<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

вверху — внутренняя сторона ура с ко-гатана; внизу — внешняя сторона омотэ с когай

собой небольшую металлическую полос­ку-брусок, идущую поперек основания хицу для ко-гатана (кодзука хицу-ана). Ко-гатана всегда располагался на внут­ренней стороне ножен ура, а когай — на внешней стороне омотэ. В ножнах носи­ли максимум два из этих предметов.
Оправа хандати («полу-тати»). Это смешанный тип оправы. Хандати имеет головку рукояти кабуто-ганэ, наконеч­ник ножен иси-дзуки и обручи сэмэганэ подобно оправе дзиндати-дзукури, но вместо обручей аси у него было крепле­ние куриката и носили его засунутым за пояс лезвием вверх, как мечи в стиле букэ-дзукури. Гарда обычно имела четырехле-пестковую форму (аои-гата). Его носи­ли как с гражданским платьем, так и с доспехами (особенно пехотинцы — аси­гару). Ножны хандати, так же как и нож­ны мечей тати, никогда не содержат ма­леньких ножей.
Оправа сирисая, или ясумэ-дзая («ножны для отдыха»), делалась из древе­сины магнолии (хо-но-ки) и использова­лась вместо настоящей оправы для защи­ты полосы меча или вместо поврежденной оправы. Этот тип не имеет гарды и исполь­зуется для защиты как полосы меча, так и основной оправы. Когда оправа не содер-

Детали оправы сирасая
Мэкуги — крепежный штырь, проходящий
через рукоять и хвостовик меча. Сая — ножны.
Саягаки — информация о полосе меча. Хабаки — крепежная муфта. Цука — рукоять.








жит полосы меча, в нее вставляется дере­вянный или бамбуковый аналог, называе­мый цунаги. На ножнах сирасая может быть написана информация о полосе меча (саягаки).
Оправа сирасая часто делалась масте­рами после революции Мэйдзи: им не хва­тало мастерства, чтобы делать более слож­ные оправы.
Оправа сикоми-дзуэ («меч-трость»). Почти все оправы этого типа были сдела­ны после революции Мэйдзи. Клинки пря­мые и тонкие и часто плохого качества. Ножны и эфесы обычно по форме напо­минают бамбук или старые деревянные палки. Некоторые экземпляры имеют спрятанные и выскакивающие с помощью пружины гарды.
Отдельного разговора заслуживают но-дати и ниндзя-mo (синоби-гатана). Но-дати («полевой меч») представлял собой меч с клинком более 1 м и общей длиной 1,5 м, хотя некоторые экземпляры дости­гали 2 м и более. Его носили за спиной или на плече. Нодати никогда не использовал­ся всадниками; более того, пехотинцы, во­оруженные нодати, обычно имели облег­ченные доспехи, чтобы не сковывались дви­жения при ударах с большим замахом. Не­которые исследователи японского оружия определяют нодати как увеличенный тати (то есть относят к типу дзиндати-дзукури), но это неверно, так как тип оп­равы (косираэ) характеризуется способом ношения меча.
Что же касается ниндзя-mo (или, пра­вильнее, синоби-гатана), то вряд ли во всем мире найдется какое-либо другое ору­жие, окруженное таким количеством до-
Асигару с мечами нодати и ути-гатана

мыслов и нелепицы. На самом деле ни один достоверный японский источник не сооб­щает о прямом черном мече, имеющем не менее десятка хитроумных приспособле­ний, который якобы носили ниндзя (сино-би) и который можно видеть в любом гол-






Оправа сикоми-дзуэ
ливудском фильме. Таких ме­чей нет и в музеях ниндзя в Японии! Да и не мог меч сино-би столь сильно отличаться от самурай­ских мечей. Во-первых, прямой меч имеет множество недостатков в бою. Во-вторых, синоби часто внедрялись на службу к про­тивнику и состояли в числе самураев это­го клана. И если бы их вооружение чем-либо отличалось от вооружения остальных самураев, то плохо пришлось бы этим шпи­онам. В-третьих, синоби, как правило, име­ли достаточно средств, чтобы приобрести хороший меч, а хорошее оружие они лю­били ничуть не менее самураев. Если же посмотреть на способы изготовления японского меча (см. раздел «Изготовление полосы меча»), то становится ясно, что прямой меч не может быть такого же ка­чества, как слегка изогнутый. Дело в том, что естественный изгиб меча является следствием специфической японской за­калки полосы меча (яки-ирэ). Да и ноше­ние меча наискось за спиной — чрезвы­чайно неудобный способ (особенно с ру­коятью у правого плеча). Наиболее прав­доподобным объяснением представляется следующее: синоби носили такой же меч, как и самураи в данную конкретную эпо­ху, за исключением, может быть, некото­рых мелочей (более крепкая гарда, более длинный шнур сагэо и т. п.).

ОПРАВА МЕЧА
Наибольшая активность в изготовлении декоративных оправ для мечей наблюдалась в течение около 450 лет, начиная с XV в. и заканчивая третьей четвертью XIX в., ког­да по императорскому эдикту 1876 г. япон­ский меч ушел (кроме государственных служб) в прошлое. В этот период фурни­туру мечей изготовляло около 3000 извест­ных ремесленников, и они могут быть сгруппированы в более 60 школ, каждая со своим индивидуальным стилем и техниче­скими качествами.
Материалы
Самым распространенным материалом для оправ мечей, особенно самых ранних экземпляров, было железо. Среди других материалов, обычно называемых «мягки­ми металлами», выделяют следующие: гин — серебро;
суака, или акаганэ, — чистая медь;
синтю — латунь;
ямаганэ — бронза;
сякудо — сине-черный сплав меди с зо­лотом (30—70 % золота); сибуити — сплав меди с золотом и од­ной четвертой частью серебра (слово «си-бу-ити» буквально означает «одна четвертая»); по цвету близок к серебру; рогин — сплав меди с 50 — 70 % сереб­ра;
караканэ — «китайский металл», сплав меди, содержащий около 20 % олова и свинца. Вариант бронзы темно-зеленого оттенка;
сэнтоку — вариант латуни. Слово это представляет собой японское произноше­ние имени китайского императора Хсуан-тэ, в чье царствование (1426—1436 гг.) этот сплав, как говорят, был изобретен;
самбо гин — сплав меди с 33 % серебра;
сиромэ и савари — твердые белёсые спла­вы меди, темнеющие со временем.
Однако ни один из этих сплавов, как и сама медь, не обретает своей прекрасной окраски, придающей особый шарм, если сплав не протравить в специальной бане. В результате этого сякудо приобретает блес­тящий, черный как вороново крыло или фи­олетово-черный оттенок, сибуити — ши­рокий спектр оттенков от глубокого олив-ково-коричневого до бледного, напоминаю­щего окисленное серебро, сэнтоку — приятный желтый цвет, а сама медь — вели­колепный приглушенный рыжеватый тон, совершенно не похожий на резкий метал­лический блеск первоначального металла. Хотя эти цвета и не проникают глубоко, они довольно устойчивы, если их не скрести и не тереть абразивными материалами, кото­рые быстро разрушат их, и тогда обнару­жится безобразный сырой металл под ними.
Цвет чистого железа был, по-видимому, анафемой для японцев, которые все, без исключения, предпочитали, чтобы оно было обработано так, чтобы получить по­верхность цветом от красновато-каштано­вого до глубокого фиолетово-черного, ха­рактерного для гард. Некоторые гарды сде­ланы из зернистого железа мокумэ-тэцу с рельефной гравировкой, через которую просматривается зерно металла.
Цельнозолотые гарды были в моде в конце XVII — начале XVIII в., но их ис­пользование было запрещено регулирую­щим расходы эдиктом 1830 г. Попадаются неметаллические гарды и другая оправа из кожи, слоновой кости, дерева и даже кера­мики, но это исключения, которые надо рассматривать как капризы владельцев.


Техника отделки
Японские мастера, изготовлявшие фур­нитуру для мечей, применяли почти все известные способы обработки металличе­ских поверхностей. Основными из них были следующие:
перфорация (ко-сукаси) и ажурные ра­боты (дзи-сукаси);
рельефная резьба (такабори и никуаи-бори (или сисиаибори);
инкрустация (хон-дзоган); мозаика (така-дзоган);
аппликация (нуномэ); гравировка (кэбори и катакири); травление (якитэ-кусараси).
Использование этих способов в различ­ных комбинациях приводило к огромному разнообразию в оправах мечей. Отдельные детали оправы, особенно гарды, головки и муфты рукояти были столь совершенны, что многие коллекции мира состоят толь­ко из этих частей.
Однако перед тем как под­робно рассмотреть эти мето­ды, необходимо отдельно ос­тановится на способах подготовки поверх­ности. Довольно часто поверхность дета­лей оправы японского меча бывает гладкой и отполированной, но более поздние образ­цы (особенно из железа) могут иметь мель­чайший гранулированный глянец, наведен­ный путем гравировки. Общий термин иси-мэ («каменное зерно») применяется к поверхностям, отделанным регулярным высеченным узором, от мельчайшего то­чечного пунктира, полученного инстру­ментом с круглой головкой, до более от­четливой гравировки инструментом со звездообразной головкой.
Типично японская обработка поверхно­сти, известная как нанако («рыбья икра»), обычно применяется на мягких металлах и реже на железе. Она состоит в получении очень плотно расположенных мельчайших гранул; при этом каждое отдельное зерныш­ко создается ударом перфоратора с чаше­образной головкой (нанако-таганэ), на­правляемого исключительно на глаз и при­водящего при хорошей работе к поверхно­сти с абсолютно регулярными рядами, прямыми или изогнутыми, в виде совершен­ных полусфер одинакового размера и без повреждения окружающего металла.
Наиболее старыми методами украше­ния деталей оправы является, очевидно, перфорация и ажурные работы, известные как сукаси. Эти способы обработки повер­хности применялись исключительно к гар­дам — обычно железным. Такие гарды со сквозными рисунками соответственно по­лучили название сукаси-цуба. Если сквоз­ной рисунок небольшой и имеет простую геометрическую или традиционную фор­му, то он называется ко-сукаси. Сложный узор, детали которого полностью разме­щены в круге и, как правило, ограничены узким непрерывным бордюром, охватыва­ющим по периметру весь узор, называет­ся дзи-сукаси. В гардах дзи-сукаси, име­ющих вид тончайшего ажура, использует-
Слева направо: гарда, головка рукояти и муфта, украшенные в стиле нанако
ся как позитивный (ё-сукаси), так и нега­тивный (кагэ-сукаси) силуэты. Красота гард дзи-сукаси напоминает прелесть суми-э, где главный элемент компози­ции — это незакрашенные или пустые ча­сти картины. Перфорация могла разнооб­разиться несколькими линиями гравиров­ки для того, чтобы представить текстуру, оперение, листву и т. п. Затем едва замет­ными стадиями начинали мягкое закруг­ление краев силуэта и продолжали при­давать форму до тех пор, пока не будет достигнуто полное марубори («закругле­ние»). Надо особо отметить невероятно тонкий узор, сделанный пилкой, — ито-сукаси; полученные таким образом линии часто были шириной в десятые доли мил­лиметра.

Гарда, украшенная в стиле ито-сукаси
Гарда, украшенная в стиле такабори


Резьба на гардах варьировалась от очень высокого рельефа (такабори, «вы­сокая резьба») до так называемого никуаи-бори, или сисиаи-бори («видовая резьба»), при которой плоский рельеф практически утопляется ниже уровня поверхности.
В большинстве случаев для получения рельефного изображения как на железе, так и на мягком металле использовали резец (таганэ) и напильник (ясури). Именно от напильника ведут свои назва­ния два интересных вида орнамента. Это амида-ясури — тонкий радиальный узор из гравированных линий, который, как по­лагают, напоминает ореол Амида Будды, и сигурэ-ясури — узор из тонких гравиро­ванных линий, параллельных или под не­большим углом к отверстию хвостовика, похожий, по мнению специалистов, на сильный дождь, или, по-японски, сигурэ. Но помимо этих инструментов применялся также и процесс вытравливания кислотой, получивший название якитэ-кусараси.
Инкрустация хон-дзоган состоит в вы­резании в металле-грунте маленьких вы­емок требуемой формы и впрессовывании в них молотком кусков другого металла. Эти кусочки укрепляются на местах путем под­


резания краев углубления, в которое они вставляются, или их впаивают или вковывают. Поверхность получается плоская. Если же поверхность выпуклая, то это называется мозаикой така-дзоган. Того же эффекта можно достичь путем построения рельеф­ной поверхности из одного металла, кото­рую затем выкладывают пластинками из другого металла. Как при мозаике, так и при инкрустации, когда используется несколь­ко разных металлов и сплавов, японцы упот­ребляют термин ироэ («картина в красках»).
Метод аппликации (наложения) нуно-мэ, применяемый почти исключительно к железным оправам, заключается в надре­зании и перекрестной штриховке поверх­ности так, чтобы более мягкий металл при­стал к поверхности при выбивании молот­ком определенного узора. Этот процесс также называется насечением орнамента.
Существуют и разные причудливые раз­новидности инкрустации: гомоку-дзоган («инкрустация мусором»), при которой же­лезная гарда покрывается коротенькими обрывками тонкой проволоки (латунной, медной, реже серебряной), выкладываю­щейся нерегулярными группами и укреп-

Гарда, украшенная в стиле нуномэ Гарда, украшенная в стиле гама-хада



ляемой спайкой, и все, нако­нец, полируется пока не ста­нет плоским. Получившиеся узоры напоминают обломки веточек и со­сновые иглы, плавающие в горных озерах. Другая разновидность называется мукадэ-дзоган («инкрустация-многоножка»). При ней проволока (обычно железная), следуя очертаниям гарды, удерживается много­численными мелкими скобками из желез­ной или медной проволоки, закрепленны­ми в железном грунте.
Заслуживают также внимания появивши­еся в XVII и XVIII вв. два новых процесса. На некоторых железных гардах можно видеть инкрустацию из сиромэ или савари, вплав­ляемых в специальные пустоты; затем все это полируется. Термин гама-хада («жабья кожа») применяется к железным гардам и другим оправам, которые после инкрустиро­вания маленькими кусочками серебра под­вергались такому нагреванию, чтобы сереб­ро превратилось в маленькие шарики.
Разница между гравировкой и чеканкой состоит в том, что в первом случае металл убирается с поверхности, а во втором слу­чае нет. Чеканка характерна тем, что края линии слегка приподняты, так как резец сместил металл; ее находят только на же­лезе и обычно ее применяли только ору­жейники. На оправах же ее не находят. Большая часть гравировки (кэбори) на оправах японских мечей принадлежит к виду, известному как катакири («срезание к одной стороне») в уподобление работе кистью. Надо заметить, что в отличие от линий обычной гравировки кэбори, V-об-разная ложбинка у катакири имеет одну из сторон отвесную, а другую очень поло­гую, причем ширина варьируется в соот­ветствии с глубиной ложбины.
Существовали также составные стили мокумэ и гури. Первое из этих слов, поми­мо того, что оно описывает зернистое же­лезо (мокумэ-тэцу), применяется также в отношении процесса, при котором листы различных медных сплавов, а также сереб­ряных и иногда золотых, спаиваются вмес­те в единый лист, который затем складыва­ется, сминается или вдавливается подобно тому, как это происходит с геологически­ми пластами. Получившаяся неровная по­верхность после того, как ее сгладят напиль­ником и нужным образом «протравят», представляет собой материал, который можно сравнить с древесным зерном (это и означает слово мокумэ) или с мраморной бумагой. Иногда мокумэ используется только как поверхностный слой на медном основании, но некоторые экземпляры цели­ком состоят из мокумэ. При гури верхние листы металлов и сплавов сохраняют плос­кими, а обработка состоит просто в высече­нии четкого орнамента в виде завитков в глубоких V-образньгх желобках, скаты ко­торых после травления представляют взо­ру патину различных цветов.

Детали
Ножны (сая) меча делаются обычно из хо-но-ки (магнолии) и состоят из двух по­ловинок. В сечении они почти всегда име­ют форму удлиненного овала такой же формы и размера, как и сэппа (шайбы), находящиеся рядом с ними, и остаются одинаковыми на протяжении всей длины. Хорошая полоса меча, не используемая в данный момент, хранилась в ножнах-хра-нилище из простого белого дерева с такой же рукоятью без гарды (сирасая, см. раз­дел «Типы мечей»). Настоящие ножны для меча, как правило, были покрыты очень прочным лаком. У дайсё — пары мечей, носившихся самураями, — этот лак обыч­но спокойных тонов, как правило, черный, и все остальные украшения выдержаны в том же спокойном стиле. Яркие броские цвета предпочитались щеголями, а ярко-красный лак, ввозимый из Китая, был на мечах, носившихся самураями из провин­ций Сацума и Хюга, которые славились отвагой и большой горячностью.
Поверхность, на которую накладыва­ется лак, либо простая гладкая, либо на

отлакирована также, как и все ножны. По форме, мате-

ней могут быть широкие или узкие бороз­дки, идущие диагонально или поперечно. Сама лакируемая основа может быть как зернистой, так и хорошо отшлифованной, одноцветной или украшенной насидзи (зо­лотой пылью), гури-бори или в других стилях, или даже полосатой двухцветной. Довольно часто также встречается лаки­ровка типа рыбы ската (самэ-нури). Эти основы могут далее получать любую фор­му украшения, но для дайсё изощренный маки-э (свободный узор) не соответству­ет японскому вкусу. Однако в отношении кинжалов мастер мог допустить свобод­ный полет фантазии, и здесь часто встре­чаются инкрустированные металлические орнаменты (канамоно).
Следующие шесть частей ножен мечей, оправленных в стиле букэ-дзукури, могли иметь особые детали украшений:
кольцо, охватывающее вход в ножны — кои-гути («рот карпа») или кутиганэ, если оно металлическое; >урагавара — укрепляющий брусок, иду­щий поперек основания прорези для ко-гатана;
облицовка прорезей для ко-гатана и когай. Обычно бывает из полированно­го черного лака, полированного нату­рального рога, либо из мягкой буйволо­вой кожи;
куриката («форма каштана») — выступ с прорезью, расположенный на расстоя­нии одной шестой длинны меча ниже кои-гути на стороне омотэ, через кото­рый проходит шнур сагэо; > сори-цуно («возвращающий рог»), или ориганэ, — маленький крючкообразный выступ еще ниже на той же стороне, на­правленный в сторону эфеса. Он служит для того, чтобы не дать ножнам высколь­знуть вперед из-за пояса. Встречается до­вольно редко и обычно на вакидзаси, но его присутствие часто говорит о хорошем клинке;
кодзири — наконечник ножен. Его час­то не бывает, особенно у вакидзаси, и оконечность ножен просто закруглена и
риалу и украшению он очень часто соответствует касира.
Все эти детали (за исключением обли­цовки прорезей для ко-гатана и когай) обычно металлические, более или менее одинаково украшенные. Но в неброских оп­равах они могут быть из полированного черного рога простейшей формы и наи­меньшего размера, необходимого для их предназначения.
Ножны нелакированные, а просто поли­рованные или украшенные резьбой, иног­да с соответствующей рукоятью, часто ук­рашенные инкрустацией из слоновой кос­ти и жемчуга, как считается, предпочита­лись теми, кто, не имея ранга самурая, носил лишь один короткий меч. Такими людьми были священники, врачи, горожа­не и деревенские старосты. Находят и мно­гие другие виды украшения как эфеса, так и ножен, особенно у более короткого ору­жия: например, сплошное покрытие деко­рированным металлом, кожа различных цветов и зернистости или парча, утоплен­ная под прозрачным лаком.
Сагэо — это плоский шелковый шнур, пропущенный сквозь курикату (см. выше), которым меч привязывался к поясу. Длина сагэо была от 60 до 150 см в зависимости от размера оружия, и его можно было снять перед боем и использовать как тасуки для подвязывания длинных рукавов гражданс­кого костюма, чтобы дать свободу движе­ниям рук. Сагэо использовали и для связы­вания плененного врага. Цвет сагэо соот­ветствует цвету ножен. Если последние в хорошем японском вкусе, неброские и стро­гие, такой же будет и сагэо. У ярких и пёс­трых оправ сагэо соответствующий.
Рукоять (цука) всегда делалась из двух склеенных вместе половинок дерева, пред­почтительно хо-но-ки (магнолии). Между ними оставалось отверстие для хвостови­ка (накаго), называемое цука-гути. Дере­во обычно покрывалось единым куском бе-


лого самэ — узловатой кожи ската. Шов шел по центру стороны ура, и обычно ку­сок подбирался так, чтобы центральный ряд из трех или четырех большего раз­мера узелков оказался сверху стороны омотэ.
Сверху накладывалась обмотка цука-ито («нить эфеса»), состоящая из полос­ки крепкой плоской шелковой (реже ко­жаной или хлопковой) ленты ути-химо шириной до 0,6 см. Довольно редко вмес­то плоской ленты встречается шнур, об­мотанный рядами. Как правило, цука-ито была черной, изредка мягкого коричнево­го, темно-синего или зеленого цвета. Иногда даймё использовали катаны с белой обмоткой; это было также чертой определенного типа тати. Изредка нахо­дят кожаный шнур и китовый ус. Центр ленты помещали вплотную к муфте руко­яти фути на стороне омотэ, а два конца оборачивали вокруг рукояти соответ­ственно справа и слева и на одинаковых расстояниях дважды перекручивали. В ре­зультате самэ оказывалась полностью закрытой, кроме ряда ромбовидных про­межутков на обоих сторонах рукояти. После того, как ленту пропускали через стороны головки рукояти касира, ее за­крепляли на обеих сторонах рукояти плос­ким компактным узлом. Немного ниже центра рукояти на стороне омотэ и не­много выше него на стороне ура обмотка частично закрывала и крепила на месте два украшения мэнуки.
Существовало много исключений из этого обычного цука-маки (метода обмот­ки рукояти). Например, на мечах, которые носили даймё при официальной одежде, на­зываемой камисимо, при дворе сёгуна в пе­риод Эдо, черная шелковая обмотка пере­крещивалась поверх касира, вместо того, чтобы проходить внутри; касира в этом случае была из простого черного рога. Этот стиль известен как маки-какэ-но-касира, а меч с такой обмоткой назывался камисимо-дзаси.
У определенных придворных мечей, так же как и у большинства коротких ме­чей и кинжалов, рукоять из кожи ската ос­тавалась необмотанной. В таких случаях касира и оба мэнуки приходилось крепить клеем, скрытыми булавками, декоратив­ными кнопками или другим подходящим способом. Этот стиль называется ханаси-мэнуки (свободный мэнуки). Существует также много форм необмотанного эфеса, большей частью у кинжалов, рукоять




Закрепление шнура цука-ито на касира

Накаго-ана
Мими
Когай хицу-ана
Удэнуки-ана
Кодзука хицу-ана
Сэкиганэ

которых покрыта полированным или рез­ным деревом, лаком, ротанговой пальмой или металлом. Обычно, если на рукояти отсутствовала кожа ската, боковые стыки между половинками рукояти закрывались полосками металла, называемыми кэнуки-канамоно.
По форме рукоять состоит из узкой эл­липтической секции и обычно совсем слег­ка утончается с обоих концов к середине. У кинжалов с необмотанной рукоятью сто­рона омотэ может иметь косой срез на рас­стоянии 2,5 см от касира. В том случае, когда кинжал носят на груди в одежде (квайкэн), эта особенность дает человеку возможность тут же почувствовать, с ка­кой стороны находится лезвие.
Гарда (цуба) обычно имеет форму дис­ка. Исключение составляют только гарды древних мечей, которые имеют форму не­большой крестовины и называются сито-ги (по форме напоминающие жертвенный рисовый пирог Синто, откуда и пошло на­звание). Такие гарды встречаются также на некоторых парадных типах тати. Попа­даются чашевидные гарды, но довольно редко.
Детали гарды (цуба)
Гарды бывают различных форм и раз­меров, хотя наиболее распространены круглые или овальные с диаметром от 6 до 9 см.


Гарды почти всегда сделаны из металла, хотя на парадных мечах они могут быть из лаки­рованной кожи, кожи, натянутой на дерево, или из папье-маше. Вплоть до XVI в.

Детали гарды (цуба)
Хира («плоское тело») — часть гарды меж­ду мими и сэппадаи.
Мими — ободок. Различные формы мими см. ниже.
Сэппадаи («позиция для шайб») — место для шайб сэппа. Овальная часть гарды вокруг отверстия для хвостовика. К этому месту прилегают две шайбы (сэппа) между гар­дой и клинком и гардой и рукоятью. Когда гарда находится на мече, сэппадаи полно­стью скрыта от глаз. Обычно совершенно непримечательная, за исключением под­писи, она часто представляет собой слег­ка выпуклый правильный овал.
Накаго-ана — отверстие для хвостовика. Отверстие в центре гарды, через кото­рое проходит хвостовик полосы меча.
Удэнуки-ана — отверстия для темляка. На некоторых гардах бывает два отверстия различного размера. К ним крепился темляк.
Сэкиганэ — заполнитель. Металлический заполнитель, используемый для того, чтобы подгонять размер отверстия для хвостовика к конкретной полосе меча и обеспечивать его фиксацию. Эти отвер­стия встречаются на железных гардах и говорят о том, что это ранняя гарда. За­полнитель используется и в рё-хицу.
Когай хицу-ана — отверстие для когай. Это отверстие часто бывает в форме поло­вины четырехлепесткового цветка.
Кодзука хицу-ана — отверстие для кодзу-ки. Это отверстие, расположенное на­против когай хицу-ана, предназначено для рукояти ко-гатана. Отверстие час­то имеет форму половины луны. Вмес­те когай хицу-ана и кодзука хицу-ана называются рё-хицу.
Четырехлепестковая Круглая
(аоигата)
Закругленная (трапециевидная)
Крестообразная



гарды цуба обычно делались из железа. Простые по дизай­ну, они служили чисто утили­тарной цели — защите руки. Позднее, по мере развития металлургии, цуба стала также произведением искусства. Украше­ния гарды достигают своего расцвета в мир­ный период Эдо. Для их украшения нача­ли использоваться такие металлы, как зо­лото, серебро, медь с различной краснова­той патиной, а также сплавы меди: сякудо, сибуити, самбо гин, рогин, караканэ, ни-гуромэ, сэнтоку и чистая латунь синтю (подробнее описание этих сплавов см. выше). Применение различных химичес­ких соединений позволяло придавать им са­мые разные цвета. К ним надо добавить ин­тересные контрастные комбинации двух или более сплавов разного цвета.
Отличительной чертой, присущей рос­кошному веку третьего сёгуна Токугавы Иэмицу (1623—1651 гг.), были гарды и дру­гая фурнитура меча из цельного золота. Они использовались даймё и более состо­ятельными хэймин вплоть до издания эдик­та против такой экстравагантности в 1830 г. Эдикт часто обходили, покрывая золото черным лаком. Определенные гарды окай­млялись ободком из серебра, сякудо, или другого мягкого металла, и в относитель­но недавних образцах можно нередко встретиться с тем, что стороны омотэ (бли­же к рукояти) и ура (ближе к клинку) гар­ды сделаны из различных металлов и спла­вов. В таких случаях сторона омотэ обыч­но более украшена, чем сторона ура.
Плоские гарды почти всегда имеют ук­рашения на обеих сторонах, хотя мими ча-
Основные формы гарды цуба

Гарда ситоги-цуба
Формы ободка гарды мими


сто остается неукрашенным. Чашевидные гарды, как правило, имеют украшение только на выпуклой поверхности. Узор рас­полагается так, чтобы он был хорошо ви­ден при ношении меча. Таким образом, мечи в стилях букэ-дзукури и дзиндати-дзукури будут иметь обратное направле­ние узора относительно узкой части нака-го-ана. Если узор на обеих сторонах гар­ды неодинаковый, то наиболее важная его часть будет располагаться с внешней сто­роны от рукояти.
Подпись, если она имеется, почти все­гда находится на сэппадаи на стороне омо-тэ и только изредка на стороне ура. Изго­товители гард стали ставить подпись на своей работе только начиная с XVI в.
Муфта рукояти (фути) и головка ру­кояти (касира). Эти две детали оправы, как правило, рассматриваются вместе, так как они обычно одинаково оформляются и де­лаются одним мастером.
Функция фути (муфты рукояти) и ка-сира (головки рукояти) состоит в укреп­лении рукояти с обоих концов. Термин «ка-сира» (букв. «голова») — это сокращение от первоначального названия «цука-гаси-ра» (голова рукояти), а фути — общий термин для обозначения границы. Обе вещи вместе обычно называются фути-касира.
Фути, как правило, состоит из плоской металлической ленты-кольца шириной до 1,3 см, которая охватывает рукоять рядом с гардой и которую легко снять. У основа­ния фути имеется овальная пластина, на­зываемая тэндзё-ганэ («потолочный ме­талл»), как правило медная, с отверстием для хвостовика меча.
Касира представляет собой небольшую чашечку обычно с приплюснутым дном, хотя также часто встречаются касира с совершен­но круглым дном. На фути основная часть узора расположена на стороне омотэ. На касира узор расположен на торце рукояти, чтобы он был виден при ношении меча.
С каждой стороны касира имеется овальная прорезь — ситодомэ-ана, снаб­


женная убираемой петелькой-проушиной — ситодомэ («глазок овсянки») из позоло­ченной меди, как раз такого размера, что­бы прошел шнур рукояти. На эфесе с об­моткой рукояти касира больше никак не крепится. Однако на рукояти без обмотки она обычно закреплена не только клеем, но и двумя булавками с листообразными головками, достаточно большими, чтобы скрыть ситодомэ-ана (петелька с которой убрана).
Фути подписывается на стороне омо-тэ внешней поверхности тэндзё-ганэ и иногда на видимой части. На касира под­пись, в тех редких случаях, когда она есть, находится на маленькой металлической пластине, припаянной изнутри или снару­жи. Так же она расположена и у мэнуки.

Варианты оформления головки рукояти (касира) и муфты (фути)
Мэнуки — это пара маленьких орна­ментов из декорированного металла, нахо­дящихся по обе стороны рукояти. Они слу­жат не только украшением, но и для более



Варианты мэнуки
плотного охвата рукояти. Вероятно, они ведут свое происхождение от декорирован­ных шляпок крепежных штырей на древ­них мечах. Вместе с когай и ко-гатана (кодзука) они могут составлять единый комплект, называемый митокоро-моно («три места вещи»). Единый стиль может распространяться до полного комплекта металлических деталей для меча — сорои-моно («единообразная вещь») или пары ме­чей — дайсё-сороимоно. Митокоро-моно или сороимоно работы известного масте­ра по металлу — предпочтительно одного из Гото — было любимым подарком у дай-мё и других высокопоставленных лиц в торжественных случаях.
Мэкуги — это крепежный штырь, ко­торый проходит через рукоять и хвостовик меча и не дает полосе меча выпасть из ру­кояти. Обычно он делается из бамбука, но нередко и из темного рога (очень редко из слоновой кости). При обмотанной рукоя­ти слегка сужающийся мэкуги входит на стороне ура в центре одного из открытых ромбиков самэ так, что на стороне омотэ его более узкий конец скрыт обмоткой. Но из этого правила есть исключения. В не-обмотанных рукоятях кинжалов мэкуги может проходить сквозь проушину из ме­талла или слоновой кости или сквозь ме­таллическую ленту — до-ганэ («металл тела»), охватывающую рукоять.
Металлический мэкуги — это порази­тельная черта большинства необмотанных рукоятей. Он состоит из толстой медной трубки с декоративной шляпкой, часто се­ребряной, в которую вдевается или ввин­чивается с другой стороны медный штырь с такой же шляпкой. Резьба на винтах ча­сто левосторонняя, и при демонтаже та­кого оружия надо быть крайне осторож­ным.
Шайбы (сэппа) — это пара овальных металлических шайб, охватывающих хво­стовик с обеих сторон гарды. Они почти всегда сделаны из меди, простой, позо­лоченной, посеребренной или покрытой золотой или серебряной фольгой. Види­мые поверхности могут быть полирован­ными или покрыты легкими штрихами. Их края обычно фрезерованные или украше­ны отверстиями. У некоторых мечей их бывает две или три пары, а у тати допол­нительно к этим обычным сэппа часто встречается еще значительно большая пара, называемая о-сэппа (большие шай­бы). Они покрывают большую часть гар­ды и бывают украшены гравировкой, при­чем основу узора часто составляет изящ­ный Мальтийский крест. Говорят, что сэп­па начали применяться в XII в. Их назна­чение — предохранять фути (см. выше) и гарду от повреждений и придавать все­му законченный вид.
Муфта (хабаки). Несмотря на то что с художественной стороны хабаки наиме­нее значительна, она абсолютно необхо­дима, и её находят на всех японских ме­чах, кинжалах и копьях. Эта толстая ме­таллическая муфта, внутренняя сторона которой плотно прилегает к последним двум-трем сантиметрам клинка и первым двум-трем сантиметрам хвостовика (нака-го) (примерные цифры для оружия сред­ней величины), имеет несколько функций. Во-первых, она плотно удерживает меч в ножнах, исключая трение клинка и осо­бенно закаленной части клинка о внутрен­нюю поверхность ножен. Во-вторых, она в какой-то мере предохраняет клинок от появления ржавчины в этом опасном мес­те, поэтому часть полосы меча под хаба-ки должна быть слегка смазана маслом. Но самая важная её функция состоит в том, что она переносит отдачу от удара через гарду на всю рукоять, а не на срав­нительно слабый сдерживающий колышек мэкуги из бамбука или рога.
Хабаки обычно сделана из меди, посе­ребренной или позолоченной, или же по­крыта фольгой из золота, серебра или сплава сякудо. Поверхность либо полиро­ванная, либо покрыта косыми штрихами, которые называются нэко-гаки («скребет кошка»). Если присутствует тонкое фоль­говое покрытие, оно может быть вделано в эти нэко-гаки или же украшено штам­пованным узором. Изредка также встре­чаются хабаки из железа, драгоценных металлов или даже из слоновой кости или дерева, но только на мечах, оправленных не для серьезного использования. Если полоса меча тоньше средней и, таким об­разом, требует хабаки дополнительной толщины, то может использоваться нид-зю-хабаки — двойная хабаки. Это про­


сто обыкновенных размеров хабаки, усиленная отдель­ным, но аккуратно подогнан­ным куском, который добавляет две «щеки», чтобы усилить нижнюю часть (со­седнюю с гардой). По хабаки часто мож­но оценить качество клинка. Нидзю-хаба-ки и особенно хабаки, украшенные фа­мильным гербом мон, обычно принадле­жат хорошим мечам.

ТЕРМИНОЛОГИЯ ПОЛОСЫ МЕЧА

Полоса меча, кинжала или любого дру­гого клинкового оружия состоит из клин­ка и хвостовика.
Острие (кисаки) — это наиболее слож­ная для ковки и полировки часть меча. Цен­ность меча в значительной степени опре­деляется состоянием кисаки. Линия закал­ки на острие (боси) может быть неодина­ковой с разных сторон клинка.
Существует великое множество типов линии закалки на острие (так же, как и на самом клинке). Здесь приведены только ос­новные.
Ребро клинка (синоги) отсутствует на клинках хира-дзукури. Существует двух типов:
выступающее (синоги-такаси). Толщи­на клинка между ребрами жесткости зна­чительно больше, чем у обуха;
ровное (синоги-хикуси).
Плоскость между ребром и обухом клин­ка (синоги-дзи) бывает широкой и узкой.
Дол (хи) первоначально делали для уве­личения прочности клинка и для уменьше­ния его веса. Позднее его стали рассмат­ривать как украшение. Иногда дол делали для того, чтобы восстановить баланс уко­роченного меча или чтобы скрыть изъяны клинка (такие долы, добавленные позже,

Накаго
Коми
Полоса меча
Кисаки Фукура Боси
Ко-синоги Ёкотэ Мицу-кадо Саки-хаба Ха
Якиба Моноути Хамон Дзи
Дзихада Синоги Синоги-дзи Мунэ Сори
Хатараки Нагаса
Ха-мати Мунэ-мати Хабаки-мото Мото-хаба
Накаго-дзири
Терминология полосы меча
Мэкуги-ана

Мэи
Ясури-мэ


Полоса меча
Коми, или ми, — клинок. Накаго — хвостовик. Тосин — полоса меча.
Терминология полосы меча
Боси — линия закалки на острие. Ёкотэ — линия, разделяющая остриё и кли­нок.
Дзи (или хира-дзи) — плоскость между лез­вием и синоги (ее ширина называется нику).
Дзихада — поверхностный узор хада. Дзи-цуя — более темная (по сравнению с
ха-цуя) часть клинка (остальной клинок,
кроме закаленной части). Касанэ — толщина клинка, измеряемая по
обуху; бывает мото-касаиэ и саки-ка-
санэ.
Кисаки — острие (иногда под этим терми­ном понимают всю область от ёкотэ до самого кончика клинка).
Ко-синоги — ребро клинка на острие.
Мидзукагэ — нечеткая линия на плоскости дзи, обычно возникающая при повторной закалке клинка.
Михаба — ширина клинка; бывает мото-хаба и саки-хаба.
Мицу-кадо — точка, где встречаются ёко-тэ, синоги и ко-синоги.
Моноути — часть лезвия, которой наносит­ся большинство ударов, представляет собой часть клинка длиной около 15 см, расположенную на расстоянии около 10 см ниже ёкотэ (данные для длинного меча, у коротких мечей и кинжалов она пропорционально уменьшена).
Мото-касанэ — толщина клинка у мунэ-мати.
Мото-хаба — ширина клинка между ха-
мати и мунэ-мати. Мунэ — обух клинка.
Мунэ-мати — небольшой срез, отделяю­щий хвостовик от клинка на стороне обу­ха, край мунэ.
Мунэ-саки — название обуха возле острия; Мэи — надписи (на накаго и др.). Мэкуги-ана — отверстия в накаго для мэ-нуки.
Нагаса — длина клинка (измеряется меж­ду мунэ-мати и острием).
Накаго-дзири — оконечность накаго.
Сабигива — граница между хабаки-мото и ясури-мэ.
Саки-касанэ — толщина клинка у ёкотэ.
Саки-хаба — ширина клинка у ёкотэ.
Синоги — ребро клинка.
Синоги-дзи — плоскость клинка между си­ноги и мунэ.
Сори — кривизна клинка.
Сугата — форма клинка.
Фукура — форма лезвия у кисаки.
Ха (или ха-саки) — лезвие.
Хабаки-мото — часть полосы меча, кото­рая находится под муфтой хабаки.
Хада — слоистость стали; результат скла­дывания стали в процессе ковки.
Ха-мати — небольшой срез, отделяющий хвостовик от клинка на стороне лезвия, край ха,
Хамон — линия якиба.
Хатараки — «активности», выработки на поверхности металла (ниои, ниэ и др.).
Ха-цуя — более светлая часть клинка по сравнению с дзи-цуя; практически то же, что якиба.
Хи — дол.
Хоримоно — гравировка на клинке. Якиба — закаленная часть клинка. Якихаба — ширина якиба. Ясури-мэ — насечки на хвостовике.
Типы острия меча (кисаки) и линии закалки (боси) классифицируются:
по форме лезвия:
фукура-карэру — прямое; фукура-цуку — изогнутое; по размеру:
ко-кисаки — маленькое острие. Характер­но для тати периода Хэйан и начала пе­риода Камакура;
тю-кисаки — среднее. Широ­ко распространенный тип для всех мечей, начиная при­мерно с 1232 г.;
о-кисаки — длинное;
икари-о-кисаки — длинное и изогнутое;
по линии закалки (боси):
ко-мару — слабое закругление;
о-мару — сильное закругление. Ширина за­каленной части уже, чем в ко-мару;
дзидзо — в форме головы божества Дзидзо;
яки-дзумэ — невозвращающаяся. Как пра­вило, линия закалки доходит до острия и поворачивает назад к хвостовику. В дан­ном случае возврат (каэри) отсутствует;
мидарэ-коми — волнистая;
каэн — огненная;
Дзидзо
ити-маи — полная. Все острие закалено; каэри-цуёси — прямая линия возврата; каэри-фукаси — длинный возврат; каэри-асаси — короткий возврат.
Яки-дзумэ
Фукура-карэру
Мидарэ-коми
Фукура-цуку
Каэн
Икари-о-кисаки
Ити-маи
О-кисаки
Каэри-фукаси
^Е=Е
Каэри-цуёси
Тю-кисаки

Ко-кисаки
Каэри-ясаси
Типы острия меча (кисаки) и линии закалки (боси)
О-мару
Ко-мару

7 Зак. 222
161
Различные виды ребра клинка
Варианты плоскости синоги-дзи


называются ато-би). Встреча­ется 8 типов долов, из которых коси-хи, томабаси, сёбу-хи, куитигаи-хи и нагината-хи — на корот­ких мечах.
Кроме того, существует 4 формы дола у хвостовика, из которых каки-тоси и каки-нагаси обычно находят на полосах мечей, сделанных кузнецами периода ста­рого меча (кото).
Дол может пересекать ёкотэ (тип хи-саки-агари) и останавливаться немного не доходя до ёкотэ (тип хисаки-сагари).
Плоскость синоги-дзи, не вырезанная долом, называется тири. Дол может иметь тири с обеих сторон (тип рё-тири) или только с одной стороны (тип ката-тири).
Каку-домэ
Коси-хи
Хисаки-агари
Куитигаи-хи
Гомабаси


Хисаки-сагари


Рё-тири


Ката-тири
Нагината-хи
Типы долов на полосе меча


Хатараки — линии, точки, пятна на поверхности металла

Слева направо — ниои и ниэ


Типы долов на полосе меча
Бо-хи — широкий дол. Бо-хи-ни-цурэ-хи — широкий и узкий дол. Гомабаси — два коротких дола. Каки-нагаси — идущий до половины хвос­товика.
Каки-тоси — проходящий по всему хвос­товику.
Каку-домэ — прямоугольный конец.
Коси-хи — короткий дол.
Куитигаи-хи — двойной нерегулярный дол, соединяющийся в конце.
Нагината-хи — короткий широкий дол; ха­рактерен для нагината, но встречается и на мечах.
Сёбу-хи — двойной дол, соединяющийся в конце.
Футасудзи-хи — два узких дола. Мару-домэ — округлый конец.

Хатараки
Дзи-ниэ — пятна ниэ в дзи.
Кинсудзи, инадзума и сунагаси — полос­ки ниже и выше линии хамон.
Ко-ниэ — маленькие точки ниэ над хамон.
Утинокэ — «активность» в форме полуме­сяца.
Гравировка (хоримоно).
На клинках японских мечей встречаются различные типы гравировки. Наиболее частые сюжеты: па­лочки для еды (гома-хаси), ритуальный меч кэн, дракон (курикара) и надписи ки­тайскими или японскими иероглифами (бондзи).
Выработки на поверхности металла (хатараки). Хатараки — это различно­го вида линии, полоски, точки и пятна на плоскости дзи, обычно около линии закал­ки хамон, появляющиеся в результате об­работки стали. Собственно хамон (линия, отделяющая закаленную и незакаленную части клинка) представляет собой узкую дымчато-белую линию, которая состоит из смеси мелкозернистых мартенсита и трос-тита (ниои), образующихся при медленном охлаждении стали. Поэтому хамон иног­да называют ниои-гути. Для того чтобы разглядеть ниои, нужно держать хорошо отполированный меч под углом 20—30° по отношению к источнику света и смотреть по направлению света на расстоянии око­ло 20 см от клинка. Некоторые мечи име­ют достаточно крупнозернистые мартенси­ты на линии закалки. Они называются ниэ.
Ниэ имеют различные названия в зави­симости от того, где и как они проявляют­ся. Для того чтобы «активности» были хо­рошо видны, требуется соответствующая полировка. Их наличие обычно указывает на хорошего качества полосу меча. Хата-раки, как правило, не наблюдаются в мас­совых мечах гунто времен Второй миро­вой войны, закаленных в масле.
На некоторых клинках можно наблюдать аси (буквально «ноги»). Это тонкие секто­ры «мягкой» стали, идущие от хамон к лез­вию. Уцури — белесый эффект, иногда встречающийся на плоскости дзи. Он мо­жет иметь вид прямой линии (бо-уцури), быть зигзагообразным (мидарэ-уцури) и пр. Тоби-яки — островки закаленного метал­ла, встречающиеся на плоскости дзи и ха­рактерные для клинков с закалкой хитацу-ра (см. ниже).

7*
163


Закаленная часть клинка
(якиба). Якиба — это наибо­лее твердая часть клинка, ко­торая становится белой при искусной по­лировке. Для многих полос мечей синто характерно сужение якиба и выпрямление ее очертаний по направлению к рукояти (якидаси).
Линии закалки можно условно разделить на два основных типа: прямая линия — об­разцы ито-сугуха, тю-сугуха, хиро-су­гуха, сугуха-аси-ири, сугуха-гяку-аси-ири, сугуха-тёдзи-аси-ири, сугуха-гуно-мэ-аси-ири, сугуха-хоцурэ и их комбина­ции — и волнистая линия — образцы гуномэ (регулярная и нерегулярная; гуно­мэ — зигзагообразная линия); нокогири-ба, санбон-суги; тёдзи, дзука-тёдзи, ка-вадзу-тёдзи, гяку-тёдзи, о-тёдзи, ко-тёдзи (тёдзи — «цветы клеверного де­рева», имеющие форму гриба); нотарэ.

мими-гата, яхадзу, хако-мидарэ, доран, сударэ-ба, кику-суи, хитацура, гуномэ (смешанные) и их комбинации. Практи­чески невозможно проиллюстрировать все типы, особенно хитацура (закалка по всей поверхности клинка), который при­нимает различные формы на разных ме­чах. Для описания волнистых линий ис­пользуется также термин о-мидари («бур­ное море»). Ниже перечислены наиболее часто встречающиеся типы. Образцы, по­меченные звездочкой, находят только на мечах синсинто.
Кузнецы в разные времена и в разных местах использовали эти формы якиба в различных комбинациях. Но ни один из вы­шеперечисленных типов не использовал­ся исключительно каким-то одним кузне­цом или школой. Это особенно верно для периода Эдо, для которого характерно большое разнообразие форм якиба.

Хиро-сугуха



Я I/mi
Сугуха-тёдзи- Сугуха-
аси-ири гуномэ
Сугуха- Сугуха-гяку- Кавадзу-тёдзи Гяку-тёдзи
аси-ири аси-ири
Санбон-суги Мими-гата Кику-суи
Формы закаленной части клинка якиба
Хитацура

Формы закаленной части клинка (якиба)
и нерегулярная зиг-
Мунэ- Мунэ- Мицу- Мару- Хира-
хикуси такаси мунэ мунэ мунэ
Гуномэ — регулярная
загообразная. Гяку-тёдзи — косые тёдзи. Дзука-тёдзи — двойные цветы клевера.
* Доран — валообразная.
«цветы
Ито-сугуха, или хосо-сугуха, — узкая пря­мая.
Кавадзу-тёдзи — крючкообразные
клевера». Ко-тёдзи — маленькие тёдзи.
с треххо-
* Кику-суи — хризантема и река. Мими-гата — в форме уха. Нокогири-ба — пилообразная. Нотарэ — волнение. О-тёдзи — большие тёдзи. Санбон-суги — зигзагообразная
довым шагом.
Сугуха-аси-ири — прямая с вертикальны­ми выемками.
Сугуха-гуномэ-аси-ири — прямая с выем­ками в форме гуномэ.
Сугуха-гяку-аси-ири — прямая с косыми выемками.
Сугуха-тёдзи-аси-ири — прямая с выемка­ми в форме тёдзи. Сугуха-хоцурэ — блуждающая прямая.
* Сударэ-ба — бамбук.
Тёдзи — цветы клевера, грибообразная. Тю-сугуха — средняя прямая. Хако-мидарэ — коробкообразная.
* Хиро-сугуха — широкая прямая. Хитацура — по всей поверхности клинка. Яхадзу — ласточкин хвост.

Типы обуха клинка (мунэ)
Мару-мунэ, или со-но-мунэ, — круглый мунэ.
Мицу-мунэ, или син-но-мунэ, — обух с двой­ным ребром.
Мунэ-такаси, или гё-но-мунэ, — высокий мунэ
Мунэ-хикуси, или ихори-мунэ, — низкий мунэ.
Хира-мунэ, или каку-мунэ, — плоский мунэ.


Обух клинка (мунэ). Суще­ствовало 5 типов обуха мунэ, из которых наиболее распро­страненными являлись мунэ-хикуси и мунэ-такаси.
Они имеют одно ребро на обухе клин­ка, называемое иори. Мицу-мунэ имеет два таких ребра. Наклонная часть обуха от реб­ра к плоскости клинка называется ороси и бывает крутой и пологой.
Кривизна клинка (сори) — это максималь­ное расстояние от обуха до гипотетической прямой, соединяющей основание клинка мунэ-мати и острие кисаки. Кривизна клин­ка отличает «классические» японские мечи нихонто от древних прямых мечей. Все япон­ские мечи и кинжалы можно отнести к одно­му из 5 типов кривизны.
Типы обуха клинка мунэ Му-дзори
Тории-дзори Формы кривизны клинка сори
Ути-дзори
Все типы, кроме ути-дзори, могут иметь сильную (цукури-сори) или слабую (цукури-сугу) кривизну.



Формы кривизны клинка (сори)
Коси-дзори. Точка наибольшей кривизны смещена к рукояти. Старая школа Бид-зэн специализировалась на производстве таких мечей, поэтому этот тип также на­зывается Бидзэн-дзори. Такая форма кри­визны характерна для мечей тати, сде­ланных в период Хэйан — середине пе­риода Камакура.
Му-дзори, или тюкан-дзори. Кривизна от­сутствует. Многие кинжалы танто от­носятся к этому типу.
Саки-дзори. Наибольшая кривизна клинка расположена в верхней части, ближе к острию. Характерно для мечей периода Муромати.
Тории-дзори, или кё-дзори. Наибольшую кривизну клинок имеет в центре. Боль­шинство мечей делали такой формы.
Ути-дзори («внутренняя кривизна»). Об­ратная кривизна клинка (ятаганного типа). Встречается на кинжалах и неко­торых древних мечах.
Конструкиии клинка цукурикоми
Каммури-отоси-дзукури. Нижняя полови­на клинка представляет собой тип сино-ги-дзукури, а в верхней части плоскость синоги-дзи срезана по диагонали, обра­зуя форму, напоминающую сёбу-дзуку-ри. Клинки такой формы делали начи­ная с периода Камакура.
Ката-кири-ба-дзукури. Совершенно плос­кий клинок с одной стороны (тип хира-дзукури) и резко срезанный к лезвию с другой (тип кири-ба-дзукури). Мечи этого типа, как правило, короткие. Они были популярны в конце периода Кама-кура и в периоды Момояма и Эдо.
Ката-синоги-дзукури. Одна сторона клин­ка сделана по типу хира-дзукури (плос­кая), а вторая — по типу синоги-дзуку-ри. Это также обычно короткие клинки, как правило, посредственного качества.
Кири-ба-дзукури. Линия, эквивалентная ребру клинка, проходит очень близко к лезвию. Таким образом, плоскость сино­ги-дзи очень широкая. Как правило, на­ходят на древних мечах.
Кисаки-мороха-дзукури. Характерная осо­бенность этой формы — полуторная за­точка клинка (обух возле острия также заточен, образуя фальшлезвие). Древний меч когарасу-мару, который теперь счи­тается национальным сокровищем, име­ет такую форму клинка, вследствие чего этот тип иногда также называют кога-расу-мару-дзукури.
Моро-ха-дзукури. Обоюдоострый, сужаю­щийся к острию клинок, ромбический в сечении, ребро идет до острия. Такой тип клинка с кривизной находят на кинжалах танто, датируемых с середины XV в. Клинки без кривизны с такой конструк­цией типичны для прямых древних мечей.
Осораку-дзукури. Этот тип имеет огромное острие, по длине превышающее длину остальной части клинка. Встречается до­вольно редко и только на танто и ва­кидзаси.
Сёбу-дзукури. Подобен типу синоги-дзуку-ри, но без ёкотэ, может иметь дол до середины клинка. Мечи этого типа в ос­новном короткие. Они были популярны в период Муромати.
Синоги-дзукури. Клинок с ребром синоги, проходящим близко к обуху, с линией ёко-тэ и с характерным изгибом. Наиболее распространенный тип, который находят в основном на длинных мечах (дайто).
Унокуби-дзукури. Форма, подобная камму­ри-отоси-дзукури, но плоскость сино­ги-дзи вырезана в средней части. Ниж­няя часть клинка и острие обычно типа синоги-дзукури, иногда с ёкотэ. Корот­кий широкий дол (хи) часто идет до се­редины клинка. К этому типу относятся кинжалы, в основном сделанные после конца периода Камакура.
Хира-дзукури. Ребро клинка (синоги) и ли­ния ёкотэ отсутствуют, клинок практи­чески плоский с обеих сторон. Встречал­ся на древних мечах и позже на клинках кинжалов и коротких мечей.




Синоги-дзукури


Сёбу-дзукури


Каммури-отоси-дзукури



Структура стали и поверх­ностный узор (хада и дзиха­да). Перед тем как полоса меча примет свою окончательную форму, она подвергается многократному нагрева­нию, протягиванию и ковке (подробнее см. раздел «Изготовление полосы меча»). В результате сталь состоит из огромного ко­личества слоев (хада). Видимая же на по­верхностях клинка (дзи и синоги-дзи) сло­истость (узор) называется дзихада.

Поверхностный узор (дзихада)


Унокуби-дзукури


Моро-ха-дзукури

волнистый узор.
- древесный узор. прямые линии.
— сучковатый древесный
Аясуги-хада — Итамэ-хада — Масамэ-хада Мокумэ-хада узор.
Мудзи — простая сталь, узор отсутствует. Она встречается на мечах типа мару-гитаэ (см. раздел «Изготовление поло­сы меча»), начиная с периода синсинто.

Хира-дзукури
Мудзи
Аясуги-хада
Кири-ба-дзукури Ката-кири-ба-дзукури
I
Ката-синоги-дзукури
-Г I I Осораку-дзукури
Кисаки-мороха-дзукури Конструкции клинка цукурикоми
Поверхностный узор (дзихада)
Фуцу-гата


Известны и другие, более редкие образцы дзихада: в виде кожуры груши (насидзи-хада), рисовых отрубей (конука-хада), водоворо­та (удзумаки-хада). Большинство этих узо­ров может быть большого размера, среднего или маленького, например, о-мокумэ-хада, тю-мокумэ-хада и ко-мокумэ-хада. На не­которых клинках проявляется не один тип узора, а два или более. Необходимо учиты­вать, что некоторые кузнецы использовали искусственные методы для получения пре­красного узора без многократной ковки.
Хвостовик накаго — это часть полосы меча, которая крепится в рукояти. Он яв­ляется одной из важнейших частей при оценке самурайского меча, особенно из-за того, что на нем часто пишется дата изго­товления и мастер. Накаго мечей, сде­ланных какой-то одной школой, обычно по-
хожи.






l_J Сирибари-гата





Фуна-гата Фури-содэ-гата Танаго-бара-гата

Кидзи-момо-гата
Формы хвостовика накаго

Суриагэ-накаго
Убу-накаго О-суриагэ-накаго
Варианты уменьшения длины клинка
Формы хвостовика накаго
Кидзи-момо-гата («бедро фазана»). Эти типы хвостовиков встречаются только на мечах, сделанных в периоды Хэйан и Ка-макура.
Сирибари-гата. Форма, похожая на преды­дущую, но хвостовик не сужается к кон­цу.
Танаго-бара-гата («рыбье брюхо»). Хвос­товики этого типа находят в основном среди мечей периода Старого меча (кото). Полосы мечей с накаго такой формы делали кузнецы в период Муро-мати.
Фуна-гата («днище корабля»). Хвостови­ки такой формы часто встречаются сре­ди мечей школы Сосю.
Фури-содэ-гата («рукав кимоно»). Нака-го этого типа находят на мечах, особен­но коротких, сделанных в период Кама-кура и в начале периода Муромати.
Фуцу-гата. Наиболее распространенная форма хвостовика меча.


Формы оснований хвостовика накаго
Кури-дзири
К)

Ха-агари-кури-дзири
Ката-ямагата



и
Кэнгё
Кири

Формы оснований хвостовика накаго
Ката-ямагата — неправильной V-образ-ной формы. Также известна как ири-яма-гата.
Кири, или каку-ити-мондзи, — прямоуголь­ной формы.
Кури-дзири, или хира-ямагата. Основа­ние имеет форму буквы U и напомина­ет каштан (кури) — наиболее часто встречающаяся форма во все времена. Более резко выгнутая U-образная фор­ма известна как така-ямагата, или фука-кури-дзири.
Кэнгё — V-образной формы. Этот тип был особенно распространен в периоды син-
неправильной
то и синсинто. Ха-агари-кури-дзири U-образной формы.

Многие полосы длинных мечей нагина­та и копий яри укорачивали, превращая их в полосы для коротких мечей и кинжалов. Полоса всегда укорачивалась со стороны хвостовика и никогда со стороны острия. При этом форма оконечности хвостовика (накаго-дзири) копировалась с оригинала. Если хвостовик был обрезан так, что ори­гинальная подпись мэи осталась, то такой хвостовик назывался суриагэ-накаго; если же новый хвостовик образовывался бывшей частью клинка и подлинная подпись мэи полностью терялась, то использовался тер­мин о-суриагэ-накаго. Иногда уменьшали длину клинка, не изменяя общей длины по­лосы меча. При этом срезы мати смещали вверх, а рукоять получалась несколько длин­нее. Такой тип назывался мати-окури. Под­линный хвостовик меча в том виде, как его сделал кузнец-оружейник, или лишь слегка измененной формы назывался убу-накаго.
Насечки напильником на хвостовике (ясури-мэ). Насечки на хвостовиках мечей периода Старого меча (кото) труднораз­личимы из-за их возраста. А на других ме­чах насечки хорошо видны. Ясури-мэ дела­ли сразу под хабаки-мото, и место, где на­чиналась насечка, называется суридаси. Су­ществует 13 основных типов ясури-мэ, из которых кири, косудзи-тигаи, судзи-ти-гаи встречаются на мечах всех времен, а кири-судзи-тигаи, синоги-кири-судзи-ти-гаи, така-но-ха, гяку-така-но-ха — толь­ко на клинках с синоги-дзукури. Обе сто­роны хвостовика отделывались одинаково.
Отверстие для штыря (мэкуги-ана). Большинство мечей имели одно отверстие мэгуки-ана, хотя часто можно встретить полосы мечей с 2 или 3 отверстиями. Обыч­но это указывает на укороченный хвостовик и, таким образом, на довольно старый меч. Нижнее отверстие, находившееся возле на-каго-дзири и, как правило, не использовав­шееся, называлось синоби-ана и иногда за­полнялось золотом, серебром или медью.
Надписи на хвостовике (мэи). Может быть одна или более из следующих надписей: имя кузнеца (као); профессиональное или собственное. Иногда подпись добав­лялась позже, не самим кузнецом, и на­
зывалось ато-мэй, причем это не обязательно фальшивая подпись (гимэй); полное имя кузнеца с титулом или без него. Около середины XVI в. родилась практика награждать кузнеца-оружейни­ка (и других художественных ремеслен­ников) правом использовать одно из ста­рых аристократических имен кланов, та­ких, как Фудзивара, Минамото и Тайра, а также почетные провинциальные ти­тулы, такие, как Кага-но-Ками, Оми-но-Дайдзё и Бидзэн-но-Сукэ. Иногда куз­нецам-оружейникам присваивались так­же придворные звания, такие, как Мон-до-но-Сё и Сюри-но-Сукэ. Надпись с титулом называлась дзурё-мэй;

место;
псевдоним. Такая практика возникла в конце XVIII в., хотя иногда это случа­лось и раньше;
дата. Если на хвостовике есть дата, она всегда находится на стороне, противо­положной той, на которой стоит под­пись, причем японские даты могут пи­саться двумя различными способами; имя заказавшего меч. Когда меч делался в качестве фамильного сувенира, его надписывали фамильным именем; имя обладателя. Надпись, повествующая о деяниях владельца или об истории меча, называется кирицукэ-мэй; имя помощника кузнеца. Если полоса была сделана помощником, а подписы-

Кири
Ко-судзи-тигаи
Судзи-тигаи
О-судзи-тигаи

Кэсё-ясури Сэнсуки
Насечки ясури-мэ на хвостовике

Насечки ясури-мэ на хвостовике
Гяку-така-но-ха, или сака-така-но-ха, — перевернутая V-образная.
Каттэ-агари — наклоненная вправо.
Кири, ёко, или ити-мондзи, — горизонталь­ная. Наиболее распространенный тип.
Кири-судзи-тигаи, или синоги-судзи-ти-гаи, — горизонтальная в нижней плос­кости (дзи) и наклоненная влево в верх­ней плоскости (синоги-дзи).
Ко-судзи-тигаи, или каттэ-сагари, — с легким наклоном влево.
Кэсё-ясури — «парадная форма». Эту ясу-ри-мэ использовали только кузнецы пе­риода Эдо и позже.
О-судзи-тигаи — сильно наклоненная влево.
Синоги-кири-судзи-тигаи — наклоненная влево в дзи и горизонтальная в синоги-дзи.
Судзи-тигаи — наклоненная влево.
Сэнсуки — струганая. Некоторые хвостови­ки мечей, сделанных до XII в., были ско­рее стругаными, чем надпиленными.
Така-но-ха — V-образная.
Хигаки — клетчатая.
Цутимэ — отделанная ударами молотка. Характерна только для древних мечей дзёкото.

валась именем мастера, то такая подпись называется дай-мэй. Если же помощник сделал полосу меча под непосредствен­ным руководством мастера и она подпи­сана именем мастера, то это дай-саку (иногда она рассматривается как равная работе мастера); пожелание удачи или стих; возраст кузнеца; < особенности металла, из которого выкована полоса, и иногда даже вода и глина, исполь­зованные при его закаливании. Например, намбан-тэцу-во-моттэ переводится как «используя южное варварское железо». Мантэцу — слово, которое иногда встре­чается в такого рода надписях на современ­ных мечах, означает железо или, скорее, сталь с железнодорожных линий Маньчжур­ской железной дороги, которую японцы во время оккупации ими этой страны находи­ли очень подходящей для этих целей; название храма, которому меч был по­священ;
данные по укорачиванию клинка, такие как дата, имя изготовителя меча, имя того, кто укорачивал меч, место и пр.; результат рубящего испытания (тамэси-мэй). Эти испытания меча уникальны как по методу их проведения, так и по объек­там испытания. Существовала группа профессионалов, которая исследовала ос­троту меча разрубанием шлемов, медных пластинок, дубовых шестов, связок соло­мы с бамбуковой сердцевиной и даже, в период Эдо, приговоренных преступни­ков и трупы. Составлялся протокол каж­дого испытания, который включал имя те­стирующего, имя свидетеля, дату и коли­чество тел, разрубленных одним ударом. На хвостовике находят также надписи, инкрустированные золотом (киндзоган-мэй) и серебром (гиндзоган-мэй). Как пра­вило, это результат экспертизы меча, на котором не было подлинной подписи (по­лоса меча без подписи называется мумэй), и за ним может стоять имя или какихан (руч­ная печать или личный девиз) члена семей­ства Хонами или другого эксперта, который


сделал это отнесение. После­днее может также быть напи­сано красным лаком (сюмэй). Надписи об испытаниях тамэси-гири (та-мэси-мэй) также часто бывали инкрустиро­ваны. В некоторых случаях, когда особен­но хорошей полосе меча было дано особо красивое имя, такое, как Саса-но-иую — «роса на траве», последнее также инкрус­тировали золотом на хвостовике.
Однако мечи обычно не содержат столь­ко информации. К счастью для любителя, очень немногие подписи превышают десять букв (иероглифов) в длину, а большинство состоят из пяти или менее.
При укорачивании полосы меча надпись старались оставить. Иногда тонкую полос­ку металла с надписью оставляли высту­пающей за оконечность хвостовика. Затем эту полоску заворачивали вокруг хвосто­вика, прикрепив к противоположной сто­роне; таким образом, подпись оказывалась перевернутой. Это называется орикаэси-мэй. Но чаще вырезали прямоугольную пластинку металла с оригинальной подпи­сью и прикрепляли ее к обрезанному хвос­товику о-суриагэ-накаго. Такая подпись обозначается как гаку-мэй.
Подписи на мечах, оправленных в сти­лях букэ-дзукури и дзиндати-дзукури (см. раздел «Типы мечей»), находятся с разных сторон полосы меча по отношению к лез­вию. Правила требовали, чтобы подпись (мэй) находилась на лицевой стороне меча (омотэ), то есть обращенной от тела при ношении меча. Поэтому, если положить по­лосу меча лезвием к себе, основная подпись (кроме даты) на тати (тати-мэй) будет располагаться сверху, а на мечах в стиле букэ-дзукури — снизу (катана-мэй).
Наиболее распространенные формы клинков (сугата) длинного меча в раз­ные периоды
1 — вторая половина периода Хэйан (987—1185 гг.). Узкий клинок, сужающий­ся к острию. Длина клинка — около 85 см.


Формы клинков (сугата) длинного меча в разные периоды


Острие маленькое. Сильный изгиб тории-дзори;
— начало периода Камакура (1185 — 1231 гг.). Форма напоминает предыдущую, но острие и ширина клинка у острия не­сколько больше;
— середина периода Камакура (1232— 1287 гг.). Клинок еще более широкий, чем в предыдущие периоды, острие среднее;
— конец периода Камакура (1288 — 1333 гг.). Широкий клинок длиной около 90 см, острие широкое и длинное;
5 — середина периода Намбокутё (1338—1367 гг.). Очень длинный клинок, иногда достигающий длины 120 см. Ост­рие длинное, клинок практически не сужа­ется к острию;
— конец периода Намбокутё (1368— 1392 гг.). Клинок с небольшой кривизной, более узкий и с меньшим острием;
— середина периода Муромати (1392— 1466 гг.). Клинок длиной около 75 см.
8 — середина периода Муромати (1467—1555 гг.). Самый короткий клинок из всех существовавших (длина около 60 см);
— конец периода Муромати (1555 — 1573 гг.). Клинок опять удлиняется (при­мерно до 73 см);
— период Момояма (1573—1603 гг.). Довольно широкий клинок длиной около
80 см;
11 — первая половина пе-
риода Эдо (1603—1780 гг.).
Клинок имеет длину около 70 см и небольшую кривизну;
12 — вторая половина периода Эдо
(1781 — 1868 гг.). Клинок длиной около
75 см, практически прямой.

ДЕФЕКТЫ КЛИНКА ЦЩЦЗУ)
Различные дефекты клинка могли воз­никнуть в процессах ковки и закалки, при боевом использовании меча (особенно при ударах клинка о клинок), а также при не­правильном хранении, что обычно приво­дит к ржавчине. Все они уменьшают худо­жественную ценность меча, а некоторые совершенно обесценивают его, так как де­лают меч функционально непригодным. Помимо сломанного или треснувшего ос­трия остальные дефекты можно обнару­жить в любом месте клинка. Кидзу делят­ся на фатальные, которые не могут быть устранены, и нефатальные, которые может поправить опытный полировщик. Надо за­метить, что даже фатальные дефекты мо­гут быть приемлемы в действительно ста­ром клинке (скажем, начала периода Кама-кура) и/или в клинке, изготовленном зна­менитым кузнецом. Клинок может иметь





серьезный изъян и быть недо­рогим, но в то же время полез­ным как вспомогательный эк­спонат при изучении характерных черт того или иного мастера или школы. К фа­тальным дефектам относятся:
сломанное острие — если повреждена ли­ния закалки на острие. Если она не повреж­дена, хороший полировщик может восста­новить первоначальную форму острия; трещины, идущие через линию закалки хамон и перпендикулярные лезвию (ха-гири). Их обычно очень трудно разгля­деть, особенно при плохом освещении; трещина, проходящая через линию за­калки острия боси (карасугути); > прерванная линия закалки (ниои-гири). Если линия закалки в каком-нибудь ме­сте прерывается или уходит с клинка, то это серьезный изъян; зазубрины (кирикоми). Зазубрины в лезвии или острие могут быть фаталь­ны или нет, в зависимости от того, по­вреждена ли линия закалки.
К нефатальным дефектам клинка отно­сятся:
вкрапления углерода или воздуха в ста­ли (фукурэ);
трещина в форме полумесяца внутри закаленной части острия (цуки-но-ва); косая трещина, идущая вдоль лезвия (хагарами);
неровность или возвышение на стали клинка (дзи-арэ). Это может указывать на то, что из-за слишком сильной поли­ровки под ней образовался волдырь или обнажилась сталь сердцевины; рябь или морщинки на верхнем слое ста­ли, образующиеся при выпрямлении со­гнутого меча (синаэ). Их можно обна­ружить в любом месте меча (синоги-дзи, мунэ и т. д.);
полости, заполненные другим куском стали (умэганэ). Обычно это делается для того, чтобы ликвидировать большие включения углерода или воздуха;

горизонтальные щели, обычно возника­ющие из-за плохого качества сковки сло­ев стали (варэ). Варэ может оказаться в любом месте на клинке (на обухе клин­ка, плоскости и т. д.). Они очень часто встречаются;
линия хамон, отделяющая закаленную и незакаленную части клинка, нечеткая (ха-дзими). Это обычно возникает при повторной шлифовке или неправильной закалке;
хвостовик отрезан и заменен на другой (цуги-накаго). Собственно на качестве клинка это не сказывается, но при этом теряется почти вся информация об из­готовителе меча. Часто осуществляется с целью фальсификации.

ИЗГОТОВЛЕНИЕ ПОЛОСЫ МЕЧА

Древние мечи (тёкуто, кэн) были пред­назначены в основном для тычковых уда­ров. Но постепенно колющая функция меча стала сменяться рубящей и перед кузнеца­ми-оружейниками встала проблема изгото­вить такой клинок, который бы обеспечи­вал одинаковую рубящую эффективность по всей длине. Методом проб и ошибок они обнаружили, что острозаточенный твердый клинок легко ломается. В то же время кли­нок из «мягкой» стали легко гнется и не обладает достаточной остротой.
Легенда гласит, что первый «самурай­ский» меч был сделан в провинции Ямато кузнецом-оружейником Амакуни. И воз­можно, так оно и было. Амакуни был гла­вой кузнецов-оружейников, которые специ­ализировались на изготовлении мечей для императора и его воинов.
Согласно легенде, Амакуни и его сын Амакура стояли на улице возле своей мас­терской, наблюдая за возвращением солдат с поля битвы. Затем мимо них проследо­вал император, однако он не подал Ама-куни никакого знака, как, бывало, делал, раньше. Амакуни всегда ждал этого знака как признания своих усилий. Не дождав­шись его, он пригляделся и заметил, что почти у половины солдат мечи были сло­маны.
Амакуни и его сын собрали остатки ме­чей, исследовали их и пришли к выводу, что основными причинами поломки мечей были неправильная ковка и неприспособ­ленность для рубки твердых предметов. Когда Амакуни вспомнил молчаливый укор императора, его глаза наполнились слезами, и он сказал себе: «Если они соби­раются использовать наши мечи для такой рубки, я сделаю такие, которые не будут ломаться».
Дав такой обет, Амакуни и его сын за­перлись в своей кузнице и молились семь дней и семь ночей богам Синто. Затем Ама-куни отобрал лучшую руду, которую он смог достать, и очистил ее. Настойчиво, не покладая рук оба работали над, казалось бы, невыполнимой задачей. Спустя 30 дней вконец изможденные, но ликующие кузне­цы представили всем однолезвийный меч, имеющий кривизну. Другие кузнецы-ору­жейники полагали, что они сошли с ума, а между тем Амакуни и его сын знай себе полировали новый меч.
Проходили месяцы, Амакуни и его сын продолжали работать, совершенствуя свои мечи. Следующей зимой опять случилась война. И когда солдаты возвращались с нее, Амакуни смотрел и считал: один, два, три... двадцать пять, двадцать шесть, двад­цать семь... тридцать, тридцать один... Все мечи были целы и выглядели как новые. Император, следуя мимо Амакуни, улыб­нулся и сказал: «Ты самый искусный куз­нец-оружейник. Ни один из мечей, которые ты сделал, не подвел нас в битве». Амаку-ни возрадовался и почувствовал, что все было правильно и что он прожил эту жизнь не зря.
Историки до сих пор не пришли к еди­ному мнению относительно времени жиз­ни Амакуни. Одни полагают, что он жил в начале VIII в., другие — в IX или даже в mm
начале X в. Самые старые «са­мурайские» мечи, найденные сегодня, были сделаны кузне­цом-оружейником Ясуцуной из провинции Хоки и датируются приблизительно 900 г. Вершины же совершенства японские клин­ки достигли к XIV в.
Проблему твердости и упругости ста­ли кузнецы всего мира решали по-разно­му. Обладая лишь эмпирическими знания­ми о металлургических процессах, они прибегали к самым различным приемам в попытке сделать клинок достаточно твер­дым, чтобы лезвие сохранялось острым и относительно упругим, чтобы оно легко не ломалось. Взаимодействие между железом и углем и эффект температурных измене­ний на эту комбинацию очень сложны. При высоких температурах железо реагирует с углем и получается соединение, которое при медленном охлаждении становится вязким и мягким. Если же полученное со­единение охладить быстро, то эта транс­формация не успевает произойти и сохра­няется форма, которая была при высокой температуре. В этом случае сталь получа­ется очень твердой, но хрупкой как стекло. Снижение уровня угля ниже критического предела понижает способность стали к зат­вердению. Кроме того, для изготовителя ме­чей важно знать, когда остановиться в про­цессе закалки: слишком рано — металл бу­дет не таким твердым, как мог бы, а при пе­редержке он может стать слабым и будет легко ломаться.
В Европе изготовители мечей нашли компромисс, делая клинки, которые затем отпускали, то есть их сначала делали очень твердыми, но и очень хрупкими, а затем снова разогревали до более низкой темпе­ратуры, чтобы понизить твердость. При та­ком процессе клинки были в одно и то же время умеренно твердыми и достаточно гиб­кими. В Индии и на Среднем Востоке по­шли другим путем: вместе сплавляли сталь с высоким содержанием углерода и почти чистое железо, которое не может затвер­деть. Получившиеся небольшие бруски за­


тем подвергали ковке. После этого полосу меча цементиро­вали, то есть закаливали толь­ко около поверхности. В результате полу­чался клинок, у которого были твердые и мягкие части, а поверхность имела витие­ватый орнамент, который вызывает такое восхищение на дамасских мечах.
Японцы разработали различные вариан­ты конструкций полос.
Различные типы конструкций полос мечей
Вариба-гитаэ. Наличие лезвия из более твердой стали делает этот тип клинка предпочтительнее мару-гитаэ.
Мару-гитаэ. Эти полосы мечей, сделанные из одного типа стали, были массовой продукцией. Этот тип наиболее часто использовали кузнецы периода «Ново­го меча» (синто) и те, кто использовал импортную сталь (намбан-тэцу — «юж­ная варварская сталь»). Клинки этого типа обычно имеют гладкую, незернис­тую поверхность (отсутствует дзихада).
Макури-гитаэ, или кобусэ. Относительно мягкая сердцевина окружена твердой сталью.
Сихо-дзумэ-гитаэ. Этот тип похож на хон-санмаи-авасэ-гитаэ, за исключением того, что обух клинка сделан из еще од­ного типа стали.
Хон-санмаи-авасэ-гитаэ. Мягкая сердце­вина и более твердая сталь лезвия по­крыты сбоку другими кусками стали.

Разные школы по-разному конструиро­вали полосу меча. В общем, считалось, что клинок тем лучше, чем более составной является его конструкция. Однако только очень искусный кузнец мог без швов со­единить все эти части. Любая полость или трещина между частями ведет к менее ка­чественному, а стало быть, и к более сла­бому клинку. Соответственно мечи слож­ной конструкции требовали много време­ни на изготовление и были очень дороги­ми. Поэтому первые два типа (мару-гитаэ и вариба-гитаэ) можно считать массовой продукцией, а последние два (хон-санмаи-авасэ-гитаэ и сихо-дзумэ-гитаэ) относи­тельно редки. Наибольшую известность по­лучил тип макури-гитаэ.
Древние кузнецы-оружейники не оста­вили каких-нибудь письменных свиде­тельств о своих разработках и методах. Это было связано с тем, что каждая конкрет­ная техника изготовления меча держалась в строжайшем секрете, передавалась из уст в уста от мастера к ученику, от отца к сыну. Но на основании многих исследований и опыта современных кузнецов-оружейни­ков, использующих традиционные методы, мы можем составить представление об об­щем ходе этого процесса.
Кузнец-оружейник кадзи принадлежал к классу ремесленников, то есть считался ниже крестьянина — производителя пищи, который шел следующим за классом воен­ных. Однако профессия кузнеца-оружей­ника пользовалась большим уважением,




Мару-гитаэ
Вариба-гитаэ Макури-гитаэ
Хон-санмаи-авасэ-гитаэ Различные типы конструкций полос мечей

Сихо-дзумэ-гитаэ

о чем свидетельствует тот факт, что неко­торые императоры, не говоря уж о самура­ях и придворных, не гнушались тем, что­бы взять да и выковать полосу меча. На­пример, император Готоба (1183—1198 гг.) объявил изготовление мечей занятием, до­стойным принцев, и в Японии до сих пор хранится несколько клинков его работы.
Большинство кузнецов-оружейников кадзи вело полурелигиозный и воздержан­ный образ жизни. До XIII в. кузнецы были либо приверженцами школы Тэндай, либо горными отшельниками ямабуси. Однако позднее изготовление меча оказалось син-тоизированным подобно большинству культурных заимствований японцев.
Каждая операция в ходе ковки клинка рассматривалась как религиозная церемо­ния. Для совершения последних, самых ответственных операций кузнец облачал­ся в придворный церемониальный костюм каригину и придворную шапку эбоси. Куз­ница кадзия становилась на это время свя­щенным местом, через нее протягивали соломенную веревку симэнава, к которой прикреплялись бумажные полоски гохэй — символы религии Синто, призванные отпу­гивать злых духов и призывать духов доб­рых. Каждый день перед началом работы кузнец очищал себя холодным обливани­ем и молил Ками о помощи в предстоящей работе. Ни одному члену его семьи не раз­решалось входить в кузницу, кроме его по­мощника. Его пища готовилась на священ­ном огне, на сексуальные отношения, жи­вотную пищу, крепкие напитки было нало­жено табу. Создание совершенного клинка (а уважающий себя кузнец ломал весь брак) часто требовало работы в течение не­скольких месяцев.
Сталь для японского меча получали из черного пескообразного оксида железа (Fe2O3), называемого сатэцу. Для получе­ния стали сатэцу сплавляли с углем в печи-плавильне, называвшейся татара. Эти печи не были исконно японским изоб­ретением. Считается, что в Японию они пришли из Маньчжурии через Корейский


полуостров в VI—VII вв. К IX в. татара получили рас­пространение по всей Японии. Последнюю такую печь погасили только в 1925 г., но вскоре одна из них снова зара­ботала. Она работает и по сей день в ма­леньком городе Ёкота в западной части Хонсю, снабжая сырьем современных ма­стеров-оружейников.
Плавильню татара обычно строили на склоне горы. Сначала выкапывали яму, об­кладывали ее глиной и камнями и сжигали в ней древесный уголь. Это подготавлива­ло почву, удаляя лишнюю влагу. Затем из глины строили собственно печь, которая обычно имела около 4,5 м в длину, 1,5 м в ширину и 1,2 м в высоту. Стены были тол­щиной 25 см и каждый раз отстраивались заново. Снизу делали отверстия, через ко­торые подавали воздух. Один цикл плавки занимал 5 дней: один день — на отстройку стен, три дня — на плавку и один день — доставание железа.
За одну плавку печь перерабатывала 8 т сатэцу и 13 т древесного угля. Темпера­тура в печи достигала 1200—1500 °С. По окончании шавки стены печи разбивали и доставали спекшуюся железную массу кэра весом около 2 т. Кэра заталкивали на специально выстроенную рядом башню высотой около 10 м и сбрасывали на кам­ни. Обломки этой крицы дополнительно разбивали молотами и сортировали. При­мерно половина кэра состояла из стали с содержанием углерода 0,6—1,5 %. Такая сталь называлась тамахаганэ и использо­валась далее мастерами-оружейниками. Оставшуюся половину кэра дополнитель­но перерабатывали, превращая в сталь оро-сиганэ.
Кузнец сначала тщательно сортировал куски тамахаганэ в зависимости от содер­жания угля, а затем отбивал их в пластины и ломал пластины на мелкие кусочки. Тща­тельно отобранные кусочки укладывали на заранее приготовленный железный лист, прикрепляли длинную железную ручку, оборачивали рисовой бумагой и завязыва-
Изготовление полосы меча


ли, чтобы образовавшийся плотный прямоугольный блок не рассыпался. Блок имел сто­роны от 7,5 до 12,5 см и весил от 2 до 3,5 кг. Надо заметить, что готовая полоса меча ве­сит вдвое меньше. Много материала теря­лось в процессе изготовления. Все это по­ливали жидкой смесью глины и соломенной золы в воде, служившей как для защиты все­го этого свертка до помещения в огонь, так и в качестве флюса, облегчающего плавку. Плавильное пространство, используемое кузнецами, представляло собой длинный узкий котлован, выложенный глиной. Воз­дух подавался мехами, которыми опериро­вал сам кузнец, а топливом служили тща­тельно отобранные куски соснового древес­ного угля. Как только достигалась нужная температура, частично переплавленный блок перемещался на наковальню и сковы­вался в плотную массу помощниками куз­неца, которые ударяли кузнечным молотом по месту, указанному кузнецом. В резуль­тате тщательного контроля за интенсивно­стью, направлением и точностью ударов, блок вдвое вытягивался в длину и вполови­ну в толщину, в то время как ширина оста­валась прежней, а края квадратными. Пос­ле повторного нагревания нижнюю часть блока очищали, поливая наковальню водой и отбивая на нем блок молотком; это вызы­вало взрыв пара, который уносил в себе вер­хний слой окалины и грязи.
Далее шла та часть процедуры ковки, от которой очень многое зависело: надо было разрезать блок почти надвое стамес­кой, перегибая его назад до соединения двух половинок и затем сковывая стык так, чтобы туда не попала окалина и не было несваренных промежутков, которые яви­лись бы причиной слабости в окончатель­ном клинке. Очень внимательно следили за тем, чтобы поверхность наковальни, а сле­довательно, и получающаяся поверхность были абсолютно гладкими и чтобы не было карманов, куда могла бы попасть окалина и шлак. С каждым складыванием, разогре­вом и плавкой металл покрывался слоем

глины и присыпался золой от соломы или чистился пучком соломы, которая горела на горячем металле, и на нем образовывалась зола, причем металла нельзя было касать­ся рукой. Операция складывания, произво­дившаяся от 15 до 20 раз (если процесс по­вторялся большее количество раз, то сталь ослабевала), приводила к получению ме­талла с меньшим количеством шлака, чем многие современные образцы стали. Иног­да три или четыре такие заготовки делались отдельно, а потом сваривались вместе. Про­цесс ковки тогда повторялся пять раз и по­лучалось более четырех миллионов слоев стали. Во время длительного процесса складывания, нагревания и ковки из метал­ла удалялись примеси и выгорала часть уг­лерода, но, что важнее, металл получался однородным и структура очищенной, а со­ответственно повышалась и твердость.
Получившийся брус можно было пре­вратить в готовую полосу меча, обрабаты­вая молотком до нужной длины и формы. Но можно было использовать и как состав­ную часть для более сложной конструкции, например, для каваганэ — поверхностно­го высокоуглеродистого металла. Сталь же для сердцевины синганэ содержала значи­тельно меньше углерода и получалась со­вместной ковкой пластин мягкого железа и стали. Полученный блок складывался около десяти раз. Каваганэ и синганэ мог­ли комбинироваться разными способами. Например, для получения конструкции ма-кури-гитаэ каваганэ придавали V-образ-ную форму, в которую вкладывали синга-нэ. Затем все это сковывалось в единую полосу меча.
С помощью этих методов кузнец мог получать и другие сорта стали, необходи­мые для различных конструкций клинка, и путем простых тестов, таких, как изучение цвета и текстуры треснувшей поверхнос­ти, мог очень точно определить свойства каждой. Если лезвие делалось из отдель­ного куска, использовалась сталь, называв­шаяся хотёганэ (или хаганэ). Она делалась из тамахаганэ и дзукуоросиганэ (старо­


го железа из горшков и т. п.) и складывалась 18 раз. Так, для получения конструкции вари-ба-гитаэ блок разрезался по всей длине и в него вковывалась хотёганэ. Сталь для обуха клинка называлась мунэганэ и была, как правило, очень твердая.
Каждый кузнец имел собственные ме­тоды и секреты ремесла, считая, что они помогают выковывать самые лучшие мечи. Так, некоторые кузнецы при ковке посто­янно смачивали молот, в то время как дру­гие, считая, что это слишком быстро осту­жает железо, предпочитали, чтобы он был сухой.
Осторожно ориентируя те куски метал­ла, которые подвергались складыванию только несколько раз, кузнец мог регули­ровать слоистость стали хада и, таким об­разом, тип поверхностных узоров дзиха-да, видимых на готовом клинке. Если блок складывался вдоль, то слои стали распо­лагались перпендикулярно поверхности и на готовом клинке появлялся узор из пря­мых линий масамэ-хада. Этот метод на­зывался масамэ-цукури. Если же блок складывали поперек и поверхность была параллельной складкам, то вследствие не­больших неровностей в слоях получались прекрасные эффекты сучковатого дерева мокумэ-хада или итамэ-хада. Для усиле­ния этого эффекта использовался метод, называвшийся хада-гитаи, при котором поверхность отделанной заготовки выдал­бливалась и вдавливалась молотком в раз­ных местах на обеих поверхностях, пока не становилась плоской и не проявлялась стратификация (расслоение) составляю­щих металлов. Для получения волнистого узора аясуги-хада в промежуточном бло­ке удаляли боковины. В полной мере зер­нистость хада проявляется только на не­отшлифованных и на незакаленных частях клинка; она достигается специальными японскими процессами шлифовки. Зерни­стость не видна на отшлифованной до блес­ка плоскости клинка синоги-дзи или на за­каленной части клинка якиба.



Когда составной блок был готов, его вытягивали в поло­су, по размерам и форме при­мерно равную величине и форме полосы меча, пользуясь деревянным шаблоном хинагата для определения пропорции и изгиба. Небольшим молотком кузнец ак­куратно придавал форму острию, ребру клинка, лезвию и хвостовику. Окончатель­ное придание формы и очистка производи­лись стругом и напильниками, когда поло­са меча была закреплена на деревянном блоке. Если после тщательного осмотра не выявлялось никаких дефектов и кузнец был удовлетворен своей работой, он пробивал отверстие мэкуги-ана в хвостовике, бла­годаря которому полоса меча будет удер­живаться в рукояти.
Способы получения узоров масамэ-хада и итамэ-хада
По завершении ковки наступала оче­редь ножа для зачистки и напильника для придания окончательной формы клинку и хвостовику. Теперь могли совершаться гру­бая шлифовка, нанесение подписи и дру­гих надписей на хвостовике, создание дола хи или резьбы хоримоно, хотя эти процес­сы обычно приберегались на самый конец, когда можно будет судить о результате.

В связи с отсутствием измерительных приборов, для описания использовались сравнения с явлениями природы. Напри­мер: «При последней ковке нагреть сталь до приобретения ею цвета заходящей луны при ее пути в небе июньским или июль­ским вечером». Или: «После последней ковки поместите меч в воду, имеющую тем­пературу воды, как в феврале или августе» (старый календарь). Поэтому на большин­стве датированных мечей стоит эта дата, независимо от того, когда они были в дей­ствительности сделаны.
Теперь полоса меча была готова для са­мой сложной и важной операции из всех — закалки лезвия яки-ирэ. Для этого весь клинок покрывался смесью глины, речно­го песка и порошка древесного угля на тол­щину около 0,3 см. Паста накладывалась более толстым слоем у обуха клинка и бо­лее тонким у лезвия. Таким образом, лез­вие получалось гораздо тверже, чем ос­тальной клинок. В ходе покрытия у само­го лезвия заостренной бамбуковой палоч­кой проводилась прямая или неровная линия, которая впоследствие давала волни­стый рисунок закалки хамон. Часто кузнец накладывал тонкие полоски густой пасты до самой режущей кромки лезвия. Получалась серия тонких секторов мягкой стали, назы­ваемых аси. Их функция — ограничить по­вреждения небольшой областью, если твер­дое лезвие начнет трескаться.
Затем кузнец захватывал хвостовик щипцами и проводил клинком, повернутым лезвием вниз, над огнем из угля сосны, пока с помощью мехов не достигалась тре­буемая температура. В этом убеждались, наблюдая за цветом раскаленного клинка там, где около хвостовика был виден не­покрытый металл. С этой целью кузница специально затемнялась. Для получения тонкой узкой закаленной части якиба кли­нок нагревался до неяркого красного цве­та, чтобы локализовать затвердение, но для более прочных образцов допустимы были ярко-красный или оранжевый цвета раска­ленного металла. В момент получения


нужного цвета лезвие погружали в бак с теплой водой. Как и многие детали этого процесса, температура воды и время, в те­чение которого лезвие держалось в воде, было разными в разные периоды и у раз­ных школ кузнецов-оружейников. Слой глины на клинке в достаточной мере задер­живал охлаждение для того, чтобы позво­лить ему быстро полностью охладиться вдоль лезвия. В результате этого процесса получалось хорошо закаленное, острое как бритва лезвие и слабо закаленная осталь­ная часть клинка. Такой клинок был в одно и то же время достаточно твердым, чтобы держать заточку, и не очень ломким.
Одна из особенностей закалки яки-ирэ — это естественное изгибание клинка из-за дифференцированного нагрева лезвия и обуха. Попеременное нагревание и ох­лаждение приводило к тому, что обух клин­ка давал большую усадку, чем лезвие. Куз­нец должен был предусмотреть это сгиба­ние и изначально сделать клинок менее изогнутым, чем он хотел его видеть в гото­вой полосе меча. Если бы он ошибся в расчетах, эта разница в усадке привела бы к возникновению излишнего напряжения в металле, которое в экстремальном слу­чае могло явиться причиной ломки твер­дого лезвия, сведя на нет затраченные рас­ходы средств и времени. Неудивительно, что это считалось самой священной час­тью всего процесса, и перед тем, как к нему приступить, перед алта­рем в кузнечном цехе возно­сились молитвы.
Затем кузнец придирчиво осматривал клинок на предмет изъянов кидзу и дру­гих погрешностей. Если все было в поряд­ке, полоса передавалась точильщику ката-на-тоги, который затачивал лезвие, шли­фовал обух и плоскость клинка синоги-дзи круглой стальной полосой мигаки-хари и придавал матовый блеск всей остальной ча­сти, шлифуя ее последовательно 9 куска­ми шлифовочного камня. На весь этот про­цесс могло понадобиться до 50 дней, так как поверхность обрабатывалась десяток раз; клинок держали тряпками и натирали взад-вперед о камень, прикрепленный к доске над низким корытом с водой. Одна­ко на конечных стадиях шлифовки клинок натирался мельчайшим каменным порош­ком (а не клинком по камню).
По всей вероятности, в старину кузне­цы по мечам сами шлифовали клинок, при­давая ему окончательную форму и острое лезвие, но в более поздние времена это ста­ло отдельным искусством.
Затем меч подвергали тамэси-гири («пробной рубке»). Когда-то испытания проводились на телах осужденных пре­ступников или на трупах со двора казней. Позднее стали использоваться связки со­ломы и бамбука, равные по сопротивлению человеческому телу. Иногда испытания

Полоса длинного меча, сделанная около 1300 г.



проводились на поставленной ребром железной пластине. Предписывалось сделать 20 различных рубящих ударов, самым легким из которых считалось отсечение кисти и запястья; а самым трудным был удар попе­рек бедер, известный как рё-курума («пара колес»), от двух изогнутых бедренных ко­стей, через которые, а также через позво­ночник в самой его толстой точке должен был пройти клинок. Причем блок додан, на который клали тело преступника, часто оказывался разрубленным тем же самым ударом. Профессиональные испытатели мечей, как и профессиональные оценщики, пользовались большим уважением. Мастер своего дела, вооруженный первоклассным мечом, мог одним ударом разрубить три или даже четыре тела.
Истории, описывающие достоинства самурайских мечей, кажутся порой совер­шенно неправдоподобными, хотя они под­робно излагаются свидетелями. В начале XVII в. некто Сигэтака был известным ма­стером-изготовителем ружейных и орудий­ных стволов в Эдо, но увлекся еще и ков­кой мечей и в конце концов достиг такого мастерства, что сумел разрубить один из своих собственных стволов своим соб­ственным мечом. Как кузнец-оружейник он был известен под именем Ханкэй. Однаж­ды утром в 1646 г. он был найден на улице мертвым, причем тело его было разрубле­но пополам от правого бедра до левого пле­ча. Следствие установило, что это было сделано с помощью иай-дзюцу (техники выхватывания меча с одновременным уда­ром), при которой потрясающей силы удар был нанесен снизу вверх одним движени­ем с выхватыванием меча. Во время по­следней войны японским войскам показы­вали учебный фильм, в ходе которого ис­кусный фехтовальщик разрубает ствол пу­лемета.
Каждая полоса меча была снабжена футляром для хранения из белого дерева сирасая, и когда самурай покупал меч, оправа, стиль ножен и т. д. выбирались и заказывались по вкусу владельца. На этой стадии клинок мог быть украшен че­канным узором хоримоно, таким, как изображение бога удачи Бисямон-тэн. Это могло быть также изображение прямого буддийского меча кэн, обвитого драконом, или просто дракона со священным драго­ценным камнем в лапах. В таком случае при изображениях часто встречались бон-дзи, или грубо начертанные санскритские литеры, вместо имени буддийского боже­ства.
Определяющим фактором при выборе местоположения при концентрировании кузнецов-оружейников были следующие: близость к административному центру, где обычно велика потребность в мечах; доступность железной руды и древесно­го угля;
большой запас хорошей воды; мягкий климат.
Наиболее известны 5 главных школ (или традиций) гокадэн по изготовлению меча в Японии:
ямасиро-дэн была самой крупной с кон­ца периода Хэйан (794 — 1185 гг.) и до конца периода Камакура (1185—
1333 гг.);
ямато-дэн — старейшая из школ. Она пережила возрождение в период Кама-кура (1185 — 1333 гг.); бидзэн-дэн — школа, известная цвети­стым типом хамон, называемым тёдзи, пользуется влиянием с периода Хэйан; > сосю-дэн сформировалась в период Ка-макура. К ней принадлежали многие из самых прославленных в японской исто­рии кузнецов, такие, как Юкимицу и Масамунэ;
мино-дэн — самая молодая из 5 школ. Наибольшим влиянием пользовалась с конца периода Камакура до конца пери­ода Муромачи (1333—1573 гг.). Каждая из этих школ имела несколько ответвлений и для каждой были характер­ны присущие только ей особенности меча. Гокадэн изготовляли около 80 % всех ме­чей периода кото («старого меча», 795—

1596 гг.). В периоды синто («нового меча») и синсинто («нового нового меча») появ­ляется множество других школ и извест­ных кузнецов, но они так и не смогли зат­мить славу гокадэн.
Известно, что в VIII в. на изготовление полосы меча тати у кузнеца уходило 18 дней, 9 дней уходило у серебряных дел мастера на изготовление оправы, 6 дней на то, чтобы лакировщику отлакировать нож­ны, 2 дня для мастера по коже и еще 18 дней для рабочих. К этому надо добавить до­вольно значительную стоимость сырья, что делало тати дорогой продукцией по лю­бым стандартам. Сравнительное увеличе­ние времени, необходимого на ковку поло­сы длинного меча, отмечалось в конце XVII в., когда сёгун призывал кузнецов из­готовлять мечи у него во дворце. В каж­дом случае на изготовление грубо отполи­рованной полосы меча требовалось более 20 дней. Необходимое время производства резко сокращалось при укорачивании клин­ка: считалось, что хороший кузнец может сделать полосу кинжала за полтора дня.
По подсчетам Джона Юмота, в Японии за всю историю до революции Мэйдзи на­считывалось около 13 000 изготовителей мечей. Если сюда включить тех, кто делал мечи в качестве хобби, а также неизвест­ных кузнецов-оружейников, то эта цифра вырастет приблизительно до 20 тысяч. Счи­тая, что каждый кузнец делал за свою жизнь около 100 мечей, можно предполо­жить, что всего до 1868 г. было произведе­но порядка 2 млн мечей.


Боевые кинжалы более по­зднего времени назывались ёрой-доси («протыкатель дос­пехов»). Существовало три основных вида ёрой-доси: танто, хамидаси и аигути. Отличались они размером гарды. Танто имел нормальных размеров гарду и похо­дил на уменьшенную копию вакидзаси, ха-мидаси имел маленькую гарду хамидаси-цуба (лишь небольшой валик между руко­ятью и клинком), а аигути не имел ее вов­се. Остальные детали оправы у них были такие же, как и у мечей в стиле букэ-дзу-кури. Только аигути (буквально — «рас­крытый рот») как правило, не имел обмот­ки на рукояти, а муфта фути располага­лась прямо напротив, внутри или над ме­таллической оковкой ножен. В связи с отсутствием гарды аигути не имел и шайб сэппа, а крючок куриката иногда заменял­ся свободно свисающим кольцом.
Считается, что танто носили саму­раи, состоявшие на службе, а аигути — вышедшие в отставку (как доказательство того, что они еще на что-то способны, а кинжал без гарды — все же кинжал). В древности кинжал ёрой-доси носили зат­кнутым за пояс сзади, но позднее его ста­ли затыкать с правой стороны рукоятью вперед и лезвием вверх (в таком виде его часто называли мэтадзаси — «носимый справа»).

Боевые кинжалы: сверху вниз — квайкэн, аигути, хамидаси, танто


КИНЖАЛЫ И НОЖИ

Самый древний кинжал имел длину от 5 до 22 см и назывался тосу. По форме он напоминал маленький нож ко-гатана (см. ниже), который, как считается, произошел именно от этого древнего оружия. Часто носили несколько кинжалов тосу в одних ножнах.

Кинжал хасивара


Хотя танто определяется как оружие длиной менее од­ного сяку, некоторые образцы на самом деле были несколько длиннее и назывались о-танто или суноби-танто.
Наиболее распространенными форма­ми клинков ёрой-доси были хира-дзукури, сёбу-дзукури и унокуби-дзукури (см. раз­дел «Терминология полосы меча») с одно­сторонней заточкой по выпуклой стороне клинка. Однако встречаются и другие фор­мы клинка. Наиболее интересная форма, известная только для кинжалов, называет­ся кубикири-дзукури. Клинок с большой кривизной имеет заточку по вогнутой сто­роне, острие отсутствует.
Кинжалы в стиле кубикири-дзукури имели своеобразное предназначение. Тер­мин «кубикири» переводится как «отреза-тель головы». Такие кинжалы носили слу­ги высокопоставленных самураев, чья ра­бота состояла в отрезании голов мертвым врагам, которые затем служили «боевыми трофеями». Хотя такое применение было безусловно реальным в древние времена, к XVII в. кинжалы кубикири-дзукури в ос­новном стали носить в качестве знака от­личия.
Еще одним типом ёрой-доси является хасивара. Это даже не кинжал, а скорее стилет, представляющий собой кованый
Кинжал танто в стиле кубикири-дзукури

Кинжал аигути


Нож ната


Кинжал-веер
железный брус квадратного сечения с крю­ком рядом с рукоятью. Он служил для за­щиты от мечей и для пробивания доспехов. Оправа обычно из резного дерева, иногда покрытого ярко-красным лаком. Некото­рые хасивара делались известными кузне­цами-оружейниками и могут быть подпи­саны.
Нож ната с клинком в виде зубила без четко выраженного острия имел все дета­ли оправы, подобные танто, но вряд ли использовался в бою. Скорее, его можно считать охотничьим ножом. Своеобраз­ным, чисто японским оружи­ем самообороны было дзит-тэ. Это, собственно, не кин­жал и не нож, так как его цилиндриче­ский или многогранный клинок не имел ни лезвия, ни выраженного острия. Ору­жие, обычно парное, использовалось япон­скими полицейскими в период Эдо. Меж­ду клинком и отходящим сбоку крюком ло­вили меч противника и вырывали его или ломали. К кольцу на рукояти крепился тем­ляк с цветной кистью, по цвету которой можно было судить о ранге полицейского.
Кинжалы с оправой в виде сложенного японского веера использовались женщина­ми и отставными самураями, а также док­торами, монахами и всеми, кто не хотел по­казывать, что носит оружие. Большинство из них имеет низкопробные клинки.
Маленькие кинжалы (менее 25 см) час­то вообще не имели металлических дета­лей оправы. Слегка изогнутый однолезвий-ный или обоюдоострый кинжал квайкэн обычно использовался женами и дочерьми самураев для самообороны и для дзигаи — самоубийства путем вскрытия шейной ар­терии, заменявшем для женщин сэппуку (в просторечии харакири). Кинжал для цере­мониальных сэппуку (кусунгобу) был пред­писанной длины — 9 сун 5 бу (28,7 см), имел клинок с прямым обухом без ребра




Оружие дзиттэ и полоса кинжала хасивара


и оправлялся в простые белые деревянные рукоять и ножны. Кусунгобу считался фамиль­ной ценностью и хранился обычно на спе­циальной подставке в токонома (специаль­ной нише для мечей в доме).
Стилет химо-гатана имел ромбичес­кий в сечении клинок и был целиком сде­лан из одного куска стали. Ножнами для него обычно служил срез бамбука. В каче­стве оружия могли также использоваться женские заколки для волос (кансаси), сде­ланные в виде стилетов длиной до 20 см.
Более подробно следует остановиться на маленьких ножах-кинжалах, которые носили в специальных прорезях на нож­нах мечей. Речь идет о ко-гатана (кодзу­ка), когаи, вари-баси (или вари-когай) кумабари.
Слово кодзука буквально означает «маленькая рукоять», поэтому этим тер­мином правильнее называть только руко­ять. Весь нож называется ко-гатана — термин, в принципе подходящий для лю­бого маленького ножа. Его место всегда на внутренней стороне ура ножен, и са­мая популярная форма, известная с XVI в., это тонкий плоский заостренный клинок в такой же плоской продолговатой рукояти. Последняя — кодзука — достигает 10 см в длину и немногим превышает 1,3 см в ширину. Сначала ко-гатана использовал­ся как кинжал, но со временем он стал многоцелевым ножом. Полоса ко-гатана обычно плоская и отполированная с од­ной стороны и с продольным ребром с другой. Рукоять кодзука делал тот же ма­стер, что и детали оправы меча. Полоса сидит в рукояти свободно и обычно удер­живается на месте только бумажными об­мотками. Многие клинки ко-гатана были работы прославленных кузнецов-оружей-


*= —I » ˜]
Ножи-кинжалы: сверху вниз — ко-гатана, когай, вари-когай и умабари

ников, но чаще «подпись» на них стоит просто для украшения.
Насчет времени появления ко-гатана мнения экспертов расходятся. Одни счита­ют, что они появились в период царствова­ния императора Го-Дайго (начало XIV в.), другие — что существенно позже — в на­чале XVII в.
Среди используемых материалов кро­ме обычных металлов и сплавов (см. раз­дел «Детали оправы») находят также де­рево, полированное, украшенное резьбой или лакированное, а также слоновую кость и родственные материалы. Орнамент рас­полагается только на лицевой стороне, при­чем обычно он выполнен на отдельной пла­стине дзи-ита и помещен внутри узкого рельефного бордюра. Тыльная часть может состоять из двух или даже трех различных сплавов, соединенных вместе. Вершина узора помещается или на стороне, соответ­ствующей лезвию (горизонтальная пози­ция), или направлена к основанию клинка

cf; //////////////////f^^^-
Кинжал-заколка кансаси
(вертикальная позиция). Все ранние код-зука горизонтального типа, а вертикаль­ный тип вошел в употребление лишь в се­редине XVIII в. На тыльной стороне допус­кается только плоское украшение, такое, как инкрустация или гравировка в продол­жение главного узора спереди или как-то с ним связанные. Но, как правило, тыльная сторона или не имеет украшения вовсе, или бывает покрыта штрихами нэко-гаки, на­поминающими следы от кошачьих когтей. Подпись обычно помещается на тыльной стороне ближе к основанию, но изредка и на самом основании или на ободке основа­ния с тыльной стороны. В материале, сти­ле украшения, дизайне кодзука должна со­четаться с когай и иногда с другими дета­лями меча.
Когай располагался на лицевой сторо­не омотэ ножен. Секция у основания ру­кояти использовалась для чистки ушей. Материалы и украшения точно такие же, как у кодзука. Вари-когай или вари-баси представляли собой расщепленный посе­редине когай и могли служить палочками для еды. Существует множество версий о предназначении когай. Наиболее правдо­подобным кажется предположение, что он являлся пережитком какого-то рода шпиль­ки для укладывания волос под шлемом, приглаживания их и разделения на пробор после того, как шлем снимали. Кроме того, считается, что когай втыкали в голову или тело убитого знатного противника с целью установления затем имени победителя. Большинство экспертов сходится во мне­нии, что когай древнее ко-гатана.
Умабари («лошадиная игла») — это оружие, которое находят на мечах и кин­жалах, оправленных мастерами из провин­ции Хиго, и которое служило ланцетом для пускания крови лошадям. Это цельноме­таллический предмет с обоюдоострым пря­мым клинком трехгранного поперечного сечения.
Хотя ко-гатана, или когай, или сразу оба изредка находят на длинных мечах типа катана, они по своей сути были принад­лежностью более короткого оружия. Даже на последних довольно часто можно найти только одно из них (чаще ко-гатана). Кин­жал умабари встречается только на ору­жии, оправленном в нетрадиционном сти­ле, типичном для провинции Хиго, обыч­но вместо ко-гатана. Ни одна из этих трех вещей не была обнаружена на мечах типа тати или хан-дати.


ЭТИКЕТ ЯПОНСКОГО МЕЧА

Ни в одной другой стране не был так развит этикет меча, как в Японии. Хотя ос­новным оружием Древней Японии был лук со стрелами, именно меч постепенно стал «душой самурая». Культ меча породил эти­ку меча, нарушение которой смывалось только кровью.
С конца XVI в. исключительное право ношения длинного меча дайто, а также пары мечей дайсё закрепилось за самура­ями и придворной аристократией кугэ. Го­рожанам разрешалось носить лишь корот­кий меч (сёто) и то только во время боль­ших праздников или путешествий. Кресть­янам, как и во всем мире, запрещалось иметь оружие. Особенно строго за испол­нением закона о праве ношения мечей (тайто-гомэн) следили в мирный период Эдо (1603 — 1868 гг.).
Женщинам из самурайских семей раз­решалось носить меч, только когда они на­ходились в дороге одни. Кроме того, меч надевали придворные дамы в случае пожа­ра во дворце.
Заткнутый за пояс с правой стороны или положенный справа от себя меч озна­чал доверие к собеседнику, так как из это­го положения было труднее всего привес­ти меч в боевую готовность (все японские фехтовальщики были правшами). Именно поэтому во многих школах иай-до и кэн­до до сих пор сохраняется традиция дер­жать меч для приветствия в таком положе­




нии, из которого его очень трудно выхватить. Например, стоя его полагается держать в правой руке за ножны возле гарды остри­ем вперед и лезвием вверх. Сидя — меч кладут справа рукоятью вперед и лезвием к себе (лицевая сторона омотэ направле­на вниз).
В дом самурая с длинным мечом за по­ясом мог войти только глава клана (даймё) или самурай, стоящий рангом выше хозяи­на. В других случаях длинный меч необхо­димо было снять (в знак добрых намерений) и оставить в прихожей или отдать слуге, который относил и с соответствующими почестями клал его на специальную под­ставку. При длительном визите, протекаю­щем в исключительно дружественной обста­новке, короткий меч также снимался и рас­полагался справа от сидящего, рукоятью — к владельцу, а клинком в ножнах — к хозя­ин)' дома. Поворот меча рукоятью к против­нику означал неуважение его способностей фехтовальщика, поскольку настоящий мас­тер мог мгновенно этим воспользоваться. Любые движения в сторону меча гостя счи­тались недостойными, а попытка коснуться его или тем более оттолкнуть в сторону вос­принимались как вызов.
Пара мечей дайсё на подставке катана-какэ
Мечи всегда занимали самое видное место в доме самурая — в специальной нише токонома в главном углу комнаты на подставке для мечей. Горизонтальная подставка для мечей называлась катана-какэ, а вертикальная — тати-какэ. На

Меч итомаки-но-тати на подставке тати-какэ
тати-какэ полагалось ставить итомаки-но-тати, причем обязательно рукоятью вниз. На катана-какэ располагали мечи типа букэ-дзукури и тати других типов. Мечи на подставке катана-какэ распола­гали рукоятью влево и лицевой стороной омотэ вперед. Таким образом, мечи тати на горизонтальной подставке всегда нахо­дились лезвием вниз, а мечи в стиле букэ-дзукури — лезвием вверх.
Когда меч находится на подставке, шнур сагэо должен быть аккуратно обвя­зан вокруг ножен возле куриката. Суще­ствует несколько способов завязывания шнура на мечах, оправленных в стиле букэ-дзукури. Ниже приводятся два основных.
Шнур на мечах, оправленных в стиле дзиндати-дзукури, завязывался еще более


сложными способами. Подставка для меча должна по возможности контрастировать по цвету и украшению с мечом на ней.
Хорошие мечи почитались в Японии столь высоко, что родилась особая цере­мония «любования мечом». Для хозяина меча считалось большой честью, если гос­ти выражали восхищение его мечами. Про­цедура осмотра мечей была тщательно рег­ламентирована, были расписаны жесты и реплики всех участников подобной цере­монии. Передавать меч кому-либо как для показа, так и на хранение можно было толь­ко рукоятью к себе. При демонстрации ору­жия полагалось вытаскивать из ножен только часть клинка, находящуюся рядом с гардой, и обязательно постепенно. Клин­ком любовались, наклоняя его под разны­ми углами к свету. Полностью обнаженный клинок (сираха) мог быть воспринят как враждебность. Если же владелец меча все же хотел показать весь клинок, то он с по­чтением передавал оружие гостю, с тем чтобы тот сам с многократными извинени­ями и комплиментами по по­лагающемуся этикету вынул клинок из ножен. И не дай Бог коснуться обнаженного клинка рукой — только шелковым платком или листом ри­совой бумаги!
Обнажение любого оружия на улице, удар ножнами о ножны (сая-атэ) или бря­цание оружием было равнозначно вызову, за которым мог последовать удар без пре­дупреждения. Поэтому даже копья яри и нагината полагалось переносить в ножнах или чехлах. Полагают, что даже левосто-ронее движение в Японии обязано своим происхождением именно этикету меча и привычкам самураев. Ведь только в случае левостороннего направления движения два самурая, столкнувшись на улице, имеют шанс не задеть мечами друг друга (а это было смертельным оскорблением). Кроме того, меч легче выхватить и быстро нанес­ти удар вправо, чем влево, а при таком на­правлении движения левая сторона более защищена.


Второй способ завязывания шнура сагэо на мечах в стиле букэ-дзукури
Первый способ завязывания шнура сагэо на мечах в стиле букэ-дзукури

Футляр катана-дзуцу



В длительном путешествии меч заворачивали в мешочек кэнэ и клали в деревянный ла­кированный футляр катана-дзуцу, кото­рый состоял из двух частей и имел ушире-ние для гарды. Иногда вместо катана-дзу-цу использовался кожаный или матерчатый чехол хикихада. Минимальной необходи­мой защитой для меча считался чехол для рукояти кадзари-самэ, предохранявший обмотку и украшения на рукояти от непо­годы. Кадзари-самэ обычно делали из кожи ската и иногда богато украшали. Не­которые такие чехлы стоили целое состоя­ние, и даймё дарили их друг другу в тор­жественных случаях.
Существовали определенные способы и для крепления мечей за поясом. Меч тати подвешивали к поясу с левой стороны, а короткий меч коси-гатана (меч-спутник тати) располагали вертикально, засунув за пояс; при этом конец ножен коси-гата-на должен был пройти через кольцо иуру-маки с запасной тетивой, свисавшей меж­ду кольцами аси на мече тати. Такой спо­соб расположения мечей назывался иуру-маки-гатамэ-но-сита-хо. Мечи в стиле букэ-дзукури (катана, вакидзаси и пр.) часто просто засовывали за пояс лезвием вверх. Если носили пару мечей дайсё, то обычно их располагали так, что рукоять короткого меча находилась ближе к цент­ру тела, а рукоять длинного направляли
Способ крепления тати и коси-гатана (цурумаки-гатамэ-но-сита-хо)




Различные виды косиатэ
несколько влево. Однако более удобно было использовать специальный крепеж косиатэ, который мог быть предназначен для одного меча (ката-косиатэ) или для двух (рё-косиатэ). Косиатэ, как правило, представлял собой кусок кожи со шнура­ми для привязывания к талии и с нашиты­ми на него петлями, в которые вставлялся меч. Более редкие экземпляры имели труб­ку (цуцу-косиатэ) или доску (ита-косиа-тэ) с отверстиями для меча. Меч, закреп­ленный в косиатэ или засунутый за пояс, крепко прилегал к телу и не бился о бедро при езде верхом или при ходьбе. Кроме того, неподвижность рукояти означала, что рука могла быстро найти ее и схватить, ког­да возникала необходимость обнажить меч, а не возиться как с рукоятью тати.
Как и в Европе, знаменитый меч мог иметь собственное имя и передавался по наследству из поколения в поколение. Та­кой меч считался лучшим подарком для са­мурая. История Японии знает не один слу­чай, когда подарок хорошего меча (знаме­нитого мастера) превращал врага в союз­ника.
Следующий эпизод показывает, что зна­менитый меч ценился больше, чем жизнь его обладателя: «Полководец Хори Хидэ-маса осаждал господина Акэти Мицухидэ в его замке Сакамото... Когда господин Акэти понял, что замок вот-вот падет, он отправил послание: «Мой замок пылает, и скоро я умру. У меня много великолепных мечей, которые я собирал всю свою жизнь. Я не хотел бы, чтобы они погибли вместе со мной... Если бы вы ненадолго прекрати-
S
ли штурм, дабы я мог пере­дать их вам, я смог бы умереть спокойно». Господин Хори со­гласился. Воины остановились и со стены замка спустили завернутые в циновку мечи. Потом атаки возобновились, и на сле­дующий день замок пал. Господин Акэти умер — по-видимому, со спокойной ду­шой».
Особо строгими были требования эти­кета при императорском дворе и дворе сё-гуна (военного правителя). Для каждого обряда, торжества или приема предусмат­ривались разные варианты оправы ножен и рукояти, цвет, орнамент, количество и места расположения мон (гербовых знач­ков) и т. д. Так как здесь невозможно пере­числить все тонкости придворного этике­та, мы приведем лишь один пример. В тор­жественных случаях основа пластины дзи-ита у рукояти ножа ко-гатана и когай должна была быть из сплава меди с золо­том (сякудо) с тонким и регулярным зер­нистым узором нанако. В обычных же слу­чаях использовалась поверхность с ромбо­видным узором, напоминающим камень (исимэ), или гладкая полированная осно­ва (дзи-мигаки). Из этого примера видно, до каких мелочей доходили требования рег­ламента.

ЯПОНСКИЙ МЕЧ ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ МЭЙДЗИ

Революция Мэйдзи (1868 г.), лишившая самурайство всех привилегий, явилась переломным моментом и в истории меча. Однако концом периода синсинто («но­вого нового меча») и началом периода гэндайто («новейшего меча») считается 1876 г., который ознаменовался запретом на ношение мечей (хайто-рэи).
Европеизация и развитие промышлен­ности, начавшиеся после революции Мэй-дзи, коснулись и армии. Офицерский состав


армии и флота Его Импера­торского Величества сформи­ровался из класса самураев. До полной капитуляции Японии в 1945 г. меч или сабля считались необходимой при­надлежностью офицера, являясь символом власти над подчиненными и напоминани­ем о самурайском кодексе чести бусидо. Офицеры по регламенту носили сабли за­падного стиля, сделанные на современных фабриках, однако в военное время боль­шинство из них использовало полосы са­мурайских мечей в регламентируемой оп­раве. Изготовлялись также нетрадицион­ные сабли и парадные мечи для военных и полиции; некоторые из последних имеют протравленную кислотой линию закалки, и фактически эти мечи — имитация. С се­редины эпохи Мэйдзи (около 1890 г.) до 1933 г. было сделано очень мало традици­онных мечей гэндайто.
Резкое возрождение производства тра­диционных мечей началось в 1930-х гг. В июле 1933 г. в центре Токио была откры­та кузница Ясукуни. Спустя несколько ме­сяцев, в том же 1933 г., Хикосабура Кури-хара создал Японский институт по изготов­лению мечей. Благодаря возродившемуся

Сдача в плен офицеров 7-й японской армии. 25 февраля 1946 г., Тампой, Малайзия

интересу к производству мечей на следую­щий год Имперская академия искусств организовала выставку японских мечей. Одновременно была создана Японская ас­социация кузнецов-оружейников, которая в 1935 г. спонсировала конкурс традици­онных мечей, который проходил ежегодно вплоть до 1945 г.
В Японии послевоенная оккупационная администрация запретила производство мечей и сняла запрет только семь лет спу­стя, в 1953 г. С этого момента изготовите­ли мечей снова всерьез принялись за дело с целью восстановления производства тра­диционных мечей. Все мечи, сделанные после 1953 г. и соответствующие традици­онным канонам, называются синсякуто.
В 1949 г. было создано Общество сохра­нения японских художественных мечей, ко­торое начиная с 1965 г. проводит конкурс «современных мечей» синсякуто. На этом конкурсе особо выдающиеся мечи получа­ют одно из 4 почетных наименований: осо­бо ценный, ценный, особо сохраняемый и просто сохраняемый. В настоящее время в Японии особо ценных мечей числится 117 штук, а ценных — около 3000. Японское государство, в свою очередь, ввело два ти­тула, которыми награждаются не только мечи, но и мастера, их изготовившие, — национальное сокровище и важное досто­яние культуры. Считается, что ни один меч, находящийся вне пределов Японии, каким бы превосходным он ни был, официально не признан национальным сокровищем или особо ценным мечом. Учитывая японский консерватизм, это кажется весьма правдо­подобным.
В противоположность мечам гэндайто, сделанным по традиционной технологии, сёвато — это собирательный термин, ис­пользуемый для обозначения всех мечей машинного производства. Это мечи низше­го сорта, сделанные упрощенными метода­ми. Они не регистрируются японским пра­вительством, и, таким образом, у них не мо­жет быть законного владельца. Из-за тако­го статуса японские специалисты не могут изучать эти мечи в Японии. Поэтому о них очень мало из­вестно. В отличие от гэндай-то сёвато имеет неразборчивую подпись или даже штамп вместо подписи на хвос­товике. Однако надо учитывать, что неко­торые военные мечи, даже сделанные традиционными способами, могут иметь штамп арсенала или военной комиссии по приемке.
Термин «сёвато» происходит от назва­ния периода Сёва (1926—1989 гг.), так как именно в этот период (особенно с 1939 по 1945 г.) такие мечи производились в мас­совых количествах. Однако этот термин не употребляется для обозначения периода, когда они были сделаны. Мечи сёвато вы­пускались главным образом для армии и во­енно-морского флота, но их также покупа­ли другие лица, желавшие иметь «япон­ский меч». Поэтому некоторые сёвато были оправлены в стиле катана («граж­данская» оправа).
Примеры штампов арсенала
Существует много типов сёвато, и для них есть разные названия, отражающие специфику производственного процесса и материала, которым пользовались различ­ные группы и мастера. Описать все произ-

8 Зак. 222
193
водственные процессы невоз­можно, приведем лишь неко­торые примеры и названия: гунсуйто (меч, сделанный из стали, про­изведенной компанией «Гунма Суирёку Кабусики Кэйся»);
> дзицаёто («практичные мечи»); кинкэнто (мечи, предназначенные для очень низких температур Маньчжурии и Сибири);
У мантэцуто (мечи, произведенные Мань­чжурской железнодорожной компанией). Эти мечи машинного производства изго­товлялись следующим способом: снача­ла из мягкой стали получали сердцеви­ну, которую вставляли в трубку из высо­коуглеродистой стали. Затем из этой за­готовки выбивали полосу меча и в процессе закалки охлаждали в масле;
муратато (мечи, сделанные по методу Цунэюки Мурата);
ниппон-токусё-токэн (специальные мечи);
руцубо-коу-сэйсаку-синнихонто (новый японский меч, сделанный из тигельной стали);
син-ан-токаё-нихонто («вновь запатен­тованные японские мечи»); синнихонто («новый японский меч»);
> тайсюко (нержавеющая сталь), саби-найто (мечи фабричного производства для военно-морского флота); токкёгунто (патентованные армейские мечи);
ётэцуто (мечи из заводской стали); ёто («западные мечи»).
В 1937 г. японское военное ведомство ввело новый тип оправы, называемый гун-то («военный меч»). Термин относился ко всем мечам вооруженных сил — армей­ским (сингунто), военно-морским (кайгун-то), а также к более ранним образцам (кю-гунто) и применялся по отношению ко всему мечу, а не только к полосе меча. Полосы мечей, оформленных в стиле гун-то, были большей частью сёвато, сделан­ные во время Второй мировой войны. Од­нако использовались также традиционно изготовленные полосы от всех периодов из­готовления мечей — кото, синто, синсин­то и до гэндайто. Ниже будут рассмотре­ны различные варианты мечей в оправе гун-то, а также сделанные по европейским об­разцам сабли, шпаги и тесаки. Многие из последних были просто «имитацией», служащей знаком отличия.
Мечи кюгунто
Мечи кюгунто, или старые армейские мечи, также называемые русско-японски­ми мечами, использовались армейскими, кавалерийскими и морскими офицерами в Русско-японскую и в меньшей степени во Вторую мировую войну. Этот стиль опра­вы был в употреблении с 1883 по 1945 г. Мечи кюгунто отличаются большим раз­нообразием в качестве как полос мечей, так и ножен. Обычно полосы от древних фа­мильных мечей в оправе кюгунто отлича­ет более длинная рукоять и крепление с по­мощью бамбукового штыря мэкуги. Мечи с полосами массового производства име­ют более короткие рукояти и головку с вин­товой нарезкой. Ножны мечей кюгунто обычно хромированные или никелирован­ные с деревянными внутренними вставка­ми. Большинство ножен имеет два кольца для крепления к поясному ремню, причем нижнее кольцо может быть съемным. Креп­ление с помощью двух колец использова­лось при полном парадном мундире, а с по­мощью одного кольца — при обычной во­енной форме. Рукоять покрыта акульей кожей или кожей ската и обмотана золоти­стого цвета проволокой. Эфес имел дуж­ку, охватывающую рукоять, и пружинный зажим, фиксировавший клинок в ножнах.
Часто путают различные стили кюгун-то. Внешние накладки эфесов военно-морских мечей кюгунто обычно не име­ют боковых секций, в то время как армей­ские кюгунто и колониальные мечи име­ют боковые секции и различные эмблемы на них.

По мере того как японцы оккупирова­ли различные территории в 1930—1940 гг., они выдавали специальные мечи чиновни­кам колониальной армии. Каждый коло­ниальный район имел свою эмблему на эфесе. Колониальные мечи обычно имеют хромированные клинки машинного произ­водства, однако иногда в них встречаются и полосы мечей ручной работы.
Мечи сингуто
Японские военные действия в Маньч­журии и Китае в начале 1930-х гг. поро­дили сильные националистические чув­ства, которые выразились введением но­вого типа оправы меча — сингунто, за­менившего кюгунто. Сингунто был сделан на основе традиционного меча


тати, и образец хорошего качества имел все детали, по­лагающиеся тат и. Меч син­гунто использовался на протяжении всей Второй мировой войны сухопутными и во­енно-воздушными силами японской ар­мии. Ножны офицерских мечей сингунто обычно сделаны из металла, вькрашенно-го в коричневый цвет, хотя нередко встре­чаются желтовато-коричневые, темно-си­ние и черные ножны. На многих имеются также кожаные походные чехлы. Полосы мечей сингунто бывают машинного про­изводства (сёвато), современные ручно­го производства (гэндайто), а также ста­рые фамильные. Рукоять обматывалась шнуром или покрывалась кожей и обыч­но украшалась изображениями цветков вишни на головке рукояти касира, муфте

о

Мечи кюгунто офицеров сухопутных сил
Меч кюгунто офицера военно-морских сил



фути и других деталях. Кли­нок фиксировался в ножнах
пружинным замком.
В 1944 г. производились также два уп­рощенных варианта меча сингунто. Пер­вый имел ножны из лакированного дерева темно-коричневого цвета, лакированную обмотку рукояти ито и железную отдел­ку, окрашенную в черный цвет. Предпола­гают, что такими мечами вооружались так­же морская пехота и военная полиция, хотя доказательств этого нет. В этих оправах на­ходят все типы полос мечей как машинно­го производства, так и ручного.
Второй тип мечей конца 1944 г. имеет светло-коричневые или желтовато-коричне­вые ножны и светло-коричневую или зеле­ную обмотку рукояти ито. Полосы, най­денные в таких мечах, неизменно низкого качества и машинного производства.
К 1945 г. в Японии и на оккупированных ею территориях производилось много низ­копробных вариантов сингунто. Эти мечи имеют простые медные, бронзовые или же­лезные детали оправы, простые проволоч­ные петли с кисточками, низкокачественную коричневую, желтовато-коричневую или зе­леную обмотку рукояти и плохо сконстру­ированные деревянные крашеные в черный цвет ножны, некоторые с чехлами. Все мечи этого типа самого низкого качества, сделан­ные из низкосортных материалов. Ни у од­ного нет полосы ручной работы.
Сержантский меч сингунто
Вплоть до 1945 г. сержантские мечи сингунто имели цельнометаллическую ру­коять. Первая модель имела некрашеный латунный эфес. На более поздних моделях эфесы были из алюминия и окрашены в ко­ричневый цвет так, что создавалось впечат­ление, будто рукоять обтянута кожей или шнуром. У этих мечей на клинке есть се­рийный номер, и они все без исключения машинного производства. Ребро клинка

Меч сингунто конца 1944 г.

Сержантский меч сингунто

Меч кайгунто
выражено неявно, что является результа­том машинной полировки.
В 1945 г. сержантский меч стал выпус­каться с простой деревянной рукоятью с резной насечкой под кожу ската самэ и об­мотку рукояти ито, простыми крашены­ми чернеными железными деталями опра­вы и светлыми желто-коричневыми метал­лическими ножнами. Все полосы мечей в этой оправе машинного производства.
Мечи кайгунто
Мечи кайгунто носили японские офи­церы военно-морского флота. Они имели темно-синие, почти черные, лакированные ножны с двумя кольцами, иногда покрытые лакированной кожей ската самэ. Рукоять со­стояла из самэ того же типа и черного или темно-синего шнура для обмотки рукояти ито. Металлические детали оправы были из позолоченной бронзы. Полосы в оправах кайгунто могут быть как машинного про­изводства, некоторые даже из нержавеющей стали, так и ручной работы.
Темляк
Военные мечи гунто, а также некото­рые парадные сабли обычно имели темляк, прикрепленный к кольцу на головке руко­яти. У мечей сингунто и кайгунто тем­ляк оканчивался кистями. Звание офицера определялось по цвету кисти. Голубые ки­сти носил младший офицерский состав,

Темляки: слева направо — офицерских мечей сингунто и кайгунто; сержантских мечей сингунто и кайгунто; меча кюгунто


красные — старшие офицеры, красные с золотом — генера­лы. Сержантские мечи имели кожаный чехол на конце темляка, а темляк меча кюгунто оканчивался шаром. Так как темляк может быть легко перенесен с од­ного меча на другой, его наличие не явля­ется критерием при определении ценнос­ти меча.
Кавалерийские сабли
Японские кавалерийские сабли, появив­шиеся в конце XIX в., имеют полосы ма­шинного производства с серийными номе­рами на рикассо (пята клинка) и обычно со штампами арсенала. Образец 1892 г. (тип 25) имеет бронзовый эфес и простую дере­вянную рукоять. У кавалерийских сабель
Эфесы кавалерийских сабель: слева направо — типы 25 и 32

образца 1899 г. (тип 32) дужка из рифле­ной стали (обычно черненой), рукоять из рифленого дерева. Имеется кожаная петля для пальца на внутренней стороне желез­ной гарды. Эфес крепится к хвостовику с помощью винта, проходящего через центр рукояти. Имеется длинный широкий дол по всей длине клинка. Ножны черненые сталь-





Артиллерийский тесак
Значки на парадных армейских и полицейских саблях

ные с одним кольцом для подвешивания. Клинок фиксируется в ножнах пружинным зажимом. Кавалерийские офицеры носили такого же типа сабли, но более изысканно отделанные, иногда с коваными фамильны­ми полосами.
Парадные армейские и полицейские офицерские сабли
Парадные армейские и полицейские офицерские сабли очень похожи по дизай­ну и общему виду: очень узкие клинки (зна­чительно уже, чем на мечах кюгунто) с со­вершенно симметричной волнообразной линией закалки, хромированные металли­ческие ножны, желтовато-коричневые мед­ные эфесы с дужкой и обмотанные прово­локой рукояти. Однако если на накладке эфеса парадных армейских сабель изобра­жался пятилепестковый цветок вишни, то на всех полицейских саблях (включая и саб­ли рядовых) ставился полицейский значок, состоявший обычно из 10 лепестков. Кро­ме того, на парадных армейских саблях иногда встречается фамильный герб мон на внешней накладке эфеса. Все клинки этих мечей машинного производства и обычно хромированные.
Сабли рядовых полицейских
Все сабли пеших и конных полицей­ских низкого и среднего ранга были машин­ного производства с хромированными клинками. Эти мечи обычно имеют совсем короткие клинки, несмотря на то что нож­ны из хромированного металла нормаль­ной длины. Эфес из бронзы, а рукояти де­ревянные с черным кожаным покрытием и обмоткой из медной проволоки. Сабли ря­довых, в отличие от офицерских полицей­ских сабель, не имели дужки, которая со­единяла гарду и головку эфеса. Правда, на­личие кольца на гарде и иногда на головке эфеса указывает на то, что, возможно, вме­сто дужки имелась цепочка.
Артиллерийские тесаки
Эфесы шпаг
Как и в большинстве европейских ар­мий, японские артиллеристы получили для самообороны и хозяйственных надобнос­тей тесаки. Это оружие имело клинки дли­ной около 50 см с широким долом только на одной стороне. У всех моделей был бронзовый эфес с ребристой рукоятью с одной стороны и гладкой с другой. В кон­це войны некоторые из этих тесаков дела­ли с деревянной рукоятью, с бронзовыми гардой и головкой эфеса. Черные кожаные


ножны могли быть оправлены бронзой или железом. Все эти тесаки были машинного про­изводства и обычно имели штамп предпри­ятия на крестовине.
Придворные шпаги и шпаги дипкорпуса
Эти шпаги очень похожи на некоторые соответствующие западные образцы и от­личались друг от друга только эмблемами на эфесе. Их носили высшие офицеры при полной парадной форме и дипломаты в ран­ге от консула и выше при соблюдении ме­роприятий международного дипломатичес­кого протокола. Прямой клинок шириной всего 1,5 см, обоюдоострый и обычно с цве­точной гравировкой. Эфес из позолоченной бронзы имел гарду в форме двух раковин, загнутых к клинку. Ножны из черной ла­кированной кожи с позолоченными дета­лями из бронзы вставлялись в V-образную шелковую портупею.


Военно-морские кортики: сверху вниз — модели 1873 и 1883 гг. и модифицированная модель 1883 г.

Кинжал камикадзэ-аигути

Мундиры японской армии: слева направо — самурай повстанческой армии (1877 г.), первый армейский офицер (1871 г.), армейский офицер (1904—1905 гг.)

Мундиры японской армии: слева направо — верхний ряд — армейский офицер (1912 г.); армейский офицер в тропической форме (1926 г.); армейский офицер в полевой форме (1938 г.); нижний ряд — офицер военно-морских сил (1868 г.); офицер военно-морских сил в парадной форме (1874 г.); офицер военно-морских сил (1896 г.); лейтенант военно-морских сил (1942 г.)


Ведомственное оружие
Существовало множество видов холодного оружия различных ве­домств и служб. Многие из них имели эм­блему соответствующей службы на внеш­ней накладке эфеса. Все они машинного производства и с хромированными клин­ками. Ножны могли быть хромированны­ми или никелированными.
Кортики и кинжалы
В 1873 г. для военно-морских офицеров и сержантов был введен кортик. Он имел однолезвийный клинок и деревянную ру­коять, покрытую черной кожей ската. Муф­та хабаки, как правило, отсутствовала. Ножны из коричневой или черной кожи снабжались двумя латунными обоймицами и двумя кольцами с противоположной сто­роны ножен. В 1883 г. появляется новая модель кортика для всех старших офице­ров. Новый кортик также имел однолезвий-ный клинок, но был снабжен хабаки. На муфте рукояти фути и клинке появилось изображение цветка вишни (сакура). Руко­ять по спирали обмотана позолоченной проволокой. Позднее этот кортик был еще модифицирован: увеличилась головка ру­кояти, а узор в виде сакуры сместился на рукоять и прикрывал крепежный штырь. Эту модель кортика носили во Вторую ми­ровую войну. Она выпускается и сейчас для японских ВМС.
Армейские офицеры никогда официаль­но не имели кинжалов, но некоторые носили традиционные танто или вакидзаси в по­ходном чехле обычно вместо тяжелых мечей. Пилоты-камикадзэ, таранившие своими са­молетами корабли противника, иногда име­ли небольшой кинжал без гарды, которым при желании они могли перерезать себе шей­ную вену, перед тем как поразить цель. Та­кие кинжалы получили название камикад­зэ-аигути. Однолезвийный слегка изогну­тый клинок всегда имел муфту хабаки и ча­сто дол. Ножны и рукоять деревянные. В отверстие в рукояти продевался шнур, кото­рый надевали на запястье.


DJDDDDD
DP DP DP DP PP PD DP PD PP pp DJD PP
xro xra xro \ro тго xro xro xra хто тто тто xro




Приложение

СОВЕТЫ НАЧИНАЮЩИМ КОЛЛЕКЦИОНЕРАМ
Выбор меча
Обычно под экспертизой японского меча понимают определение качества из­готовления полосы меча и оправы, време­ни его создания, мастера-оружейника и в результате общую ценность меча. Для это­го помимо обладания справочными данны­ми по подписям японских мастеров-ору­жейников необходимо иметь соответству­ющие знания. Приводимые ниже рекомен­дации служат для того, чтобы вы смогли составить общее представление о мече (старый меч, меч времен Второй мировой войны или современная репродукция, а также плохого он качества или нет). Хо­рошо, если вы уже имеете какой-то опыт, то есть видели хорошие настоящие мечи.
Следующие пункты расположены в по­рядке возрастания сложности, поэтому для кого-то первые рекомендации покажутся смешными, но будьте терпеливы.
Полоса меча сделана из стали или это какой-то «мягкий» сплав? Многие современ­ные копии и иайто (меч для тренировок иай-дзюцу) имеют клинки из мягкой стали. Если есть сомнения, проверьте клинок маг­нитом. Сталь магнитна, алюминий — нет. Если это алюминий, сомнений быть не мо­жет — перед вами копия, и очень плохая!
Сувениры для туристов. Существуют многочисленные предметы, сделанные в XX в., которые часто воспринимаются как особого типа японские мечи. Они сделаны в форме резных или крашеных деревянных или костяных фигур различных драконов, японских крестьян, рыб и т. д. Такие мечи-сувениры делались и делаются всех разме­ров, от танто до катаны и тати. У неко­торых из этих костяных мечей самая низко­сортная металлическая оправа с вырезан­ным или чеканным моном Токугавы. Клинки у всех у них из мягкой стали, и они имеют искусственную линию закалки (хамон). Их называют хотё тэцу («кухонная сталь») — самый унизительный термин в глазах цени­телей мечей. На многих есть гравировка (обычно растений) на клинке. Эти мечи не представляют интереса для коллекционеров японских мечей.
Поэтому, если вам предлагают меч То-кугавы, Минамото, Такэды или Оды Нобу-наги с невероятной гардой в виде змеи и рукоятью с драконьей пастью (а таких мно­го в магазинах крупных городов России), смело уходите. Не было у этих великих полководцев таких мечей. Если вам нужен иайто, то лучше купите неброскую копию с одноцветной лакировкой ножен и плете­ной рукоятью. Тогда можете быть увере­ны — такой меч действительно существо­вал и соответствовал вкусу настоящего самурая.
Меч ниндзя — это голливудский об­ман. Не существует никаких исторических доказательств, что синоби (ниндзя) исполь­зовали специальный тип мечей, отличный от самурайских мечей того периода. Все так называемые мечи ниндзя — чистая фантазия.
Маленькие кусочки бумаги между об­моткой рукояти (цука-ито) и кожей ска­та (самэ), согласно расхожему мнению, представляют собой молитвы, охраняю­щие воина в бою, следовательно, служат доказательством того, что меч настоящий. Это чистый вымысел. Это просто бумаж­ные прокладки, чтобы лучше держалась сама обмотка на рукояти. Дело в том, что процесс цука-маки (обмотки рукояти) весьма сложен. Есть большая вероятность того, что после этого рукоять будет вы­глядеть потрепанной и изношенной. По­этому, чтобы цука-ито крепче держал­ся на рукояти, используются такие про­кладки.
Мечи-трости сикоми-дзуэ большей ча­стью имеют низкосортные клинки. Боль­шинство сикоми-дзуэ произведено в кон­це XIX — начале XX в. Клинки прямые и тонкие и часто имеют значительные дефек­ты. Очень редко можно найти клинок вы­сокого качества в оправе сикоми-дзуэ, хотя некоторые оправы представляют интерес благодаря спрятанным и выскакивающим с помощью пружины гардам.
Оправа меча не имеет отношения к воз­расту или аутентичности полосы меча. Со­временные копии могут выглядеть, как ста­ринные тати, катана, вакидзаси или танто. Сейчас воспроизводят также воен­ные мечи гунто. Современные полосы мечей могут быть переоправлены в старин­ную оправу, и наоборот, старинные клин­ки иногда находят в военных оправах Вто­рой мировой войны.
Заточен ли клинок до самой рукояти? Большинство мечей Второй мировой вой­ны заточены не по всей длине (заточка не доходит до хабаки). Хотя некоторые бо­лее старые мечи тоже могут быть заточе­ны не до хабаки, эта особенность преиму­щественно относится к мечам Второй ми­ровой войны. Таким образом, если клинок заточен не по всей длине до хабаки, то это еще не означает, что данный меч — эпохи Второй мировой войны, но это первый при­знак такой возможности.
Серийньш номер на клинке означает, что это клинок машинного производства, скорее всего сержантский меч эпохи Вто­рой мировой войны. Такие мечи не класси­фицируются как нихонто.
Форма клинка (сугата) может поведать очень многое о возрасте меча и иногда о местности, где он был сделан. Форма дол­жна быть сильной, изгиб естественным, и кисаки должно быть пропорциональным ширине и длине клинка. Форма и высота мунэ (обуха) также должны быть учтены. При осмотре сугата лучше всего держать полосу меча прямо в вытянутой руке. Если клинок имеет хорошую форму и его удоб­но держать в руке, то, скорее всего, он до­статочно качественный. Хорошая полоса меча не может иметь плохой формы, если только клинок не был поврежден. Это слу­чается часто, и поэтому важно постарать­ся представить себе убу (первоначальную форму клинка).
Имеется ли линия закалки (хамон) и настоящая ли она? Современные копии и многие мечи эпохи Второй мировой вой­ны машинного производства имеют искус­ственную линию закалки, в отличие от под­линной, получающейся при дифференциро­ванной закалке клинка. На хорошо отшли­фованном клинке якиба (закаленная часть клинка) будет бело-молочного цвета. Ос­мотрите хамон через увеличительное стек­ло. Настоящий хамон состоит из мельчай­ших мартенситовых кристалликов. Иног­да они такие мелкие, что не видны простым глазом; чтобы что-нибудь увидеть, надо держать клинок на уровне глаз точно в на­правлении источника света. Искусственная линия закалки будет видна как гладкое об­лако, без каких-либо «активностей» (хата-раки). На современных копиях и парадных саблях хамон имеет вид совершенно сим­метричной волнообразной линии, получа­емой, как правило, вытравливанием кисло­той. Кроме того, очень важно, чтобы ли­ния закалки была непрерывной, начиная от ха-мати (среза, отделяющего хвостовик от клинка) и по всей ее длине. Разрыв в ха­моне (ниои-гири) или боси (линии закалки на острие) — это фатальный кидзу, и его следует избегать. Эти дефекты допустимы только на знаменитых мечах, имеющих ис­торическую и культурную ценность.
Зернистость (хада) на стали клинка — обязательный признак большинства япон­ских мечей ручного изготовления. Зерни­стость (слоистость) хада возникает в про­цессе ковки. Лучше всего хада или дзиха-да (поверхностный рисунок хада) просмат­ривается между хамоном и синоги (ребром клинка). Для начинающих иногда бывает трудно увидеть хада. Кроме того, суще­ствуют старые мечи, которые не имеют зер­нистости (мудзи хада). Однако присут­ствие хада указывает на меч ручной рабо­ты. По зернистости нельзя определить воз­раст. Лучшие мечи в оправе гунто также имеют хада.
Фатальные дефекты (кидзу) клинка дол­жны стать предметом вашего пристально­го внимания. Подробнее см. раздел «Кид-зу — дефекты японских мечей». Особенно надо опасаться ха-гири и карасугути, а также больших зазубрин и сломанных ки-саки. Если даже в последних случаях и не задеты хамон и боси, все равно вы вряд ли найдете у нас в стране хорошего полиров­щика по мечам, а полировать клинок са­мому ни в коем случае не стоит — это толь­ко испортит его.
Хвостовик (накаго) может многое рас­сказать о возрасте полосы меча. Если штырь (мэкуги) или винт, удерживающий полосу меча в рукояти, может быть удален и рукоять снята (осторожно, не повредите рукоять или клинок — вся рукоять долж­на соскользнуть с хвостовика). Внимание: некоторые мечи могут иметь два мэкуги — один вблизи гарды и другой вблизи конца рукояти. Никогда не применяйте силу, что­бы снять рукоять. Хвостовик более новых мечей будет серый металлический, возмож­но, с легкой красноватой ржавчиной. Хво­стовики старых мечей более ржавые, от коричневого цвета до гладкого густого чер­ного у самых старых. На более новых ме­чах следы напильника (ясуримэ) на хвос­товике резкие и свежие. По мере ржавле­ния и стирания хвостовика они становятся более гладкими и менее отчетливыми. Ни­когда не надо чистить хвостовик японско­го меча — это снизит его ценность по меньшей мере на 50 %. Тип и цвет ржавчи­ны помогают определить возраст и аутен­тичность клинка.
Штамп на накаго (обычно рядом с ха-баки) означает, что это меч Второй миро­вой войны. Это штамп арсенала. Такие штампы встречаются только на полосах мечей после 1930 г. Мечи со штампами на накаго относятся к сёвато (наиболее ха­рактерный штамп — в виде цветка вишни с буквой Сё), и они часто подписаны не­ряшливыми буквами.
Подпись на хвостовике (накаго) отнюдь не свидетельствует, что меч ручной работы. Во время Второй мировой войны многие мечи подписывались просто для придания мечу престижа, даже если они были завод­ского изготовления. Неверно, однако, и про­тивное: если меч не подписан, это не зна­чит, что он заводской. Очень многие древ­ние полосы мечей оставались неподписан­ными или же надпись (мэи) терялась с течением времени. Наличие или отсутствие подписи на накаго мало связано с возрас­том полосы меча или с тем, ручного она из­готовления или нет. Однако хороший меч должен быть подписан искусно и уверенно, не кое-как, неряшливо и неуверенно. Почти не имеет значения, сможете ли вы прочи­тать надпись (большинство современных японцев не умеют прочитать надпись на мече на древнем кандзи); важно, чтобы она выглядела уверенно.
Ситуация, впрочем, значительно ослож­няется многочисленными подделками. Сей­час, например, большинство мечей за под­писью знаменитого Масамунэ рассматри­ваются как подделки. Более того, так как за всю историю Японии существовало око­ло 13 000 изготовителей мечей, то имена часто совпадали, особенно когда искусст­во передавалось из поколения в поколение в одной семье или от мастера к ученику. Например, в провинции Бидзэн было 70 кузнецов разного уровня мастерства, ко­торые носили имя Сукэсада.
Существует легенда, свидетельствую­щая о том, что подделки делали не только
в XIX и XX вв.
Деревня Осафунэ в провинции Бидзэн была известна своими производителями мечей. Однажды Канэмицу, один из веду­щих кузнецов, решил отдохнуть у себя в мастерской. Неожиданно он обнаружил, что прислушивается к звуку долота соседа.
Взбешенный, он вскочил, толкнул дверь соседа и схватил меч, на котором другой кузнец только что выбил имя. «Ты поставил мое имя на этом мече», — ска­зал Канэмицу.
Сосед признал, что сделал это, и стал извиняться. «Но как вы узнали? — спро­сил он. — Откуда вы наблюдали?»
«Я не видел, а слышал, — ответил Ка-нэмицу. — Ты использовал большее ко­личество ударов, чем это необходимо для написания твоего собственного имени».
Зачастую ремесленник ставил подпись своего отца или мастера. Интересно, что часто это делалось не для получения де­нег, а в качестве дани уважения.
Незначительные имена не стоило труда подделывать, и поэтому, когда стоит такое имя, это подлинник, но если вы приобрета­ете меч, на котором написано имя Масаму-нэ, Кунихиро или Киёмаро, вам лучше об­ратиться к коллегии экспертов (лучше япон­ских) и получить оригами — сертификат подлинности. Профессиональный знаток мечей кантэйся — это весьма уважаемая в Японии личность с начала эпохи Токугава (хотя научная оценка мечей восходит к на­чалу Средних веков). Лучше всего узнать его мнение, так как оно является результа­том изучения мечей и всего, что к ним от­носится на протяжении многих поколений. Для этого совсем не обязательно везти меч в Японию. Можно отправить только осига-та (копия или точный рисунок, показываю­щий все детали клинка или хвостовика).
Хранение и уход
Хотя меч — это рубящее оружие, кол­лекционный меч никогда не должен ис­пользоваться для рубки твердых предме­тов. Это приведет только к разрушению клинка. Особое внимание при хранении нужно уделять обмотке рукояти и другой оправе меча, так как в настоящее время практически невозможно найти мастера, способного это восстановить.
Прелесть и ценность самурайского меча составляет прежде всего превосходная по­лировка. В связи с этим клинок никогда нельзя трогать руками. Помимо прочего, это может привести к появлению ржавчи­ны. В отношении как клинков, так и опра­вы надо соблюдать два золотых правила: никогда не торопиться и лучше недочис-тить, чем перечистить.
Первое, что должен сделать коллекци­онер, когда он приобретает меч, это ра­зобрать его: вынуть крепежный штырь, после чего рукоять, шайбы, гарда и хаба-ки могут быть легко сняты. Однако иног­да этому мешает ржавчина или что-нибудь еще. В таком случае, держа меч в левой руке за рукоять под углом около 45° лез­вием вверх, надо резко ударить по пред­плечью или запястью левой руки ладонью правой. Если это не освободило полосу меча, пошлепайте или побейте вокруг гар­ды со стороны клинка, как можно ближе к хабаки, деревянным молотком или ку­сочком дерева и молотком. Если гарда сде­лана из мягкого металла или очень тон­кой работы, ее надо тщательно обернуть куском материи или мягкой кожи на вре­мя этого процесса. Когда полоса меча вы­нута, ее можно очистить от грязи или жира мягкой тканью и спиртом. Неопыт­ные владельцы японских полос мечей ча­сто хранят их настолько густо смазанны­ми жиром, жидким маслом или даже оли­фой, что оно с них стекает, и когда более сведущий владелец сотрет это, часто ока­зывается, что на поверхности клинка ос­тались пятна.
Снять нарушение цвета и слабую ржав­чину можно шерстью, пропитанной специ­альным средством. В случае активной кор­розии надо убрать красную ржавчину, изо всех сил стараясь не поцарапать при этом окружающую нержавую поверхность. Это можно сделать краем монеты, если ее ме­талл мягче, чем металл клинка. Последу­ющая обработка пропитанной специаль­ным средством шерстью удалит коррозию, и углубление будет чистым. В случае глу­боких впадин и «паутинообразной ржавчи­ны» можно смело воспользоваться крепкой медной или даже железной булавкой. Так как металл, из которого сделана булавка, сравнительно мягкий, она при аккуратном использовании не может нанести вреда. Но это только полумера, настоящую рестав­рацию и переполировку поверхности по­врежденного, эрозийного или ржавого клинка может осуществить только профес­сиональный японский полировщик.
В идеале полоса меча должна хранить­ся в сирасая, аккуратно завязанной в меш­ке из парчи на подкладке, лезвием вверх. Когда меч не носят и не используют, опра­ва и ножны должны храниться отдельно, если возможно, на деревянной модели меча, сделанной по его размеру. Тогда кли­нок можно осматривать внимательно, не отвлекаясь на оправу (и наоборот). Это, однако, идеальное содержание, и многие коллекционеры на практике предпочитают хранить полосы мечей в полной оправе.
Там, где существует опасность попада­ния влаги, клинок надо покрыть тонким сло­ем чистого гвоздичного масла, который надо периодически стирать и обновлять. Не сле­дует использовать минеральные масла и жир, потому что они могут оставить пятна на клинке. При высокой влажности масло надо применять раз в месяц, при низкой — раз в три месяца. Перед смазыванием уда­лите старое масло мягкой тканью, например платком. Затем посыпьте клинок специаль­ным порошком для удаления масла (ути-ко) или тальком. Удалите порошок и затем смажьте тонким слоем легкого масла.
Дилетант ни в коем случае не должен полировать клинок самостоятельно, это может привести к полному его разруше­нию. Вследствие того, что хвостовик несет ценнейшую информацию о мече, он никог­да не должен полироваться.
Оправы из мягкого металла можно ак­куратно очистить от грязи мягкой тряпкой или щеткой и спиртом, а затем, перед окон­чательной натиркой чистой замшей, слег­ка провощить. Японцы производят для это­го специальную ткань, пропитанную рас­тительным воском. Но вообще, чем мень­ше с оправой что-то делать, тем лучше. Следует тщательно избегать всех абразив­ных и других подобных материалов для по­лировки металла там, где дело касается оп­рав из мягкого металла.
Хранить гарды цуба лучше всего на мелких подносах, покрытых тканью. Очень приятны, хотя и не обязательны для хра­нения ваших сокровищ парчовые мешки. Гарды не должны лежать на голом дереве или даже на лакированной поверхности, и никогда одна на другой.
И последнее: лакированные ножны можно полировать любым хорошим ме­бельным кремом. Идеально их трогать че­рез шелковый носовой платок, и любые следы от пальцев надо тут же вытирать. Лак нельзя держать на свету, от этого он выцветает и портится.
ДАТЫ ПРАВЛЕНИЯ ИМПЕРАТОРОВ, СЁГУНОВ, РЕГЕНТОВ И ПЕРИОДЫ ЯПОНСКОЙ ИСТОРИИ


Император Сёгун Регенты и правители Период
Дзимму. (660)—585 гг. до н. э. Дзёмон. 13 тыс. лет до н. э. — III в. до н. э.
Суйдзэй. 581—549 гг. до н. э.

Аннэй. 549—511 гг. до н .э.

Итоку. 510—477 гг. до н. э.

Косё. 475—393 гг. до н. э.

Коан. 392-291 гг. до н. э.

Корэй. 290—215 гг. до н. э.

Когэн. 214—158 гг. до н. э.


Яёи. III в. до н. э. — III в.
Кайка. 158-98 гг. до н. э.

Судзин. (97)—30 гг. до н. э.

Суйнин. 29 г. до н. э.— 70 г. н. э.

Кэйко. (71)-130

Сэйму. (130)—190

Тюай. (192)—210

Регент Дзингу Кого. 201-269

Одзин. (270)—310


Ямато. III в. н. э. — 710 г.
Нинтоку. (313)—399

Ритю. (400)—405

Нандзэй. (406)—410

Ингё. (412)—453

Анко. 453—456

Юряку. 456—479

Сэйкэй. (480)—484

Кэндзо. (485)—487

В скобках указаны даты официальной коронации императоров, если она происходила позже их фактического вступления на престол.
Продолжение


Император Сёгун Регенты и правители Период
Нинкэн. (488)—498
Бурэцу. 498—506
Кэйтай. (507)—531
Анкан. 531—535
Сэнка. 535—539
Киммэй. 539—571
Бидацу. (572)—585
Ёмэй. 585—587
Сусюн. 587—592
Императрица Суйко. 592—628
Дзёмэй. (629)—641
Императрица Когёку. (642)—645
Котоку. 645—654
Императрица Саймэй. (655)—661
Тэндзи. (662)—671
Отомо (Кобун). 671—672
Тэмму. (673)—686
Императрица Дзито. 687 (690)—697
Момму. 697-707
Императрица Гэммё (Гэммэй). 707—715


Императрица Гэнсё. 715—724
Сёму. 724-749 0—794
Императрица Кокэн. 749—758

Ои (Дзюннин). 758—764
Императрица Сётоку. 764—770 Нар;
Конин. 770-781
Камму. 781-806
Продолжение


Император Сёгун Регенты и правители Период
Хэйдзэй. 806—809
Сага. 809—823
Дзюнна. 823—833 оо о\
Ниммё. 833—850 во
X
Монтоку. 850—858 as г˜
Сэйва. 858—876 Ёсифуса Фудзивара ?Л
Я
Ёдзэй. 876 (877)—884

Коко. 884—887
Уда. 887-897 Мотоцунэ Фудзивара О.
Дайго 897—930


Сюдзяку. 930—946 Тадахира Фудзивара
Мураками 946—967
00
Санэёри Фудзивара
Рэйдзэй. 967—969 Канэмити Фудзивара Хэйан. 7

VI
Эн-ю. 969—984 Ёритада Фудзивара
ее
т—<
т-1
I
Кадзан. 984—986
1
оо о\
оо и
я
Канэиэ Фудзивара *
m
X
Итидзё. 986—1011 Мититака Фудзивара
Митиканэ Фудзивара Позд


Митинага Фудзивара
Сандзё. 1011—1016

Го-итидзё 1016—1036
Госюдзяку. 1036—1045 Ёримити Фудзивара
Торэйдзэй. 1045—1068
Продолжение


Император Сёгун Регенты и правители Период
Госандзё. 1068—1072 Норимити Фудзивара


Сиракава. 1072—1086


Мородзанэ Фудзивара


Хорикава. 1086—1107 Моромити Фудзивара
Тададзанэ Фудзивара


Тоба. 1107—1123


Сутоку. 1123—1141 Тадамити Фудзивара
Коноэ. 1141—1155

Госиракава. 1155—1158


Мотодзанэ Фудзивара
Нидзё. 1158—1165

Рокудзё. 1165—1168 Мотофуса Фудзивара
Такакура. 1168—1180 Киёмори Тайра

Мотомити Фудзивара
Антоку. 1180—1183 Киёмори Тайра
Готоба. 1183 (1184)—1198


Ёритомо Минамото. 1192—1199


Цутимикадо. 1198—1210 Ёрииэ Минамото. 1199—1203 Токимаса Ходзё —1333
Санэтомо Минамото оо
Дзюнтоку. 1210—1221 1203—1219 d

Ёситоки Ходзё |
Тюкё. 1221—1221 Ёрицунэ Фудзивара. 1219—1244 1205—1225 Кам


Гохорикава. 1221—1232


Продолжение


Император Сёгун Регенты и правители Период
Сидзё. 1232—1242 Ясутоки Ходзё. 1225—1242
Госага. 1242—1246
Цунэтоки Ходзё. 1242—1246


Ёрицугу Фудзивара 1244—1252


Гофукакуса. 1246—1259
Токиёри Ходзё. 1246—1256


Принц Мунэтака 1252—1266




Нагатоки Ходзё. 1256—1264

Камэяма. 1259—1274
Масамура Ходзё. 1264—1268


Принц Корэясу 1266—1289


Го-уда. 1274-1287
Токимунэ Ходзё. 1268—1284

Фусими. 1287 (1288)—1298
Садатоки Ходзё. 1284—1301


Принц Хисаакира 1289—1308


Гофусими. 1298—1301
Моротоки Ходзё 1301—1311

Гонидзё. 1301—1308



Ханадзоно. 1308—1318 Принц Морикуни
1308—1333




Мунэнобу Ходзё. 1311—1312



Хиротоки Ходзё. 1312—1315



Мототоки Ходзё. 1315—1316



Такатоки Ходзё. 1316— 1326

Годайго. 1331—1333





Садааки Ходзё. 1326

Южная династия Северная династия
Моритоки Ходзё. 1326—1333

Годайго. 1331—1333 Когон. 1331—1333



Годайго. 1333—1336
Годайго 1336—1339 Комё
1336—1348


Такаудзи Асикага
1338—1358


Гомураками 1339—1368 Суко. 1348—1352

Продолжение


Император Сёгун Регенты и правители Период
Гомураками Гокон 1352—1371 Ёсикара Асикага. 1338—1358 Намбокутё. 1336—1392
Тёкэй 1368—1373
Ёсимицу Асикага. 1367—1394


Гокамэяма 1373—1392 Гоэн-ю 1371—1382




Гокомацу
1382—1392



Гокомацу. 1392—1412
Муромати. 1333—1573

Ёсимоти Асикага. 1394—1423

Сёко. 1412 (1414)—1428



Ёсикадзу Асикага. 1423—1428


Ёсинори Асикага. 1428—1442

Гоханадзоно. 1428 (1429) — 1464



Ёсикацу Асикага. 1442—1443


Ёсимаса Асикага. 1443—1474

Гоцутимикадо. 1465—1500



Ёсихиса Асикага. 1474—1490


Ёситанэ Асикага. 1490—1493


Ёсидзуми Асикага. 1493—1508

Гокасивабара. 1500 (1521)—1526



Ёситанэ Асикага. 1508—1521


Ёсихару Асикага. 1521—1545

Гонара. 1526 (1536)—1557



Ёситэру Асикага. 1545—1565

Огимати. 1557 (1560)—1586



Ёсихидэ Асикага. 1565—1568


Ёсиаки Асикага 1568—1597 Ода Нобунага 1568—1582 Момояма 1573—1603
Гоёдзэй. 1586—1611
Тоётоми Хидэёси
1582—1598


Тоётоми Хидэёри
1598—1615


Иэясу Токугава. 1603—1605 Хидэтада Токугава. 1605—1623

Окончание


Император Сёгун Регенты и правители Период
Гомидзуно-о. 1611—1629 Эдо 1603-1868

Иэмицу Токугава. 1623—1651

Императрица Мэйсё. 1630—1643


Гокомё. 1643—654



Иэцуна Токугава 1651—1681

Госай. 1656—1663


Рэйгэн. 1663—1687



Цунаёси Токугава. 1681-1709

Хигасияма. 1687—1709



Иэнобу Токугава 1709—1713

Накамикадо. 1710—1735



Иэцугу Токугава. 1713—1717


Ёсимунэ Токугава. 1717 1745

Сакурамати. 1735—1747



Иэсигэ Токугава. 1745—1762

Момодзоно. 1747—1762


Госакурамати. 1763—1770 Иэхару Токугава. 1762—1787

Гомомодзоно. 1771—1779


Кокаку. 1780—1817



Иэнари Токугава. 1787—1837

Нинко. 1817—1846



Иэёси Токугава. 1837—1853

Комэй. 1847—1866



Иэсада Токугава. 1853—1858


Иэмоти Токугава. 1858—1866

Мэйдзи Муцухито.
1866 (1868)—1912 Ёсинобу Токугава. 1866—1868 Мэйдзи
1868-1911




Тайсё. 1912 (1915)—1926 Тайсё. 1912-1926
Сёва (Хирохито)
1926 (1928)—1989 Сёва. 1926-1989
Хэйсэй (Акихито). 1989 (1990)— по настоящее время Хэйсэй. 1989-...
Глоссарий
Абуми — стремя
абуми-дзури-но-кава — кожаная заплатка на внутренней стороне поздних поножей, служащая для предохранения ноги от натирания о стремя
авабэ — толченая ракушка, используемая для украшения оправ
авасэ-готэ — наручи, сплошь покрытые коль­чугой, к которой были прикреплены пластинки, рас­положенные на одинаковом расстоянии одна от дру­гой; напоминают сино-готэ, но отличаются стилем завязывания
авасэ-до — небольшой точильный камень
аго-но-о-бэнри — выступающие шипы на под­бородке маски, предотвращающие соскальзывание шнуров шлема вперед
агэмаки — шнур-бант на спинной части кира­сы доспехов или на тыльной части тульи шлема
агэмаки-но-кан — кольцо на спинной части до, к которому подвязывался большой агэмаки
адая — стрела, которая не попала в цель
адзиро-гакэ — см. анда-цудзуми
адзуса-юми — короткий лук, использовавший­ся колдунами при заклинаниях
аибики — крепления плечевых ремней тосэй-до
айбики-но-о — см. аибики
аи-готэ — пара наручей, соединенных тканью или кожей
аигути — кинжал без гарды
аигути-тэппо — пистолет, замаскированный под кинжал аигути
аидзути — ассистенты кузнеца-оружейника
аикути — см. аигути
аинака-готэ — разновидность котэ
айну — исконные жители японского архипелага
ака — красный цвет
акабэ-ёрой — древняя защита шеи и верхней части груди (латный ворот) акаганэ — медь акаганэ-гаса — медный дзингаса
ака-ито-одоси — доспехи, прошнурованные красным одосигэ
ака-кава-дзуцуми-до — доспехи, покрытые красной кожей
акаэ-но-яри — копье с красным лакированным древком
акода-нари-бати — тип шлема, который по­лучил распространение в период Муромати; сзади имеет выраженную раздутость
акомэ — железная руда
акурио — злой демон; разновидность мэн-гу
акэдама — см. аоиба-дза
Ама-гои-но-цуруги — «меч, молящийся о дож­де»; меч, упоминаемый в японской мифологии
амакурикара — дракон, обвивающий меч; исполь­зовался в качестве декоративного узора на клинке
амаои — укрепляющие полосы по краям но­жен мечей дзиндати-дзукури, удерживаемые обру­чами сэмэганэ или обручом сибабики
амигаса — шляпа, сплетенная из соломы или бамбука; шляпа в форме широкого конуса, закры­вавшего лицо, с окошком в передней части
амида-таганэ — см. амида-ясури
амида-ясури — тонкий радиальный узор из гравированных линий на гарде меча, напоминающий нимбы у таких божеств, как Амида Будда
Амэ-но-муракумо-но-хокэн — «Небесный дра­гоценный меч собирающихся туч», меч из японской мифологии
ан — см. кура
анда-цудзуми-до — кираса, покрытая трост­ником
аогаи — стиль украшения оправ
аои — штокроза; форма, часто используемая для цуба тати (аои-гата), а также в качестве мон
аоиба-дза — декоративная железная пластина вокруг тэхэн на тулье шлема периода Хэйан
аогаи-э-но-яри — копье с древком, декориро­ванным жемчугом или перламутром
аои-гата — четырехлепестковая форма гарды; традиционная форма цуба боевого тати
аои-цуба — см. аои-гата
аори — трапециевидная форма цуба; верхний и нижний край параллельны, первый существенно ко­роче второго
араи-кава-одоси — шнуровка доспехов крас­ным кожаным одосигэ
арамэ — неоконченная полоса меча
ара-ниэ — большие ниэ
арарэ-боси-бати — тулья шлема, сделанная или украшенная с помощью больших заклепок
арато — грубый шлифовальный камень
аса-гао-кабуто — шлем в форме цветка
асаки-нотарэ-ха — форма якиба; небольшая волнистость
аса-нагаси-но-ана — отверстие в маске, пред­назначенное для стекания пота
аса-но-дзукин — см. укэбари
аса-но-ха-гусари — кольчуга, в которой каж­дое круглое звено соединено с 6 другими
аси — обручи на ножнах мечей стиля дзинда-ти-дзукури, к которым крепится обитори
аси — тонкие секторы мягкой стали на клин­ке, идущие до самой режущей кромки лезвия
асигару — легковооруженные воины, состав­лявшие пехоту
асима — название части ножен меча дзинда-ти-дзукури между аси
ато-би — дол, добавленный в более позднее время
атобори — хоримоно, сделанные в более по­зднее время
атобуса — накрупник (часть конских доспе­хов) с большими кисточками
ато-мэ-атэ — целик ружья или пушки
ато-мэи — подпись, сделанная в более позднее время
ацу-буса — уздечка, украшенная кисточками ацу-нику-бори — резьба в стиле высокого ре­льефа
аясуги — регулярный волнистый узор на дзи-хада
Багу — конская сбруя

<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>