<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>


2) 76-мм противотанковая повышенной мощности УПК на колесном лафете. Вес системы 250 кг. При весе снаря­да 6,5 кг начальная скорость 650 м/с, при весе снаряда 3,96 кг - 880 м/с.
Однако оба эти проекта так и остались на бумаге.
В 1935 г. в КБ завода № 8 была произведена первая мо­дернизация 37-мм РК БМ. Само ружье претерпело лишь незначительные изменения, но зато тренога была заме­нена на колесный лафет Соколова от 7,62-мм пулемета Максима. Причем ствол РК крепился так же, как и пуле­мет. Патроны и система заряжания остались без измене­ний.
В полевых условиях система разбиралась на ствол с ма­газином, станок и щит и могла переноситься вручную. Дру­гой вопрос, что ствол носить было неудобно. Один или два номера расчета могли перевозить систему на колесах.
Забавно, что щит был введен по инерции, так как наво­дчик стоит на коленях, а другой номер может лежать, но перпендикулярно орудию, то есть от щита проку мало.


Данные 37-мм РК на пулеметном станке
Калибр, мм 37
Длина ствола без лотка и воронки, мм 1250
Длина лотка, мм 320
Длина воронки, мм 400
Угол ВН, град -25°40'; + 18 40'
Угол ГН, град 69
Длина системы, мм 2030
Ширина системы, мм 615
Высота системы при угле 0°, мм 732
Ширина хода, мм 504
Высота линии огня, мм 450
Диаметр колес, мм 305
Вес качающейся части, кг. 31,5
Вес системы в боевом положении, кг. 78,2
Вес системы в походном положении с чехлом, кг ... . 80,0
Темп стрельбы, выстр/мин: без исправления наводки 18-26
с исправлением наводки 11-15

37-мм РК на колесном станке с 17 по 25 ноября 1935 г. прошло на НИАПе полигонные испытания в объеме 356 выстрелов, без испытаний возкой.
На испытаниях была выявлена неудовлетворительная меткость, 12 отказов досылателя, 19 случаев утыкания пат­рона, 16 перекосов лотка, 2 случая выпадания патрона из лотка в момент заряжания. Кроме того, неудовлетворитель­но работало стреляющее приспособление. Согласно заклю­чению комиссии система полигонные испытания не выдер­жала.
Эти испытания, равно как и испытания 37 100-мм авиа­ционных пушек, показали полную бесперспективность тря­почных патронов и системы дульного заряжания Курчев-ского. Поэтому конструкторы завода № 8 в 1937—1938 гг. провели коренную модернизацию 37-мм РК БМ, получив­шего новое название «37-мм пушка ДР завода № 8». Букву «К» (Курчевский) старались даже не упоминать, так как в 1937 г. Курчевский был арестован.
Тряпичная гильза с деревянным донышком была заме­нена латунной гильзой с пластмассовым донышком. Заря­жание производилось с казны подобно обычной пушке. Для этого был введен клиновой затвор, жестко соединенный с соплом. Затвор имел одну четверть автоматики, то есть от­крывание его производилось вручную, а после подачи пат­рона затвор закрывался сам.
Ствол был установлен на том же пулеметном станке, но без бесполезного щита.
В боевом положении пушка передвигалась на колесном станке одним-двумя бойцами. На испытаниях таким обра­зом было пройдено 2 км за 40 минут. Боекомплект носился в брезентовых ранцах по 10 патронов.


Данные 37-мм пушки ДР завода № 8
Калибр, мм
Длина ствола полная, мм. .
Угол ВН, град
Угол ГН, град
Длина системы, мм
Ширина системы, мм . . . Высота системы при 0 , мм.
37 1770
—5 ; +10
27 2170 600 400
Вес качающейся части, кг. 35,2
Вес системы в боевом положении, кг. 59
Вес снаряда, кг. 0,6
Начальная скорость, м/с 598

В августе 1938 г. 37-мм система ДР вместе с семью дру­гими системами прошла полигонные испытания в Щюро-ве (Московская область) на Научно-испытательном поли­гоне стрелкового вооружения РККА (НИПСВО).
Среди всех систем ДР показала лучшую бронепробивае-мость. Так, 20-мм броня танка Т-24 пробивалась на дистан­ции 500 м под углами от 0° до 25°. Из восьми систем только ДР и 25-мм противотанковая пушка МЦ показали удовле­творительную меткость. Тем не менее 37-мм пушка ДР на вооружение не поступила.
В начале 1931 г. Курчевским была спроектирована 76,2-мм легкая мортира (ЛМК). Мортира предназначалась для вооружения стрелковой роты. Ствол мортиры ребрис­тый. Заряжание с дула. Затвора не было. Подъемный и по­воротный механизмы винтовые. Колеса сплошные диско­вые.


Данные легкой мортиры Курчевского
Калибр, мм 76,2
Длина ствола без воронки, мм/клб 605/8
Длина воронки (сопла), мм 550
Угол ВН, град -10°; +60
Угол ГН, град 4 30'
Высота системы в боевом и походном (на руках) положении, мм 750
Длина станин (длина станка от оси до края), мм 900
Ширина хода, мм 510
Диаметр колеса, мм 300
Высота системы в сложенном положении, мм 490
Вес ствола с воронкой, кг. 21,2
Вес воронки (сопло), кг. 4,20
Вес прицела, кг. 1,5
Вес станка, кг. 14,15
Вес системы, кг. 38
Скорострельность, выстр/мин: расчетная
практическая
Время перехода из боевого положения в походное, с
.10-12 8
20-30

Собственно, ЛМК и мортирой назвать нельзя. Видимо, Курчевский не знал, что мортира — это орудие, основной задачей которого является стрельба под углом свыше 45°. А ЛМК только по тактико-техническим характеристикам, поданным Курчевским в Артуправление РККА, могла вести стрельбу под углом 60°. Конструктивно ствол опыт­ного образца мог быть опущен до 57°, но действие газовой струи физически не позволяло стрелять под углом больше 43°. Да и тогда действие раскаленных газов было опасно для расчета.
При стрельбе из мортиры использовались опытные лег­кие снаряды весом от 3,2 до 4 кг. Выстрел унитарный. Заряд 320 г пороха ВЛ помещался в сгорающую гильзу из нитро-ткани с деревянным поддоном. Длина гильзы 112 мм.

Таблица 24
Баллистические данные, полученные на испытаниях


Вес снаряда, Начальная Дальность, Угол,
кг скорость, м/с м град.
3,9 173,6 1200 15
3,2 205,2 3000 35
4,0 170 2200 41
Максимальное давление в канале составляло 1800 кг/см2.
Первый образец 76-мм легкой мортиры Курчевского был изготовлен на заводе № 8. После заводских испыта­ний в объеме 100 выстрелов его отправили на полигонные испытания. На НИАП мортира прибыла 12 августа 1931 г.
С 14 по 22 августа 1931 г. на НИАПе из ЛМК было сде­лано 102 выстрела. Максимальный угол возвышения, при котором возможна стрельба, +43°, то есть ЛМК фактически не могла использоваться как мортира, стреляющая под углом возвышения свыше 45°.
В 1930 г. заводу № 7 был выдан заказ на 100 ЛМК, но завод ухитрился сорвать этот заказ.
В 1933 г. заводом № 8 было изготовлено 9 ЛМК, кото­рые проходили войсковые испытания в московской Проле­тарской стрелковой дивизии. В октябре 1933 г. дивизия про­водила учения с ЛМК (по две мортиры на роту). Результаты испытаний: система неустойчива; скорострельность — 8 выстр/мин вместо предполагаемых 10—12; при дальности 1400 м рассеивание 150 м.
На вооружение ЛМК принята не была и больше не зака­зывалась.
В конце 1931г. Курчевским была спроектирована 76-мм батальонная пушка ВПК — наиболее знаменитое орудие Курчевского.
Ствол пушки был сделан ребристым для улучшения теп­лоотдачи при стрельбе. Крутизна нарезов постоянная. Заря­жание с казенной части. Затвор соединен с воронкой (со­плом) и сдвигался при заряжании вместе с ним.

Данные образцов Май 1932 г. Октябрь 1932 г.
Калибр, мм 76,2 76,2
Длина ствола без воронки, мм/клб 1513/19,9 1513/19,9
Данные образцов БПК, испытанных на НИАПе
Таблица 25
Подъемный механизм винтовой. Винт действовал на рычаг, укрепленный на правой цапфе. Поворотный меха­низм винтового типа. Станины на первых образцах трубча­тые, а в дальнейшем — из углового профиля. Шворневая воронка располагалась рядом с сошником. Подрессорива-ния не было. Колеса деревянные.

Данные образцов Май 1932 г. Октябрь
1932 г.
Длина воронки, мм 789 735
Длина нарезной части, мм 1111 1110
Длина каморы, мм 404 403
Число нарезов 24 24
Угол ВН, град.:
без подрыва грунта под соплом с подрывом фунта -23°; +45° +64 -17°40';
+45
Угол ГН, град. — 6
Высота линии огня, мм 875 1630
Длина системы, мм — 2435
Ширина системы, мм — 1800
Ширина хода, мм 1315 1255
Высота системы при угле ВН, мм:

45° 1117 1730 1115 1700
Диаметр колес, мм 750 600
(от ДРП-4)
Клиренс, мм — 280
Вес затвора с воронкой, кг 12,55 14,00
Вес затвора, кг — 6,45
Вес воронки, кг — 7,55
Вес тела орудия с затвором и воронкой, кг 63,5 90,5
Вся система в боевом положении с прицелом, кг 148,6 162,5
Данные образцов Май 1932 г. Октябрь
1932 г.
Вся система в походном положе­нии, кг 148,5 160,5
Время перехода из походного положения в боевое, с 47 —
Время перехода из боевого поло­жения в походное, с 52 —
Скорострельность, выстр/мин: с изменением наводки без изменения наводки 6 7 —

В боекомплект ВПК входили:
Старая русская граната весом 6,5 кг, длиной 4,04 ка­либра. Вес взрывчатого вещества в гранате 0,86 кг. Взрыва­тель ЗГТ.
Осколочно-фугасная граната эталон 124 весом 6,23 кг, длиной 4,7 калибра. Вес взрывчатого вещества 0,73 кг. Взрыватель КТ-1.
Осколочно-фугасный снаряд чертежа 3421 весом 4,715 кг, длиной 3,95 калибра. Вес взрывчатого вещества в снаряде 0,702 кг. Взрыватель КТ-1.
На момент испытаний ВПК снаряды еще не имели ин­дексов. Граната эталон 124 — новый снаряд «дальнобой­ной формы» для дивизионных пушек, позже его назовут ОФ-350.
Осколочно-фугасный снаряд чертежа 3421 — легкий снаряд, специально созданный для ВПК. Его модификация весом 4,75 кг, длиной 3,9 калибра, содержавший 0,69 кг тро­тила, с взрывателем КТМ-1 или КТ-1, будет запущен в мас­совое производство. Позже он получит индекс ОФ-343. После снятия с вооружения ВПК снарядом ОФ-343 будут комплектоваться выстрелы для 76-мм полковых пушек обр. 1927 г. и танковых пушек обр. 1927/1932 гг.
Попытка использовать в БПК железные гильзы не уда­лась, поэтому патроны к БПК были в латунных гильзах. Гильзы имели отверстия в дне и сбоку. Отверстия в гильзе закрывали деревянными (березовыми) или картонными до­нышками. Толщина картона в боковом отверстии 6 мм, а на дне — 4 мм. Кроме того, использовались и гагатовые до­нышки, но они давали крупные осколки.
В январе 1933 г. были проведены стрельбы из БПК 76-мм оперенными минами. Для превращения БПК в ми­номет требовалось:
Вырыть яму под колесами такой глубины, чтобы ось и станины (рама) плотно прилегали к грунту.
Отвинтить сопло и вставить специальное приспособ­ление для превращения БПК в миномет типа «Стокс». При­способление удерживалось затвором (стрельба велась при закрытом затворе).
Освободить подъемный механизм системы, перевер­нуть ствол в сторону стрельбы и, придав угол возвышения 45°, закрепить подъемный механизм в этом положении. Ка­зенная часть пушки будет в центре рамы.
Таким образом, БПК становилась минометом, стреляв­шим под фиксированным углом 45°.
По проекту вес мины 3,3 кг, а стреляли минами весом 3,6 кг. Заряд состоял из готового хвостового патрона 12 ка­либра, содержавшего 8 г черного пороха, и четырех мешоч­ков по 10 г пороха «Волк» (5-й вариант, остальные варианты имели приблизительно такие же компоненты).
В ходе стрельб получена максимальная дальность — 1145 м. Часть мин разрывалась в полете, у некоторых мин при стрельбе отлетали стабилизаторы.
Испытания были признаны неудачными, и больше из БПК минами не стреляли.
Войсковые испытания 76-мм ВПК проводились в июле 1932 г. в Пролетарской московской стрелковой дивизии и в 4-й кавалерийской дивизии. В результате 76-мм батальон­ная пушка Курчевского была принята на вооружение поста­новлением Реввоенсовета от 16 августа 1932 г.
ВПК серийно производили на трех заводах.

Таблица 26
Производство ВПК


Завод 1932 г. 1933 г. 1934 г. 1935 г.

План Изго­товле­но План Изго-товле-но План Изго-товле-но План Изго-товле-но
№7 — — 100 74 203 216 106 114
№8 — 3 100 3 — — — —
«Боль­ше­вик» — 300 3 150 24
Итого: 3 200 77 503 219 256 не менее 188

Стоимость одной ВПК составляла 10 тыс. рублей.
ВПК была, видимо, лучшей системой Курчевского. Но, увы, наряду с конструктивными недостатками пушек Кур-чевского она имела неудачный лафет. Лафет был легок, но непрочен. Он не разбирался и не был пригоден для перевоз­ки в тачанке, как ДРП-4.

С декабря 1933 г. началось изготовление упроченных ла­фетов, в которых трубчатые станины были заменены стани­нами «углового профиля». Но, увы, и «упроченные» лафеты разваливались при буксировке БПК со скоростью 5—10 км/час по булыжной мостовой.
Возка БПК осуществлялась одной лошадью. Орудие привязывалось к оси двуколки. Скорость возки обычная: 5—7 км/час. При таком лафете не могло и речи идти о меха­нической тяге.
Конечно, можно было спроектировать и подрессорен­ный лафет. Но при этом возрос бы и вес системы, и ее стои­мость. Ведь и так стоимость БПК равнялась стоимости ди­визионной пушки обр. 1902 г.
К 1 ноября 1936 г. в РККА состояло БПК: годных — 398, требовавших ремонта — 7, учебных — 2. В конце 1930-х годов БПК с вооружения были сняты.
76-мм горная пушка Курчевского (ГПК) была спроекти­рована Курчевским в конце 1933 г. — начале 1934 г. 26 фев­раля 1934 г. принято решение заказать три опытных образца заводу № 38.
Первый образец 76-мм горной пушки Курчевского при­был на НИАП 16 июня 1934 г. После испытаний, выявив­ших слабость лафета, систему отправили на завод. Второй образец ГПК прибыл на НИАП 9 июля 1935 г.
Ствол ГПК конструктивно был близок к стволу БПК, обладал такими же баллистическими данными и отличался от БПК только стреляющим приспособлением и соплом (воронкой), откидывающимся в верхнее походное положе­ние.
Ствол своими цапфами укладывался в цапфенные гнез­да, прикрепленные к щиту, и мог находиться в верхнем или нижнем положении (к щиту приклепано две пары цапфен­ных гнезд).
Лафет первого образца ГПК имел трубчатые станины, а второго — из стали Г-образного сечения («угловой про­филь»).
У обоих образцов станины и шворневая лапа располага­лись перед щитом (с дульной стороны). Колеса деревянные.
Подрессоривания не было. Система разбиралась на три вьюка, не считая патронных.
Таблица 27
Результаты испытаний ГПК


Снаряд Вес снаряда, кг Заряд
пКо Даль­ность, м Угол,град.
Штатная граната 6,5 0,95 кг - -
Осколочная грана­та черт. 2-01129 с КТ-1 4,72 1,06 кг 7461 45

Заключение комиссии:
На основании проведенных стрельб можно считать, что меткость системы в обоих положениях одинакова и что меткость ГПК значительно лучше табличной меткости БПК и близка к табличной меткости 76-мм полковой пушки обр. 1927 г.
Сбиваемости установки прицела после выстрела не наблюдалось. Прыжки и наброски системы не превышали 10—15 см. Разницы в устойчивости системы в обоих поло­жениях нет.
При возке лафет недостаточно прочен.
18 июля 1935 г. второй экземпляр ГПК, прошедший испытания на НИАПе, был разобран и отправлен на завод № 38 вместе с отчетом об испытаниях.
На 1935 г. заводу № 7 был выдан заказ на 30 горных пушек Курчевского, но завод не изготовил ни одной. Со­гласно отчету завода № 7: «...заказ не выполнен по причине непоступления от заказчика чертежей и эталонного образ­ца».
Данные двух опытных образцов ГПК

Показатели Образец 1-й Образец 2-й
Калибр, мм 76,2 76,2
Длина ствола с воронкой, откинутой вверх, мм/клб 1625/21,4 1625/21,4
Диаметр сопла (внутренний), мм 60,87 63,68
Угол ВГ, град.:
в верхнем положении
в нижнем положении -32°; +39°
-5° 15'; + 12°30' -32°;
+40° 15' -5°30'; + 13°12'
Угол ГН, град. ±7° 12' ±7° 15'
Высота линии огня, мм:
в верхнем боевом положении
в нижнем боевом положении 1450 650 1450 650
Длина сложенного станка, мм 1400 1400
Длина системы
на колесном ходу, мм 2490 2490
Ширина системы, мм 1120 1120
Ширина хода, мм 1020 1020
Клиренс, мм 230 230
Вес орудия с воронкой, но без прицела, кг 104 96
Вес орудия с воронкой и прицелом, кг 108,16 —
Вес системы в боевом положении, кг 224 237
Таблица 28
В план работ на 1935 г. Курчевский включил себе разра­ботку 107-мм горной гаубицы ГПК-107. В 1935 г. планиро­валось изготовить два отгтньгх образца.

Вес вьюков Без седла С седлом
Вьюк со стволом, кг 9 122
Вьюк со станком, соплом и парой
колес с полуосями, кг 72,5 106,5
Вьюк со щитом, кг 75,5 106,0
Вьюк с 8 патронами, кг 92,5 103,5
Время перехода из верхнего
положения в нижнее, с 1,0-1,5 1,0-1,5
76-мм мотоциклетная пушка (МПК) была спроектиро­вана в начале 1931 г. Она предназначалась для вооружения разведотрядов и «стратегической конницы». Заряжание пушки производилось с казенной части. Подъемный меха­низм винтовой. Винт действовал на рычаг, укрепленный на правой цапфе пушки. Поворотный механизм винтового типа. МПК могла стрелять из двух положений: верхнего и нижнего.

Данные МПК
Ствол
Калибр, мм 76,2
Длина ствола с воронкой, мм/клб 2060/27
Диаметр сопла (внутренний), мм 62
Объем каморы, дм3 31,6
Глубина нарезов, мм 0,76
Лафет. Верхнее положение Нижнее положение
Угол ВН, град + 3740' + 12
Угол ГН, град... —6 (влево); +7° 10' (вправо) —2(влево); +6 (вправо)
Высота системы, мм: в походном положении 550
в боевом положении при угле 0° 920
Вес ствола без затвора, кг. 78,1
Вес затвора, кг. 4,9
Вес трубы, кг. 9,4
Вес станка, кг. 61,6
Вес всей установки (без мотоцикла), кг. 170,4
Скорость по шоссе, км/час 60
Скорострельность, выстр/мин 4-6
Расчет, чел 2
Запас патронов, возимый на мотоцикле. 6
Время перехода из походного: в боевое (верхнее) положение, с . 40—60
в нижнее положение, с 30
Время перехода из верхнего положения в походное, с 30—0
В боекомплект МПК входили штатные снаряды от 76-мм дивизионных пушек как дальнобойные, так и доре­волюционного образца. Кроме того, имелись и специаль­но спроектированные для пушек Курчевского легкие сна­ряды: осколочный весом 4,5 кг и бронебойный весом 3,5 кг. Для всех снарядов использовался одинаковый штатный заряд 0,95 кг пороха ПКО.
Гильзу патрона МПК взяли от 3-дюймовой пушки обр. 1902 г. У этой гильзы расточили дно (диаметр отверстия стал 60 мм) и проделали боковое отверстие для капсюля на расстоянии 14 мм от переднего среза гильзы. На фланце сделали выточку, в которую входила шпонка на экстракто­ре. Дно гильзы закрывалось деревянным поддоном.
Баллистические данные 76-мм пушек МПК и СПК по данным испытаний при заряде 0,95 кг пороха ПКО

Снаряд Индекс выстрела Индекс снаряда Вес снаря­да, кг Началь­ная
скорость, м/с Даль­ность, м Угол, град.
1 2 3 4 5 6 7
Дально­бойная граната эталон № 124 ОФ-350 6,23 280,7 около 6000
Старая граната УФ-343 Ф-354 6,5 280 5000 44
Таблица 29
Малая скорострельность МПК — это следствие неудоб­ства заряжания, так как приходилось совмещать вырез на фланце гильзы со шпонкой на выбрасывателе, чтобы со­вместить запальное отверстие в стволе и гильзе.

1 2 3 4 5 6 7
Оско­лочный УОФ-343 ОФ-343 4,575 339 - 345 5590 42
Броне­бойный УБ-343 Б-343 3,5 392-415
Первая 76-мм система МПК прибыла на НИАП без мо­тоцикла и с 12 сентября 1931 г. по 15 декабря 1931 г. была испытана 109 выстрелами зарядом 0,95 кг ленточного поро­ха ПКО. Снаряды: бронебойный весом 3,5 кг и осколочный весом 4,575 кг с 22-секундной трубкой.
В ходе испытаний на НИАПе выяснилось, что макси­мальный угол стрельбы с мотоцикла составлял +37°40'. При стрельбе бронебойным снарядом весом 3,5 кг 40-мм цемен­тированная броневая плита с расстояния 1000 м по нормали не пробивалась, 30-мм цементированная плита с расстоя­ния 1000 м проламывалась при целом снаряде.
76-мм МПК проходила войсковые испытания в июле 1932 г. в московской Пролетарской стрелковой дивизии и 4-й кавалерийской дивизии. Результаты удовлетворитель­ные. Пушка при выстреле подпрыгивала. Затвор заедал вследствие неполного сгорания пороха.
На вооружение система не принята ввиду малой прохо­димости мотоцикла. («Харлей Давидсон» проектировался как полицейский мотоцикл с мощным двигателем, но обла­дал малой проходимостью.)
На 1932 г. заводу № 7 выдали заказ на 25 МПК. В 1932 г. было изготовлено 22 МПК, а сдано 14. Больше заказы на МПК не выдавались.
В начале 1932 г. Курчевским для мотомеханизирован­ных частей была спроектирована 76-мм самоходная пушка (СПК). Пушка устанавливалась на тумбе в трехосном легко­вом автомобиле «Форд». В некоторых документах эта систе­ма именовалась СУ-4.
Ствол пушки устроен одинаково с 76-мм МПК. Баллис­тика и боекомплект также одинаковы с МПК. Первый опытный образец установки не имел щита, позже появился небольшой щит.


Данные установки СПК
Калибр, мм
Длина ствола с воронкой, мм/клб. .
Угол ВН, град
Угол ГН, град
Вес тела орудия с затвором, кг. ... .
Вес затвора, кг.
Вес тумбы без щита, кг.
Вес щита, кг.
Вес орудия в боевом положении, кг.
76,2 2033/27 (-15); +25
240
75,9*
12,6*
49,8*
27,8*
160,6*
* Данные опытного образца, испытанного в июле 1932 г.
Испытания опытного образца СПК были начаты 10 апреля 1932 г. на полигоне «Выстрел» в Кунцеве.
Тумба с пушкой снималась с автомобиля и могла вести огонь с грунта. При стрельбе с грунта максимальный угол возвышения без подкапывания составлял 19°30'. Под шасси автомобиля «Форд» была подведена вторая ведущая ось. Для увеличения проходимости на задние колеса надевалась легкая съемная гусеница. Без гусениц по шоссе автомобиль с пушкой развивал скорость до 90 км/час.
При стрельбе с автомобиля скорострельность составля­ла до 10 выстр/мин. Было сделано несколько выстрелов с ходу при скорости 15—20 км/час.
При стрельбе с автомобиля угол горизонтального наве­дения составлял 240° (вперед и вбок), сектор в 120° назад не обстреливался.
После испытаний в Кунцеве СПК сделала пробег по ма­ршруту Москва — Ленинград — НИАП со средней скорос­тью 37 км/час. Затем последовали испытания на НИАПе. Акт об их завершении был подписан 22 июля 1932 г.
Войсковые испытания СПК были проведены в москов­ской Пролетарской стрелковой дивизии и 4-й кавалерий­ской дивизии, по результатам которых СП К была принята на вооружение кавалерийских и мотомеханизированных частей.
Первоначально планировалось вести серийное произ­водство СПК на заводе № 8. В 1933 г. завод имел план на 25 СПК, но ни одной пушки не сдал.
В 1934 г. заводу № 7 было поручено освоить производст­во СПК. На 1934 г. ему заказали 100 СПК, но вскоре с со­гласия заказчика систему сняли с производства «ввиду ее несовершенства». По отчету завода № 7 за 1934 т. было изго­товлено всего 7 СПК.
На 1935 г. заводу № 7 было заказано 110 СПК, а сдано под пломбу в течение года 20. Трубы и сопла для завода № 7 изготавливал завод «Большевик».
В 1935 г. завод № 38 должен был приступить к изготов­лению и монтажу 50 СПК на автомобилях.
Сколько всего было изготовлено систем — установить невозможно. Во всяком случае, к 1 ноября 1936 г. на воору­жении РККА состояло 85 годных СПК. В ходе Зимней войны 1939—1940 гг. финнам удалось захватить одну уста­новку СПК.
Данные об участии СПК или каких-либо других пушек Курчевского в Великой Отечественной войне отсутствуют.
В начале 1932 г. Курчевским была спроектирована 152­мм полковая мортира на шасси трехосного автомобиля. Курчевский назвал свое орудие мортирой только затем, чтобы влезть с ней в систему артиллерийского воору::сгния РККА. На самом деле это орудие не могло вести навесной стрельбы и было фактически пушкой, то есть ДРП.
Ствол 152-мм ДРП был устроен наподобие 76-мм МПК. Заряжание производилось с казенной части, воронка при этом сдвигалась. Ствол был установлен на легкой тумбе. Тумба помещалась в кузове грузового автомобиля. В качест­ве шасси использовались автомобили «АМО-6» и «Форд».
В 1932 г. на заводе № 8 был изготовлен опытный образец 152-мм ДРП Курчевского. ДРП установили на трехосном автомобиле «Форд». В ходе заводских испытаний летом
1932 г. при весе снаряда 24 кг и заряда 6 кг пороха Г2-48
была получена начальная скорость 400 м/с.
Для 152-мм ДРП Курчевского на заводе № 73 в 1932—
1933 гг. было изготовлено 2500 фугасных снарядов черте-
жа 4637 и 1000 лафетопробных снарядов, специально скон-
струированных для нее. Отметим, что 152-мм снаряд ве-
сом 24 кг очень легкий для такого калибра. Для сравнения:
122-мм гаубичный снаряд имел вес 22 кг, а 152-мм гаубич-
ный снаряд весил 40—43 кг.
25—26 марта 1933 г. на полигоне «Выстрел» в Кунцеве была испытана 152-мм ДРП Курчевского с улучшенной баллистикой, надствольным магазином и заряжанием с дула. ДРП была также установлена на грузовом трехосном автомобиле «Форд». Любопытно, что эта ДРП именовалась уже «гаубицей».


Данные установки
Калибр, мм 152,4
Длина ствола без сопла, мм/клб 5090/33,5
Длина сопла, мм 1750
Угол ВН, град -5; +35
Угол ГН, град 270
Вес ствола с тумбой, кг. 750
(по др. источникам 850)
Возимый боекомплект, выстр 20
Расчет, чел 2-3
Вес снаряда, кг. 24
Начальная скорость, м/с 450
Дальность предельная, м 8500
Скорострельность. 4 выстрела за 45—60 с.

По результатам испытаний комиссия отметила, что:
1. Стрельба должна вестись исключительно с места.
Платформа при стрельбе неустойчива, требуются упоры в грунт.
Целесообразно для 152-мм гаубицы подыскать более мощный автомобиль, например ЯГ-5.
На 1935 г. Курчевский включил себе в план работ «раз­работать проект, рабочие чертежи и изготовить один опыт­ный образец СПК-152» (152-мм самоходной пушки Курчев­ского на шасси автомобиля «ЗИС-6»).
Были и другие проекты 152-мм ДРП Курчевского, но ни одна из них не поступила ни на вооружение, ни в серийное производство.
Письмом от 24 июля 1930 г. «Оружобъединение» поста­вило в известность завод «Большевик» о предстоящем изго­товлении 305-мм ДРП Курчевского и 50 снарядов.
Ствол без сопла и затвора завод «Большевик» закончил в мае 1931 г. 20 штук чугунных ядер весом 350 кг отправили на НИАП 17 июня 1931 г.
При посещении завода «Большевик» в январе 1932 г. Курчевский дал указание укоротить ствол на 10 калибров и оставить длину 3429 мм, то есть 11,2 калибра, а вес снаряда уменьшить до 250 кг.
15 марта 1932 г. на НИАПе было произведено испыта­ние 305-мм мортиры ДРП. Результаты испытаний:
Заряжание производилось с дула чугунным ядром дли-ной1 485 мм. Вес орудия с соплом около 1 т. Длина нарезной части 10 калибров. Вес всей системы около 5 т. Систему ре­шено установить на 5-тонный автомобиль. При весе снаря­да 250 кг, весе заряда 90 кг и начальной скорости 498,6 м/с давление в канале составило 1100 кг/см2
Понятно, что эта ДРП была лишь макетом орудия. Поэ­тому в 1933—1934 гг. Курчевский разработал проект новой

1Сплошные практические снаряды в первой половине XX века по-прежнему именовались ядрами.
установки — 305-мм самоходной полевой гаубицы Курчев-ского (СПГК). За проект Курчевский получил 700 тыс. руб­лей.
В 1934 г. завод «Большевик» изготовил 305-мм гаубич­ный ствол длиной в 16 калибров, а установку к нему сделал завод № 38. Вес установки был 11т. Расчетные баллисти­ческие данные: вес фугасного снаряда — 250 кг; начальная скорость — 600 м/с; дальность стрельбы 16 км.
Испытания ее прошли неудачно, и в 1935 г. в план работ Курчевский включил разработать рабочий чертеж и изгото­вить опытный образец 305-мм гаубицы СПГК-305.
Ствол 305-мм гаубицы СПГК-305 был изготовлен в 1935 г. на заводе «Большевик». Тумба с механизмами изго­товлена на заводе № 38, там же была собрана и вся установ­ка. Вес ее ствола с тумбой и механизмами был около 5,5 т. Гаубицу хотели установить на опытном трехосном грузови­ке Я-8-5 с двигателем мощностью 102 л. с. К 1 января 1936 г. 305-мм гаубица СПГК-305 имела готовность 98%.


ПРОТИВОТАНКОВЫЕ ПУШКИ КУРЧЕВСКОГО
Естественно, что Курчевский не мог обойти своим вни­манием танки и бронеавтомобили. При этом Леонид Васи­льевич никаких специальных танковых орудий не проекти­ровал, а просто приспосабливал к бронеобъектам свои уже существующие пушки.
Так, на бронеавтомобиль БАИ была установлена пере­деланная 37-мм противотанковая пушка РК БМ. Она уста­навливалась в штатной башне бронеавтомобиля, для этого в броне башни спереди и сзади проделывались отверстия, и делались приварные окна, прикрытые броневыми щитками. Весило орудие всего 44 кг. Известный танковый конструк­тор Астров рассказывал автору, что Курчевский умел созда­вать себе рекламу. Будучи очень сильным мужчиной, он любил ходить по полигону с танковой пушкой на плече.
Углы наведения 37-мм ДРП были крайне малы: так, угол вертикального наведения составлял от —4° до +1°45', а угол поворота — всего 9°.
Бронеавтомобиль БАИ с 37-мм ДРП Курчевского был испытан на полигоне МКУКС1 в Кунцеве 25—26 марта 1933 г. При стрельбе бронебойным снарядом весом 0,6 кг начальная скорость составила 560 м/с, а скорострель­ность — 1 выстрел за 10 секунд.
Стрельба велась с места по щиту на дистанции 250 м. Произведено 11 выстрелов, из них 8 снарядов, то есть 70%, попали в цель боком, то есть полет их был неправилен, и поэтому судить о меткости невозможно. Дальнейшие стрельбы были прекращены.
Во время испытаний были случаи отказов в заряжании: снаряд не доходил до места (в 65% случаев) или отскакивал. Часто требовалось «доколачивание с дула». В отчете комис­сии отмечена невозможность стрельбы с ходу.
Также комиссия отметила слишком малый угол верти­кального наведения. Конструкция башни БАИ позволяла установить там 76-мм пушку Курчевского, но в этом случае угол вертикального наведения также был бы слишком мал, и система была бы небоеспособна.
Параллельно с бронеавтомобилем БАИ на полигоне МКУКС 25—26 марта 1933 г. испытывались танкетка Т-27 и танк Т-26, оснащенные 76-мм пушками Курчевского.
На танкетке Т-27 была установлена модернизированная авиационная пушка АПК-4 и использовался ее снаряд. Заряд весом 620 г пороха МСК помешался в сгорающей нитротканевой гильзе. Унитарный выстрел заканчивался деревянным поддоном, куски которого после выстрела вы­летали через сопло.
Заряжание производилось с дула. В надствольном мага-

1МКУКС — Московские курсы усовершенствования командного состава.
зине помещалось 4 патрона (выстрела) и еще один — в ство­ле. «Автоматика» пушки действовала за счет мускульной силы стрелка, как и в 37-мм ружье Курчевского РК. Дли­на ствола с соплом и лотком составляла 2215 мм, а без них — 1058 мм, то есть 14 калибров. Длина нарезной час­ти — 1028 мм. Угол вертикального наведения пушки —1°; +5°, угол поворота — 5°. Пушка выступала за габариты тан­кетки назад на 335 мм. Высота линии огня пушки — 968 мм. Вес пушки без патронов — 89 кг. На танкетке можно было перевозить 30 выстрелов. Вес Т-27 с пушкой и боекомплек­том составлял 2587 кг.
К соплу пушки неподвижно крепился бронещиток тол­щиной 6,5 мм. Такой же щиток крепился к дульной части ствола в месте соединения лотка со стволом.
Согласно отчету об испытаниях Т-27 25—26 марта 1933 г. в Кунцеве:
«Пушка расположена справа в танкетке. Установка имеет винтовые механизмы вертикального и горизонталь­ного наведения. При стрельбе с ходу горизонтальное наве­дение возможно только поворотом самой машины...
Результаты испытаний:
Стрельба с места по щиту 6 ... 6 м с расстояния 500 м. Сделано 10 выстрелов, все в щит. Скорострельность один выстрел за 9 секунд.
Стрельба с ходу по щиту 6 ... 6 м на дистанции 500— 600 м. Сделано 15 выстрелов. В щит одно попадание.
Произошло 6 задержек из-за недосылки снарядов. Сло­мался рычаг рейки. В ходе стрельб в 40% выстрелов прихо­дилось шомполом досылать снаряды, выходя из танкетки.
На ходу происходила сильная вибрация всей системы».
После устранения конструктивных неисправностей, об­наруженных в Кунцеве, танкетка Т-27 была вновь испытана 11 июня 1933 г. В ходе испытаний проводилась стрельба с места. Вес снаряда составлял 3,2 кг, вес заряда — 0,62 кг по­роха МСК. За 13 секунд было проведено 5 выстрелов. Затем в течение 23 секунд магазин заполнялся патронами. Сле­дующие 4 выстрела произведены за 8 секунд. Итого 9 вы­стрелов за 44 секунды. Задержек при стрельбе не было.
В июле 1933 г. танкетку Т-27 с 76-мм пушкой Курчев­ского доставили в Ленинград на НИАП, где с 28 июля по 29 августа производились их испытания стрельбой и воз­кой.
Таблица 30
Результаты испытаний 76-мм пушки К на танкетке Т-27 в июле — августе 1933 г.


Снаряд Вес снаряда, кг Начальная скорость, м/с Дальность стрельбы при:



+5° +35°
Практическая шрапнель чертежа 3999 3,2 341 1400 4300
Бронебойный чертежа 4716 4,0 278 1100 4000

Скорострельность составила 6—7 выстр/мин. Экипаж танкетки Т-27 — 2 человека. Вооружение: только 76-мм пушка К. Боекомплект 30 снарядов.
Сравнительные данные стрельбы снарядами чертежа 3999 с 76-мм полковой пушкой обр. 1927 г. показали, что от­клонения по высоте те же, что и у полковой пушки, а боко­вое рассеивание лучше табличного у полковой пушки.
Испытания возкой проводились на дистанции 50 км по шоссе со скоростью 20—30 км/час.
Комиссия сделала следующие выводы:
1. Достигнута скорострельность 18 выстрелов в 3 ми­нуты.
Боеприпасы должны быть одинаковой длины для всех снарядов, так как при стрельбе бронебойными снарядами чертежа 4716 пользоваться механизмом заряжания нельзя, поскольку снаряды слишком длинные.
Деревянные поддоны у патронов должны быть строго калиброваны по диаметру сопла.
Необходимо, кроме пушки, поставить на танкетку 7,62-мм пулемет ДТ.
Очередные испытания Т-27 с 76-мм пушкой Курчевско­го, которая к тому времени получила название ТПК-27, прошли на Кунцевском полигоне 25 апреля 1934 г. Предо­ставлю читателю выдержки из отчета комиссии:
Стрельба с хода (до 15 км/час) и с коротких остановок показала «полное отсутствие меткости».
Стрельбы закончились поперечным разрывом ствола на расстоянии около 400 мм от устья сопла, разрушен правый борт танкетки, оторван лист брони весом около 18 кг. Стре­лявший инженер Нейланд убит, водитель Каплюр легко ранен и контужен. Взрыв произошел из-за двойного заря­жания пушки.
Итого сделано 44 выстрела, и ни одного попадания. Осечек 5, один «плевок», то есть падение снаряда на рассто­янии 3—4 м от дульного среза.
Грубое вертикальное наведение проводилось поворотом танкетки.
Заключение комиссии: «Самоходная установка испыта­ния не выдержала и требованиям не удовлетворяет».
На этом работы по ТПК-27 были прекращены.
А теперь вернемся к испытаниям 25—26 марта 1933 г. в Кунцеве и расскажем о третьем бронеобъекте с 76-мм пуш­кой Курчевского. Это был легкий двухбашенный танк Т-26. Штатным вооружением таких танков являлись два 7,62-мм пулемета, а в отдельных случаях 7,62-мм пулемет в одной башне и 37-мм пушка в другой.
Курчевский установил свою 76-мм безоткатную пушку в правой башне. Конструктивно пушка для Т-26 была выпол­
Рис. 7.1. Легкий двухбашенный танк Т-26 с 76-мм безоткатной пушкой Курчевского.
нена по типу АПК-4, но имела более.длинный ствол и сопло — 2100/27,6 мм/клб и 750 мм соответственно, срав­нительно с пушкой ТПК-27, у которой ствол имел длину 1058 мм, а сопло — 385 мм. Вес пушки возрос до 110 кг. Не­сколько большим был и заряд. Благодаря этому началь­ная скорость возросла до 500 м/с при весе снаряда 4 кг (рис. 7.1).
Конструкция танка позволила существенно, по сравне­нию с Т-27, увеличить углы наведения. Так, угол возвыше­ния стал —7°; +1,1°, а угол поворота (вместе с башней) — 135°. В отличие от Т-27 пушка не выступала за габариты танка.
Предоставлю выдержки из отчета комиссии по испыта­ниям танка Т-26:
Стрельба с места по щиту 6 м с расстояния 500 м: из 14 выстрелов 10 попаданий в щит.
При заряжании, как и на Т-27, частые отказы. Задержки происходили приблизительно в 50% случаев.
При стрельбе в 45° к ходу мешает лист подбашенной ко­робки.
Танк Т-26 с 76-мм пушкой Курчевского не был принят на вооружение. К указанным недостаткам всех пушек Кур-чевского следует добавить то, что Т-26 был танком сопро­вождения пехоты, и при стрельбе он бы сжег свою пехоту струями раскаленных газов по меньшей мере на 50 м назад. В довершение всего в середине 1933 г. появились новые модели Т-26 с одной башней, в которой была установлена 45-мм пушка 20К.
Кроме того, Курчевским был разработан проект уста­новки 152-мм мортиры ДРП на танк БТ-5. Мортира должна была стрелять 25-кг снарядом с начальной скоростью 250 м/с. Скорострельность составляла 5—6 выстр/мин. Боеком­плект — 15 выстрелов. Угол вертикального наведения -5°; + 15°, угол горизонтального наведения 240 (за счет поворота башни). Работы по танковой мортире были прекращены на стадии рабочего проектирования, дело не дошло даже до ис­пытания опытного образца.


АВИАЦИОННЫЕ ПУШКИ КУРЧЕВСКОГО
Начну с того, что если в армии и на флоте Курчевскому хоть как-то приходилось доказывать преимущества своих пушек перед классическими орудиями, состоявшими на во­оружении, то в авиации конкурентов у его пушек попросту не было. В 1931 — 1935 гг. советская авиация не имела не только пушек и реактивных снарядов, но и крупнока­либерных пулеметов. А своих довольно многочисленных конкурентов Курчев'ский с помощью Тухачевского в 1931— 1932 гг. просто задавил. Большинство конструкторов пре­кратили свои работы, и лишь некоторые вели проектирова­ние при крайне скудном финансировании или вообще при отсутствии оного.
В соответствии с договором, заключенным между
ВНИК и Орудийно-арсенальным трестом, утвержденным заместителем председателя Реввоенсовета Уншлихтом 27 июля 1929 г., Курчевский должен был изготовить:
Опытную пушку для изучения баллистики картечного выстрела калибром 76,2 мм — в двухмесячный срок.
Проект авиационной магазинной пушки — в четырех­месячный срок.
Опытную магазинную пушку — в шестимесячный срок после утверждения чертежей проекта.
Через два месяца после подписания договора был готов опытный экземпляр. Пушка была однозарядная и получила название АПК-1 ( авиационная пушка Курчевского № 1).
Первая официальная демонстрация АПК-1 состоялась в апреле 1930 г. Представители Артуправления РККА и Авиа­треста не смогли дать заключения о пригодности пушки к установке на самолет.
Первые наземные стрельбы с самолета были проведены на стареньком разведчике Р-1. Пушку закрепили на средних стойках бипланной коробки. После первого выстрела лоп­нуло полотно на стабилизаторе, после второго выстрела лопнула обшивка в районе кабины летнаба, после третьего выстрела появились трещины в деревянной конструкции самолета. Четвертый выстрел из АПК-1 по отзыву присутст­вующих привел самолет в «безусловную негодность».
Затем АПК-1 была установлена и испытана на разведчи­ке Р-3 № 4052, причем также с ущербом для самолета. Ста­новилось ясно, что предлагаемые ДРП по своему разруша­ющему воздействию совсем небезопасны для самого носи­теля. Поэтому необходимо разработать специальный самолет, особенно прочный в районе хвостового оперения или созданный по особой схеме.
Задание на проектирование спецсамолета для установки ДРП поручили конструкторскому бюро ЦАГИ1, руководи-

ЦАГИ — Центральный аэрогидродинамический институт.

99984
Рис. 7.2. Самолет И-Z, вооруженный двумя 76-мм пушками АПК-4.
мому А.Н. Туполевым, и Центральному конструкторскому бюро (ЦКБ), существующему на тот момент под патрона­жем ОГПУ и имеющему неофициальным техническим ру­ководителем Д.П. Григоровича.
Для пушек Курчевского Григоровичем специально был создан истребитель И-7. Позже его стали называть И-Z (или И-ЗЕТ), а то и просто ЗЕТ (рис. 7.2).
Центральная часть фюзеляжа вместе с винтомоторной установкой (двигатель М-22) была практически без измене­ний позаимствована от И-5. К этой конструкции крепилась особо жесткая хвостовая часть, выполненная в виде моно­коковой балки. Хвостовое оперение усилено внешним гоф­ром, стабилизатор, дабы избежать влияния пороховых газов стреляющих пушек, поднят вверх.
Самолет был закончен летом 1931 г. Точная дата первого полета неизвестна. Поднимал его в воздух впервые летчик Бенедикт Бухгольц. Далее события развивались следующим образом. 6 июля 1931 г. территорию авиазавода № 39 и ЦКБ посетил И.В. Сталин. Очевидно, о самолете Григоровича с пушками Курчевского он был хорошо информирован, ибо не только осмотрел его, но даже забрался в кабину и подер­гал за рычаги и рукоятки. Главный конструктор И-7 при этом не присутствовал, все пояснения (в меру своего пони­мания) давал руководитель ЦКБ от ГПУ Е.С. Пауфлер.
Курчевский выполнил в срок условия договора от 27 июля 1929 г., и в начале 1930 г. было закончено изготовле­ние двух автоматических 76-мм пушек АПК-4.
Пушки АПК-4 были выполнены по схеме автоматичес­ких пушек Курчевского. Ствол нарезной, длина ствола без сопла и ложи 19 калибров. Вес орудия 75 кг. Расчетный темп стрельбы 30—40 выстр/мин. В надствольном магазине помещалось 6 унитарных выстрелов, кроме того, еще один выстрел помещался в стволе.
Для пушки АПК-4 были созданы новые специальные снаряды, среди которых были осколочные гранаты, обыч­ная (пулевая) шрапнель и стержневая шрапнель системы Розенберга. В 1935 г. АПК-4 был присвоен индекс 342, и он был включен в название боеприпасов, так, шрапнель назы­валась Ш-342. Вес снарядов колебался от 3,07 до 3,92 кг. Снаряды оснащались дистанционной трубкой, чаще всего переделанной 22-секундной полевой трубкой. Но установка трубки производилась только на земле. Фактически это была не дистанционная трубка, а самоликвидатор. Таким образом, для эффективного поражения цели нужно было стрелять так, чтобы снаряд оказался близко к цели, допус­тим, через 6 секунд. Естественно, что рассчитать точно мо­мент выстрела летчик не мог.
При стрельбе на преследовании убойный интервал для осколочной гранаты или пулевой шрапнели составлял 15— 25 м, а для стержневой шрапнели — 40—75 м. Конечно, эф­фективность стрельбы можно было резко увеличить, ис­пользовав управляемый из кабины автоматический уста­новщик трубок (АУТ). В принципе первые АУТ были созданы в Первую мировую войну. Но в середине 1930-х годов у нас их не было даже в зенитной артиллерии.
Выстрелы АПК-4, как и у всех автоматических пушек Курчевского, имели гильзы из нитроткани с деревянным поддоном. В гильзе использовалось 600 г пороха МСК. При выстреле ткань полностью не сгорала, а вместе с раздроб­ленными кусочками деревянного поддона застревала в ка­нале, что приводило к отказу в работе автоматики, а то и разрыву ствола. В течение 1932—1935 гг. Курчевский долго, но безрезультатно работал над улучшением конструкции гильзы. В 1935 г. были созданы пластмассовые донышки (поддоны), но и они застревали в канале. Наконец Курчев-ский решил не изобретать велосипеда и вернуться к латун­ным несгораемым гильзам.
28 декабря 1931 г. ленинградскому заводу № 7 был выдан заказ на 44 пушки АПК-4 со сроком сдачи к 1 июля -1932-г. Ствол и все стальные поковки для АПК-4 делал
завод «Большевик», а отдельные детали и сборку пушек производил завод № 7. Автоматику для пушки и самолетное оборудование для них делал завод № 39.
Курчевский постоянно вносил изменения в рабочие чертежи пушки и тем сорвал сроки. Из-за этого к концу 1932 г. заводу № 7 удалось изготовить 44 пушки, а сдать за­казчику только 4. Остальные 40 пушек были сданы в 1933 г.
Автоматика АПК-4 работала из рук вон плохо. Поэтому Курчевский переделал ее, а пушка получила название АПК-4бис. Первый экземпляр АПК-4 был закончен в июне 1932 г. В 1933 г. 40 пушек АПК-4 были переделаны в ОКБ-1 на АПК-4бис.
На 1934 г. заводу № 7 было заказано 100 пушек АПК-4бис. Трубы и сопла по-прежнему делал завод «Большевик». К концу года было собрано 28 систем и создан задел на 75 систем. Но ни одна из собранных пушек заводские испыта­ния не выдержала. Курчевский вновь изменил чертежи. Новый вариант получил название АПК-4М. 28 собранных систем были отправлены на завод № 38 на переделку.
Параллельно с заводом № 7 к производству АПК-4 Орд­жоникидзе и Павлуновский решили привлечь и горьков-ский завод № 92. Однако руководство завода без энтузиазма отнеслось к работам над ДРП и предпочитало им заказы по дивизионным пушкам. На 1932 г. заводу № 92 заказали 16 АПК-4, но до конца года он не сдал ни одной. На следую­щий год заводу заказали еще 50 штук АПК-4. Но руководст­во завода добилось снятия заказа и так и не сдало ни одной пушки. В 1934 г. начальство заставило завод № 92 делать хотя бы заготовки труб для АПК-4. В 1935 г. он должен был изготовить 350 труб для завода № 8, но тут горьковчане по­старались и изготовили 370 труб.
10 апреля 1935 г. нарком тяжелой промышленности Орджоникидзе издает грозный приказ: «Головным заводом по авиационным системам (авиапушкам) считать завод № 8... В 1935 г. изготовить 500 систем АПК-4, в том числе
300 на заводе № 8 и 200 на заводе № 7. Производство АПК-4 заводу № 7 вести под техническим руководством завода № 8. Директору завода № 7 Сухомлинову приступить к под­готовке валового производства АПК-4, начав задел с мая, чтобы с сентября начать валовое производство. В против­ном случае Сухомлинов будет снят с работы».
Однако завод № 8 в 1935 г. сдал заказчику только 13 пушек. А 11 декабря 1935 г. директор завода потребовал у ГУВП (Главное управление военной промышленности) снять с завода заказ по АПК-4, мотивируя это крупными конструктивными дефектами системы. Начальство пошло навстречу заводу, тем более что в 1930-х годах завод № 8 был единственным в СССР, производящим противотанковые, танковые и зенитные пушки, а также морские орудия ка­либра 45—76 мм. Завод № 7 из 212 заказанных на 1935 г. пушек изготовил только 13, но к 1 декабря 1935 г. ни одна из них не была принята заказчиком.
«Основное назначение пушки — борьба с авиацией про­тивника, и только второстепенной задачей ставится пора­жение наземных целей». Так было определено назначение АПК-4 в протоколе заседания НТК Артуправления от 25 ноября 1935 г. Руководству ВВС особенно импонировала идея расстрела на больших дистанциях тяжелых бомбарди­ровщиков противника. Кстати, идея вполне здравая. Не то, что самолеты 1930-х годов, но и летающие крепости типа Б-17 и Б-29 могли бы безнаказанно расстреливаться из 76-мм безоткатных орудий. Разумеется, такие орудия долж­ны были быть не системы Курчевского, а, скажем, системы Кондакова.
Вернемся вновь к судьбе самолета Z (И-7). 2 марта 1932 г. на совещании на авиазаводе № 39 начальник ВВС Яков Алкснис задал вопрос о сроках готовности самолета: «Самлеет Z (И-7) построен уже около года, 39-й завод предъ шил его правительству и в июне — июле 1931 г. обе­щал доработать, где результат?» Пауфлер ему, в свою оче­редь, ответил, что самолет давно готов, произведено 74 вы­стрела из пушек на земле. 10—12 выстрелов в воздухе, во время которых оторвало выхлопное сопло одной из пушек, однако все хорошо, чертежи на самолет готовы, завод готов к выпуску серии.
Присутствующий на совещании Курчевский, в свою очередь, сказал, что его совершенно не допускают к самоле­ту (налицо явный конфликт с Григоровичем, да и при чем здесь самолет — пушки давай!), работать не дают.
Окончательно на совещании 2 марта было решено само­лет Z (И-7) подготовить и предъявить к испытаниям 12 мар­та. Проводились ли такие испытания, неизвестно, но уже 27 апреля 1932 г. руководство авиазавода № 39,теперь уже в лице директора С. Марголина, подписывает договор с Уп­равлением ВВС на поставку 20 истребителей Z с установкой спецвооружения.
Один из первых серийных самолетов И-7 № 39009 ис-пытывался в феврале — марте 1933 г. на полигоне ВВС в Монино. Самолет имел одну действующую пушку, под левым крылом справа разместили габаритно-весовой макет. Для проведения наземных стрельб был сооружен помост высотой несколько метров. Несколько выстрелов было со­вершено и в воздухе. Летал летчик-испытатель Пионтков-ский.
Осенью 1933 г. были проведены государственные испы­тания самолета И-7 № 39010, вооруженного серийными пушками АПК-4бис. Испытания проходили на аэродроме НИИ ВВС в Щелкове в период с 14 сентября по 1 октября 1933 г. Летал летчик Сцельников, общий налет составил 16 часов 20 минут.
В отчете по испытаниям указывалось, что самолет И-7 № 39010 постройки авиазавода № 39 изготовлен по образцу опытного и в основных размерных параметрах от последне­го не отклоняется. Кабина летчика удобна и просторна. На взлете И-7 быстро отрывается с поднятым хвостом, в гори­зонтальном полете идет с опущенной ручкой, устойчив во всех отношениях, управление мягкое и легкое. Испытания на штопор не производились, однако и тенденции к срыву в штопор не отмечалось.
По результатам оценки летных данных отмечалось, что полученные данные скороподъемности (подъем на высоту 5000 м за 14 мин.) и потолка (7000 м) являются достаточно удовлетворительными. Полученное значение максималь­ной скорости 259 км/час совершенно недостаточное. При­чина — неудачная конструкция колес и шасси, большое со­противление пушек. Тактическая дальность действия само­лета 310 км также признана недостаточной.
Комиссия записала в отчете, что артиллерийское воору­жение И-7 испытания выдержало. Выстреляно 363 патрона, 19 патронов не было выстреляно из-за задержек. Снятие или установка АПК-4бис на самолет занимает 15 минут и производится силами не менее двух человек.
Малая емкость магазинов — на две пушки всего 14 сна­рядов — оценивалась как недопустимая. Курчевский пред­полагал далее установить в крыле коробчатый магазин для 14 снарядов, но для АПК-4бис это сделано не было.
В заключении по результатам испытаний говорилось, что самолеты типа И-7 могут быть приняты на вооружение ВВС РККА при условии следующих доработок, с предъяв­лением модификации к 1 марта 1934 г.:
— увеличение максимальной скорости до 300 км/час;
— увеличение емкости бензобаков, доведения количест­ва снарядов до 20 штук, установки электрооборудования и радио.
Особым пунктом шло пожелание увеличить прочность самолета. Уже после 300—500 выстрелов конструкция ис­требителя нуждалась в ремонте, поэтому ВВС хотели довес­ти живучесть И-7 до 1000 выстрелов.
Хотя местом проведения госиспытаний назывался аэро­дром НИИ ВВС, на самом деле из пушек стреляли совсем в другой местности — в районе Переславля-Залесского на бе­регу Плещеева озера. Кстати, испытания безоткатных ору­дий на этом озере проводились еще в сентябре 1924 г. Ис-пытывались два самолета И-7 (№ 39005 и № 39010) с че­тырьмя серийными пушками АПК-4бис. Летали летчики А. Коротков и М. Сцельников. Из 147 патронов выстреляно 74, задержек — 18. Причины задержек: а) отказ воздушного клапана в механизме перезарядки; б) утыкание снаряда, по­данного на лоток, в головку очередного снаряда; в) непол­ное сгорание нитроткани.
В ноябре 1933 г. на Люберецком аэродроме и химичес­ком полигоне в Кузьминках испытывалось семь самолетов И-7 с 14 пушками АПК-4бис. Их испытывала эскадрилья Новака — летчики Климов, Губанов, Бурылин, Катичев и Родин. Отмечалось, что при данной установке АПК стре­лять возможно только в горизонтальной плоскости, при пи­кировании до угла 30°, при кабрировании в крене 25—30°. Первоначально стрельбы велись стержневой шрапнелью чертежа 2-633, а затем — осколочной гранатой. Темп стрельбы без задержек составил 21 выстр/мин. Комиссия сочла, что система АПК-4бис на самолете И-7 испытания выдержала и что при устранении прилагаемого перечня не­достатков может быть допущена на войсковые испытания.
Всего к 1934 г. авиазавод № 39 выпустил вместе с опыт­ным самолетом 22 И-7. С начала года проведение стрельб и испытаний было продолжено в Переславле-Залесском. Воз­главил испытания Томас Павлович Сузи. Командиром от­ряда И-7 был летчик Кузьма Александрович Катичев. Ле­тать начали зимой 1934 г. Стреляли по конусам, которые таскали разведчики Р-5. Все затянулось более чем на год. По сути, это были уже не войсковые испытания, а строевая служба, в ходе которой отрабатывались способы примене­ния, ведения огня по воздушным и наземным целям.
В 1934—1935 гг. харьковский завод № 135 и московский завод № 39 выпустили 72 истребителя И-7.
К весне 1935 г. Курчевский предложил новую модерни­зацию пушки — АПК-4М. Изменения в ней коснулись лишь механизмов подачи.
марте 1935 г. были проведены полигонные испытания АПК-4М. Вместе с пушкой испытывались различные типы стержневой шрапнели. В отчете по испытаниям сказано, что пушка «представляет бесспорную боевую ценность», но стрельба из нее производит «тяжелый физиологический эф­фект» на пилота. Так, техник Моргунов после 182 выстре­лов контужен и направлен в больницу с сотрясением мозга. То же самое, только в более слабой форме, у начальника группы Мельникова после 104 выстрелов.
июня 1935 г. Алкснис направил Курчевскому письмо: «Во исполнение постановления СТО СССР от 7.04.1935 г. для определения тактики и боевого применения пушечной авиации и для отработки правил стрельбы приказом НКО СССР № 065 создана особая группа: звено «ЗЕТ», звено Р-5 и один ТБ-1, которая была направлена в Евпаторию. С 15.03.1935 г. группа бездействует в Евпатории в ожидании пушек. Требуется 6 АПК-4М и одно 37-мм ружье Курчев-ского».
В марте в Евпаторию прибыли три И-Z, а в июне — еще шесть. Самолеты И-Z вели стрельбу по конусам, которые буксировались Р-5. В бомбардировщике ТБ-1 в задней ка­бине на турели ТУР-6 было установлено 37-мм противотан­ковое ружье (пушка) Курчевского — РК большой мощнос­ти. Вес ружья — 32 кг, вес снаряда — 0,6 кг, заряда — 0,19 кг пороха МСК, начальная скорость снаряда 524 м/с. Внешне и по устройству РК было одинаково с АПК-4 и другими авиапушками Курчевского. Основная разница в том, что подача выстрелов из цилиндрического надствольного ба­рабана происходила не энергией сжатого воздуха, а мус­кульной силой стрелка. Расчетный темп стрельбы 10—12 выстр/мин, фактический 5—6 выстр/мин.
Вообще говоря, использование ДРП для защиты кормо­вой полусферы самолета было заведомо безнадежной за­теей. Угол обстрела РК был очень мал, поскольку струя газов из сопла могла повредить обшивку самолета. Естест­венно, что больше попыток применения ДРП в качестве оборонительного вооружения бомбардировщиков не было. Что же касается И-Z, то они в Евпатории вели стрельбы с пикирования, кабрирования и в горизонтальном полете. В среднем на один самолет пришлось по 240 выстрелов. В конструкции самолетов после этого наблюдались значи­тельные повреждения: расходились заклепочные швы, тре­щали кронштейны хвостового оперения, лопалась полот­няная обшивка. Были отдельные самолеты, например № 13534, которые выдерживали до 340—360 выстрелов из
АПК-4М.
В любом случае признавалось, что даже при соответст­вующих усилениях конструкции срок службы И-Z при стрельбе из ДРП составляет не более 400 выстрелов. Пока проводили всевозможные испытания, большую часть се­рийных ЗЕТов довели до нелетного состояния. К началу 1936 г. в строю оставались лишь отдельные И-Z, опыты с ДРП прекратились, практическое использование самолетов потеряло актуальность, и применялись они эпизодически. В последующие годы упоминания об этих истребителях не встречаются.
Заканчивая рассказ о И-Z, стоит упомянуть о первомай­ском празднике 1935 г. Тогда над Красной площадью про­неслась пятерка И-Z, вооруженная АПК-4.
Разработка истребителя И-12 (АНТ-23) в конструктор­ском бюро ЦАГИ началась в середине 1930 г. Поначалу были составлены технические требования на тяжелый ис­требитель, вооруженный двумя пушками АПК калибра 76,2 мм, способный вести бой с воздушным противником на дальностях до 5 км. Снаряды при этом предполагалось начинять картечью.
5 ноября 1930 г. «лицо» нового самолета окончательно утвердилось. Было решено строить И-12 как одноместный истребитель с двумя двигателями воздушного охлаждения «Юпитер», мощностью 480 л. с. каждый. И-12 был выпол­нен по достаточно оригинальной тогда двухбалочной схеме, где балки из стальных труб были предназначены для уста­новки пушек Курчевского.
И-12 был закончен постройкой в начале лета 1931 г. и в июле уже появился на аэродроме. Понадобился, однако, еще целый месяц для доделок систем и доводки винтомо­торной группы. 29 августа состоялся первый полет, который показал вполне удовлетворительные характеристики. Пере­делки машины, однако, продолжались. Выяснилось, что двойное вертикальное оперение, находящееся вне зоны об­дувки воздушных винтов, неэффективно на рулежке и на пробеге. Поэтому уже в процессе испытаний установили однокилевое оперение, необходимую жесткость обеспечи­вали подкосы, соединяющие киль со стабилизатором. Была увеличена площадь элеронов (по причине перекомпенса­ции). После этой доработки задняя кромка элеронов стала выступать за контур крыла.
В 1931 г. для истребителя И-12 было изготовлено две 76-мм пушки АПК-5. Пушка имела несколько меньший вес, чем АПК-4 (65 кг). Баллистические данные были близ­ки к АПК-4 (вес снаряда 3,0 кг, вес заряда 0,6 кг). Испыта­ния АПК-5 для определения баллистических данных были проведены 26 февраля 1931 г. на НИАПе. Начальная ско­рость оказалась 397 м/с. Первые наземные стрельбы И-12 с АПК-5 состоялись 11 ноября 1931 г. на аэродроме НИИ ВВС.
Отстрелялись вполне успешно, однако при возвраще­нии в Москву самолет подломал костыли. Ремонт потя­нул за собой очередные доделки и улучшения. На аэродро­ме И-12 оказался лишь спустя три месяца, в феврале 1932 г. После опробования машины в воздухе 8 февраля летчик-ис­пытатель Иван Фролович Козлов перегнал И-12 на аэро­дром в Монино, где были продолжены наземные огневые испытания.
21 марта Козлов вылетел на Кунцевский полигон для опробования пушек в воздухе. Каждая АПК была снаряже­на двумя снарядами — один находился в стволе, второй — в магазине. На высоте 1000 м после первого выстрела из левой пушки произошел разрыв сопла, сорвало обтекатели орудия, повредило проводку управления стабилизатором (стабилизатор на И-12 был управляемым, пилот мог в воз­духе менять угол его установки). Во время происшествия пилот наблюдал разрыв снаряда на ожидаемой дистанции, одновременно автоматика подачи направила в ствол оче­редной снаряд. Разрыв сопла оказался совершенно неожи­данным, до этого было проведено более 100 удачных вы­стрелов на земле.
Ситуация в воздухе складывалась угрожающая. Козлов, который видел развороченную обшивку и поврежденную хвостовую балку, понимал, что в любой момент машина может начать разрушаться. Прыгать с парашютом было опасно, не ровен час — угодишь в задний винт. Да и не при­нято было у испытателей покидать машину, которая держа­лась в воздухе. С величайшей осторожностью пилот развер­нулся и направил самолет в сторону Центрального аэродро­ма. При посадке хвостовая балка, выточенная из стальной трубы диаметром 170 мм, переломилась... За спасение И-12 Иван Фролович Козлов был награжден орденом Красной Звезды.
В связи с аварией состоялось специальное совещание у Тухачевского. Пушки было решено доработать, увеличить толщину стенок сопла, усилить эти стенки дополнительны­ми ребрами жесткости.
Однако в том же 1932 г. Курчевский создал для И-12 новую 76-мм пушку АПК-10. В июне 1932 г. для самолета И-12 (дублера) началось изготовление двух пушек АЛ К-10 с улучшенной баллистикой. Вес снаряда — 4,5 кг, заряд — 1,1 кг ПКО, начальная скорость — 400 м/с. Вес пушки — 85 кг. По плану они должны были быть закончены в сентяб­ре 1932 г. Но тут возникли сложности с самолетом-носите­лем.
И-12 некоторое время спустя был отремонтирован и со­вершил еще ряд полетов. Всего, до последнего старта 28 сентября 1932 г., самолет поднимался в воздух 21 раз. Далее полеты было решено прекратить, так как количество доде­лок и переделок росло как снежный ком, и получить удов­летворительные результаты испытаний не представлялось возможным. Было принято решение самолет разобрать.
Дальнейшие работы по теме пушечного вооружения должны были воплотиться в дублере И-12бис. Этот самолет, выполненный по той же схеме, что и первый опытный, имел несколько увеличенный размах крыльев, меньшую длину и улучшенную аэродинамику. Постройка И-12бис началась еще летом 1931 г., однако задержалась в связи с не­удовлетворительными летными испытаниями первой ма­шины. Уже в процессе постройки в конструкцию вносилось много переделок и изменений. Работа затянулась, руковод­ство уже не проявляло к ней должного внимания. В 1933 г. работа по этому самолету велась от случая к случаю. Хотя машина в начале 1934 г. была практически готова (по состо­янию на 1 января ее готовность определялась как 84,9%), интерес к этой теме окончательно пропал. 4 июня на завод поступило распоряжение заместителя начальника ЦАГИ Андрея Николаевича Туполева о прекращении постройки И-12бис.
Истребитель И-4 (АНТ-5), находящийся на вооруже­нии ВВС с 1930 г., был единственным цельнометалличес­ким самолетом такого предназначения из тех, которые вы­пускали советские авиазаводы. Для установки пушек Кур-чевского этот самолет подходил, однако АПК-4 оказалась для него слишком велика. Поэтому была спроектирована и построена уменьшенная система калибра 65 мм, полу­чившая название АПК-3. Налицо факт, когда пушка дела­лась под самолет, а не наоборот. Расчет был прост: в слу­
Рис. 7.3. Истребитель И-4 (АНТ-5), на котором устанавливались 65-мм пушки Курчевского АПК-3.
чае удачи можно было перевооружить все имеющиеся в строевых частях самолеты И-4 пушками АПК-3. Об этом говорилось и на совещании, которое проводил начальник ВВС РККА Яков Алкснис: «... Ускорить работу по уста­новке пушек калибра 65 мм на И-4. Если получим удовле­творительные результаты, то нужно в кратчайший срок во­оружить имеющиеся самолеты И-4 этими пушками... Кур-чевскому доработать АПК-3, чтобы в апреле — мае 1933 г. провести госиспытания... ЦАГИ установить пушки на самолет И-4 и предъявить в НИИ ВВС» (рис. 7.3).

К июню 1932 г. были изготовлены две 65-мм пушки АПК-3. Вес системы оказался 43 кг (без боеприпасов), бое­комплект 14 выстрелов. Из пушек на земле без самолета провели 10 выстрелов снарядами 2,5 кг с зарядом 0,425 кг. Средняя скорость оказалась 380 м/с вместо 500 м/с расчет­ной. По результатам испытаний была проведена доделка пушек, закончившаяся лишь осенью 1932 г. После передел­ки они получили название АПК-Збис.
В июле 1932 г. двум заводам (№ 75 и Червянскому) зака­зали 985 65-мм пулевых шрапнелей. Позже заказали партию сегментных шрапнелей. Кроме того, было изготовлено не­большое количество 65-мм осколочных снарядов.
В мае 1933 г. специальная комиссия осматривала И-4 № 1649 с установленными под верхними крыльями АПК-Збис. По внешнему виду пушки были признаны годными к стрельбе. Испытания проводились с различными по мощ­ности зарядами, испытывалось не только орудие, но и влия­ние стрельбы на конструкцию самолета. Так, при использо­вании зарядов весом 425 г отмечалось разрушение обшивки фюзеляжа. Происходило так, что исходящие газы буквально «отсасывали» обшивку от конструкции самолета.
Летные испытания и воздушные стрельбы были продол­жены на НИАПе. Летал летчик Сузи. 18 мая 1933 г. в 14 ч. 40 мин. местного времени при выполнении стрельбы в воз­духе произошел разрыв ствола правой пушки на расстоянии 38 см от казенного среза. При осмотре после посадки на ко­мендантском аэродроме выяснилось, что непосредственно за местом разрыва ствола к дульной части заклинен снаряд. Снаряд раздут, с отпечатками нарезов на его поверхности вблизи центрирующего утолщения. Вокруг заклинившего снаряда в стволе обнаружены остатки деревянного доныш­ка (поддона) и нитроклетчатки от гильзы. В правом крыле обнаружена рваная дыра площадью около квадратного метра.
После разрыва в ОКБ-1 началось изготовление двух новых пушек АПК-Збис. Первая из них была закончена к июню 1933 г., и летные испытания продолжились. Однако 17 июля 1933 г. руководители испытаний заявили, что пушка «боевым требованиям не удовлетворяет» и система будет использоваться как учебная, а планируемый заказ на 50 пушек АПК-Збис размещению не подлежит.
Истребитель И-14 (АНТ-31) известен как первенец среди новой генерации скоростных истребителей-монопла­нов. Создавался этот самолет, однако, под пушки Курчев­ского, поэтому последнего можно с определенной долей ус­ловности назвать инициатором этого нового направления.
В 1932 г. Курчевским был разработан проект 37-мм автоматической пушки АПК-11 (иногда ее называли АПК-37). По устройству она аналогична АПК-4. Магазин пушки имел две полости (кассеты), где помещалось по 12 выстрелов. Еще один выстрел был в стволе. (Итого, боеком­плект — 25 выстрелов на пушку). Длина пушки с соплом и лотком составляла 1978 м, без них — 1250 мм. Вес пушки с пустым магазином 39,1 кг. Выстрелы унитарные, гильзы из сгорающей нитроткани, поддоны деревянные, а затем пластмассовые. Снаряд осколочный с головным ударным взрывателем. Вес снаряда — 475—500 г, вес взрывчатого ве­щества — 31 г. Заряд — 140—145 г пороха МСК. Начальная скорость на испытаниях — 438—475 м/с (как и у всех пушек Курчевского, был велик разброс начальной скорости снаря­дов). Баллон со сжатым воздухом емкостью 5 л и исходным давлением 120 кг/см2 закреплялся в передней части фюзеля­жа И-14 на пожарной перегородке, хватало его на 170—180 выстрелов. Сама пушка АПК-11 располагалась в отъемных частях крыльев на расстоянии 2225 мм от оси фюзеляжа и крепилась на двух шкворнях.
Разработкой истребителя, получившего индекс АНТ-31, занималась бригада П.О. Сухого. Первый опытный экзем­пляр АНТ-31 начал летать в 1933 г. Снабженный двигателем Бристоль «Меркурий», самолет в качестве вооружения имел лишь синхронный пулемет ПВ-1 в фюзеляже. Пушки еще не были готовы. (Первый образец АПК-11 был передан в ЦАГИвмарте1933г.)
Второй экземпляр с двигателем Райт «Циклон» был во­оружен двумя пушками АПК-11.
Испытания истребителя И-14, вооруженного АПК-11, начались в Москве 26 февраля 1934 г. Летали летчики А. Филин и К. Попов. После проверки летных характерис­тик были проведены воздушные стрельбы на полигоне под Ногинском. Отмечалось, что в целом АПК-11 работали не вполне удачно.
После проведения стрельб одну пушку сняли, чтобы ис­пользовать в качестве образца, а самолет И-14 отправили для продолжения испытаний на Качу. Закончились испыта­ния 17 апреля. Затем самолет был отправлен в Москву, где участвовал 1 мая в пролете над Красной площадью вместе с И-15 и И-16. Согласно отчету об испытаниях от 12 мая 1934 г. было совершено 32 полета. Из 388 снарядов выстре­ляно только 144 снаряда. Без задержек в стрельбе обошлось только в четырех полетах. Магазин в полете вибрировал и зажимал подающую рейку. Отмечено заклинивание боевой рейки пороховым нагаром и нитротканью гильз. Волосок электрозапала рвался. Средняя скорострельность — около 72 выстр/мин (при стрельбе с электрозапалом, с использо­ванием пневмопривода — несколько меньше).
После доработки конструкции АПК-11 две новые пушки (№ 16 и № 17) с 16 октября по 25 ноября 1934 г. про­шли наземные испытания на НИАПе. На испытаниях темп стрельбы по очередям в 3—5 выстрелов был определен в 50 выстр/мин. За все время стрельбы очереди более 5 выстре­лов получить не удалось из-за различных задержек автома­тики. При наклоне или крене «орудие не работает». При угле наклона 50° из 36 снарядов 27 выпало из канала. Со­гласно заключению комиссии АПК-11 полигонные испы­тания не выдержала и на войсковые испытания без предва­рительной доработки автоматики допущена быть не может.
Тем не менее Курчевский не только настоял на продол­жении работ, но и добился запуска небоеспособной пушки в серию. По плану 1934 г. должно было быть изготовлено 300 штук АПК-11, а фактически изготовлено лишь несколь­ко опытных образцов. А в феврале 1935 г. вышло постанов­ление СТО, которым заводу № 8 приказывалось изготовить в 1935 г. 300 штук АПК-11. Автору так и не удалось выяс­нить, сколько всего было изготовлено пушек АПК-11 в 1934—1935 гг., и устанавливались ли они на другие самоле­ты И-14.
37-мм пушка АПК-11 была сравнительно маломощной, тем более что за границей и у нас (АКТ-37) появились клас­сические 37-мм автоматические авиапушки. Поэтому в ян­варе 1934 г. Курчевский предложил разработать 45-мм авиа­пушки АПК-13. За 4 месяца Курчевский обещал разрабо­тать проект, рабочие чертежи и изготовить 4 опытных образца АПК-13. За это он получил 100 тысяч рублей, но к 1 января 1935 г. в наличии был только проект. На 1935 г. Курчевский вписал себе в план доработки проекта АПК-13, изготовление рабочих чертежей и двух опытных образцов пушки. Чем закончилась эпопея АПК-13 — установить пока не удалось.
Задание на самолет, предназначенный для установки 100-мм пушек АПК-8, появилось одновременно с заданием на истребитель И-12 (АНТ-23). Ориентировочные требова­ния на этот двухместный пушечный истребитель поступили в конструкторское бюро ЦАГИ от Управления ВВС 26 июля 1930 г. (рис. 7.4).
К проектированию 100-мм пушки АПК-8 Курчевский приступил в начале 1932 г. В некоторых документах ее ка­либр указывается — 102 мм. Это связано с тем, что в это время в СССР происходил переход с 4-дюймового (102-мм) дореволюционного калибра на калибр закупленных ита­льянских пушек «Минизини» (100-мм). По устройству АПК-8 мало отличалась от АПК-4. К февралю 1933 г. был изготовлен опытный образец пушки АПК-8. Вес различ­ных вариантов пушки без боекомплекта составлял 375— 400 кг. Основным выстрелом пушки была стержневая шрапнель весом 8,0—8,2 кг, но мог применяться и осколоч­ный снаряд. Выстрел унитарный, гильза из нитроткани. Заряд 2,1 кг пороха Г248. Практическая скорострельность 25 выстр/мин. Курчевский в проекте указывал дальность





Рис. 7.4. Истребитель И-12 (АНТ-23), вооруженный двумя 76-мм пушками АПК-4. Позже решено было устанавливать на И-12 100-мм пушки АПК-8.
стрельбы 8 км, а в другом месте — 10 км. Естественно, что при стрельбе с самолета по воздушным целям на таких дис­танциях вероятность попадания была равна нулю. Кроме дальнего пушечного истребителя (ДИПа), предполагалась установка двух АПК-8 под крылом ТБ-3. Разработка ДИПа началась лишь в 1933 г., после получения в декабре 1932 г. уточненных тактико-технических требований от ВВС.
ДИП создавался по схеме двухдвигательного моноплана с низкорасположенным крылом. Разработка и совершенст­вование цельнометаллического двухмоторного самолета, выполненного по такой схеме и имеющего убирающиеся шасси, гладкую обшивку и закрытые кабины экипажа, ве­лись в КБ ЦАГИ с весны 1931 г. Первым таким аппаратом стал многоместный истребитель Ми-3 (АНТ-21), полеты которого начались с мая 1933 г. ДИП во многом, с некото­рым уменьшением размеров, повторял Ми-3. Основным от­личием ДИП стала установка 102-мм АПК-8 в нижней части фюзеляжа. Пушка проходила сквозь фюзеляж, высту­пая в передней части лотком перезарядки. В задней части за хвостовое оперение выходило сопло отвода пороховых газов. Экипаж из двух человек, по сути, сидел верхом на этой пушке. АПК-8 имела боезапас 16 снарядов: из них 6 находились в трубчатом магазине, еще 10 устанавливались в дополнительной кассете. Стрелковое вооружение состояло из двух пулеметов ШКАС В центроплане (без синхрониза­ции) и одного ШКАС на турели ТУР-9 у стрелка.
Поначалу ДИП предполагалось оснастить двумя двига­телями М-34, однако уже в ходе постройки на самолет уста­новили два двигателя «Испано-Сюиза 12», которые были собраны на Рыбинском моторостроительном заводе из французских деталей. Воздушные винты поначалу деревян­ные диаметром 3,4 м, в ходе испытаний были заменены на трехлопастные металлические фирмы «Ратье» с перемен­ным шагом на земле.
Хотя ДИП строился как приоритетная машина, по­стройка затянулась, поэтому полетел он позднее самолета СБ (АНТ-40), 14 февраля 1935 г. Летал С.А. Корзинщиков. По результатам первых полетов выяснилось значительное количество недостатков и недоделок, которые устранялись вплоть до глубокой осени.
После проведения доработок, облета и ряда дополни­тельных проверок ДИП предполагалось предъявить в пер­вой половине 1936 г. на государственные испытания. Вплоть до конца 1936 г. работа по двухмоторному пушечно­му истребителю стояла в плане работ, однако известно, что еще 28 марта 1936 г. имелось распоряжение А.Н. Туполева о прекращении заказа на АНТ-29. Дальнейшая судьба само­лета неизвестна. Нет данных и о проведении воздушных стрельб из АПК-8.
Завершая рассказ о пушках Курчевского, стоит упомя­нуть и о его самой большой авиационной пушке — 152-мм АПК-9. Проектирование пушки было начато в 1932 г. По устройству она была похожа на 76-мм АПК-4. Вес пушки составлял 500 кг. В магазине размещалось 6 унитарных вы­стрелов. Основным снарядом должна была стать шрапнель весом 25 кг. Вес выстрела около 50 кг. По проекту началь­ная скорость — 500 м/с, темп стрельбы — 10 выстр/мин, а дальность — 13 км (?!).
Работы по АПК-9 были продолжены в 1933 г. и 1934 г. В план 1934 г. Курчевский включил «изготовление одной 152­мм мортиры «К» (АПК-9) для бомбардировщика ТБ».


КОРАБЕЛЬНЫЕ ПУШКИ КУРЧЕВСКОГО
Первой была создана и испытана на кораблях 76-мм КПК (катерная пушка Курчевского). Качающаяся часть для нее была взята Курчевским от 76-мм БПК (батальонной пушки Курчевского) с небольшими изменениями. Заряжа­ние КПК производилось с казенной части при помощи сдвижного затвора, соединенного с соплом. Стрельба ве­
Рис. 7.5. 76-мм катерная ДРП Курчевского.
лась унитарными патронами. Гильзы латунные с донными отверстиями диаметром около 60 мм (рис. 7.5).
КПК была установлена на легкой конической тумбе. Подъемный механизм имел винт, действующий на рычаг, связанный с левой цапфой. Поворотный механизм имел зубчатый обод и червяк.
КПК могла стрелять штатными гранатами и шрапнеля­ми весом 6,5 кг от 3-дюймовой полевой пушки обр. 1902 г., а также специально созданными легкими снарядами: оско­лочным весом 4,7 кг и бронебойным весом 4 кг.
Впервые КПК была испытана в корабельных условиях 26—28 ноября 1931 г. на бронекатере Н-5 Днепровской фло­тилии. Пушку установили на расстоянии 1,5 м от кормового среза. Всего было произведено 33 выстрела (рис. 7.6).
28 сентября 1932 г. КПК прошла испытания на подвод­ной лодке АГ-25, где ее установили на месте штатной 47-мм пушки. До начала стрельб лодка с ДРП находилась под водой около трех часов. По расчетам, 47-мм пушка с бое­
Рис. 7.6. 76-мм ДРП Курчевского на катере Днепровской флотилии.
комплектом могла быть заменена без весовых нарушений 76-мм КПК с боекомплектом 70 патронов.
Рис. 7.7. Торпедный катер с 76-мм ДРП Курчевского.
В мае 1934 г. КПК была испытана в Севастополе на тор­педных катерах (ТКА № 124 типа Ш-4 и ТКА типа Г-5 с за­водским № 135). Кроме КПК весом 165 кг, на катере уста­новили систему креплений весом 270 кг. Торпедное воору­жение на испытаниях отсутствовало. Испытания производились при волнении моря до 2—3 баллов (рис. 7.7).
Испытания показали, что наводка КПК возможна лишь на самом малом ходу (до 17 узлов), а на полном ходу невоз­можно даже обслуживание пушки. При стрельбе отмечены срывы заклепок обшивки борта катера. Согласно заключе­нию комиссии для КПК, установленных на торпедных ка­терах, требовался дюралевый щит для артсистемы и расчета.
Следует отметить, что стрельбы из КПК на кораблях проходили относительно успешно. Это в значительной сте­пени объясняется отработанностью 76-мм стволов ДРП и их выстрелов, которые использовались еще с 1930 г. Хотя при наземных стрельбах в 1933—1934 гг. у КПК были отме­чены отрывы казенников и раздутия стволов. Для предот­вращения этого специальная комиссия предложила умень­шить начальную скорость снаряда весом 4,72 кг до 345—350 м/с и изменить устройство медных поясков снарядов, что нарушало взаимозаменяемость снарядов КПК со снаряда­ми полевых дивизионных орудий.
КПК официально приняли на вооружение в 1934 г. В 1932—1935 гг. на заводах № 7 и № 8 было изготовлено около
250 КПК.
22 октября 1934 г. на Дальний Восток отправили 50 КПК, из них 25 — в Амурскую флотилию. В Тихоокеанском флоте планировалось вооружить КПК тральщики и подвод­ные лодки типа «М». В Амурской флотилии КПК были во­оружены канонерские лодки «Бурят» (2), «Монгол» (2) и «Пролетарий» (2), а также катера «Копье» и «Пика».
Интересно, что КПК продержались на вооружении дольше других пушек Курчевского и были сняты с вооруже­ния лишь в конце 1938 г.


Данные 76-мм КПК
Калибр, мм
Длина ствола, мм/клб: с воронкой без воронки
76,2
2780/36,6 2080/27,3
Длина воронки, мм 784
Угол ВН, град -10; +60
Угол ГН, град 360°
Высота оси цапф от основания тумбы, мм 1278
Вес ствола, кг. 80
Вес сопла, кг. 8
Вес тумбы, кг. 75
Вес всей системы, кг. 165
Скорострельность, выстр/мин 6
Боеприпасы и баллистика 76-мм КПК
Таблица 31

Снаряд Вес снаряда, кг Заряд ПКО, кг Начальная скорость, м/с Дальность, м Давление в канале, кг/см2
Старая грана­та и шрапнель 6,5 0,95 280 5500 1475
Осколочный 4,7 1,0 380 7200
Бронебойный 4,0 470
Таблица 32
Стрельба на полигоне из КПК 10 мая 1934 г.

Вес снаряда, кг Заряд ПКО 1/11К, кг Начальная скорость, м/с Давление в 2 канале, кг/см2
4,69 0,98 354 1270
4,72 0,98 353
В начале 1932 г. Курчевским был разработан проект 100­мм корабельной ДРП для установки на малых речных кано­нерских лодках, подводных лодках и мобилизованных судах

речного форта. Вес снаряда 100-мм пушки — 16 кг, началь­ная скорость — 550 м/с.
В июне 1932 г. началось изготовление опытного образца 100-мм ДРП. Однако вскоре Курчевский забросил этот про­ект, и до корабельных испытаний дело не дошло.
Отсутствие отката позволило помешать 152-мм ДРП Курчевского практически на любые суда — торпедные кате­ра, подводные лодки, сторожевые корабли и т. д.
Первые образцы 152-мм морских ДРП были изготовле­ны в 1933 г. на заводе «Красный Путиловец».
На 1934 г. завод «Красный Путиловец» получил заказ на одиннадцать 152-мм ДРП. На 1 декабря 1934 г. заводом было изготовлено, сдано и отгружено в адрес завода № 38 девять 152-мм систем.
Заряжание орудия производилось с дула из надстволь-ного магазина. Автоматика работала за счет подачи сжатого воздуха из специального баллона, расположенного на ко­рабле. Снаряд двигался по цилиндрическому магазину, а затем под действием силы тяжести падал в лоток, откуда специальным досылателем загонялся в ствол.
Выстрел унитарный. Гильзой служила сгораемая ткань и деревянный поддон, раздробляемый выстрелом. Средством воспламенения был капсюль, при разбитии которого огонь передавался по боковому отверстию в зарядной каморе чер­ному пороху, расположенному в сгорающей ткани кольцом вокруг заряда.
Стрельба, когда сопло расположено над палубой (даже параллельно ей), не могла вестись без повреждений корпуса и надстроек.


Данные 152-мм опытной ДРП
Калибр, мм
Длина хода снаряда, клб.
152,4 около 15
Угол ВН, град Угол ГН, град
+35 360
Скорость ВН за один оборот маховика, град около 1,5
Скорость ГН за один оборот маховика, град около 2
Скорострельность, выстр/мин 10
Вес снаряда 152-мм ДРП — 24 кг. Снаряды — чугун­ные болванки и снаряды обыкновенного чугуна, снаря­женные дымным порохом с 22-секундной трубкой. Пояс­ки системы Минье из красной меди.
Таблица 33
Таблица стрельбы 152-мм ДРП


Вес снаряда, кг Заряд, кг Начальная скорость, м/с Давление в канале, кг/см Дальность (расчетная), км
24 3-ПКО 270 1800 около 5
24 6 - Г2-48 470 2200 около 9

15 января 1934 г. опытная 152-мм ДРП была испытана
на Черном море на эсминце «Петровский».
Стрельба из 152-мм ДРП производилась с кормы и с носа попеременно. Система была предварительно уста­новлена на специально изготовленном сварном барабане из 6-мм железа высотой 600 мм, так как присланная с ДРП тумба оказалась недостаточно высокой (около 1,0 м).
ДРП была установлена на корме эсминца на расстоянии 2240 мм от трапа корабля и на расстоянии 920 мм от диамет­ральной плоскости ближе к правому борту. Барабан при­креплен 12 болтами диаметром 16 мм к настилу верхней па­лубы. Высота оси цапф 1560 мм от палубы.
Затем в тот же день, 15 января, ДРП была установлена между двумя якорными клюзами на расстоянии около 2 м от форштевня в диаметральной плоскости. Стрельба велась в том числе и с ходу. Скорость эсминца достигала 20 узлов.
16 января 1934 г. 152-мм ДРП была установлена на сто-
рожевом корабле «Шторм» между 117 и 118 шпангоутами. Ось орудия была удалена на расстояние 800 мм от правого борта. Под барабан тумбы орудия уложили деревянную по­душку толщиной 1 дюйм для увеличения высоты линии огня.
При стрельбе на сторожевом корабле «Шторм» сбились электролампы. Сопло при стрельбе постоянно находилось за бортом.
19 января 1934 г. 152-мм ДРП установили в носовой части подводной лодки № 32 («Л-5») на 38-м шпангоуте. Тумба ДРП была установлена прямо на настил палубной надстройки и закреплена 12 болтами диаметром 16 мм.
16—22 мая 1934 г. 152-мм ДРП была испытана в Сева­стополе на торпедном катере типа «Г-5». Торпедное воору­жение с катера сняли. Стрельба велась только на якоре (рис.
7.8).



Рис. 7.8. Торпедный катер со 152-мм ДРП Курчевского.

К сентябрю 1934 г. были разработаны несколько проек­тов 152-мм морских установок, в том числе одноорудийной МК-1 (вес снаряженной системы 2350 кг) и спаренных МК-2 и МК-3 (вес их около 5 т). Качающаяся часть штыревой установки МК-2 и штыревой установки МК-3 была одина­кова.
В 1934 г. планировалась установка 152-мм ДРП на под­водные лодки типа «Щ» X серии, но позже это решение от­менили.
Эскизный проект одноорудийной установки МК-1 был подписан 6 сентября 1934 г. МК-1 представляла собой па­лубную установку на сварной конической тумбе. На головке тумбы имелся зубчатый венец механизма горизонтального наведения, закрытый кожухом. Механизм вертикального наведения имел один сектор. Щита не было. На ствол была надета цапфенная обойма, которая покоилась своими цап­фами в подцапфенниках вертлюга.
Заряжание пушки производилось с дула. Выстрел уни­тарный, гильза из нитроткани. Над стволом помешался ци­линдрический магазин на 6 выстрелов. Кроме того, 1 вы­стрел помещался в стволе. Подача выстрелов в лоток осу­ществлялась с помощью сжатого воздуха. Прицел парный, системы Обуховского завода обр. 1913 г.
Проект этот осуществлен не был.


Данные установки МК-1 (но проекту)
Калибр, мм 152,4
Длина ствола, мм/клб: без сопла 3970/26,1
с соплом 5120/33,7
Длина сопла, мм 1150
Длина ствола с лотком и соплом, мм 6540
Угол ВН, град -5; +35
Угол ГН, град 360
Высота линии огня, мм около 1200
Высота установки, мм около 1750
Диаметр основания по центрам фундаментных болтов, мм .... 856
Число фундаментных болтов 18
Диаметр фундаментных болтов, мм 18
Вес ствола с соплом (без лотка и цапфенной обоймы), кг. . . . 1286
Вес системы без боекомплекта, кг. около 2000
Вес системы с семью выстрелами (1 в канале + 6 в магазине), кт 23-50
Вес снаряда, кг. 25,0
Вес заряда, кг. 15,0
Вес выстрела,'кг. 42,0
Эскизный проект 152-мм спаренной установки МК-2 был подписан 15 сентября 1934 г. Стволы МК-2 те же, что и в МК-1. Магазин и автоматика также взяты без измене­ний.
Качающаяся часть установки состояла из двух стволов ДРП, заключенных в цапфенную обойму, зубчатого сектора подъемного механизма, двух магазинов на 6 выстрелов каж­дый, с автоматическими заряжающими механизмами, и прицелов.
На нижней части обоймы укреплен сектор, верхняя часть обоймы служила основанием для установки двух ма­газинов с автоматикой и двух морских прицелов обр. 1913 г., переделанных так, что окуляры их находились при­близительно на оси цапф. Цапфенная обойма с качающейся частью лежала на подцапфенниках вращающейся части станка типа Кане, установленной на шариковой опоре.
Проект осуществлен не был.
Эскизный проект 152-мм спаренной установки МК-3 был подписан 12 сентября 1934 г. Качающаяся часть та же, что и у МК-2.
МК-3 представляла собой палубную установку, вер­тлюжного типа на сварной тумбе конической формы. Подъ­емный механизм имел один зубчатый сектор. Поворотный механизм имел зубчатый венец. Магазин и вся автоматика те же, что и в штыревой установке.

\Пушка Показатели\ МК-3 МК-3
1 2 3
Калибр, мм 152,4 152,4
Данные 152-мм спаренных ДПР
Таблица 34
Проект осуществлен не был.

1 2 3
Длина ствола, мм/клб: без сопла с соплом 3970/26,1 5120/33,7 3970/26,1
5120/33,7
Длина сопла, мм 1150 1150
Длина ствола с соплом и лотком, мм 6540 6540
Вес одного ствола
с соплом (без лотка
и цапфенной обоймы), кг 1286 1286
Установка Штыревая Вертлюжная
Угол ВН, град -5; +35 -5; +35
Угол ГН. град 360 360
Скорость ВН, град/с 2,5
(2 оборота в сек.) 2,5
(2 оборота в сек.)
Скорость ГН, град/с 2,5
(2 оборота в сек.) 2,5
(2 оборота в сек.)
Усилие на штурвалах ВН и ГН, кг 5-6 5-6
Высота линии огня, мм 1400 1200
Расстояние между осями орудия, мм 400 —
Вес системы
без боекомплекта, кг около 4500 —
Вес системы с выстрела­ми в канале и магазине (всего 14 выстрелов), кг около 5100 —
Диаметр основания по центрам фундаментных болтов, мм — 900
1 2 3
Число фундаментных 24
болтов
Диаметр фундаментных — 20
болтов, мм

Боеприпасы и баллистика МК-2 и МК-3 те же, что и у МК-1. Вес снаряда — 25 кг. Вес заряда — 15 кг. Вес выстре­ла — 42 кг. Длина выстрела — 1502 мм.
Параллельно Курчевский работал и над 305-мм ДРП.
В марте 1932 г. на НИАПе было проведено первое испы­тание стрельбой 305-мм ДРП. Эта пушка представляла собой ствол старой 305/40-мм пушки № 74, переделанный на заводе «Большевик».
Пушка № 74 была укорочена с дульной части на 3472 мм. Таким образом, длина ствола ДРП стала 8720 мм, то есть 28,6 калибра. Вместо затвора было вставлено сопло длиной 3326 мм, таким образом, длина ствола с соплом стала 12 046 мм. Стрельба из пушки производилась с клетки из деревянных бревен.
В августе 1934 г. на заводе «Большевик» была закончена новая 305-мм ДРП «305-К». 21—23 сентября 1934 г. она ис-пытывалась на эсминце «Энгельс». Целью испытаний было: выбор места размещения ДРП на эсминце «как с точки зре­ния технической целесообразности, так и с точки зрения технических возможностей».


Данные испытывавшейся ДРП (305-К)
Калибр, мм 305
Длина ствола с соплом, мм/клб 12035/39,4
Длина ствола без сопла, клб 25
Длина нарезной части, мм 9515
Угол ВН, град +35
Вес ствола, т. . Вес системы, т.
10 17,5
305-мм ДРП была установлена на береговом станке от 152/45-мм пушки Кане, который переделывался на заводе «Большевик» по чертежам КБ завода. Установка имела один прицел — левый, системы Обуховского завода обр. 1913 г., для углов возвышения +30°.
С четырех точек на эсминце «Энгельс» было произведе­но 11 выстрелов.
Результаты стрельбы: при весе снаряда 330 кг, весе заря­да 125 кг и начальной скорости 540 м/с максимальная даль­ность составила 73—75 кабельтовых (13 360—13 725 м).
При стрельбе на эсминце произведены некоторые раз­рушения, в том числе и на мостике, а также отмечена пло­хая работа подъемного механизма.
По мнению комиссии: проведенные испытания показа­ли полную возможность установки 305-мм ДРП на эсмин­цах.
По результатам испытаний было разработано несколько проектов установки 305-мм ДРП на эсминцах. Так, по одному из проектов эсминец типа «Карл Маркс» может быть вооружен пятью 305-мм ДРП. Из них три ДРП — на корме, две — по бортам в средней части корабля. Боеком­плект — 20 305-мм снарядов на ствол. На эсминце сохраня­лись два 102/60-мм орудия на палубах и два трехтрубных торпедных аппарата.
305-мм ДРП после стрельб на эсминце «Энгельс» была возвращена на завод «Большевик», где в ноябре 1934 г. в стволе были просверлены отверстия для боковых крешеров. Для станка были изготовлены усиленные сектор и шестерня механизма вертикального наведения.
Затем эта 305-мм ДРП была доставлена 20 ноября 1934 г. на НИАП, при испытании ее стрельбой был выломан один из зубьев усиленной шестерни.
Изготовление второго ствола 305-К затянулось. На 1 де­кабря 1934 г. на «Большевике» в работе находились труба, кожух и детали сопла. Заказ перешел на I квартал 1935 г. Второй ствол предполагалось изготовить с более глубокой нарезкой, чем первый.
26 февраля 1934 г. на заседании заместителя наркома по военным и морским делам Курчевский доложил об испыта­ниях 305-мм ДРП, и Тухачевский немедленно предложил наркомату судостроения спроектировать боевой корабль принципиально нового типа с недостижимой по тем време­нам скоростью для крейсеров и эсминцев — 42 узла, а во­оружить корабль Тухачевский потребовал шестью 305-мм ДРП Курчевского. От флота присутствовал военмор Лудри1, но он сидел тихо, как мышь.
В конце 1934 г. Курчевским был разработан проект, а точнее, эскизная схема спаренной 305-мм ДРП для воору­жения эсминцев. В документах пушка именовалась 2К-305 или МПК-2 (морская пушка Курчевского спаренная).
Стволы и снаряды для системы «2К-305» были изготов­лены заводом «Большевик». Так, второй ствол из заказа
г. по плану был перенесен на сентябрь 1935 г. и изго­тавливался по чертежу № 214, а два других ствола (из заказа
г.) по чертежу № 210 должны быть сданы в январе
г.
Ленинградский металлический завод им. Сталина был назначен ведущим заводом в изготовлении станка, подачи и заряжания для спаренной 305-мм ДРП. Переделки по ко­раблю должна была делать Северная верфь.
Информации по 2К-305 Курчевский предоставил на ЛМЗ весьма мало (письмо от 3 июня 1935 г. и др.):
Вес спаренной установки должен был быть 35 т.
Пространством возможного размещения расчета без ка­бинок надо считать эллипс, проходящий через центр вра-

Лудри И.В. — заместитель командующего Морскими силами. Из прибалтийских крестьян, в Первую мировую войну служил унтер-офи­цером. Репрессирован и расстрелян в 1937 г.
щения станка с осью около 5,5 м, проходящей через цапфы, и осью 3,5 м по направлению стволов.
Угол нарезки пушки 7°10'3". Нарезка правая. Число на­резов 72. Спусковое и стреляющее приспособления должен разработать ЛМЗ.
Интересно, что Курчевский постарался работу по про­ектированию механизмов подачи, стреляющих устройств и др. свалить полностью на ЛМЗ. Курчевский поступил с ру­ководством ЛМЗ как хитрый солдат с хозяйкой в сказке «Каша из топора». Наш изобретатель предложил фактичес­ки макет орудия, а хозяйка, то есть ЛМЗ, должна была сде­лать станок с системами наведения, систему подачи снаря­дов, систему заряжания, погреба и т. д. В 1935 г. на создание станка и систем подачи для 305-мм спаренной установки ЛМЗ было ассигновано 4,7 млн. рублей.
Риторический вопрос: а как заряжать эту «дуру»? На «Энгельсе» 305-мм ДРП заряжали с дула вручную с помо­щью системы талей и других подсобных средств, и длился процесс заряжания свыше 1 часа!
Понятно, что специалисты ЛМЗ не имели ни опыта, ни, по-видимому, желания проектировать ДРП. В результа­те проектирование спаренной 305-мм ДРП шло очень мед­ленно.
Скорострельность установки должна была составить 2 выстрела в минуту на один ствол. Вес снаряда 320—330 кг.
Снаряды для испытаний 2К-305 делал завод «Больше­вик». В их числе были лафетопробные снаряды чертежа 315 и полубронебойные чертежа 2-307.
В начале 1935 г. вышло постановление Совета Труда и Обороны, согласно которому к навигации 1936 г. спарен­ными 305-мм пушками Курчевского должны были быть во­оружены эсминцы «Карл Маркс» и «Калинин». Однако ра­боты затянулись, и испытания были проведены на эсминце «Карл Маркс» лишь в 1940 г. В целом испытания были не­удачными, 305-мм спаренная установка была демонтирова­на с эсминца, и дальнейшие работы по ней прекратили. К сожалению, отчеты об этом испытании еще закрыты.
В 1934 г. Курчевским был разработан проект 500-мм ко­рабельной ДРП. Подробной документации на сей монстр мне найти не удалось. Из обнаруженных архивных доку­ментов явствует, что Тухачевский одобрил создание 500-мм ДРП, а изготовление его опытного образца в 1934 г. поручил двум самым мощным отечественным артиллерийским заво­дам — «Большевику» и «Баррикадам». К 1 декабря 1934 г. детали промежуточных слоев и сопла были в процессе отра­ботки на заводе «Большевик». Кожух и труба были заказаны заводу «Баррикады». В 1935 г. на изготовление опытной 500-мм ДРП было отпущено 2,4 млн. руб. Пушку предпола­галось устанавливать на легких крейсерах, но к началу 1936 г. работы по ней были прекращены.
Итак, на создание корабельных ДРП были затрачены огромные средства и заняты производственные мощности всех артиллерийских заводов. Почему же ДРП не прижи­лись на флоте? Причин много. Попробуем разделить их на две группы: первую, связанную с боевыми возможностями ДРП, и вторую, связанную с техническим несовершенством их конструкции.
Основное преимущество ДРП — это снижение веса ору­дия в несколько раз по сравнению с классической пушкой того же калибра. Это давало возможность установки орудий крупного калибра на малых судах, но вот действие этих ору­дий оставляло желать лучшего.
Начнем с того, что вес снарядов ДРП был раза в два меньше, чем у морских пушек того же калибра, например, у 152-мм ДРП снаряды весили 24—25 кг, а у 152-мм пушки
Кане и Б-38 — 41,5—55 кг. Вес 305-мм снарядов ДРП 250—
330 кг, а у 305-мм снарядов обр. 1911 г. — 471 кг. Начальная скорость снарядов ДРП в лучшем случае была около 500 м/с, а у дореволюционных морских пушек 750-850 м/с, а у 180-мм пушки Б-1 900—920 м/с. Куда хуже дела обстояли со средним вероятным отклонением снарядов и скорострель­ностью ДРП.
Неизлечимым недостатком корабельных ДРП была не­обходимость при стрельбе держать сопло за бортом, что су­щественно ограничивало угол обстрела.
Таким образом, ДРП были принципиально непригодны для боя с кораблями противника.
ДРП могли использоваться лишь для стрельбы по бере­гу, да и то по крупноразмерным целям. Например, поразить прямым попаданием малоразмерную цель, к примеру, бро-некупол береговой артсистемы, с учетом плохой кучности и низкой скорострельности ДРП было почти нереально.
Единственная ДРП, применение которой в ВМФ еще могло быть оправдано, это 76-мм КПК. Эта система была сравнительно проста в обращении, особенно в части заря­жания, что обусловливалось заряжанием с казны и латун­ными гильзами. Впрочем, и здесь были определенные про­блемы, например, с донышками, закрывавшими отверстие в гильзе.
КПК было целесообразно применять только на речных катерах, где она могла иметь большой угол обстрела. На речных же канонерских лодках, как специальной построй­ки, так и мобилизованных, КПК не имели никаких преиму­ществ, например перед 3-дюймовыми полевыми пушками обр. 1902 г. Тем более что стоимость КПК больше стоимос­ти 3-дюймовых пушек обр. 1902 г., не говоря о том, что в мобилизационных запасах имелись тысячи старых трех­дюймовок.

ФИНАЛ АВАНТЮРЫ
Всего в 1931—1935 гг. заводы изготовили свыше 5000 су­хопутных, морских и авиационных пушек Курчевского, то есть от 30 до 50% от числа заказанных. Военпреды приняли от промышленности не более 2000 орудий, и лишь около
1000 попали в войска. Однако и орудия, попавшие на служ­бу, быстро списывались или переводились в категорию учебных. К 1 ноября 1936 г. в армии имелось 563 пушки Курчевского (БПК, СПК и РК), а во флоте — несколько де­сятков 76-мм катерных пушек КПК.
В итоге к 22 июня 1941 г. в войсках не было ни одной пушки Курчевского. И это при том, что перед войной наши артиллеристы пытались сохранить все, что можно было. Например, на вооружении укрепрайонов состояли сотни орудий образца 1877 г.
Что же произошло? Все орудия Курчевского, по сути дела, были макетными образцами. Ни одно из них не про­шло бы войсковых испытаний, если бы к ним предъявили те требования, что и к классическим орудиям. Но из-за на­жима сверху на дефекты ДРП на полигонах смотрели сквозь пальцы. Наиболее честные краскомы в протоколах испыта­ний записывали кучу кардинальных недостатков, а в заклю­чение писали положительный отзыв — «Все хорошо, пре­красная маркиза».
Бумажный тигр Тухачевского и Курчевского дорого обошелся стране. Честно сказать народу о такой грандиоз­ной афере правительство не могло, так как это было бы се­рьезным компроматом советского строя. Поэтому Курчев-ский был арестован и обвинен в том, что он с 1933 г. по за­данию Тухачевского создавал неперспективные образцы вооружения. В ходе следствия Курчевский признался в этом.
Почти одновременно с Курчевским были арестованы Тухачевский, Павлуновский и почти все руководство Арт-управления РККА во главе с комкором Ефимовым. А еще раньше, 18 февраля 1937 г., умер или был застрелен нарком тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе. Естест­венно, вся эта компания была арестована совсем не за аван­тюру Курчевского, но все они несут персональную ответст­венность за случившееся.
0 событиях 1937 года с 1956 г. написано очень много, но, увы, это все были предположения. На мой взгляд, наи­более вероятно то, что Сталин решил убрать непослушное и некомпетентное военное руководство, также мог иметь место и военный заговор1. Но я пишу документальное ис­следование и не хочу касаться вопросов, по которым я не имею достоверных данных.
Стоит лишь заметить, что наши власти не зря скрывают архивы НКВД за 1936—1939 гг. Отговорки о том, что это де­лается ради самих участников процессов и членов их семей, просто смешны. Давно умерли и жертвы, и палачи, и донос­чики, а их дети сейчас глубокие и мало понимающие совре­менную жизнь старики. Посмотрим на Запад, на который у нас так любят кивать. Там и убийцы типа князя Феликса Юсупова, и дети жертв, та же Матрена Распутина, и внуки Муссолини, нисколько не смущаясь, пишут мемуары, тор­гуют обстоятельствами преступлений и тем живут, кстати, совсем неплохо. Дело в другом. Власти как огня боятся от­крытия архивов НКВД, и, надо полагать, не без оснований.
Но вернемся к нашему главному герою. Военной колле­гией Верховного суда СССР 25 ноября 1937 г. Л.В. Курчев­ский был осужден по статьям 58-7, 58-8 и 58-11 УК РСФСР и приговорен к высшей мере с конфискацией имущества.
На следующий день приговор был приведен в исполне­ние. Однако отставной полковник Туманский утверждает, что Курчевский «жил в тюрьме до 12 января 1939 г.», ссыла­ясь на фонд ВИМАИВ и ВС, инвентарный № 19/3037-3. И.Э. Чутко, ссылаясь на конструктора К.К. Глухарева, писал о том, что якобы Курчевского видели на фронте в 1943 г. в форме полковника и в «сопровождении» и что он производил ремонт «Катюш»2.

1 Одна из версий заговора военных против Сталина описана в книге Колпакиди А.И., Прудниковой ЕА Двойной заговор. Сталин и Гитлер: несостоявшиеся путчи. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000.
2Чутко И.Э. Мост через время. — М.: Издательство политической литературы, 1989.
Так или иначе, но реабилитирован Курчевский был 29 февраля 1956 г. Военной коллегией Верховного суда СССР. «Приговор Военной коллегии от 25 ноября 1937 г. в отношении Курчевского Л.В. по вновь открывшимся обсто­ятельствам отменен и дело за отсутствием состава преступ­ления прекращено».
Что же это за вновь открытые обстоятельства — знать не положено. Дело Курчевского по-прежнему совершенно секретно.
Писать о Леониде Курчевском в открытой литературе начали лишь в 1970-х годах, но, увы, только по схеме: вели­кий конструктор — жертва НКВД. Причем писали лишь журналисты и отставные полковники. Министерство же обороны заняло глухую оборону — ни одного слова о Кур-чевском ни в многочисленных открытых трудах по истории артиллерии, ни в аналогичных закрытых изданиях. Минис­терство обороны как молчало при Брежневе, так молчит и при Путине.
В заключение мне хотелось бы сказать об утверждениях не слишком добросовестных журналистов, будто бы злодеи немцы выкрали документацию Курчевского и по его черте­жам создали свои безоткатные пушки.
Действительно, в 1930 г. фирмы Круппа и «Рейнметалл» начали проектирование безоткатных орудий. Обе фирмы создали нарезные орудия с нагруженным стволом.
Заряжание у германских безоткатных орудий произво­дилось с помощью клинового затвора, жестко соединенного с соплом. При заряжании затворно-сопловый блок двигал­ся вправо.
Внешне и по своему устройству германские безоткатные орудия были очень близки к 76,2-мм динамореактивным пушкам ВПК системы Л. В. Курчевского. Это дало повод некоторым нашим литераторам утверждать, что немцы вы­крали документацию орудий Курчевского.
На самом деле разработка германских безоткатных ору­дий и ДРП Курческого началась практически одновремен­но и, на мой взгляд, независимо друг от друга. А уж если кто скучает по детективным историям, то куда логичнее пред­положить, что свои БПК Курчевский, окончивший всего два курса университета, содрал у немцев. Благо, фирма «Рейнметалл» в 1930 г. щедро делилась с СССР практически всеми своими разработками, а ДРП Курчевского разраба­тывались в строжайшей тайне. Я уж не говорю о куда более высоком технологическом уровне немцев.
Немцам удалось довести свои «безоткатки» до ума и первыми в мире применить их в 1940 г. в боевых условиях. Следующими были американцы, создавшие в 1943 г. свои первые безоткатные орудия.
Накануне войны в Германии на вооружение было при­нято 7,5-см легкое орудие обр. 40 (7,5 cm L.G.40), созданное фирмой «Рейнметалл». Это безоткатное орудие предназна­чалось в первую очередь для воздушно-десантных и горных частей и использовалось для борьбы с огневыми точками и живой силой, находящейся вне укрытий. Для этой цели в боекомплекте пушки имелся осколочно-фугасный снаряд. Для борьбы с бронированными целями первоначально ис­пользовался калиберный бронебойный снаряд, но так как начальная скорость у него была низка, то и бронепробивае-мость была очень мала даже на близких расстояниях. Так что поражать бронебойным снарядом можно было только легкие танки и бронеавтомобили с толщиной брони 15— 25 мм. Однако в конце 1941 — начале 1942 г. в боекомплект 7,5-см L.G.40 был введен кумулятивный снаряд, имевший бронепробиваемость по нормали до 90 мм. Это позволило эффективно бороться со средними танками типа Т-34.
Заряжание у 7,5-см L.G.40 было унитарное. Стальная гильза имела дно из пластмассы или синтетического каучу­ка с гнездом для капсюльной втулки. При выстреле дно гильзы вылетало, что позволяло части пороховых газов вы­ходить назад через сопло.
Стрельба велась только с треножного станка. Колесный же подрессоренный ход служил для перевозки системы. При переходе в боевое положение колеса снимались. Зимой орудие могло перевозиться в деревянных санях-волокуш-ках, особенно часто такой способ применялся в Лапландии.
Для сбрасывания с парашютом и перевозки на санях-волокушках ствол орудия отделялся от лафета. Малый вес системы обеспечивал ей хорошую маневренность на поле боя. Естественно, что, как и у всех безоткатных орудий, вы­летавшая назад струя газов создавала ряд проблем. Во-пер­вых, газы поднимали столб пыли, что сильно демаскирова­ло орудие. Во-вторых, позади орудия на дистанции до 50 метров нельзя было поместить личный состав и военную технику из-за действия газов. А в горах и других местах, где имелось много камней, вылетающие газы отбрасывали камни даже на 100 и более метров назад.
Впервые 7,5-см орудия L.G.40 немцы применили в бое­вых действиях в 1940 г. Наибольшую известность они полу­чили при высадке немцев на остров Крит в мае 1941 г., где L.G.40 были на вооружении парашютно-десантных час­тей и 5-й горной дивизии. В ходе войны с СССР 7,5-см и 10,5-см безоткатные пушки широко использовались в Запо­лярье в боях за Кольский полуостров.
В 1940 г. на вооружение поступила более мощная пушка 10,5-см L.G.40, разработанная фирмой Круппа. Орудие предназначалось для воздушно-десантных частей и должно было использоваться для борьбы с огневыми точками и живой силой. После появления у немцев в конце 1941 г. ку­мулятивных снарядов орудие стало эффективным средст­вом борьбы с легкими и средними танками на дистанциях
до 1500 м.
По устройству 10,5-см орудие L.G.40 было близко к 7,5-см орудию L.G.40. Разница была в том, что из 10,5-см орудия стрельба велась с колес. При сбрасывании с пара­шюта 10,5-см орудие разделялось не на две, а на четыре части. И, наконец, заряжание было не унитарным, а раз-
дельно-гильзовым. Звук от выстрела (воздушное давление) 10,5-см орудия был столь силен, что расчет при стрельбе на­девал специальные шлемы или затыкал уши ватой.
Интересно, что 7,5-см и 10,5-см безоткатные орудия обр. 40 прошли испытания в СССР. В марте 1941 г. в Ле­нинград были доставлены германские безоткатные орудия, закупленные в Германии комиссией генерала Гусева. Среди них были пять орудий 7,5-см обр. 40 с 1300 выстрелами и пять орудий 10,5-см обр. 40 с 750 выстрелами.
Любопытно, что в конце 1944 — начале 1945 г. фирма «Рейнметалл» изготовила и испытала 24-см безоткатное орудие. Причем это орудие имело не нагруженный, а легкий ствол и камору низкого давления. Однако доработать эту систему не удалось в связи с окончанием войны.
Немецкие генералы правильно оценили возможность безоткатных орудий. На начальном этапе войны они ис­пользовались исключительно в горных и воздушно-десант­ных частях. Лишь после внедрения кумулятивных снарядов безоткатные орудия стали поступать на вооружение пехот­ных дивизий в качестве противотанкового оружия.
История не терпит сослагательного наклонения, но есть достаточные основания предполагать, что если бы Курчев-ский не изобретал «бумажного тигра», а попытался довести до ума хотя бы ВПК и КПК, то эти орудия могли бы сыграть хоть и ограниченную, но вполне положительную роль в Ве­ликой Отечественной войне.
Глава 8


За проектирование пушек берется... НКВД

СОЗДАНИЕ «ШАРАГИ»
Увидев название главы, либеральный читатель скажет: вот до чего довели большевики страну, а читатель «старой закалки» поморщится, опять, мол, начнутся обличения и рассказы об ужасах, творимых Ежовым и Берией. Увы, все гораздо сложнее.
Шараги, то есть особые конструкторские бюро ОГПУ (НКВД)1, стали создаваться согласно циркуляру от 15 мая 1930 г., подписанному председателем ВСНХ2 В.В. Куйбы-шевым и заместителем председателя ОГПУ Г. Ягодой. В циркуляре говорилось, что «за последние 2—3 года органа­ми ОГПУ были раскрыты контрреволюционные вредитель­ские организации в ряде отраслей нашего хозяйства», в связи с этим предлагалось «использовать вредителей... таким образом, чтобы работа их проходила главным обра­зом в помещении органов ОГПУ. Для этого отбирать заслу­живающих доверие специалистов. Оказывать им содействие в деле постановки опытных работ...»3.
Получается вроде парадокс — «органы» сажали, чем дез­организовывали работу военных КБ, а потом создавали
1 ОГПУ — Объединенное государственное политическое управле­ние, с 1934 г. включено в НКВД (Наркомат внутренних дел) и переиме­новано в Главное управление госбезопасности.
2 ВСНХ — Высший совет народного хозяйства.
3 Стецовский Ю. История советских репрессий. — М.: 1997. Т. 2. С. 166-167.
свои КБ, чтобы продолжить те же направления исследова­ний. А вот тут давайте оговоримся — «органы» действитель­но сажали, но делали это не по своей инициативе, а по при­казаниям свыше от партийного руководства, по своим слу­жебным правилам, циркулярам и т. д. Убрать или оставить такие видные фигуры, как Бухарин и Тухачевский, решал лично Сталин, а не нарком Ежов, и тем более не рядовые сотрудники его наркомата. А вот руководить арестами де­сятков или даже сотен тысяч простых людей Сталин физи­чески не мог. Аресты начинались с доносов. Актеры доно­сили на актеров и режиссеров, инженеры — на инженеров и т. д. Сотрудники низшего и среднего звена НКВД были в те годы малограмотны и зачастую не могли разобраться в «де­вятом вале» доносов. Между прочим, и сейчас доносов «куда следует» более чем достаточно. На меня после выхода в середине 1990-х годов книги «Ракеты над морем» и ряда статей было написано около двух десятков доносов в ФСБ. Писали конкуренты, готовившие аналогичные издания, пи­сали научные сотрудники из Охты и из Тулы, оставшиеся без работы и от безделья занявшиеся доносами. В конце концов выяснилось, что я никакой государственной тайны не раскрывал, да и не мог по закону быть ответчиком в деле по разглашению гостайны. Но все эти седые «Павлики Мо­розовы» остались безнаказанными. Да что я, вон депутат Думы Коржаков разоблачил стукача-телеведущего1, а тот по-прежнему мелькает на телеэкране. Священник Глеб Якунин разоблачил ряд высокопоставленных отцов церкви, а по совместительству — агентов КГБ. Так те «отцы» тоже остались на телеэкранах, а Якунина отлучили от церкви, как Стеньку Разина и Льва Толстого.
Между прочим, еще в допетровской Руси существовала пословица: «Доносчику первый кнут». И действительно, в большинстве случаев следствие в Разбойном приказе начи-

1Коржаков А.В. Ельцин: от рассвета до заката. — М.: Интербук,
1997.
налось с подъема на дыбу доносчика. Да и во времена «куль­та личности» доносчики составляли значительный процент среди репрессированных.
Итак, инженеры доносили, «органы» сажали, и в конце концов было решено использовать репрессированных ин­женеров по назначению.
Другим фактором, побудившим НКВД взяться за проек­тирование артиллерийских систем, был полнейший бардак в нашей артиллерии. Кое о чем читатель уже знает. Но это лишь верхушка айсберга. Неутомимый Тухачевский давал волю своим фантазиям и довел нашу артиллерию буквально до ручки.
В годы войны 1914—1917 гг. специальных зенитных пушек 76-мм Лендера обр. 1914 г., а также автоматов 37-мм Максима и 40-мм Виккерса на фронте не было1, а защи­щаться от германских аэропланов чем-то надо было. В ре­зультате создается несколько десятков типов кустарных или полукустарных установок, на которые накатывали 76-мм полевые пушки и вели огонь по самолетам под углом воз­вышения до 50— 60°. Так, к примеру, штабс-капитан Река-лов переделал в зенитную установку... конную молотилку. Всего в годы Первой мировой войны на импровизирован­ные зенитные, установки наложили 96 76-мм пушек обр. 1902 г. и 762 76-мм пушки обр. 1900 г.
Данные о результатах огня импровизированных устано­вок отсутствуют, и если уж им удалось кого сбить, так эти самолеты можно сосчитать по пальцам. Другой вопрос, что часто удавалось отогнать самолеты противника или снизить точность бомбометания. Это объяснялось малой скоростью и маневренностью самолетов, низкой живучестью, отсутст­вием парашютов и неопытностью летчиков.
В начале 1930-х годов в открытой прессе США и Англии

1Все эти орудия к 1 января 1917 г. состояли в системе ПВО... Цар­ского Села, куда германские аэропланы физически не могли долететь.
появились материалы о создании в этих странах универ­сальных (дивизионно-зенитных) пушек. Было ли это дурос­тью военного руководства этих стран, или умышленной дезинформацией, выяснить сейчас сложно, да и вряд ли нужно. Во всяком случае, руководство РККА не имело дан­ных ни об испытаниях этих орудий, ни о начале их серийно­го производства за рубежом.
И вот Тухачевский решил создать универсальную зенит-но-полевую ( дивизионную) пушку. Лучшие артиллерий­ские КБ и 4 артиллерийских завода почти 4 года трудились над универсальной пушкой. Было испытано несколько де­сятков опытных образцов, но все они пошли на металл. Зе­нитным же автоматам Тухачевский внимания не уделял, а бракоделы завода № 8 (им. Калинина) не сумели наладить серийное производство даже 20-мм и 37-мм автоматов фирмы «Рейнметалл». Хотя технология производства, опытные образцы и полуфабрикаты на несколько систем были преподнесены им на блюдечке с голубой каемочкой. Правда, это обошлось Советскому Союзу в 5 млн. долларов. В итоге к началу Второй мировой войны части Крас­ной Армии в качестве единственного средства ПВО имели 7,62-мм пулеметы.1
В конце 1932 г. с подачи Тухачевского были прекраще­ны работы по созданию буксируемых орудий особой мощ­ности, а вместо этого началось проектирование триплекса на самоходе СУ-7. В состав триплекса должны были входить 400-мм мортира, 305-мм гаубица и 203-мм пушка, все эти орудия имели довольно приличные для своего времени бал­листические данные. И если бы их разрешили доделать в буксируемом варианте, то они пошли бы в серию в худшем случае в 1935 г. Но великий теоретик сказал: «Будущая

1Формально на вооружении дивизий имелись и 76-мм зенитные пушки обр. 1931 г. (фирмы «Рейнметалл»), но в большинстве дивизий их не было, и к тому же они не могли бороться с низколетящими само­летами.
война будет войной моторов»1. С 1932 г. по декабрь 1937 г. на самоход убухали несколько миллионов рублей, а готов был лишь деревянный макет.
Главный конструктор завода «Большевик» Е.Г. Рудяк 19 ноября 1937 г. направил письмо маршалу Кулику, где го­ворилось: «Отношение Артуправления к проектированию СУ-7 было безобразным... Все в совокупности взятое дает основание думать об умышленном задерживании изготов­ления опытного образца».
Сам же самоход СУ-7 не мог ни пройти по существую­щим мостам, ни форсировать даже небольшие речки. Тре­бовалось создать специальный тягач, способный вытащить застрявший самоход СУ-7. Также требуется создание спе­циальной железнодорожной платформы для его возки по железной дороге. Самоход вписывался в железнодорожный габарит 3-го класса, то есть требовал закрытия встречного движения.
В ноябре 1937 г. работы по триплексу на СУ-7 были пре­кращены.
Политическое руководство попыталось исправить поло­жение, начав переговоры с чешской фирмой «Шкода» о за­купке возимого дуплекса в составе 210-мм пушки и 305-мм гаубицы.
Приказом наркома внутренних дел Лаврентия Берии № 00240 от 20 апреля 1938 г.2 в Ленинграде было организо­вано Главное артиллерийское конструкторское бюро, став­шее позже вторым по величине артиллерийским КБ после ЦАКБ, возглавляемого В.Г. Грабиным.

1 Эту фразу с 1960 г. постоянно цитируют поклонники Тухачевско­го, но они не потрудились прочитать дальше: «...против классово-не­однородного противника». То есть не нужно создавать эффективное оружие, главное — напугать классово-неоднородного противника, и тогда рабочие и крестьяне в мундирах противника сами обратят штыки против своих офицеров.
2 Приказ наркома внутренних дел СССР № 00240 от 20.04.1938 г. Москва.
В приложении к приказу Берии говорилось, что КБ ор­ганизовано «в целях всемерного использования заключен­ных специалистов для выполнения специальных конструк­торских работ оборонного, значения.
Основной задачей ОКБ является устранение выявляю­щихся конструкторских дефектов в морских и береговых артиллерийских системах, изготовленных по чертежам ле­нинградского завода «Большевик», а также разработка про­ектов и рабочих чертежей новых артиллерийских систем, состоящих на вооружении флота и береговой обороны. ОКБ работает по плану, утвержденному 3-м Главным уп­равлением Народного комиссариата оборонной промыш­ленности».
Место для конструкторского бюро было выбрано в «Крестах».
Первым начальником ОТБ стал военинженер 1 ранга Ломотько1, а в послевоенные годы — подполковник Бала­шов и подполковник (затем полковник) Беспалов.
Рабочие помещения ОТБ размещались на территории «Крестов» в четырехэтажном здании, выходившем глухим торцом на улицу Комсомола. В подвальном помещении на­ходилась столярка.
Бывший заключенный СИ. Фомченко, в октябре 1937 г. приговоренный к 10 годам лишения свободы, впоследствии вспоминал: «...закрытый «воронок» доставляет меня в «Кресты». Где-то в середине дня меня вызвали и через двор повели в столовую, просторное полуподвальное помещение со сводчатыми потолками, уставленное длинными столами. К столам были приставлены стулья, а не скамейки, как при­личествовало бы для нашего брата. Но не это меня тогда по­разило. Передо мной поставили глубокую эмалированную миску, полную до краев нарезанными горячими сосисками, политыми томатным соусом. Так в тюрьмах не кормят. По-

1В большинстве документов того времени инициалы, к сожалению, не приводятся.
вели в баню, где мылся я в тот раз один, дали чистое белье и отвели меня в спальню. Спальня, как и ряд других подоб­ных, размещалась в небольшом одноэтажном здании, у ворот, выходящих на улицу Комсомола. Если бы не тяжелая тюремная дверь (хоть и без «кормушки») да не решетка на окне, то это была типичная комната студенческого обще­жития. Четыре железные кровати с панцирными сетками по углам, канцелярский столик у окна с видом на внешнюю стену, платяной шкаф у двери. Да еще поставлена пятая кровать посередине — это для меня. Все застланы аккурат­но, чистое белье. Никого нет. Соседи мои явились к вечеру. Сразу ужин, в той же столовой.
В столовой я оказался единственным в телогрейке — костюмы, рубашки, галстуки... Боже мой, куда я попал?..
Столы накрыты белыми скатертями, ужин разносили официанты в белых куртках. (Как я узнал позже, это были тоже заключенные, бытовики.) У каждого прибора приго­товлен небольшой чистый листок бумаги. Соседи мне объ­яснили, что это для заказа на завтра.
Возможности заказа достаточно характеризуются тем, что некоторые избегали заказывать жареную курицу, чтобы не возиться с костями и не пачкать рук. Все подавалось в та­релках (а не в алюминиевых мисках!), горячее, прямо с плиты».
Да и сам автор, работая в архивах и натыкаясь на редкие документы, связанные с ОТБ, иной раз с трудом соображал, что речь идет о зэках.
Вот, к примеру, заседание коллектива ОТБ в декабре 1939 г., посвященное годовому отчету бюро. Выдержки из раздела «Штаты з/к специалистов»: «Пополнение до пред­усмотренных сметой коллектива проводилось в течение двух кварталов года с большими трудностями, и лишь толь­ко в течение 3-го и 4-го кварталов нам удалось довести ко­личество до 146 чел. специалистов и 12 чел. обслуживаю­щих, всего до 158 человек. Среднесписочный состав в тече­ние года выражается 136 чел., а сметой предусматривалось 130 человек».
И далее: «Товарищи, программа работ на 1940 г. напря­женная, она требует от нас напряжения сил и максимума энергии на ее выполнение. Коллектив наш вполне здоро­вый и, я бы сказал, хорошо спаянный, и не боится никаких трудностей, а следовательно, мы, большевики партийные и непартийные, должны сказать свое веское слово, что план работы на 1940 г. будет честно и высококачественно досроч­но выполнен, к этому, товарищи, и призываю я вас всех».
Уверен, что многие читатели среднего и старшего воз­раста часто слышали такие трафаретные слова у себя на ра­боте.
Из выступления Муравьева (из отчета не ясно, зэк или вольнонаемный): «Работы, предложенные нам партией и правительством на 1940 г., мы должны также выполнить с честью и досрочно, для этого необходимо нам всем взять на себя конкретные практические социалистические обяза­тельства».
Как видим, к концу 1939 г. в ОТБ работало 136 специа­листов-зэков. Фамилии всех заключенных установить не удалось, поскольку вся документация, касающаяся ОТБ, за­секречена до сих пор1. Однако ряд фамилий уже можно на­звать. Это Виктор Леонидович Бродский, Эдуард Эдуардо­вич Папмель, Антоний Северинович Точинский, Алек­сандр Лазаревич Константинов, Андрей Митрофанович Журавский, Николай Сергеевич Кошляков и Михаил Юрьевич Цирульников. Ведущим конструктором ОТБ с на­чала его функционирования был Сергей Иванович Лодкин, ранее работавший конструктором на Балтийском и Метал­лическом заводах и арестованный в 1933 г. Лодкина обви­нили в передаче сведений о советском ВМФ чешской раз­ведке и приговорили к 10 годам. До 1937 г. Сергей Иванович

1Автор же работал с документами других КБ, отчетами полигонов и т. п. и буквально по крупинкам собрал материалы по ОТБ.
катал тачку на строительстве Беломорско- Балтийского ка­нала, где заболел туберкулезом, а затем был отправлен в Ле­нинград, где в 1938 г. и возглавил ОТБ.
В довоенный период в ОТБ была организована ресто­ранная система питания. Заключенные специалисты полу­чали зарплату 50—240 рублей в месяц. Им выдавалась бес­платная одежда — костюмы, рубашки, галстуки, так как за­ключенные часто ездили в командировки на заводы, в основном на «Большевик».
На заключенных специалистов оформлялся допуск к секретной работе. Заключенных руководителей проектов и старших инженеров при выездах на заводы, производствен­ные совещания или на полигонные испытания сопровожда­ли конвоиры в штатском. Но ни на производственные сове­щания, ни в цеха, ни на стрельбище их не допускали. Охра­на дожидалась своих подопечных в проходной или в 1-м отделе. Никому не приходило в голову, что приехавшие спе­циалисты — зэки, так как все они были хорошо одеты, под­стрижены и побриты. Замечу, что в ОТБ всегда была хоро­шая парикмахерская.
Забегая вперед, скажу, что когда в конце 1940-х годов у зэков стали кончаться десятилетние сроки, то они оказыва­лись перед сложным выбором: остаться работать в шараге, но уже вольнонаемным сотрудником, или отправиться за 101-й километр от Москвы, Ленинграда и других крупных городов и при этом иметь ограничения в выборе работы. Очень многие выбирали шарагу и получали специальные пропуска МВД. СИ. Фомченко вспоминал: «Один наш конструктор спрыгнул на ходу с трамвая на Литейном, как раз напротив Большого дома, а на тротуаре, как на грех, ми­лиционер: «Ваши документы». Неудачник протягивает про­пуск. Постовой, коротенько взглянув, возвращает и, беря под козырек, со вздохом, горестно комментирует: «Сами же законы пишете, сами же нарушаете». В КБ, конечно, весе­лье».
В июле 1941 г. началась эвакуация ОТБ из Ленинграда.
Документы, освещающие этот процесс, увы, хранятся в сек­ретных архивах ФСБ. Известно лишь, что зэки из «Крестов» попали и в Томск, и в Молотов (до 1938 г. и с 1957 г. Северо­двинск), где работали в 20-м отделе СТП при судострои­тельном заводе № 402.
К лету 1942 г. большая часть сотрудников ОТБ была со­средоточена в Перми (город с 1940 г. по 1957 г. назывался Молотов, но я буду использовать более привычное для чи­тателей название). В Перми сотрудники ОТБ были разбро­саны по нескольким зданиям в разных частях города, по крайней мере одно из них находилось на территории артил­лерийского завода № 172 им. Молотова. По названию этого завода ОТБ было переименовано в ОКБ-172. Сразу замечу, что на заводе № 172 и до 1942 г., и после функционировало свое КБ, где работали вольнонаемные инженеры. Чтобы их различать, я в «Энциклопедии отечественной артиллерии» писал ОКБ-172 и ОКБ завода № 172.
В декабре 1944 г. ОКБ-172 вернулось в Ленинград в свои старые помещения в «Крестах». Туда же в мае 1945 г. из Мо-лотова был переведен в полном составе 20-й отдел завода
№ 402.
Работа в ОКБ велась напряженная, приходилось тру­диться по 10 часов в сутки. Первое время после возвраще­ния в Ленинград снабжение и питание заключенных специ­алистов было скудным, но после 9 мая 1945 г. все нормали­зовалось. Рабочий день сократился до 8 часов, питание улучшилось, появились выходные и праздничные дни, два-три раза в месяц для заключенных устраивалась баня. Рас­порядок дня был примерно следующий: подъем в 7 ч., за­втрак в 8 ч., обед в 14 ч., ужин в 19 ч., отбой в 23 ч. Жилые комнаты были на 3—4 человека.
В ОКБ имелась замечательная техническая библиотека, которая получала технические журналы как на русском, так и на иностранных языках. Газет библиотека не получала, но радио там работало.
ОРУДИЯ ДЛЯ ЛИДЕРОВ И МИНОНОСЦЕВ 1938-1945 ГГ.
В 1938—1953 гг. в ОТБ (ОКБ-172) было спроектировано несколько десятков артиллерийских систем. Рассказать обо всех физически невозможно из-за объема издания, да и по многим системам автору не удалось найти сведений. Поэто­му здесь будет рассказано лишь о наиболее интересных сис­темах, а об остальных читатель сможет найти сведения в «Перечне работ ОКБ-172» в конце главы.
Первым и очень важным заданием, возложенным пра­вительством на ОТБ, было создание новых башенных уста­новок для лидеров и эсминцев. В конце 1930-х годов руко­водство СССР приняло решение о создании океанского флота, а необходимых для его вооружения артиллерийских систем, увы, не было. Так, 130/50-мм пушка Б-13 в щитовой установке, которая поступила на вооружение лидеров про­ектов I и 38 и эсминцев проектов 7 и 7У, имела ряд кон­структивных недостатков и не годилась для зенитной стрельбы.
Первый вариант тактико-технического задания на 130­мм башенную двухорудийную установку был выдан 15 апре­ля 1936 г. Эскизный проект утвержден 19 октября 1938 г. Установка предназначалась для лидеров проектов 20 48 и эсминцев проекта 30. Для обоих проектов лидеров жесткие барабаны были первоначально спроектированы под 130-мм артсистемы Б-31, так и не вышедшие из стадии проектиро­вания, у которых оба ствола находились в одной люльке.
Новый технический проект был произведен ОТБ и ут­вержден 16 февраля 1939 г. Установка получила название Б-2-ЛМ (башенная двухорудийная для лидеров и минонос-цев)1. Качающаяся часть установки изготавливалась заво­дом «Большевик» (№ 232), а остальные части установки — Ленинградским металлическим заводом (рис. 8Л).

Собственного индекса ОТБ тогда еще не имело.
Рис. 8.1. 130-мм башенная установка Б-2-ЛМ для лидеров и эсминцев.
Заводские испытания опытного образца Б-2-ЛМ были проведены на ЛМЗ в июле — августе 1940 г. Полигонные испытания проведены в два этапа: с 4 декабря 1940 г. по 27 января 1941 г. и с 27 апреля по 27 мая 1941 г. Всего сделано 240 выстрелов. По результатам испытаний установка была рекомендована к принятию на вооружение.
К 8 июля 1941 г. три башни Б-2-ЛМ были установле­ны на лидере «Ташкент» вместо Б-13. Государственные ко­рабельные испытания проведены на нем же в июле 1941 г. в Севастопольской бухте. Вследствие поспешной эвакуа­ции на заводе № 198 (г. Николаев) было оставлено 5 башен Б-2-ЛМ. В 1942 г. ГКО обязал Наркомат судостроительной промышленности (НКСП) организовать производство ус­тановок Б-2-ЛМ на заводе № 402 (г. Молотов).
В послевоенный период производство Б-2-ЛМ велось до 1953 г. на заводах «Большевик», Старокраматорском маши­ностроительном заводе и на заводе № 75 (г. Юрга).
Кроме «Ташкента», Б-2-ЛМ устанавливали на эсминцах проектов ЗОК и ЗОбис и одном эсминце проекта 7.
За заслуги в создании Б-2-ЛМ ее главный конструктор Лодкин был досрочно освобожден в 1943 г., награжден двумя орденами и Сталинской премией. После освобожде­ния он остался работать в ОКБ-172 до его расформирова­ния, а затем до самой смерти в 1955 г. работал в ОКБ-43.
Установка Б-2-ЛМ имела ствол моноблок с глубокой нарезкой. Затвор поршневой двухтактный. У правого и ле­вого орудий затворы открывались влево. Хотя проектом предусматривалось пневматическое открывание затвора, открывались они вручную. Каждое орудие имело свою люльку. Качающаяся часть аналогична Б-13. Механизмы вертикального и горизонтального наведения имели электроприводы.
Подъем боеприпасов во вращающейся части произво­дился по шахтам подачи каретками раздельно для каждого орудия (подача цепного типа). Шахта проходила через бое­вой стол и подбашенное отделение и прикреплялась к палу­бе этого отделения через центрирующий штырь. Передача боеприпасов с неподвижной части на вращающуюся произ­водилась вручную.
Носовая («высокая») и кормовая («низкая») башни эс­минцев различались высотой жесткого барабана (4075 мм и 3700 мм соответственно).
Установка Б-2-ЛМ оснащалась прицелом МБ-6.


Данные установки Б-2-ЛМ
Калибр, мм
Длина ствола, мм/клб
Длина лейнера, мм/клб
Длина нарезной части, мм
Объем каморы, дм3.
Крутизна нарезов (постоянная), клб.
Число нарезов
Глубина нарезов, мм
130
6581/50,6 6450/49,6 5199 17,53
25 40 2,7
Ширина нарезов, мм 6,0
Ширина полей, мм 4,2
Вес затвора, кг около 133
Вес лейнера, кг. 487
Вес ствола, кг. 3680
Вес ствола с казенником и затвором, кг. 5070
Угол ВН, град -5; +45
Угол заряжания, град —5; +45
Угол ГН, град 360
Скорость ВН, град/с: от электродвигателя 9,85
вручную 6
Скорость ГН, град/с: от электродвигателя 9,7
вручную 2,3
Радиус подъемного сектора, мм 915
Диаметр шаров, мм 76,2
Число шаров 120
Число вертикальных катков. 9
Длина отката максимальная, мм 505
Превышение оси орудия над осью цапф, мм 6
Высота линии огня над палубой, мм 2227
Высота оси орудия над полом боевого отделения, мм 1540
Высота башни от нижнего штыря до верха крыши, мм 5400
Высота крыши башни над палубой, мм 3140
Длина башни, мм 5283
Ширина башни, мм 4316
Радиус обметания, мм: по стволам 5210
по вращающейся броне. 3180
Диаметр башни по неподвижному основанию, мм 3550
Бронирование, мм:
Стенки башни 8
Крыша 8
Барбет. 5
Вес откатных частей (одного орудия), кг 5400
Вес качающейся части (одного орудия), кг. 7400
Вес ПУС башни, кг. 1600
Вес электрооборудования, кг: вращающейся части 1200
неподвижной части 1400
Вес брони, кг 7000
Вес неподвижного основания, кг. 5325
Вес вращающейся части башни, кг. 42 000
Вес неподвижной части башни, кг. 6600
Общий вес башни, кг. около 49 000
Скорострельность на один ствол, выстр/мин 12
Расчет башни, чел 23
Вместимость погребов (на башню): снарядов.
зарядов.
Прибор управления
Прицел
Число прицелов. . . Химзащита башни .
300 300 БАС МБ-6
Индивидуальная
Перевозимоеть по железной дороге... В собранном виде без верхней подачи, как негабаритный груз.
Боеприпасы и баллистика Б-2-ЛМ полностью совпада­ли со снарядами и баллистикой 130-мм пушки Б-13.
В декабре 1938 г. ОТБ представило эскизные схемы 130-мм башенных установок для крейсеров и мониторов Б-2-КМ. Установки Б-2-КМ на 80% были унифицированы с Б-2-ЛМ. Проект Б-2-КМ принят не был, хотя и получил хорошую оценку руководства ВМС.
2 мая 1942 г. ГКО обязал НКСП (постановление № 1684сс) организовать производство 130-мм башен для мониторов и эсминцев проекта 30: всего 16 башен на заводе
№ 402.
Изготавливать две принципиально разные установки за­воду № 402 в условиях военного времени было нереально. В связи с этим ОКБ-172 разработало технический и рабочий проекты установки для мониторов, которая получила ин­декс Б-2-ЛМТ (Т — тяжелая). Установки Б-2-ЛМТ были на 80% унифицированы с Б-2-ЛМ. Все работы по проектиро­ванию Б-2-ЛМТ завершились к концу 1943 г.
Шесть башен Б-2-ЛМТ, изготовленные на заводе № 402, были установлены на мониторах «Сиваш» и «Пере-
коп».
Стволы установки Б-2-ЛМТ были идентичны стволам установки Б-28.
В установке были смонтированы две качающиеся части. Основой каждой качающейся части являлась легкая люлька с цапфами. Смена лейнера производилась без вынимания качающейся части из башни. Имелся пневматический до-сылатель в лоток. При закрывании затвора лоток откиды­вался к казеннику, а при открывании затвора устанавливал­ся на линии досылки.
Противооткатные устройства состояли из гидравличес­кого тормоза отката и гидропневматического накатника. Вертикальное и горизонтальное наведения имели по два привода: основной от электродвигателя и резервный руч­ной.
Подъем боеприпасов во вращающейся части произво­дился по шахтам подачи каретками раздельно для каждого орудия. Подача боеприпасов цепного типа. Шахта подачи проходила через боевой стол в подбашенное отделение и была прикреплена к палубе этого отделения через центри­рующий штырь.
Передача боеприпасов с неподвижной части на вра­щающуюся часть производилась вручную. Снаряды посту­пали непосредственно в подбашенное отделение, где вруч­ную перекладывались на снарядные лотки верхней подачи. Подача имела электрический и ручной приводы.

Данные установки Б-2-ЛМТ
Угол ВН, град
Угол ГН, град
Скорость ВН, град/с: от электродвигателя
вручную.
-5; +45
±150
10
6
Скорость ГН, град/с: от электродвигателя.
вручную.
10 2
Длина отката максимальная, мм
Превышение оси орудия над осью цапф, мм
Высота линии огня над палубой, мм
Высота оси орудия над полом боевого отделения, мм Высота башни от нижнего штыря до верха крыши, мм
Высота крыши башни над палубой, мм
Длина башни, мм
Ширина башни, мм
Радиус обметания по стволам, мм
Радиус обметания по вращающейся броне, мм
Диаметр башни по неподвижному основанию, мм . .
Расстояние между осями орудий, мм
505 6
2227 1540 5400 3140 5283 4316 5210 3180 3550 960
Диаметр шарового погона, мм
Бронирование, мм:
Лоб
Бок
Задняя плита
Крыша
Качающийся щит.
Вес качающейся части одного орудия, т.
Общий вес башни, т.
Башенный визир
Башенный прицел
Скорострельность, выстр/мин
Расчет, чел.: без погребов
с погребами . Боекомплект, выстр/ствол
3400
100
50
100
50
8
7,4 90,9
ВБ-1 МБ-6 10-12
21 27 150
Выстрелы и баллистика установки Б-2-ЛМТ идентич­ны установке Б-2-ЛМ.
Башенные установки Б-2-ЛМ, как и Б-13, не годились для зенитной стрельбы. Это было связано с малым (45°) углом возвышения, низкой скорострельностью, картузным заряжанием и т. д. Для новых эсминцев в 1939 г. ОТБ полу­чило тактико-технические требования на двухорудийную башенную универсальную установку. Эскизный проект такой установки был закончен ОТБ 26 декабря 1939 г. Уста­новка получила название Б-2-У (башенная двухорудийная универсальная), замечу, что и качающаяся часть установки имела название Б-2-У.
Б-2-У имела ствол длиной 55 калибров со свободной трубой и горизонтальный клиновой затвор с полуавтомати­кой пружинного типа. Люлька индивидуальная для каждого ствола. Установка стабилизировалась в горизонтальной плоскости.
Впервые в советских корабельных орудиях применялся автоматический установщик трубки (взрывателя). Башня установки имела броню кругом 8 мм, за исключением 10­мм задней стенки, что было сделано для уравновешивания системы. Установка имела систему управления стрельбой «Смена», прицел МБ-6/ВБ-1.
Данные установки Б-2-У
Калибр, мм 130
Длина ствола, мм/клб 7150/55
Длина лейнера, мм 6750
Длина нарезной части, мм 5540
Объем зарядной каморы, дм3. 17,13
Крутизна нарезов, клб 30
Число нарезов 40
Глубина нареза, мм 2,7
Ширина нареза, мм 6,0
Ширина поля, мм 4,2
Вес лейнера, кг. 965
Вес ствола с затвором, кг. 3420
Живучесть ствола, выстр 600
Угол ВН, град -5; +85
Угол ГН, град 360
Скорость от электродвигателя, град/с: ВН 12
ГН 20
Превышение оси орудия над осью цапф 30
Высота оси орудия от палубы, мм 1930
Расстояние между осью цапф и осью башни, мм 270
Расстояние между осями орудий, мм 960
Высота башни от палубы, мм 3175
Длина башни по броне, мм 5310
Ширина башни по броне, мм 4400
Диаметр шарового погона, мм , . 3400
Скорострельность установки, залпов в минуту 13
Начальная скорость снаряда, м/с 900
Дальность стрельбы, км 28,6
Потолок, км 13
В апреле 1940 г. нарком ВМФ распорядился вооружить проектируемый эсминец проекта 35 (водоизмещение — 2000 т) тремя установками Б-2-У. Постройку головного эсминца решили начать в 1942 г.
В 1940 г. завод «Большевик» совместно с заводом № 371 им. Сталина приступил к изготовлению опытного образца Б-2-У, но с началом войны работы по нему прекратили.
Осенью 1942 г. началось проектирование эсминца про­екта 40 водоизмещением 2700 т. В 1943 г. для него ОКБ-172 разработало модернизированный вариант 130-мм универ­сальной установки Б-2-У-ТЛ. Строительство эсминцев проекта 40 предполагалось начать в 1946 г., но уже в 1945 г. работы по ним и по Б-2-У-ТЛ были прекращены.


180-ММ УСТАНОВКА МУ-1
Тактико-техническое задание на установку МУ-1 с бал­листикой 180-мм пушки Б- 1-П было выдано в 1939 г., в том же году ОТБ ее и спроектировало.
В 1940 г. работы над МУ-1 были приостановлены из-за форсирования работ по МУ-2 и возобновлены в 1943 г. В 1943 г. ОКБ-172 разработало технический проект, который был утвержден начальником Артуправления 22 июня 1944 г.
Согласно постановлению ГКО № 7849 от 16 марта 1945 г. изготовление серии МУ-1 было произведено без предварительной постройки и испытания головного образ­ца. Завод «Баррикады» изготовил серию в 12 качающихся частей МУ-1 в 1947 г.
Двенадцать установок МУ-1 изготовил Ленинградский металлический завод. Причем клепаный ствол был заменен на сварной. В IV квартале 1947 г. ЛМЗ было закончено 8 ус­тановок и в 1 квартале 1948 г. — 4 установки.
Головной образец МУ-1 (ствол № 3, станок № 2) был испытан на полигоне в два этапа с 26 октября по 3 декабря 1947 г. и с 19 февраля по 20 марта 1948 г. Всего сделано 352 выстрела. Результаты признаны удовлетворительными, и МУ-1 рекомендована к принятию на вооружение.
Первые четыре установки МУ-1 (№ 5, 6,7 и 8) в соответ­ствии с постановлением Совмина от 30 декабря 1949 г. № 5924-2227сс, в 1952 г. были смонтированы на батарее № 127 в Порт-Артуре. Строилась батарея с 1950 г. по 1953 г. Государственные испытания батареи были проведены с но­ября 1953 г. по январь 1954 г. Приказом Главкома ВМС от 9 апреля 1954 г. № 00137 180-мм четырехорудийная батарея
МУ-1 с ПУС «Москва-2с-ЦМ» была принята в состав бере­говой обороны Порт-Артура.
В 1953 г. на Камчатке у мыса Безымянный было начато строительство батареи № 41 в составе четырех установок МУ-1. Батарея № 41 была введена в строй в 1957 г. Директи­вой Главного штаба ВМФ от 12 марта 1974 г. батарея была расформирована.
В палубном варианте МУ-1 предполагалось устанавли­вать на кораблях, а в береговом варианте — в одноорудий-ных башнях. Кроме того, качающаяся часть МУ-1 могла быть установлена на железнодорожном транспортере ТМ-1-180, на береговой щитовой установке МО-1-180 и на бе­реговой башенной установке МБ-2-180.

В конце 1946 г. ОКБ-172 разработало чертежи левой и правой качающихся частей МУ-1-Б и МБ-2-180.
Ствол установки МУ-1 лейнирован. Затвор поршневой двухтактного действия, при открывании затвор откидывал­ся вверх. Открывание затвора производилось от электричес­кого привода, автоматическое включение которого осу­ществлялось с помощью электроконтакта в конце наката орудия. Электродвигатель привода установлен на фунда­менте, закрепленном на левой стороне люльки. Досылка производилась пружинным досылателем броскового типа.
Серийная установка МУ-1 предназначалась для стацио­нарных береговых батарей. Кроме того, она могла быть ис­пользована для создания временных батарей. В таком слу­чае вместо центральной подачи боеприпасов из перегрузоч­ного отделения предусмотрено приспособление для наружной подноски и загрузки снарядов через окна в броне.
Перегрузочное отделение находилось в бетонном блоке. Толщина бетонного перекрытия погреба — 1600 мм. Вмес­тимость погреба — 200 выстрелов. Подача боеприпасов только ручная.
Через полость боевого штыря проходили из перегрузоч­ного отделения шахта снарядной подачи, зарядная труба, электрокабели и шланги для подачи сжатого воздуха.
Неподвижное основание — опора вращающейся части — служило для крепления ее к закладным частям бе­тонного блока. Оно представляло собой литое кольцо с фланцем и ребрами жесткости.
Прицельные устройства — Б-13-1 и ЛБ-13-1. Система ПУС «Москва».


Данные ствола МУ-1
Калибр, мм 180
Длина ствола, клб. 57
Объем каморы, дм 52,27
Крутизна нарезов (постоянная), клб 25
Число нарезов 40
Глубина нарезов, мм 3,6
Ширина нарезов, мм 8,9

Данные Технический проект Государственные испытания
Угол ВН, град -2; + 40 -1°55'; +39°59' (от электродвигателя) -2°10'; +40°19' (вручную)
Угол ГН, град ±320 ±320
Скорость ВН, град/с: от электродвигателя вручную 8,6 2,7 10
1,0 сидя 1,45 стоя
Скорость ГН, град/с: от электродвигателя 7,5 - 7,8 7,5
Данные башенной одноорудийной арт установки МУ-1
Таблица 35
Ширина полей, мм 5,24

Данные Технический проект Государственные испытания
Диаметр шарового погона, мм 2080 2080
Диаметр шаров, мм 101,6 101,6
Число шаров 56 56
Угол заряжания, град. +8 +8
Длина отката, мм: наибольшая предельная (до упора) 820 900 850 900
Высота линии огня, мм: от пола боевого отделения 1550 1550
от закладного кольца от бетонного основания 2995 2495 2495
Диаметр по болтам, мм: неподвижного основания закладного кольца 2440 3800 2440
3800
Радиус обметания по вращающейся броне, мм 3875 3875
Бронирование
Длина брони наружная, 5579 5579
мм
Ширина брони, мм 3760 3760
Высота брони, мм 3160 3160
Толщина брони, мм: лоб и бок 75 75
крыша и задняя стенка 50 50
Толщина бетонного
основания перекрытия погреба, мм 1600 1600
Данные Технический проект Государственные испытания
Весовая сводка
Откатные части,т около 18 около 18
Качающаяся часть, т 26,3 26,3
Броня,т 33,35 33,35
Вращающаяся часть, т 80,65 80,65
Вся система без заклад­ных частей,т 82-84 82-84
Вся система, т 94,8 94,8
Эксплуатационные данные
Скорострельность при угле ВН, выстр/мин:
0°; +9° +9°; +15°
+ 15°; +40° 4-4,5
4,5 4,5-3 4-5,0
5
4-4
Скорострельность при ручном заряжании, выстр/мин 1,5-2 1,5-2
Расчет, чел.:
в боевом отделении
с погребом 11 28 11
Прицелы Б-13-1 и ЛБ-13-1 Б-13-1 и ЛБ-13-1
Выстрелов в погребе 200 —
Скорость подачи снарядов, выстр/мин 6 6
Усилие двух номеров на подаче, кг 2x15 2x15
Боеприпасы и баллистика установки МУ-1 одинаковы с боеприпасами и баллистикой 180-мм пушки Б-1-П.
Таблица 36
Таблица стрельбы 180/57-мм пушки МУ-1


Снаряд Заряд Начальная скорость, м/с Дальность, м Угол
Бронебойный обр. 1928 г. и Полубронебойный обр. 1928 г. 37,5 кг 180/57 920 37494 50
Фугасный обр. 1928 г. Осколочно-фугасный
обр. 1928 г.
Граната обр. 1928 г. 37,5 кг 180/57 900 38592 50

Примечание: При стрельбе дистанционной гранатой с трубкой BM-16 дальность стрельбы с начальной скоростью 920 м/с — 29 447 м, а с началь­ной скоростью 800 м/с — 25 606 м.
Максимальное давление в канале ствола — 3157 кг/см2.

152-ММ УСТАНОВКА МУ-2
В марте 1939 г. было разработано техническое задание на проектирование 152/57-мм открытой палубной и берего­вой установки (позднее названной МУ-2). Согласно техни­ческому заданию установка должна иметь ствол и баллисти­ческие данные 152-мм пушки Б-38, которая использовалась в установках МК-5 крейсеров проекта 68. Станок штырево­го типа с коробчатым щитом (рис. 8.2).
Приказом наркома вооруженных сил от 21 сентября 1939 г. № 254сс на ОТБ было возложено проектирование 152/57-мм установки с качающейся частью Б-38.
8 декабря 1939 г. в ОТБ состоялось техническое совеща­ние по МУ-2, где было рассмотрено два варианта установ-




Рис. 8.2. 152/75-мм открытая палубная и береговая установка МУ-2 (продольный разрез).
ки: с изменениями качающейся части Б-38 и без измене­ний. Первый вариант имел следующие преимущества: при­вод затвора пневматический; применение досылателя без расхода воздуха по типу Б-2-ЛМ; расположение системы и ее механизмы более компактны. Второй вариант быстрее проектировать, и можно было выпустить рабочие чертежи уже в апреле 1940 г. Совещание решило делать установку без изменений (по второму варианту).
Фактически же ствол МУ-2 имел казенник принци­пиально другого типа, чем у Б-38, из-за чего стволы МУ-2 и Б-38 требовали различных типов станков.
Договор Артуправления ВМФ с ОКБ на разработ­ку техпроекта был заключен 21 марта 1940 г., и сразу же за­воду «Большевик» заказали головную серию из 20 устано­вок.
Весовые данные МУ-2

Система Вращаю­щаяся часть, т Непод­вижная часть, т Оборудо­вание в погребах, т Общий вес уста­новки, т
1 2 3 4 5
На бетонном блоке с верхней подачей и приводами от электродвигателя 40,8 10,7 6,2 57,7
То же, но без приводов от электродвигателя 40,1 10,7 6,2 57,0
Таблица 37
Впервые для открытых установок (в береговом и кора­бельном вариантах) была запроектирована подача боепри­пасов через штырь.

1 2 3 4 5
На бетонном блоке без верхней подачи и без электродвигателей 39,6 9,9 — 49,5
Корабельный вариант с верхней подачей и электродвигателем 40,8 3,7 — 44,5
То же без верхней подачи
и электродвигателя 40,1 2,9 — 43,0

Первая батарея береговых пушек МУ-2 (из 20 заказан­ных) была изготовлена на заводе «Большевик» по чертежам и ТУ ОТБ. Головной образец МУ-2 был предъявлен комис­сии 26 июня 1941 г. На НИАП образец доставили 29 июня 1941 г., испытания стрельбой прошли с 4 по 11 июля 1941 г. Лейнер у МУ-2 тот же, что и у Б-38.
В сентябре 1941 г. там же испытывали 152-мм систему МУ-2 на железнодорожном транспортере Б-64. В начале войны на НИАПе были проведены контрольные отстрелы шести качающихся частей МУ-2.
В 1940 г. АНИМИ дал заказ заводу № 172 на проектиро­вание 152-мм пушки на мехтяге на базе МУ-2 с качающейся частью Б-38, со сроком готовности техпроекта IV квартал
1941 г.
В 1941 г. ОКБ-172 были разработаны эскизные схемы: МУ-2/Б-4 — установка МУ-2 на лафете Б-4; МУ-2/П — ус­тановка МУ-2 на возимом основании.
В 1944 г. ОКБ-172 была проведена корректировка рабо­чих чертежей МУ-2 перед запуском в серию. В 1945— 1946 гг. на заводе «Большевик» изготовили головную серию МУ-2 в береговом варианте.
В 1947 г. ОКБ-172 была проведена новая корректировка чертежей МУ-2 по итогам изготовления головной партии. В конструкцию установки внесли конструктивные и техноло­гические изменения, как-то: кованый казенник заменен литым, вместо клепаного боевого стола введен сварной, большинство деталей стало изготавливаться путем штам­повки и т. д.
После этого установки, изготовленные по измененным чертежам выпуска 1947 г., стали именоваться артустановка-ми МУ-2 II серии.
В описании установки МУ-2-IIc, изданном в 1952 г., го­ворится только о ручном приводе вертикального наведения. Тем не менее в приводах вертикального и горизонтального наведения сохранились рычаги переключения с ручного на электрический приводы.
В 1946 г. завод «Большевик» сдал 18 установок МУ-2, в 1947-м - 32, в 1948-м — 16, и в 1950-м - 16 установок.
На 1 января 1991 г. в ВМФ было 15 установок МУ-2 II серии. Из них 4 установки на батареях Северного флота (ба­тарея № 10), 4 - на батареях Черноморского флота и 7 — на центральных складах.
В 1948 г. был утвержден технический проект МУ-2М, разработанный ОКБ-172. Установка МУ-2М предназнача­лась для стационарных батарей береговой обороны и явля­лась модернизацией МУ-2-IIc. Модернизация заключалась во введении пружинного досылателя по типу МУ-1 и в уста­новлении круговой броневой защиты.
Опытный образец МУ-2М с круговой броней был из­готовлен заводом «Большевик» и прошел заводские испыта­ния в 1952 г. В ходе этих испытаний сместился лейнер, а также выявлен ряд других конструктивных недоработок. Проект решили доработать в КБ завода (главный конструк­тор Т.Д. Вылкост). В конце 1952 г. системе решили присво­ить новый «большевистский» индекс «Б-140». Но почему-то этот индекс не прижился, и установка получила индекс МУ-2МБ. Угол вертикального наведения остался —2°; +40°.
Электрических приводов не было по-прежнему, зато угол заряжания стал +10°; +25° вместо 0°; +12°. Соответственно возросла скорострельность на больших углах. МУ-2МБ должна была иметь ПУС «Бурея» или «Москва».
В 1955 г. установка МУ-2МБ прошла заводские и поли­гонные испытания, и на этом все работы по ней были пре­кращены.
Ствол установки МУ-2 состоял из лейнера, моноблока, втулки затвора и казенника. Затвор поршневой, двухступен­чатый, двухтактного действия, открывался вправо. Привод затвора только ручной. Стреляющий механизм БС-9.
Досылка снаряда и полузарядов производилась вруч­ную. Время досылки снаряда составляло около 2 с и заряда также около 2 с. Установка оснащалась прицелами Б-13-1 и ЛБ-13-1 и системой ПУС «Москва». Все приводы подачи боеприпасов были только ручные.
По железной дороге установка перевозилась без меха­низмов подачи. Максимальный вес перевозимых частей около 45 т.


Данные ствола МУ-2
Калибр, мм
Полная длина ствола от казенного среза, мм/клб.
Длина канала, мм/клб
Длина нарезной части, мм
Длина каморы, мм: без скатов
со скатами
Объем каморы, дм
Число нарезов
Глубина нарезов, мм
Ширина нарезов, мм
Ширина полей, мм
Вес затвора, кг.
Вес лейнера, кг.
Вес ствола без казенника и затвора, кг. . Вес ствола с казенником и затвором, кг.
152,4
8950/58,9
8690/57,0
6980
1455
1637,5
32,8
40
3,05
7,5
4,47
583
1100
7045
11 780

Параметры МУ-2-Ic МУ-2-М*
Угол ВН, град -2; +40' -2; +40
Угол ГН, град +190 С190
Угол заряжания, град 0; +12 + 10;+25
Скорость ВН, град/с: от электродвигателя вручную (при 120 об/мин штурвала) 8,8 3,16 3,7
Скорость ГН, град/с: от электродвигателя вручную (при 120 об/мин штурвала) 7,9 2,8 3-3,2
Длина отката, мм: нормальная предельная 500-530 550 500-530 550
Конструктивные данные установки
Превышение оси орудия над осью цапф, мм 13 13
Высота оси орудия, мм:
над полом боевого отделения
над палубой 1333 1938 1333 1938
Высота установки от дна бетонно­го основания до крыши щита, мм 6580 6580
Диаметр шарового погона (по центрам шаров), мм 1880 1880
Диаметр шаров, мм 76,2 76,2
Число шаров 68 68
Длина установки, мм 10 280 10 250
Высота установки (от основания), мм около 3080 около 3050
Ширина установки, мм 3250 3250
Данные установки МУ-2
Таблица 38


Параметры МУ-2-Ic МУ-2-М*
Бронирование Щит Круговая
Тип брони


Высота крыши над основанием, мм 2930 —
Длина щита, мм 5160 —
Ширина щита, мм 3250 —
Радиус обметания, мм: по щиту по стволу 3200 6600 около 3450
Толщина брони, мм: лоб бока и крыша задняя стенка 50 25
нет 50 25 25
Весовая сводка 12 500 12 520
Откатные части, кг


Качающаяся часть, кг 15 300 15 500
Вращающаяся часть без подачи и брони,кг 29 600
Броня, кг 11875 15 000
Механизмы подачи, кг 590 590
Вращающаяся часть (без подачи), кг 40 240 43 000
Неподвижная часть, кг 10 700 10 700
Общий вес установки (без подачи), кг 50 940 53 700
Оборудование погребов, кг 6160 6160
Установка с закладными частями и оборудованием погребов, кг 57 700 около 60 000
Эксплуатационные данные 5-8 7-3,2 7-8
Скорострельность при угле, выстр/мин: +5°; +25° остальные углы


Число подач боекомплекта в минуту 7-8 7-8
Параметры МУ-2-Ic МУ-2-М*
Расчет, чел. 19-20 19-20
В том числе: боевое отделение 10 10
перегрузочное отделение 4 4
снарядный погреб 3 3
зарядный погреб 2 2
Время подъема боезапаса
на один выстрел, с 7,4 7,4
На приводе подачи усилие 2 чел. 2 чел.
на размахе, кг по 10 кг по 10 кг

* Техпроект и рабочие чертежи.
Боеприпасы и баллистические данные МУ-2 совпадали со 180-мм ко­рабельными и береговыми установками.

УНИВЕРСАЛЬНЫЕ 100-130-ММ КОРАБЕЛЬНЫЕ УСТАНОВКИ
В 1946 г. ОКБ-172 разработало технический проект двухорудийной универсальной башенной установки БЛ-109 для лидеров и эсминцев. В I квартале 1947 г. ОКБ-172 за­кончило рабочие чертежи БЛ-109 с расчетом установки на эсминцы проекта 30бис.
Изготовление БЛ-109 планировалось на ЛМЗ, а качаю­щихся частей — на заводе «Большевик». Однако позже было решено, что «Большевик» будет изготавливать установки полностью. Заводом «Большевик» было изготовлено шесть установок.
Установка БЛ-109 на эсминцы проекта 30бис требовала доработки в техническом проекте корабля, на что не согла­силось Министерство судостроительной промышленности, и на эсминцы вновь стали ставить старые башни Б-2-ЛМ.
В 1948 г. ОКБ-172 выпустило эскизный проект двух башен БЛ-109А, предназначенных для установки на линей­ных ледоколах типа «Сталин».
По 6 башен БЛ-109А планировалось установить на стро­ившихся тяжелых крейсерах проекта 82. В марте 1953 г. ра­боты по крейсерам проекта 82 были прекращены. К тому времени завод «Большевик» успел сдать 12 качающихся час­тей БЛ-109А. Летом 1953 г. система БЛ-109 была переиме­нована в 2М-1091.
Ствол БЛ-109 состоял из свободной трубы, кожуха и ка­зенника. Затвор клиновой горизонтальный, полуавтомати­ка копирного типа. Привод ручной. Канал ствола БЛ-109 идентичен каналу ствола СМ-2-1. Боеприпасы и баллисти­ческие данные полностью совпадают с СМ-2-1.
Подача боеприпасов осуществлялась постоянно движу­щейся цепью. Досылатель гидропневматический. Накатник пневматический.
Управление стрельбой производилось при помощи ра­диолокатора «Сириус Б» («ШТАГ-Б»). Управление приво­дами наведения дистанционное (система БЛ-200), местное и ручное.


Данные установки БЛ-109
Ствол
Калибр, мм 130
Длина ствола полная, мм/клб 7810/60,1
Длина канала, мм/клб 7050/54,2
Длина нарезной части, мм 5927
Длина каморы, мм: без скатов. 817,5
со скатами 1224
Объем каморы, дм 19,6
Крутизна нарезов (постоянная), клб 25
Число нарезов 28
Глубина нарезов, мм 2,7
Ширина нарезов, мм 8,3
Ширина полей, мм 6,3
Вес затвора, кг. 150

1БЛ — Берия Лаврентий, индекс изделий ОКБ-172. Все они после ареста (убийства?) Берии получили другие индексы.
Вес свободной трубы, кг. 1177
Вес ствола с казенником и затвором, кг. 4880
Установка
Угол ВН, град -8; +83
Угол ГН, град ±320
Скорость ВН, град/с: от электродвигателя 20
вручную 5
Скорость ГН, град/с: от электродвигателя 20
вручную. 1,2
Длина отката, мм 600
Высота линии огня, мм: над палубой 1945
над настилом боевого отделения 1400
Расстояние между осями орудия, мм 1000
Диаметр шарового погона, мм 3600
Диаметр шаров, мм 75
Диаметр по осям роликов боевого штыря, мм 3280
Диаметр жесткого барабана, мм 3700/3930
Варианты бронирования
Лобовая, задняя и боковые стенки, мм 81225
Крыша, мм 81225
Качающийся щит, мм 8812
Шельф, мм 668
Габариты башни с 8-мм броней
Длина башни, мм 5846
Ширина башни, мм 4536
Высота крыши над палубой, мм 3013
Радиус обметания, мм: по стволу. 6600
по броне. 450
Весовая сводка
Откатная часть одного орудия, т. 6,1
Качающаяся часть одного орудия, т. 9,25
Неподвижная часть башни, т. 6,2
Варианты с броней толщиной: 8 мм 12 мм 25 мм
Вес вращающейся части, т. 49,8 51,8 59,0
Вес всей установки, т 56,0 58,0 65,2
Эксплуатационные данные Скорострельность (одного ствола) с заряжанием:
от электродвигателя, выстр/мин 15
вручную, выстр/мин 8
Число подач в минуту, выстрелов 2x17
Расчет башни, чел 23
Расчет с погребами, чел 27
Прицелы ВБ-I, МБ 1
При весе снаряда 33,4 кг, весе заряда 12,92 кг и началь­ной скорости 950-1000 м/с дальность стрельбы составляла 32 390 м, досягаемость 22,4 км.
Заряжание раздельно-гильзовое. Вес гильзы 27,8 кг.
В 1946 г. ОКБ-172 разработало технический проект 130-мм двухорудийной универсальной башенной установки БЛ-110 и в ноябре 1947 г. предполагало сдать ее рабочие чертежи. Изготовление башен БЛ-110 планировалось на ЛМЗ, а качающихся частей — на заводе «Большевик».
Башни БЛ-110 планировалось установить на крейсера проекта 82 и линкоры проекта 24. Орудия и баллистические данные у БЛ-110 совпадали с аналогичными данными БЛ-
109.
Рабочие чертежи установок БЛ-109 и БЛ-110 были вы­полнены в 1950—1951 гг. Летом 1953 г. система БЛ-110 была переименована в 2М-110.
В 1953 г. завод «Большевик» изготовил опытный образец БЛ-110, и в том же году провели заводские испытания уста­новки. После ликвидации ОКБ-172 в работах над 2М-110 принимало участие ОКБ-43.
В 1954 г. 130-мм установка 2М-110 испытывалась стрельбой на Ржевке. Результаты стрельбы 5 мая 1954 г.: Стрельба велась снарядом чертежа № 2-4172 весом 33,14 кг. Вес заряда марки 130/58БП был 14,37 кг. Средняя длина от­ката при этом составила 533 мм.
Вскоре работы по 2М-110 были прекращены.


Данные установки БЛ-110
Угол ВН, град
Угол ГН, град
Скорость ВН, град/с: от электродвигателя
-8; +83. . . ±320 . 20
вручную.
Скорость ГН, град/с: от электродвигателя.
вручную.
Длина отката, мм
Высота линии огня, мм: над палубой
20 0,7 600 1945
над настилом боевого отделения 1400
Расстояние между осями орудий, мм 1000
Диаметр шарового погона, мм 3600
Диаметр шаров, мм 75
Длина башни, мм 5990
Ширина башни, мм 4680
Высота башни над палубой, мм 3195
Радиус обметания, мм: по стволу. 6600
по броне 3520
Бронирование в вариантах: БЛ-110* БЛ-110А**
Лобовая, задняя и боковые стенки, мм 50* . 80**
Крыша, мм 70* . 70**
Качающийся щит, мм 30* . 30**
Шельф, мм 20* . 20**
Весовая сводка
Откатная часть одного орудия, т. 6,1* . 6,1**
Качающаяся часть, т. 9,5* . 9,5**
Неподвижная часть башни, т. 6,2* . 6,2**
Вращающаяся часть, т. 83,8* 92,8**
Вся установка, т. 90,0* 99,0**
* Для крейсера «Киров». ** Для линкоров.
Эксплуатационные и другие данные
Скорострельность одного ствола, выстр/мин:
с заряжанием от электродвигателя 15
с заряжанием вручную. 8
Расчет без погребов и перегрузов, чел 19
Прицелы ВБ-1, МБ-6
В 1949 г. ОКБ-172 закончило проект 100-мм четырех-орудийной башенной установки БЛ-127 (рис. 8.3).
Установка на вооружение не принималась, но ее стоит рассмотреть как оригинальное конструктивное решение. Четыре ее ствола были расположены в двух люльках, при­чем в одной общей люльке стволы размешались один над другим. Ствол был взят от установки СМ-5. БЛ-127 могла быть установлена на линкорах, крейсерах и сторожевых ко­раблях (кроме эсминцев). Например, на крейсерах проекта 68бис вместо 6 артустановок СМ-5-1 помещались (без осо­бых конструктивных изменений) 6 установок БЛ-127, что
Рис. 8.3. 100-мм четьфехорудийная башенная установка БЛ-127, предназначенная для замены установки СМ-5 на крейсера про. 68бис.
удваивало число 100-мм зенитных орудий без существенно­го увеличения водоизмещения. (По расчетам на 1949 г. перегрузка крейсера при замене СМ-5-1 на БЛ-127 состави­ла бы не более 1,5—2% от стандартного водоизмещения.)


Данные установки БЛ-127
Угол ВН, град -5; +85
Угол ГН, град +320
Слежение за целью на качке
со скоростью наведения, град/с: ВН 20
ГН 30
Высота линии огня нижнего орудия от палубы, мм 1480
Высота башни от палубы (без РЛС), мм 3270
Высота барабана, мм 2080
Диаметр барабана, мм 3950
Ширина башни, мм 4560
Горизонтальное расстояние между осями орудий, мм . . . 1600
Длина башни, мм 6040
Радиус обметания по броне, мм около 3640
Вес башни с противопульной броней, т. 66
Расчет, чел 19
Из них в башне, чел 14
Скорострельность, выстр/мин 16—18
Боеприпасы и баллистика установки БЛ-127 полнос­тью совпадали с боеприпасами и баллистикой с СМ-5.
По образцу БЛ-127 в 1949—1950 гг. был создан проект 130-мм четырехорудийной башенной установки БЛ-132. По два 130-мм ствола размещались друг над другом в общей люльке. Четыре установки БЛ-132 предполагалось устано­вить на проектируемом легком крейсере типа «МЛК 16 ...
130».


ЗЕНИТНЫЕ КОРАБЕЛЬНЫЕ АВТОМАТЫ
25 февраля 1945 г. АНИОЛМИ1 выдал промышленности тактико-техническое задание на 25-мм спаренную палуб­ную автоматическую установку 2М-3, предназначенную для вооружения торпедных катеров проектов 183 и 184. Уточ­ненное тактико-техническое задание было утверждено зам-главкома ВМФ 14 марта 1947 г.
За проектирование установки взялось ОКБ-43, но рабо­ты над ее образцом, получившим индекс 2М-3, шли с тру­дом, и 31- декабря 1949 г. Министерство вооружений напра­вило письма в ОКБ-172 с указанием разработать аналогич­ную 25-мм спаренную установку, и уже 21 февраля 1950 г. ОКБ-172 представило проект установки БЛ-130. Ведущим конструктором установки был А.Л. Константинов.

1АНИОЛМИ — артиллерийский научно-исследовательский опыт­ный Ленинградский морской институт.-
К этому времени начальником ОКБ-172 стал инженер-подполковник А. В. Андрощук, а ведущим инженером — Л.М. Алавердянц.
Установка БЛ-130 тумбовая с горизонтальным располо­жением стволов. В установке применены антикоррозийные материалы. Подобно 2М-3 в БЛ-130 применены автоматы 110-П, но в их конструкцию введено устройство для пнев-мозарядки и специальное пневмогидравлическое устройст­во для амортизации.
Установка имела местное бронирование, броня обтекае­мой формы толщиной 3-4 мм. Вес установки без амортиза­ционных устройств — 1200 кг, а с амортизационными уст­ройствами — 1400 кг.
По ряду характеристик БЛ-130 превосходила 2М-3, но в конце 1950 г. было решено запустить в серийное производ­ство 2М-3, так как у нее степень готовности была выше, чем у БЛ-130.
В конце 1940-х годов для вооружения тяжелых крейсе­ров проекта 82 (по 10 установок на корабль) и эсминцев в ОКБ-172 были разработаны 25-мм счетверенные автомати­ческие установки БЛ-120-I и БЛ-120-II, различающиеся системами электропитания (для постоянного и переменно­го токов). Первые две установки БЛ-120-1 были изготовле­ны в 1950 г. на заводе № 535. Приводы наведения установок электрогидравлические. Питание обойменное. В обойме 4 патрона. Охлаждение стволов воздушное (рис. 8.4).


Данные установок БЛ-120
Калибр, мм
Длина ствола, клб
Угол ВН, град
Угол ГН, град
Скорость ВН, град/с
Скорость ГН, град/с
Броня, мм
Вес башни, т.
Темп стрельбы одного ствола, выстр/мин
35 80
.-5; +90
360
30
40
610
4,0
270—300
Рис. 8.4. 25-мм счетверенная автоматическая установка БЛ-120.
В 1953 г. установки БЛ-120-1 и БЛ-120-П были по из­вестным причинам переименованы в 4М-120-1 и 4М-120-II. Работы над установкой из расформированного ОКБ-172 передали в ОКБ-43.
В 1954 г. две установки 4М-120-1 были смонтированы на эсминце проекта 41 «Неустрашимый» для проведения госу­дарственных испытаний. Через несколько лет обе установ­ки сняли с корабля проекта 41 и заменили на 45-мм СМ-20-ЗИФ. В серийное производство 4М-120 не поступали.

152-ММ БАШЕННЫЕ УСТАНОВКИ ДЛЯ КРЕЙСЕРОВ И МОНИТОРОВ
В 1946 г. в ОКБ-172 были разработаны аванпроекты 152-мм башенных установок: двухорудийной БЛ-115 и трех-орудийной БЛ-118. Установки предназначались для воору­жения проектировавшихся крейсеров. Баллистика и снаря­
ды установок БЛ-115 и БЛ-118 были взяты от 152-мм пушек Б-38. Но, в отличие от установки МК-5, установки ОКБ-172 были универсальными, то есть имели возможность вести огонь по самолетам. Это было достигнуто за счет уве­личения максимального угла возвышения с 45° до 80° и уве­личения скорострельности одного ствола с 7 выстр/мин до 12—17 выстр/мин. Вместо картузного заряжания на пушке Б-38 152-мм установки ОКБ-172 имели раздельно-гильзо­вое заряжание (рис. 8.5).



Рис. 8.5. Аванпроект крейсера МЛК-8-152, вооруженного четырьмя двух-орудийными 152-мм башенными установками БЛ-115.

В 1950 г. силами ОКБ-5, ОКБ-172 и ОКБ-196 IV спецот­дела МВД СССР (тоже шаражки) были разработаны аван-проекты нескольких легких крейсеров. Крейсер проекта МЛК-8-152 был вооружен четырьмя двухорудийными баш­нями БЛ-115, а крейсер проекта МЛК-9-152 — тремя трех-орудийными башнями БЛ-118. Стандартное водоизмеще­ние крейсеров соответственно составило 7980 т и 8243 т.
Кроме того, установки БЛ-118 входили в состав одного из вариантов вооружения тяжелого крейсера «Сталинград» проекта 82.
В 1947 г. был закончен эскизный проект установок БЛ-115 и БЛ-118, а в 1953—1954 гг. — технический проект, и на­чались работы по изготовлению опытных образцов устано­вок. Однако в конце 1954 г. — начале 1955 г. все работы по БЛ-115 и БЛ-118 были прекращены.
Таблица 39
Данные установок БЛ-115 и БЛ-118


Данные установок БЛ-115 БЛ-118
Число стволов 2 3
Калибр, мм 152,4 152,4
Длина ствола, клб 54,7 54,7
Угол ВН, град -6; +80 -6; +80
Угол ГН, град ±320 ±320
Скорость ВН, град/с 20 20
Скорость ГН, град/с 20 20
Толщина брони, мм 100-65 175-75
Вес установки, т 155 230
Тип визира командирского ВБ-1 ВБ-1
Тип визира башенного автомата ПУС МБ-6 МБ-6
Стереодальномер ДМ-6 ДМ-8
Скорострельность, выстр/мин 12-17 12-17
Расчет (с прислугой погребов), чел. 34 45

В таблице толщина брони и вес установок приведены по данным эскизного проекта 1947 г. В проектах легких крей­серов 1950 г. толщина брони меньше: лоб — 100 мм, боко­вые стенки — 50 мм и крыша — 50 мм. В варианте БЛ-118 для крейсера проекта 82 броня толще: лоб — 200 мм, боко­вые стенки — 150 мм и крыша — 100 мм. Соответственно, вес башни увеличился до 320 т.
Башенные установки БЛ-115 и БЛ-118 предполагалось оснастить радиодальномером.
В 1946 г. в ОКБ-172 были спроектированы 152-мм ба­шенные установки: одноорудийная Б Л -113 для малых мо­ниторов проекта 303 и двухорудийная БЛ-112 для больших дунайских мониторов проекта 311.
В обеих установках качающиеся части были созданы на базе качающихся частей 152-мм армейской гаубицы МЛ-20 (обр. 1937 г.).
Существенно увеличилась скорострельность в новых ус­тановках. 6 выстрелов в минуту против 3—4 выстрелов в ми­нуту у МЛ-20 были достигнуты за счет введения клинового затвора (вместо поршневого) и автоматического досылателя снарядов и устройств, обеспечивающих подачу боеприпа­сов. Чтобы уменьшить габариты башен, длину отката уменьшили с 1250 мм до 500 мм. Кстати, это дало и неболь­шой выигрыш в скорострельности.
В установке БЛ-112 механизм вертикального наведения имел только ручной привод, а механизм горизонтального наведения — электропривод. Установка БЛ-113 имела два варианта исполнения: с ручным приводом механизма гори­зонтального наведения и с электроприводом. Вертикальное наведение в обеих установках было ручное.

<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>