Грозный выразил общую для русских позицию: «Греки нам не Евангелие. У нас не греческая, а русская вера». Благочестие греков на Руси ставилось под большое сомнение.
Никон после отстранения московских правщиков священных текстов пригласил не только киевлян, но и иностранцев, среди которых выделялись Паисий Лигарид и Арсений Грек. Показательно, что Арсений Грек трижды менял вероисповедание, одно время он был даже мусульманином, а Лигарид за симпатии к католичеству был отлучен константинопольским патриархом от православной церкви. Никону удалось привлечь на свою сторону некоторых представителей высшего клира русской православной церкви: Дмитрия Ростовского, Иллариона Рязанского, Павла Сарского и др. Симеон Полоцкий, его ученики Сильвестр Медведев и Карион Истомин объявляли духовное наследие Руси не имеющим особой ценности. Отрицалась вся сумма привычных идей и обиходных аксиом, в незыблемости которых было уверено все русское население. Русская культура объявлялась отсталой, на вооружение брались европейские стандарты.
Полемика между староверами и никонианами вылилась в настоящую идеологическую войну. Аввакум и его соратники старались действовать силой логики. Их противники, бывало, прибегали к прямым подлогам (каким было, к примеру, пресловутое «Соборное деяние на еретика Мартина»). Возможность компромисса была мизерной — столь сильный накал приобрела полемика. Кроме того, победа никонианам была фактически гарантирована: за ними стояла государственная власть. Царь Алексей, несмотря на его истовую религиозность, не препятствовал Никону в сломе прежнего церковного уклада. По косвенным данным, за реформой скрывалась надежда Алексея встать во главе всего православного мира. Старообрядцы восприняли Алексея как вероотступника, что подтверждает характеристика, данная царю протопопом Аввакумом: «Отеческое откиня, странное противо­борство возлюбиша, извратишася».
Многими простыми людьми отказ от прежних обрядов переживался как национальная и личная катастрофа. Было непонятно, чем оказался плох привычный уклад, освященный временем. В 1667 году соловецкие монахи подали челобитную Алексею Михайловичу, в которой сквозило явное недоумение: «Учат нас новой вере, якоже мордву или черемису... неведомо для чего». Настроения людей выразились в словах Аввакума: «Выпросил у бога светлую Росию сатана да же очервленит ю кровию мученическою». Старообрядцы опирались на мнение народа, приводя в споре с никонианами аргумент: «Глас народа — глас божий». В ответ на это один из лидеров новообрядчества Карион Истомин усмехался: «Мужик верещит».
Реформа проводилась с элитарных позиций, сбрасывала со счетов народный дух православия. Никониане ставку делали на «внешнюю мудрость», представляя суть полемики как конфликт между знанием и невежеством. Староверы же старались доказать, что в конфликт во­шли интеллект и дух. Для них главным было нравственное совершенство. Аввакум говорил, что в нравственном смысле все равны — «от царя до псаря». С элитарностью, избранничеством был связан и отказ от старорусских образцов священных текстов в пользу греческих, что затрудняло для рядовых верующих доступ к истине. В дониконианской же культуре царила демократичность. Исправление древнерусских книг по иноземным меркам в глазах традиционалистов выглядело пренебрежением «мужичьей» культурой.
Реформа проводилась с помощью насилия. Никон был склонен к бескомпромиссности и прямолинейности. Он стремился поднять церковь над светской властью и основать в России главенство церкви. Строптивость Никона приводила к странным выходкам в его поведении: он отказался от патриаршества, а затем заявил о своем возвращении: «Сшел я с престола никем не гоним, теперь пришел на престол никем не званный». И царю, и клиру надоели капризы Никона — он был лишен патриаршества. Но к моменту отречения Никон успел внести в проведение реформы дух крайнего радикализма. Она проводилась деспотичными, жесткими, грубыми методами. Старые богослужебные книги отбирались и сжигались. Происходили целые побоища из-за книг. Миряне и монахи тайком уносили их в тайгу и тундру, уходя от преследований. Люди говорили: «По этим книгам столько русских праведниками и Божьими угодниками стали, а теперь они ни во что считаются». Оппозиция реформе проявилась повсеместно: во Владимире, Нижнем Новгороде, Муроме и других городах. Из Соловецкого монастыря раскол распространился по всему Северу. Протест против поспешных новшеств охватил многие слои населения. «Огнем, да кнутом, да виселицей хотят веру утвердить! — возмущался Аввакум. — Которые Апостолы научили так? Не знаю! Мой Христос не приказал нашим Апостолам так учить, еже бы огнем, да кнутом, да виселицей в веру приводить». Сущность дониконовского понимания христианства на Руси заключалась в том, что нельзя силой заставить людей веровать.
До раскола Русь была духовно единой. Разница в образовании, в быте между различными слоями русского общества была количественной, а не качественной. Раскол произошел в тот нелегкий момент, когда страна столкнулась с проблемой выработки подходов к культурным связям с Европой. Реформа готовила почву для распространения пренебрежительных настроений к национальным обычаям и формам организации быта.
Следствием раскола стала определенная путаница в народном мироощущении. Старообрядцы воспринимали историю как «вечность в настоящем», то есть как поток времени, в котором каждый имеет свое четко обозначенное место и несет ответственность за все им содеянное. Идея Страшного суда для старообрядцев имела не мифологический, а глубоко нравственный смысл. Для новообрядцев же идея Страшного суда перестала учитываться в исторических прогнозах, стала предметом риторических упражнений. Мироощущение новообрядцев было меньше связано с веч­ностью, больше — с земными нуждами. Они в определенной степени эман­си­пи­ровались, у них появи­лось больше материального практицизма, желания совладать со временем для достижения быстрых практических результатов.
В борьбе против старообрядцев официальная церковь вынуждена была обратиться за содействием к государству, волей-неволей сделав шаги в сторону подчинения светской власти. Алексей Михайлович этим восполь­зовался, а его сын Петр окончательно расправился с самостоятельностью православной церкви. Петровский абсолютизм на том и строился, что он освободил государственную власть от всех религиозно-нравственных норм.
Государство преследовало старообрядцев. Репрессии против них расширились после смерти Алексея, в царствование Федора Алексеевича и царевны Софьи. В 1681 году было запрещено любое распространение древних книг и сочинений старообрядцев. В 1682 году по приказу царя Федора был сожжен виднейший вождь раскола Аввакум. При Софье был издан закон, окончательно запретивший любую деятельность раскольников. Они проявляли исключительную духовную стойкость, отвечали на репрессии акциями массового самосожжения, когда люди горели целыми родами и общинами.
Оставшиеся старообрядцы внесли своеобразную струю в русскую духовно-культурную мысль, многое сделали для сохранения старины. Они были более грамотными, чем никониане. Старообрядчество продолжило древнерусскую духовную традицию, предписывающую постоянный поиск истины и напряженный нравственный тонус. Раскол ударил по этой традиции, когда после падения престижа официальной церкви светская власть установила контроль над системой образования. Наметилась подмена главных целей образования: вместо человека — носителя высшего духовного начала стали готовить человека, выполняющего узкий круг определенных функций.
 
ТЕОРИИ ИЗУЧЕНИЯ
 
Из правил многотеоретическоГО изучения
 
1. Осмысление объективных исторических фактов субъективно.
2. Субъективно выделяются три теории изучения: религиозная, всемирно-историческая (направления: материалисти­ческое, либеральное, технологиче­ское), локально-историческая.
3. Каждая теория предлагает свое понимание истории: имеет свою периодизацию, свой понятийный аппарат, свою литературу, свои объяснения исторических фактов.
 
 
литература различных теорий
 
Учебная
Вернадский Г.В. Русская история: Учебник. М., 1997; Гумилев Л.Н. От Руси до России. Очерки по русской истории. 8—11 кл.: Пособие для общеобразоват. учебн. заведений / Под ред. А.М. Панченко. М., 1996 (локальная). Ионов И. Н. Российская цивилизация, IX — начало ХХ вв.: Учебн. кн. для 10—11 кл. общеобразоват. учреждений. М., 1995 (либеральная). История СССР с древнейших времен до конца XVIII века/ Под. ред.Б. А. Рыбакова. М., 1975; Мунчаев Ш. М., Устинов В. В. История России. М., 2000; Маркова А. Н., Скворцова Е. М., Андреева И. А. История России. М., 2001 (материалистическая). Павленко Н. И., Кобрин В. Б., Федоров В. А. История СССР с древнейших времен до 1861 года. Учебное пособие для вузов. М., 1989 (материалистическая). Сахаров А.Н., Буганов В.И. История с древнейших времен до конца XVII ве­ка: Учебн. для 10 кл. об­щеобразоват. учреждений / Под ред. А.Н. Са­харова. 3-е изд. М., 1997 (универсальная – синтез теорий).
Научная
1. Монографии: Демидова Н.Ф. Служилая бюрократия в России XVII в. и ее роль в формировании абсолютизма. М., 1989 (материалистическая). Карташов А.В. История русской церкви: В 2 т. М., 1992–1993 (религиозная). Любавский М.К. Обзор истории русской колонизации. М., 1996 (либеральная). Маньков А.Г. Уложение 1649 года — кодекс феодального права России. Л., 1980 (материалистическая). Сахаров А.Н. Образование и развитие Российского государства XVI—XVII вв. М., 1969 (материалистическая). Черепнин Л.В. Земские соборы Русского государства в XVI—XVII вв. (материалистическая). Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993 (либеральная).
2. Статьи: Медушевский А.Н. Российская государственность ХVII—ХIХ вв. в сравнительно-историческом освещении // Вестник высшей школы, 1990, № 1—4 (либеральная).
 
 
ОБЪЯСНЕНИЯ исторических фактов
В различных ТЕОРИЯХ иЗУЧЕНИЯ


Каждая теория выбирает из множества историче­ских фактов свои факты, выстраивает свою причинно-следственную связь, имеет свои объяснения в литературе, историографии, изучает свой исторический опыт, делает свои выводы и прогнозы на будущее.
 
 
ОЦЕНКИ СОСТОЯНИЯ МОСКОВСКОГО ЦАРСТВА
 
Религиозно-историческая теория изучает движение человека к Богу.
В трудах мит­ро­по­лита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Снычев) (1921—1995) дана следующая оценка периода: “Эпоха являет высочай­ший взлет русского духа, расцвет русской святости”. Высоко оценивает Иоанн деятельность царя Алексея Михайловича, отмечая “безмятежие его ду­хов­ного мира, всепроникающую религиозную осмысленность жизни”.
 
Представители всемирно-исторической теории (С. М. Соловьев, В. О. Ключевский и др.) обращали внимание на то, что монархия в XVII веке была воссоздана после Смуты благодаря инициативе широ­чайших на­род­ных масс, продемонстрировавших тем самым, что госу­дарство — не “цар­ская вотчина”, а предмет общей заботы всего народа. В некоторых сочи­не­ни­ях этот период назван “бунташным веком”, но многие исследователи отмеча­ли относительную внутреннюю стабильность.
Материалистическое направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает в нем приоритет развитию общества.
Процессы в России XVII века историки этого направления (Б. А. Рыбаков, Н. И. Павленко, Л. В. Черепнин и др.) трактуют как “дальнейшее развитие феодально-крепостнической системы”. В мате­риа­листической лите­ра­туре утвердилась характеристика государст­вен­но-политического строя Рос­сии в XVII веке как сословно-представительской монархии. Политика при­соединения территорий к России рассматривается в русле материалистической кон­цеп­ции “развития феодализма вширь”, что совпадало, по их мнению, с обще­на­циональными интересами государства.
Либеральное направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем развитию личности.
Либеральный историк Р. Пайпс (наш современник) отмечает усиление деспотической власти в XVII веке и считает, что Россия окончательно превратилась в вотчину своих правителей, которые были настроены “бесконечно враждебно” к российскому обществу. Созданную в XVII веке государственную систему он считает ли­шенной ответственности перед своим народом и не выражавшей его интере­сы. Внешняя политика России оценивается как захватническая, как составная часть реализации агрессивной политической доктрины “Москва — третий Рим”. Все действия московского правительства Р. Пайпс рассматри­вает как цепь усилий для “взнуздания” населения; вообще история России им пред­став­лена как процесс закрепощения и закабаления народа со стороны госу­дарственных властей.
Локально-историческая теория изучает единство человека и территории, составляющее понятие локальная цивили­зация. На территории России такой цивилизацией является Евразия.
Историки этой теории (Г. В. Вернадский, Л. Н. Гумилев и др.) в воссоздании государс­т­ва видели способность русского народа во главе с монархами “проявить единст­во национального духа” и этим противостоять внешней агрессии со всех на­прав­лений. Внешняя политика рассматривалась, с одной стороны, как про­дол­жение борьбы с агрессией католического и протестантского Запада, а с дру­гой — как завершение много­векового спора с Золотой Ордой за господство в Евразии.
 

ЛиберальнОе НАПРАВЛЕНИе о служилой системе
и крепостном праве
 
Особенностью социального развития России с древнейших времен до наших дней является государственный патернализм3 . Он зародился еще в эпоху “вотчинного” государства — Московской Руси. В условиях, когда государство было собственником земли и всех ресурсов, а все сословия так или иначе состояли на государственной службе, вполне естественно, что государство возложило на себя заботу о благосостоянии подданных; в свою очередь население привыкло ждать милости от государственной власти, возлагая лишь на нее надежды на улучшение своего положения.
 
ПРИЧИНЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ КАЗАЧЕСТВА


Религиозно-историческая теория изучает движение человека к Богу.
Христианские историки (А. В. Карташов и др.) видят прообраз казачества в русских богатырях, главной задачей которых издревле — со времен святого Владимира, если не раньше — была защита русских рубежей от агрессии чужеземцев. Еще Илья Муромец в былинах был назван “матерым казаком”. Казаки были, прежде всего, пограничниками, без которых государство не могло обойтись ни в один период своего существования. По этой логике, казачество было рождено на русской местной почве.
 
Материалистическое направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает в нем приоритет развитию общества.
Историк М. Н. Покровский (1868—1932) писал: “Казацкие товари­щества сложились главным образом из беглых крестьян, холопов и горожан, укрывавшихся от крепостной неволи и угнетения. С ними сливались группы военнослужилых людей, посланных для защиты границ от татарских набегов”. Марксист Н.Л. Янчевский вообще отрицал феномен казачества. Так, в работе с радикальным назва­нием “Разрушение легенды о казачестве”, вышедшей в 1931 году, он пишет, что не было никаких казаков, а был сброд деклассированных элементов — грабителей и разбойни­ков.
 
Локально-историческая теория изучает единство человека и территории, составляющее понятие локальная цивили­зация.
Возникновение казачества представляется как сложный процесс. Казачество родилось на базе смешения степняков с выходцами из Руси, при этом среди степняков, по их мнению, преобладал половецкий элемент. Л.Н. Гумилев (1912—1992) в образовании казачества определяющим называет фактор пассионарности: “...ситуация на границах была очень острой и предостав­ляла целеустремленным людям массу возможностей для реализации своей избыточной энергии. ...на Дону образовался особый субэтнос (впоследствии ставший этносом) — казаки. Они принимали к себе любое количество беглых крестьян и чувствовали себя совершенно самостоятельными”. Л. Гумилев возводил казачество к крестившимся тюркам.

 
ПРИЧИНЫ РАСКОЛА РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
 
Материалистическое направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает в нем приоритет развитию общества.
В материалистической литературе (А. Н. Сахаров, Б. А. Рыбаков, Н. И. Павленко, Л. В. Черепнин и др.) отмечается, что церковно-обрядо­вая ре­фор­ма являлась социаль­ным протестом трудящихся против эксплуататоров, принявшим специ­фическую для средневековья форму религиозной борьбы. Социальные низы выступили противниками официальной церкви.
Либеральное направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем развитию личности.
Историки-либералы (И. Н. Ионов, Р. Пайпс и др.) считают, что Патриарх Никон стремился избавить русское православие от замкнутости, приблизив его к греческому образцу. При этом — по примеру западно­христианской церкви — он хотел возвысить церковную власть над светской. Раскол же произошел потому, что “фанатики-староверы” стали с охранительно-консервативных позиций сопротивляться движению русской церкви к европейским стандартам.
 
Локально-историческая теория изучает единство человека и территории, составляющее понятие локальная цивили­зация.
Л.Н. Гумилев (1912—1992), примеряя свою теорию пассионарности к эпохе церковного раскола, утверждал, что эта эпоха соответствовала акматической фазе, для которой характерны интеллектуальные споры. По Гумилеву, “уходила в прошлое “светлая Русь” с ее относительным мировоззренческим и поведенческим единством. Стране предстоял троякий выбор: изоляционизм (путь Аввакума); создание теократической вселенско-православной империи (путь Никона); вхождение в “концерт” европейских держав (выбор Петра)”. Церковный раскол и стал крайней формой интеллектуальных споров, касавшихся путей дальнейшего развития России.
 
 
Локально-историческая теория о “присоЕДИНЕНИи”
Украины к России


В XVII веке на территории Восточной Европы существовало два мощных, суверенных государства: Российское и Речь Посполитая. На территории государства Речь Посполитая началось сепаратистское движение, возглавляемое Богданом Хмельницким. Когда государством Речь Посполитая сепаратистское движение Богдана Хмельницкого было почти полностью подавлено, Богдан Хмельницкий обратился к соседнему Российскому государству с просьбой о помощи. Российское государство, нарушив границы суверенного государства Речь Посполитая, ввело на ее территорию войска и захватило часть соседнего государства.
 
Сравнительно-теоретические схемы
 
предмет изучения + исторический факт = теоретическая интерпретация
№ 1. Причины введения крепостного права в России
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
 
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Основой феодальной общественно-экономической формации является крепостное право. Развитие крепостничества связано с распространением барщинного хозяйства и увеличением отработочной ренты. Отмечается связь барщин­ного хозяйства с ростом внутреннего рынка, побуждавшим помещиков производить хлеб как товар и увеличивать в этих целях барскую запашку.
В несколько этапов крестьяне в России были прикреплены (закрепощены) к земле
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Государство в общенациональных интересах закрепостило все сословия: прикрепив крестьян к земле, горожан – к посадам, дворян – к службе, которую они должны были выполнять в качестве обязательной воинской повинности. Впоследствии государство же раскрепощает сословия
Технологическое направление
Развитие технологическое, научные открытия
Зарождение крепостного права связано с перениманием русскими царями османского порядка государственной приписки крестьян к месту жительства (с целью упрощения сбора налогов)
Локально-историческая
Единство человечества и территории
Активная внутренняя политика и укрепление границ явились причинами введения в конце XVI в. крепостного права
 
№ 2. Причины “воссоединения” Украины с Россией
 
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Воссоединение православных Украины, живших под гнетом католиков, с православными России в единое государство
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
 
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Присоединение Украины к России позволило объединить на большой территории борьбу угнетенных против эксплуататоров
Либеральное
направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Отрыв Украины от западной демократической цивилизации и утверждение на ее землях восточного деспотического режима
Локально-историческая
Единство человечества и территории
Завоевание одним государством – Россией – части территории другого государства – Речи Посполитой – в результате сепаратистского движения в последней
 
№ 3. Проникновение России в Сибирь
 
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Распространение христиан­ства в Сибири
Всемирно-историческая
Общемировое развитие, прогресс человечества
Освоение Россией Сибири
Локально-историческая
Единство народа и территории
Завоевание Россией Сибири
 
№ 4. Происхождение казачества
 
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Прообраз казачества в русских богатырях. Защита русских рубежей
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
 
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Казаки – беглые крестьяне, холопы, горожане, укрывавшиеся от крепостной неволи и угнетения
Локально-историческая
Единство человечества и территории
Казаки – это слияние выходцев из Руси со степными народами. Особый этнос
 
№ 5. Церковно-обрядовая реформа Патриарха Никона
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Православная (официальная):
Реформа Никона была исповеднической защитой исконной русской идеологии (религии), возвращением к истинному православию
Старообрядческая:
Гибель Московского православного царства и наступление царства Антихриста (с 1666 г.)
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
 
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Социальный протест, вылившийся в религиозное противостояние. Классовая борьба приняла религиозную форму
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Патриарх Никон хотел поставить церковную власть над светской – этим самым приблизить православную церковь к западному образцу
Локально-историческая
Единство человечества и территории
Акматическая фаза этногенеза, для которой характерны интеллектуальные споры. (Л. Н. Гумилев)
 
Примечания
 
1 Глава написана с позиции локально-исторической теории.
2 Роль крепостного права в России оценивается неодно­значно. С одной стороны, крепостное право помогало государству в восстановлении и подъ­еме страны, регули­ровании процесса колонизации огромной территории и решении внешне­политических задач, с другой — консервировало неэффективные социально-экономические отношения.
3 Патернализм (от лат. paternus — отцовские, pater — отец) — система социальных отношений, основывающаяся на идее о монархе, президенте, ином правителе, как “отце” своих подданных, сограждан.
 
 












Переход на главную страницу
Глава 1

Эпоха
Петровских преобразований
(первая четверть xviii века)1 
 
 
В истории Российского государства Петр I сыграл ключевую роль. Его правление считают своеобразным рубежом между Московским царством и Российской империей. Рубеж четко разграни­чивает фор­мы государственной власти: от Ивана III — до Петра I и от Петра I — до Со­ветской России.
 
У царя Алексея Михайловича Романова (1645—1676) от первой супруги — Марии Ильиничны Милославской — было 13 детей. Но если дочери росли крепкими и здоровыми, то сыновья — хилыми и болезненными. При жизни царя три его сына скончались в раннем возрасте, старший сын Федор не мог передвигать опухшие ноги, а другой сын Иван был «скуден умом» и подслеповат.
Овдовев, 42-летний царь Алексей Михайлович женился снова и взял в супруги молодую, здоровую Наталью Нарышкину, которая 30 мая 1672 г. родила ему сына Петра. Петру было три с половиной года, когда царь Алексей неожиданно занемог и скончался. Престол занял Федор Алексеевич (1676—1682). Процарствовав
6 лет, болезненный Федор умер, не оставив ни потомства, ни памяти о себе у современников и последующих поколений. Преемником должен был стать Иван, старший брат Петра, но против слабого умом наследника выступили Освященный собор и Боярская дума. Положение осложнялось тем, что после смерти Алексея Михайло­вича родственники его первой жены — Милославские — стали хозяе­ва­ми положения, отстранив от двора лиц, близких к царице-вдове Наталье Нарышкиной. Перспектива воцарения Петра не устраивала Милославских, и они задумали использовать недовольство стрельцов, которые жаловались на задержку жалованья. Милославские и сестра Петра царевна Софья сумели направить стрелецкий бунт в выгодное для себя русло — против Нарышкиных. Часть Нарыш­киных была перебита, другие сосланы.
В результате стрелецкого мятежа первым царем был объявлен Иван, вторым — Петр, а их старшая сестра Софья стала регентшей при малолетних царях. В годы правления Софьи Петр и его мать жили преимущественно в подмосковных селах Коломенском, Преображенском, Семеновском. С трех лет Петр начал учиться грамоте у дьяка Никиты Зотова. Систематического образования Петр не получил (в зрелые годы он писал с грамматическими ошибками). Когда Петру исполнилось 17 лет, царица Наталья решила женить своего сына и, таким образом, избавиться от опеки Софьи. После женитьбы враждебность между Софьей и Петром усилилась. Софья снова попыталась использовать в своих целях стрельцов, однако новый стрелецкий бунт в августе 1689 г. был подавлен. Софья под именем сестры Сусанны была сослана в Новодевичий монастырь, где прожила 14 лет — вплоть до своей смерти в 1704 году.
Формально Петр стал править совместно с Иваном, но больной Иван не принимал никакого участия в государственных делах — за исключением официальных церемоний. Молодой Петр был поглощен военными забавами, и текущие государственные дела решали князья Борис Алексеевич Голицын, Федор Юрьевич Ромо­дановский и царица Наталья. Петр, хотя и чувствовал в себе неукротимую энергию, еще не представлял той роли, которую ему предстояло сыграть в истории России.
Прежде чем рассматривать реформаторскую деятельность Петра, вспомним, что представляла собой Россия в конце XVII века.
Огромная территория и «непохожесть» России на западные страны сразу бросались в глаза иностранцам, побывавшим в России. Многим из них, в том числе иностранцам, сподвижникам Петра, Патрику Гордону, Францу Лефорту, Московское государство представлялось отсталым и даже «полу­диким». Это отставание было обусловлено рядом причин. Долгие годы ушли на преодоление разрухи, вызванной Смутой начала XVII в., когда были разорены многие районы страны. Но разорительные войны были не единственной и не главной причиной этого отставания. Решающее влияние на развитие страны оказывали ее природно-географические и социальные условия, суровость климата, малая (сравнительно с развитыми странами) численность населения, оторванность от торговых путей. Окруженное сильными врагами Русское государство было вынуждено направлять все силы на нужды обороны. Отсюда — тенденция к пре­вращению всех сословий в слуг государства, к формированию и усилению крепост­ничества.
Кроме внутренних, имелись и внешние факторы: отсутствие у России выхода к морям затрудняло связи с развитыми странами Европы. Два моря — Черное и Балтийское — для внешних связей были закрыты Османской империей и Швецией. Единственными морскими воротами России оставался Архангельск — порт на Белом море, но он был большую часть года скован льдами, да и путь сюда из Западной Европы был в два раза длиннее, чем на Балтику.
Для проведения преобразований необходим был импульс, толчок. Опыт отечественной истории свидетельствует, что почти все эпохальные перестройки в России начинались сверху. Величие Петра, считает С.М. Соловьев, в том, что хотя и пытками и батогами, но он заставил жителей «варварской Московии» перенять от Европы начало европейской культуры. Вместо варварского Московского царства Петр в кратчайшие сроки создал, по высоким образцам тогдашней Европы, Российскую империю.
Петр являлся фигурой огромного исторического масштаба, фигурой сложной и весьма противоречивой. Он был умен, любознателен, трудолюбив, энергичен. Не получив должного образования, он тем не менее обладал обширными познаниями в самых разнообразных сферах науки, техники, ремесла, военного искусства. Нет сомнений, что все, что он делал, было направлено, по мнению самого Петра, на благо России, а не его, царя, лично. Но многие личные качества Петра были обусловлены характером той суровой эпохи, в которой он жил, и в значительной мере определили его жестокость, подозрительность, властолюбие и т. п. Весьма показательно, что Петру нравилось, когда его сравнивали с Иваном Грозным. В достижении постав­ленных целей он не гнушался никакими средствами, был не просто жесток к людям (лично, например, рубил головы стрельцам
в 1689 г.), он вообще смотрел на человека как на орудие, материал для создания того, что было им задумано для блага империи. За время правления Петра в стране в три раза выросли налоги и на 15% сократилось население. Петр не останавливался перед применением самых изощренных методов средневековья: пыток, слежки, поощрения доносов. Он был убежден, что во имя государственной «пользы» можно пренебречь моральными нормами.
Итак, на рубеже XVII—XVIII вв. Россия стояла на пороге преобразо­ваний. Эти преобразования могли происходить в разных формах и привести к различным результатам. В выборе форм развития огромную роль сыграла личность реформатора.
 
 
С именем Петра связано превращение России в империю, евразий­скую военную державу.
Петр еще в 90-е гг. XVII века пришел к выводу, что для устранения относительной международной изоляции необходим выход к морям — Черному и Балтийскому — или хотя бы к одному из них. Первоначально российская экспансия устремилась на юг — в 1695 и 1696 гг. состоялись азовские походы. Потерпев неудачу под Азовом в 1695 г., Петр со свойственной ему энергией принялся за строительство флота. Флот строился на реке Воронеж у впадения ее в Дон. В течение года было сооружено около 30 крупных судов, спущенных вниз по Дону. В результате второго похода Азов был взят, выход в Азовское море был обеспечен. Однако турки отказались пропускать русские суда через Керченский пролив и тем более через Босфор — выход на торговые пути оставался по-прежнему закрытым.
После «великого посольства» в Европу (1697—1698 гг.)2  Петру стало ясно, что центр тяжести во внешней политике России должен переместиться на Запад. Главной целью стал выход к Балтийскому морю, где полностью домини­ровала Швеция. Истоки территориальных претензий России к Швеции ведут к Столбовому миру 1617 г., по которому Швеция получила территорию от Ладожского озера до Ивангорода (Ям, Копорье, Орешек и Корелы). Основной ущерб для России заключался в том, что для нее оказался закрыт выход к Балтийскому морю. Но в одиночку со Швецией справиться было невозможно. Нужны были союзники. Их удалось найти в лице Дании и Саксонии, которые были недовольны господством Швеции на Балтике. В 1699 г. Россия установила с Данией и Саксонией союзнические отношения. Характерно, что Петру удалось скрыть истинные намерения России. Шведский король Карл XII, заинтересованный в войне России с Турцией, даже подарил Петру 300 пушек.
Северная война (1700—1721 гг.) подразделялась на два этапа: первый — с 1700 по 1709 г. (до Полтавского сражения), второй — с 1709 по 1721 г. (с Полтавской победы до заключения Ништадтского мира). Война началась для России и ее союзников неудачно. Дания была сразу выведена из войны. В ноябре 1700 г. 8 тыс. шведов разгромили 60-тысячную русскую армию под Нарвой3.  Это был серьезный урок, и Петр был вынужден приступить к спешным преобразованиям, к созданию новой регулярной армии европейского образца. Уже в 1702—1703 гг. русские войска одержали первые победы. Были взяты крепости Нотебург (переименован в Шлиссель­бург — Ключ-город), Ниеншанц; устье Невы оказалось в руках русских4. 
Тем не менее на первом этапе войны стратегиче­ская инициатива оставалась в руках Швеции, войска которой заняли Польшу, Саксонию и вторглись в Россию. Рубежом в войне стала победоносная для российской армии Полтавская битва5  (27 июня 1709 г.). Стратегическая инициатива перешла в руки России. Но характер войны со стороны России изменился. Петр отказался от прежних обещаний союзникам ограничиться возвращением старых русских территорий. В 1710 г. от шведов были освобождены Карелия, Лифляндия, Эстляндия, взяты крепости Выборг, Ревель, Рига. Если бы не война с Турцией 1710—1713 гг., Северную войну удалось бы закончить быстрее. Союзники вытеснили Швецию из всех ее заморских территорий. Шведская империя рухнула.
Окончательная судьба Северной войны решалась на море в сражениях при Гангуте (1714), островах Эзель (1719) и Гренгам (1720). Более того, русские войска неод­нократно высаживались на шведское побережье. Карл XII не мог смириться с поражениями и продолжал воевать вплоть до своей гибели в Норвегии в 1718 г. Новому королю Швеции Фридриху I пришлось сесть за стол переговоров. 30 августа 1721 г. был подписан Ништадтский мирный договор, по которому к России переходили Эст­ляндия, Лифляндия, Ингерманландия, города Выборг и Кексгольм. Швеция сохранила за собой Финляндию, получила компенсацию за Лифляндию (2 млн. ефимков) и выторговала право беспошлинно закупать хлеб в Риге и Ревеле.
Петр считал одержанную победу самой большой радостью в своей жизни. В октябре 1721 г. продолжавшиеся месяц празднества в столице завершились торжественной церемонией принятия царем титула императора всероссийского. При жизни Петра его новый статус императора признали Швеция, Дания, Пруссия, Голландия, Венеция.
Россия решила главную внешнеполитическую задачу, которую русские цари пытались осуществить в течение двух веков — выход к морю. Россия прочно вошла в круг европейских держав. Были установлены постоянные дипломатические отношения с крупными европейскими страна­ми.
После окончания Северной войны активизировалось восточное направление русской политики. Цель заключалась в захвате шедших через прикаспийские области транзитных путей восточной торговли. В 1722—1723 гг. к России перешло западное и южное побережье Каспия, принадлежавшее ранее Персии.
Таким образом, внешняя политика России эволюционировала в сторону имперской политики. Именно при Петре I была создана Российская империя, сформировалось имперское мышление, которые сохранялись в течение почти трех веков.
 
 
Реформы Петра I — это огромный конгломерат правительственных мероприятий, осуществлявших­ся без четко выработанной долгосрочной програм­мы и обусловленных как насущными, сиюминут­ными потребностями госу­дарства, так и личными пристрастиями самодержца. Реформы были продиктованы, с одной стороны, теми про­цессами, которые начали развиваться в стране во второй половине XVII века, с другой — неуда­чами России в первый период ее войны со шведами, с третьей — привязанностью Петра к европейским идеям, порядкам и образу жизни.
На экономическую политику начала XVIII века оказала решающее влияние концепция меркантилизма. Согласно идеям меркантилизма, основой богатства государства является накопление денег за счет активного баланса торговли, вывоза товара на чужие рынки и ограничения ввоза иностранных товаров на свой рынок. Это предполагало вмешательство государства в сферу экономики: поощрение производства, строительство мануфактур, организацию торговых компаний, внедрение новой техники.
Другим важным стимулятором активного государственного вмешательства в экономику стали поражения русских войск на начальном этапе войны со Швецией. С началом войны Россия лишилась основного источника поставок железа и меди. Владея большими по тому времени финансовыми и материальными ресурсами, государство взяло на себя регулирование промышленного строительства. При его непосредственном участии и на его деньги стали создаваться казенные мануфактуры, прежде всего по производству военной продукции.
Государство захватило и торговлю — путем введения монополии на заготовку и сбыт определенных товаров. В 1705 г. была введена монополия на соль и табак. Прибыль на первую возросла вдвое; на табак — в 8 раз. Вводилась монополия на продажу товаров за границу: на хлеб, сало, лен, пеньку, смолу, икру, мачтовое дерево, воск, железо и др. Установление монополии сопровождалось волевым повышением цен на эти товары, регла­ментацией торговой деятельности русских купцов. Следствием этого стала дезорганизация свободного, основанного на рыночной конъюнктуре, предпринимательства. Государство добилось своей цели — поступления в казну резко возросли, но насилие над предпринимательством систематически разоряло наиболее зажиточную часть купечества.
К концу Северной войны, когда победа была очевидна, в торгово-промышленной политике правительства произошли определенные изменения. Были приняты меры по поощрению частного предприни­мательства. «Берг-привилегия» (1719 г.) разрешила искать полезные иско­паемые и строить заводы всем без исключения жителям страны и иностранцам. Получила распространение практика передачи государствен­ных предприятий (в первую очередь убыточных) частным владельцам или компаниям. Новые владельцы получали от казны различные льготы: беспроцентные ссуды, право беспошлинной продажи товаров и т. п. Государство отказалось от своей монополии на продажу товаров на внешнем рынке.
Однако реальной экономической свободы предприниматели не получили. В 1715 г. был принят указ о создании промышленных и торговых компаний, члены которых, отдав свои капиталы в общий котел, были связаны круговой порукой и несли общую ответственность перед государством. Компания фактически не обладала правом частной собственности. Это была своего рода аренда, условия которой определялись государством, имевшим право в случае их нарушения конфисковать предприятие. Выполнение казенных заказов стало главной обязанностью владельца завода. И только излишки он мог реализовать на рынке. Это снижало значение конкуренции как главного стимула развития бизнеса. Отсутствие конкуренции, кроме того, тормозило совершенствование производства.
Контроль над отечественной промышленностью осуществляли Берг- и Мануфактур-коллегии, обладавшие исключительными правами: они давали разрешение на открытие заводов, устанавливали цены на продукцию, имели монопольное право на покупку товаров у мануфактур, осуществляли административную и судебную власть над владельцами и работниками.
Правительство Петра I весьма внимательно относилось к становлению собственной промышленности, оберегая ее от бесперспективной конкурен­ции с продукцией развитых европейских стран. По качеству изделия российских мануфактур еще уступали зарубежным, поэтому Петр запретил ввозить в страну те иностранные товары, производство которых было освоено в России. Так, согласно таможенному тарифу 1724 г., огромная — 75 % — пошлина налагалась на ту европейскую продукцию, спрос на которую мог быть удовлетворен домашними средствами. Такая же пошлина налагалась и на вывозимое из России необработанное сырье. Политика меркантилизма стала в первой четверти XVIII века мощным оружием в руках правительства и надежной защитой отечественного предпринимательства.
Активное вмешательство государства в сферу экономики деформировало социальные отношения. Прежде всего, это проявилось в характере использования рабочей силы. Во время Северной войны государство и владельцы мануфактур использовали как вольнонаемную рабочую силу, «беглых и гулящих», так и приписных крестьян, отрабатывающих на заводах государственные налоги. Однако в начале 20-х гг. XVIII века проблема рабочей силы обострилась: усилилась борьба с побегами крестьян, началось массовое возвращение беглых прежним владельцам, была проведена ревизия населения с последующей фиксацией социального статуса каждого человека путем закрепления навечно к месту записи в налоговый кадастр. Вне закона были поставлены «вольные и гулящие», которых приравняли к беглым преступникам.
В 1718—1724 гг. была проведена подушная перепись. Единицей налогообложения вместо крестьянского двора стала «душа мужского пола», которой мог быть и грудной младенец, и дряхлый старик. Умершие числились в списках («сказках») вплоть до проведения очередной ревизии. Подушную подать платили крепостные и казенные крестьяне, посадские люди. От уплаты подушной подати освобождались дворяне и духовенство. В 1724 г. была учреждена паспортная система. Без паспорта крестьянам запрещалось удаляться от места жительства далее 30 верст. В 1721 г. Петр подписал указ, разрешавший покупать к заводам крепостных. Такие крестьяне стали называться посессионными (владельческими). Петр I отчетливо понимал, что одной только казне не под силу решить грандиозные задачи. Поэтому политика правительства была направлена на вовлечение в промышленное строительство частных капиталов. Ярким примером такой политики стала передача в 1702 году только что построенного казной Невьянского завода на Урале в частные руки. К этому времени Никита Демидов уже был известным и крупным предпринимателем Тульской оружейной слободы. Оправданность такого шага подтверждают обоюдовыгодные условия сделки: заводчик должен был значительно увеличить производство, по льготным ценам поставлять в казну военные припасы, «построить деткам школы, а больным — больницы» и многое другое, а взамен ему дозволялось на обширной территории Урала искать руды «и всякие заводы строить». Демидовы выполнили обязательства, создали грандиозное хозяйство. Строить заводы ринулись сотни людей. Многие потерпели крах, но к середине XVIII века на Урале было уже более 40 частных заводов, сложились и крупные «железоделательные — комплексы Строгановых, Демидовых, Мосоловых, Осокиных, Твердышевых и Мясниковых».
Особенностью развития русской промышленности в первой половине XVIII века стало широкое применение подневольного труда. Это означало превращение промышленных предприятий, на которых мог зародиться капиталистический уклад, в предприятия крепостниче­ской экономики. В первой четверти XVIII века была создана сравнительно мощная экономическая база — около 100 мануфактурных предприятий, а в начале царствования их было 15. К 1740-м годам страна выплавила чугуна в 1,5 раза больше, чем Англия.
 
 
Придя к власти в 1689 г., Петр унаследовал традиционную систему управления XVII века с Боярской думой и приказами как центральными учреждениями. По мере усиления самодержавия Боярская дума, как узкий сословный орган, утрачивала свое значение и в начале XVIII века исчезла. Сведения о заседаниях Боярской думы обрываются в 1704 г. Ее функции стала выполнять «консилия министров» — совет начальников важнейших правительственных ведомств. В деятельности данного органа уже видны элементы бюрократизации управления — режим работы, строгое распреде­ление обязанностей, введение регламентированного делопроизводства.
Образование Сената в 1711 г. стало следующим шагом в организации нового аппарата управления. Сенат создавался как высший орган управления, сосредоточивший в своих руках административно-управленче­ские, судебные и законосовещательные функции. В Сенате вводился принцип коллегиаль­ности: без общего согласия решение в силу не вступало. Впервые в госу­дарственном учреждении, как и в армии, вводилась личная присяга.
Реформа административной системы была продолжена на рубеже 10—20-х гг. XVIII века. В ее основе лежали принципы камерализма — учения о бюрократическом управлении, которое предполагало: функциональный принцип управления, коллегиальность, четкую регламентацию обязанностей чиновников, специализацию канцелярского труда, единообразные штаты и жалованье.
В 1718 г. был принят «Реестр коллегиям». Вместо 44 приказов учреждались коллегии. Их число составляло 10—11. В 1720 г. был утвержден Генеральный регламент коллегий, согласно которому каждая коллегия состояла из президента, вице-президента, 4-5 советников и 4 асессоров. Помимо четырех коллегий, ведавших иностранными, военными и судебными делами (Иностранная, Военная, Адмиралтейская, Юстиц-коллегия), группа коллегий занималась финансами (доходами — Камер-коллегия, расходами — Штатс-контор-коллегия, контроль за сбором и расходованием средств — Ревизион-коллегия), торговлей (Коммерц-коллегия), металлургией и легкой промышленностью (Берг-мануфактур-коллегия, позже разделенная на две). В 1722 г. был создан важнейший контрольный орган — прокуратура. Неофи­циальной главой Сената стал генерал-прокурор П. И. Ягужинский. Явный государственный надзор был дополнен тайным надзором путем введения системы фискалов, которые осуществляли негласное наблюдение за деятельностью администрации на всех уровнях. Петр освободил фискалов от ответственности за ложный донос. Феномен доносительства прочно утвердился в государственной системе и в обществе.
Особой коллегией стал Святейший Синод, созданный в 1721 г. Должность патриарха была упразднена. Во главе Синода был поставлен государственный чиновник — обер-прокурор. Церковь фактически превра­тилась в составную часть государственного аппарата. Это означало для россиян потерю духовной альтернативы государственной идеологии. Церковь удалялась от верующих, переставала быть защитницей «униженных и оскорбленных», становилась послушным орудием власти, что противоречило русским традициям, духовным ценностям, всему вековому укладу жизни. Отмена тайны исповеди, запрет вешать иконы над дверью дома, преследование монашества и прочие «реформы» позволяли многим совре­менникам называть Петра царем-антихристом.
Генеральный регламент, другие указы Петра I за­крепляли идею о службе русского дворянства как важнейшую форму исполнения обязанностей перед государем и государством. В 1714 г. был принят указ о единонаследии, по которому дворянское поместье уравнивалось в правах с вотчиной. Он способствовал завершению процесса объединения сословий феодалов в единый класс-сословие, обладавший определенными привилегиями. Но дворянское звание могло быть привилегированным только тогда, когда его обладатель служил. Табель о рангах (1722 г.) вводил новую иерархию чинов. Все военные и гражданские должности подразделялись на 14 рангов. Для получения следующего ранга нужно было пройти все предыдущие. Военный или гражданский чиновник, достигший восьмого ранга, соответствовавшего коллежскому асессору или майору, получал потомственное дворянство. Новое положение чиновничества, иные формы и методы его деятельно­сти породили совершенно особую психологию бюрократии. Идея Петра I о том, что человек будет получать чин, соответствующий его знаниям и усердию, а по чину — и должность, не сработала с самого начала. Служащих, полу­чив­ших одинаковые чины, было гораздо больше, чем должностей, на которые они претендовали. Вместо старого, боярского, стало процветать новое, чиновничье местничество, выражавшееся в производстве в новый чин по старшинству, то есть в зависимости от того, кто раньше был произведен в класс предыдущий. В России сложился культ учреждения, а погоня за чинами и должностями стала национальным бедствием. Своеобразная «бюро­кратическая революция» — главный итог наложения европейской идеи рацио­нализма на российскую почву. Принцип родовитости при назначении на государственную службу был окончательно заменен принципом выслуги. За отказ служить владения дворян конфисковались. Если на Западе служба была привилегией, то в России — обязанностью. В связи с этим в литературе выска­зы­вается мнение, что едва ли можно полностью зависимое от государства дворянство считать господствующим классом. Скорее, это был привилегированный класс-сословие военных и гражданских слуг самодержа­вия, преимущества которых существовали до тех пор, пока они несли службу. «Эмансипация» дворянства произошла позже — в 30—60-е гг. XVIII века.
Одно из центральных мест в реформах Петра занимало создание мощных вооруженных сил. В конце XVIII века русское войско состояло из полков солдатского строя (в 1689 г. — 70 % общей численности), стрелецких полков и дворянского ополчения. Солдатские полки были лишь зачатком регулярной армии, так как казна не могла их взять полностью на свое содержание, и в свободное от службы время солдаты занимались ремеслом и торговлей. Стрельцы все больше превращались в полицейскую силу и орудие дворцовых интриг. Дворянская конница уже к середине XVII века в значительной степени утратила свою боеспособность. Наиболее бое­способной частью войска были так называемые «потешные» полки — Преображенский и Семе­нов­ский — основа будущей гвардии. Не имея выходов к незамерзающим морям, Россия не имела и флота. Центральным вопросом создания регулярной армии был вопрос о новой системе ее комплектования. В 1705 г. была введена рекрутская повинность: с определенного числа дворов податных сословий в армию должен был поставляться рекрут. Рекруты пожизненно зачислялись в сословие солдат. Дворяне начинали служить с чина рядового в гвардейских полках. Так была создана регулярная армия, обладавшая высокими боевыми качествами. Армия была перевооружена, с учетом зарубежного и отечест­венного опыта, была изменена стратегия и тактика, введены Воинский и Морской уставы. К концу правления Петра Россия обладала сильнейшей в Европе армией численностью до 250 тыс. человек и вторым в мире военным флотом (более 1000 кораблей).
Однако оборотной стороной реформ стала набиравшая темпы милитаризация имперской государственной машины. Заняв в государстве весьма почетное место, армия стала выполнять не только военные, но и полицейские функции. Полковник следил за сбором подушных денег и средств на нужды своего полка, а также должен был искоренять «разбой», в том числе пресекать крестьянские волнения. Распространилась практика участия профессиональных военных в государственном управлении. Военные, особенно гвардейцы, часто использовались в качестве эмиссаров царя, причем наделялись чрезвычайными полномочиями.
Из вышесказанного видно, что в России в первой четверти XVIII века сформировалась мощная военно-бюрократическая система. Наверху громозд­кой пира­миды власти находился царь. Монарх был единственным источником права, имел необъятную власть. Апофеозом самодержавия стало присвоение Петру I титула императора.
 
 
Серьезные преобразования в духовной сфере начались еще в XVII веке под влиянием Запада. Эти преобразования значительно ускорились в эпоху Петра Великого.
Существовало два пути приобщения к цивилизации Запада: приглашение иностранных ученых (а это обходилось очень дорого) и отправка русской молодежи для учебы за границу (более дешевый путь). До Петра общение с иностранцами не поощрялось и разрешение на выезд получали лишь две категории людей: члены посольства и гости (то есть верхушка купечества). Теперь выезд за границу не только не запрещался, но даже стал поощряться, а к некоторым применялся в принудительном порядке. В 1696 г. был принят специальный указ о направлении в разные государства на учебу 61 человека, из них 23 принадлежали к княже­ским фамилиям.
Сближение с Западом проявлялось в заботах правительства о том, чтобы русский человек и внешним видом напоминал европейца. На следующий день после приезда из-за границы (26 августа 1698 г.) Петр выступил в роли цирюльника — велел принести ножницы и самочинно обре­зал бороды у шокированных этой выходкой бояр. Подобную операцию Петр повторял несколько раз. Был введен металлический бородовой знак — своего рода квитанция об уплате денег за ношение бороды. Указ 1705 г. обязывал все мужское население страны, за исключением священников, монахов и крестьян, брить бороды и усы. Нежелавшие бриться платили дифферен­цированный налог: от 30 до 100 руб. в год (в зависимости от сословной принадлежности и имущественного положения) — огромные по тому времени деньги.
Борьба шла и с широкорукавным платьем. Вскоре после возвращения «великого посольства» состоялось шуточное освящение Лефортова дворца. Многие гости прибыли на пир в традиционной русской одежде: в сорочках с вышитым воротником, шелковых зипунах яркого цвета, поверх которых были надеты кафтаны с длинными рукавами, стянутыми у запястья нарукавниками. Поверх кафтана было длинное платье из бархата, сверху донизу застегнутое на множество пуговиц. Шуба и меховая шапка с высокой тульей и бархатным верхом завершали наряд знати (такой наряд был совершенно неудобен для работы). В тот день царь вновь шокировал многих знатных людей, собственноручно взяв ножницы и начав укорачивать рукава.
В 1700 г. был принят специальный указ об обязательном ношении венгерского платья (кафтана), а в следующем году было запрещено носить русское платье, его изготовление и продажа карались законом, предписывалось носить немецкую обувь — сапоги и башмаки. Это было со­зна­тельное противопоставление нового, современного, удобного — старому, архаичному. Очевидно, долгие годы только насилием можно было поддер­живать новые моды и нравы. Не раз публиковались указы, угрожавшие нарушителям различными карами, вплоть до каторги.
Пособием для дворянина стало так называемое «Юности честное зерцало» (1717 г.). Это сочинение неизвестного автора формирует новый стереотип поведения светского человека, избегающего дурных компаний, мотовства, пьянства, грубости, придерживающегося европейских светских манер. Основная мораль данного произведения: молодость — подготовка к службе, а счастье — следствие прилежной службы. Дворянскую честь следует беречь, но защищать ее не шпагой, а жалобой в судебные инстанции, ибо дворянин должен проливать кровь только защищая Отечество.
Перемены в быте и нравах высших кругов проявлялись в возникновении новых форм развлечений. Специальным указом 1718 г. были введены «ассамблеи», которые становились обязательными для дворян в городах и сочетали в себе отдых и деловое общение.
Указами от 19 и 20 декабря 1699 г. вводилось новое летосчисление: не от сотворения мира, а от Рождества Христова; новолетие начиналось не с 1 сентября, а с 1 января, как во многих европейских странах. Празднование Нового года должно было происходить с 1 по 7 января. Ворота дворов надлежало украшать сосновыми, еловыми или можжевельными деревьями, а ворота бедных владельцев — ветвями. Каждый вечер по большим улицам предписывалось жечь костры, а при встрече поздравлять друг друга. В столице в эти дни устраивались фейерверки.
Для новой культуры были характерны светскость и «государствен­ный» характер. Последняя черта культуры являлась особенностью России. Государство финансировало и поощряло развитие тех сфер культуры, которые считались наиболее нужными. Культуру в целом, науку и даже искусство Петр I оценивал с позиции пользы. Огромная роль государства, его вмешательство в сферу культуры привели к ее бюрократизации: труд писателя, художника, актера, архитектора превратился в разновидность государственной службы, обеспеченной жалованьем. Культура стала государственной, выполняя определенные служебные функции. Она начала оказывать мощное воздействие на людей, чей стиль жизни и мышления нивелировался и унифицировался в соответствии с интересами самодер­жавия. В духовной жизни насаждались идеи западного протестантизма, утверждавшие, что богатство — не грех, а признак избранности Богом. Проис­хо­дит раскол культуры на две части: прозападная (дворянская) и народная, ориентирующаяся на православные традиции.
Петровские реформы, направленные на европеизацию России, грандиозны по своим масштабам и последствиям. Однако они не могли обеспечить долговременный прогресс страны, так как проводились силовыми методами и закрепляли жесткую систему, основанную на подневольном труде.
 
 
ТЕОРИИ ИЗУЧЕНИЯ
 
Из правил многотеоретическоГО изучения
 
1. Осмысление объективных исторических фактов субъективно.
2. Субъективно выделяются три теории изучения: религиозная, всемирно-историческая (направления: материалисти­ческое, либеральное, технологиче­ское), локально-историческая.
3. Каждая теория предлагает свое понимание истории: имеет свою периодизацию, свой понятийный аппарат, свою литературу, свои объяснения исторических фактов.
 
 
литература различных теорий
 
Учебная
Буганов В.И., Зырянов П.Н. История России, конец XVII — XIX вв.: Учеб. для 10 кл. общеобразоват. учреждений/ Под ред. А.Н. Сахарова. 4-е изд. М., 1998 (универсальная – синтез теорий). Вернадский Г.В. Русская история: Учебник. М., 1997 (локальная). Гумилев Л.Н. От Руси до России. Очерки по русской истории. 8—11 кл.: Пособие для общеобразоват. учебн. заведений / Под ред. А. М. Панченко. М., 1996 (локальная). Ионов И.Н. Российская цивилизация, IX — начало ХХ вв.: Учебн. кн. для 10—11 кл. общеобразоват. учреждений. М., 1995 (либеральная). История СССР с древнейших времен до конца XVIII века/ Под. ред.Б. А. Рыбакова. М., 1975 ; Мунчаев Ш. М., Устинов В. В. История России. М., 2000; Маркова А. Н., Скворцова Е. М., Андреева И. А. История России. М., 2001; Павленко Н. И., Кобрин В. Б., Федоров В. А. История СССР с древнейших времен до 1861 года. Учебное пособие для вузов. М., 1989 (материалистическая).
Научная
1. Монографии: Анисимов Е.В. Время Петровских реформ. Л., 1989 (материалистическая). Анисимов Е.В. Государственные преобразования и самодер­жавие Петра Великого в первой четверти XVIII века. СПб., 1997 (либеральная). Буганов В.И. Петр Великий и его время. М., 1989 (материалистическая). Карташов А.В. История русской церкви: В 2 т. М., 1992—1993 (религиозная). Медушевский А.Н. Утверждение абсолютизма в России. Сравнительное историческое иссле­до­вание. М., 1994 (либеральная). Павленко Н.И. Петр Великий. М., 1990 (материалистическая). Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993 (либеральная).
2. Статьи: Володарский Я.Е. Петр I // Вопросы истории, 1993, № 6 (либеральная). Ланщиков А. Император-большевик // Родина, 1992, № 3 (либеральная). Запарий В. В., Личман Б. В., Нефедов С. А. Технологическая интерпретация новой истории России// Наука и образование в стратегии национальной безопасности и регионального развития. Екатеринбург, 1999-http://hist1.narod.ru/Science/Tehinterp2.html (технологическая).
 
 
ОБЪЯСНЕНИЯ исторических фактов
В различных ТЕОРИЯХ иЗУЧЕНИЯ


Каждая теория выбирает из множества историче­ских фактов свои факты, выстраивает свою причинно-следственную связь, имеет свои объяснения в литературе, историографии, изучает свой исторический опыт, делает свои выводы и прогнозы на будущее.
 
 
ОЦЕНКИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПЕТРА I
 
Религиозно-историческая теория изучает движение человека к Богу.
Христианская историография, пред­ставленная офици­аль­­­ной церковью, к Петру I относится лояльно. Всякая власть от Бога. Царь — помазанник Божий и, от­сюда, его деятельность направлена на благо России. Еще при жизни Петра его восхвалял вице-президент Синода Феофан Прокопович (1681—1736). Христианская литература, представленная старообрядцами, к Петру и его деятельности относится негативно. По их мнению, царя во время путешествия за границу подменили, и в Россию под именем Петра приехал антихрист. Он и одевался и вел себя не как православный: смеялся над стариной, выпускал изо рта дым, одевался в непривычные одежды, жестоко преследовал старообрядцев и т.д.
Сторонники всемирно-исторической теории одобряют деятельность Петра I. Историки “госу­дарственной школы” (осо­бен­но С.М. Соловьев (1820—1879) писали о личности и реформах Петра в восторженных тонах, приписывая ему все успехи, достигнутые как внутри страны, так и во внешней политике России.
Материалистическое направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает в нем приоритет развитию общества.
Историки-материалисты (Б. А. Рыбаков, Н. И. Павленко, В. И. Буганов, Е. В. Анисимов и др.), продолжая тради­цию “госу­дарственной школы”, считают, что в результате Петровских пре­обра­зо­ваний Россия сделала крупный шаг по пути прогресса, превратилась в европейскую державу. Созданный Петром I абсолютистский режим ничем существенно не отличался от абсолютистских режимов Запада (неограни­ченная власть монарха, постоянная армия, развитый бюрократический ап­па­рат, централизованная система налогов). Преобразования проведены за счет усиления эксплуатации трудящихся.
Либеральное направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем развитию личности.
Либеральная литература (И. Н. Ионов, Р. Пайпс и др.), признавая заслуги Петра в деле европеизации страны, превращения ее в передовую державу, акцентирует внимание на формах и методах его преобразователь­ской деятельности. По ее мнению, цель Петра — сделать “Восток Западом” — не может быть оправдана теми стра­да­ниями, которые вынесла Россия при “ломке” ее устоев. Города и села были обескровлены из-за перенапряжения народных сил. Пространство свободы су­зилось, так как каждый человек был ограничен в своей деятельности рам­ка­ми государственных интересов, простиравшихся на все сферы российского бытия.
В результате “слепого” заимство­­ва­ния, перене­сения чужих идей с Запада (вестернизации) на русскую “почву” утвердился не абсолютизм, а азиатский деспотизм, лишь внешне похожий на западные абсолютистские монархии. Россия к концу царствования Петра пред­ставляла военно-полицейское государство с монополизированной кре­пост­ни­ческой экономикой. В итоге реформ были на столетия законсервированы крепостнические отношения.
 
Локально-историческая теория изучает единство человека и территории, составляющее понятие локальная цивили­зация.
Литература, представляющая теорию, к деятель­ности Петра I относится отрицательно. В середине XVIII века князь М.М. Щер­батов (1733—1790) в памфлете “О повреждении нравов в России” положил начало нега­тив­ной оценке Петра в публицистике. Славянофилы в 40-е гг. XIX века приш­ли к выводу, что Петр, “свернув” Россию с естественного пути разви­тия, нанес рус­ско­му народу непоправимый ущерб, лишив его национального своеобра­зия и задушив последние ростки свободы.
 
 
влияние шведско-голландского культурно-технологического круга (вестернизации)
на развитие России
 
Технологическое направление всемирно-историче­ской теории, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем технологическому развитию и сопутствующим изменениям в обществе.
Последователи этого направления (С. А. Нефедов и др.) рассматривают реформы Петра I в контексте модернизации по шведско-голландскому образцу. Фундаментальным открытием шведов была легкая пушка в сочетании с линейной тактикой ведения боя — и в первую очередь Россия заимствовала это новое оружие шведов. Для этого пришлось вызывать западных мастеров и возводить металлургические заводы Урала, строить новые арсеналы в Туле, Петербурге и Москве. Новая линейная тактика потребовала перевести на регулярную основу всю армию; поместная конница была расформирована, а дворяне стали офицерами новой армии; солдаты стали набираться с помощью рекрут­ских наборов. Для снабжения армии были построены полотняные и пороховые мануфактуры; строительство новых заводов потребовало не только привлечения мастеров из Европы, но и создания школ для подготовки собственных кадров. Вместе с новым образованием в Россию пришла новая культура, дворяне стали изучать иностранные языки и одеваться по-европейски. Заимствовались и административные традиции, прежние приказы превратились в устроенные по шведскому образцу коллегии; провинциальное местное и судебное управление также копировало шведские образцы.
Одновременно со шведским культурно-технологиче­ским кругом на Россию распространялся и голландский культурно-технологический круг, символом которого был океанский парусный корабль — “флайт”. Флайт по­зво­лил Голландии за­во­евать господство на морях и за­хватить в свои руки почти всю морскую торговлю. Петр также мечтал о создании флота и торговле с дальними странами; он создал военный флот и одержал несколько морских побед — но попытка сделать Россию мор­ской торговой державой, в конечном счете, закончилась неудачей.
Распространяясь на Россию, новые явления взаимодействовали с традициями прошлых эпох, и надо отметить, что этот синтез не привел к переменам в главном: в России сохранялся абсолютизм османского образца. Дворяне (в отличие от Европы) были по-прежнему обязаны военной службой, а их отношения с крестьянами регулировались государством. Промышленность, созданная Петром, была, в основном, государственной промышленностью, обслуживающей армию и флот. В целом Россия оставалась восточным государством с европейским фасадом.
 
Сравнительно-теоретическая схема
предмет изучения + исторический факт = теоретическая интерпретация
Оценки деятельности Петра I
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Официальная церковь относится к преобразованиям Петра I лояльно; старообрядцы – отрицательно, считая Петра I антихристом
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
В результате Петровских преобразований Россия сделала крупный шаг по пути прогресса, превращения в европейское государство
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
В результате Петровских преобразований Россия сделала крупный шаг по пути прогресса, но преобразования были проведены за счет усиления эксплуатации трудящихся
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
В результате Петровских преобразований Россия сделала крупный шаг по пути прогресса, но стала представлять собой военно-полицейское государство с монополизированной крепостнической экономикой
Технологическое направление
Развитие технологическое, научные открытия
Петровские реформы сводились к модернизации России по шведско-голланскому образцу, однако эта модернизация поначалу не затронула восточных устоев российского абсолютизма и принципов организации дворянской службы
Локально-историческая
Единство человечества и территории
Петр I «свернул Россию» с естественного пути развития, нанес русскому народу непоправимый ущерб, лишив его национального своеобразия
 
 
 
Примечания
1 Глава написана с позиции либерального направления всемирно-исторической методологической теории.
 2 «Великое посольство» в составе 250 человек, среди которых был и царь (под именем Петра Михайлова), посетило Пруссию, Польшу, Голландию, Англию, Австрию.
3 Во время Нарвской баталии Петру было 28 лет, его противнику Карлу XII — 18 лет.
4 Осенью 1702 г. при взятии Мариенбурга произошло историческое событие: в плен была взята фельдмаршалом Шереметевым Марта Скавронская, ставшая впоследствии супругой царя, а затем императрицей Екатериной I. О ее происхождении ходили разные слухи, будто бы ее мать была крестьянкой и рано умерла. Марту взял на воспитание пастор Глюк. Накануне прихода русских под Мариенбург она была обвенчана с драгуном, которого во время брачного пира срочно вызвали в Ригу. По другой версии, пленница была дочерью лифляндского дворянина и его служанки. С семьей пастора Глюка она попала в плен, ее взял к себе Шереметев, у того Марту выпросил Меншиков, у последнего отобрал Петр. С 1703 г. она стала фавориткой, а в 1712 г. вступила с ним в церковный брак.
5 «Полтавская виктория» явилась не переломным моментом Северной войны, как принято считать, а, скорее, добиванием остатков шведской армии, измотанной многократными разгромами воеводой Шереметевым и другими полководцами. К Полтаве, как пишет В. Клю­чевский, пришло «30 тысяч отощавших, обносившихся шведов». Извлечь политическую выгоду из победы под Полтавой Петр не сумел, война после битвы длилась еще 12 лет.










Переход на главную страницу
Глава 2
Российская империя
после петра i в xviii веке.
«Просвещенный абсолютизм»1 
 
Середина и вторая половина XVIII века вошли в историю России как продолжение «петербургского периода», как время превращения нашей страны в великую европейскую державу. Правление Петра Великого открыло новую эпоху. Россия приобрела европеизированные черты государственного устройства: управление и юрисдикция, армия и флот были реорганизованы на западный лад. Это время было периодом больших потрясений (массовые волнения крестьян в середине столетия, Чумной бунт, восстание Пугачева), но также и серьезных преобразований. Потребность упрочить социальную основу «самодержавного абсолютизма» вынудила российских монархов изменить формы сотрудничества с сословными структурами. В итоге дворянству были даны сословное управление и гарантии собственности.
 
 
История России второй четверти и середины XVIII века характеризовалась острой борьбой дворянских группировок за власть, приводившей к частым сменам царствующих особ на престоле, к перестановкам в ближайшем их окружении. С легкой руки В.О. Ключевского за этим периодом закрепился термин «эпоха дворцовых переворотов». В.О. Ключевский связывал наступление политической нестабильности после смерти Петра I с «самовластьем» последнего, решившегося, в частности, поломать традиционный порядок престолонаследия. Ранее престол переходил по прямой мужской нисходящей линии, но по манифесту 5 февраля 1722 г. самодержцу было предоставлено право самому назначать себе преемника по собственному желанию. «Редко самовластие наказывало себя так жестоко, как в лице Петра этим законом 5 февраля»,— писал Ключевский. Петр I не успел назначить себе наследника: престол оказался отданным «на волю случая и стал его игрушкой» — не закон определял, кому сидеть на престоле, а гвардия, являвшаяся в тот период «господствующей силой».
После смерти Петра I претендентами на высшую власть были импе­рат­рица Екатерина Алексеевна, супруга покойного государя, и его внук, сын царевича Алексея Петровича, 9-летний Петр Алексеевич. Екатерину подде­ржали гвардия и новая знать, выдвинувшаяся при Петре I — А.Д. Меншиков, П.А. Толстой и др. Петра Алексеевича поддерживали представители старой аристократии во главе с князем Д.М. Голицыным. Сила оказалась на стороне первой партии. При поддержке гвардейских полков — Преображенского и Семеновского — на престол вступила Екатерина I (1725—1727).
Императрица Екатерина прак­тически не занималась государственными делами. Вся власть была сосредоточена в Верховном тайном совете, созданном 8 февраля 1726 г. В со­вет вошли 7 вельмож, самым влиятельным из которых был светлейший князь А.Д. Меншиков. Верховный тайный совет снизил размер подушного налога, отменил участие армии в его сборе. Были облегчены служебные обязанности дворянства, дворянам предоставили право торговать во всех городах и на пристанях (до этого таким правом обладало лишь купечество). После кон­чины Екатерины I и восшествия на престол Петра II обострилась борьба меж­ду верховниками и теми, кто не входил в состав Верховного тайного совета. Против А.Д. Меншикова плели интриги князья Долгорукие, вице-канцлер Остерман и другие. Стоило светлейшему заболеть, как его отправили в от­став­ку, а затем в ссылку в сибирский город Березов, где Меншиков и умер через два года. Однако Петр II царствовал недолго — 19 января 1730 г. он умер от оспы.
В Верховном тайном совете начались споры по вопросу о кандидате на российский престол. Князь Д.М. Голицын выдвинул предложение при­гласить племянницу Петра Великого — Анну Иоанновну, вдовую герцоги­ню Курляндскую. Анна удовлетворяла всех, поскольку не была связана ни с гвардией, ни с придворными группировками. Пригласив Анну Иоанновну на престол, вельможи предложили ей письменные условия (кондиции), которые должны были существенно ограничить самодержавие. Согласно данным условиям, будущая императрица не должна была выходить замуж, назначать наследника престола, решать важнейшие государственные дела без согласия восьми членов Верховного тайного совета; армия и гвардия должны были подчиняться Тайному совету.
Анна Иоанновна поначалу подписала кондиции. Однако дворянство было недовольно засильем родовой аристократии из Верховного тайного совета. 25 февраля дворянские представители, прежде всего из гвардии, подали Анне петицию с просьбой отменить кондиции и восстановить самодержавие. Императрица тут же, в присутствии толпы дворян, порвала кондиции. Вскоре Верховный тайный совет был упразднен; его члены подверглись ссылкам и казням. Был восстановлен прежний Сенат, который, однако, не играл при Анне Иоанновне (1730—1740) существенной роли в государственном управлении. В 1731 г. был создан Кабинет из трех министров, во главе которого фактически стоял А.И. Остерман. Впоследствии указы Кабинета были приравнены к императорским, по существу Кабинет воспринял функции Тайного совета.
При дворе все большую власть приобретали прибывшие с Анной Иоанновной курляндские дворяне, которые возглавили государственные учреждения, армей­ские и гвардейские полки. Всесильным влиянием пользовался фаворит императрицы Э.И. Бирон, которого она сделала впоследствии герцогом Курляндским.
Перед смертью Анна Иоанновна объявила своим преемником младенца Иоанна VI Антоновича (1740—1741), сына ее племянницы Анны Леопольдовны и принца Антона-Ульриха Брауншвейгского (представителей этой семьи называли «брауншвейгской фамилией»). Регентом при Иоанне стал Бирон. Однако командующий русской армией фельдмаршал Б.-Х. Миних в ночь на 9 ноября 1740 г. арестовал Бирона. Бывшего временщика сослали в сибирский город Пелым. Правительницей стала мать императора Анна Леопольдовна. Год спустя последовал новый дворцовый переворот.
 
 
В 1741 г. в результате дворцового переворота на российский престол вступила дочь Петра Великого Елизавета Петровна. Переворот был совершен силами гвардии. В ночь на 25 ноября Елизавета явилась в казармы Преображенского полка и обратилась с речью к солдатам. 300 гвардейцев последовали за нею в императорский дворец. Представители правившей «брауншвейгской фамилии» были арестованы. Младенец-император Иоанн Антонович впоследствии был заключен в Шлиссельбургскую крепость. Его мать-правительница с мужем и прочими детьми были отправлены в ссылку в Холмогоры. Здесь в 1746 г. Анна Леопольдовна скончалась. Иоанн Антонович был умерщвлен охраной Шлиссельбургской крепости в 1756 г. при попытке офицера В. Мировича освободить пленника.
Лица, помогавшие Елизавете Петровне взойти на престол, были щедро награждены. 300 гвардейцев, совершивших военный переворот, составили особый привилегированный отряд, «лейб-компанию». Все они получили дворянское достоинство и имения. Окружавших Анну немцев сменили русские вельможи.
Елизавета Петровна предпочитала проводить время в придворных увеселениях; управление государством она предоставила своим министрам. Из приближенных к императрице вельмож большим влиянием пользовались братья Разумовские, вышедшие из простых малороссийских казаков. Старший из братьев, Алексей Григорьевич, в молодости бывший придворным певчим, возвысился благодаря милостивому вниманию Елизаветы Петровны, стал фельдмаршалом и графом. Младший, Кирилл, стал гетманом Малороссии. Видное положение при дворе занимали Шуваловы. Один из них — Иван Иванович — оказал значительные услуги госу­дарству своими заботами о народном просвещении и заслужил славу русского мецената. Он покровительствовал знаменитому М.В. Ломоносову; его стараниями был основан первый российский университет. Заметную роль в царствование Елизаветы Петровны играл канцлер Алексей Петрович Бестужев-Рюмин, заведовавший иностранными делами.
Первым важным распоряжением Елизаветы Петровны в делах внутреннего управления было уничтожение Кабинета министров, созданного Анной Иоанновной, и возвращение Сенату того значения, которое ему было дано Петром I.
В царствование Елизаветы были восстановлены городские магистраты. В 1752 г. в Петербурге был основан Морской кадетский корпус (вместо Морской академии). Были учреждены два заемных банка — один для дворянства, другой для купечества. Заем производился под залоги движимого и недвижимого имущества с условием уплаты 6%. В 1754 г. по предложению Петра Ивановича Шувалова были уничтожены стеснительные для торговли внутренние таможни и мелочные сборы. При этом пошлины на иностранные товары, наложенные тарифом Петра I, были значительно увеличены. В уголовном судопроизводстве была отменена смертная казнь. Но вообще судопроизводство и администрация при Елизавете Петровне находились в довольно расстроенном состоянии. Как писал известный российский историк Д.И. Иловайский, «областное управление представляло еще нестройное смешение старых московских порядков с учреждениями Петра I». Особенно силен был недостаток в мерах общественной безопасности. Притеснения помещиков, неправосудие воевод и чиновников продолжали служить источником внутренних волнений и бедствий. Крестьяне отвечали восстаниями, беспрерывными побегами и участием в разбойничьих шайках. Разбоями особенно славилась Волга, пустынные берега которой изобиловали удобными протоками и заводями. Здесь собирались шайки под начальством наиболее прославившихся атаманов («понизовая вольница»). Они были иногда очень многочисленны, имели на своих лодках пушки, нападали на караваны судов и даже вступали в открытый бой с военными отрядами.
Существенная перемена произошла в высших слоях общества: немецкое влияние, господствовавшее со времен Петра I, при Елизавете сменилось влиянием французской культуры. При дворе и в домах знати наступает эпоха господства французских нравов и парижских мод.
 
 
Отстранив от власти потомство царя Иоанна Алексеевича, Елизавета по­­­старалась упрочить русский престол за потомками Петра I. Императрица вызвала в Россию своего племянника, герцога голштинского Карла-Петера Ульриха (сына старшей сестры Елизаветы — Анны Петровны), и объявила его своим наследником. Карл-Петер получил в крещении имя Петра Федоровича. С самого рождения мальчик рос без матери, рано лишился отца и был предоставлен попечению воспитателей, которые оказались невежественными и грубыми, жестоко наказывали и запугивали болезненного и слабого ребенка. Когда Великому князю исполнилось 17 лет, его женили на принцессе небольшого анхальт-цербстского княжества Софии Августе Фредерике, получившей в православии имя Екатерины Алексеевны.
Все связанное с Россией было глубоко чуждо Петру, воспитанному в протестантской Голштинии. Он плохо знал и не стремился изучить язык и обычаи страны, в которой ему предстояло царствовать, с пренебрежением относился к православию и даже к внешнему соблюдению православного ри­туа­ла. Своим идеалом русский принц избрал прусского короля Фридриха II, а своей главной целью считал войну с Данией, некогда отобравшей у голштинских герцогов Шлезвиг.
Елизавета недолюбливала племянника и держала его в стороне от государственных дел. Петр, в свою очередь, стремился противопоставить двору императрицы свой «малый двор» в Ораниенбауме. В 1761 году, после смерти Елизаветы Петровны, Петр III вступил на престол.
Едва взойдя на престол, Петр III бесповоротно восстановил против себя общественное мнение. Он известил Фридриха II о намерении России сепаратно, без союзных Франции и Австрии, заключить мир с Пруссией. С другой стороны, несмотря на краткость своего царствования, Петр III успел сделать весьма важные и благодетельные распоряжения. Во-первых, замечателен «Манифест о вольности дворянства», который ликвидировал обязательность государственной службы для дворянства. Теперь оно могло служить только по своей охоте. Дворяне получили возможность жить в своих поместьях, свободно выезжать за границу и даже поступать на службу к иностранным государям. Но вместе с тем военная или гражданская служба дворян поощрялась государством. Во-вторых, последовал указ о секуляризации2  церковных земель: у церкви изымались все имения и передавались в ведение специальной государственной Коллегии экономии, в имения назначались офицеры-управители. Бывшие монастырские крестьяне получали земли, которые они обрабатывали для монастырей; они освобождались от оброка в пользу церкви и облагались казенным оброком, как и государственные крестьяне. В-третьих, Петр III упразднил Тайную розыскную канцелярию. Тайная канцелярия занималась политическим сыском и широко использовала доносы. Стоило любому доносчику произнести фразу «слово и дело», как сразу же начиналось политическое следствие с допросами и пытками. Истинные преступники иногда произносили «слово и дело», чтобы выиграть время и избежать заслуженного наказания; другие говорили его по злобе и клеветали на людей невинных. Петр III за­претил произносить ненавистное «слово и дело». Функции политического сыска передавались Секретной экспедиции, входившей в состав Сената.
Петр III запретил преследовать староверов, а тем из них, которые бежали за границу, было разрешено вернуться; им отводили в Сибири земли для поселения. Крестьянам, оказавшим неповиновение помещичьей власти, было объявлено прощение в случае, если они принесут раскаяние. Многие вельможи, сосланные в предыдущее царствование, были возвращены из Сибири, в том числе и знаменитый фельдмаршал Б.-Х. Миних, герцог Э.И. Бирон и другие.
В то же время указы Петра III об уравнивании в правах всех религий, выделение денег на строительство лютеранской кирхи породили слухи о скором за­крытии православных церквей. Понятно, что указ о секуляризации не способствовал росту популярности Петра в среде российского духовенства. Приверженность Петра к немцам, неумеренное поклонение перед Фридрихом II, заведенная царем строгая военная дисциплина — все это вызывало неудовольствие гвардии. Попытки преобразовать армию по прусскому образцу и создание для этого специальной комиссии, ликвидация «лейб-компании» подтверждали давнее подозрение о намерении Петра III ликвидировать гвардейские полки. Голштин­ские родственники императора и ораниен­баумские офицеры теснили при дворе старую знать и заставляли ее бес­покоиться о будущем. Неудовольствием гвардии и излишней самоуверен­ностью своего супруга искусно воспользовалась умная Екатерина, и Петр III должен был уступить ей престол.
 

Эпоха Екатерины II (1762—1796) составляет значимый этап в истории России. Хотя Екатерина пришла к власти в результате переворота, ее политика была преемственно связана с политикой Петра III.
Екатерину в действительности звали Софья-Фредерика-Августа, она родилась в прусской Померании, в городе Штеттине, в 1729 г. Отец Софьи, генерал прусской службы, был губернатором Штеттина, а впоследствии, когда умер его двоюродный брат, владетельный князь цербстский, он стал его преемником и переехал в свое небольшое княжество. Мать Софьи была из голштинской фамилии, следовательно, Софья приходилась дальней родственницей своему будущему супругу Петру Федоровичу. О браке будущей императрицы более всех хлопотал Фридрих II, который надеялся таким образом вступить в тесный союз с Россией. 14-ти лет Софья приехала со своей матерью в Россию; невеста приняла православие, и в 1745 году совершилось ее бракосочетание с наследником престола.
Крестившись в православие, Софья-Фредерика-Августа получила имя Екатерины Алексеевны. Одаренная от природы разнообразными способностями, Екатерина успела развить свой ум литературными занятиями, особенно чтением лучших французских писателей своего времени. Прилежным изучением русского языка, истории и обычаев русского народа она приготовила себя к великому делу, которое ее ожидало, то есть к управлению Россией. Екатерине были присущи проницательность, искусство пользоваться обстоятельствами и умение находить людей для выполнения своих планов.
В 1762 г. в результате заговора гвардейских офицеров, в котором принимала участие и сама Екатерина, ее муж Петр III был свергнут с престола. Главными помощниками Екатерины в осуществлении переворота были братья Орловы, Панин, княгиня Дашкова. В пользу Екатерины действовал и духовный сановник Дмитрий Сеченов, архиепископ новгородский, опиравшийся на духовенство, недовольное секуляризацией церковных имений.
Переворот был осуществлен 28 июня 1762 г., когда император находился в своем любимом замке Ораниенбаум. В этот день утром Екатерина приехала из Петергофа в Петербург. Гвардия немедленно ей присягнула, а примеру гвардии последовала вся столица. Петр, получив известие о событиях в столице, растерялся. Узнав о движении против него войска во главе с Екатериной, Петр III со своей свитой сел на яхту и отплыл в Кронштадт. Однако гарнизон Кронштадта уже перешел на сторону Екатерины. Петр III окончательно пал духом, вернулся в Ораниенбаум и подписал акт об отречении от престола. Спустя несколько дней, 6 июля, он был убит охранявшими его гвардейскими офицерами в Ропше. Официально было объявлено, что смерть наступила вследствие «геморроидальной колики». Все видные участники событий 28 июня были щедро награждены.
У историков существуют определенные разногласия по поводу побудительных мотивов деятельности Екатерины II. Одни полагают, что в течение своего царствования императрица пыталась реализовать продуманную программу реформ, что она была реформатором либерального толка, мечтавшим взрастить на русской почве идеи просвещения. По другому мнению, Екатерина решала возникавшие перед ней задачи в духе русской традиции, но под покровом новых европейских идей. Часть историков считают, что в действительности политику Екатерины определяли ее вельможи и фавориты.
С позиции XVIII века монархическая форма правления и идеи просвещения вовсе не содержали в себе противоречия. Просветители (Ш. Монтескье и др.) вполне допускали монархическую форму правления, особенно для стран с такой обширной территорией, как у России. Более того, именно на монарха возлагалась задача заботиться о благе подданных и вводить начала законности, согласные с разумом и правдой. Как представляла себе молодая Екатерина задачи просвещенного монарха, видно из ее черновой записки: «1. Нужно просвещать нацию, которой должен управлять. 2. Нужно ввести добрый порядок в государстве, поддерживать общество и заставить его соблюдать законы. 3. Нужно учредить в государстве хорошую и точную полицию. 4. Нужно способствовать расцвету государства и сделать его изобильным. 5. Нужно сделать государство грозным в самом себе и внушающим уважение соседям».
Какие жизненные обстоятельства повлияли на эту просветительскую программу, подчинили ее себе? Во-первых, характер и национальная специфика тех государственных задач, которые предстояло решать императрице. Во-вторых, обстоятельства вступления на престол: без всяких законных прав собственным умом и поддержкою дворянства вознесенная на трон, Екатерина должна была и выражать чаяния дворянства, и соответствовать идеалу русского монарха, и демонстрировать свое моральное — в силу личных качеств и достоинств — право на царствование. Немка по рождению, Екатерина стремилась стать хорошей русской императрицей. Это означало — быть продолжательницей дела Петра I и выражать русские нацио­нальные интересы.
Многие мероприятия Екатерины II, в наибольшей степени проникну­тые духом либерализма и просветительства, оказались неоконченными и нерезультативными, отторгнутыми русской действительностью. Это относится, в частности, к попытке выработать новое законодательство на основе принципов Просвещения. Еще Петр I сделал попытку составить новый свод законов, так как уложение его отца (Соборное уложение 1649 г.) не удовлетворяло новым потребностям государства. Преемники Петра возобновили его попытку и назначали для этой цели комиссии, но дело не продвигалось вперед. А между тем затруднительное состояние финансов, судопроизводства и областного управления вызывало крайнюю необходимость улучшить законодательство. С самого начала своего царствования Екатерина принялась за разработку проекта нового государственного устройства. В 1767 г. была созвана комиссия для пересмотра российских законов, получившая наименование Уложенной; ее возглавлял А.И. Бибиков. Комиссия была составлена из депутатов от разных сословно-социальных групп — дворянства, горожан, государственных крестьян, казаков. Все депутаты приехали в комиссию с наказами от своих выборщиков, которые позволяют судить о проблемах, нуждах и требованиях населения на местах.
Перед началом работы комиссии Екатерина обратилась к ней с красноречивым посланием, «Наказом», в котором были использованы просветительские идеи Монтескье и итальянского юриста Беккариа о государстве, законах, обязанностях гражданина, о равенстве граждан перед законом и презумпции невиновности. 30 июня 1767 г. в Москве, в Грановитой палате, состоялось торжественное открытие комиссии. По инициативе Екатерины II одним из либеральных дворян был поднят вопрос об уничтожении крепостного права. Но против этого восстало большинство дворянских депутатов. С претензиями на право владения крепостными выступили и представители купечества.
В декабре 1768 г. в связи с начавшейся русско-турецкой войной общее собрание комиссии прекратило работу, и часть депутатов была распущена. Отдельные комиссии продолжали работать над проектами еще в течение пяти лет, но главная цель, поставленная перед комиссией, — разработка нового Уложения — так и не была достигнута. Однако комиссия, как утверждала Екатерина II, «подала мне свет и сведения о всей империи, с кем дело имеем и о ком пещися должно». Продолжавшиеся в течение года дебаты познакомили императрицу с реальным состоянием дел в стране и запросами сословий, но практического результата не дали. Комиссия предоставила правительству информацию о внутреннем состоянии государства и имела большое влияние на последующую правительственную деятельность Екатерины II, особенно на ее областные учреждения.
Важной частью внутренней политики Екатерины II явилась реформа органов государственного управления. В 1762 г. Екатерина отвергла предложение Н.И. Панина о создании Императорского совета, который должен был стать законодательным органом при императрице. В 1763 г. был реформирован Сенат: он был разделен на 6 департаментов со строго определенными функциями и под руководством генерал-прокурора, назначаемого монархом. Сенат стал органом контроля над деятельностью государственного аппарата и высшей судебной инстанцией, но лишился своей главной функции — законодательной инициативы, право законодательной инициативы фактически пере­шло к императрице.
В 1775 г. была проведена областная реформа, которая увеличила количество губерний с 23 до 50. Размеры новых губерний определялись количеством населения; в каждой из них должно было проживать от 300 до 400 тыс. душ, губернии делились на уезды по 20—30 тыс. жителей в каждом. 2—3 губернии вверялись генерал-губернатору или наместнику, который был облечен большой властью и надзирал за всеми отраслями управления. Помощниками губернатора были вице-губернатор, два губернских советника и губернский прокурор, составлявшие губернское правление. Вице-губернатор возглавлял казенную палату (доходы и расходы казны, казенное имущество, откупа, монополии и т.д.), губернский прокурор ведал всеми судебными учреждениями. В городах вводилась должность городничего, назначаемого правительством.
Одновременно с учреждением губерний была создана система сословного суда: для каждого сословия (дворян, горожан, государственных крестьян) вводились свои особые судебные учреждения. В уездах были введены уездные суды для дворян, городовые магистраты для купцов и мещан, нижние расправы для инородцев и государственных крестьян. В некоторых из новых судов вводился принцип выборных заседателей. Власть в уезде принадлежала избираемому дворянским собранием капитан-исправнику. Из уездных учреждений дела могли переходить в высшие инстанции, то есть в губерн­ские учреждения: верхний земский суд, губернский магистрат и верхнюю расправу. В губернских городах были учреждены: уголовная палата — для уголовного судопроизводства, гражданская — для гражданского, казенная — для государственных доходов, губерн­ское правление — с исполнительной и полицейской властью. Кроме того, уч­реж­дались совестные суды, дворянская опека, сиротские суды и приказы общественного призрения (ведавшие школами, приютами, больницами).
Губернская реформа значительно укрепила административный аппарат, а следовательно, и надзор за населением. В рамках проводившейся политики централизации была ликвидирована Запорожская Сечь, упразднена или ограничена автономия других районов. Созданная губерн­ской реформой 1775 г. система местного управления в основных чертах сохра­нилась до 1864 г., а введенное ею административно-территориальное деление — до 1917 г.
Правительство Екатерины II много заботилось о внешнем виде городов, то есть о проведении прямых широких улиц и строительстве каменных зданий. Экономический рост сказался в увеличении населения, до 200 разросшихся сел получили статус городов. Екатерина заботилась о санитарном состоянии городов, о профилактике эпидемий и в качестве примера для подданных первая сделала прививку оспы.
Программными документами Екатерины II стали Жалованные грамоты дворянству и городам. Екатерина определила значение, права и обязанности разных сословий. В 1785 г. была дарована Жалованная грамота дворянству, которая определяла права и привилегии дворянского сословия, считавшегося после бунта Пугачева главной опорой престола. Дворянство окончательно оформилось как привилегированное сословие. Грамота подтверждала старые привилегии: монопольное право на владение крестьянами, землями и недрами; закрепляла права дворянства на собственные корпорации, свободу от подушной подати, рекрутской повинности, телесных наказаний, конфискации имений за уголовные преступления; дворянство получило право ходатайствовать о своих нуждах перед правительством; право на торговлю и предпринимательство, передачу дворянского звания по наследству и невозможность его лишиться иначе как по суду и т.д. Грамота подтверждала свободу дворян от государственной службы. Вместе с тем дворянство получило особое сословное корпоративное устройство: уездные и губерн­ские дворянские собрания. Раз в три года эти собрания избирали уездных и губернских предводителей дворянства, имевших право прямого обращения к царю. Эта мера превратила дворянство губерний и уездов в сплоченную силу. Помещики каждой губернии составляли особое дворян­ское общество. Дворяне замещали многие чиновничьи должности в местном административном аппарате; они издавна главенствовали в центральном аппарате и армии. Таким образом, дворянство превращалось в политически господствующее сословие в государстве.
В том же 1785 г. была обнародована Жалованная грамота городам, завершившая устройство так называемого городского общества. Это общество составлялось из обывателей, принадлежащих к податным сословиям, то есть к купцам, мещанам и ремесленникам. Купцы делились на три гильдии по величине объявленных ими капиталов; объявившие менее 500 руб. капитала были названы «мещанами». Ремесленники по разным занятиям разделялись на «цехи» по образцу западно-европейских. Появились органы городского самоуправления. Все податные обыватели собирались вместе и составляли «общую городскую думу»; они избирали из своей среды городского голову и 6 членов в так называемую шестигласную думу. Дума должна была заниматься текущими делами города, его доходами, расходами, общественными постройками, а главное, она заботилась об исполнении казенных повинностей, за исправность которых отвечали все горожане.
За городскими обывателями закреплялось право заниматься торговой и предпринимательской деятельностью. Ряд привилегий получала верхушка горожан — «именитые граждане» и гильдейское купечество. Но привилегии горожан на фоне дворянской вседозволенности казались неощутимыми, органы городского самоуправления жестко контролировались царской администрацией. В целом попытка заложить основы буржуазной сословности не удалась.
При Екатерине II делались попытки решать крестьянский вопрос. В первые годы своего царствования у Екатерины было намерение приступить к ограничению помещичьей власти. Однако она не встретила сочувствия в этом вопросе в придворной аристократии и в массе дворян. Впоследствии императрица, занятая преимущественно вопросами внешней политики, оставила мысль о реформе крестьянского сословия. Были даже изданы новые постановления, которые усиливали помещичью власть. Помещикам предоставлялось право ссылать крестьян «за предерзостное состояние» на каторгу (1765). Крепостным людям было запрещено подавать жалобы на своих господ под страхом наказания кнутом и ссылки в Нерчинск в вечную каторжную работу (указ 22 августа 1767 г.). Между тем число крепостных значительно увеличилось вследствие продолжавшейся раздачи государственных крестьян сановникам и любимцам. Своим приближенным императрица раздала 800 тыс. крепостных. В 1783 г. было юридически оформлено крепостное право на Украине.
При Екатерине II правительство старалось возвратить в Россию старообрядцев, в большом количестве уходивших за границу. Вернувшимся было объявлено полное прощение. Староверы были освобождены от двойного подушного оклада, от обязанности носить особое платье и брить бороду. По просьбе Потемкина, старообрядцам в Новороссии было разрешено иметь свои храмы и священников (1785). Украинские староверы составили так называемую единоверческую церковь.
Екатерина II завершила секуляризацию духовных имений, начало которой положил Петр I и которую продолжил Петр III. В день переворота 1762 года Екатерина пыталась привлечь к себе духовенство и обещала вернуть ему земли, конфискованные Петром III. Однако вскоре императрица «передумала» и назначила комиссию для точной описи всех церковных земель и доходов. Указом 26 февраля 1764 г. все крестьяне, принадлежавшие монастырям и архиерейским домам (более 900 тыс. душ муж. пола), были переданы в ведение Коллегии экономики. Вместо прежних оброков и повинностей они были обложены сбором в полтора рубля с души. Для монастырей и архиерейских домов были составлены новые штаты и было положено отпускать им жалованье из Коллегии экономии. Кроме того, им были оставлены некоторые угодья. Секуляризация, естественно, вызвала неудовольствие со стороны многих представителей духовенства. Из них особенно известен ростовский митрополит Арсений Мацеевич, лишенный своего сана и заточенный под именем расстриги Андрея Враля в Ревельском каземате.
В 1773—1775 гг. весь юго-восток России, Урал, районы Среднего и Нижнего Поволжья, Западной Сибири были охвачены крестьянско-казацким восстанием под руководством донского казака Емельяна Пугачева, который объявил себя чудесно спасшимся от смерти императором Петром III. От имени Петра III Пугачев объявил отмену крепостного права и освобождение всех частновладельческих крестьян. Советские историки это восстание квалифицировали как крестьянскую войну3, хотя в действительности социальный состав участников движения был сложным, а инициатором восстания, как известно, явилось казачество. Движение получило широкую поддержку среди яицких казаков, русских крестьян, горнозаводского населения Урала, нерусских народов: башкир, калмыков, татар, марийцев, мордвы, удмуртов, недовольных крепостнической эксплуатацией, наступлением государства на традиционные права и привилегии. Восставшие долго осаждали Оренбург, им удалось сжечь Казань, взять Пензу и Саратов.
Однако, в конце концов, пугачевцы были разбиты превосходившими их по оснащению и выучке правительственными войсками. Сам руководитель движения был схвачен, доставлен в Москву и казнен в 1775 г. Чтобы стереть память о Великом бунте, Екатерина II велела переименовать реку Яик в Урал, а яицких казаков — в уральских казаков.
 
 
Детские годы Павла Петровича не были безоблачными, но и не предвещали тяжелого характера в зрелом возрасте. Он имел хороших учителей и воспитателей, его главным наставником был Н.И. Панин. Учился Павел легко, проявляя и остроту ума, и неплохие способности; отличался чрезвычайно развитым воображением, отсутствием усидчивости и терпеливости, непостоянством. Проявляться характер Павла начал с того времени, когда он повзрослел и стал осознавать свое положение обойденного вниманием матери наследника престола. Павел был глубоко оскорблен пренебрежительным отношением фаворитов Екатерины и тем, что ему не доверяют никаких государственных дел.
Постепенно вокруг Павла стала группироваться придворная оппозиция (братья Н.И. и П.И. Панины, князь Н.В. Репнин, А.И. Разумовский). Побывав в Берлине, Павел стал ярым сторонником прусских порядков; он стал резко критиковать политику матери. Последовало отстранение от двора: в 1783 г. Павел получил в подарок мызу Гатчина и переехал туда со своим «двором». Отстраненный от политики, он замкнулся на любимом военном деле: организовал три батальона по прусскому образцу, одел их в мундиры прусского войска, сам занимался вахт-парадами, смот­рами, маневрами, подражая при этом Фридриху II в одежде, по­ходке, даже в манере ездить на лошади. Сходство с действиями отца, Петра III, было разительным, и сама Екатерина отмечала это, иронически отзываясь о гатчинских батальонах: «батюшкино войско».
Слухи о намерениях матери лишить Павла прав на престол и сделать наследником его сына Александра отразились на характере и поведении цесаревича. Павел стал подозрительным, вспыльчивым; раздражительность все чаще прорывалась наружу в виде припадков безудержного гнева. Вместе с тем он был отходчив: признавал свои ошибки и просил прощения, был щедр, старался заботиться о подчиненных, имел доброе, чувствительное сердце.
Вне Гатчины Павел был строг, угрюм, неразговорчив, язвителен, с достоинством сносил насмешки фаворитов (его не случайно называли «русским Гамлетом»). В кругу семьи он был не прочь повесе­литься, потанцевать. Что касается нравственных устоев Павла, то они были неколебимы. Он боготворил дисциплину и порядок, сам был образцом в этом, стремился быть справедливым и блюсти законность, был честен и привержен строгим нормам семейной морали.
До кончины Екатерины II Великий князь Павел Петрович со своей суп­ру­гой Марией Федоровной (вюртембергской принцессой) жил преимущест­венно в Гатчине, в удалении от государственных дел. Не любившая сына Екатерина не уделяла ему должного внимания и держала его на расстоянии. Она вынашивала планы, обойдя Павла, передать престол своему любимому внуку Александру. Однако эти планы не осуществились. По смерти Екатерины в 1796 г. на престол взошел Павел I, «русский Гамлет», «царь-рыцарь», как его называли современники.
Еще будучи наследником, Павел продумывал программу своих будущих действий и по восшествии на престол обнаружил неутомимую деятельность. В день коронации, 5 апреля 1797 г., был издан новый закон о престолонаследии: женское правление отныне не допускалось, престол переходил по праву первородства и только по мужской линии царствующего дома. Были освобождены польский революционер Т. Костюшко и вольнодумцы Н.И. Новиков и А.Н. Радищев. Павел распорядился перезахоронить прах своего отца, Петра III,— эта церемония выглядела, как обвинение Екатерине, убившей мужа и узурпировавшей престол.
Вступив на трон, Павел I делал не только непред­сказуемые шаги, но и грешил, по мнению современников, откровенным самодурством, болезненным пристрастием к шагистике и казарме, в которую, казалось, он хотел превратить всю страну. Павел разорвал отношения с Англией ради союза с наполеоновской Францией, поразив тем самым и своих подданных, и всю Европу. Он заявил о том, что все могут просить императора обо всем, но многих посетителей драли и ссылали в Сибирь. Император амнистировал политических заключенных и ссыльных, но уже вскоре появились тысячи новых узников, некоторые из них были лишены свободы за мельчайшие провинности, по его капризу. Едва успев взойти на престол, Павел ввел новый воинский устав, ориентировавший армию на прусские традиции и муштру.
Царским манифестом в январе 1797 г. было предписано всем помещичьим крестьянам под страхом кары пребывать в повиновении и послушании своим господам. Еще раньше, в декабре 1796 г., издан указ о закреплении крестьян (то есть распространении крепостного права) за владельцами в Области Войска Донского и Новороссии. В марте 1797 г. было дано разрешение заводчикам из купцов покупать к своим заводам крестьян с землей и без земли. Эти меры ухудшали положение крестьянского сословия.
В то же время в 1797 г. (апрель) были приняты два указа, направ­лен­ные на некоторое ограничение и смягчение крепостного права: запрещалось заставлять крестьян работать в воскресенье, рекомендовалось ограничить барщину тремя днями в неделю, не разрешалось продавать дворовых и безземельных крестьян с молотка. В 1799 г. был установлен запрет на продажу украинских крестьян без земли.
При том император не был противником крепостничества как такового. За 4 года царствования было роздано частным владельцам-помещикам 600 тыс. крепостных, из них 82 тыс. в день коронации.
В то время как политика императора по отношению к крестьянам демонстрировала смягчение, дворянские свободы стали урезываться. Были нарушены дворянские вольности и привилегии, дарованные Жалованной грамотой 1785 г.: запрещались губернские дворянские собрания, усиливался контроль губернатора и генерал-прокурора Сената за уездными дворянскими собраниями.
В 1798 г. губернаторы стали контролировать выборы предводителей дворянства, а в 1799 г. были отменены губернские дворянские собрания. Более того, дворяне лишились иммунитета против телесных наказаний. В отдельных случаях применялись телесные наказания для дворян, дворянам запрещалось подавать коллективные челобитные царю. Однако применение телесных наказаний могло быть осуществлено лишь после лишения дворянского звания по суду за соответствующие преступления, дворяне по-прежнему могли индивидуально обращаться к государю. Павел, стремясь экономически укрепить дворянство, учредил для него Государственный вспомогательный банк, дававший ссуду с большой отсрочкой платежа и на льготных условиях.
Наиболее болезненно была воспринята дворянством (причем столичным) реформа армии, объективно необходимая, но вряд ли желаемая. Офицеры-гвардейцы были не воинами, а царедворцами, посещавшими театры и балы, ходившими во фраках. Павел заставил всех офицеров служить: кончились тянувшиеся годами отпуска, прекратилась практика записи в гвардию с рождения; офицер должен был персонально отвечать за выучку своего подразделения. Нерадивость наказывалась чаще всего ссылкой в имение, в провинцию, в армейский полк.
Возросшие тяготы службы, зачисление гатчинцев в гвардию, новые уставы, пренебрегавшие боевой выучкой солдат, вызвали ропот. Всеобщее негодование спровоцировали новый мундир по прусскому образцу, парик с буклями и косами для солдат. Но при этом улучшилось содержание солдат, армейские офицеры стали быстрее продвигаться по службе; из службы исключались офицеры-недворяне, выслужившиеся из унтер-офицеров.
Наибольшее сопротивление и возмущение столичного дворянства вызвала мелочная регламентация быта. Разительно изменился облик Петербурга, он стал напоминать Гатчину: двухцветные черно-белые будки часовых со шлагбаумами, верстовые столбы. Запрещено было носить фраки, круглые шляпы, предписывались немецкие камзолы, треуголки, парики и башмаки с пряжками. В 10 часов вечера повсюду гасили огни, и столица должна была отходить ко сну. Обедать все должны были в 1 час дня. Офицерам не разрешалось ездить в закрытой карете, а лишь верхом и в дрожках. Самовластие Павла превращалось в деспотизм. Смысл павловских преобразований был современникам не понятен, а «нелепицы и оскорбления в безделицах» были на виду. Дворянство, привыкшее к сравнительно широкой личной свободе, почувствовав контраст с прошедшим царствованием, язвительно высмеивало новое и по ночам веселилось за двойными шторами. В то же время Павел строго следил за соблюдением законов: в специальный ящик любой человек мог бросить жалобу — ответ императора печатался в газете. Таким образом вскрылись многие злоупотребления, за которые Павел карал, невзирая на лица.
Боясь проникновения в Россию идей французской революции, Павел запретил отправлять молодых людей за границу для образования. Однако он позволил немецкому дворянству Балтийского края открыть университет в Дерпте (1799). Были закрыты частные типографии. Усилился цензурный гнет и контроль за книгопечатанием.
Признание старообрядцев как равных официальной церкви, начатое еще при Екатерине, в царствование Павла продолжалось. Право для староверов иметь свои церкви было распространено на все епархии.
Павел I стремился, как было при его предке Петре I, уравнять сословия перед троном. Простому народу Павел I, в общем, импонировал, и не столько шагами по улучшению положения крестьян (на деле мало что изменилось), сколько расправой с нелюбимыми «барами», что как бы придавало ему в массовом сознании черты «народности». Но дворянство не могло простить посягательств на свои права, стабильность положения. Из-за своей чрезвычайной вспыльчивости Павел не пользовался любовью окружавших его придворных и сановников. Это и решило судьбу императора. В результате заговора с 11 на 12 марта 1801 г. Павел I был убит. Новый император Александр I объявил, что его «батюшка скончался апоплекси­ческим ударом».
 
 
Внутриполитическая нестабильность во второй четверти XVIII века не всегда позволяла в полной мере использовать те преимущества, которые давали России военные победы. При Анне Иоанновне Россия вмешивалась в польские дела и противостояла французским кандидатам на польский трон (война за польское наследство 1733—1735 гг.). Столкновение интересов России и Франции в Польше привело к серьезному ухудшению русско-французских отношений. Французская дипломатия постаралась поднять против России Турцию и Швецию.
Турецкое правительство было недовольно вступлением русских войск в Польшу и активно искало союзников в близкой войне с Россией. Русское правительство также считало войну неизбежной. С целью заручиться под­держ­кой Ирана, соседа Османской империи, Россия в 1735 г. вернула ему про­винции, присоединенные к России в результате персидского похода Петра I. В 1735 г. крымское войско по решению османского правительства направилось через русские владения в земли, возвращенные Россией Ирану. Между крымцами и русскими вооруженными силами начались столкновения. В следующем году Россия официально объявила войну Турции. Русско-турецкая война 1735—1739 гг. велась преимущественно в Крыму и Молдавии. Русские войска под командованием фельдмаршала Б.-Х. Миниха одержали серию важных побед (под Ставучанами, у Хотина), заняли Перекоп, Очаков, Азов, Кинбурн, Гезлев (Евпаторию), Бахчисарай, Яссы. По Белградскому мирному договору 1739 г. Россия несколько отодвинула свою границу на юг, получив степные пространства от Буга до Таганрога.
В 1741 г. войну России объявила подстрекаемая Францией и Пруссией Швеция, мечтавшая вернуть завоеванную Петром I часть Финляндии. Но русские войска под начальством П.П. Ласси одержали верх над шведами. Согласно заключенному в 1743 г. в местечке Або миру Россия сохранила все свои владения и получила небольшую часть Финляндии, до реки Кюменя (Кюменогорская и часть Саволакской провинции).
В середине XVIII века быстрое усиление при Фридрихе II (1740—1786) Пруссии нарушило европейское равновесие и резко изменило расклад сил на континенте. Угроза прусской гегемонии в Европе объединила против нее Австрию, Францию, Россию, Саксонию и Швецию. Союзником Пруссии выступила Великобритания. В начале войны (1756—1757 гг.) Фридрих II одержал ряд побед над Австрией, Францией и Саксонией. Вступление в 1757 г. в войну России изменило ее характер. Восточная Пруссия была оккупирована русской армией. В том же 1757 г. русские войска взяли Мемель и разбили прусского фельдмаршала Х. Левальда у Гросс-Егерсдорфа. В 1759 г. русская армия под началом генерала графа П.С. Салтыкова совместно с австрийцами нанесла решающее поражение Фридриху II в битве под Кунерс­дорфом. В следующем году русские войска заняли Берлин. Пруссия была поставлена на край гибели. Лишь смерть Елизаветы Петровны и приход к власти Петра III, поклонника Фридриха II, спасли Пруссию. Преемник Елизаветы заключил с Фридрихом сепаратный мир. Более того, он хотел направить русскую армию на помощь Пруссии против недавних русских союзников, но это намерение вызвало выступление гвардии и дворцовый переворот, завершившийся свержением и гибелью Петра III.
Участие России в войне (1757—1762) не дало ей каких-либо материальных приобретений. Но престиж страны и русской армии в результате Семилетней войны существенно вырос. Можно без преувеличения сказать, что эта война сыграла немаловажную роль в становлении России как великой европейской державы.
Если почти 40-летний период между 1725 и 1762 гг. (смертью Петра I и коронацией Екатерины II) был малозначительным с точки зрения непосредственных результатов внешнеполитического курса России в Европе, то для восточного направления русской политики он имел огромную важность. Главные вехи новой восточной политики были намечены еще Петром I, который воздвиг для нее опорные пункты на Среднем и на Дальнем Востоке. Он попытался войти в сношения с Китаем, старался завязать отношения с Японией. Уже после смерти Петра Россия заключила с Китаем вечный договор (Кяхтинский договор, 1727 г.). Россия получила право иметь в Пекине религиозную миссию, которая в то же время выполняла и дипломатические функции. Итогом российской восточной политики было успешное получение земель на Дальнем Востоке и присоединение к России в 1731—1743 гг. земель Младшего и Среднего казахских жузов.
Петр организовал экспедицию В. Беринга для изучения места соединения Азии с Америкой. В Санкт-Петербурге не знали, что эта проблема в 1648 г. уже была решена С.И. Дежневым. Первая экспедиция капитана Витуса Беринга в 1724—1730 гг. не дала серьезных практических результатов. Но в 1732 г. навигатор Федоров и геодезист Гвоздев наткнулись на «Большую землю» — Аляску — на американском континенте. В течение сле­дующего десятилетия (1733—1743) русское правительство организовало так называемую «Великую северную экспедицию», которая имела громадное научное значение и была одним из наиболее выдающихся предприятий в истории науки. В 1741 г. суда капитанов Беринга и Чирикова достигли побережья Америки. С островов поблизости от Аляски Чириков привез много ценных мехов, которые вызвали интерес сибирских купцов. Первое «купеческое морское путешествие» было предпринято в 1743 г., за ним последовали многие другие. Началось русское освоение Аляски и становление Русской Америки, единственной официальной колонии в истории Российской империи.
Екатерина II закончила начатое Петром Великим превращение России в империю. В ее царствование Россия стала авторитетной европейской и мировой державой, диктовавшей свою волю другим государствам. В 1779 г. при посредничестве России был заключен Тешенский трактат, положивший конец войне между Австрией и Пруссией за баварское наследство. Тешенский договор, гарантом которого стала Россия, продемонстрировал возросший международный вес России, позволивший ей оказывать влияние на положение дел в Европе. В современной западной литературе это событие рассматривается как переломное, свидетельствующее о превращении России из восточно-европейской великой державы (с начала XVIII века) в великую европейскую державу, на протяжении последующего столетия игравшую не последнюю скрипку в концерте европей­ских государств.
Политика Екатерины в Европе была тесно связана с польским и черноморским вопросами. В первую очередь она стремилась решить судьбу бывших киевских земель, большая часть которых в середине XVIII века принадлежала Речи Посполитой, во вторую — расширить территорию России до берегов Черного моря.
В 1772 г. было достигнуто соглашение между дворами Австрии, Пруссии и России, результатом которого стал первый раздел Речи Посполитой, раздиравшейся борьбой группировок самовластной шляхты. В результате Россия получила северную и восточную часть Белоруссии и часть латвийских земель.
В течение двух десятилетий ситуация оставалась без существенных изменений, но в 1791 г. патриотически настроенная шляхта добилась принятия новой конституции и укрепления государственного строя Польши. Публикация этой конституции спровоцировала в Польше гражданскую войну. Недовольные ею консервативные круги польского дворянства потребовали от Екатерины II вмешательства. Россия отправила в Польшу войска и оккупировала Варшаву. В 1793 г. последовал второй раздел Польши, осуществленный Россией и Пруссией. Россия получила значительную часть Белоруссии и Правобережной Украины (Минскую область, часть Волыни и Подолию); Пруссии отошли коренные польские земли — Гданьск, Торунь, часть Великой Польши. После подавления польского освободительного восстания под руководством Т. Костюшко (1794) Россией, Австрией и Пруссией был осуществлен третий раздел (1795), в результате которого к России отошли Западная Белоруссия, Литва, Курляндия, часть Волыни. Итак, в ходе трех разделов, проведенных Пруссией, Австрией и Россией, Речь Посполитая как государство прекратила свое существование. В состав России вошли Белоруссия, Правобережная Украина (кроме Галиции), Литва и герцогство Курляндское. Россия получила непосредственный доступ к странам Центральной Европы.
Важной внешнеполитической проблемой России в царствование Екатерины II оставался черноморский вопрос. Распространение русского государства до Черного моря требовало чрезвычайных усилий и заняло большую часть столетия.
Русско-турецкая война 1768—1774 гг. была связана с осложнениями в Речи Посполитой. К войне с Россией Турцию подталкивали Франция и Австрия, недовольные падением своего влияния в Польше. Турция потребовала вывести русские войска из Польши. В 1768 г. она объявила войну России. Боевые действия велись на Дунае, в Крыму, в Закавказье и на Средиземном море. Армия под командой графа П.А. Румянцева двинулась к Дунаю, флот из Балтийского моря под началом А.Г.Орлова и адмиралов А.Г. Спиридова и С.К. Грейга отправился вокруг всей Европы в Средиземноморье. В 1770 г. на обоих фронтах были достигнуты значительные успехи. Румянцев трижды разгромил турецкую армию: при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле. На берегах реки Ларга была рассеяна 100-тыс. армия крымского хана. На берегах реки Кагул П.А. Румянцев, армия которого насчитывала всего 27 тыс. человек, нанес поражение 150-тыс. войску великого визиря. В то же время флот занял Эгейский архипелаг и уничтожил практически весь турецкий флот (всего около 100 кораблей) в Чесменском и Хиосском сражениях. Однако русский флот не смог преодолеть Дарданеллы; вызванное его успехами грече­ское восстание против турок в Морее не было успешным. Турки подавили его с большой жестокостью, а русские силы, высаженные в Морее, были слишком слабы, чтобы им противостоять. Несмотря на успехи русской армии и флота, турки еще далеко не были сломлены. В ходе кампании 1771 г. русские войска под командованием князя В.М. Долгорукого совершили удачный поход в Крым и овладели полуостровом. В 1774 г. И.П. Салтыков и А.В. Суворов одержали новые блестящие победы над турками. Порта запросила мира. По условиям Кючук-Кайнарджийского договора 1774 г. Россия возвращала Турции Молдавию и Валахию, занятые войсками графа Румянцева, и освобождала Эгей­ский архипелаг. При этом фактически над Молдавией и Валахией был установлен российский протекторат. Россия получала выход к Черному морю: устье Буга и Днепра на северо-западном побережье и устье Дона и Керченский пролив на северо-восточном побережье Черного моря. К России переходили Азов, Керчь, Еникале, Кинбурн. Россия получила право строить свой флот на Черном море. Русским торговым судам было предоставлено право прохода через проливы Босфор и Дарданеллы. Русские купцы в Турции получали особые привилегии. Крымское ханство объявлялось независимым от Турции.
Попытки Турции в нарушение условий мира вмешаться в дела Крымского ханства подтолкнули присоединение последнего к России в 1783 г. Крымский полуостров стал важным опорным пунктом России на Черном море, прочно обеспечившим использование южных морских путей. Построенный в 1783—1784 гг. порт Севастополь стал колыбелью российского черноморского флота.
Управляющим «Новой Россией» был определен выдающийся русский государственный деятель Г.А. Потемкин. Он приложил огромную энергию к освоению плодородных земель Новороссии, использованию экономических ресурсов новых территорий. После заключения Кючук-Кайнарджийского мира и присоединения к России Крыма производительные силы на юге России стали быстро развиваться, были построены новые города — Херсон, Николаев, Екатеринослав, выросла внешняя торговля России через южные порты.
Отношения России и Турции продолжали оставаться напряженными. Турецкое правительство не могло примириться с утратой Крыма, ослаблением своей власти в Молдавии и Валахии. Англия, недовольная усилением России на Черном море, подталкивала Порту к конфликту с северным соседом. В 1787 г. Турция объ­явила России новую войну.
Зимой 1788 г. русская армия под командованием Г.А. Потемкина после трудной и дорого стоившей ей осады овладела сильнейшей турецкой крепостью Очаковом. После продолжительной борьбы на побережье Черного моря русская армия начала наступление в Молдавии, за рекой Прут. В 1789 г. русско-австрийские войска под командой генерала А.В. Суворова одержали громкие победы над турецкой армией при Фокшанах и Рымнике. В 1790 г. Суворов штурмом взял, казалось, неприступную турецкую крепость на Дунае — Измаил, контролировавшую пути к Балканам. В ходе русско-турецкой войны 1787—1791 гг. в полной мере раскрылся флотоводческий талант Ф.Ф. Ушакова, который во главе молодого черноморского флота одержал крупные победы у острова Фидониси (1788), в Керченском проливе и у острова Тендра (1790), у мыса Калиакрия (1791). Разгромленная на суше и на море Порта была вынуждена запросить мира. По условиям Ясского мирного договора 1791 г. Россия закрепила свои владения, приобрела новые территории вдоль побережий Черного (между Бугом и Днестром) и Азовского морей, включая Таманский полуостров. Крым остался за Россией, новые территории на Кубани были заселены бывшими запорожскими казаками, перемещенными с Днепра (они положили начало кубанскому казачеству). Таким образом, в результате русско-турецких войн второй половины XVIII века в состав империи было включено все северное побережье Черного моря (Новороссия), был создан черноморский флот, вырос международный престиж России.
Отстаивая свои государственные интересы, Россия брала на себя роль защитницы и опоры всех славянских и христианских народов. В 1783 г. по Георгиевскому трактату Восточная Грузия перешла под покровительство России. Екатерина II обещала покровительство армянам. Началось их массовое переселение в Россию. Сербы, черногорцы, болгары, албанцы, немцы-колонисты получали приют и земли в Новороссии, Поволжье, Южном Приуралье.
Россия, благодаря успехам оружия и дипломатии, продолжала расширять свои границы. Огромную экономическую значимость имели земли, вошедшие в состав России. Это были плодородные черноземы (Новороссия, Правобережная Украина) или хозяйственно освоенные земли (Прибалтика, Белоруссия). Новые морские порты дали мощный толчок развитию торговли. Крупные территориальные приобретения, военно-политические успехи сделали империю одной из ведущих сил европейской политики, а не только, как раньше, ее второстепенным соучастником. «Не знаю, как будет при вас, — говорил в начале следующего столетия канцлер екатерининских времен князь А.А. Безбородко дипломатам нового поколения, — а при нас с матушкой ни одна пушка в Европе без нашего позволения выпалить не смела».
 

В XVIII веке страна пережила духовный переворот. Суть его заключалась в переходе от культуры преимущественно традиционной, церковной и относительно замкнутой к культуре светской и европейской, с все более вычленяемым личностным началом. В отличие от Западной Европы этот переход был более поздним, более сжатым по времени (а отсюда и противоречивым) и совпал с эпохой Просвещения.
Большие достижения императорского периода сопровождались глубокими внутренними конфликтами. Главный кризис зрел в национальной психологии. Европеизация в России принесла с собой новые политические, религиозные и социальные идеи, которые были восприняты правящими и высшими классами общества прежде, чем они достигли народных масс. Соответственно возник раскол между верхушкой и низами общества, между «интеллектуалами» и «народом». Главная психологическая опора русского государства — православная церковь — в конце XVII века была потрясена в своих основах и постепенно теряла свое влияние, начиная с 1700 г. и до революции 1917 г., когда возникла угроза распада.
Прежде всего, в XVIII веке произошли изменения в дворянских нравах. Любовь к роскоши, получившая начало вместе с подражанием западным обычаям, сделала значительный шаг вперед в царствование Елизаветы Петровны. Высшее русское общество старалось окружить себя наружным блеском европейской цивилизации и усердно поклонялось западным модам. Быстро распространялась привычка жить сверх своего состояния — привычка, отличающая всегда полуобразованное общество. Женщина, освобожденная Петром из своего терема, в особенности увлеклась этой роскошью и дорогими нарядами. Во времена Елизаветы развитию роскоши между дамами высшего слоя способствовал пример императрицы: она любила одеваться пышно и по несколько раз в день меняла свой костюм. После кончины государыни в ее гардеробе, говорят, нашли более 15 тыс. платьев и соответствующее количество других принадлежностей туалета. При Елизавете придворное искусство сделало заметные успехи. Так, Петербург в ее царствование украсился великолепными зданиями, сооруженными по планам итальянского архитектора графа Растрелли; между ними первое место занимает Зимний дворец, построенный в конце елизаветинского царствования.
Между тем в большей части русского общества господствовали почти те же патриархальные нравы, те же верования и привычки, которые характеризуют Русь допетровскую. Воспитание юношества, составляющее главную заботу образованных народов, мало продвинулось вперед после Петра Великого. Между знатными людьми распространился обычай учить детей иностранным языкам и вверять их иностранным гувернерам, которые редко владели научными сведениями или нравственными достоинствами. Образование людей небогатых по-прежнему ограни­чива­лось церковно-славянскою грамотою. Учение их обыкновенно начиналось с азбуки, продолжалось часословом и кончалось псалтирью.
Что касается тогдашнего быта провинциальных дворян, то с этой темой нас близко знакомят «Записки» майора М.В. Данилова. Перво­начально Данилов учился грамоте у сельского пономаря, который мучил детей продолжительным сидением на одном месте и весьма часто употреблял розги, по-прежнему считавшиеся необходимою принадлежностью учения. Впоследствии Данилов поступил в артиллерийскую московскую школу (учрежденную для дворян-недорослей); тут учителем был штык-юнкер, который редкий день приходил в школу не пьяный и учеников своих без пощады сек розгами. В детстве автор «Записок» некоторое время гостил у своего родственника, данковского воеводы. Когда наступали святки, воевода брал его вместе со своим сыном по уезду «славить Христа» в сопровождении слуг с несколькими пустыми санями. Каждый день сани возвращались к воеводе, наполненные хлебом и живыми курами. Воеводские слуги при этом собирали птиц даже и с тех дворов, в которых мальчики не славили. «Записки» упоминают о разбойниках, грабивших помещичьи дома, как о явлении в то время самом обыкновенном (в разбоях иногда принимали участие и сами помещики).
Другой дворянин, Болотов, оставивший свои записки, также сообщает много любопытных подробностей о провинциальном быте того времени. Например, в деревню к его матери приезжали гостить знакомые мелкопоместные дворяне. Их увеселения были почти те же, что и в XVII веке. «По утрам, — говорит Болотов, — у нас обыкновенно бывали празд­нич­ные завтраки, там обеды, за ними почивание, там закуски и заедки, после того чаи, а там ужины. Проснувшись, принимались опять за еду, и прочее тому подобное». Многочисленные судебные процессы, дошедшие до нас, показывают, что взаимные отношения соседних помещиков и их крестьян редко имели мирный характер, чему способствовало отсутствие определен­ных границ (размежевания) для поместий. Нападение на соседей, драки и насильственный захват земли были обычными явлениями того времени.
В царствование Екатерины II влияние француз­ских обычаев и французской литературы на высшие классы общества делало быстрые успехи. Влияние это заметно отразилось на смягчении нравов, чему немало способствовал и просвещенный взгляд самой императрицы. Казни Петра и Анны Иоанновны и сечение кнутом времен Елизаветы начинают переходить в область преданий. Пытки хотя и употреблялись при судебных допросах, но производились уже далеко не в таких размерах и не с такой жестокостью, как прежде.
После Петровской реформы усилилось наружное разъединение между высшими и низшими классами народа; первые все более и более усваивали иностранные обычаи, а вторые оставались верны обычаям и понятиям Древней Руси. Господство крепостного права и отсутствие народных школ полагали неодолимое препятствие к умственному просвещению и материальному благосостоянию сельского населения.
Качественный скачок сделало образование. В стране была создана целая сеть различных школ, военных и гражданских специальных учебных заведений (начало которым положили Навигацкая, Артиллерийская, Инженерная школы, Медицинское училище), формируется система высшего образования: Московский университет (1755), Петербургское горное училище (1773) и т.д. Московский университет имел три факультета: юридический, медицинский и философский — и 10 профессоров. Для приготовления сту­ден­тов при университете были основаны две гимназии с сословным различием: одна для дворян, другая для разночинцев. Первым куратором (попечителем) нового заведения был его основатель И.И. Шувалов. В 1756 г. при университете начала издаваться газета «Московские ведомости» по образцу «Петербургских ведомостей», издававшихся при Академии наук. В 1757 г. стараниями того же Шувалова открыта в Петербурге Академия художеств для образования русских архитекторов, живописцев и скульпторов. Благодаря заботам И.И. Шувалова была также открыта гимназия в Казани.
Впервые в широких масштабах стало практиковаться обучение за границей (только при Петре I выехало более тысячи человек). В результате в России не только распространились передовые знания, но во второй половине столетия появилось первое образованное светски сословие — дворянство. Этот результат особенно удивителен, учитывая, что еще в 1714 г. Петр I вынужден был издать указ, запрещавший жениться не­образованным молодым дворянам.
Царствование Екатерины II отмечено попытками создать стройную и постоянную систему общественных школ. С этой целью она назначила Комиссию об учреждении народных училищ (1781). По плану комиссии предложено было завести в уездных городах малые народные училища, а в губернских — главные. Предполагалось также открытие новых университетов.
Для просвещения народа в царствование Екатерины была создана система воспитательных и образовательных учреждений (под руководством И.И. Бецкого). Строились они на принципах Руссо: изолировать детей от испорченного общества и дать возможность природе воспитать их честными, свободными и нравственно чистыми. С этой целью создавались закрытые сословные училища: училище при Академии художеств, Общество двухсот благородных девиц при Смольном институте, Воспитательные дома сирот и незаконнорожденных в Москве и Петербурге, коммерческое училище (в столице), реформировались шляхетные корпуса (военные училища).
Крупнейшим достижением России в XVIII столетии явилось создание отечественной науки. Ее центром стала Академия наук (1725), затем к ней прибавились Московский университет, Горное училище в Петербурге и Российская академия (1783), занимавшаяся изучением русского языка и грамматики. Российская академия наук в отличие от западных академий полностью содержалась на государственные средства. Это создало благоприятные условия для широкого привлечения в страну зарубежных ученых. Среди них были такие светила мировой науки, как Л. Эйлер и Д. Бернулли.
К середине века появляются и первые русские ученые. Крупнейшим и самым разносторонним из них, своего рода русским Леонардо да Винчи стал М.В. Ломоносов (1711—1765). Сфера его интересов охватывала химию, физику, математику, геологию, географию, металлургию, словесность, языкознание, историю и т.д. Он впервые в своеобразной интерпретации сформулировал закон сохранения материи, сделал вывод о том, что тепло есть молекулярное движение, опровергнув господствующую теорию теплорода. Его «Российская грамматика» заложила основы современного русского языка.
В XVIII веке с помощью регулярных экспедиций впервые началось всестороннее исследование страны, ее географии, этнографии, истории и природных ресурсов. Заявила о себе и отечественная техническая мысль. Ломоносов изобрел самопишущие метеорологические приборы, перископ, а И.И. Ползунов в 1764—1765 гг., т.е. на два десятилетия раньше Д. Уатта, изобрел первую паровую машину. К сожалению, это и ряд других изобретений остались невостребованными.
XVIII век положил начало расцвету русского искусства, историографии, театра, скульптуры, литературы и архитектуры. Быстро формируется отечественная словесность, появляются первые профессиональные литераторы. С выходом в свет газеты «Ведомости» (1702) в России зарождается периодическая печать и журналистика.
В царствование Екатерины осуществлялась грандиозная градо­строи­тельная программа: строились Тверь (после пожара), Одесса, Севастополь, Николаев, Екатеринослав, Мариуполь. Небывалого расцвета достигает гражданская архитектура. В первой половине века в ней господствовало барокко, а во второй — классицизм. Крупнейшими архитекторами были В. Растрелли (Смольный монастырь, Большой дворец в Петергофе, Екатерининский дворец в Царском Селе, Зимний дворец), В.И. Баженов (дом Пашкова в Москве), М.Ф.Казаков (Сенат в Кремле, Голицынская больница — ныне 1-я городская, здание Благородного собрания — ныне Колонный зал Дома Союзов), И.Е. Старов (Таврический дворец, Троицкий собор Александро-Невской лавры). В Петербурге Екатерина II заложила Исаакиевский собор, строительство которого было завершено во второй половине XIX века при Александре II. На площади против этого собора она воздвигла памятник Петру Великому, изображающий императора на коне; подножием ему служит гранитная скала (открыт в 1782 г.).
Начало массовому увлечению коллекционированием положила сама Екатерина. Результатом собирательской мании императрицы было рождение Эрмитажа. В Европе императрицей было куплено 1383 картины, в том числе полотна Рембрандта, Ван-Дейка, Мурильо, Тинторетто; собрание гравюр насчитывало 80 тыс. листов, рисунков — 7 тыс. Были куплены библиотеки Вольтера, Дидро, д’Аламбера, князя М.М. Щербатова, коллекция рукописей историка Г.Ф. Миллера, положившие начало и Публичной библиотеке, и Архиву древних актов.
Вместе с тем процессы быстрого обмирщения и европеизации затрагивали в основном дворянские, городские «верхи», крестьянские же «низы» по-прежнему придерживались традиционной системы ценностей. Таким образом, начиная с Петровских реформ, в России происходит социокультурный4  раскол «низов» и «верхов» общества. Отныне их разделяют не только социальные перегородки, но и быт, одежда, жилище и даже язык (особенно с началом увлечения французским в высшем свете). Они отличаются теперь уже не столько «количественно», как ранее, а «качественно», как проявление двух типов культур.
 
ТЕОРИИ ИЗУЧЕНИЯ
 
Из правил многотеоретическоГО изучения
 
1. Осмысление объективных исторических фактов субъективно.
2. Субъективно выделяются три теории изучения: религиозная, всемирно-историческая (направления: материалисти­ческое, либеральное, технологиче­ское), локально-историческая.
3. Каждая теория предлагает свое понимание истории: имеет свою периодизацию, свой понятийный аппарат, свою литературу, свои объяснения исторических фактов.
 
 
литература различных теорий
 
Учебная
Буганов В.И., Зырянов П.Н. История России, конец XVII—XIX вв.: Учеб. для 10 кл. общеобразоват. учреждений/ Под ред. А.Н.Сахарова. 4-е изд. М., 1998 (универсальная – синтез теорий). Вернадский Г.В. Русская история: Учебник. М., 1997 (локальная). Ионов И.Н. Российская цивилизация, IX — начало ХХ вв.: Учебн. кн. для 10—11 кл. общеобразоват. учреждений. М., 1995 (либеральная). История СССР с древнейших времен до конца XVIII века/ Под. ред.Б. А. Рыбакова. М., 1975; Мунчаев Ш. М., Устинов В. В. История России. М., 2000; Маркова А. Н., Скворцова Е. М., Андреева И. А. История России. М., 2001; Павленко Н. И., Кобрин В. Б., Федоров В. А. История СССР с древнейших времен до 1861 года. Учебное пособие для вузов. М., 1989 (материалистическая).
Научная
1. Монографии: Аниси­мов Е.В., Эйдельман Н.Я. В борьбе за власть: Страницы политической истории России XVIII в. М., 1988 (материа­листическая). Брикнер А.Г. История Екатерины Второй: В 3 т. М., 1996 (либеральная). Каменский А.Б. Российская империя в XVIII веке: традиции и модернизация. М., 1999 (либеральная). Карташов А.В. История русской церкви: В 2 т. М., 1992—1993 (религиозная). Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII — начало XIX вв.). СПб., 1994 (либеральная). Мыльников А.С. Искушение чудом: “Русский принц”, его прототипы и двойники-самозванцы. Л., 1991 (либеральная). Эйдельман Н.Я. Грань веков. М., 1986 (материа­листическая). Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993 (либеральная).
2. Статьи: Волкова И.В., Курукин И.В. Феномен дворцовых переворотов в политической истории России в XVII–XX вв.// Вопросы истории, 1995, № 5-6 (либеральная). Гордин Я. Власть и гвардия // Знание—сила. 1991, № 11-12 (либеральная). Каменский А.Б. Екатерина II. // Вопросы истории, 1989, № 3 (материа­листическая). Мыльни­ков А.С. Петр III // Вопросы истории, 1991, № 4-5 (либеральная). Моряков В.И. Поиск пути: Русская общественная мысль второй половины ХVIII в. о государстве // История Отечества: люди, идеи, решения / Сост. С.В. Мироненко. М., 1991 (либеральная). Запарий В. В., Личман Б. В., Нефедов С. А. Технологическая интерпретация новой истории России// Наука и образование в стратегии национальной безопасности и регионального развития. Екатеринбург, 1999 (технологическая).
 
 
 
ОБЪЯСНЕНИЯ исторических фактов
В различных ТЕОРИЯХ иЗУЧЕНИЯ


Каждая теория выбирает из множества историче­ских фактов свои факты, выстраивает свою причинно-следственную связь, имеет свои объяснения в литературе, историографии, изучает свой исторический опыт, делает свои выводы и прогнозы на будущее.
 
 
ОЦЕНКИ РАЗВИТИЯ РОССИИ после петра


Религиозно-историческая теория изучает движение человека к Богу.
В православной литературе данный период, как и весь “петербургский период”, начиная с Петра I, оценивается скорее от­ри­цательно, нежели положительно.
В знаменитой книге протоиерея Георгия Флоров­ского (1893—1979) “Пути Русского Богословия” содержится суровое и беспощадное осуждение Петра Великого и его помощника в церковных делах Феофана Прокоповича (1681—1736) за подчинение русской Церкви государству, за превращение ее в орудие правительства, за подрыв ее духовной и нравственной роли. В результате реформ Петра I, который игнорировал греко-византийские корни православия, Церковь со своими служителями оказалась оторванной от живой исторической традиции русского народа. Этот внутренний разрыв, по мнению Г. Флоровского, произошел как на социальном, так и на психологическом уровнях и помешал духовенству и Церкви играть созидательную, творческую роль в после­петровской культуре.
Драматические последствия для церкви и общества, по мнению Г. Флоровского, имело протестантское влияние, которое с начала XVIII века сменило доминировавшее до того “латинское” влияние. Впрочем, как считает протоиерей, вторжение в культуру идей протестантизма, навязанных Про­свещением, вызывало на протяжении столетия сопротивление и критику со стороны формировавшейся русской интеллектуальной элиты. Ответом последней в какой-то степени становился уход в мистицизм и масонство.
 
Материалистическое направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает в нем приоритет развитию общества.
В работах М. Н. По­кровского (1868—1932) противоречие данной эпохи выглядит как одновременное развитие промышленного капитализма и крепостнического государства, во­пло­щав­ше­го интересы торгового капитализма (самодержавие как “торговый капитал в шап­­ке Мономаха”). Более того, промышленный капитализм в схеме М. Н. По­кровского вызывал во второй половине XVIII века своего рода феодальную реакцию, “новый феодализм”. Позднее представители советской исто­ри­чес­кой науки (Н. И. Павленко, В. И. Буганов и др.) также отмечали противоречивость периода, который характери­зо­вал­ся расцветом дворянской России и вместе с тем активным ростом бур­жу­аз­ных отношений.
Для историков-марксистов (Б. А. Рыбаков, Н. И. Павленко, В. И. Буганов, В. А. Федоров и др.) вторая половина XVIII века при­ме­чательна эволюцией феодальной социально-экономической формации, в рамках которой вызревает капиталистический уклад. Его появление вызывает начало разложения феодально-крепостнического строя. Политика просвещенного абсолютизма рассматривалась ими как следствие противо­ре­чий между феодальными и капиталистическими элементами в спо­собе про­из­водства, причем для большинства исследователей она носила по­верх­ност­ный, демагогический характер. Советские историки период правле­ния Екатерины II делят на два этапа: 1) политика просвещенного абсолю­тиз­ма — от созыва Ко­миссии для составления нового свода законов до восстания под предводительством Пугачева (1767—1773-75 гг.); 2) откры­тая дворян­ская реакция — от восстания под предводительством Пугачева до смерти Екате­рины II (1773-75—1796 гг.).
Либеральное направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем развитию личности.
Либеральная литература (И. Н. Ионов, Р. Пайпс и др.) объясняет, что в россий­ской истории именно середина и вторая половина XVIII века является той эпохой, с которой собственно идеи либерализма (то есть осуществление свободы личности на основе распространения частной собственности; устранение всего того, что грозит существованию индивидуальной свободы или мешает ее развитию) начинают приобретать значение в России. Планы реформ, действительно основанных на принципах за­пад­но­европейского либерализма, в первую очередь на идеях Монтескье, возникают лишь во второй половине XVIII века. Императрица Екатерина II стара­лась дать законное обоснование религиозной терпимости, сделать уголовное пра­во более гуманным, открыть пути для частной инициативы в эконо­ми­чес­кой жизни, укрепить путем законов личную свободу дворян и городов и пре­до­хранить их от возможности нарушения со стороны государства.
Эпоха характеризовалась переходом на путь постепенной ликвидации всеобщего закрепощения населения государством (первоначально данный процесс коснулся дворянства); отходом от идеи всевластия царя; признанием определенных прав за личностью; укреплением позиций как местного чиновничьего аппарата, так и местного дворянства в администрации и суде на местах; упрочением идеи сотрудничества, активизации местных сил.
Существенное место в идеологии Просвещения занимала концепция “просвещенного государя”, который заботится о благе подданных. В “просвещенном” государстве во главу угла в государственных установлениях и в политике должны были ставиться законы, установ­ленные для блага народного. Властитель, признаваясь неограниченным и свободным в своих полномочиях по отношению к обществу, должен был сам следовать законам своего общества и руководствоваться ими.
В атмосфере социальных трансформаций, своеобразных государственно-политических движений, духовных обновлений, стимулированных идеями Просвещения, во второй половине XVIII века в России, как и в ряде других европейских стран (Австрий­ская империя, Пруссия, Дания, Швеция, Португалия, Испания, Ломбардия, Пьемонт), развернулись явления, получившие наименование “просвещенного абсолютизма”.
В качестве историко-политического понятия “про­свещенный абсолютизм” (или “просвещенное царствование”) вошел в научный оборот примерно в 1830-е гг. Ранее всего “просвещенным абсолютизмом” (или “просвещенным деспотизмом”) стали называть правление Фридриха Великого в Пруссии. Со временем многие, даже противостоящие друг другу особенности политики и идеологии, государственных реформ и даже облика общества периода царствования Елизаветы Петровны, Екатерины II (порой Петра I и Александра I) стали пониматься и объясняться как проявления “просвещенного абсолютизма”.
Технологическое направление всемирно-историче­ской теории, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем технологическому развитию и сопутствующим изменениям в обществе.
Историки этого направления (С. А. Нефедов и др.) причину ради­кальных изменений видят в приобщении России к мировому техническому прогрессу. Это путь радикальных реформ, проводившихся госу­дар­ством сверху и направленных на изменение социальных отношений, управ­ленческих структур, армии и вообще образа жизни по европейскому образ­цу, отчего он получил в литературе наименование европеизации (вестернизации).
Петровские реформы были лишь началом модернизации России по европейскому образцу. Прорубив окно в Европу, Россия оказалась в мощном поле культурного воздействия западной цивилизации. Как и прежде, это воздействие было двояким: с одной стороны, распространяемое посредст­вом торговли влияние “морских держав” (роль Голландии теперь играла Англия), с другой — военное влияние континентальных империй (роль Швеции теперь играла Пруссия). Это влияние проявилось в либерализации экономической жизни и постепенном вытеснении восточных традиций: уничтожении внутренних таможен, дозволении свободной торговли хлебом, приватизации государственных заводов при Елизавете, секуляризации монастыр­ского имущества и отмене обязательной службы дворянства при Петре III.
После “манифеста о вольности дворянства” помещики перестали быть служилым сословием (как в Турции) и превратились в свободных землевладельцев (как в Европе) – это был решающий акт, обозначивший по­бе­ду западных традиций над восточными. Государство перестало вмешивать­ся в отношения между крестьянами и помещиками, следствием чего были отягчение крестьянских повинностей и расцвет барщинного крепостничества – результат, казалось бы, противоречащий обычному представлению о “западных ценностях”. Однако не надо забывать, что в Пруссии и в Австрийской империи в те времена господствовало крепо­стное право, а экономика вольнолюбивых американ­ских колоний базировалась на рабстве. Как бы то ни было, как раз в это время эпоха прусского и австрийского крепостничества подходила к концу, и Павел I, следуя примеру своего кумира Фридриха Великого, пытался облегчить положение крестьян. Эта первая попытка закончилась неудачей, но в дальнейшем крепостничество было отменено именно в результате военного давления Запада (как результат поражения в Крымской войне).
 
Локально-историческая теория изучает единство человека и сего среды обитания, составляющее понятие локальная цивили­зация. На территории России такой цивилизацией является Евразия.
Л. Н. Гу­­ми­ле­в (1912—1992) связывает вторую половину XVIII века с определенными фазами российской истории. По его мнению, данная эпоха завершала акматическую фазу этногенеза (обра­зо­ва­ние этноса и распространение его в пределах своего ландшафтного аре­ала), которая характеризовалась объединением под властью самодержцев на­ро­дов Евразии от Прибалтики до Тихого океана.
Крупнейший историк русского зарубежья Г. В. Вернадский (1887—1973), взгляды ко­­то­рого тесно связаны с теорией евразийства, предлагает периодизацию рус­ской истории, базирующуюся на изменении взаимной связи между лесной и степ­ной зонами. В русской истории он выделяет период 1696—1917 гг., который ознаменовался распространением Россий­ской им­пе­рии до естественных границ Евразии. Как считает Г.В. Вер­надский, бы­ло достигнуто окончательное объединение леса и степи; две великие зоны сли­лись в единое экономическое целое. Земледелие заняло господствующие по­зиции во всей Евразии. Начал обрабатываться весь континент. Бурно раз­ви­ва­ю­щаяся промышленность стала использовать богатые разведанные естественные ресурсы.
 
Сравнительно-теоретические схемы
предмет изучения + исторический факт = теоретическая интерпретация
№ 1. Причины дворцовых переворотов
 
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Всемирно-историческая
(XIX –
нач. XX вв.):
Общемировое развитие, прогресс человечества
«Разгул страстей», борьба «патриотической партии против «немецкой партии», указ Петра I «О престолонаследии» породил неопределенность в вопросах престолонаследия
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
В качестве методологической основы используется высказывание В.И. Ленина «перевороты были до смешного легки, пока речь шла о том, чтобы от одной кучки дворян или феодалов отнять власть и отдать другой». Дворцовые перевороты – результат борьбы группировок внутри класса дворян с целью личного обогащения
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Продолжение процесса концентрации и милитаризации власти, заложенных в ходе реформ в первой четверти XVIII в., но менее интенсивно. При слабых наследниках Петра I власть находилась у различных группировок, борющихся между собой за влияние монарха
Технологическое
направление
Развитие технологическое, научные открытия
Продолжение процесса модернизации по европейскому образцу. Модернизация затрагивает основные социально-политические институты, отменяется обязанность дворянской службы, делаются первые попытки ограничения крепостного права
 
№ 2. Причины политики “просвещенного абсолютизма”
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Отступление русского народа от веры под влиянием протестантизма, которое началось с противоцерковных реформ Петра I.
В высшем обществе начался уход в спиритизм, мистицизм, масонство
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
 
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собствен­ности. Классо­вая борьба
Начало кризиса феодально-экономической формации заставило самодержавие лавировать, проводить политику приспособления правящего класса к нуждам и запросам растущего класса буржуазии. Период правления Екатерины II делится на два этапа:
1)       политика просвещенного абсолютизма (1767–1773-75 гг.);
2)       открытой дворянской реакции (1775–1796 гг.)
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Модернизация в XVIII веке прошла в Европе под влиянием гуманистических идей Вольтера, Руссо, Монтескье и др. Монархи Франции, Пруссии, России и др. стран пытались осуществить либеральные преобразования «сверху», используя силу абсолютистского правления
 
№ 3. Оценки царствования Петра III 5
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
Существо слабое физически и духовно Петр III, не был готов царствовать на русском троне, его свержение закономерно. «Случайный гость русского престола, он мелькнул падучей звездой на русском политическом небосклоне, оставив всех в недоумении, зачем он на нем появлялся» (В.О. Ключевский)
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Взбалмошный, жестокий государь, совершенно чуждый России и открыто выражавший свое пренебрежение ко всему русскому. Не пользовался популярностью в кругах русского дворянства. Прогрессивные мероприятия его царствования обусловлены духом времени, а не личным вкладом императора
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Петр III был творцом курса на защиту личных прав дворянства. Его политические взгляды являлись достаточно либеральными, отражали «пробуржуазные» тенденции. Его политика может рассматриваться в контексте просвещенного абсолютизма
 
№ 4. Оценки царствования Павла I
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Всемирно-историческая:
до 1917 г.
Общемировое развитие, прогресс человечества
Эпоха Павла была временем «произвольных прихотей и насилия» (Н.К. Шильдер) и «самой бюрократической эпохой»
(В.О. Ключевский)
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Павел I – крайне противоречивая фигура на русском престоле. Человек неуравновешенный, непредсказуемого поведения, не­ожиданных, сбивающих с толку перемен настроения и пристрастий, слабовольный, неврастеничный, сторонник авторитарных методов управления
Либеральное направление
Развитие личности и обеспече­ние индивидуальных свобод
За внешними сумбурными и противоречивыми действиями императора прослеживается связная, цельная идеология и система. Павловская система как непросвещенный абсолютизм. Павел обнаруживает склонность видеть решение стоящих перед страной проблем в ужесточении бюрократической регламентации и уси­лении личного влияния монарха на работу государственного аппарата, в уравнении всех сословий перед престолом. Целью Павла становится максимальная централизация, предельное усиление императорской власти как единственный путь к «блаженству всех и каждого»
 
Примечания
  1 Глава написана с позиции либерально-исторического направления всемирно-исторической теории.
2 Секуляризация — обращение государством церковной собственности в светскую.
3 Пугачевщина в либеральном направлении всемирно-исторической теории характе­ризуется как бунт, направленный против законной власти, а в историко-материа­ли­стическом — как классовая борьба, восстание угнетенных масс против своих эксплуататоров.
4 Социокультура — соотнесение культуры со сферой социальных отношений.
5 Ряд современных историков обращают внимание на интересную закономерность. В XVIII в. все импера­то­ры, свергнутые с престола, представлены в истории до 1917 г. как “слабоумные” или жестокие тираны: Петр III, Павел. Вы­двигается версия, что узурпаторам императорской власти: Елизавете, Екатерине II, Александру I для оправдания своих “злодейств” необходимо было опоро­чить предшествующее царствование. Миф о “плохих царях”, несущих гибель государству — политический заказ узурпаторов, нашедший отражение в официальной истории.
 











Переход на главную страницу
Глава 3

Эволюция Российского
государства и общества
в первой половине xix века1
 
В царствовании Александра I выделяют два периода: до войны с Наполеоном 1812—1814 гг. (период подготовки либеральных реформ) и после войны (период преобладания консервативных тенденций).
Павел I оставил после себя четверых сыновей: Александра, Константина, Николая и Михаила. Старший из них, Александр, вступил на престол; он был любимым внуком Екатерины II и заботами ее получил тщательное воспитание.
Александр I был человеком нового столетия. Пообещав править по заветам своей бабки Екатерины II, он гораздо глубже ее понимал идеи французских просветителей и пытался претворить в жизнь некоторые их положения. Еще в юном возрасте он почерпнул эти идеи от своего воспитателя, швейцарского республиканца Ф. Лагарпа. Вступив на престол, Александр отменил наиболее одиозные указы отца и восстановил Жалованные грамоты дворянству и городам, отменил запрет на выезд за границу, на европейскую литературу, возвратил из ссылки офицеров и чиновников (около 12 тыс. человек), пострадавших при Павле. Не доверяя старому отцовскому окружению, а может быть, и опасаясь его, он в 1801 г. собрал вокруг себя кружок «молодых друзей», получивший название Негласного комитета (1801—1803). В него входили А.А. Чарторыйский,
П.А. Строганов, Н.Н. Новосильцев и В.П. Кочубей. Все они были давними приятелями Александра Павловича и каждый из них был по-своему интересен и талантлив. Воспитанные под влиянием английских государственных идей, они стремились применить эти идеи к обустройству России.
Организуя Комитет, император пытался не только собрать свою «команду», но и создать штаб, который должен был разработать проекты реформ России. Планы Комитета были довольно обширны: от полной реорганизации государственного управления, постепенной отмены крепостного права до введения конституции в России. При этом под конституцией понималось создание представительного учреждения, провозглашение демократических свобод, ограничение посредством закона самодержавной власти.
За полтора года работы Комитет наметил основные направления будущих перемен, сосредоточившись на двух главных проблемах: ограничении крепостного права и изменении формы правления. Однако практические результаты деятельности «молодых друзей» оказались незначительными, хотя о некоторых мероприятиях надо сказать особо. Указом 12 февраля 1801 г. получили разрешение покупать незаселенные свободные земли все недворяне, за исключением крепостных крестьян: купцы, мещане, государственные крестьяне. Тем самым была нарушена монополия дворянства на землю, несколько расширены возможности для предпри­нимательства. 20 февраля 1803 г. по инициативе С.П. Румянцева (сына екатерининского фельдмаршала П.А. Румянцева) появился указ императора «О вольных хлебопашцах», который послужил поводом для обвинения Александра I в лицемерии. Действительно, разрешение отпускать крестьян на волю (с обязательным наделением землей) на условиях, определенных свободным соглашением (то есть за выкуп), полученное помещиками по этому указу, не повлияло на крепостническую систему. Получившие вольную на основании указа крестьяне стали именоваться «вольными хлебопашцами». Этот акт имел в большей степени моральное, нежели реальное, значение: к концу царствования в «вольных хлебопашцах» числилось лишь 47 тыс. Однако, если предположить, что этот указ был не столько наивным обращением к добрым чувствам помещиков, сколько проверкой их готовности к радикальным переменам, то такой шаг выглядел вполне разумным и необходимым. В 1803 г. Негласный комитет был распущен ввиду неприятия его проектов дворянством и неготовности императора к радикальным действиям.
Первая половина царствования Александра ознаменовалась важными преобразованиями во внутренних учреждениях. Заметным шагом на пути совершенствования государственной структуры управления стал Манифест 8 сентября 1802 г. об учреждении министерств. Большинство историков сходится во мнении, что это наиболее важное, если не единственно реальное преобразовательное мероприятие, осуществленное Александром в первые годы царствования.
Одновременно с учреждением министерств 8 сентября 1802 г. специальным указом императора расширялись права Сената. Он объявлялся «хранителем законов», высшей судебной инстанцией, органом надзора за администрацией (с правом контроля за деятельностью министров). Однако в действительности указанные функции Сената оказались призрачными, а полученное им право представления императору своего мнения по указам (некоторое подобие законодательной инициативы), а также ответственность министров перед Сенатом — мнимыми.
Новый виток реформаторской активности Александра I связан с именем М.М. Сперанского (1772—1839). Выходец из семьи сельского священника, Сперанский благодаря поразительной работоспособности сделал головокружительную карьеру и стал одним из ближайших советников императора. Являясь сторонником освобождения крестьян, Сперанский тем не менее придерживался более умеренных взглядов, чем члены Негласного комитета (получившего среди дворянства и бюрократии прозвище «якобинской шайки»). В отличие от членов Негласного комитета, бывших почитателями английских учреждений, Сперанский отдавал предпочтение французской системе; он увлекался простотой и стройностью государственного механизма во Франции при Наполеоне. Сперанский считал, что к отмене крепостного права необходимо прийти в результате целой серии политических реформ. Эта позиция оказалась близка либеральному и осторожному императору. К тому же государственная машина Российской империи действительно требовала модернизации.
В конце 1808 г. Александр I поручил Сперанскому составить общий план государственных преобразований. Сперанский составил план целой системы государственных учреждений, который отличался внешней стройностью и гармонией своих частей. В начале октября 1809 г. проект реформ, названный М.М. Сперанским «Введение к Уложению государственных законов», был закончен. Проект Сперанского предусматривал введение политических и гражданских свобод (при неравенстве сословий) и некоторое ограничение самодержавной власти императора. В основе проекта преобразований М.М. Сперанского (иногда его называют конституцией) был заложен принцип разделения властей. Стержнем проекта являлась реформа государственных органов, основанная на принципе разделения властей. Высшим законодательным органом должна была стать выборная Государственная дума, которая как бы венчала пирамиду волостных, окружных и губернских дум. Исполнительными органами, согласно проекту М.М. Сперанского, становились министерства, губернские, окружные и волостные управления, ответственные перед законодательными органами. Высшим органом независимой судебной власти выступал Сенат, которому подчинялись суды. Права императора были весьма широки, но при этом твердо очерчены. При императоре создавался Государственный совет, который координировал работу высших государственных учреждений. Члены Совета не избирались, а назначались императором; Совет наделялся правом предварительного рассмотрения законов до их внесения в Государственную Думу. Исключительное право законодательной инициативы и утверждения новых законов сохранялось за императором, в его руках сосредоточивалась вся полнота управления страной.
Проект Сперанского означал превращение самодержавной монархии в конституционную. Император одобрил этот проект, но принять его в целом не решился. Реализованы были лишь некоторые замыслы Сперан­ского. Так, в январе 1810 г. был создан Государственный совет; в том же году последовало преобразование министерств, функции которых были распределены более точным образом, чем прежде (при этом министерство коммерции было упразднено и были вновь учреждены министерства полиции и путей сообщения; впоследствии обер-прокурор Священного синода получил значение министра).
В более полном виде идеи Сперанского удалось осуществить в России лишь через 100 лет, в 1905—1906 гг.
Реформаторскую деятельность Александра I отличала компромиссность и непоследовательность, что вызвало негативную реакцию как слева, так и справа. Сперанский — «первый министр» императора — стал объектом постоянных нападок консервативной части «света» и противников преобразований. О Сперанском распускались политические сплетни, молва объявляла его даже французским шпионом. Наступило и охлаждение в личных отношениях Александра и Сперанского. В итоге в 1812 г. Сперанский был обвинен в шпионаже в пользу Наполеона и выслан в Нижний Новгород под строгий надзор полиции, а затем переведен в Пермь. На государственную службу он был возвращен в 1816 г.; впоследствии Сперанский был назначен генерал-губернатором Сибири (1819).
Война с Францией нарушила реформаторские планы Александра I. Одержав победу над Наполеоном, Россия превратилась в основного гаранта Венской международной системы, поддерживавшей статус-кво на континенте. Новое международное положение не благоприятствовало внутренним реформам.
Второй период царствования Александра I (1815—1825) большинством историков характеризуется как консервативный в сравнении с первым — либеральным. Усиление консервативных тенденций и оформление жесткого полицейского режима связывается с деятельностью всесильного А.А. Аракчеева. Однако именно в это время осуществляется ряд либеральных преобразований, что не позволяет однозначно оценивать вторую половину царствования Александра I как консервативную. Император не оставлял попыток решения крестьянского вопроса и осуществления своих конституционных идей.
С 1816 г. эти попытки были возобновлены и начались они, как это ни странно звучит, с организации военных поселений. Дело в том, что в основе этой идеи лежали прогрессивные и гуманные намерения. Помимо самообеспечения армии, что, конечно, было немаловажно, император пытался с помощью военных поселений уменьшить количество крепостных крестьян в западных и центральных губерниях. Скупая у разоренных войной помещиков земли и крестьян, правительство сужало границы распространения крепостного права, ведь военнопоселенцы должны были стать, по сути, государственными крестьянами. В реальности военные поселения стали причиной возмущений и бунтов. К концу царствования Александра I военными поселенцами стали 375 тыс. государственных крестьян, находившихся под командованием Аракчеева. Фактически поселенцы дважды закрепощались — как крестьяне и как солдаты. Их жизнь регламентировалась армейскими нормами. За минимальные проступки следовали жестокие наказания.
С 1816 г. всесильным временщиком становится А.А. Аракчеев — хороший организатор, кадровый военный, ставший, однако, одной из мрачных фигур XIX века. Он был груб, безапелляционен и гордо заявлял, что служит не Отечеству, а государю. С 1816 г. Александр I прекратил выслушивать традиционные доклады министров, читая лишь краткие выжимки из них, которые готовились в канцелярии Аракчеева. Таким образом, Аракчеев фактически стал премьер-министром.
В 1816 г. по инициативе эстляндских дворян Александр подписал указ об освобождении крестьян губернии от крепостной зависимости. Крестьяне получили личную свободу, но лишились права на землю и тем самым оказались в полной зависимости от помещиков. По такому же сценарию крепостное право было отменено в Курляндии (1817) и Лифляндии (1819). Таким образом, в 1816—1819 гг. на территории Прибалтики впервые в истории Российской империи было отменено крепостное право. Подтолкнуть к подобной инициативе помещиков Малороссии не удалось.
Тем не менее в 1816—1819 гг. по поручению императора канцелярия Аракчеева и Министерство финансов втайне подготавливали проекты освобождения всех крепостных крестьян, причем проекты доста­точно радикальные, кое в чем опередившие Положение 19 февраля 1861 г. Аракчеев предлагал освободить крестьян посредством выкупа их у помещика с последующим наделением землей за счет средств казны. По мнению министра финансов Гурьева, отношения между крестьянами и помещиками следовало строить на договорной основе, а различные формы собственности на землю вводить постепенно. Оба проекта были одобрены императором, но ни один из них так и не был реализован. Слухи о грядущем падении крепостного права стали активно циркулировать по России и вызвали негативную реакцию помещиков.
По личному распоряжению Александра тайно, практически одновременно с разработкой проектов по крестьянскому вопросу, велась работа над конституционными проектами. 27 ноября 1815 г. Александр даровал Конституцию Царству Польскому. Согласно Конституции, король (он же российский царь) осуществлял исполнительную власть, определенная часть законодательных функций сосредоточивалась в сейме. Первая палата сейма — Сенат — назначался царем пожизненно из представителей духовенст­ва и высших должностных лиц. Вторая палата — Посольская — избиралась на основе имущественного ценза (уплата прямого налога не менее 100 злотых). Крестьянам избирательного права не предоставлялось. Конституция декларировала неприкосновенность личности, свободу печати, независимость суда, признание польского языка официальным. Это была одна из самых либеральных конституций того времени.
Александр рассматривал польскую Конституцию как первый шаг на пути введения конституционного правления в России. В 1818 г., выступая на открытии первого польского сейма, он ясно заявил, что Польша — это только начало, и что конституционное устройство является ближайшим будущим всей России. Возможно, император давал понять дворянству, что он готов уступить ему значительную часть своей власти за то, что помещики пойдут на отмену или смягчение крепостного права.
В марте 1818 г. император поручил группе своих советников (среди них был поэт П.А. Вяземский) во главе с бывшим членом Негласного комитета, главой российской администрации в царстве Польском Н.Н. Новосильцевым, разработать проект конституции для России. В 1819 г. такой проект под названием «Государственная уставная грамота Российской империи» был представлен государю и одобрен им. Проект российской конституции декларировал основные политические свободы, равенство всех граждан перед законом и значительно ограничивал права самодержца. Конституция предусматривала создание представительного органа (Госу­дарственного Сейма или Думы), состоявшего из двух палат (Сената и Посольской палаты). Сенат формировался царем из членов императорской фамилии и сенаторов. Посольская палата назначалась императором из числа кандидатов, избранных дворянскими собраниями и горожанами. Закон считался принятым, если после обсуждения в палатах он утверждался царем. Конституция провозглашала свободу слова, печати, свободу вероисповеда­ния, равенство всех граждан перед законом, неприкосновенность личности и собственности, независимость суда, ответственность чиновников. Вопрос о крепостном праве в проекте конституции не ставился. Согласно «Уставной грамоте», император наделялся широкими правами: определял персональный состав палат Думы, имел значительные законодательные прерогативы.
Конституция Новосильцева являлась шагом назад в сравнении с проектом Сперанского (система назначения в Думу вместо выборности; дополнение имущественного ценза у Сперанского сословным принципом у Новосильцева, т.к. большая часть депутатов избиралась от дворянства). Однако и на реализацию этого проекта Александр I так и не решился. Император не чувствовал поддержки своим начинаниям ни в своей семье, ни в придворно-бюрократических сферах, ни в кругах поместного дворянства.
После 1822 г. он окончательно утратил интерес к государственным делам, передал их в ведение министров, вернее, в ведение Аракчеева. Указом 1822 г. Александр I восстановил право помещиков направлять на поселение в Сибирь крепостных крестьян «за дурные проступки».
 
 
Преобладание консервативных тенденций во внутренней политике Александра I ускорило процесс формирования политической оппозиции в лице определенной части дворянства.
В 1816—1825 гг. в дворянской среде возникли тайные организации, поставившие своей целью провести социально-экономические и политические преобразования.
Первое тайное общество — Союз спасения — возникло в 1816 г. и объеди­нило всего три десятка человек, в основном офицеров. Однако Союз сразу определил главные задачи движения — уничтожение крепостного права и изменение абсолютистской формы правления. Традиции гвардейских переворотов диктовали тактику движения — заговор с целью убийства царствующего императора и замены его более сговорчивым монархом.
В 1818 г. было образовано новое общество — Союз благоденствия, ко­то­рое ставило иные акценты в вопросах тактики. Исходя из основополагающей идеи Просвещения о том, что мнение правит миром, что порядки в стране соответствуют господствующему в ней общественному мнению, члены Союза ставили перед собой задачу не захвата и удержания власти, а воспитания прогрессивного общественного мнения, которое, овладев широкими массами, в конечном счете приведет к смене правительства. Союз благоденствия отличался от Союза спасения более сложной организационной структурой, он должен был охватить все сферы жизни страны — армию, чиновничество, образование, журналистику, суд и т.д. Новый Союз был полулегальной организацией, привлекавшей в свои ряды не только радикалов-революционеров, но и людей, придерживавшихся либеральных взглядов.
Формирование общественного мнения было задачей филиалов, которые планировалось создать в различных городах России. Однако создание филиалов шло медленно и с трудом, это породило разочарование среди многих членов Союза благоденствия. Успехи революционных движений 1820—1821 гг., потрясавших Испанию, Италию, Грецию, способствовали росту нетерпения революционеров. Среди членов Союза все большую популярность завоевывала идея военного переворота с помощью армии.
Союз благоденствия распался в 1821—1822 гг. на Северное (Петербург, Москва) и Южное (Украина) общества. Вскоре появились первые проекты программных документов этих организаций: на юге — «Русская правда» П.И. Пестеля, на севере — Конституция Н.М. Муравьева. Форму будущего правления проект Муравьева описывает как конституционную монархию, «Русская правда» — как республику. Муравьев, сохраняя в стране помещичье землевладение и наделяя каждое крестьянское хозяйство явно недостаточным количеством земли (2 дес.), рассчитывал, что его поддержит мелкое и среднее дворянство. Пестель же не рассчитывал на успех реформ, опирающихся только на дворянство.
Программы декабристов во многом были сходны с реформаторскими проектами Александра I. Однако декабристы выступали за одновременное осуществление социальных и политических преобразований. Достичь своей цели декабристы предполагали путем революции, осуществленной под руководством тайных обществ.
«Русскую правду» Пестеля следует рассматривать в первую очередь не как конституцию, а как наказ Временному верховному правлению, которое предполагалось создать на переходный период от самодержавия
к республике. По проекту, Временное правление наделялось диктаторскими полномочиями, так как «начала представительного верховного порядка в России еще не существует». Переходный период Пестель определял в 10—15 лет. Главная задача Временного верховного правления (в него входили сами декабристы) — обеспечить условия, пусть даже самыми жесткими мерами, для утверждения новых социально-политических отношений.
Не следует противопоставлять республиканизм «Русской правды» Пестеля монархизму (пусть и конституционному) Конституции Муравьева. По мнению советского историка Н.М. Дружинина, проект Муравьева является монархическим только с «формально-правовой точки зрения, но республиканским по своему внутреннему реальному содержанию». В то же время известно, что Пестель рассматривал форму Временного верховного правления в двух видах — республикан­ском и монархическом.
Несмотря на незавершенность проектов Пестеля и Муравьева, декабристы ясно представляли цели восстания: низложение самодержавия, созыв Учредительного собрания (для определения формы государственного правления — республики или конституционной монархии), уничтожение сословного строя, введение гражданских свобод, освобождение крестьян, значительное облегчение солдатской службы. Все эти положения содержались в «Манифесте к русскому народу», который подлежал опубликованию в случае победы восставших.
Оба общества, действовавшие как автономные части новой революционной организации, после долгих переговоров согласовали дату выступления — лето 1826 г. Между тем Александр I, путешествуя по югу России, заболел и неожиданно для всех умер в середине ноября 1825 г. в Таганроге. Александр I не имел детей мужского пола, поэтому престол должен был перейти к следующему по возрасту брату Константину. Но Константин заранее отказался от престола в пользу младшего брата Николая; при этом отречение хранилось в тайне, так что народ и войско не знали истинного наследника престола. В 1823 г. Александр I подписал указ, объявлявший наследником Николая, однако указ не был обнародован; он хранился в Государственном совете.
Когда весть о смерти Александра I достигла столицы, на пути Николая к трону встали генерал-губернатор Петербурга М.А. Милорадович и командир гвардейского корпуса Бистром. Эти люди, от поддержки которых зависело очень многое, начали свою игру, пытаясь возвести на трон своего давнего сослуживца, Великого князя Константина. Была организована присяга Константину. Последний в очередной раз в частном письме отказался от престола. Но теперь нужно было проводить переприсягу и дожидаться официального отречения от Константина. На переговоры между братьями ушел почти месяц. Это дало декабристам время для того, чтобы подготовить восстание в Петербурге и на Украине. Восстание Черниговского полка на Украине с самого начала было обречено на неудачу из-за огромного неравенства сил. Случайность момента выступления и разногласия между декабристами сыграли свою отрицательную роль и в Петербурге.
Короткое междуцарствие, ставшее следствием отречения Константина, было использовано декабристами для исполнения их замыслов. Они прибегли к обману и распространили между солдатами слух, будто Константин не думал отказываться от престола. Поэтому 14 декабря, когда войска должны были присягнуть Николаю, часть гвардии отказалась дать присягу и с оружием в руках собралась на Сенатской площади. Однако гвардейцы не имели предводителя и остановились в нерешительности. Одни из восставших вышли на Сенатскую площадь, чтобы совершить революцию, другие — чтобы продемонстрировать свои силы и склонить Николая к переговорам, третьи не надеялись на успех и желали лишь показать пример будущим поколениям.
Согласно плану «диктатора» С.П. Трубецкого, три отряда восставших должны были захватить Зимний дворец, арестовать нового императора, овладеть Петропавловской крепостью, заставить сенаторов подписать манифест к русскому народу — в этом манифесте объявлялось о состоявшемся в России перевороте.
Однако план восставших оказался неосуществимым. Сена­то­ры присягнули Николаю I рано утром и разъехались по домам. Якубович отказался вести Морской гвардейский экипаж на захват Зимнего дворца, опасаясь, что дело не обойдется без крови. Каховский отказался совершить покушение на жизнь Николая I. Восставшие смогли собрать на Сенатской площади 3,5 тыс. человек, которым противостояло 12—13 тыс. солдат, оставшихся верными Николаю I. После того как увещания о покорности оказались бесполезными и генерал-губернатор Петербурга Милорадович был смертельно ранен, государь приказал атаковать; атака кавалерии была неудачна. В конце концов, Николай отдал приказ стрелять по «мятежникам» картечью. Восстание потерпело поражение. Назначенная императором Верховная следственная комиссия допросила сотни обвиняемых; наиболее виновные были наказаны ссылкою в сибирские рудники, пятеро главных заговорщиков подверглись смертной казни (Рылеев, Пестель, С.Муравьев-Апостол, Бестужев-Рюмин, Каховский). Солдаты, принимавшие участие в мятеже, были посланы на Кавказ, чтобы в битвах с горцами заслужить себе прощение.

По рождению Николай I не должен был царствовать, поэтому его воспитание ограничивалось обычной для Великих князей подготовкой к военной деятельности. Нельзя сказать, что Николай I не сознавал своих пробелов в вопросах государственного управления. Но само это управление воспринималось им достаточно своеобразно. Император считал, что лучшее решение любого вопроса может и должен предложить именно он — самодержавный монарх. Министры же, начальники канцелярий, командующие войсками, послы являются лишь исполнителями верховной воли. Такая система управления получила в исторической литературе название военно-бюрократической.
Вступление на престол императора Николая I сопровождалось бурными событиями. Новый император, казалось, с первых шагов вступил в конфликт со знатью, привлекая к следствию и отправляя на каторгу замешанных в неудавшемся восстании дворян. Однако вскоре 30-летний Николай сумел завоевать симпатии свет­ского общества. Они были вызваны не столько молодостью и энергией императора, сколько надеждами на изменение мрачной атмосферы последних лет и возможное продолжение преобразований. Многим, включая А.С. Пушкина, Николай I напоминал Петра Великого. Да и сам император боготворил своего предка.
Самодержавный принцип в царствование Николая I получил класси­ческое воплощение и был возведен в абсолют. Проводником этого принципа стала собственная Его Величества канцелярия, превратившаяся в важнейшее государственное учреждение. Николай посредством своих флигель- и генерал-адъютантов лично мог контролировать практически любую сферу общественных и государственных отношений.
Со времен Петра I до времен Николая I почти непрерывно создавались комиссии для совершенствования российского законодательства. Но деятельность этих комиссий оставалась почти безрезультатной относительно своей главной задачи — составления Свода законов. Между тем накопившаяся с течением времени огромная масса указов, не собранных вместе и часто противоречивших друг другу, крайне затрудняла делопроизводство и способствовала злоупотреблениям чиновников.
Николай I одной из главных задач своей внутренней политики считал регламентацию всех сторон российской жизни — в этом он был сродни Петру I. Император желал иметь законы на все случаи жизни, он любил повторять: «Царская власть должна опираться на закон». Второму отделению императорской канцелярии под руководством возвращенного на службу Сперанского было поручено привести в систему все российское законодательство. В 1830 г., после 4-летней работы, было издано 45 томов «Пол­но­го собрания Российских законов», в которые вошли почти все указы, начиная с Соборного уложения царя Алексея Михайловича до кончины Александра I (более 30 тыс. актов). К 1832 г. вышли еще 6 томов, включивших законодательные акты 1825— 1830 гг. В следующем году были подготовлены 15 томов действующего законодательства — «Свод действующих законов Российской империи».
Полиция Александра I не проявила себя в борьбе с дворянскими революционерами. В 1826 г. по указу Николая I было образовано III Отделение императорской канцелярии, заменившее собою упраздненное министерство полиции. В компетенцию III Отделения, которое возглавил участник войны 1812 года генерал А.Х. Бенкендорф, входил широкий круг вопросов: от наблюдения за иностранцами и религиозными сектами до выслеживания фальшивомонетчиков и заведования местами заключения. Но все же главной функцией III Отделения стал политический сыск и надзор. В подчинении Отделения находился Корпус жандармов; страна была поделена на пять жандармских округов. Таким образом, был создан мощный государственно-полицейский аппарат для борьбы с широко распространившимся инакомыслием.
В 1826 г. вводится новый цензурный устав, ужесточивший административный контроль за деятельностью литераторов и журналистов. В творческих кругах этот устав 1826 г. получил наименование «чугунного»: в нем запрещалось почти все, что возможно. Литераторам не разрешалось писать о власть предержащих, были запрещены не только критика, но и восхваления. Гоголевский «Ревизор» появился на сцене как исключение, сделанное с личного разрешения Николая I.
Новый цензурный устав 1828 г. несколько отступал от строгих требований прежнего устава; в частности, цензорам рекомендовалось рассматривать лишь прямой смысл текстов, не принимая во внимание возможные интерпретации.
Отличительными характеристиками внутренней политики Николая I были укрепление и консервация дворянского сословия. По указам Екатерины II дворянство каждой губернии собиралось в губернский город и составляло «дворянское собрание» для выбора должностных лиц; каждый поместный дворянин имел право голоса. Это право с течением времени стало источником многих злоупотреблений; богатые помещики набирали себе клиентов из мелкопоместных дворян и по своей воле распоряжались их голосами. Манифест 1831 г. ограничил право голоса на дворянских выборах имущественным цензом (100 душ крестьян или 3000 десятин земли); исключение было сделано лишь для обладателей больших чинов.
Вследствие постоянного притока чиновников дворянское сословие чрезмерно разрослось. При Николае I были созданы преграды расширению этого сословия за счет выходцев из «податных сословий». В 1832 г. были введены звания потомственных почетных граждан (присваивалось детям, чьи родители имели личное дворянство, ученым, художникам, купцам 1-2 гильдии) и почетных граждан (присваивалось чиновникам 4—10 классов, лицам, окончившим высшие учебные заведения). Почетные граждане освобождались от рекрутской повинности, телесных наказаний, подушной подати, то есть приобретали часть дворянских привилегий.
В то же время чин, дававший право на потомственное дворянство, был повышен до штаб-офицерского на военной службе и V класса по Табели о рангах на гражданской (1845 г.). Ранее потомственное дворянство давал VIII класс по гражданской службе. Происходившие не из дворян обер-офицеры и гражданские чиновники
с IX по V класс составили сословие личных дворян, которые не могли владеть крепостными людьми. Низшие гражданские чиновники (с XIV по IX класс) стали пользоваться правами почетных граждан. Одновременно император пытался укрепить ряды старого дворянства. В том же 1845 г. был издан указ о единонаследии для владельцев крупных имений, что должно было предотвратить распад латифундий1. Отныне неделимые наследственные имения должны были переходить по наследству к старшему сыну, а не дробиться между родственниками.
Николай I, будучи расчетливым политиком, видел главную цель своего царствования в укреплении и охранении существующего строя. Но он не мог не понимать необходимости определенных общественных преобразований.
Несомненно, ключевым вопросом всей политики Николая I оставалась крестьянская проблема. Вскоре после вступления на престол Николай издал манифест от 2 мая 1826 г., которым опровергались ложные вести
о перемене в правах сельского населения. Однако в 1842 г., выступая на заседании Государственного Совета, император заявил: «Нет сомнения, что крепостное право в нынешнем его у нас положении есть зло, для всех ощутительное и очевидное, но прикасаться к оному теперь — было бы злом конечно еще более гибельным». Эта речь императора содержит ответ на вопрос о том, почему многочисленные проекты, подготовленные различными секретными комитетами по рассмотрению крестьянского вопроса, так и не были реализованы.
В декабре 1826 г. был образован особый комитет для пересмотра системы государственного управления и составления проектов преобразований. Шестилетняя работа комитета не принесла реальных плодов. На протяжении царствования Николая I было создано еще 9 секретных комитетов, пытавшихся как-то решить крестьянский вопрос, изменить положение помещичьих, государственных и удельных крестьян. В 1835 г. образовался комитет специально по вопросу об отмене крепостного права. Эта акция была рассчитана на десятилетия. Первоначально мыслился лишь ввод «инвентарей», то есть определенных правил и норм, обязательных для помещиков и крестьян. Но и в таком умеренном виде реформа не прошла, император и его единомышленники не нашли поддержки даже среди членов цар­ской фамилии. Единственным следствием работы этого комитета стала реформа в отношении государственных крестьян, проведенная П.Д. Киселевым. Киселев был постоянным членом всех секретных комитетов по крестьянскому делу. Николай I называл его «начальником штаба по крестьянской части». Киселев высказывался за «двуединую реформу», которая бы коснулась и помещичьих, и государственных крестьян: преобразования в государственной деревне должны были стать образцом для помещиков в их отношениях с крестьянами. План Киселева, по существу, означал постепенную ликвидацию крепостного права (личное освобождение крестьян, регулирование государством крестьянских наделов и повинностей).
В 1837—1841 гг. Киселев проводит реформу управления государственными крестьянами (государственные крестьяне жили на казенных землях, управлялись государственными органами и считались лично свободными). Реформа предусматривала равномерное наделение крестьян землей, постепенный перевод их на денежный оброк, создание органов местного самоуправления, открытие школ, больниц, распространение агротехнических знаний. Однако деятельность крестьянских органов самоуправления была сведена к минимуму, они находились в полной зависимости от местной администрации.
В соответствии с замыслом реформаторов, в 1837 г. для управления государственными крестьянами и казенными землями было учреждено министерство государственных имуществ.
В царствование Николая I отмечается некоторое ограничение сферы крепостного права, но интересы помещиков при этом практически не ущемлялись. Была запрещена продажа крестьян с разбивкой семей (указ 1841 г.), покупка крестьян безземельными дворянами (1843 г.). Наиболее крупным законодательным актом в отношении помещичьих крестьян стал разработанный Киселевым указ 1842 г. «Об обязанных крестьянах», который стал определенной модификацией указа Александра I от 1803 г. «О вольных хлебопашцах». Согласно указу 1842 г., помещик мог по соглашению с крестьянами (без какого-либо выкупа) предоставить им личную свободу и земельный надел в наследственное владение, за который крестьяне обязаны были платить или выполнять определенные договором повинности. По существу, получая личную свободу, крестьяне оставались прикрепленными к земле. Такие крестьяне стали называться «обязанными». Указ 1847 г. предоставил крестьянам право выкупаться на волю с землей при продаже имения за долги помещика. В 1848 г. последовал указ, разрешавший всем категориям крестьян приобретать недвижимую собственность. В 1847 г. на Правобережной Украине, а затем в Белоруссии стала проводиться инвентарная реформа, которая фиксировала крестьян­ские наделы и повинности.
Комитеты создавались вплоть до 1848 г., когда революции в Европе побудили Николая I встать на путь открытой реакции и окончательно отказаться от планов изменения положения крепостных крестьян.
Николаевское правительство пыталось разработать собственную идеологию, которая противопоставила бы отечественный путь развития западному, чреватому революционными потрясениями.
В начале 1830-х гг., уловив опасения Николая I по поводу воспитания молодежи, потенциально склонной к восприятию революционной «заразы» Запада, министр народного просвещения С.С. Уваров выдвинул так называемую теорию «официальной народности» («Самодержавие. Православие. Народность»). Смысл данной теории состоял в противопоставлении якобы «спокойной», «устойчивой» крепостнической России мечущемуся, подверженному разложению Западу, в обосновании необходимости для России самодержавной формы правления и незыблемости крепостничества. «Народность наша состоит в беспредельной преданности и повиновении самодержавию», — следовало из теории Уварова.
Жесткая охранительная политика Николая I вызвала сопротивление российского общества. Вспыхнуло национально-освободительное движение в Польше, произошли холерные бунты (1830—1831). Различные общественные течения, пытаясь найти свои собственные решения проблем российской действительности, сформулировали оригинальные социально-политические и философские концепции.
В 30-е гг. XIX века начинается новый этап в общественном движении в России. Вместе с дворянами-революционерами с политической сцены России исчезает философия Просвещения, как основа общественно-политической мысли. Поиск новых идей осуществлялся в кружках передовой интеллигенции 30—40-х гг. Русскую общественную мысль привлекла классическая немецкая философия Канта, Фихте, Шеллинга. Наибольшее влияние на русских общественных деятелей оказало гегельянство, которое и стало фундаментом либеральных и революционных доктрин. Постепенно своих сторонников среди представителей российской общественной мысли стали завоевывать идеи французского утопиче­ского социализма.
На рубеже 1830—1840-х гг. центром общественно-политической жизни стали журналы и газеты. В московском журнале «Телескоп» в 1836 г. было опубликовано «Философическое письмо» П.Я. Чаадаева (в молодости входил в декабристский «Союз благоденствия», был другом А.С. Пушкина). Письмо было пронизано ненавистью к крепостничеству и самодержавию. Чаадаев крайне пессимистически оценивал прошлое, настоящее и будущее России. «Прошлое ее бесполезно, настоящее — тщетно, а будущего никакого у нее нет», — писал он. Православие, принятое Киевской Русью, как считал Чаадаев, оказалось своеобразной ловушкой, поскольку эта тупиковая ветвь христианства отрезала Россию от Западной Европы. Догматизм православия, его закрытость для споров и сомнений наложили отпечаток на социальную и политическую жизнь страны, на характер народа. Письмо всколыхнуло мыслящую Россию. «Это был выстрел, раздавшийся в темную ночь», — писал о письме Чаадаева А.И. Герцен. За публикацию «Философического письма» журнал был закрыт, а Чаадаев по высочайшему повелению был объявлен сумасшедшим.
Письмо П.Я. Чаадаева послужило толчком к оформлению в начале 1840-х гг. двух внутренне неоднородных идейных течений — западников и славянофилов. И те, и другие полагали, что участь России не так плачевна, как предсказывал Чаадаев, но считали необходимым отменить крепостное право и ограничить власть монарха. Для этих течений были характерны различные подходы к оценкам прошлого и прогнозам будущего России. По мнению Бердяева, смысл полемики между ними заключался в том, «...должна ли быть Россия Западом или Востоком, нужно ли идти путем Петра или вернуться к допетровской Руси».
Славянофилы (И.В. и П. В. Киреевские, К.С. и И.С. Аксаковы, А.И. Кошелев, Ю.Ф. Самарин) исходили из уникальности исторического развития России и считали, что ее традиционные государственные порядки допетровского периода способны обеспечить прогресс страны. Они идеализировали «самобытные» учреждения: крестьянскую общину и православную церковь. Полагая, что самодержец обязан считаться с мнением народа, славянофилы выступали за созыв совещательного Земского собора. В переводе на язык XIX века это был специфический вариант конституционной монархии. Если славянофилы держались коллективизма, соборности, то западники выступали за развитие индивидуализма. Западники (Т.Н. Грановский, С.М. Соловьев, М.Н. Катков, К.Д. Кавелин, Б.Н. Чичерин, П.В. Анненков, В.П. Боткин; в западники зачислялись также и В.Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.П. Огарев) считали Россию страной, идущей по западно-европейскому пути развития, хотя и с некоторым запозданием. Они отстаивали необходимость использования опыта Запада, поддерживали европеизацию, выступали за конституционно-монархическую форму правления с политическими гарантиями свободы слова, печати, гласного суда, неприкосновенности личности.
Полемика западников и славянофилов во многом способствовала становлению либерального и революционно-демократических течений. Одним из лидеров первого был профессор всеобщей истории Московского университета Т.Н. Грановский, который критиковал крепостнический характер николаевского режима, выступал за реформы общественно-политической жизни. Революционно-демократическое течение представляли В.Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.П. Огарев, а также петрашевцы — члены кружка М.В. Бу­ташевича-Петрашевского. Петрашевский, Герцен и Белинский приобщили русскую общественность к идеям социалистов-утопистов. Поражение революции в Европе (1848—1849) привело Герцена к мысли об особом пути России к социализму, так как в русском народе прочно укоренилось коллективное начало в виде крестьянской общины. Таким образом, западник Герцен сблизился со славянофилами. В 1853 г. он основал «Вольную русскую типографию» в Лондоне, которая положила начало бесцензурной русской прессе. Примерно через десяток лет герценов­ская теория «русского», или общинного, социализма стала знаменем российского народничества.
Последней громкой схваткой николаевского режима с оппозицией явилось дело петрашевцев 1849 г. Члены кружка, собиравшегося вокруг выпускника Царскосельского лицея, ответственного чиновника МИДа М.В. Буташевича-Петрашевского, являлись последователями Ш. Фурье, то есть сторонниками переустройства общества на основе организации коммун-фаланстеров. Участники «пятниц» Петрашевского дискутировали по важнейшим вопросам российской жизни (славянскому, проблемам судоустройства, цензуры), говорили о необходимости отмены крепостного права, введении свободы книгопечатания, внедрении гласности и состязательности в суде, обсуждали литературные новинки. Среди петрашевцев были чиновники, военные, литераторы
(в том числе М.Е. Салтыков, Ф.М. Достоевский).
Постепенно среди петрашевцев выделилось радикальное крыло во главе с Н.А. Спешневым, строившее фантастические планы восстания рабочих уральских заводов, которое должно было увлечь за собой массы крестьянства. Ничего конкретного члены этого крыла совершить не успели, но дали повод полиции разгромить кружок в начале 1849 г. Руководители петрашевцев были приговорены к смертной казни, которую после инсценировки расстрела заменили каторжными работами или отдачей в солдаты.
 
 
Население страны за первую половину века возросло с 38 до 69 млн. человек. Большую его часть составляли крестьяне. Доля крепостных непрерывно уменьшалась: в конце XVIII века они составляли 45% населения, в 1858 г. — 37,5%. Причиной этого явления была повышенная, сравнительно с другими сословиями, смертность крепостных — результат тяжелых жизненных условий. Крепостные по-прежнему были лишены гражданских прав, они не могли уходить без разрешения на заработки, брать откупа и подряды, вступать в финансовые сделки, жаловаться на хозяина. Однако хозяйственное развитие постепенно сказывалось на жизни крепостной деревни. После введения в 1724 г. денежной подушной подати крестьяне все чаще стали уходить работать по найму; тем самым подспудно разрушался основной принцип крепостного права — прикрепление к земле. К концу 1850-х гг. в губерниях промышленного Центра уже 26,5% мужского населения деревень уходило на заработки, а в Московской и Тверской губерниях — до 43%. Многие крестьяне-отходники становились торговцами или ремесленниками, а скопив капитал, иной раз превращались во владельцев мануфактур. Именно крестьянские промыслы служили основной базой развития капиталистической мануфактуры в России; они производили подавляющую часть продукции обрабатывающей промышленности.
Хотя процесс перехода из крестьян в горожане был затруднен, городское население России за первую половину XIX века выросло с 2,8 млн. до 5,7 млн. человек, а его удельный вес вырос с 6,5 до 8%. В стране появилось более 400 новых городов, а общее их число превысило 1 тыс. Население Петербурга увеличилось с 336 тыс. до 540 тыс., Москвы с 275 тыс. до 462 тыс. человек. При этом более половины жителей обеих столиц в 50-е гг. являлись пришлыми крестьянами-отходниками.
Около 130 тыс. дворянских семей, составлявших около 1% населения страны, выступали в качестве господствующего сословия России. В руках дворян находилась власть, им принадлежало более трети всех земельных угодий Европейской России. Уже в XVIII веке в борьбе за экономическое и политическое влияние дворянство окончательно победило родовую знать. Табель о рангах, введенная Петром I, должна была обеспечить приток в дворянство новых талантов и энергичных организаторов. Однако этого не произошло — вскоре была изменена суть Табели, а служба стала для дворян необязательной. Согласно петровским планам, чин должен был соответствовать должности, но на практике должность давалась по чину, а последний являлся зачастую пожалованием. В XIX веке дворянство понемногу стало уступать свои позиции в сфере управления (и культуры) выходцам из других сословий — разночинцам.
Наметившееся в XIX веке относительное ослабление дворянства во многом объяснялось ухудшением его экономического положения. Указ Петра I о единонаследии, который мог бы создать в России богатое и самостоятельное дворянство, был вскоре отменен. В результате имения постепенно дробились, мельчали, закладывались; беднели или даже исчезали целые дворянские роды. В XIX веке 70% помещиков являлись мелкопоместными, владевшими менее чем 100 душами (мужского пола) крепостных крестьян.
Нужда в деньгах заставляла дворян больше внимания уделять ведению хозяйства в своих имениях. За первую половину XIX века размер барской запашки в расчете на одну крестьянскую душу вырос более чем в 1,6 раза, в 2,5—3,5 раза увеличился размер оброка. Наряду с этим наблюдались и попытки помещиков рационализировать хозяйство, ввести новую агро­тех­нику, сельскохозяйственные машины. Отдельные дворяне с успехом занялись предпринимательством. Но в целом картина была безрадостной. Если к началу XIX века в кредитных учреждениях было заложено 5% крепостных, имевшихся у помещиков, то к концу 50-х гг. — уже 65%. Общая площадь дворянского землевладения пока не уменьшалась, однако в Центральной России помещики начали распродавать свои земли представителям других сословий.
Сельское хозяйство развивалось по-прежнему экстенсивно, и урожайность практически не увеличивалась. В 1802—1860 гг. посевная площадь увеличилась на 53%, а сбор хлебов — лишь на 42%. По подсчетам Вольного экономического общества, уже в 1814 г. производительность сельского труда в крепостнической России была в 5—6 раз ниже, чем в Англии и Германии. Разрыв этот продолжал увеличиваться.
В первой половине XIX века выявилось быстрое отставание российской промышленности от западной. Особенно наглядны в этом отношении показатели развития черной металлургии. Если в 1800 г. Россия выплавляла 9971 тыс. пудов чугуна, а Англия — 9836, то к 1860 г. Россия увеличила его производство до 18198 тыс. пудов, т.е. на 82,5%, а Англия — до 241900 тыс. пудов, т.е. в 23 раза.
Русская промышленность в первой половине XIX века была представлена несколькими типами мануфактур: казенной, вотчинной, посессионной и частнокапиталистической. Первые три основывались на крепостном труде, собственник мануфактуры был и собственником работника. Вместе с тем в российской промышленности появляются новые черты. Вольнонаемные рабочие, составлявшие в конце XVIII века примерно 41% работников, во второй четверти XIX века стали уже преобладать (54%), а к 1860 г. — господствовать в промышленности (82%). Быстро развивалась хлоп­ча­тобумажная промышленность, в которой доминировал вольнонаемный труд рабочих из крестьян-отходников.
Важным фактором экономического развития страны явилось начало промышленного переворота. Ряд российских историков датирует это событие 1830—1840 гг., другие относят начало промышленного пере­во­рота
к 1850—1860 гг. В зарубежной литературе распространена точка зрения, согласно которой промышленная революция в России началась лишь в 1890-е гг. Обычно под «промышленным переворотом» понимают совокупность экономических, социальных и политических преобразований, вызванных переходом от мануфактуры, основанной на ручном труде, к фабрике, базирующейся на машинной технике. Промышленный переворот приводит как к широкому применению машин, так и к формированию промышленной буржуазии и наемных рабочих. Следствием начавшегося промышленного переворота в России стал большой приток в промышленность рабочей силы, причем не сезонных рабочих, а вольнонаемных, заинтересованных в результате своего труда и получении квалификации, необходимой для работы на относительно сложных машинах. В обрабатывающей промышленности численность наемных рабочих в 1825—1860 гг. выросла в 4 раза — со 114,5 тыс. до 456 тыс. человек. Эти процессы постепенно подтачивали устои российской феодальной системы.
 
 
В царствование Александра I Россия расширила свои пределы, еще более укрепила свой статус великой европейской державы, приобрела значительное влияние на политические дела Европы и достигла высшей степени своего внешнего блеска.
Отечественная война 1812 г. в известном смысле явилась платой за тесную интеграцию России в большую европейскую политику. Причинами войны между Францией и Россией стали претензии Наполеона на мировое господство и стремление Александра I сохранить самостоятельность европейской политики России. К этой войне подталкивали несоблюдение Россией континентальной блокады Англии, противоречия по польскому и германскому вопросам (Наполеон присоединил к Франции герцогство Ольденбургское, владетель которого приходился дядей Александру I).
Для войны с Россией Наполеон приготовил огромные силы. Французский император призвал вспомогательные немецкие, польские, итальянские, испанские войска и собрал армию более чем в 600 000 человек. 24—27 июня 1812 г. большая часть этих сил — так называемая «Великая армия» в 448 тыс. чел. — форсировала пограничную реку Неман и вступила в пределы России. 22 июня в Вилковишках Наполеон издал пышную прокламацию к своей армии. «Солдаты,— говорил он, — вторая польская война началась. Первая окончилась под Фридландом и в Тильзите... Россия увлекается роком! Она не избегнет судьбы своей. Неужели она полагает, что мы изменились? Разве мы уже не воины аустерлицкие? Вторая польская война будет столь же славна для Франции, сколько и первая, но мир, который мы заключим, будет прочен и прекратит пятидесятилетнее кичливое влияние России на дела Европы».
Александр сосредоточил на западных границах до 200 тыс. войска. Оно было разделено на три армии под командованием генералов М.Б. Барклая-де-Толли, П.И. Багратиона, А.П. Тормасова.
По плану Барклая русские стали отступать в глубь страны. Под Смоленском армии Барклая-де-Толли и Багратиона соединились, но продолжали отступление, потому что Барклай не надеялся победить в решительной битве Наполеона, стоявшего во главе более многочисленной и еще свежей армии. Русские войска роптали на осторожность своего вождя и оказывали ему как иностранцу по происхождению явное недоверие. В таких обстоятельствах император внял народному гласу и вы­брал главнокомандующего из русских генералов — а именно престарелого князя М.И. Кутузова, который пользовался славой искусного полководца и ловкого дипломата.
7 сентября 1812 г. русские войска под началом Кутузова дали генеральное сражение французам под деревней Бородино Можайского уезда. В результате сражения ни Наполеон, ни Кутузов не добились поставленных целей: первому не удалось разгромить русскую армию и склонить Александра I к переговорам, второму — отстоять Москву. Потери обеих сторон были огромными: французы потеряли 58 тыс. человек, наступая, русские — 44 тыс. человек, обороняясь.
Оторвавшись от своих баз, растянув тылы, французские войска вошли в Москву, которая была подожжена. О причинах пожара Москвы в 1812 г. существует множество разноречивых версий. Но следует признать, что ответственность за это бедствие лежит на агрессоре: город был отдан солдатам на разграбление сразу же, как только армия Наполеона вступила в древнюю столицу. В Москве французы вместо богатой добычи, обильного продовольствия и спокойных зимних квартир нашли пожарище и голод. Оставив Москву, Кутузов обманул преследующего неприятеля и искусным фланговым движением перешел на старую Калужскую дорогу. Этим маневром были прикрыты южные хлебородные области империи и Тула с ее оружейными заводами.
В это критическое время русский народ вполне обнаружил свой высокий патриотический дух. Он мужественно перенес все бедствия и был готов пожертвовать всем для спасения Отечества. Дворянство разных губерний вооружило на свой счет до 300 тыс. ратников. Все сословия вместе пожертвовали около 100 млн руб. на военные издержки. В то же время началась партизанская и народная война. Недостаток съестных припасов, болезни и мародерство расстроили французскую армию, между тем как русские постоянно получали подкрепление.
Разоренный город оказался для наполеоновской армии ловушкой, выход из которой стерегли войска Кутузова. Попытка Наполеона во второй половине октября 1812 г. пробиться на Калужскую дорогу потерпела неудачу. Неприятель, опасаясь быть отрезанным, оставил Москву и, уходя, взорвал часть Кремля. Началось знаменитое отступление «Великой армии», сопровождавшееся целым рядом битв (при Малоярославце, Вязьме, Духовщине, Красном). Французы, принужденные этими боями возвращаться по разоренной Смоленской дороге, тысячами гибли от морозов и голода.
На берегах р. Березины русские генералы планировали окружить Наполеона: М.И. Кутузов с главными силами был у него в тылу; с севера шел корпус П.Х. Витгенштейна, прикрывавший до того дорогу на Петербург и разбивший французов при Полоцке. Подходившая с юга Дунайская армия П.В. Чичагова должна была преградить французам дорогу на Березине. В результате ошибок Чичагова Наполеону удалось осуществить переправу, но с большими потерями. Русской границы достигли лишь жалкие остатки «Великой армии».
Заграничные походы русской армии в 1813—1815 гг. носили «реставрационный» характер, что подтвердилось созданием Священного союза монархов (союз был заключен в 1815 г. в Вене между Россией, Австрией, Пруссией и Францией). В качестве цели союза провозглашалось охранение христианской религии, взаимного мира и абсолютистского строя в Европе.
В результате войн Россия понесла огромный материальный ущерб (на сумму в 1 млрд. руб.). Вместе с тем внешнеполитическое могущество России достигло апогея: сыграв решающую роль в разгроме наполеоновской армии, она превратилась в основного гаранта Венской международной системы, поддерживавшей мир на континенте.
Внешняя политика Николая I была противоречивой. С одной стороны, он отправил войска на подавление революции в Венгрии и оказывал помощь в удушении революционного движения в Европе (1848—1849). С другой стороны, он поддерживал освободительное движение балканских народов против турецкого ига (русско-турецкая война 1828—1829 гг.). В 1826—1828 гг. Россия вела войну с Персией. В этой войне отличился командующий закавказской армией генерал И.Ф. Паскевич; особенно известны его победа при Елизаветполе и взятие Эривани. По миру, заключенному в Туркманчае, Персия уступила России ханства Эриванское и Нахичеван­ское и заплатила 20 млн. руб. серебром контрибуции.
Еще не кончилась персидская война, как началась война с Турцией: Николай I стремился оказать помощь грекам, восставшим против турецкого владычества. В октябре 1827 г. турецко-египетский флот был уничтожен соединенной русско-англо-французской эскадрой в знаменитом Наваринском сражении. Весной 1828 г. русская армия под командованием графа П.Х. Витгенштейна вступила в княжества Молдавию и Валахию, перешла за Дунай и овладела Варной. В следующем году новый главнокомандующий граф И.И. Дибич разбил великого визиря, перешел Балканы и занял Адрианополь. Между тем в Азии Паскевич взял крепости Карс, Ахалцых, занял Эрзерум, столицу турецкой Армении. В 1829 году султан Махмуд II был вынужден подписать Адрианопольский мир: он уступил России восточный берег Черного моря, признал ее покровительство над Молдавией, Валахией и Сербией, открыл русским судам свободное плавание по Дунаю и Дарданеллам и признал независимость Греческого королевства.
После присоединения в 1801—1804 гг. Грузии к России Кавказский хребет очутился между русскими владениями. После этого началась продолжительная борьба с кавказскими горцами, которая практически не прекращалась в царствование Николая.
В начале 1850-х гг. Николай I решил, что настал решающий и удобный для России момент раздела наследства ослабевшей Османской империи, этого, как он говорил, «больного человека». По его расчетам, европейские державы не должны были ему помешать. Социально-политические потрясения, пережитые Австрией и Францией, считал он, затруднят их противодействие России (Австрия к тому же должна была быть благодарной за помощь в подавлении венгерской революции). Англию же, как ему представлялось, можно будет привлечь на свою сторону, пообещав ей Египет и ряд островов Средиземного моря. Действительность, однако, опрокинула расчеты императора. Австрия не стала жертвовать своими интересами на Балканах ради России. Правительство Франции хотело разрешить внутренний кризис с помощью войны, объединяющей нацию. Англия же предпочитала на подступах к Ближнему Востоку и Индии иметь слабую Турцию, нежели сильную Россию.
Николай I потребовал от султана предоставить православным подданным Османской империи покровительство царя. Это требование было отвергнуто Турцией. В октябре 1853 г. начались военные действия, и Россия оказалась в изоляции: на стороне Турции выступили Англия и Франция.
В ходе Крымской войны 1853—1856 гг. можно выделить два этапа: 1) русско-турецкая кампания на Дунае (ноябрь 1853 г. — апрель 1854 г.); 2) англо-французская интервенция в Крым; широкомасштабные боевые действия русской армии в Закавказье; военно-морские демонстрации союзников на Балтийском и Белом морях, на Камчатке (апрель 1854 г. — февраль 1856 г.).
Летом 1853 г. русская армия под начальством князя М.Д. Горчакова перешла границу и заняла княжества Молдавию и Валахию. Осенью того же года русский Черноморский флот под командованием адмирала П.С. Нахимова уничтожил турецкую эскадру при Синопе. Однако Англия и Франция, опасаясь за само существование Османской империи, послали ей на помощь свои войска; к ним присоединилась и Сардиния. Австрия заняла позицию вооруженного нейтралитета. Многочисленные эскадры союзников появились почти во всех русских водах: в Черном, Балтийском, Белом морях, у берегов Камчатки. Главные военные действия развернулись на южных рубежах России.
В сентябре 1854 г. русская армия отступила из Дунайских княжеств и перешла обратно Прут (сразу же после этого княжества были заняты австрийскими войсками). В то же время англо-французский флот высадил союзную армию в Крыму. Главнокомандующий Крымской армией князь А.С. Меншиков дал сражение на берегах Альмы, но вынужден был отступить. Союзники осадили Севастополь, в гавани которого был заперт Черноморский флот; чтобы преградить доступ неприятельским эскадрам, часть кораблей флота была затоплена при входе в Севастопольскую бухту. В течение 11 месяцев длилась героическая оборона Севастополя. При его защите отличились адмиралы В.А. Корнилов, П.С. Нахимов и В.И. Истомин, все трое павшие геройской смертью. Инженерные работы велись под руководством Э.И. Тотлебена. Попытки Крымской армии атаковать союзников на Инкерманских высотах и при Черной речке окончились неудачей. Русские войска сражались с обычным мужеством и самоотвержением, но союзники имели превосходство в вооружении: их пехота была вооружена нарезными ружьями. Русская армия испытывала трудности со снабжением; в то время как союзники легко получали подкрепления при помощи своих пароходов, сообщение Центральной России с Крымом производилось гужевым транспортом (Россия имела тогда только одну железную дорогу — между Москвой и Петербургом). Война продемонстри­ро­ва­ла, насколько Россия отстала от Европы в экономическом и военном отношении. Во время Севастопольской осады, 18 февраля 1855 г., скончался император Николай I и на престол вступил его сын и преемник Александр II.
27 августа после страшной трехдневной бомбардировки и решитель­ного приступа французы овладели Малаховым курганом — главным севастопольским укреплением. После этого русский главнокоман­дую­щий князь М.Д. Горчаков (сменивший А.С. Меншикова) оставил разрушенный город и перевел гарнизон на северную сторону Севастопольской бухты. Между тем на южных границах Закавказья русские одерживали победы в битвах с турками. Генерал Муравьев овладел крепостью Карс; это ускорило ход переговоров о мире. 18 марта 1856 г. в Париже был заключен мирный до­говор, в основном сохранивший довоенные границы. Устье Дуная отошло к Турции; Черное море было объявлено нейтральным и открытым для торговых судов всех наций. Наиболее существенным последствием поражения России было то, что она лишилась права иметь на Черном море военный флот.
В результате войн первой половины XIX века Россия значительно расширила свои границы. В состав государства вошли Финляндия (1809 г.), Бессарабия (1812 г.), Азербайджан (1804 — 1813 гг.), часть Польши (1815 г.), Восточная Армения (1826 г.), устье Дуная и Черномор­ское побережье Кавказа (1829 г.). В результате Кавказской войны, тянувшейся с 1817 по 1864 г., были присоединены Чечня, Дагестан и Адыгея. В 1846 — 1854 гг. в состав России вошел Старший казахский жуз.
 

Петровские реформы ускорили сближение России с Западной Европой, но в этом сближении долгое время участвовали лишь высшие классы общества. Активно заимствовались внешние формы европейской культуры: дети дворян воспитывались французскими гувернерами; в «высшем обществе» говорили по-французски, увлекались французским театром и французскими романами. Социокультурная пропасть между высшими и низшими классами в России была огромной. Главная причина этого явления заключалась в существовании крепостного права, которое давало знати возможность жить в роскоши и окружать себя раболепной прислугой. Восприятие европейской культуры тем не менее содействовало дальнейшему развитию вкуса и смягчению нравов.
Крестьянское сословие оставалось верно своим старым обычаям, понятиям и преданиям. Грамотность довольно медленно распространялась между крестьянами. В деревне преобладала традиционная русская культура, находившая свое выражение в народных песнях, танцах, сказаниях.
Раздвоение господствовало в образе жизни город­ского населения. В то время как купцы и мещане придерживались старых обычаев, многочисленный класс мелких чиновников старался подражать в образе жизни высшему обществу, заимствуя у него стремление к наружному лоску и привычку жить не по средствам.
Рост национального самосознания, ставший прямым следствием победы в войне 1812 г., во многом определил прогресс и достижения отечественной культуры и науки.
Определенные успехи были достигнуты в сфере народного образования. Расширялась сеть высших учебных заведений. Были открыты университеты: Казан­ский (1804 г.), Харьковский (1805 г.), Дерптский (1802 г.), Вильненский (1803 г.; был закрыт после восстания 1830 г., вместо него открыт в 1834 г. Киевский), Петербургский (1819 г.). Близкий к университетскому уровень знаний давали лицеи — Царскосельский под Петербургом, Деми­дов­ский в Ярославле. Александр I открыл Лесной институт, при Николае I были открыты Петербургский технологический институт, Московское техническое училище, Артиллерийская академия. Средние учебные заведения (гимназии) по указу 1803 г. предполагалось открыть в каждом губернском центре. Если в начале XIX века действовало 32 гимназии, то в 1840-х гг. было уже 76 гимназий; число уездных училищ за тот же период возросло со 126 до 445. В первой половине XIX века
в основных чертах сложилась система народного образования, принявшая следующий вид: церковно-приходские одноклассные школы и двухклассные уездные училища — начальная ступень; гимназии — средняя ступень; университеты и технические учебные заведения — высшая ступень.
Значительные успехи были достигнуты в науке. Мировое признание получили труды Н.И. Лобачевского (математика), Н.Н. Зинина (химия), В.В. Петрова и Б.С. Якоби (электротехника). Выдающимся вкладом в развитие не только исторической науки, но и литературного языка явилась «История Государства Российского» Н.М. Карамзина. В 1803—1806 гг. И.Ф. Крузенштерн и Ю.Ф. Лисян­ский совершили первое кругосветное путешествие, а в 1821 г., также во время кругосветного путешествия, Ф.Ф. Беллинсгаузен и М.П. Лазарев открыли шестую часть света — Антарктиду.
Для развития культуры и литературы была характерна смена классицизма романтизмом, а затем реализмом. В стиле классицизма созданы Казанский собор (архитектор А.Н. Воронихин), Адмиралтейство (А.Д. Захаров), ансамбль Дворцовой площади, Михайловский дворец (К.И. Росси). В живописи традиции классицизма были представлены в работах Ф.А. Бруни, Ф.И. Толстого. Наиболее известные произведения К.П. Брюллова, О.А. Кип­рен­ского, В.А. Тропинина были пронизаны идеями романтизма. К тому же времени относится небольшая картина П.А. Федотова «Сватовство майора», положившая начало реалистическому направлению в русской живописи.
С именем М.И. Глинки связано создание русской национальной оперы, в основе его творчества лежала народная музыка. Эти традиции нашли продолжение в сочинениях А.С. Даргомыжского.
Русская литература во времена Александра I окончательно усвоила себе форму западно-европейской журналистики. Звание писателя приобретает почет помимо его чина и состояния. Талантливые писатели способствовали обработке литературного слова и развитию вкуса читателей. В этом отношении особенно велики заслуги Н.М. Карамзина, который в своих повестях и «Письмах русского путешественника» явился последователем и распространителем современного ему сентиментального направления западно-европейской литературы. Поэты его эпохи продолжали отчасти развивать риторическое направление старой школы и возвышенный тон державинской поэзии (В.А. Озеров, Н.И. Гнедич, И.И. Дм­итриев).
Во второй четверти XIX столетия наша литература приобретает более самостоятельный характер и начинает сближаться с русской жизнью. Сатирическое направление достигает высокой степени развития в комедии А.С. Грибоедова (который был русским посланником в Тегеране и убит там возмутившеюся чернью в 1829 г.), в неподражаемых баснях И.А. Крылова и особенно в художественных произведениях Н.В. Гоголя. Эти три писателя выявляют темные стороны русского общества, особенно привычку скрывать недостатки и выставлять свою деятельность в лучшем свете. Грибоедов в своей комедии «Горе от ума» изобразил пустоту интересов и мелочность современного московского «света». Крылов в форме коротких и чрезвычайно остроумных басен метко оттенял разнообразные стороны русского быта. Он подражал французскому баснописцу Лафонтену, но внес в свои басни столько оригинального русского духа, что остался самобытным поэтом. Гоголь, родом украинец, в главных своих произведениях (юмористическая поэма «Мертвые души» и комедия «Ревизор») воспроизвел яркие черты мира русских чиновников и помещиков. Юмор Гоголя поражает читателя неистощимой веселостью, хотя в глубине своей отзывается скорбными чувствами. Гоголь нашел себе многочисленных последователей («натуральная школа»), которые придали нашей периодической литературе повествовательные формы и изображали разные стороны русского быта в границах, определенных цензурными постановлениями. Некоторые из них, например Тургенев, с особенною любовью посвящали свой талант изображению крестьянского быта и мало-помалу вызвали сочувствие образованного класса. Из романов исторического и патриотического характера в эту эпоху выделяются произведения М.Н. Загоскина («Аскольдова могила», «Юрий Милославский») и И.И. Лажечникова («Басурман», «Последний новик»). В 1840-е гг. литературная критика приобретает силу и оригинальность под пером даровитого В.Г. Белинского.
Поэзия, основанная на западных образцах, нашла своих представителей в лице К.Н. Батюшкова, последователя германской романтической школы В.А. Жуковского и А.С. Пушкина. Пушкин своим удивительным поэтическим чутьем понял, какие богатства заключаются в народной словесности, которая в первобытной, наивной форме раскрывает дух народа, его помыслы, его радости и страдания. Он пытался найти источники вдохновения в народном эпосе, то есть в песнях, сказаниях и преданиях. Содержанием поэзии Пушкина было настоящее и прошлое русской жизни. В «Евгении Онегине» отразились черты современного дворянского быта; чтение «Истории» Н.М. Карамзина вдохновило поэта написать величественную историческую трагедию «Борис Годунов». Из других поэтов того времени выделяются М.Ю. Лермонтов, А.А. Дельвиг, Н.М. Языков, Е.А. Баратынский и А.В. Кольцов.
 
 
ТЕОРИИ ИЗУЧЕНИЯ
 
Из правил многотеоретическоГО изучения
 
1. Осмысление объективных исторических фактов субъективно.
2. Субъективно выделяются три теории изучения: религиозная, всемирно-историческая (направления: материалисти­ческое, либеральное, технологиче­ское), локально-историческая.
3. Каждая теория предлагает свое понимание истории: имеет свою периодизацию, свой понятийный аппарат, свою литературу, свои объяснения исторических фактов.
 
литература различных теорий
 
Учебная
Буганов В.И., Зырянов П.Н. История России, конец XVII–XIX вв.: Учеб. для 10 кл. общеобразоват. учреждений/ Под ред. А.Н. Сахарова. 4-е изд. М., 1998 (универсальная). Вернадский Г.В. Русская история: Учебник. М., 1997 (локальная). Ионов И.Н. Российская цивилизация, IX — начало ХХ вв.: Учебн. кн. для 10—11 кл. общеобразоват. учреждений. М., 1995 (либеральная). Корнилов А.А. Курс истории России XIX века. М., 1993 (либеральная). Павленко Н. И., Кобрин В. Б., Федоров В. А. История СССР с древнейших времен до 1861 года. Учебное пособие для вузов. М., 1989; Мунчаев Ш. М., Устинов В. В. История России. М., 2000; Маркова А. Н., Скворцова Е. М., Андреева И. А. История России. М., 2001; История СССР XIX -начало XX века. Учебник. /Под. ред. И. А. Федосова. М., 1981(материалистическая).
 
Научная
1. Монографии: Балязин В.М. Император Александр I. М., 1999 (либеральная). Власть и реформы. СПб., 1996 (либеральная). Гордин Я.А. Мятеж реформаторов: 14 декабря 1825 года. Л., 1989 (материа­листическая). Киняпина Н.С. Внешняя политика России первой половины XIX века. М., 1963 (материа­листическая). Левандов­ский А.А. Время Грановского: У истоков формирования русской интеллигенции. М., 1990 (либеральная). Карташов А.В. История русской церкви: В 2 т. М., 1992 —1993 (религиозная). Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII — начало XIX вв.). СПб., 1994 (либеральная). Томсинов В.А. Светило российской бюрократии. М.,1991 (либеральная). Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993 (либеральная). Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993 (либеральная).
2. Статьи: Парамонов Б. Канал Грибоедова // Знание — сила, 1991, № 3-5 (либеральная). Плимак Е.Г., Хорос В.Г. Проблемы декабристского движения // Вопросы философии, 1985, № 12 (материа­листическая).
 
 
ОБЪЯСНЕНИЯ исторических фактов
В различных ТЕОРИЯХ ИЗУЧЕНИЯ


Каждая теория выбирает из множества историче­ских фактов свои факты, выстраивает свою причинно-следственную связь, имеет свои объяснения в литературе, историографии, изучает свой исторический опыт, делает свои выводы и прогнозы на будущее.
 
 
ОЦЕНКИ РАЗВИТИЯ РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ ХIХ ВЕКА


Религиозно-историческая теория изучает движение человека к Богу.
В православной историографии (А. В. Карташов и др.) отмечается, что продолжалась начатая Великим преобразовате­лем и одновременно Великим разрушителем императором Петром I транс­фор­ма­ция православно-церковного уклада, который являлся основой старой Руси. По мнению протоиерея Георгия Флоровского (1893—1979), иноземные влияния в пер­вой половине XIX века продолжали оказывать губительное воздействие на ду­хов­ную жизнь общества, провоцируя рост бездуховности, склонность к от­вле­чен­ному морализму, пантеистический, натуралистический взгляд на Все­лен­ную и поиск религиозной жизни вне Церкви. На смену идеям протестан­тизма приходят идеалистическая немецкая философия и романтизм.
При этом церковные историки по-разному оценивают ту степень духовного надлома, который переживали различные слои общества. В наибольшей степени он коснулся образованных кругов и “полупросвещенных слоев”. Они все больше “обезверивались и обезбоживались”. Меньше всего поддавались разложению народные массы, которым, по меньшей мере, не мешали жить “детской” верой.
 
Материалистическое направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает в нем приоритет развитию общества.
В материалистической литературе (Н. И. Павленко, В. А. Федоров, И. А. Федосов и др.) период рассматривается как подготовительный к по­сле­до­вав­шей в середине столетия смене формаций, поэтому основные усилия направ­ля­ются на поиски элементов кризиса и появления предпосылок перехода от феодальной к капиталистической формации. Большое внимание уделяется изучению промышленного переворота (переход от мануфактуры к фабрике и формирование классов капиталистического общества).
Либеральное направление всемирно-исторической теории, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем развитию личности.
Либеральные историки (И. Н. Ионов, Р. Пайпс, А. А. Корнилов и др.) рассматривают первую поло­ви­ну XIX века как период медленного модернизационного развития, постепенного распространения либерализма.
В царствование Александра I существенное место среди пла­нов, в той или иной мере связанных с либерализмом, заняли и консти­туционные проекты, призванные ограничить самодержавие. Тем не менее время Алек­санд­ра I, как и предшествующий период, осталось преимущественно эпохой распространения в России либеральных идей, постепенного созревания ли­бе­раль­ного сознания высших сословий. Что касается осуществления ли­бе­раль­ных принципов, то его результативность для периода царствования Алексан­д­ра оценивается довольно низко.
Историки направления считают, что, не­смотря на очевидное проявление антилиберальных тенденций — ограничение свободы выражения мысли, усиление цензуры, в царствование Нико­­лая I не только сохранилось, но и укрепилось многое из того, что в конечном итоге должно было привести к возникновению либерального порядка в России. Именно это укрепление послужило нужной предпосылкой для либеральных реформ Александра II, переходом от крепостного строя к строю гражданскому. В переходных условиях правительство стояло на стороне то одного, то другого строя, не понимая существующих меж­ду ними противоречий и не замечая их несовместимости. Постоянная и огромная работа, которая велась правительством, не выходила за рамки тайных комитетов и подготовки бесчисленных законопроектов.
 
 
ЛИБЕРАЛЬНОе НАПРАВЛЕНИе
о ФЕОДАЛЬНО-КРЕПОСТНИЧЕСКОЙ СИСТЕМе РОССИИ
ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ ХIХ ВЕКА
 
Общепринятая в формационной, историко-материалистической литературе (Н. И. Павленко, В. А. Федоров, И. А. Федосов и др.) точка зрения, что в первой половине XIX века имели место разложение и кризис феодально-крепостнической системы хозяйства, ставится под сомнение сов­ре­менными либеральными историками. Сторонники либеральной теории (И. Н. Ионов, Р. Пайпс и др.) полагают, что “хозяйство крепостной деревни модернизировалось, приспо­саб­ливалось к новым условиям, видоизменялось, развивалось... помещичье и крепостническое хозяйство не испытывали в это время упадка”. При­вер­женцы модернизационной, либерально-исторической теории считают, что крепостническая система в сельском хозяйстве “в середине XIX в. еще далеко не исчерпала себя... а изжили себя лишь рабские элементы крепостного правопорядка”.
 
Сравнительно-теоретические схемы
 
предмет изучения + исторический факт = теоретическая интерпретация
 
№ 1. Оценки политического развития России
в первой половине XIX века
 
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
В эпоху Александра I на смену идеям протестантизма приходят идеалистическая немецкая философия и романтизм. Иноземные влияния продолжали оказывать губительное воздействие на духовную жизнь общества, провоцируя рост бездуховности, склонность к отвлеченному морализму, поиску религиозной жизни вне церкви
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
 
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
В условиях нарастания кризиса феодально-экономической формации Александр I на словах придерживался либеральных идей, однако в политике государства все оставалось неизменным. Часть класса феодалов (дворяне), видя, что политика государства заходит в тупик, требовала кардинального изменения политического строя. Протест вылился в восстание декабристов (1825). Николай I, вступив в 1825 г. на престол, жесткими методами стал проводить политику подавления инакомыслия. Была усилена полицейская направленность государства, власть чиновников. Политика Александра I и Николая I вела к революционному взрыву в стране
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Царствование Александра I характеризуется продолжением развития либеральных идей и порядков, начатых в XVIII веке.
В царствование Николая I, несмотря на проявления антилиберальных тенденций, в целом, либеральный вектор развития России сохранялся. Развитие страны в первой половине XIX века привело к либеральным реформам Александра II
 
№ 2. Оценки восстания декабристов (1825 г.)
 
Название
теории
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
 
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Движение декабристов вызвано разложением крепостного хозяйства. Это первый (дворянский) этап русской революционной борьбы. Декабристы впервые вышли на революционную борьбу, выдвинув разработанную передовую политическую программу. Они боролись за крушение феодализма и за утверждение нового – в то время прогрессивного – капиталистического строя
Либеральное направление
Развитие личности и обеспечение её индивидуальных свобод
Восстание имело отрицательные или даже роковые последствия для либерального развития России. Во-первых, восстание произвело потрясающее впечатление на молодого Николая I – это шок, от которого он никогда полностью не оправился. Это впечатление определило антилиберальный характер всего его долгого царствования именно потому, что с формальной точки зрения вспыхнуло под лозунгами либерализма. Во-вторых, это восстание содействовало укреплению не либеральной, а революционной традиции в России, поскольку оно было насильственной революционной акцией. Восстание декабристов как изначальный пункт революционного движения, разрастание которого в России в течение XIX века неизменно вызывало в российских «верхах» дух реакции и укрепляло его, а тем самым противодействовало либеральному развитию России
 
Примечание
 1 Глава написана с позиции либерального направления всемирно-исторической теории.
 








Переход на главную страницу
Глава 4

Россия
во второй половине xix века.
Реформы александра ii1

Вторая половина XIX века занимает особое место в истории России. По значимости период можно сравнить разве только с эпохой Петровских преобразований. Это время отмены в России многовекового крепостного права и целой серии реформ, затрагивающих все стороны общественной жизни.
18 февраля 1855 г. на российский престол вступил 37-летний Александр II. 19 февраля 1861 г. император подписал Манифест об отмене крепостного права. Отмена крепостного права сопровождалась реформированием всех сторон жизни российского общества.
 
Земельная реформа. Основным вопросом в России на протяжении XVIII—XIX веков был земельно-крестьянский. Екатерина II ставила этот вопрос в работе Вольного экономического общества, которое рассмотрело несколько десятков программ по отмене крепостного права как российских, так и иностранных авторов. Александр I издал указ «О свободных хлебопашцах», разрешавший помещикам освобождать своих крестьян от крепостной зависимости вместе с землей за выкуп. Николай I за годы своего правления создал 11 секретных комитетов по крестьянскому вопросу, задачей которых было отмена крепостного права, решение земельного вопроса в России.
В 1857 г. по указу Александра II начал работать секретный комитет по крестьянскому вопросу, главной задачей которого была отмена крепостного права с обязательным наделением крестьян землей. Затем такие комитеты были созданы по губерниям. В результате их работы (а учитывались пожелания и наказы как помещиков, так и крестьян) была разработана реформа по отмене крепостного права для всех районов страны с учетом местной специфики. Для различных районов были определены максимальная и минимальная величины передаваемого крестьянину надела.
Император 19 февраля 1861 года подписал целый ряд законов. Здесь был Манифест и Положение о даровании свободы крестьянам, документы о вступлении в силу Положения, об управлении сельскими общинами и др. Отмена крепостного права не была единовременным событием. Сначала освобождались помещичьи крестьяне, затем удельные и приписанные к заводам. Крестьяне получили личную свободу, но земля оставалась помещичьей собственностью, и, пока отводились наделы, крестьяне на положении «временно­обязанных» несли в пользу помещиков повинности, которые по сути не отличались от прежних, крепостных. Наделы, передаваемые крестьянам, были в среднем на 1/5 меньше, чем те, которые они обрабатывали прежде. На эти земли заключались договоры о выкупе, после этого «временнообязанное» состояние прекращалось, казна расплачивалась за землю с помещиками, крестьяне — с казной в течение 49 лет из расчета 6 % годовых (выкупные платежи).
Пользование землей, взаимоотношения с властями строились через общину. Она сохранялась как гарант крестьянских платежей. Крестьяне прикреплялись к обществу (миру).
В результате реформ было уничтожено крепостное право — то «очевидное и для всех ощутительное зло», которое в Европе прямо называли «русским рабством». Однако земельная проблема не была решена, так как крестьяне при разделе земли были вынуждены отдать помещикам пятую часть своих наделов. В начале ХХ века в России вспыхнула первая русская революция, крестьянская во многом по составу движущих сил и задачам, которые перед ней стояли. Именно это заставило П.А. Столыпина осуществить земельную реформу, разрешив крестьянам выход из общины. Суть реформы заключалась в решении земельного вопроса, но не за счет конфискации земли у помещиков, как требовали крестьяне, а за счет передела земли самих же крестьян.
 
Земская и городская реформы. Принцип проведенной в 1864 г. земской реформы состоял в выборности и бессословности. В губерниях и уездах Центральной России и части Украины учреждались земства в качестве органов местного самоуправления. Выборы в земские собрания проводились на основе имущественного, возрастного, образовательного и ряда других цензов. Женщины и лица, работающие по найму, были лишены права участвовать в выборах. Это давало преимущество наиболее обеспеченным слоям населения. Собрания выбирали земские управы. Земства ведали делами местного значения, содействовали предпринимательству, просвещению, здравоохране­нию — проводили работу, на которую у госу­дарства не находилось средств.
Проведенная в 1870 г. городская реформа по характеру была близка к земской. В круп­ных городах учреждались городские думы на основе всесословных выборов. Однако выборы проводились на цензовой основе, и, к примеру, в Москве в них участвовало лишь 4% взрослого населения. Городские думы и городской голова решали вопросы внутреннего самоуправления, образования и медицинского обслуживания. Для контроля за земской и городской деятельностью было создано присутствие по городским делам.
 
Судебная реформа. Новые судебные уставы были утверждены 20 ноября 1864 г. Судебная власть была отделена от исполнительной и законодательной. Вводился бессословный и гласный суд, утверждался принцип несменяемости судей. Было введено два вида суда — общий (коронный) и мировой. Общий суд ведал уголовными делами. Судебный процесс стал открытым, хотя в ряде случаев дела слушались при «закрытых дверях». Была учреждена состязательность суда, введены должности следователей, учреждена адвокатура. Вопрос о виновности подсудимого решали 12 присяжных заседателей. Важнейшим принципом реформы было признание равенства всех подданных империи перед законом.
Для разбора гражданских дел был введен институт мировых судей. Апелляционной инстанцией для судов являлись судебные пала­ты. Была вве­дена должность нотариуса. С 1872 г. крупные политические дела рассматривались в Особом присутствии правительствующего Сената, кото­рый стал одновременно высшей кассационной инстанцией.
 
Военная реформа. После назначения в 1861 г. Д.А. Милютина военным министром начинается реорганизация управления вооруженными силами. В 1864 г. было образовано 15 военных округов, подчиненных непосредственно военному министру. В 1867 г. был принят военно-судебный устав. В 1874 г. после длительного обсуждения царь утвердил Устав о всеобщей воинской повинности. Вводилась гибкая система призыва. Рекрутские наборы отменялись, призыву на службу подлежало все мужское население, достигшее 21 года. Срок службы сокращался в армии до 6 лет, на флоте до 7 лет. Призыву в армию не подлежали духовные лица, члены ряда религиозных сект, народы Казахстана и Средней Азии, а также некоторые народы Кавказа и Крайнего Севера. От службы освобождались единственный сын, единственный кормилец в семье. В мирное время потребность в солдатах была значительно меньше числа призывников, поэтому все годные к службе, за исключением получивших льготы, тянули жребий. Для окончивших начальную школу служба сокращалась до 3-х лет, для окончивших гимназию — до 1,5 лет, университет или институт — до 6 месяцев.
 
Финансовая реформа. В 1860 г. был учрежден Государственный банк, произошла отмена откупной2  системы, которую сменили акцизы3  (1863 г.). С 1862 г. единственным ответственным распорядителем доходов и расходов бюджета стал министр финансов; бюджет стал гласным. Была сделана попытка проведения денежной реформы (свободный обмен кредитных билетов на золото и серебро по установленному курсу).
 
Реформы просвещения. «Положение о начальных народных училищах» от 14 июня 1864 г. ликвидировало государственно-церковную монополию на просвещение. Теперь открывать и содержать начальные школы разрешалось как общественным учреждениям, так и частным лицам при контроле со стороны уездных и губернских училищных Советов и инспекторов. Устав средней школы вводил принцип равенства всех сословий и вероисповеданий, но вводил плату за обучение. Гимназии разделили на классические и реальные. В классических гимназиях, в основном, преподавались гуманитарные дисциплины, в реальных — естественные. После отставки министра народного просвещения А.В. Головнина (в 1861 г. вместо него был назначен Д.А. Толстой) был принят новый гимназический устав, сохранивший только классические гимназии, реальные гимназии были заменены реальными училищами. Наряду с мужским средним образованием появилась система женских гимназий.
Университетский Устав (1863 г.) предоставил университетам широкую автономию, вводились выборы ректоров и профессоров. Руководство учебным заведением передавалось Совету профессоров, которому подчинялось студенчество. Были открыты университеты в Одессе и Томске, высшие женские курсы в Петербурге, Киеве, Москве, Казани.
В результате издания ряда законов в России была создана стройная система образования, включавшая начальные, средние и высшие учебные заведения.
 
Реформа цензуры. В мае 1862 г. началась реформа цензуры, были введены «временные правила», которые в 1865 г. заменил новый цензурный устав. По новому уставу отменялась предварительная цензура для книг в 10 и более печатных листов (240 стр.); редакторы и издатели могли быть привлечены к ответственности только по суду. По особым разрешениям и при внесении залога в несколько тысяч рублей освобождались от цензуры и периодические издания, однако они могли быть приостановлены в административном порядке. Без цензуры могли выходить только правительственные и научные издания, а также литература, переведенная с иностранного языка.
 
* * *
Подготовка и реализация реформ явились важным фактором социаль­но-экономического развития страны. Административно реформы были достаточно хорошо под­готовлены, но общественное мнение не всегда поспевало за идеями царя-реформатора. Многообразие и быстрота преобразований порождали чувство неуверенности и смуту в мыслях. Люди теряли ориентиры, появились организации, исповедующие экстремистские, сектантские принципы.
 
 
Для экономики пореформенной России характерно быстрое развитие товарно-денежных отношений. Отмечался рост посевных площадей и сельскохозяйственного произ­вод­ства, но производительность сельского хозяйства оставалась низкой. Урожаи и потребление продуктов (кроме хлеба) были в 2—4 раза ниже, чем в Западной Европе. В то же время в 80-е гг. по сравнению с 50-ми гг. среднегодовой сбор зерна вырос на 38 %, а экспорт его увеличился в 4,6 раза.
Развитие товарно-денежных отношений привело к имущественной дифференциации в деревне, середняцкие хозяйства разорялись, росло число бедняков. С другой стороны, появились крепкие кулацкие хозяйства, часть из которых использовали сельскохозяйственные машины. Все это входило в планы реформаторов. Но совершенно неожиданно для них в стране усилилось традиционно враждебное отношение к торговле, ко всем новым формам деятельности: к кулаку, купцу, скупщику — к удачливому предпринимателю.
В России крупная промышленность создавалась и развивалась как государственная. Главной заботой правительства после неудач Крымской войны были предприятия, выпускавшие боевую технику. Военный бюджет России в общем исчислении уступал английскому, французскому, германскому, но в российском бюджете он имел более значительный вес. Особое внимание обращалось на развитие тяжелой промыш­ленности и транспорта. Именно в эти сферы правительство направляло средства как российские, так и иностранные.
Рост предпринимательства контролировался государст­вом на основе выдачи специальных заказов, поэтому крупная буржуазия была тесно связана с государством. Быстро возрастало число промышленных рабочих, однако многие рабочие сохраняли экономические и психологические связи с деревней, они несли в себе заряд недовольства бедняков, потерявших землю и вынужденных искать пропитание в городе.
Реформы заложили основу новой системы кредита. За 1866—1875 гг. было создано 359 акционерных коммерческих банков, обществ взаимного кредита и других финансовых учреждений. С 1866 г. в их работе начали активно участвовать крупнейшие европейские банки. В результате государственного регулирования иностранные займы и инвестиции шли в основном на железнодорожное строительство. Железные дороги обеспечивали расширение хозяйственного рынка на громадных просторах России; они были важны и для оперативной переброски воинских частей.
 
 
Во второй половине XIX века политическая ситуация в стране неоднократно менялась. В период подготовки реформ, с 1855 по 1861 гг., правительство сохраняло за собой инициативу действий, привлекало к себе всех сторонников преобразований — от высшей бюрократии до демократов. Впоследствии трудности с проведением реформ обострили внутриполитическую обстановку в стране. Борьба правительства с противниками «слева» обрела жестокий характер: подавление крестьянских выступлений, аресты либералов, разгром польского восстания. Усилилась роль III Охранного (жандармского) отделения.
В 1860-х годах на политическую арену вышло радикальное движение — народники. Разночинная интеллигенция, опираясь на рево­люционно-демократические идеи и нигилизм Д.И. Писарева, создала те­о­рию революционного народничества. Народники верили в возможность достижения социализма, минуя капитализм, через освобождение крестьянской общины — сельского «мира». «Бунтарь» М.А. Бакунин предрекал крестьян­скую революцию, фитиль которой должна была зажечь революционная интеллигенция. П.Н. Ткачев был теоретиком госу­дарственного переворота, после совершения которого интеллигенция, проведя необходимые преобразования, освободит общину. П.Л. Лавров обосновал идею тщательной подготовки крестьян­ к революционной борьбе. В 1874 г. началось массовое «хождение в народ», но агитация народников не смогла зажечь пламя крестьянского восстания.
В 1876 г. возникла организация «Земля и воля», которая в 1879 г. распалась на две группы. Группа «Черный передел» во главе с Г.В. Плехановым уделяла главное внимание пропаганде; «Народная воля» во главе с
А.И. Желябовым, Н.А. Морозовым, С.Л. Перовской вы­двигала на первый план политическую борьбу. Главным средством борьбы, по мнению «народовольцев», был индивидуальный террор, цареубийство, которое должно было послужить сигналом к народному восстанию. В 1879—1881 гг. народовольцы провели серию покушений на Александра II.
В ситуации острого политического противостояния власть встала на путь самозащиты. 12 февраля 1880 г. была создана «Верховная распоряди­тель­ная комиссия по охране государственного порядка и общественного спокойствия» во главе с М.П. Лорис-Меликовым. Получив неограниченные права, Лорис-Меликов добился приостановки террористической деятельности революционеров и некоторой стабилизации положения. В апреле 1880 г. комиссия была ликвидирована; Лорис-Меликов был назначен министром внутренних дел и стал готовить завершение «великого дела государст­венных реформ». Разработка проектов завершающих законов реформ была поручена «народу» — временным подготовительным комиссиям с широким представительством земств и городов.
5 февраля 1881 г. представленный законопроект был одобрен императором Александром II. «Конституция Лорис-Меликова» предусматривала выборность «представителей от общественных учреждений...» в высшие органы государственной власти. Утром 1 марта 1881 г. император назначил заседание Совета министров для утверждения законопроекта; буквально через несколько часов Александр II был убит членами организации «Народная воля».
Новый император Александр III 8 марта 1881 года провел заседание Совета министров для обсуждения проекта Лорис-Меликова. На заседании с резкой критикой «конституции» выступили обер-прокурор Святейшего Синода К.П. Победоносцев и глава Государственного Совета С.Г. Строганов. Вскоре последовала отставка Лорис-Меликова.
В мае 1883 г. Александр III провозгласил курс, названный в исто­рико-материалистической литературе «контр­реформами», а в либерально-истори­ческой — «корректировкой реформ». Он выразился в следующем.
В 1889 г. для усиления надзора за крестьянами были введены должности земских начальников с широкими правами. Они назначались из местных дворян-землевладельцев. Избирательного права лишились приказ­чики и мелкие торговцы, другие малоимущие слои города. Изменению подверглась судебная реформа. В новом положении о земствах 1890 г. было усилено сословно-дворянское представительство. В 1882—1884 гг. были за­крыты многие издания, упразднена автономия университетов. Начальные школы передавались церковному ведомству — Синоду.
В этих мероприятиях проявилась идея «официальной народности» времен Николая I — лозунг «Православие. Самодержавие. Дух смирения» был созвучен лозунгам ушедшей эпохи. Новые официальные идеологи К.П. Победоно­сцев (обер-прокурор Синода), М.Н. Катков (редактор «Московских ведомостей»), князь В. Мещерский (издатель газеты «Гражданин») опустили в старой формуле «Православие, самодержавие и народ» слово «народ» как «опасное»; они проповедовали смирение его духа перед самодержавием и церковью. На практике новая политика вылилась в попытку укрепления государства путем опоры на традиционно верное престолу дворянское сословие. Административные меры подкреплялись экономической поддержкой помещичьих хозяйств.
20 октября 1894 г. в Крыму от острого воспаления почек внезапно скончался 49-летний Александр III. На императорский престол вступил Николай II.
В январе 1895 г. на первой встрече представителей дворян, верхушки земств, городов и казачьих войск с новым царем Николай II заявил о готовности «охранять начала самодержавия так же твердо и неуклонно, как охранял» его отец. В эти годы в управление государством нередко вмешивались представители царской фамилии, которая к началу ХХ века насчитывала до 60 членов. Большинство Великих князей занимали важные административные и военные посты. Особенно большое влияние на политику оказывали дяди царя, братья Александра III — Великие князья Владимир, Алексей, Сергей и двоюродные дяди Николай Николаевич, Александр Михайлович.
 

После поражения России в Крымской войне сложилось новое соот­но­шение сил, и политическое первенство в Европе пере­шло к Франции. Россия как Великая держава утратила влияние на международные дела и оказалась в изоляции. Интересы экономического развития, а также соображения стратегической безопасности требовали в первую очередь ликвидировать ограничения военного судоходства на Черном море, предусмот­рен­ные Парижским мирным договором 1856 г. Дипломатические усилия России были направлены на разъединение участников Парижского мира — Франции, Англии, Австрии.
В конце 50-х — начале 60-х гг. произошло сближение с Францией, ко­то­рая намеревалась захватить территории на Апеннинском полуострове, используя итальянское освободительное движение против Австрии. Но отношения с Францией обострились вследствие жестокого подавления Россией польского восстания. В 60-е гг. окрепли отношения России и США; преследуя свои интересы, самодержавие поддерживало республиканское правительство А. Линкольна в гражданской войне. В это же время было достигнуто соглашение с Пруссией о поддержке ею требований России об отмене Парижского договора, взамен царское правительство обещало не мешать созданию Северогерманского союза во главе с Пруссией.
В 1870 г. Франция потерпела сокрушительное поражение во Франко-прусской войне. В октябре 1870 г. Россия заявила о своем отказе выполнять унизительные статьи Парижского договора. В 1871 г. русская декларация была принята и узаконена на Лондонской конференции. Стратегическая задача внешней политики была решена не войной, а дипломатическими средствами.
Россия получила возможность более активно влиять на международ­ные дела и прежде всего — на Балканах. В 1875—1876 гг. восстания против Турции охватили весь полуостров, славяне ждали помощи России.
24 апреля 1877 г. царь подписал Манифест об объявлении Турции войны. Был разработан план скоротечной кампании. 7 июля войска форси­ро­ва­ли Дунай, вышли к Балканам, захватили Шипкинский перевал, но были задержаны под Плевной. Плевна пала только 28 ноября 1877 г.; в условиях зимы русская армия пере­шла через Балканы, 4 января 1878 г. была взята София, 8 января — Адриа­но­поль. Порта запросила мира, который был заключен 19 февраля 1878 г. в Сан-Стефано. По договору в Сан-Стефано Турция теряла почти все свои европейские владения; на карте Европы появилось новое независимое государство — Болгария.
Западные державы отказались признать Сан-Стефанский договор. В июне 1878 г. открылся Берлинский конгресс, принявший решения, значительно менее выгодные для России и народов Балканского полуострова. В России это было встречено как оскорбление национального достоинства, поднялась буря негодования, в том числе и в отношении правительства. Общественное мнение все еще находилось в плену формулы «все и сразу». Война, завершившаяся победой, обернулась дипломатическим поражением, хозяйственным расстройством, обострением внутриполи­тической ситуации.
В первые годы после войны происходила «перебалансировка» интересов великих держав. Германия склонялась к союзу с Австро-Венгрией, который был заключен в 1879 г., а в 1882 г. дополнен «тройственным союзом» с Италией. В этих условиях происходило естественное сближение России и Франции, завершившееся в 1892 г. заключением тайного союза, дополненного военной конвенцией. Впервые в мировой истории началось экономическое и военно-политическое противостояние устойчивых группи­ро­вок великих держав.
В «ближнем зарубежье» продолжалось завоевание и присоединение новых территорий. Теперь, в XIX веке, стремление к расширению ареала определялось в первую очередь мотивами социально-политического характера. Россия активно участвовала в большой политике, стремилась нейтрализовать влияние Англии в Средней Азии, Турции — на Кавказе. В 60-е гг. в США происходила гражданская война, импорт американского хлопка был затруднен. Естественный его заменитель находился «под боком», в Средней Азии. И, наконец, к захвату территорий толкали сформировавшиеся имперские традиции.
В 1858 и 1860 гг. Китай был вынужден уступить земли по левому берегу Амура и Уссурийский край. В 1859 г. после полувековой войны горцы Кавказа, наконец-то, были «замирены», их военный и духовный предводитель имам Шамиль взят в плен в высокогорном ауле Гуниб. В 1864 г. завершилось покорение Западного Кавказа.
Российский император стремился к тому, чтобы правители государств Средней Азии признали его верховную власть, и добился этого: в 1868 г. Хивинское ханство, а в 1873 г. Бухарский эмират признали вассальную зависимость от России. Мусульмане Кокандского ханства объявили России «священную войну», «газават», но потерпели поражение; в 1876 г. Коканд был присоединен к России. В начале 80-х гг. российские войска разбили кочевые туркменские племена и вплотную подошли к границам Афганистана.
На Дальнем Востоке в обмен на Курильские острова у Японии была приобретена южная часть острова Сахалин. В 1867 г. Соединенным Штатам за 7 млн. долларов была продана Аляска. По свидетельству историка
С.Г. Пушкарева, многие американцы полагали, что она и того не стоит.
Империя Российская, «единая и неделимая», раскинулась «от финских хладных скал до пламенной Тавриды», от Вислы до Тихого океана и заняла шестую часть земли.
Раскол российского общества в духовной области начался со времен Петра I и углубился в XIX веке. Монархия продолжала дело «европеизации России», не считаясь с традициями отечественной культуры. Выдающиеся достижения европейской науки, литературы, искусства были доступны лишь ограниченному числу русских людей; они мало влияли на повседневную жизнь простого народа. Человек другой культуры воспринимался крестьянами как барин, «чужак».
Уровень образования отражался в читательских вкусах. В 1860-х гг. на долю фольклора, сказок о рыцарях и педагогических произведений приходилось 60 % всех изданий. За то же время популярность рассказов о разбойниках, любви, науке выросла с 16 до 40 %. В 90-е гг. в народной литературе появляется рациональный герой, полагающийся на личную инициативу. Подобное изменение тематики свидетельствовало о зарождении либеральных ценностей в массовом сознании.
В фольклоре угасал эпос, падала роль обрядовой поэзии и росло значение обличительно-сатирического жанра, направленного своим острием против купца, чиновника, кулака. В частушках тема семейных отношений дополнилась общественно-политическими сюжетами. Появлялся фольклор рабочих.
В народном сознании наряду с уверенностью в своих силах уживалась мистическая вера в покровительство или враждебность сверхъестественных сил, с трудолюбием уживалась безалаберность, с добротой — жестокость, с достоинством — покор­ность.
Российская наука вышла на новый уровень, диф­ференциро­валась на фундаментальную и прикладную. Многие научные открытия и технические новшества стали достоянием мировой науки и техники.
Вторая половина XIX века явилась эпохой расцвета русской литера­туры. Страстная дума о судьбе родины, внимание к человеку — характерные ее черты. В 90-х гг. начался «серебряный век» русской поэзии. Вопреки установившимся взглядам, поэты этой поры, символисты, не отдалялись от проблем современности. Они стремились к тому, чтобы занять место учите­лей и пророков жизни. Их талант проявлялся не только в изысканно­сти формы, но и в человечности.
Русская тема со все большей ясностью и чистотой звучала в культуре и получила преобладание к концу XIX века. Одновременно с этим распа­да­лись социально-бытовые устои древнерусской жизни, выветривалось право­славно-народное сознание.
Происходили значительные изменения в быту. Развивалось городское коммунальное хозяйство. Мостились улицы (обычно булыжником), улучша­лось их освещение — керосиновые, газовые, затем электрические фонари. В 60-е гг. был построен водопровод в Петербурге (в Москве, Саратове, Вильне, Ставрополе он существовал до 1861 г.) и семи губернских городах (Риге, Ярославле, Твери, Воронеже и др.), до 1900 г. он появился еще в 40 крупных городах.
В начале 80-х гг. в городах России появился телефон, к концу XIX века почти все значительные города имели телефонные линии. В 1882 г. была проведена первая междугородная линия Петербург — Гатчина. В конце 80-х гг. вступила в действие линия Москва — Петербург, одна из наиболее протяженных в мире.
Рост населения больших городов вызвал постройку железных дорог. Первая «конка» была организована в начале 60-х гг. в Петербурге, в 70-х она стала работать в Москве и Одессе, в 80-х — в Риге, Харькове, Ревеле. В 90-х гг. конки начали сменяться трамвайным сообщением. Первый трамвай в России пошел в Киеве в 1892 г., второй — в Казани, третий — в Нижнем Новгороде.
Коммунальное хозяйство обычно охватывало центральную часть городов. Окраины даже в столицах оставались неблагоустроенными. Отходила в прошлое полусельская жизнь больших дворянских усадеб. Европеизировался быт купечества. Трудовое население больших городов, жившее прежде в маленьких домиках, все больше стало скучиваться в каменных громадах, доходных домах, снимая там каморки и койки у хозяев квартир.
В 1898 г. был обследован жилой фонд Москвы. Выяснилось, что из миллиона жителей столицы 200 тыс. ютятся в так называемых «коечно-каморочных квартирах», многие в «каморках» — помещениях с перегородка­ми, не доходящими до потолка, многие снимали отдельные койки или даже «половинчатые», на которых спали рабочие разных смен. При заработной плате рабочего 12—20 руб. в месяц каморка стоила 6 руб. Одиночная койка — 2 руб., половинчатая — 1,5 руб.
В сложившейся за века планировке сельских поселений пореформенное время не произвело значительных изменений. По-прежнему в нечерноземной полосе преобладали небольшие деревни с деревянными избами, вытянутыми вдоль сельской улицы. Как и прежде, чем дальше на север, тем мельче были размеры поселений. В степной полосе большие размеры деревень определялись условиями водоснабжения.
В деревне распространялось керосиновое освещение. Однако керосин был дорог и избы освещались маленькими лампами. В глухих углах продолжали еще жечь лучину. Уровень жизни крестьян в Новороссии, Самарской, Уфимской, Оренбургской губерниях, в Предкавказье и Сибири был значи­тельно выше, чем в центральных губерниях. В целом же жизненный уровень в России был низок. Об этом говорит средняя продолжительность жизни, отставаемая от европейских стран. В 70 — 90-х гг. в России она составляла для мужчин 31 год, для женщин 33 года, а в Англии соответственно 42 и 55.
 
 
ТЕОРИИ ИЗУЧЕНИЯ
 
Из правил многотеоретическоГО изучения
 
1. Осмысление объективных исторических фактов субъективно.
2. Субъективно выделяются три теории изучения: религиозная, всемирно-историческая (направления: материалисти­ческое, либеральное, технологиче­ское), локально-историческая.
3. Каждая теория предлагает свое понимание истории: имеет свою периодизацию, свой понятийный аппарат, свою литературу, свои объяснения исторических фактов.
 
 
литература различных теорий
 
Учебная
Буганов В.И., Зырянов П.Н. История России, конец XVII—XIX вв.: Учеб. для 10 кл. общеобразоват. учреждений/ Под ред. А.Н. Сахарова. 4-е изд. М., 1998 (универсальная). Вернадский Г.В. Русская история: Учебник. М., 1997 (локальная). Ионов И.Н. Российская цивилизация, IX — начало ХХ вв.: Учебн. кн. для 10—11 кл. общеобразоват. учреждений. М., 1995; Корнилов А.А. Курс истории России XIX века. М., 1993 (либеральная). История СССР XIX -начало XX века. Учебник. /Под. ред. И. А. Федосова. М., 1981; Мунчаев Ш. М., Устинов В. В. История России. М., 2000; Маркова А. Н., Скворцова Е. М., Андреева И. А. История России. М., 2001 (материалистическая).
 
Научная
1. Монографии: Великие реформы в России 1856—1874. М., 1992 (либеральная). Власть и реформы. От самодержавия до Советской России. СПб., 1996 (либеральная). Выбор пути. История России 1861—1938 / Под ред. О.А. Васьковского, А.Т. Тертышного. Екатеринбург, 1995 (либеральная). Карташов А.В. История русской церкви: В 2 т. М., 1992—1993 (религиозная). Литвак Б.Г. Переворот 1861 года в России: почему не реализовалась реформистская альтернатива. М., 1991 (либеральная). Ляшенко Л.М. Царь-освободитель. Жизнь и деятельность Александра II. М., 1994 (либеральная). Медушевский А.М. Демократия и авторитаризм: российский конституционализм в сравнительной перспективе. М., 1997 (либеральная). Шульгин В.С., Кошман Л.В., Зезина М.Р. Культура России IХ — ХХ вв. М., 1996 (либеральная). Эйдельман Н.Я. Революция сверху в России. М., 1989 (либеральная). Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993 (либеральная). Модернизация: зарубежный опыт и Россия/ Отв. ред. Красильщиков В. А. М., 1994 (технологическая).
2. Статьи: Захарова Л.С. Россия на переломе (Самодержавие и реформы 1861—1874 гг.) // История Отечества: люди, идеи, решения. Очерки истории России IХ — начала ХХ века. Сост. С.В. Мироненко. М., 1991 (либеральная). Литвак Б.Г. Реформы и революции в России // История СССР, 1991, № 2 (либеральная). Поткина И.В., Селунская Н.Б. Россия и модернизация // История СССР, 1990, № 4 (либеральная).
 
 
ОБЪЯСНЕНИЯ исторических фактов
В различных ТЕОРИЯХ иЗУЧЕНИЯ


Каждая теория выбирает из множества историче­ских фактов свои факты, выстраивает свою причинно-следственную связь, имеет свои объяснения в литературе, историографии, изучает свой исторический опыт, делает свои выводы и прогнозы на будущее.
 
 
ПРИЧИНЫ отменЫ крепостного права
 
Религиозно-историческая теория изучает движение человека к Богу.
Православные историки (А. В. Карташов и др.) отмену крепост­ного права и после­дующие реформы трактуют позитивно, как “волю Божию”. В то же время сторонники те­ории официальной народности, основывающейся на принципах “Самодер­жа­вие. Православие. Народность”, события второй половины века вос­при­ня­ли как покушение на традиционные устои государства. Главный идеолог самодержавия К.П. По­бедо­носцев, 24 года контролировавший власть, выступил ярым противником всех преобразо­ваний, включая и отмену крепостного права, называя их “преступной ошибкой”.
 
Историки всемирно-исторической теории, исходя из однолинейного прогресса, положительно оценивают процессы второй половины XIX века. Однако по-разному расставляют акценты в объяснении событий.
Историки-материалисты (И. А. Федосов и др.) определяют период отмены крепостного права как резкий переход от феодальной общественно-эконо­ми­чес­кой формации к капиталистической. Они полагают, что отмена крепостного права в России запоздала, а реформы, сле­до­вавшие за ней, проводились медленно и неполно. Половинчатость в про­ве­де­нии реформ вызвала возмущение передовой части общества — интеллиген­ции, вылившееся затем в террор против царя. Марксисты-революционеры считали, что страну “повели” по неверному пути развития — “медлен­ного отсекания гниющих частей”, а надо было “вести” по пути радикального решения проблем — проведения конфис­ка­ции и национализации помещичьих земель, уничтожения самодержавия и др.
Историки-либералы, современники событий, В.О. Ключевский (1841—1911), С.Ф. Пла­то­­­нов (1860—1933) и др., приветствовали как отмену крепостного права, так и по­сле­дую­щие реформы. Поражение в Крымской войне, считали они, выявило техни­чес­кое от­ста­вание России от Запада и подорвало международный престиж страны.
Позднее либеральные историки (И. Н. Ионов, Р. Пайпс и др.) стали отмечать, что в середине ХIХ века крепостничество достигло высшей точ­­ки экономической эффективности. Причины отмены крепостного права — по­­ли­­ти­ческие. Пора­же­ние России в Крымской войне развеяло миф о военном мо­­гуществе Империи, вызвало раздражение в обществе и угрозу стабиль­но­сти страны. Интерпретация акцентирует внимание на цену реформ. Так, народ не был исторически подготовлен к резким социально-экономиче­ским измене­ни­ям и “болезненно” воспринял изменения в своей жизни. Правительство же не впра­ве было отменять крепостное право и проводить реформы без все­сто­рон­ней социально-моральной подготовки всего народа, особенно дворян и крестьян. По мнению либералов, многовековой уклад русской жизни невоз­мож­но изменить насильственным путем.
Н.А. Некрасов в поэме “Кому на Руси жить хорошо” пишет:
Порвалась цепь великая,
порвалась и ударила:
одним концом по барину,
другим – по мужику!…
 
Историки технологического направления (В. А. Красильщиков, С. А. Нефедов и др.)считают, что отмена кре­пост­ного пра­­ва и последующие реформы обусловлены этапом модернизационного перехода России от тради­ци­он­ного (аграрного) общества к индустриальному. Переход от традиционного к индустриальному обществу в России проводился государством в период влияния с ХVII—XVIII вв. европейского культурно-технологического круга (модернизация — вестернизация) и при­­об­ре­ла форму европеизации, то есть сознательного изменения традицион­­­ных национальных форм по европейскому образцу.
“Ма­шин­ный” прогресс в Западной Европе “заставил” царизм активно насаждать индустриальные порядки. А это определило специфику модернизации в России. Рос­сийское государство, выборочно заимствуя с Запада технико-органи­за­цион­ные элементы, одновременно консервировало и традиционные струк­туры. В результате в стране сложилась ситуация “наложения истори­чес­ких эпох” (индустроиалная - аграрная), которая и при­ве­ла в дальней­шем к со­ци­альным потрясениям.
Индустриальное общество, вводимое государством за счет крестьян, вступало в резкие противоречие со всеми коренными условиями русской жизни и должно было неизбежно породить протест как против самодержавия, не дававшего желанной свободы крестьянину, так и против частного собственника, фигуры, ранее чуждой русской жизни. Появившиеся в России в результате индустриального развития промышленные рабочие унаследовали ненависть всего русского крестьянства с его многовековой общинной психологией к частной собственности.
Царизм интерпретируется как режим, вынужденный начать индустриализацию, но не сумевший спра­вить­ся с ее последствиями.
 
Локально-историческая теория изучает единство человека и территории, составляющее понятие локальная цивили­зация.
Теория пред­ставлена трудами славя­но­филов и народников. Историки полагали, что Россия, в отличие от стран Запада, идет своим, особым путем развития. Они обосновали возможность в России некапиталисти­ческого пути раз­вития к социализму через крестьянскую общину.
 
Сравнительно-теоретическая схема
предмет изучения + исторический факт = теоретическая интерпретация
Причины отмены крепостного права
и реформ Александра II
 
Название
Предмет
изучения
Интерпретации факта
Религиозно-историческая
(Христианская)
Движение человечества к Богу
Отмену крепостного права и последующие реформы официальная церковь приветствовала. А сторонники теории «Православие. Самодержавие. Народность» считали «преступной ошибкой»
Всемирно-историческая:
Общемировое развитие, прогресс человечества
Положительно относится к отмене крепостного права
Материалистическое направление
Развитие общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. Классовая борьба
Отмена крепостного права и последующие реформы экономически созрели и знаменовали переход от феодализма к капитализму. В отличие от Западной Европы в России этот переход запоздал
Либеральное
направление
Развитие личности и обеспечение ее индивидуальных свобод
Поражение России в Крымской войне развеяло миф о военном могуществе империи, вызвало раздражение в обществе и дестабили­зировало страну.
А вот само крепостничество достигло высшей точки экономической эффективности. Отмена крепостного права и реформы вызваны не экономическими, а политическими мотивами. Цена насильственных преобразований велика, так как народ не был готов к социально-экономическим изменениям. Уроки – не надо форсировать социально-экономическое развитие страны
Технологическое направление
Развитие технологическое, научные открытия
Отмена крепостного права и последующие реформы обусловлены переходом России от традиционного общества к индустриальному. Россия находилась во втором эшелоне стран, вступивших на путь индустриальной модернизации
Локально-историческая
Единство человечества и территории
Отмену крепостного права приветствует, но направленность реформ на развитие предпринимательства полагает ошибочным. Народники считали возможным в России некапиталистический путь развития через крестьянскую общину
 
 
Примечания
1 Глава написана с позиции либерального направления всемирно-исторической теории.
 2 Откуп — исключительное право, предоставлявшееся государством за определенную плату частным лицам (откупщикам) на сбор каких-либо налогов, продажу определенных видов товаров (соль, вино и др.).
 3 Акциз — вид косвенного налога, преимущественно на предметы массового потребления; включается в цену товаров или тарифы на услуги.









Переход на главную страницу
Глава 1
 
У России «… несколько историй…»
 
Мировоззрения «при встречах»
категоричны и непримеримы

Теории истории –
мировоззрения
человека
Теории изучения исторических фактов определяются предметом изучения. В истории человечества несколько предметов изучения. Выделение предметов — субъективно. Объединение их по сходным признакам приводит к принципиально не схожим предметам изучения, а затем и теориям, которые заключают разное понимание цели жизни – мировоззрения, нравственную позицию человека. Выделяются три мировоззрения – теории изучения: религиозно-историческая, всемирно-историческая, локально-историческая.
 
– Сторонники религиозно-исторической теории смысл пребывания человека на Земле видят в движении его к Богу, в победе духовной составляющей над материальной, плотскими страстями1[i].
– Сторонники всемирно-исторической теории смысл жизни человека видят в стремлении его к материальным благам, зависящим от общемирового прогресса2[ii].
– Сторонники локально-исторической теории смысл жизни человека видят в продлении жизни, сохранении здоровья, обеспечивающихся единством человека и среды обитания3[iii]. 
В русле этих трех теорий (мировоззрений) факты истории России XX в. получили разные объяснения со своими оценками и выводами.
Религиозно-историческая
теория
Предметом изучения религиозно-исторической теории является движение человека к Богу. Мировоззрение – спасение Души. Согласно воззрениям христианских богословов, история XX века является наглядным подтверждением концепции мироздания, которая утвердилась в христианстве. Православные мыслители никогда не признавали натуралистического равновесия в истории, напротив – главной его характеристикой они считали напряженное противостояние духа и материи – это, во-первых, и противостояние сил Добра и сил Зла, проявлявших себя как на уровне духа, так и на уровне материи – во-вторых. С точки зрения христианской мысли, человеку вменяется моральная ответственность: он должен делать выбор между двумя мировыми силам, его судьба становится частью мировой судьбы.
Христианская теория трактует XX век в русской истории как время смут и потрясений, ставших результатом наступления сил Зла, их атак на Православие. На рубеже XIX–XX веков усилилось расцерковление русской жизни, оказалась окончательно утраченной симфония власти и религии. Императорская власть, подчинив себе Церковь, добилась формализации и выхолаживания ее снижению тонуса духовной жизни общества и подрывало самую власть.
В начале XX века раскололось общественное сознание, им была утрачена цельность мировосприятия, характерная для Православия. До этого времени Церкви удавалось внедрять в сознание людей общие для подавляющего большинства идеалы и ориентиры. После того, как в 1900–1917 годах «расплодилось» огромное количество партий, голос Церкви оказался заглушен. Все партии – почти без искажения – узкопартийные интересы ставили выше общегосударственных. Они зацикливались на какой-либо одной доминанте, будь то классовая борьба, либеральные права, аграрный или национальный вопрос. Тем самым «выдирались куски» из многосложной социальной деятельности, а итогом становилась фрагментация народного мироощущения, дотоле сохранившего цельность. Это с неизбежностью вело к общественной смуте, к разведению людей по разным сторонам баррикад. Пиком межпартийной борьбы стала гражданская война 1918–1921 годов, унесшая миллионы жизней.
В 1917 году в России произошел общественный слом, после которого здесь утвердился марксизм – не в последнюю очередь потому, что ему удалось «оседлать» часть созидательной энергетики, исходившей от православия и инерционно еще жившей не уровне народного сознания, наполнявшего марксизм мессианским смыслом, связывающего его с идеями социальной гармонии. Однако сама по себе марскистская теория страдала западной механической рациональностью и толмудической зашоренностью. Марксизм парадоксальным образом трансформировался в квазирелигигию, но духовная энергетика подпитывавшая его, с течением времени «выветрилась», а марксизм – как любая религия без Бога –тихо «скончался».
На смену марксизму пришел радикальный либерализм – явление еще более бездуховное и низменное. Навязываемая им общественная модель строится на искусственной иерархии, эгоизме, потребительстве, является убогим подражанием тому, что уже пережито Западом. Радикал-либерализм вступил во фронтальное столкновение с советской системой, ставшей результатом постепенной трансформации марксистской доктрины на российской почве с ее историческими токами, исходящими из православных традиций. В генетической памяти людей по-прежнему живы естественные нравственные чувства, что стало источником возрождения в конце XX века Русской Православной Церкви, противопоставившей вековые этические заповеди вульгарно-социологическим схемам. Противостояние сил Добра и сил Зла продолжается.
 
Всемирно-историческая
теория
 
 
 
Предметом изучения всемирно-исторической теории является общемиро­вой прогресс. Мировоззрение - получение максимальных материальных благ. Согласно этой теории все народы мира проходят через одни и те же стадии прогресса. Только одни про­хо­дят прогрессивный путь развития раньше, а дру­гие позднее. Отсюда сложилась схе­ма разви­тия истории с передовыми и отсталыми, догоняющими народами. Абсолютизировав с европо­центристских позиций понятие «прогресс», историки «выстроили» народы по иерархической лестнице4[iv].
В рамках всемирно-исторической теории исторического процесса существуют направления: историко-материа­листическое, историко-либеральное, историко-технологическое.
Историко-материалистическое (формационное) направление изучая общемировое развитие – прогресс человечества отдает приоритет развитию общества, общественных отноше­ний, связан­ных с формами собствен­но­сти, классовой борьбе проходящей через века и ведущей к уничтожению частной собственности и утверждению общественной. Мировоззрение – равное счастье всех, счастье созидающего общества и в нем человека. Обращение – «товарищ».
Согласно направлению в начале XX в. Россия представляла узел мировых противоречий, была «беременна» революцией. Закономерно в ней созрели предпосылки для двух революций буржуазной и социалистической — которые и состоялись в 1905-1917 гг. Результатом революционного пути развития стало разрешение давно назревших противоречий, начало создания социально справедливого общества. В русле данного направления далее шло построение социализма как творческое воплощение на практике марксистско-ленинских идей. На этом пути выделялись этапы создания основ социализма, его полной и окончательной победы, развитого социализма, перехода к построению коммунизма. Достижением являлись кардинальные перемены в социально-экономической, политической, духовной сферах: страна превратилась из аграрно-индустриальной в мощную индустриальную, одну из двух ведущих мировых сверхдержав. Теория базируется на том, что в основу этапов ставится уровень совершенствования производительных сил и изменение социально-классовой структуры общества. Перестройка, задуманная как обновление, совершенствование социализма переросла в контрреволюцию, превратилась в демонтаж социализма в результате действия внешних сил и отказа высшего политического руководства от идей марксизма-ленинизма. В последнее десятилетие XX в. Россия шла по пути регресса и возвратилась к «дикому» капитализму начала века.
Историко-либеральное (модернизационное) направление, изучая общемировое развитие – прогресс человечества, отдает приоритет развитию личности, обеспечения ее прав и свобод и прежде всего права частной собственности. Самореализация личности возможна только на основе частной собственности, а развитие общества осуществляется на основе сотрудничестве личностей представляющих все слои общества. Условием прогресса является самореализующаяся, свободная личность. Мировоззрение – личное счастье человека, живущего в обществе. Обращение - «господин».
В этом ракурсе российская история XX столетия представляется как перманентное стремление государства подчинить себе человека ради самых благих целей, что ведет к колоссальной цене преобразований. Революции, войны, социально-экономические трансформации, которыми изобилует российская история, не привели к качественному улучшению жизни людей. Триада государство-общество-человек было обращено в сторону минимизации человеческих свобод. Гражданское общество в России – СССР не сложилось. В направлении господствует тоталитарная концепция, согласно которой в XX в. возникли государства, СССР, Германия, Италия и др., представляющие опасность для цивилизации и подчинившие своему жесткому контролю все общество. Тоталитарная концепция акцентирует внимание не на социально-политической системе, а на форме государственного управления. Прежде всего, на «силовом» объединении народа для быстрого достижения цели любой ценой, на наличии мобилизационной экономики, на особом режиме полувоенного времени. Такая форма государственного устройства возможна лишь при отрицании оппозиции в обществе, отрицании существования самореализующейся личности и индивидуализма. С позиций марксистской теории тоталитарная концепция игнорирует классовую сущность государства, его идеологию, цель и задачи. Говоря об идентичности форм государственного строя в СССР, Германии, Италии, тоталитарная коцепция оставляет в стороне разнородность их социално-политических систем и различие в конечной цели.
Либеральное направление считает, что в СССР было создано антидемократическое общество, полностью подчиненное государству, а человек превращен в своего рода «винтик» государственного механизма. Попытки либерализации, предпринятые в 50-е гг., а затем во второй половине 80-х гг. привели к крушению тоталитарной системы, поскольку эта система принципиально нереформируема и может быть только демонтирована. В СССР в связи с ликвидацией в 1920-30-е годы частной собственности самореализующаяся не получила развития и страна пошла по «нецивилизованному» пути. В объяснении событий используется дозированный набор «позитивных» и «негативных» исторических фактов. С одной стороны, страна двигалась по пути технического прогресса, наращивала экономическую мощь; с другой стороны, этот прогресс обеспечивался за счет жестокой эксплуатации государством отдельных слоев населения ( крестьян, заключенных, «спецпоселенцев»), низкого жизненного уровня народа, уничтожения личностей. К тому же сам технический прогресс имел однобокую милитаризованную направленность.
С начала 90-х гг. Россия, преодолевая тяжелые последствия тоталитарного прошлого, движется в сторону создания демократического общества с эффективной рыночной (частной) экономикой, проходя на этом пути этап авторитаризма и кардинального изменения социальной структуры общества.
Историко-технологическое (модернизационное) направление, изучая общемировое развитие – прогресс человечества, отдает приоритет технологическому развитию и сопутствующим изменениям в обществе. Мировоззрение – счастье человека, обусловленное прогрессом техники.
Российская история в XX в. предстает в виде поэтапного движения по пути технического прогресса (модернизации), соотносимого с процессами, происходившими в передовых (западных) странах. Движение России по пути модернизации рассматривается: 1) в его комплексном варианте, то есть когда царская, советская, постсоветская модернизация трактуются как звенья одной цепи. При таком подходе капиталистическая и социалистическая модернизация (индустриализация) рассматриваются в качестве этапов единого процесса, с присущими им особенностями, различиями в методах, инструментах достижения целей, имеющих несомненную общность; 2) выделяются самостоятельные этапы капиталистической («цивилизованной») и социалистической («нецивилизованной») модернизации, подчеркивается принципиальная ущербность, неэффективность, односторонность социалистического варианта модернизации.
Используется теория догоняющего развития, согласно которой Россия находилась во втором эшелоне модернизации, то есть ее стартовые условия и возможности значительно отличались от передовых стран Западной Европы и США.
В ходе социалистического строительства новому, тоталитарному режиму удалось успешно выполнить отрицательную задачу модернизации, решительно и бесповоротно произвести радикальную ломку традиционного общества. Колоссальным напряжением материальных и человеческих ресурсов в стране была создана современная индустрия, удалось достичь значительных успехов в образовании, науке, культуре, повышении жизненного уровня населения, то есть сформировать важнейшие структурные элементы современного цивилизационного общества. Однако по идеологическим соображениям конечные целевые задачи модернизации – создание рыночной экономики, гражданского общества, правового государства – режимом были отвергнуты. Возникла парадоксальная ситуация, когда режим в ряде сфер способствовал развитию модернизационного процесса, однако на уровне идеологии и политики блокировал его, не допуская перехода в конечную фазу развития. Все это постепенно заводило страну в тупик.
 
Локально-
историческая
теория
 
Предметом изучения локально-исторической теории яв­ляю­тся территориальная – локальная цивили­зация. Каждая из локальных цивилизаций самобытна в слиянии с природой. Мировоззрение – счастье человека в его гармонии с природой, обеспечивающей здоровье, продление жизни.
Судьба России определяется историческим пространством – взаимосвязью природного, географического, хозяйственного, политического, психологического и других факторов. Огромная территория, объединяющая два континента – Европу и Азию, суровые климатические условия определили образ жизни евразийца, его духовность, форму государственной власти и коллективистскую психологию. Сущность России глубоко запрятана в имперской и доимперской эпохах, и государство ХХ века – это крона, выросшая из корней Московского царства и Петровской империи.
 
 
* * *
 
Национальная (патриотическая) идея является основной частью всех теорий изучения и несовместима с умалением, унижением истории своего народа, требует понимания мотивов его поведения в прошлом, воспитывает уважение к предыдущим поколениям
Примечания








Переход на главную страницу
Глава II
 
Правила и схемы многотеоретического изучения
 
Правила изучения
 
 
1. Многотеоретическое изучение истории направлено на самостоятельный научный поиск обу­чаемого, способного аргу­мен­ти­­ровано и цельно отстаивать выбранную (свою) теорию и пони­маю­щего, а, следовательно, и уважающего логику оппонента, придерживающегося другой теории.
2. Прошлое — историю — изучить «вообще» невозможно. Оно соткано из множества исторических фактов, логически связанных и не связанных между собой. Образно говоря — это хаос бесчисленного количества фактов прошлого. Рассуждения об истории человечества вообще (в целом) — беспредметны. Человек разумный (Homo sapiens), прежде чем исследовать прошлое, определяет предмет изучения.
3. В истории человечества несколько предметов изучения. Выделение предметов — субъективно. Объединение их по сходным признакам приводит в итоге к трем, принципиально не схожим предметам изучения, а затем и теориям, которые заключают разное понимание цели жизни – мировоззрения, нравственную позицию человека:
— сторонники религиозной теории смысл пребывания человека на Земле видят в движении его к Богу, в победе духовной составляющей над материальной, плотскими страстями 
— сторонники всемирно-исторической теорию смысл жизни человека видят в стремлении его к материальным благам, зависящим от общемирового прогресса 
— сторонники локально-исторической теории смысл жизни человека видят в продлении его жизни, сохранении здоровья, зависящих от гармонии человека и среды обитания 
4. Попытки создания универсально-исторической, самой общей и «единственно верной» теории исторического процесса приводят к эклектике 1[v], объединению предметов изучения. Объединение предметов изучения – антинаучно, утрачиваются причинно-следственные связи и история прекращает свое существование как наука.
5. Исходя из предмета исторического изучения, каждая теория предлагает свое понимание исторического процесса, определяет свой понятийный аппарат, создает свою историографию, предлагает свои выводы и делает свой прогноз на будущее. Критика одной теории с позиций другой некорректна.
6. Преподавание истории — это объяснение исторического процесса. Нельзя написать (прочитать) лекцию, не содержащую объяснение фактического материала. Следовательно, надо заранее объявить учащимся, в русле какой теории будет прочитана лекция.
7.             Различные теории изучения, объясняющие реальные исторические фак­ты в их строгой причинно-следственной связи, не имеют преимуществ друг перед другом. Все они «правдивы, объек­тив­ны, верны». Учащийся вправе отдать предпочтение одной из теорий истории, но обязан знать и другие.
8.             Фактов прошлого множество. Из этого множества историк для обоснования своей логики теории изучения субъективно выделяет, подбирает отдельные факты.
9.  Тенденциозно подобранные и заранее выстроенные в логическо-смысловую цепочку исторические факты (без объяснений и выводов) представляют скрытую теорию.
10.         При употреблении понятий (тоталитарная система, создание командно-администра­тив­ной системы, построение социализма, общественно-экономическая фор­мация, модернизация, пассионарность, способ производства) дается по­ясне­ние и называется теория, к которой они принадлежат.
11. Многотеоретическое изучение, прежде всего, строится на тех общеизвестных исторических фактах, которые получили учащиеся ранее. В то же время он направлен на изучение нового фактического материала. Ведь каждый предмет изучения, теория выстраивает свою логику причинно-следственных связей, подбирает свои факты.
12. На вопрос, заданный ученику: «Ваша оценка, личное мнение на то или иное историческое событие?» преподаватель получит ответ, основанный не на знании, а на психологическом, личном восприятии мира. Вопрос этот некорректен, так как уже нацеливает на ответ в русле историко-либеральной теории (предмет изучения — личность).
13. Во всемирно-исторической теории материалистическое направление выявляет революции (резкий переход количественных изменений в качественные) и закономерности прогресса (смену общественно-экономических формаций), а либеральное направление эволюцию (постепенность) и альтернативы прогресса («цивилизованная» или «нецивилизованная»), а также варианты (в рамках одной из альтернатив).
14. На осмысление, объяснение исторических фактов влияет: мировоззрение людей разных эпох, ментальность людей разных стран, политические пристрастия. Представление историка о прошлом всегда идет в свете проблем, решаемых в его эпоху. Каждое новое поколение людей осмысливает факты прошлого в русле меняющегося их смысла жизни, отраженного в теориях изучения: всемирно-исторической, локально-исторической, религиозно-исторической.
15. При изложении событийного материала необходимо учитывать научную категорию – историческое движение (время и пространство)2[vi].
а) научная категория историческое время не допускает «механического» переноса (копирования) представлений нашего исторического времени на прошлое историческое время.
б) научная категория историческое пространство не допускает «механического» переноса (смешивания) исторического пространства разных регионов.
16. Исторический документ только воспроизводит или помогает реконструировать исторический факт — истину. Только теория поясняет события — факты прошлого, отраженные в исторических источниках. Никакой документ прошлого не может дать оценку событиям Октября 1917 года в Петрограде. В материалистической теории изучения — это закономерная Великая Октябрьская социалистическая революция, а в либеральной — случайный вооруженный государственный переворот. Сам документ в различных теориях изучения получает различные объяснения.
 
 

 
схемы изучения
 
 
 
№ 1. Что изучает наука история?
 
 
Объект изучения
 
История (прошлое) человечества
 
 
Предмет изучения
Субъективен
Происходит выделение субъектом, человеком-историком главного, ведущего в жизни человечества (предмета изучения – алгоритма) и определение его в качестве основы исторического процесса. Выбор из множества сторон жизни человечества главной стороны (предмета изучения) зависит от мировоззрения отдельных людей, разного понимания ими смысла жизни
 
 
 
 
 
 
 
 
№2. Научные категории истории
 
 
Движение Время
Пространство
Факт
 
Теория
 
 
№ 3. Предмет изучения (алгоритм-матрица)
 
 
 
 
Выбор из множества сторон жизни человечества главного – ведущего.
 
Движение человека к Богу.

 
Общемировой прогресс человечества
 

 
Гармония человека и его окружающей среды
 
 
 
№ 4. Теории изучения

 
 
 
 
 
Национальная
идея
Религиозно-историческая
Предмет изучения – движение человека к Богу. (Мировоззрение, цель жизни человека – спасение Души.)
 
Всемирно-историческая
Предмет изучения – общемировой прогресс человечества.
(Мировоззрение, цель жизни человека – получение максимальных материальных благ.)
 
 
Локально-историческая
Предмет изучения –гармония человека и его окружающей среды.
(Мировоззрение, цель жизни человека – сохранение и укрепление здоровья, продление жизни.)
 
 
№ 5. Всемирно-историческая теория
 
Предмет изучения – общемировое развитие – прогресс человечества
Направления изучения
 
 
 
Европоцентризм
Передовые регионы
(Западная Европа и Северная Америка) и отсталые, догоняющие регионы (Восточная Европа, Азия, Африка и др.)
– Историко-материалистическое
Отдает приоритет в изучении прогрессу общества, общественным отношениям, связанным с формами собственности, классовой борьбе. (Рассматривает человека в обществе.)
Во всех странах закономерна революционная смена общественно-экономических формаций и возникновение бесклассового коммунистического общества. Процесс смены общественно-экономических формаций в Европе происходит ранее, чем в других регионах.

– Историко-либеральное
Отдает приоритет в изучении прогрессу личности и обеспечению ее индивидуальных свобод. (Элемент противопоставления человека обществу, человек и общество).
Все страны эволюционируя (в процессе модернизации) придут к цивилизации, которая ассоциируется с сегодняшним обществом в Западной Европе. В процессе исторической модернизации возникают альтернативы. Одна альтернатива – «цивилизованная» (Западная), а другая – «нецивилизованная» (Восточная). В результате прогресса во всех странах победит цивилизованная (Западная) альтернатива развития..

– Историко-технологическое
Отдает приоритет в изучении прогрессу технологическому, научным открытиям. (Человек и техника).
Все страны на основе научно-технического прогресса и в результате конвергенции (слияния) придут к одному общественно-политическому строю, основанному на западноевропейских либеральных ценностях. Прогресс прежде всего выражен в фундаментальных, технологических открытиях и не зависит от политического строя государств.
 
 
ПРИМЕЧАНИЯ











Переход на главную страницу
Глава 1
Российская империя 1900–19141[vii]
 

В начале XX века в России усилилось противостояние между царским правительством и радикальной оппозицией. Конфликт между властью и револю­ционным подпольем протекал на фоне лояльности к пра­вительству со стороны либеральной интеллигенции и широких народных масс (казачество, посадские, крестьянство — особенно в регионах, не знавших крепостничества).
Революционерам удалось поднять массовое движение в отдельных городах и регионах. В 1902—1903 гг. произошли крестьянские волнения в Полтавской и Харь­ковской губерниях, состоялись стачки и демонстрации рабочих в Златоусте, Одессе, Киеве и др. Положение правительства ухудшила неудача правительства в русско-японской войне.
Брожение усиливалось, принимая формы организо­ванной антиправительственной борьбы. Общество раска­лывалось. Стали возникать политические партии различной направленности. Они и стали двигателем политической борьбы в стране, нередко выступая с защитой не столько общенациональных интересов, сколько узкопартийных платформ.
Наиболее крупными партиями являлись эсеровская (социалисты-революционеры), кадетская (конституцион­но-демократическая), Российская социал-демократическая партия (РСДРП), октябристы (Союз 17 октября), Союз рус­ского народа. Активность проявляли прогрессисты, народ­ные социалисты, анархисты, народная украинская партия и другие. Непереходимых границ между идеологическими построениями и практической деятельностью разных пар­тий не было. В некоторых из них налицо было смешение элементов и «правой», и «левой» идеологии. Социальный состав кадетской, эсеровской, октябристской партий, Сою­за русского народа был весьма пестрым: туда, кроме про­чих, входили и крестьяне, и промышленные рабочие.
Численно самой крупной была партия социалистов-ре­волюционеров (эсеров). По некоторым данным, количество ее членов в 1905—1907 гг. достигало полумиллиона человек. Стра­тегической целью эсеры провозглашали социализм, пони­мая его как «обобществление труда, собственности и хозяй­ства, уничтожение вместе с частной собственностью самого деления общества на классы, уничтожение принудительно-репрессивного характера общественных учреждений». Эсе­ры признавали классовую природу борьбы за социализм, но при этом классовые антагонизмы не абсолютизировали, го­ворили о важности нравственно-этической стороны социа­лизма.
Все общество эсеры разделяли на тех, кто живет на заработанные своим трудом средства, и тех, кто пользуется нетрудовыми доходами. В отличие от марксистов, включивших в понятие «рабочий класс» только промышленный пролетариат, эсеры объединяли этим понятием крестьянство, наемных рабочих, интеллигенцию. Главными противоречиями времени они считали противоречия между властью и обществом, между крестьянской массой и крупными землевладельцами. Центральным пунктом аграрной проблемы эсеров было требование «социализации» земли, что означало ликвидацию частной собственности на селе передачу земли «бессословным сельским и городским общинам». В основу пользования землей, по мнению эсеров должен был лечь уравнительно-трудовой принцип.
Лидерами эсеров были В.М. Чернов, Н.Д. Авксентьев, А.Р. Гоц, В.М. Зензинов, М.В. Спиридонова и др. В эсеровской тактике сочетались массовая агитация с систематическим террором. В глазах властей эсеры были самым опасным противником. Эсеровская боевая организации фактически находилась вне контроля ЦК партии. В 1905–1907 годах эсеры совершили множество терактов. Боевиков возглавляли Е.Ф. Азеф, Г.А. Гершуни, Б.В. Са­вин­ков. Азеф и некоторые другие активисты ПСР оказались провокаторами, агентами охранки. Эсеровский террор с 1912 по 1911 годы унес жизни более 200 человек — министров, губернаторов, градоначальников, полицмейстеров и т. д. Неизбежно вставал вопрос о моральной стороне эсеровской тактики, разлагающе влиявшей на общественное сознание.
Часть членов партии РСДРП – большевики, как и эсеры, допускали крайности при выборе методов — они ориентировались прежде всего на экспроприации. Ими занималась созданная в 1905 боевая группа под руководством Л.Б. Красина. Наиболее крупными акциями были ограбления банков в Тифлисе, Варшаве, Гельсингфорсе, в Прибалтике и на Урале. Организаторами налетов были Бобис, Тер-Петросян.
Меньшевики, представляя более умеренное крыло РСДРП, к экспроприационным формам политической деятельно­сти относились сдержанно.
Социал-демократы (и большевики, и меньшевики) события 1905–1907 годов квалифицировали как буржу­азно-демократическую революцию. Согласно большевист­ским воззрениям, она должна была перерасти в социа­листическую. Меньшевики считали, что до социализма Россия обязана «дорасти» в процессе многосложных ре­форм. Теоретические расхождения вели к различиям во взглядах на оргструктуру партии. Ленин выдвинул тезис о жестко централизованной «партии авангардного типа» как организации военизированного образца, служащей достижению не только тактических, но и стратегических целей (победа пролетарской революции во всемирном масштабе, упразднение государства, товарно-денежных отношений и т. п.). Лидер меньшевиков Г.В. Плеханов в полемике с Лениным говорил, что «нужна дисциплина сознательности, а не дисциплина повиновения».
Стоявшие на крайнем левом фланге политического спектра анархисты отрицали всякую государственную власть, проповедовали ничем не ограниченную свободу каждой отдельной личности, активно использовали экс­тремистские способы противостояния властям.
В 1905–1907 гг. конституционно-демократическая партия насчитывала 70–100 тысяч членов. Прием в нее был предельно упрощенным, что вело к определенной размытости ее оргструктуры.
В 1905 году кадетам были присущи резко оппозиционные настроения в отношении царя. И в дальнейшем они постоянно балансировали между либерализмом и радикализмом. Их программа строилась на западных образцах, была безрелигиозной и рационалистической. Она была принята в конце 1905 года и зафиксировала требования конституционного строя, обеспечения свободы слова, совести, собраний, передвижения, неприкосновенности жилища, законодательного регулирования вопросов найма рабочей силы. Особое внимание кадеты уделяли развитию местного самоуправления. Основными пунктами их национальной программы провозглашались свобода языков и право нацменьшинств культурно-национальную автономию при единстве территории страны. В аграрном вопросе избегали категорийности и однозначных решений.
Либеральная интеллигенция считала кадетскую партию своей. У ее истоков стояли известный экономист П.Б. Струве, писатель В.Г. Короленко, в состав руководства входил ученый В.И. Вернадский. Лидером партии был профессор русской истории П.Н. Милюков. Кадеты владели обширной прессой, обслуживаемой квалифицированными журналистами.
Осенью 1904 года организационно оформилась партия октябристов («Союз 17 октября»). Название партии отражало ее удовлетворенность уступками царского правительства, зафиксированными в Манифесте от 17 октября 1905 г. Либеральная программа октябристов была направлена на установление конституционной монархии, проведение законодательных реформ, отрицала революционное насилие.
Численность «Союза 17 октября» в 1907 году дости­гала 60 тысяч членов. Социальный состав был неодно­родным: промышленники, банкиры, тор­говцы, чиновники, помещики, преподаватели, врачи, священники, крестьяне. В Питере, Сормове и некоторых других городах были созданы рабочие организации «Со­юза 17 октября». Однако верхушка партии принадлежала к наиболее богатым слоям российского общества. Ее ру­ководителями были крупный московский предпринима­тель А.И. Гучков и М.В. Родзянко, крупный землевла­делец екатеринославской губернии.
Из монархических организаций самой влия­тельной был Союз русского народа, основанный в октяб­ре 1905 года и имевший националистическую окраску. Программа СРН включала в себя такие пункты, как един­ство империи, неограниченная монархия, удаление с го­сударственной службы противников монархии, особый подход к еврейскому вопросу. «Союз» допускал реформы с оговоркой, что они не будут противоречить государст­венным интересам. В аграрном вопросе СРН поддержи­вал Столыпина, в рабочем — призывал к сокращению рабочего дня, государственному страхованию, упорядоче­нию условий труда. В программе говорилось об ограни­чении крупной собственности, что связывалось с идеей «национального согласия».
Кроме Союза русского народа, к монархическим организаци­ям относились Союз истинно русских людей, Палата Ми­хаила Архангела, партия националистов и др. К концу 1907 года в организациях, названных «черносотенными», было зарегистрировано 410 тысяч человек. В стране вы­ходило большое количество правой литературы и прессы, подвергавшей острой критике бюрократию и либераль­ную интеллигенцию. С враждебностью эта пресса отзы­валась и о «новой» буржуазии: «Буржуазия... угрожает го­сударственной власти, трудовому мелкому, частному мещанскому сословию и крестьянству. Конечно, этим пользуются масоны и евреи, дабы использовать для своих целей русскую буржуазию — буржуазию, быть может, самую наглую и низкую из всех буржуазии... Наша доморощенная буржуазия... не национальна, и родилась-то с испорченною сердцевиною. Русская буржуазия, не свежести самобытной, заразилась гнилью Запада... Наша буржуазия всегда останется чуждой народу».
В противостоянии с оппозицией правительство немалые надежды возлагало на поддержку православной церкви. Она была влиятельной силой: в 1905 году в России действовало 48 375 православных церквей, а численность духовенства превышала 123 тысячи человек. Значительная часть духовенства выступала за прекращение беспорядков и неповиновения властям, напоминала об обязанностях верую по отношению к царю-единовластителю.
В 1905 году проходили массовые антибуржуазные стачки рабочих. Забастовочное движение с разной амплитудой держалось до конца 1905 года. Пиком его стала октябрьская стачка, грозившая приобрести всероссийский характер. Актив­ными были крестьянские выступления против помещиков, волнения в национальных районах. Финалом 1905 года были декабрьские столкновения между противниками и сторонниками власти в Москве, переросшие в баррикад­ные бои.
События 1905 года заставили царское правительство внести серьезные коррективы в свою по­литику. Большинство политических партий (кроме боль­шевиков, анархистов, эсеров-максималистов) оценивало революцию как результативную. Правительство предоста­вило возможности для легальной деятельности партий, созвало Государственную Думу — выборный законода­тельный орган, провозгласило демократические свободы, издало законы, дававшие рабочим гарантии социальной защиты, начало подготовку аграрной реформы.
К 1907 году в России были созданы новые государст­венные структуры, способствовавшие разви­тию парламентаризма, хотя в них по-прежнему сильна была роль исполнительных органов. И исполнительные (Совет министров, императорская канцелярия), и зако­нодательные органы (Государственная Дума и Государст­венный Совет) подчинялись императору, олицетворяв­шему верховную власть. При этом Совету Министров дополнительно к исполнительным придавались еще и за­коносовещательные функции. Императору подчинялись также Правительствующий Сенат (высший орган суда и надзора) и Святейший Синод (высший орган управление православной церковью).
В созданной государственной системе централизация превалировала. В отличие от Западной Европы, где пар­ламентские традиции складывались веками, российский парламент в 1906 году начинал накапливать опыт факти­чески с нулевой отметки. Нужен был определенный срок для выработки политической культуры как депутатов, так и избирателей. Дума решала немало важных вопросов, принимала новые законы и утверждала госбюджет стра­ны, часто выступала с законодательной инициативой. Однако несовершенство законодательно-процедурных механизмов, пестрота состава, психологический настрой депутатов не позволяли Думе быть лидером процесса го­сударственного строительства. Она стала ареной межпар­тийной полемики, нередко принимавшей форму взаимо­обвинений и взаиморазоблачений.
Государственная Дума не сумела возродить государ­ственно-земский строй, восстановить историческую тра­дицию Земских соборов. Она не могла послужить скреп­лению общественных сил, наладить дружную работу — и левые, и либералы отрицали многие исконно россий­ские нравственные ценности, негативистски относились к русской истории. Механически копируя западноевро­пейские общественные модели и образцы, базировавши­еся на ином менталитете, либералы не утруждали себя глубоким анализом того, как эти модели лягут на россий­скую почву.
Царская власть, проявившая после поражения в япон­ской войне неуверенность в себе, сумела в 1906—1907 гг. забрать инициативу в решении внутриполитических про­блем, а в последующие годы относительно стабилизировала политическую ситуацию в стране.
 
Простор развитию экономики дали реформы Александра I. Государство брало на себя инициативу в развитии промышленности, перенося опробованные в других стран, формы организации хозяйственной жизни на российскую почву. Все внимание, средства и ресурсы концентрировались для решения экономических задач.
Государство, не выступая прямым проводником бур­жуазных интересов, тем не менее «открывало шлюзы» для ускоренного развития капиталистических отношений. Правительство стремилось к форсированной индустриа­лизации страны, но обеспечить ее успешный ход только централизованными методами было чрезвычайно слож­но. В ряде отраслей эти методы давали неплохой резуль­тат (военная промышленность, железнодорожный и вод­ный транспорт и некоторые другие), но во многих сферах экономики развитие не могло быть динамичным без ис­пользования частной инициативы. Пропорция между централизмом в управлении экономикой и частным пред-принимательством разным представителям руководящего слоя государства виделась по-разному. К.П. Победоносцев, В.К. Плеве и другие, утверждая мысль о бесперспективности капитализма в России, считали, что он «впишется» в систему традиционных духовных ценностей русского народа. Традиции русской жизни, в течение веке формировавшиеся под влиянием православия, отторгал стяжательство, индивидуализм, «голый» практически расчет. Протестантская этика, провозглашавшая богатство и удачу критериями истинности, была чужда для православных. Плеве утверждал: «Россия имеет свою отдельную историю и специальный строй».
Однако конкретная политика свидетельствовала о быстром развитии капиталистического уклада в России. Несмотря на серьезные социальные издержки (частые злоупотребления, нечестность, самоуправство фабрикантов вызывали резкое недовольство рабочих), дорога капитализму была открыта реформами 60-х — 70-х годов XIX в. В последней трети XIX в. заметно увеличилась товарность сельскохозяйственного производства, купеческий капитал резко увеличил свои обороты. Быстрыми темпами развивалась кредитная система и банковское дело. На новой технической базе происходит мощны рост фабрично-заводской промышленности. Появились новые отрасли. Четко обозначилась хозяйственно территориальная специализация различных областей. Сдвиги в экономике сопровождались изменениями социальной структуре общества: численно росли классы буржуазии и наемных рабочих, отпечаток капиталистических отношений ложился на все общественные слои общества.
Социально-экономические процессы делали видимым разрыв традиционалистской идеологии с реалиями времени. Носители этой идеологии столкнулись с представителями более либеральных взглядов. В правительстве шло скрытое от посторонних противостояние двух стратегических линий. Группировке В.К. Плеве оппонировал С.Ю. Витте, который стремился увязать принцип традиционности с принципом реализма, модернизировать политическую и экономическую структуру России, тем самым укрепив монархический строй.
Заняв пост министра финансов, Витте продолжил курс на индустриализацию страны, проводимый его предшест­венниками И.X. Бунте и И.А. Выш­не­градским. Тактика Витте предполагала использование всех средств и методов для решения стратегических задач — от жесткой регламен­тации сверху до полной свободы частной инициативы, от протекционизма до привлечения иностранных капиталов. Витте осуществил денежную реформу, утвердив золотое об­ращение; установил государственную монополию на прода­жу водки, усилив приток средств в казну; значительно уве­личил масштабы кредитования растущей промышленности; широко привлек иностранные займы и инвестиции в рос­сийскую экономику; осуществил программу таможенной защиты отечественного предпринимательства. Много вни­мания Витте уделял железнодорожному строительству. Создание развитой транспортной сети связывало страну в единый рынок, стимулировало развитие всех отраслей про­изводства. Немалый личный вклад Витте внес в сооружение Транссибирской магистрали.
В 1890-е годы Россия по темпам промышленного ро­ста занимала первое место в мире. В начале XX в. в ход процессов вмешалась политика — война с Японией и по­следовавшие за ней революционные события. Темпы промышленного роста снизились.
Стабилизация внутренней обстановки после револю­ции была связана с именем П.А. Столыпина, ставшего в 1906 году главой правительства. Как писал русский фи­лософ В.В. Розанов, уже сами по себе личные качества нового премьера — порядочность, уравновешенность, масштабность государственного мышления — вели к успокоению общественных страстей. Столыпин стал инициатором преобразований, имевших высокую экономическую и социальную результативность.
Главным делом жизни П.А. Столыпина стала земельная реформа. Она включала в себя следующие меры: 1. Указ об освобождении крестьян от выкупных платежей и раскрепощение от общинной зависимости, по которому все желающие могли выйти из общины и получить землю из общинного фонда в собственное владение (то есть гарантировалась свобода выбора форм крестьянского труда и собственности). 2. Закон, предоставлявший крестьянам возможность селиться на хуторах и владеть землей на правах наследственной собственности. 3. Создание земельного фонда из казенных и императорских земель для обеспечения землей всех нуждающихся в ней крестьян 4. Предоставление крестьянам права покупать землю помещиков. 5. Выделение крестьянам государственных беспроцентных кредитов для покупки земли. 6. Активизация работы крестьянского банка, задачей которого, кроме субсидирования землевладельцев, являлась регламентация землепользования, обеспечивавшая барьеры монополизму и спекуляции землей. 7. Организация переселенческого дела: государственная помощь переселенцам транспортом, кредитами н постройку домов, покупку машин, скота и домашнего имущества, предварительное землеустройство участков для переселенцев (сотни тысяч крестьян переезжали из центральных районов в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию, где имелся в наличии огромный свободный земельный фонд 8. Организация в сельских местностях дорожного строительства, кооперативной деятельности, страхового обеспечения, медицинской и ветеринарной помощи, агрономической консультации, строительства школ и сельских храмов. В Сибири были устроены казенные склады сельхозмашин предназначенных для обслуживания земледельцев по низким ценам.
В результате этих мер в России создавалось устойчивое и высокоразвитое земледелие. Урожайность за 1906–1914 гг. возросла на 14 %. Излишки свободного хлеба вскоре после начала реформ стали составлять сотни мил­лионов пудов, резко возросли валютные поступления, свя­занные с вывозом зерна.
Успех аграрных преобразований был возможен лишь при условии внутриполитической стабильности в стране Столыпин, будучи твердым сторонником российской государственности, принимал шаги для обуздания левац­кого террора и социальной демагогии. Известны выска­зывания Столыпина: «Противники государственности хо­тят освободиться от исторического прошлого России. Нам предлагают среди других сильных и крепких народов превратить Россию в развалины... Им нужны великие по­трясения, нам нужна великая Россия!»; «Дайте государству 20 лет покоя, внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России!» Но левые радикалы стремились успеть поднять новую революционную волну. Террористы совершили четырнадцать покушений на Столыпина. В сентябре 1911 года он был смертельно ранен.
В начале ХХ века рост народного хозяйства России вел к наращиванию общественного богатства и благосостояния населения. За 1894–1914 годы госбюджет страны вырост в 5,5 раза, золотой запас — в 3,7 раза. При этом государственные доходы росли без малейшего увеличения налогового бремени. Прямые налоги в России были в 4 раза меньше, чем во Франции и Германии, и в 8,5 раза меньше, чем в Англии; косвенные налоги — в среднем вдвое меньше, чем в Австрии, Германии и Англии. Значительные суммы из бюджета выделялись на развитие культуры и просвещения. Благосостояние населения отражалось в приросте его численности, который не имел равных в Европе. Многие отечественные экономисты и политики ут­верждали, что сохранение тенденций развития, существо­вавших в 1900–1914 гг., неизбежно уже через 20–30 лет выведет Россию на место мирового лидера, даст ей воз­можность доминировать в Европе, превысить хозяйствен­ный потенциал всех европейских держав, вместе взятых. Подобные перспективы приводили в смятение западных политиков.
Николай II ориентировал русское правительство на продолжение внешней политики своего отца — Алексан­дра III. Своеобразие внешнеполитической стратегии Александра III «Миротворца» заключалось в стремлении избежать каких-либо военных конфликтов с другими де­ржавами — с тем, чтобы сконцентрировать усилия и средства на решении внутриполитических и экономиче­ских проблем.
Внешнеполитическая линия России испытала на рубеже XIX–XX веков ряд зигзагов. Едва оправившись от острой «тамо­женной войны» в 1890-х годах, Германия и Россия предприняли шаги для взаимосближения. Германский император Вильгельм II, будучи кузеном Николая II, на­стойчиво разыгрывал «родственную карту». Германский МИД стремился отвлечь Россию от европейских вопро­сов, направить ее усилия на Дальний Восток, тонко лавировал в период русско-японской войны и подпи­сания мира после нее. В июле 1905 года Вильгельм II и Николаи II в Бьерке подписали союзный договор. Поскольку такой же договор Россия заключила еще в 1892 году с Францией, то формально возникал вопрос о том, чтобы «замкнуть треугольник». Однако противоречия между Францией и Германией были чрезвычайно глубоки. Суть проблемы упиралась в растушую агрессив­ность Германии и ее основного союзника Австро-Венг­рии, недовольных своей малой долей в «колониальном пироге».
В 1894–1895 гг. Япония начала, а в 1897 г. Германия продолжила территориальные захваты в Китае, что послу­жило сигналом для англичан, французов, португальцев, занявших ряд портов на китайском берегу. Не осталась в стороне и Россия, но она — в отличие от других — делала упор не на военные, а на политические методы. Восполь­зовавшись заключенным в 1896 году с Китаем договором о дружбе, давшим России право на строительство Китай­ской восточной железной дороги, она добилась аренды Порт-Артура и Дальнего. Это вызвало резкую реакцию со стороны Японии. В январе 1904 года японцы без объявления войны атаковали русскую эскадру под Порт-Артуром.
Целый ряд неблагоприятных факторов (недооценка военной силы противника, внезапность первого удара со стороны Японии, растянутость русских коммуникаций, незаконченное перевооружение армии, серьезные оперативно-тактические промахи командования российских войск и т. п.) привел к поражению России в войне. В ав­густе 1905 года был подписан Портсмутский мир, по ко­торому Японии отошли от России Южный Сахалин, аренда Ляодунского полуострова, Южно-Манчжурская железная дорога.
С назначением в 1906 году на пост министра ино­странных дел А. П. Изволь­ского приоритетными для внешней политики России становятся отношения с евро­пейскими странами. Извольский провозглашал концеп­цию «равновесия». Проводить курс «равноудаленное от Лондона и Берлина ста­новилось все сложнее.
Экономическая экспансия Германии на Ближнем и Среднем Востоке затрагивала интересы как России, так и Англии. В 1907 году Россия и Англия подписали соглашение о решении спорных вопросов в Иране, Афганистане и Тибете.
В 1908 году с обострением балканского вопроса усилилось напряжение в отношениях между Россией и Австро-Венгрией. В национально-освободительной борьбе славянских и православных народов против турецкого и австрийского владычества Россия выступила их ее естественным союзником. Агрессивные устремления австрийцев против Сербии, Боснии и Герцеговины базировались на их уверенности в поддержке со стороны Германии. Аннексия Австрией Боснии и Герцеговины резко ухудшила отношения России с австро-германским блоком. Политика «равновесия», отстаиваемая И.П. Извольским, потерпела крах — логикой событий Росси оказалась «привязанной» к Антанте – Англии и Франции.
В 1910 году министром иностранных дел России стал С.Д. Сазонов. При нем была усилена поддержка освободительного движения балканских народов. Россия способствовала созданию и укреплению их национальной государственности, сдерживанию османской агрессии. При этом возрастала роль России как арбитр в балканских делах. С такой ее ролью не хотели согласиться ни Германия и Австро-Венгрия, ни Англия. Своим вмешательством во внутрибалканские дела они до предела запутывали все противоречия между странами региона. Эта запутанность влекла угрозу глобального военного конфликта, который становился неизбежным из-за бескомпромиссной позиции лидеров противоборствующих блоков — Англии и Германии.
Мир неуклонно скатывался к военной катастрофе. Прежде всего, это связывалось с нарастающей агрессивностью Германии и Австрии. В Германии не смолкали разговоры о необходимости передела мира, бешеными темпами росло вооружение: если в 1913 году, в сравнении с 1900 годом, английский военно-морской бюджет увеличился на 186%, французский — на 175%, то германский поднялся на 375%. В 1912 году военный министр Германии Фалькенгейм открыто провозгласил, что «историческая задача немецкой нации — мировое господство может быть разрешена только мечом».
Мало освещена в исторической литературе роль США в развязывании войны. Есть масса данных для предположения, что их роль была решающей. Американский капитал исподволь расчетливо предпринимал усилия для организации столкновения европейских держав — с тем, чтобы гигантски усилившись за счет военно-промышленных поставок воюющим сторонам, в нужный момент предстать перед ослабевшими конкурентами в качестве «главного распорядителя» в решении международных вопросов. При этом и Германия, и Англия, и США ждали всяческого ослабления одного из самых перспективных конкурентов — России.
В конце июля 1914 года Австрия начала военные действия против Сербии. Связанная с Сербией союзническим долгом и историческими обязательствами, Россия не могла остаться в стороне — Николай II издал указ о всеобщей мобилизации.
 
Рост российской экономики вел к заметному увеличению поступлений в госбюджет, что позволяло наращивать затраты на культуру и просвещение.
Развертывалось повсеместное строительство школ и детских учебных заведений, для чего использовались не только централизованные вложения, но и средства мести властей, общественные и частные пожертвования. Задача достижения всеобщей грамотности российского населения становилась вполне реальной.
Совершенствование образовательной системы шло Параллельно с развитием российской науки. Начало XX века было временем важных научных и технических открытий, крупных достижений в области математики, физики, мни, биологии, геологии. Россия дала миру обширную плеяду выдающихся ученых, поднявших практические и теоретические знания на качественно новый уровень: математиков П.Л. Чебышева и С.А. Чаплыгина, химиков Д.И. Менделеева, И.А. Каблукова и Н.Д. Зелинского, физиков и механиков П.Н. Лебедева, П.Н. Яблочкова, А.Н. Лодыгина, А.С. Попова, К.Э. Циол­ков­ского, Н.Е. Жуковского, биологов И.М. Сеченова, И.И. Мечникова, К.А. Ти­ми­рязева, И.В. Мичурина, А.О. Ковалевского, И.П. Павлова, геолога А.П. Карпинского.
Продолжались географические открытия. П.К. Коз­лов исследовал Центральную Азию, Тибет. Отец и сын П.П. и В.П. Семеновы провели экс­педиции на Алтай, Тянь-Шань, в Закаспий, на Урал и Приуралье, дав обширнейший материал для изучения России. Выдающимся русским путешественником являл­ся Г.Я. Седов, исследовавший Арктику и совершивший поход к Северному Полюсу.
Изменения, происходившие в социально-политиче­ской сфере, давали сильный импульс развитию обществен­ной мысли. Резко увеличилось количество трудов по экономической, философской, исторической проблематике. Они отражали весь спектр мировоззренческих взглядов, партийно-политических направлений и пристрастий, представленных либералами, марксистами, народниками, консерваторами. Плодотворно в 1900–1914 годах работали экономисты М.И. Туган-Барановский, П.Б. Струве, историки В.О. Ключевский, С.Ф. Платонов, Н.П. Павлов-Сильванский, В.И. Семев­ский, философы В.В. Розанов, братья С.Н. и Е.Н. Трубецкие, С.Л. Франк, С.Н. Булгаков, П.П. Кропоткин и др. В 1909 году заметный резонанс, в российском обществе был вызван изданием публицистического сборника «Вехи», в котором группой мыслителей были представлены статьи о российской интеллигенции и ее ответственности за революционные события 1905–1907 годов. Основными мотивами «Вех» была самокритика, («покаяние»), признание ошибок, связанных с оторванностъю радикальной и либеральной интеллигенции от народ­ной почвы, поиск морально-этических ценностей, спо­собных сблизить «мыслящий слой» с историческими традициями русского народа. Выход «Вех» обусловлен был сознанием порочности некоторых интеллигентских сте­реотипов, вылившихся в доктринерство и максимализм. «Вехи» получили крайне противоречивые оценки. Их авто­рам (Н. Бердяеву, С. Булгакову, М. Гершензону, Б. Кистяковскому, П. Струве, С. франку, А. Из­гоеву) пришлось услышать в свой адрес и голоса одобрения. Несмотря на разные оценки «Вех», они имели особое значение, поскольку стали показателем неспособности западного либерализма утвердиться на российской почве.
Широкий разброс идеологических установок сказывался на состоянии российской литературы. Разнонаправленность творческих поисков писателей и поэтов проявилась в многообразных литературных течениях. Поэтические течения — символизм, имажинизм, акмеизм, футуризм и др.— были представлены литературными группировками, основной упор делавшими на особую новизну в области форм и стиля. Модернистские по сути, эти группировки азартно соперничали за первенство « поэтическом Олимпе». В их соперничестве было много сиюминутного и преходящего, но все же они дали немало крупных имен, обогативших и украсивших русский язык С. Есенин, А. Блок, В. Маяковский, А. Ахматова, Н. Гумилев, Н. Клюев и др.

<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>