<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>



Учитель сказал:
- Даже если мне принесут связку сушеного мяса, я не откажусь обучить.79


8.



Учитель сказал:
- Того, кто не стремится [к достижению знания], не следует направлять [на правильный путь]. Тому, кто не испытывает трудностей в выражении своих мыслей, не следует помогать. Того, кто не в состоянии по одному углу [предмета] составить представление об остальных трех, не следует учить.


9.



Если Учитель оказывался рядом с человеком в трауре, он никогда не наедался досыта.
В тот день, когда Учитель плакал, он не пел.


10.



Учитель, обращаясь к Янь Юаню, сказал:
- Koгда [нас] используют, мы действуем; когда нас отвергают, мы удаляемся от дел. Только я и вы можем так поступать.
Цзы-лу спросил:
- Если вы поведете в бой войско, кого вы возьмете с собой?
Учитель ответил:
- Я не возьму с собой того, кто [с голыми руками] бросается на тигра, переправляется через реку, [не используя лодку], гибнет, не испытывая сожаления. Я обязательно возьму с собой того, кто в делах проявляет осторожность, тщательно все продумывает и добивается успеха.


11.



Учитель, обращаясь к Янь Юаню, сказал:
- Koгда [нас] используют, мы действуем; когда нас отвергают, мы удаляемся от дел. Только я и вы можем так поступать.


12.



Учитель [одинаково] с большим вниманием относился к приготовлениям к ритуалу жертвоприношений, войне и болезням.


13.



Учитель сказал:
- Если есть возможность добиться богатства, то ради этого я готов стать возницей. Но если нет такой возможности, то я буду следовать своим путем.80


14.



Жань Ю спросил:
- Учитель поддерживает вэйского правителя [Чу-гуна81]?
Цзы Гун ответил:
- Будет лучше, если я спрошу у него.
Войдя в дом [к Учителю], Цзы Гун спросил:
- Кто такие были Бо И и Шу Ци?
Учитель ответил:
- То были самые добродетельные люди древности.
Цзы Гун вновь спросил:
- А не сожалели ли они?
[Учитель] ответил:
- Они искали человеколюбие и обрели человеколюбие. Как они могли сожалеть?
Выйдя [от Учителя], Цзы Гун сказал:
- Учитель не поддерживает [Чу-гуна].


15.



Учитель обращался к общенародному языку, когда рассказывал о "[Книге] стихов" и "[Книге] истории", и исполнял обряды всегда на общенародном языке.


16.



Учитель сказал:
- Если бы мне прибавили несколько лет жизни, то я имел бы возможность в пятьдесят лет изучать "Книгу перемен" и, возможно, избежал бы больших ошибок.


17.



Учитель сказал:
- Есть простую пищу, пить воду, спать, подложив руку под голову, - в этом тоже есть удовольствие. Богатство и знатность, полученные нечестно, для меня подобны облакам, плывущим по небу.82


18.



Шэ-гун спросил Цзы Лу, что за человек Кун-цзы.
Цзы Лу не ответил.
Учитель сказал Цзы Лу:
- Почему ты не сказал так: "Он из тех, кто, преисполнившись решимости, не помнит о еде; в радости забывает о печали и не думает о грядущей старости"? Сказал бы это, и достаточно.


19.



Учитель сказал: "Я не родился со знаниями. Я получил их благодаря любви к древности и настойчивости в учебе".


20.



Учитель не говорил о чудесах, силе, беспорядках и духах.


21.



Учитель сказал:
- Я не родился со знаниями. Я получил их благодаря любви к древности и настойчивости в учебе.


22.



Учитель сказал:
- Небо породило добродетель во мне, что мне может сделать Хуань Туй?


23.



Учитель сказал:
- Если я иду с двумя людьми, то у них обязательно есть чему поучиться. Надо взять то хорошее, что есть у них, и следовать ему. От нехорошего же надо избавиться.


24.



Учитель учил четырем вещам: пониманию книг, моральному поведению, преданности [государю] и правдивости.


25.



Учитель сказал:
- Совершенномудрого человека мне не удалось встретить. Встретился бы благородный муж, и этого было бы достаточно.
Учитель сказал:
- Доброго человека мне не удалось встретить. Встретился бы человек, обладающий постоянством, и этого было бы достаточно. Трудно обладать постоянством тому, кто, не имея чего-либо, делает вид, что имеет; кто пуст, но притворяется, что полон; кто нищий, но выдает себя за богатого.


26.



Учитель всегда ловил рыбу удочкой и не ловил сетью; стрелял птицу летящую и не стрелял птицу сидящую.


27.



Учитель сказал:
- Есть люди, которые, ничего не зная, действуют наобум. Я не таков. Слушаю многое, выбираю лучшее и следую ему; наблюдаю многое и держу все в памяти - это и есть [способ] постижения знаний.83


28.



С жителями Хусяна очень трудно было говорить [о морали], и когда один тамошний отрок захотел встретиться [с Учителем], ученики отнеслись к этому с предубеждением.
Учитель сказал:
- Я одобряю, что он очистился, и не одобряю то, что с ним было раньше. Зачем же сейчас так относиться к нему? Если человек сам очистился и пришел, мы обязаны приветствовать это, и не следует напоминать о прошлом.


29.



Учитель сказал:
- Разве человеколюбие далеко от нас? Если я хочу быть человеколюбивым, человеколюбие приходит.


30.



Сыбай84 из Чэнь спросил, разбирается ли луский Чжао-гун в Правилах.
Кун-цзы сказал:
- Разбирается в правилах.
Когда Кун-цзы удалился, [сыбай из Чэнь], приветствуя входящего Ума Ци85, сказал:
- Я слышал, что благородный муж не [привержен традициям] дана, но, оказывается, благородный муж [привержен традициям] дана86! Правитель [Чжао-гун] взял в жены девицу из царства У, которая носит ту же фамилию [Цзи], а назвал ее У Мэнцзы. Если он разбирается в Правилах, то кто не разбирается в них?
Ума Ци сообщил об этом Учителю, который сказал:
- Как я счастлив! Если я совершу ошибку, люди непременно укажут на нее.


31.



Когда Учитель оказывался с теми, кто пел, то, если пели хорошо, он просил начать сначала, а затем присоединялся и сам.


32.



Учитель сказал:
- В учености я не уступаю другим людям. Но я не могу поступать, как благородный муж.


33.



Учитель сказал:
- Разве я смогу стать мудрецом или человеколюбивым человеком? Я всего лишь учусь без пресыщения, просвещаю без устали. Только это я и могу сказать о себе.
Гунси Хуа87сказал:
- Мы, ваши ученики, не можем научиться и этому.


34.



Учитель серьезно заболел.
Цзы-лу просил его обратиться с молитвой к духам.
Учитель спросил:
-Делается ли это?
Цзы-лу сказал:
- Делается. В молитве говорится: "Обратись с молитвой к духам неба и земли".
Учитель сказал:
- Я уже давно обращаюсь с молитвой к духам.


35.



Учитель сказал:
- Расточительность ведет к непослушанию, а бережливость - к скаредности; но лучше быть скаредным, чем непочтительным.


36.



Учитель сказал:
- Благородный муж безмятежен и спокоен, маленький человек постоянно встревожен и обеспокоен.


37.



Учитель был мягок, но строг; внушителен, но не зол; почтителен, но сдержан.




Глава VIII
"Таи Бо"


"Тай Бо..."


1.



Учитель сказал:
- Тай Бо88, о нем можно сказать, что в высшей степени добродетелен. Трижды89 отказывался от трона в Поднебесной. Народ не смог подыскать соответствующих слов, дабы прославить его.


2.



Учитель сказал:
- Почтительность без ритуала приводит к суетливости; осторожность без ритуала приводит к боязливости; смелость без ритуала приводит к смутам; прямота без ритуала приводит к грубости.
Если благородный муж должным образом относится к родственникам, в народе процветает человеколюбие. Если он не забывает о друзьях, народ не утрачивает отзывчивость.


3.



Когда Цзэн-цзы заболел, он призвал своих учеников и сказал им:
- Посмотрите на мои ноги, посмотрите на мои руки! В "[Книге] Стихов" сказано: "Будь осторожен! Будто ты на краю бездны, будто идешь ты по тонком льду". Отныне я только понял, как избежать напастей, мои ученики!


4.



Когда Цзэн-цзы90 заболел, Мэн Цзинцзы навестил его.
Цзэн-цзы сказал:
- Птицы перед смертью жалобно кричат, люди перед смертью о добре говорят. Благородный муж должен ценить в Дао-Пути91 три [принципа]:
- быть взыскательным к своим манерам, тогда можно избежать грубости и надменности;
- сохранять спокойный вид, тогда люди проникнутся доверием;
- в речах подбирать слова и тон, тогда можно избежать пошлости и ошибок.
Что касается такой мелочи, как расстановка жертвенных сосудов, то за это отвечают соответствующие чины.


5.



Цзэн-цзы сказал:
- Способный сам, он мог учиться у неспособного; обладая широкими знаниями, он мог спрашивать у незнающего; ученый, он [не боялся] выглядеть как неуч; наполненный, [не боялся] казаться пустым; получив обиду, не стремился рассчитаться - так вел себя один мой старый друг.92


6.



Цзэн-цзы сказал:
- Тот, кому можно поручить воспитание юного принца ростом в шесть чи, кому можно доверить управление [царством] размером в сто ли, кто не дрогнет в чрезвычайной ситуации - не благородный ли это муж? Да, это благородный муж.


7.



Цзэн-цзы сказал:
- Не бывает ши-книжника без широты ума и твердости духа. Его ноша - распространение человеколюбия и добродетели во всей Поднебесной - разве не тяжела она? Только смерть прерывает его путь - разве не долог он?


8.



Учитель сказал:
- Воодушевляйся "[Книгой] стихов", опирайся на Правила, совершенствуйся музыкой.


9.



Учитель сказал:
- Народ можно заставить повиноваться, но нельзя заставить понимать почему.


10.



Учитель сказал:
- Когда любят отвагу и ненавидят бедность, это может привести к бунту; когда очень ненавидят людей, лишенных человеколюбия, это также может привести к бунту.


11.



Учитель сказал:
- Пусть человек блещет талантами Чжоу-гуна, но если он заносчивый и скаредный, то остальные его качества не заслуживают внимания.


12.



Учитель сказал:
- Нелегко найти человека, который, проучившись три года, не мечтал бы получить казенное жалованье.


13.



Учитель сказал:
- В любви к учению опирайтесь на искреннюю убежденность; стойте до смерти за правильное учение. Не посещайте государство, где неспокойно; не живите в государстве, где беспорядки. Если в Поднебесной царит спокойствие, будьте на виду; если в Поднебесной нет спокойствия, скройтесь. Если государство управляется правильно, бедность и незнатность вызывают стыд. Если государство управляется неправильно, то богатство и знатность также вызывают стыд.


14.



Учитель сказал:
- Если не находишься на службе, нечего думать о государственных делах.


15.



Учитель сказал:
- Когда главный придворный музыкант [царства Лу] Чжи начинает исполнять песню и когда заканчивается ода "Крики чаек", как ласкают слух приятные звуки!


16.



Учитель сказал:
- Безрассудный и к тому же не прямой, глупый и к тому же не кроткий, неспособный и к тому же не честный - такого рода людей я просто не понимаю.


17.



Учитель сказал:
- Учитесь так, как будто вы не в состоянии достичь знаний, словно вы боитесь их потерять.


18.



Учитель сказал:
- О как велики были Шунь и Юй, владея Поднебесной они не считали ее своей.


19.



Учитель сказал:
- О как велик был Яо как правитель! О как он был велик! Только небо более велико! Яо следовал его законам. Народ не смог [даже] выразить этого в словах. О как обширна была его добродетель! О как велики были его заслуги! О как прекрасны были его установления!


20.



У Шуня было всего пять сановников, а в Поднебесной царило истинное правление.
У-ван93 сказал:
- У меня десять способных сановников.
Кун-цзы [в связи с этим] заметил:
- Трудно подобрать таланты, не так ли? Период от Тана до Юя94 богат талантами. [У чжоуского У-вана] среди сановников была одна женщина, таким образом, фактически их было девять. И хотя [чжоуский У-ван] владел двумя третями [страны], он все еще считался подданным Инь. Можно сказать, что добродетель дома Чжоу достигла высших пределов.


21.



Учитель сказал:
- Юй95! К нему у меня нет нареканий. Он ел и пил скудно, но проявлял почтительность, принося жертвы богам и духам; ходил обычно в грубой одежде, но его ритуальное одеяние было красивым; он жил в простом доме, но все силы его уходили на рытье [оросительных] каналов. Да! К Юю у меня нет нареканий!




Глава IX
"Цзы Хань"


"Учитель редко..."


1.



Учитель редко говорил о выгоде, воле неба и человеколюбии.


2.



Человек из Дасян сказал:
- Велик Кун-цзы. Его ученость огромна, но он еще не прославился.
Услышав это, Кун-цзы сказал, обращаясь к ученикам:
- Что бы мне сделать? Доказать ли искусство управления колесницей или искусство стрельбы из лука? Я покажу искусство управления колесницей.


3.



Учитель сказал:
- В соответствии с ритуалом следует делать шапки из конопли. Но теперь изготовляют из шелка. Так экономнее, и я следую этому.
В соответствии с ритуалом государя следует приветствовать у входа в залу. Но теперь приветствуют после того, как он уже вошел в залу. Это - [проявление] заносчивости. И хотя я иду против всех, я приветствую, стоя у входа в залу.96


4.



Учитель категорически воздерживался от четырех вещей: он не вдавался в пустые размышления, не был категоричен в своих суждениях, не проявлял упрямства и не думал о себе лично.


5.



Когда Учителю угрожали в Куане, он сказал:
- После смерти [чжоуского] Вэнь-вана я - тот, в ком вэнь-культура. Если бы Небо поистине хотело уничтожить вэнь-культуру, то оно не наделило бы ею меня. А коль само Небо не уничтожило ее, стоит ли бояться каких-то куанцев?


6.



Первый министр97 спросил Цзы-гуна:
- Не является ли учитель совершенномудрым? Откуда у него такие способности ко многому?
Цзы-гун ответил:
- Именно небо сделало так, что он стал совершенномудрым, и поэтому обладает большими способностями.
Учитель, услышав его, сказал:
- Первый министр знает меня. В детстве я жил бедно и поэтому научился многому такому, что не имеет никакой ценности. Но разве благородный муж должен обладать способностями ко многому? [Он] не должен уметь делать многое.
Лао98 сказал:
- Учитель говорил: "Меня не использовали [на службе], поэтому я [был вынужден кое-чему] научиться".


7.



Учитель сказал:
- Обладаю ли я знаниями? Нет, но когда низкий человек спросит меня [о чем-либо], то, [даже если я] не буду ничего знать, я смогу рассмотреть этот вопрос с двух сторон и обо всем рассказать [ему].


8.



Учитель сказал:
- Феникс не прилетает, лошадь-дракон с рисунком на спине из реки не появляется, боюсь, что все окончено.99


9.



Когда учитель видел людей в траурных одеждах или в парадных шапках и платьях или слепых, то, хотя они были и моложе его, он обязательно вставал. Если же шел мимо них, то обязательно спешил.100


10.



Янь Юань со вздохом сказал:
- Чем больше [я] всматриваюсь в учение [учителя], тем возвышеннее оно кажется; чем больше стараюсь проникнуть в него, тем тверже оно оказывается. [Я] вижу его впереди, но вдруг оно оказывается позади. Учитель шаг за шагом искусно завлекает людей, он расширяет мой ум с помощью образования, сдерживает меня посредством ритуала. Я хотел отказаться [от постижения его учения], но уже не смог; я отдал все свои силы, и кажется, что его учение находится передо мной, я хочу следовать ему, но не могу этого сделать.


11.



Когда учитель серьезно заболел, Цзы-лу заставил учеников прислуживать ему.
Когда болезнь прошла, учитель сказал:
- Ю давно занимается этим ложным делом! Претендовать на почести, оказываемые сановнику, когда я не являюсь сановником, кого я этим обманываю? Я обманываю небо! Кроме того, разве умереть на руках у подданных лучше, чем умереть на руках своих учеников? И хотя мне не будут устроены великие похороны, разве я умру посреди дороги?101


12.



Цзы-гун сказал:
- Здесь есть кусок прекрасной яшмы. Спрятать ли его в ящик или же подождать, когда за него дадут хорошую цену и продать?
Учитель сказал:
- Продать. Продать. Я жду цены.102


13.



Учитель хотел поселиться среди варваров.
Кто-то сказал:
- Там грубые нравы. Как вы можете так поступать?
Учитель ответил:
- Если благородный муж поселится там, будут ли там грубые нравы?


14.



Учитель сказал:
- Лишь после того, как я возвратился103 в Лу из Вэй, музыка была исправлена, оды и гимны были упорядочены.


15.



Учитель сказал:
- Во внешнем мире служить правителям и сановникам, дома служить отцам - старшим братьям, не сметь не усердствовать в делах похоронных и не пьянеть от вина - что из всего этого трудно для меня?


16.



Стоя на берегу реки, учитель сказал:
- Все течет так же, [как вода]. Время бежит не останавливаясь.


17.



Учитель сказал:
- Я не встречал еще человека, который любил бы добродетель так же, как красоту.


18.



Учитель сказал:
- Вот, к примеру, [заканчивая] возведение холма, я остановился, хотя и осталось насыпать одну плетушку.
Это я остановился.
- Или на ровном месте, [начиная возводить холм,] я продвинулся, хотя и высыпал всего одну плетушку.
Это я продвинулся.


19.



Учитель сказал:
- Всегда внимательным к тому, что я говорил, был, пожалуй, один Янь Хуэй.


20.



Говоря о Янь Юане, Учитель сказал:
- Как мне жаль его! Я видел, как он продвигался вперед, и никогда не видел его стоящим на месте.


21.



Учитель сказал:
- Бывает, появляются всходы, но не цветут! Бывает, цветут, но не плодоносят!


22.



Учитель сказал:
- На молодежь не следует смотреть свысока. Откуда нам знать, сравнится ли следующее поколение с нами? Но если человек к сорока-пятидесяти годам не достиг ничего путного, то он не заслуживает уважения.


23.



Учитель сказал:
- Можно ли не принимать справедливые советы? Но они ценны только тогда, когда сам исправляешься. Можно ли не радоваться желанным словам? Но они ценны только тогда, когда сам задумываешься над ними. Однако если человек радуется, но не задумывается, принимает [советы], но не исправляется, с таким человеком я ничего не могу поделать.


24.



Учитель сказал:
- Стремись к верности и искренности; не дружи с тем, кто тебе не ровня; не бойся исправлять ошибки.


25.



Учитель сказал:
- Можно лишить власти командующего войском, но нельзя заставить простолюдинов изменить свои намерения.


26.



Учитель сказал:
- В рваном халате на старой вате может не стыдиться стоять рядом с одетым в лисью или енотовую шубу, пожалуй, только Чжун Ю! В "[Книге] стихов" говорится: "Не завидует, не заискивает, разве не может он быть добрым?"
Цзы Лу постоянно повторял этот стих, и Учитель сказал:
- Это в порядке вещей, стоит ли за это хвалить?


27.



Учитель сказал:
- С наступлением холодной зимы узнаешь, что сосна и кипарис последними теряют свой убор.104


28.



Учитель сказал:
- Мудрый не испытывает сомнений, человеколюбивый не испытывает печали, смелый не испытывает страха.


29.



Учитель сказал:
- С человеком, с которым можно вместе учиться, нельзя вместе стремиться к достижению правильного пути. С человеком, с которым можно вместе стремиться к достижению правильного пути, нельзя вместе утвердиться [на этом пути]. С человеком, с которым можно вместе утвердиться [на правильном пути], нельзя вместе действовать сообразно обстоятельствам.


30.




Колышатся и шепчут цветы груши.
Разве я не думаю о тебе?
Ведь дом так далек.


Учитель, [услышав эту песню], сказал:
- Не думает? Если б думал, то и даль бы ничего не значила!




Глава X
"Кун цзы"


"В родном дане..."


1.



В родном дане Кун-цзы не был многословным, хотя и казался простодушным, а в главном храме [государя] и при дворе был красноречив, хотя и краток.


2.



[Кун-цзы] при дворе [в ожидании выхода правителя], если разговаривал с низшими сановниками, был мягок и любезен, а если беседовал с высшими сановниками - вежлив и прям. Когда правитель выходил, он выказывал благоговение, но держался с достоинством.


3.



Когда государь поручал ему принимать гостей из других царств, то лицо его как будто преображалось и походка менялась. Когда он в знак приветствия подавал руки стоящим слева и справа, то платье его спереди и сзади казалось расправленным. Когда он спешил навстречу [гостям], то был похож на птицу с распростертыми крыльями. Когда посланники удалялись, он докладывал всегда правителю: "Посланники ушли и назад не оглядывались".


4.



Когда [Кун-цзы] входил в дворцовые ворота, то пригибался, будто боялся, что не пройдет. Посредине ворот не останавливался и проходил, не наступая на порог. Когда подходил к престолу правителя, лицо его преображалось, колени подгибались и слов ему будто не хватало. Поднимался в зал, подбирая полы одежды, пригнувшись и затаив дыхание, словно не дышал. А когда выходил из зала и спускался на одну ступень, на вид был уже ровным и спокойным. Спускался вниз быстро, как на крыльях. Когда возвращался на свое место, казался умиротворенным.


5.



[Кун-цзы] нес нефритовую табличку105 так, будто кланялся, будто не мог удержать ее. То поднимал ее высоко, словно приветствовал, то опускал вниз, словно делал подношение. Выражение лица его постоянно менялось, он шел мелкими шажками, не отрывая ног от пола. При поднесении подарков он был сдержан, после церемонии в частной беседе был весел.


6.



Конфуций не оторачивал своего воротника темно-красной или коричневой материей. Не употреблял на домашнее платье материи красного или фиолетового цветов [как цветов промежуточных, более идущих женскому полу]. В летние жары у него был однорядный халат из тонкого или грубого травяного полотна, который при выходе из дому он непременно накидывал поверх исподнего платья, [чтобы не просвечивало тело]. Поверх нагольной шубы из черного барана он надевал однорядку, поверх пыжиковой - белую, а поверх лисьей - желтую. Меховой халат длинный (для теплоты), с коротким правым рукавом (для удобства в работе). Во время поста он непременно имел спальное платье длиною в 1 1/2 роста [для прикрытия ног]. В домашней жизни он употреблял пушистые лисьи и енотовые меха. По окончании траура он носил [на поясе] всевозможные привески. Если это было не парадное платье [для представления ко двору и жертвоприношений, которое делалось из прямых полотнищ с оборками вокруг поясницы - юпка], то оно непременно скашивалось вверху. Барашковая шуба и черная шапка не употреблялись при визитах с выражением соболезнования. Первого числа каждого месяца он непременно одевался в парадное платье и являлся ко двору.


7.



Во время поста [Кун-цзы] всегда надевал чистое платье из простого полотна, ел другую пищу106, всегда покидал комнату107, где обычно спал.


8.



Если каша была не из отборного обрушенного зерна, если мясо было нарезано не достаточно мелко, если каша от долгого хранения прогоркла, ничего этого он не ел. Испортившуюся рыбу и протухшее мясо не ел. Продукты, имевшие дурной вид и запах, не ел. Плохо сваренное не ел, несвежее не ел. Неправильно разделанное мясо не ел. Если не было соответствующей приправы, не ел. Хотя бы мяса было и много, не ел его больше, чем риса. Только в вине не ограничивал себя, но не пил допьяна. Вина и мяса, купленного на рынке, не употреблял. От имбиря никогда не отказывался. [Обычно] ел немного.
При жертвоприношениях в храме правителя не допускал, чтобы жертвенное мясо [главного животного] оставалось на второй день. Жертвенное мясо [других животных] не должно было лежать более трех дней. Еслионо пролежало три дня, то не ел.
Во время еды он не вступал в беседу, во время сна не говорил.
Хотя бы пища его состояла из простой каши или овощного супа, он непременно отделял немного для жертвоприношений и делал это с большим благоговением.


9.



Если циновка была постлана неправильно, он не садился.


10.



Когда жители [его] общины108 собирались на церемонию распития вина, он вставал лишь после того, как выйдут старики.
Когда жители [его] общины изгоняли злых духов109, то он в парадной одежде стоял на восточной части крыльца.


11.



Если он посылал кого-либо в другое царство с поручением, то дважды кланялся посланнику110 и лишь потом отпускал его.
Когда Канцзы111 преподнес лекарство, [Учитель] с поклоном принял его, сказав: "Я еще не разобрался, что это за лекарство, поэтому не смею опробовать".


12.



Сгорела конюшня.
[Учитель], только что вернувшийся из дворца, спросил:
- Люди не пострадали?
И не спросил о лошадях.


13.



Когда правитель жаловал его кушаньем, то он всегда сначала pacnpaвлял циновку и тотчас отведывал его. Когда правитель жаловал сырым мясом, то всегда отваривал его и прежде подносил предкам. Когда правитель жаловал живой скот, то всегда откармливал его. На трапезе у правителя, дождавшись, когда тот принесет жертву предкам, первым начинал есть.112
[Кун-цзы] заболел, и правитель пришел проведать его. [Кун-цзы] отвернул голову от востока113, накрылся парадной одеждой и поверх перекинул пояс.
Когда правитель повелевал прибыть [во дворец], Кун-цзы, не дожидаясь, пока заложат повозку, отправлялся пешком.


14.



Войдя в Великий храм, он расспрашивал о каждой мелочи.


15.



Когда умер друг и некому было похоронить его, он сказал:
- Я похороню.
Принимая подарки друзей, будь то повозка или лошади, но не жертвенное мясо, сам не кланялся.


16.



Когда он спал, то не лежал, как мертвый; когда был дома, то не сидел, как при гостях.
Когда [Кун-цзы] встречал человека в траурном одеянии, хотя бы и давнего знакомца, он всегда принимал [скорбный] вид. Когда встречал кого-либо в церемониальной шапке или слепого, как бы часто ни видел их, всякий раз был почтителен. Когда сидя в повозке, встречал одетого в траур, то отвешивал поклон, опершись на поручни. Когда встречал людей, несущих государственные подворные списки населения, был так же почтителен к ним. Когда видел щедро накрытый стол, всегда вставал с выражением почтения на лице. Во время грозы и бури он всегда менялся в лице.


17.



[Кун-цзы] поднимался на повозку, держа прямо спину и ухватившись за веревочные поручни. Сидя в повозке, назад не смотрел, быстро не говорил и распоряжений не давал.


18.



Поднимаясь как-то в повозке по горной дороге, увидел фазанов. [Кун-цзы] изменился в лице. Фазаны взлетели, сделали круг и сели вместе.
[Кун-цзы] сказал:
- Эти фазаны знают свое время, знают свое время!
Цзы Лу хлопнул в ладоши, они поднялись и улетели.114




Глава XI
"Сянь Цзинь"


"Сначала изучали..."


1.



Учитель сказал:
- В отношении ритуала и музыки наши предки были неискушенными людьми, потомки же являются благородными мужами. Если я буду применять их, я последую за предками.115


2.



Учитель сказал:
- Из сопровождавших меня в Чэнь и Цай никто уже не входит в [мои] ворота. Среди учеников самыми способными в осуществлении добродетели были Янь Юань, Минь Цзыцянь, Жань Боню, Чжун Гун; в умении вести диалог - Цзай Во, Цзы Гун; в государственных делах - Жань Ю, Цзи Лу; в вопросах вэнь-культуры - Цзы Ю и Цзы Ся".


3.



Среди учеников Кун-цзы самыми выдающимися в делах практической морали были Янь Юань, Минь Цзы-пянь, Жань Бо-ню, Чжун-гун116; в умении говорить - Цзай Во, Цзы-гун; в делах политики - Жань Ю, Цзы-лу; в литературе - Цзы-ю, Цзы-ся.


4.



Учитель сказал:
- Минь Цзыцянь воистину почитает родителей! Другие люди отзываются о нем так же, как его родители и братья.


5.



Нань Жун постоянно повторял слова о белой яшме.117
Учитель отдал ему в жены дочь старшего брата.


6.



Цзи Канцзы спросил:
- Кто из ваших учеников больше всех любил учиться?
Учитель ответил:
- Янь Хуэй больше всех любил учиться. К несчастью, жизнь его была коротка, он скончался. Ныне таких уж нет.


7.



Когда Янь Юань умер, [его отец] Янь Лу просил у Учителя повозку, чтобы, продав ее, приобрести саркофаг [для гроба].
Учитель сказал:
- Каждый заботится о своем сыне, талантлив он или нет. Когда мой сын умер, его похоронили в гробу без саркофага. Я не могу из-за саркофага ходить пешком, ибо я - дафу 118 и мне не подобает ходить пешком.


8.



Янь Юань умер.
Учитель воскликнул:
- О! Небо хочет моей погибели! Небо хочет моей погибели!


9.



Когда Янь Юань умер, Учитель безутешно оплакивал [его].
Сопровождавшие его сказали:
- Учитель горюет безутешно!
Он сказал:
- Безутешно? Горе мое безутешно об этом человеке, и больше ни о ком!


10.



Когда Янь Юань умер, ученики хотели устроить пышные похороны.
Учитель сказал:
- Нельзя.
Но ученики [все же] пышно похоронили его.
Учитель сказал:
- Хуэй! Ты относился ко мне как к отцу, а я не смог отнестись к тебе как к сыну. Это не я, а ученики так [поступили]!


11.



Цзы-лу спросил о том, как служить духам.
Учитель ответил:
- Не научившись служить людям, можно ли служить духам?
[Цзы-лу добавил:]
- Я осмелюсь узнать, что такое смерть.
[Учитель] ответил:
- Не зная, что такое жизнь, можно ли знать смерть?


12.



Находясь рядом с Учителем, Минь Цзыцянь выглядел приветливым и строгим, Цзы Лу - стойким и воинственным, Жань Ю и Цзы Гун - любезными и довольными.
Учителю это нравилось, и [он] сказал:
- Что касается Цзы Лу, боюсь, что он умрет не своей смертью.119


13.



Жители Лу решили перестроить сокровищницу Чанфу.
Минь Цзыцянь спросил:
- А что если все оставить по-старому? Зачем надо перестраивать?
Учитель сказал [о нем]:
- Этот человек не разговорчив, но если говорит, всегда попадает в точку.


14.



Учитель сказал:
- Почему Ю исполняет [эту песню] на сэ у моих дверей?
Ученики после этих слов стали непочтительны к Цзы Лу.
Учитель сказал:
- Ю в учебе достиг немалого, но он еще не достиг всей премудрости.


15.



Цзы-гун спросил:
- Кто лучше: Цзы-чжан или Цзы-ся?
Учитель ответил:
- Цзы-чжан допускает крайности, Цзы-ся не успевает осуществлять.
Цзы-гун сказал:
- Значит, Цзы-чжан лучше.
Учитель сказал:
- Допускать крайности так же плохо, как и не успевать осуществлять.


16.



Цзи-ши120 был богаче Чжоу-гуна, но Цю собирал для него еще и увеличивал его состояние.
Учитель сказал:
- Это не мой ученик! Вы можете с громкими криками обрушиться на него!


17.



Чай - прост, Шань - несообразителен, Ши - скрытен, Ю - негибок121.


18.



Учитель сказал:
- Мораль Хуэя близка к совершенству, но он часто бедствует. Сы нарушил волю [неба], богатеет, однако его суждения точны.


19.



Цзы Чжан спросил, что представляет собой Дао-Путь доброго человека.
Учитель ответил:
- Он не следует проторенной тропой, но ему трудно достичь знаний высшей степени.122


20.



Учитель спросил:
- Как можно считать благородным мужем того, кто превозносит [чужие] суждения? А может, он только притворяется?


21.



Цзы Лу спросил:
- Когда услышу о деле, которое надо исполнить, следует ли мне немедленно исполнять?
Учитель ответил:
- У тебя живы отец и старшие братья, как же можно тебе немедленно исполнять то, что услышишь?
Жань Ю спросил:
- Когда услышу о деле, которое надо исполнить, следует ли мне немедленно исполнять?
Учитель ответил:
- Как услышишь, тут же исполняй.
Тогда Гунси Хуа спросил:
- Когда Ю задал вопрос, Вы ему сказали, что еще живы отец и старшие братья. Когда же Цю задал вопрос. Вы ему сказали, чтобы он исполнял, как только услышит. Я в недоумении и прошу разъяснений.
Учитель ответил:
- Цю трусоват, поэтому я его подбадриваю, а у Ю храбрости на двоих, поэтому я его сдерживаю.123


22.



Когда Учителю угрожали в Куане, Янь Юань отстал [от него].
Учитель сказал [впоследствии]:
- Я считал тебя умершим.
- Пока Учитель жив, как Хуэй может умереть? - услышал он в ответ.


23.



Цзи Цзы-жань124 спросил:
- Можно ли назвать Чжун Ю и Жань Цю великими сановниками?
Учитель ответил:
- Я думал, что вы спросите меня о других людях, но вы спросили меня о Ю и Цю. Те, кто называются великими сановниками, служат государю, исходя из правильных принципов. Если они не могут так поступать, то уходят в отставку. Нынешние же Ю и Цю могут быть названы обычными сановниками.
[Цзи Цзы-жань] сказал:
- Значит, они во всем подчиняются вышестоящим?
Учитель ответил:
- Если им прикажут убить отца или государя, они не исполнят [приказа].


24.



Цзы-лу125 направил Цзы-гао в Би [в качестве] начальника уезда.
Учитель сказал:
- Погубили сына другого человека.
Цзы-лу сказал:
- Там есть народ и алтари духов земли и зерна, почему нужно читать книги, чтобы считаться образованным?
Учитель сказал:
- Поэтому-то я и не люблю таких, как вы, бойких на язык людей.126


25.



Цзы Лу, Цзэн Си, Жань Ю и Гунси Хуа сидели подле Учителя.
Он им сказал:
- Не смотрите, что я старше вас. Вот вы все сетуете: "Никто нас не знает", - а если бы вас узнали, с чего бы вы начали свои деяния?
Первым бросился отвечать Цзы Лу:
- [Я бы хотел] получить царство, [способное выставить] тысячу боевых колесниц, зажатое со всех сторон большими государствами, которое постоянно подвергается нападениям вражеских армий извне, а внутри, [в самом царстве, люди] страдают от голода. Я за три года добился бы, чтобы [народ] проникся мужеством и осознал, что такое мораль и справедливость.
Учитель в ответ лишь усмехнулся.
- Цю! А ты с чего бы начал?
- [Я бы хотел] получить землю в 60...70 ли , а то и в 50...60 ли . Я бы за три года привел народ к достатку. Что же до ритуала и музыки, то стал бы ждать, когда появится благородный муж.
- Ну а ты, Чи, с чего бы начал? - спросил Учитель.
- Нельзя сказать, чтобы я отличался большим умением. Поэтому хочу еще поучиться, дабы во время церемоний в храме предков и при приемах чужих правителей, облачившись в ритуальные одежды, быть младшим помощником.
- Ну а ты, Дянь, с чего начнешь? - спросил Учитель.
Когда замолкли звуки лютни, на которой он играл, Цзэн Си поднялся и ответил:
- Моя мечта отлична от всех высказанных.
- А что в этом плохого, ведь каждый высказывает свою мечту, - ответил Учитель.
- В конце весны, в третьем месяце, когда все уже носят легкие одежды, в компании пяти-шести юношей и шести-семи отроков [я бы хотел] искупаться в водах реки И, испытать силу ветра у алтаря дождя и, распевая песни, возвратиться.
Учитель глубоко вздохнул и произнес:
- Я хочу быть вместе с Дянем!
Трое учеников удалились. Цзэн Си был последним. Он спросил:
- Как Вам понравились их речи?
Учитель ответил:
- Каждый из них лишь поделился своей мечтой.
- Почему же Вы усмехнулись, когда говорил Ю?
- Государством управляют с помощью ритуала, в его же речи не было уступчивости. Поэтому я и усмехнулся, - ответил Учитель.
- А разве Цю говорил не об управлении государством?
- Где это ты видел, чтобы территория в 60...70 или 50...60 ли не была государством? - ответил Учитель.
- Но разве и Чи говорил не об управлении государством?
- Храм предков и приемы при дворе - разве это не государственные дела? Если бы Чи стал младшим помощником, то кто бы стал старшим помощником?




Глава XII
"Янь Юань"


"Янь Юань..."


1.



Янь Юань спросил о человеколюбии.
Учитель ответил:
- Сдерживать себя, с тем чтобы во всем соответствовать требованиям ритуала, - это и есть человеколюбие. Если кто-либо в течение одного дня будет сдерживать себя, с тем чтобы во всем соответствовать требованиям ритуала, все в Поднебесной назовут его человеколюбивым. Осуществление человеколюбия зависит от самого человека, разве оно зависит от других людей?
Янь Юань сказал:
- Я прошу рассказать о правилах (осуществления человеколюбия].
Учитель ответил:
- На то, что не соответствует ритуалу, нельзя смотреть; то, что не соответствует ритуалу, нельзя слушать; то, что не соответствует ритуалу, нельзя говорить; то, что не соответствует ритуалу, нельзя делать.
Янь Юань сказал:
- Хотя я и не достаточно сообразителен, буду поступать в соответствии с этими словами.


2.



Чжун-гун спросил о человеколюбии.
Учитель ответил:
- Вне своего дома относись к людям так, словно принимаешь дорогих гостей. Используй народ так, словно совершаешь важное жертвоприношение. Не делай людям того, чего не желаешь себе, и тогда и в государстве и в семье к тебе не будут чувствовать вражды.
Чжун-гун сказал:
- Хотя я недостаточно сообразителен, но буду поступать в соответствии с этими словами.


3.



Сыма Ню127 спросил о человеколюбии.
Учитель ответил:
- Человеколюбивый человек в разговоре проявляет осторожность.
[Сыма Ню] спросил:
- Тот, кто в разговоре проявляет осторожность, называется человеколюбивым?
Учитель ответил:
- Если [человек] встречает трудности в деле, то разве он не будет осторожным в разговоре?


4.



Сыма Ню спросил о благородном муже.
Учитель ответил:
- Благородный муж не печалится и не испытывает страха.
[Сыма Ню] спросил:
- Того, кто не печалится и не испытывает страха, можно назвать благородным мужем?
Учитель ответил:
- Если, взглянув на свои поступки, [видишь], что стыдиться нечего, то отчего же еще можно печалиться и испытывать страх?


5.



Сыма Ню сокрушался:
- У всех есть братья, только у меня их нет.
Цзы Ся сказал:
- Я слышал, что жизнь и смерть зависят от воли Неба, знатность и богатство - во власти Неба. Если благородный муж почтительно исполняет дела; не совершает ошибок, вежливо относится к людям и соблюдает Правила, то в пределах четырех морей ему все - братья. Зачем благородному мужу печалиться, что у него нет братьев?


6.



На вопрос Цзы Чжана, кого называют проницательным.
Учитель ответил:
- Если человек не поддается ни [умело] пущенной клевете, ни досужим вымыслам, то его можно назвать проницательным. Если не подвластен ни [умело] пущенной клевете, ни досужим вымыслам, то его можно назвать также и дальновидным.


7.



Цзы-гун спросил об управлении государством.
Учитель ответил:
- [В государстве] должно быть достаточно пищи, должно быть достаточно оружия и народ должен доверять [правителю].
Цзы-гун спросил:
- Чем прежде всего из этих трех [вещей] можно пожертвовать, если возникнет крайняя необходимость?
Учитель ответил:
- Можно отказаться от оружия.
Цзы-гун спросил:
- Чем прежде всего можно пожертвовать из [оставшихся] двух вещей, если возникнет крайняя необходимость?
Учитель ответил:
- Можно отказаться от пищи. С древних времен еще никто не мог избежать смерти. Но без доверия [народа] государство не сможет устоять.


8.



Цзи Цзычэнь сказал:
- Для благородного мужа важна его сущность, зачем ему вэнь-культура?
Цзы Гун ответил:
- К сожалению, Вы ошиблись в оценке благородного мужа, а слетевшее с языка слово не догонит и четверка коней. Сущность и вэнь-культура одинаково важны [для благородного мужа]. Сняв шерсть, шкуру барса или тигра не отличишь от голой шкуры собаки или овцы.


9.



Ай-гун обратился к Ю Жо:
- Год выдался голодный, и средств не хватает. Как быть?
Ю Жо ответил:
- Почему бы не восстановить десятину?
[Ай-гун] сказал:
- Мне даже двух десятин не хватит, на что мне одна десятина?
И услышал в ответ:
- Если у народа будет достаток, то разве может не хватать правителю? А если у народа не будет достатка, то разве может хватать правителю?


10.



Цзы Чжан спросил:
- Как приумножить добродетель и как выявить заблуждение?
Учитель ответил:
- Руководствуйся преданностью и искренностью, действуй во имя справедливости - так приумножишь добродетель. Когда любят человека, желают ему долгой жизни; когда ненавидят человека, желают его скорой смерти. Желать жизни или смерти [человека] - это и есть заблуждение. Если так будешь поступать, то ничего не добьешься, а люди назовут это глупостью.128


11.



Циский Цзин-гун129 спросил учителя об управлении государством.
Кун-цзы ответил:
- Государь должен быть государем, сановник - сановником, отец - отцом, сын - сыном.
[Цзин-]гун сказал:
- Правильно! В самом деле, если государь не будет государем, сановник - сановником, отец-отцом, сын-сыном, то, даже если у меня и будет зерно, хватит ли мне его?


12.



Учитель сказал:
- Решить судебное дело с полуслова был способен только Ю.
Он же никогда не откладывал [выполнение] обещанного.


13.



Учитель сказал:
- Я не хуже других разбираю тяжбы, но лучше бы их вовсе не стало.


14.



Цзы-чжан спросил об управлении государством.
Учитель ответил:
- Надо постоянно быть в напряжении, вести дела с чувством преданности [вышестоящим].


15.



Учитель сказал:
- Благородный муж, обладая обширными познаниями в вэнь-культуре и постоянно сдерживая себя Правилами, не в состоянии нарушить их.


16.



Учитель сказал:
- Благородный муж помогает людям свершать красивые дела и не помогает им свершать некрасивые дела. Низкий человек поступает противоположным образом.


17.



Цзи Кан-цзы спросил Кун-цзы об управлении государством.
Кун-цзы ответил:
- Управлять - значит поступать правильно. Если, управляя, вы будете поступать правильно, то кто осмелится поступать неправильно?


18.



Цзи Канцзы, обеспокоенный [размахом] воровства, спросил совета у Кун-цзы.
Кун-цзы ответил:
- Если Вы не будете алчным, то и люди даже за награду воровать не станут.


19.



Цзи Кан-цзы спросил Кун-цзы об управлении государством:
- Как вы смотрите на убийство людей, лишенных принципов, во имя приближения к этим принципам?130
Кун-цзы ответил:
- Зачем, управляя государством, убивать людей? Если вы будете стремиться к добру, то и народ будет добрым. Мораль благородного мужа [подобна] ветру; мораль низкого человека [подобна] траве. Трава наклоняется туда, куда дует ветер.


20.



Цзы Чжан спросил:
- Каким должен быть ши -книжник, чтобы его назвали выдающимся?
Учитель ответил:
- А что ты имеешь в виду под выдающимся?
Цзы Чжан сказал:
- Быть обязательно известным в государстве и быть обязательно известным в семье.
Учитель сказал:
- Это человек известный, а не выдающийся. Выдающийся же обладает природной прямотой, любит справедливость, вникает в слова людей и следит за выражением их лиц, заботится о том, чтобы быть ниже других. Такой будет обязательно выдающимся в государстве и будет обязательно выдающимся в семье. Что же касается известного, то он лишь внешне проявляет человеколюбие, а на деле не таков. Он живет, не испытывая сомнений. Такой и будет обязательно известным как в государстве, так и в семье.131


21.



Фань Чи, сопровождая Учителя на прогулке у алтаря дождя, сказал:
- Осмелюсь спросить, как возвысить добродетель, искоренить зло и не впасть в заблуждение?
Учитель ответил:
- Прекрасный вопрос! Если прежде - дело, а потом - итог, разве это не возвышение добродетели? Если нападать на зло в себе и не нападать на зло в других, разве это не искоренение зла? Если однажды в пылу гнева позабыть не только себя, но и родных, разве это не значит впасть в заблуждение?


22.



Фань Чи спросил о человеколюбии.
Учитель ответил:
- Это значит любить людей.
Фань Чи спросил о знании.
Учитель ответил:
- Это значит знать людей.
Фань Чи не понял.
Учитель сказал:
- Выдвигать людей прямых и отстранять людей лживых, и тогда лживые люди смогут стать прямыми.
Фань Чи ушел, но, встретив Цзы-ся, сказал:
- Я только что видел учителя и спросил его о знании.
Учитель сказал:
- Выдвигать людей прямых и отстранять людей лживых, и тогда лживые люди смогут стать прямыми.
- Что это значит?
Цзы-ся сказал:
- О как глубоки эти слова! Когда Шунь правил Поднебесной, из народа избирали [достойнейшего] и был выдвинут Гао-яо, а все, не обладающие человеколюбием, были отстранены. Когда Тан правил Поднебесной, из народа избирали [достойнейшего] и был выдвинут И Инь, а все люди, не обладающие человеколюбием, были отстранены.132


23.



Цзы Гун спросил о дружбе.
Учитель ответил:
- Искренне предостерегай друга, как следует наставляй его. Если не будет слушать, порви [с ним] и себя не казни.


24.



Цзэн-цзы сказал:
- Благородный муж обретает друзей благодаря вэнь-культуре и в дружбе совершенствует [свое] человеколюбие.




Глава XIII
"Цзы Лу"


"Цзы Лу..."


1.



Цзы Лу спросил о сущности правления.
Учитель ответил:
- Прежде всего будь [для народа] примером, а уж затем предоставь [ему] трудиться усердно.
[Цзы Лу] попросил пояснить, что значит [быть примером], и Учитель сказал:
- Никогда не лениться.


2.



Чжун Гун, став управляющим в [семье] Цзи, спросил о сущности правления.
Учитель ответил:
- Будь примером для тех, кто служит, прощай мелкие промахи, выдвигай талантливых.
[Чжун Гун] спросил:
- А как распознать талантливых и выдвигать их?
Учитель ответил:
- Выдвигай тех, кого знаешь. А если кого и не знаешь, то разве люди смогут их скрыть?


3.



Цзы-лу спросил:
- Вэйский правитель намеревается привлечь вас к управлению [государством]. Что вы сделаете прежде всего?
Учитель ответил:
- Необходимо начать с исправления имен.
Цзы-лу спросил:
- Вы начинаете издалека. Зачем нужно исправлять имена?
Учитель сказал:
- Как ты необразован, Ю! Благородный муж проявляет осторожность по отношению к тому, чего не знает. Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований. Если слова не имеют под собой оснований, то дела не могут осуществляться. Если дела не могут осуществляться, то ритуал и музыка не процветают. Если ритуал и музыка не процветают, наказания не применяются надлежащим образом. Если наказания не применяются надлежащим образом, народ не знает, как себя вести. Поэтому благородный муж, давая имена, должен произносить их правильно, а то, что произносит, правильно осуществлять. В словах благородного мужа не должно быть ничего неправильного.133


4.



Фань Чи просил научить его земледелию.
Учитель сказал:
- В этом я уступаю крестьянину.
[Фань Чи] просил научить его огородничеству.
Учитель сказал:
- В этом я уступаю огороднику.
Когда Фань Чи ушел, учитель сказал:

<<

стр. 2
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>