<<

стр. 22
(всего 30)

СОДЕРЖАНИЕ

>>


общество Ницше назвал «самым вульгарным временем» в
истории.
Эта взрывающая обычную логику классового противо
стояния двойственность ницшеанства в полной мере про
явилась в «Воле к власти». С одной стороны, эта книга ста
ла пламенным манифестом восстания масс, захлебывающих
ся ресентиментом, с другой — она явилась не менее страст
ным предупреждением против такого восстания. Как фа
шистские, так и либеральные интерпретаторы — за исклю
чением практически единиц — увидели в этой книге лишь
ее первую, устрашающе жестокую, ипостась и прошли мимо
ее взвинченно антитоталитарного пафоса. И в самом деле
Ницше одновременно пламенный глашатай и смертельный
враг фашизма. Фашиствующий антифашист?! Надо признать:
да, таковы структуры ницшевского мышления, продуциру
ющие исключающие друг друга посылы. Никто так глубин
но не был близок и никто так радикально не противостоял
III Рейху, как Фридрих Вильгельм Ницше. Можно только
удивляться тем расколам и безднам, который носил в себе
этот человек!
Для приспособления к своим нуждам нацизм радика
лизировал и гипертрофировал наиболее смертноносные,
ужасающие — с точки зрения современных либерально де
мократических ценностей — тенденции ницшеанства. Бы
ли использованы разнообразные интеллектуальные проце
дуры для того, чтобы канализировать энергию ницшеанства
в свое русло и овладеть им: от выборочной редактуры, со
кращения, жесткой адаптации до догматической абсолюти
зации.
В теоретическом плане решающую роль при этом сыг
рал Боймлер, назначенный фюрером заведующим кафед
рой Берлинского университета. Его книга «Ницше как фи
лософ и политик», а также осуществленное им массовое
издание «Воли к власти» (в версии 1906 года) привели к ги
пертрофии «волевластных конструкций» в ущерб другим
концептам, особенно — вечного возвращения, которое, по
мнению Боймлера, противоречит воле к власти как сути
становления. Он же прилагал немалые усилия, чтобы при
мирить индивидуалистический пафос и аристократическое
презрение Ницше к «стаду», коллективистско массовой при




nietzsche.pmd 649 22.12.2004, 0:07
Black
[650]

роде нацизма. Он подчеркивал, что движущей силой Боль
шой Политики является осуществление воли к власти, «ко
торая… взрывается не только в душе индивида, но также в
униженных классах народа»1.
Восприятию Ницше как протофашисткого идеолога и
«Воли к власти» как «библии фашизма» способствовало то,
что из всех конструкций Ницше именно концепцию воли к
власти фашисты догматически использовали в наибольшей
мере как системообразующую для своей идеологии. На это
обстоятельство проницательно указывает итальянский фи
лософ Дж. Ваттимо: «… У истоков ницшеанской доктрины
о необходимости касты господ, повелевающей кастой ра
бов, стоит метафизическое окостенение доктрины воли к
власти и вынесение за скобки проблемы освобождения,
которая… достигла своего апогея в “Заратустре”»2. Именно
метафизическая догматизация концепции воли к власти —
чего, как мы увидим дальше, так боялся Ницше — сделала
возможным фагоцитоз значительной части его идейного
ареала фашизмом. В известном смысле сам Ницше и его на
следие стали жертвой национал социализма.
Однако нацистским идеологам приходилось непрос
то. Неистовая динамика ницшеанского драйва сносила все
приспособления, с помощью которых нацизм пытался овла
деть этим идейным взрывом. Дело в том, что ницшеанство
внутренне совершенно антидогматично, во первых, пото
му что все его элементы уравновешены другими и потому
не поддаются абсолютизации, а во вторых, переоценка всех
ценностей, дух становления, пронизывающие ницшеанст
во, подрывают всякое окостенение: дух отрицания приоб
ретает тотальный характер. И, главное, в третьих, принци
пиально противоречивое, непоследовательное, оно и не да
ет охватить себя сетями однозначности, чреватой — в пре
дельном варианте — догматизацией. В истории мировой мыс
ли трудно найти другую философию, которая в силу своей
вихреобразной, раскаленной структуры была бы столь рези

1
A. Baeumler. Nietzsche als Philosoph und Politiker. Leipzig, 1931,
S. 171–172.
2
G. Vattimo. Il sojetto e la masquera. Nietzsche e il problema
di liberazione. Milano 1999, p. 369.




nietzsche.pmd 650 22.12.2004, 0:07
Black
[651. Николай Орбел «Ecce Liber»]

стентна к догматизации, то есть к однобокому охлаждению
и затвердеванию в какую то застывшую форму. Ницшеан
ство и догматическое ницшеанство соотносятся друг с дру
гом, как клокочущий вулкан и застывшая, окаменелая лава.
Ницше полностью отдавал себе отчет и в том, что его
теория — обоюдоострый меч, и в том, что его учение обре
чено на страшные посмертные судьбы, когда этот меч ока
жется в руках больших человеческих масс. В глубине своей
великой души он не мог не осознавать, что является духов
ным детонатором, влекущим морально политический взрыв
и цивилизационный обвал в небывалых в истории масшта
бах. Потому он с тем большей страстью отвергает тотали
таризм, что внутренне считает себя ответственным за под
стрекательство масс к восстанию. В апреле 1887 года он на
пишет Овербеку: «Современная Европа даже еще не подо
зревает, вокруг каких ужасных решений движется все мое
существование и к какому кругу проблем я приколот — и что
со мной готовится катастрофа, имя которой я знаю и, одна
ко не произнесу»1.
Действительно, открытия Ницше оказались постраш
нее изобретения атомного оружия. Он называл себя «рупо
ром» могущественных сил. Но при этом он и сам был такой
силой. «Кто ставит диагноз возрождения или эпохальных
перемен, тот включается в игру — как повивальная бабка,
как проводник перемен или даже претендент на инкарна
цию»2,— констатирует Слотердайк. Поэтому Ницше сам явил
собой сейсмическую волну такой силы, что она вызвала
тектонический «танец плит» на протяжении всего XX сто
летия. Но при этом он — предупреждающий пророк. Зная,
что новое входит в мир через катастрофу, он призывает нас
к мужеству. Именно мужеству переда лицом катастроф учит
нас и «Воля к власти» — странная книга, несущая благую и
одновременно предостерегающую весть.
Для меня вопрос о личной ответственности Ницше за
Освенцим (или Маркса — за ГУЛАГ) лишен всякого пози
тивного содержания. Это вопрос из серии: что бы сказал

1
KGB III, 5, S. 57–58.
2
П. Слотердайк. Мыслитель на сцене. Материализм Ницше. В кн.:
Ф. Ницше. Рождение трагедии. М. 2001, с. 581.




nietzsche.pmd 651 22.12.2004, 0:07
Black
[652]

Ницше, если бы дожил до 1944 года и Гиммлер организо
вал ему экскурсию на «фабрику смерти». Ясно, что этот воп
рос — из области философской «фикшн». Напротив, фило
софски релевантен и исторически оправдан вопрос, как
структуры мышления Ницше (и Маркса) взаимодействова
ли с реальными историческими процессами, каким образом
самые отвлеченные понятия, рожденные в головах мысли
телей маргиналов, стали лозунгами миллионов людей, под
вигнув их на героизм и/или превратив в винтики гранди
озной бюрократической машины массовых убийств. Сегод
ня наша задача понять, почему радикальные перемены, ко
торые Ницше (и Маркс) предвидели и торопили, и кото
рые в случае успеха — по их расчетам — давали шанс на сверх
человечество (эмансипацию и снятие отчуждения в терми
нах Маркса)1, обернулись катастрофой тоталитаризма. При
этом оба столь неистово призывали огромные массы людей
к самой жестокой борьбе, что их очарованию не могли не
поддаться те, кто искренне считал, что они штурмуют небо.
И нам еще предстоит понять, почему этот «штурм неба» и
в России, и в Германии оказался котлованом ада.




1
Ницшеанское понятие ресентимента, марксистская категория
отчуждения и фрейдистская концепция невроза обозначают раз
ные модусы состояния утраты человеком собственной сущности.
По видимому, будущее социальной теории связано с интеграцией
воедино этих трех концепций.




nietzsche.pmd 652 22.12.2004, 0:07
Black
[653. Николай Орбел «Ecce Liber»]

iii. не книга

1. Хронология vs Поэтика

Критики Элизабет, обвинявшие ее в фабрикации «фальшив
ки», понимали, что этого довода отнюдь не достаточно, что
бы дезавуировать эту грозную книгу. В серии многочислен
ных приемов ее развенчания филологически самым эффек
тивным способом послевоенные ницшеведы посчитали ее
разъятие на хронологически расположенные Посмертные
фрагменты.
Задолго до этого — сразу же после смерти Ницше — воз
никла дискуссия по вопросу о том, как публиковать его на
следие: как хронологический свиток или как компиляцион
ное ассорти. Об одном из таких споров упоминает Монти
нари, по словам которого в Архиве Ницше сохранилась бро
шюра Хорнеффера с требованием полностью хронологи
ческого издания, против которого Гаст сделал следующую
пометку на полях: «Публике нельзя предложить издание
подобного рода. Знатоков, которым такое издание могло бы
доставить наслаждение, слишком мало»1.
После долгих споров было принято решение компи
лировать. Однако всегда находились те, кто категорически
выступал в поддержку хронологического принципа. Этот
принцип был реализован, например, в 1920–1929 годах в
собрании сочинений в 23 х томах, опубликованных мюнхен
ским издательством «Музарион»: XVI й том, который вышел
в 1925 году под редакцием Вюрцбаха, содержал посмертные
фрагменты периода «Воли к власти».
В 30 е годы — то есть уже в период III Рейха — все гром
че становятся слышны голоса тех, кто выступал за деком
позицию «Воли к власти» и хронологическую публикацию
ее фрагментов. Так, Карл Ясперс в специальном разделе
«Пожелания будущим изданиям» своей фундаментальной
работы «Ницше. Введение в понимание его философство
вания» писал в 1936 году: «...тематический порядок, кото

1
Цит. по M. Ferraris. Storia della Volonta di Potenza. In: F. Nietzsche.
La Volonta di potenza. Milano. 2001, p. 640.




nietzsche.pmd 653 22.12.2004, 0:07
Black
[654]

рый господствует в опубликованном на сегодняшний день
наследии и призван сделать из него по возможности чита
емые тексты, большей частью должен быть упразднен. Мне
кажется, что даже отделение «Воли к власти» от наследия,
воспроизведенного в 13 м и 14 м томах [собрания сочине
ний, изданного сестрой — Н. О.], и порядок расположения
внутри этих томов не воздействует проясняющим образом.
Порядки, запланированные самим Ницше и зафиксирован
ные в соответствующих записях, должны быть опублико
ваны, но воплощать какой либо из них не следует, посколь
ку мотивы предпочтения одного из них другим принадле
жали бы в этом случае издателю, а не Ницше»1.
Так что, окидывая столетнюю историю «Воли к влас
ти» единым взглядом, приходится признать, что «револю
ция» в ницшеведении, произведенная сначала Шлехтой, а
затем Колли — Монтинари, не несла ничего нового: хроно
логический принцип был использован задолго до них.
Нет никаких сомнений в том, что самого Ницше ужас
нула бы идея хронологической публикации своих записей.
Для него это было совершенно исключено. Тот же Колли,
считая, что выдвигает убийственный аргумент против «Во
ли к власти», пишет: «Чтобы «Воля к власти» стала произ
ведением Ницше, в нее должно было быть внесено — как это
было с каждой из его опубликованных работ — художествен
ное начало. Этого не произошло, не было предпринято да
же самой предварительной попытки в этом смысле, что
подтверждается простой нумерацией материала, состав
ленной Ницше в своих тетрадях: речь идет на самом деле о
простой нумерации материала, соответствующей пагина
ции, а не «архитектурной» нумерации. Архитектурным бы
ло лишь частичное распределение отобранного материала
по четырем книгам... То есть в ней почти ничего от Ницше
— художника»2. Колли абсолютно прав: лишенный собствен
но художественного начала, текст «Воли к власти» пред
ставлял бы собой либо просто «поток сознания», либо сбор
ник афоризмов. Но с этой точки зрения еще более чудовищ

1
К. Ясперс. Ницше. Введение в понимание его философствования.
СПб., 2004. С. 622.
2
G. Colli. Ecrits sur Nietzsche. P., 1996, p. 140.




nietzsche.pmd 654 22.12.2004, 0:07
Black
[655. Николай Орбел «Ecce Liber»]

но публиковать фрагменты в хронологическом порядке. В
самом деле, Ницше монтировал свои книги афоризмов не
хронологически и даже не тематически, а ассоциативно, то
есть их компоновка была призвана не раскрыть какую то
одну монотему, но вызвать цепи ассоциаций, чтобы пред
ставить какой то предмет как часть целого. Как признавал
ся сам Ницше в письме Брандесу, «дело здесь идет о развер
нутой логике совершенно определенной философской впе
чатлительности, а не о мешанине сотни произвольно нани
занных парадоксов»1. Благодаря этой особой, художествен
ной по сути, архитектуре пространства его книг, ницшевс
кий текст превращался в произведение.
Можно, конечно, не соглашаться с составителями «Во
ли к власти» в том, как они «собрали» это произведение
(хотя они максимально старались придерживаться планов,
набросанных самим Ницше). Но как бы не относиться к
компиляторам, следует признать, что «Воля к власти» ока
залась заряжена необычайной художественной выразитель
ностью. Конечно, это заслуга самого Ницше. Созданные им
фрагменты обладают такой центростремительной силой,
что, словно под воздействием мощного гравитационного
поля, неудержимо выстраиваются в некое эстетическое
целое. В итоге перед нами не просто философский трактат,
но и художественное произведение, где собственно фило
софия возводится на уровень искусства. Фрагменты, выст
раиваясь в ассоциативные цепи, активизируют коллектив
ное бессознательное, пробуждают наше воображение. В це
лом «Воля к власти» не уступает в художественном плане
опубликованным самим автором работам. Вспомним слова
Хайдеггера: «”Воля к власти” не менее поэтична, чем “Зара
тустра”…». Подвергая «Волю к власти» хронологической де
конструкции, Колли, противореча самому себе, производит
совершенно антиницшевскую операцию: единый живой
организм оказался разложенным на совокупность безжиз
ненных, окровавленных кусков тела, словно прошедшего
через нож патологоанатома.
Хронологический порядок воспроизведения ницшев
ских текстов основан на предположении, что он точно вос

1
KGB, III, 5, S.228.




nietzsche.pmd 655 22.12.2004, 0:07
Black
[656]

создает очередность появления афоризмов. Это преклоне
ние перед хронологией исходит из того, что мышление Ниц
ше линеарно, то есть логически последовательно. Однако
ницшевское мышление — иное, оно — сферическое. Для та
кого мышления по большому счету не имеет значения оче
редность появления фрагментов. Если мы заглянем в подо
плеку «Воли к власти», то увидим, что она сконструирова
на (как, впрочем, и все опубликованные самим Ницше кни
ги) как бы в два такта. Сначала в виде афоризмов рождался
изначальный текст (текст– I). Именно благодаря афорис
тичной манере Ницше мог писать всегда и везде. Ему не
нужен был письменный стол, вообще ничего, кроме клоч
ка бумаги (это могли быть и квитанция от прачечной, и рас
писание движения поездов). Такая «неприхотливость» по
зволяла молниеносно записывать мысли, которые ураганом
проносились в его сознании. Его мозг словно играл с миром
в пинг понг, отражая его удары афоризмами, рассыпая их,
как рассыпаются брызги из под несущейся по прозрачной
воде колесницы. При этом совершенно разнородные смыс
ловые миры рождались в его сознании одновременно, а
отнюдь не последовательно. Огромная эмоциональная энер
гия, которой была заряжена каждая его мысль в момент
своего рождения, делала ее убедительной и властной. Но
он никогда не публиковал афоризмы так, как они приходи
ли ему в голову. Чтобы получилось философское произве
дение, их надо бы каждый раз структурировать.
И тогда наступало время сборки и монтажа (совсем как
в кинематографе) фрагментарного текста в окончатель
ный текст (текст–II). И тут Ницше претерпевал, судя по
его собственным признаниям, подлинные мучения. Пере
читывая написанное, он часто уже не ощущал в себе пре
жней энергии. Мысль словно обмякала, подобно парусу, из
которого улетучился ветер. Иногда, прочитав написанное,
он мог бы, совсем в духе Сартра (хотя здесь скорее именно
последний выражается в духе Ницше), сказать: «Не со всем,
что я пишу, я согласен». Кроме того, каждый фрагмент яв
лял собой микрокосм со своей внутренней динамикой и смы
слом, и оттого каждый из них механически не монтировал
ся в текст–II. В итоге, насколько легко и вдохновенно со
здавались афоризмы первого текста, настолько тяжко и




nietzsche.pmd 656 22.12.2004, 0:07
Black
[657. Николай Орбел «Ecce Liber»]

мучительно происходило их структурирование во второй
текст. Но только текст–II мог стать художественно закон
ченным.
Действительно, разве «Веселая наука» или «По ту сто
рону...» составлены афоризмами, которые следуют друг за
другом в хронологическом порядке?! Разве Ницше не рас
ставил их в особых ассоциативных конфигурациях, полно
стью пренебрегая тем, в какой последовательности они бы
ли написаны?! И разве нельзя допустить, что он поступил
бы точно так же с материалом «Воли к власти»?! Ответ оче
виден. Но что то помешало ему сделать это… По видимому,
если раньше Ницше тонко чувствовал момент, когда скла
дывается критическая масса афоризмов, из которой неиз
бежно «взорвется» новая книга (и тогда он останавливался
и начинал монтировать произведение), то в случае «Воли к
власти», эта критическая масса оказалась столь чудовищной,
что она «взорвала» самого автора.
Нельзя исключать того, что в какой то момент он стал
захлебываться в море фрагментов и афоризмов, уже не мог
укротить и подчинить их собственной упорядочивающей
воле. Связи и ассоциации между этим избыточным матери
алом настолько усложнились и разрослись, что возникла
потребность в He авторе, то есть появлении посторонних к
данному массиву творчества редакторов компиляторов, ко
торые были бы способны пренебречь всеохватной избыточ
ностью произведенной философом продукции, чтобы «со
брать» все ее отдельные куски в единое тело. Иными слова
ми, создать из фрагментов текст были в состоянии только
достаточно «наивные» и посторонние люди, лишенные то
тального и многослойного видения всей совокупности По
смертного. Нужны были редакторы, «не жалеющие» автор
ский текст. Я вовсе не утверждаю, что это избыточное бо
гатство стало причиной незавершенности «Воли к власти».
Но, несомненно, чрезмерность подготовительного матери
ала позволяла реализовать несколько более или менее рав
ноценных редакций будущей книги. Именно эту трудность,
своего рода «embaras de richesse»1, гипертрофировали кри
тики особенностей ницшевского мышления, попытавшись

1
затруднение от избытка возможностей (фр.)




nietzsche.pmd 657 22.12.2004, 0:07
Black
[658]

представить ее как проявление врожденной неспособнос
ти мыслителя к философскому синтезу.
С другой стороны, об одном и том же Ницше мыслил
не один раз. Он многократно возвращается к одному и тому
же вопросу, сюжету или явлению. Нередко афоризм доду
мывается, дополняется другим афоризмом, написанным на
много позже. Он вечно кружит вокруг своих любимых тем.
И темы словно кружат в танце вокруг него. В самой структу
ре его творчества, как непрестанного процесса мысли, ре
ализуется вечное возвращение, воплощенное в великом кру
говороте сюжетов и образов. В его мышлении эти сюжеты
переплетались в единые комплексы. Он мыслил, если так
можно выразиться, разом. Вот почему излагать свои мысли
последовательно было для него очень сложно. Поэтому идея
хронологического размещения его афоризмов выхолащи
вает сам дух его мышления, в котором (в отличие от логи
чески последовательного текста) время не существует.
К тому же практически невозможно уставить точный
хронологический порядок фрагментов, поскольку Ницше
заполнял свои тетради с двух концов и имел обыкновение
вновь обращаться спустя какое то время к тем из них, в ко
торых еще оставалось место. Поэтому любое хронологиче
ское воспроизведение оборачивается хаосом, и только мон
таж афоризмов в ансамбли позволял сотворить из них под
линный космос. Именно поэтому хронологический прин
цип в случае Ницше при всей своей кажущейся филологи
ческой оправданности не дает никаких оснований для луч
шего или более правильного понимания философа. В целом
полезные исторически и текстологически, публикации
Шлехты и Колли — Монтинари вопиющим образом проти
воречат подлинной полифонической, интегральной приро
де ницшевского мышления. Имея в виду как раз издание
Колли–Монтинари, Хайдеггер указывает на его «двусмыс
ленность и противоречивость», подчеркивает, что оно вдох
новляется принципом всеохватности и отражает скорее дух
XIX в.1 Этот крупнейший знаток Ницше, всю свою жизнь
философствовавший с ним в «заочном» тандеме, считал, что
такое дотошное вскрытие тела ницшевской мысли предназ

1
M. Heidegger. Nietzsche. P. 1998, t. I, p.18–19.




nietzsche.pmd 658 22.12.2004, 0:07
Black
[659. Николай Орбел «Ecce Liber»]

начено для ненасытной публики, но не для выявления глу
бинного философского смысла.
Обосновывая правомерность разложения «Воли к вла
сти», деконструкторы утверждают, что именно это дает воз
можность пробиться к аутентичной мысли Ницше. Но с этим
также нельзя согласиться. Сама постановка вопроса об аутен
тичной ницшевской мысли кажется по меньшей мере спор
ной. Ведь готовя свои спонтанные фрагменты к публика
ции, Ницше выступал уже как собственный редактор, ко
торый осуществлял в какой то мере самоцензуру. И мы не
можем знать, где же подлинный, аутентичный Ницше: ког
да он спонтанно, из глубин своего существа творит афориз
мы, или же когда сознательно редактирует их и структури
рует в целостную книгу? В обоих случаях ставить вопрос об
«аутентичном Ницше» совершенно неправомерно.
По сути, разлагая «Волю к власти» на хронологически
расположенные фрагменты, позднейшие издатели предла
гают такую версию ницшевского текста, с которой сам Ниц
ше никогда бы не согласился. Ведь сугубо хронологический
способ подачи Посмертных фрагментов, безусловно, еще ху
же компилированной «Воли к власти», поскольку в нем на
прочь отсутствует художественный элемент, без которого
собственно нет ницшевского текста.
Я уверен, посмертную дилемму издавать фрагменты
хронологически или компилировать их в произведение
Ницше решил бы однозначно — не публиковать вообще. Не
случайно, например, его философский vis a vis в XX веке
Мишель Фуко, зная посмертную литературную судьбу свое
го предтечи, специально оговорил в своем завещании: «Ни
каких посмертных публикаций»1. Тут не может быть двух
мнений: Ницше, столь ревниво относившийся к каждой сво
ей книге, шлифовавший все свои произведения до стадии
гранок, никогда бы не опубликовал все свои «лабораторные»,
предназначенные для внутреннего пользования записи. Вряд
ли он захотел бы допустить нас к их прочтению! Но он знал
свою посмертную судьбу: XX век не мог, конечно, позволить
себе выполнить его невысказанную волю — не публиковать
его посмертное наследие.

1
M. Foucault. Dits et Escrits. P, 2001, t. I, p. 90.




nietzsche.pmd 659 22.12.2004, 0:07
Black
[660]

Современный читатель имеет (и должен иметь) воз
можность знакомства с ницшевскими текстами во всех их
инкарнациях: ведь Посмертные фрагменты не заменяют «Во
лю к власти». И исследователю, и читателю, занятому по
исками собственного «я», и искателю духовных приключе
ний «технологичней» работать с книгой «Воля к власти»,
чем с рассыпанными афоризмами Посмертных фрагментов.


2. Мегатекст: системность vs целостность

Еще меньше выдерживает критику аргументация против
ников «Воли к власти», в соответствии с которой Ницше не
смог довести до публикации свой замысел в силу неспособ
ности мыслить системно. Именно поэтому его Hauptwerk
якобы так и остался на эмбриональной стадии.
С этим доводом также трудно согласиться. Во первых,
Ницше блестяще продемонстрировал свою способность к
системному мышлению в «Г енеалогии морали», написанной
в форме длинных цепей умозаключений и, кстати, вышед
шей из корпуса «капитального труда». А, во вторых, Ниц
ше приписывается намерение, которого у него изначально
не было, а именно: создать системный труд. Он и не думал
придавать «Воле к власти» характер «системы» в общепри
нятом смысле этого термина: логически связанного, упоря
доченного изложения, построенного на цепях умозаключе
ний. Известно, с каким сарказмом относился сам Ницше к
такого рода системности. «В течение десятилетий европей
ские мыслители только о том и думали, как бы доказать что
нибудь — нынче, напротив, для нас подозрителен всякий
мыслитель, который “хочет нечто доказать”»1. Когда Ниц
ше сам говорит о желании создать свой «главный труд», то
он видит его не более системным, чем, например, «По ту
сторону добра и зла» или «Сумерки идолов». Неудивитель
но, что авторы компиляционной «Воли к власти» «пропус
тили» фрагмент, в котором Ницше предостерегает всех, и
в том числе самого себя, против рецидивов систематиза
торского мышления: «Я не доверяю любым систематикам

1
Ф. Ницше, Т. II, с. 309.




nietzsche.pmd 660 22.12.2004, 0:07
Black
[661. Николай Орбел «Ecce Liber»]

и стараюсь держаться от них подальше. Воля к системе, по
крайней мере для мыслителя, есть нечто компрометирую
щее, форма безнравственности... Быть может, заглянув в
подоплеку этой книги, кто то догадается, какого именно
систематика сама она с трудом избегает, — меня самого...»1.
Миф о том, что Ницше готовил системный труд, ско
рее создан сестрой, которая стремилась тем самым оправ
дать собственную компиляцию и представить ее как глав
ный философский труд — в отличие от разорванно фрагмен
тарных книг, опубликованных самим философом. Ей (как,
впрочем, и многим ницшеведам) казалось, что если во всех
других книгах Ницше такой общеструктурирующий прин
цип отсутствует, то в случае «Воли к власти» системность
может быть достигнута, если использовать в качестве сис
темообразующей саму идею воли к власти.
Несомненно, воля к власти — одна из самых сложных
идей в истории мировой мысли. У Колли были все основа
ния однажды восколикнуть: «Подумать только, целый век
мы бьемся над тем, чтобы проникнуть в магическую фор
мулу воли к власти…»2. Пожалуй, ни один из концептов Ниц
ше не подвергся такому каскаду толкований, как воля к вла
сти… Сущность бытия и базовый принцип полагания цен
ностей (М. Хайдеггер), иррациональный инструмент раз
рушения разума (Д. Лукач), творящая и одаривающая сила
(Ж. Делез), сущность дионисийского оргиастического энту
зиазма (Вяч. Иванов), глубинное содержание национал со
циалистической революции (А. Боймлер), биологически
расовая сила (А. Розенберг), выражение глубинных влече
ний коллективного бессознательного (К. Г. Юнг), автотера
певтическая рецептура от упадка сил (П. Слотердайк)…
Не будем множить этот ряд интерпретаций. На мой
взгляд, нельзя подходить к воле к власти как к строгому
философскому понятию. Причина того, что многие фило
софы поддались соблазну именно такого подхода, проста:
идея воли к власти является своего рода алгоритмом всех
понятий ницшеанства:
— нигилизм — самоотрицание воли к власти;

1
KSA, Bd. 12, 9[188], Bd. 13, 11[410], 18 [4].
2
G. Colli. Ecrits sur Nietzsche. P., 1996, p. 135.




nietzsche.pmd 661 22.12.2004, 0:07
Black
[662]

— ресентимент — изнанка, паралич воли к власти, не
способность к действию, а потому вынашивание мести;
— вечное возвращение — круговорот воли к власти, ее
бесчисленные, повторяющиеся конфигурации;
— Дионис — трагический символ, утверждающий пре
избыток воли к власти;
— сверхчеловек — высший носитель воли к власти как
противоположности ресентименту и духу мести;
— большая политика — столкновение мощных воль к
власти в борьбе за господство;
— переоценка всех ценностей — операциональное при
менение воли к власти как метода обработки морали и куль
туры в целом;
— восстание рабов — попытка масс реализовать свою
волю к власти, на деле оборачивающаяся мщением сильным
со стороны слабых.
Воля к власти, несомненно, самая политически заост
ренная идея. Дж. Ваттимо отмечает: «…Ницше отождеств
ляет… волю к власти в целом с течением всей истории чело
века, который, полагая оценки и схемы интерпретации, ут
верждает себя перед лицом природы, поначалу при помощи
социальных структур, которые по необходимости влекут за
собой разделение на повелевающих и повинующихся, затем
посредством освобождения отдельных личностей через их
самостоятельное созидание символов и ценностей; и толь
ко на этой второй стадии человечеству открывается путь к
овладению собой… Воля мыслится как сущность всей про
шлой и будущей истории человека»1.
Воля к власти, как видим, — стержневая идея, которая
делает ницшеанство единым концептуальным комплексом.
Поэтому Хайдеггер с полным основанием называет «мысль
Ницше о Воле к власти его единственной мыслью. Тем самым
подразумевается, что другая мысль Ницше о Вечном возвра
щении равного является как бы частью Воли к власти»1.
Воля к власти антагонистически враждебна идее Бога,
ибо люди до сих пор свою волю заменяли «волей Божьей».
Эта характеристика делает волю к власти радикально под

1
G. Vattimo. Il sojetto et la masquera. Nietzsche et il problema della
liberazione. Milano, 1999, p. 356.




nietzsche.pmd 662 22.12.2004, 0:07
Black
[663. Николай Орбел «Ecce Liber»]

рывной идеей, поскольку она нацелена против идеи Бога
как фундаментального принципа организации нашей куль
туры. Совершенно естественно поэтому воля к власти объяв
ляется преступной и вытесняется в духовное подполье.
Однако это слишком серьезная и опасная мысль, ставящая
под удар все основания нашего уклада, чтобы мы могли по
зволить себе роскошь ее игнорировать. По видимому, прав
Хайдеггер, утверждая, что воля к власти как главная мысль
Ницше принадлежит не ему, а является его наследием, ве
личайшей тяжестью и отложенной партией, завершить ко
торую смогут лишь потомки.
Природа идеи воли к власти такова, что она не явля
ется системообразующей. Она создает целостность. Поко
ления ницшеведов, стремясь увидеть систему, не замети
ли синтеза. Рамки их понимания системности в мышлении
и изложении взламывались при столкновении с ницшеанс
кой тотализирующей метасистемностью. По сути ниспро
вергатели «Воли к власти» «попались» на афористичности
мышления Ницше, в которой они усматривали его неспо
собность долго «держать мысль», мыслить системно. Имен
но афористичность мышления оборачивалась фрагментар
ным разорванным текстом.
Надо признать, что из набора афоризмов в принципе
невозможно создать логически систематический труд, хотя
за блеском каждого афоризма скрывается громадная анали
тическая работа. Дело в том, что афоризмы, представляя
собой некие целостные фрагменты, крайне резистентны
к любым попыткам «собрать» их в логическую последова
тельность. Анализируя ницшевский способ создания текста,
американский литературовед П. де Ман пишет: «Если бы
заметки Ницше пришлось преобразовывать в логическую
последовательность», то «такое предположение само по
себе кошмарно и абсурдно…»1. Действительно, если пере
вести Ницше на связанный, логико диалектический язык
в духе, например, Гегеля, то выветрится, аннигилируется
сама суть ницшеанства. Ибо Ницше мыслит иначе. Но столь
же абсурдна идея перекомпоновать тексты Платона, Кан
та или Гегеля в ницшеанско афористическом стиле. Ибо эти

1
M. Heidegger. op. cit. p. 375.




nietzsche.pmd 663 22.12.2004, 0:07
Black
[664]

мыслители мыслили в духе старой, метафизической пара
дигмы. Но коль скоро «Бог умер», то разрушается логичес
ки построенная на идее Бога картина упорядоченного ми
роздания, ведь любой текст есть структурирование мира
природы и людей. Отныне мир — разорван и эксцентричен.
Такому миру может соответствовать только децентрализо
ванная, шизофренная книга, то воспроизводя повторы слов
но в синдроме навязчивости, то несясь в разные стороны в
бешеном ритме эйфории.
И если ницшеанский текст принципиально разорван,
не означает ли это, что он имеет дело с дискретным, фраг
ментарным миром? Что целостность этого мира реализу
ется лишь как ансамбль фрагментов? Но в таком случае, не
означает ли это, что любой другой, то есть связанный текст,
представляет собой лишь нашу иллюзию, оторванную от ми
ра?.. Ницше не только не стремится создать на духовном уров
не связанность мира, нехватка которой так травмирует че
ловеческое сознание, но, напротив, выставляет напоказ
фрагментарность, разорванность мира во всей их ужасаю
щей очевидности, что, несомненно, является еще одним
подсознательным поводом к неприятию этой «не книги».
Его текст выступает как матрица, абсолютно адекватная
неупорядоченной, вихревой природе жизни во всей тоталь
ности ее становления. Текст этот можно уподобить «качаю
щейся воде», изрытой водоворотами, подводными течени
ями, неожиданными всплесками, чреватой бурями. Этот
массив разорван и при этом... целостен. Ницше уподобля
ется самой природе: он не желает быть для своего текста
Богом, все упорядочивающим и систематизирующим. Он
хочет создавать тексты как самосоздает себя природа, у ко
торой переливаются в вечной борьбе организующие и раз
рушающие начала. У книг Ницше по существу нет ни нача
ла, ни конца, их можно, за редким исключением, читать с
любого места. Он воссоздает архаическую мощь слова древ
них, когда оно уже само по себе было громоподобным. Его
цель — взрывая традиционную оболочку книги формы, вер
нуть выцветшим словам их первозданную силу, установить
с читателем ранее невиданные, а главное — более эффек

1
П. де Ман. Аллегории чтения. Екатеринбург. 1999. С. 154–155




nietzsche.pmd 664 22.12.2004, 0:07
Black
[665. Николай Орбел «Ecce Liber»]

тивные способы коммуникации. Разрывая привычные ло
гические связи, он хочет ввергнуть читателя в аффектив
ную катастрофу и тем самым сломать ставшие уже невиди
мыми и вполне привычными путы. Поначалу кажется, что
разрозненные фрагменты и обрывки носятся в стохасти
ческом движении по безбрежному и деформированному
пространству, будто космический ветер кружит первоздан
ными элементами. Но тот, кто проникнет в ницшевскую
Вселенную, увидит, как из хаоса рождаются «танцующие
звезды», как они складываются в созвездия.
Такой текст представляет собой не линию, а сотовую
сферу. Все его части взаимосвязаны друг с другом в креп
кую сетку. Классификация по рубрикам как принцип пост
роения книги носит внешний характер по отношению к
внутренней динамике текста, который весь — тугой узел,
где прочно перевязаны все линии: от космологии до воспи
тания, от критики религий до вести о новом искусстве, от
краха метафизики до идеала благородства. Здесь реализо
ван принцип фуги: все его произведения пронизывают не
сколько магистральных идей. Он осмысливает их с разных
сторон, как бы «пропевает» и «протанцовывает» каждый
раз по новому. В итоге «Воля к власти», в частности, и По
смертные фрагменты, в целом, представляют собой литера
турно философскую модель вечного возвращения. Да и как
могла быть иной книга «Воля к власти», если она адекватна
тому, что описывает. Ее дискретная, квантовая природа
больше соответствует природе нашего бытия и мышления,
чем логически последовательный «сплошной» текст. Мат
рица такой книги — не размеренные беседы прогуливаю
щихся философов, а неистовый танец дионисийских худож
ников. В этой фундаментальной черте «Воли к власти» — ее
коренное отличие практически от всех философских тек
стов (за исключением, пожалуй, лишь досократиков). Так
книги писать не принято!
Великая ирония творческого метода Ницше состоит
в том, что он мыслит целым, а выражает его фрагментами,
тогда как все мыслители метафизики от Платона до наших
современников мыслят фрагментарно, но выражают свое
мышление внешне целостным текстом. Перед нами — фи
лософский коллаж, то есть способ организации целого по




nietzsche.pmd 665 22.12.2004, 0:07
Black
[666]

средством компоновки отдельных фрагментов. По этому
поводу Ж. Делез и Ф. Гваттари отмечают: «Афоризмы Ниц
ше не опровергают линеарное единство значения только
тогда, когда отсылают к циклическому единству вечного
возвращения... Причудливая мистификация — мистифика
ция книги, тем более целостной, чем более она фрагмен
тарна»1.
При кричащей внешней бессистемности ницшеанст
во поражает своей внутренней целостностью и выверен
ностью всей идейной конструкции, крайне жесткой сцеп
кой всех его основных концепций, взаимоперетекающих
одни в другие. Наконец, самое удивительное — весь каркас
этой философии покоится на нескольких базовых идеях
стержнях, которые появились еще на заре его творчества
и определили все мышление вплоть до самого дня душев
ного коллапса.
Вот сверхкраткая выжимка ницшеанства. Крушение
трагического духа и героического Агона в античном мире,
явленные богом Дионисом, под согласованным натиском
платоновской метафизики и христианской морали. Дионис
растерзан титанами и больше не воскресает. Его воскреше
ние заменено ожиданием второго пришествия Христа. Воз
никают духовно религиозные и моральные образования,
порожденные ресентиментом рабов и нацеленные на смяг
чение этого болезненного состояния.
25 веков господства противоестественных ценностей,
калечащих человека, превратили его из благородного суще
ства в стадное, одомашненное, больное животное. Однако,
в конце концов, природное начало пробивает себе дорогу.
Наступает кризис старых механизмов снятия ресентимен
та, который отныне не в силах остановить «Плато Христос».
«Бог умирает»: повсеместно утверждаются настроения ни
гилизма, пессимизма и декаданса. Но распространение ни
гилизма — условие освобождения. Занимается новая Заря.
Заратустра начинает свою борьбу за переоценку ста
рых ценностей по ту сторону добра и зла. Формируется «боль
шая триада» метафор, обозначающих ницшеанский проект
освобождения: воля к власти, вечное возвращение, сверх

1
G. Deleuze et F. Guattari. Mille plateaux. P. 2004, p. 12–13.




nietzsche.pmd 666 22.12.2004, 0:07
Black
[667. Николай Орбел «Ecce Liber»]

человек. Грядет Великий полдень, когда солнце окажется
в зените. И в начале, и в конце этого творческого потока
стоит исполинская фигура трагического бога — Диониса.
Сам же образ этого бога, разорванного титанами и воскре
шенного гением Ницше, символизирует разорванную це
лостность ницшеанского творчества.
Вся генеалогия судьбы и творчества Ницше содержит
ся уже в его первой большой книге — «Рождение трагедии»,
этом генокоде всего ницшеанства, из которого разовьются
сквозные мегатемы его творчества. Открытие неведомого
бога — Диониса — стало тем «Большим взрывом», из которо
го родилась Вселенная его идей. Этой книгой (много лет
спустя он скажет о ней: «Сколько надо было пережить в
26 лет, чтобы написать “Рождение трагедии”») Ницше от
крывает роковой процесс развертывания своего творче
ства, призванный кульминировать в его последних текстах,
прежде всего в Посмертных фрагментах, и получить развяз
ку в ужасающем акте безумия...
Возникает ощущение, что он заранее имел сценарий
своей жизни. В принципе нет ни позднего, ни раннего, ни
срединного Ницше. Уже в самом первом своем произведе
нии он предстает как зрелый мыслитель, который знает, ку
да и за чем идет. Ницшеанство в целом поражает своим един
ством и метасистемностью. Это — единая интеллектуально
эстетическая целостность. И именно воля к власти предста
ет той магистральной, стержневой идеей, которая сбивает
хаосоподобную ницшевскую Вселенную в целостный космос.
Первым эту целостнотворную роль идеи воли к власти
отметил видный философ Яков Голосовкер1, проникший в
сокровенную связь Ницше с его книгой «Воля к власти»:
«Есть жизни, которые таят в себе миф. Их смысл в духов
ном созидании: в этом созидании воплощается и раскрыва
ется этот миф. Творения такой жизни суть только фазы,
этапы самовоплощения мифа. У такой жизни есть тема. Эта
тема сперва намечается иногда только одним словом, выра
жением, фразой... Затем тема развивается (красной нитью).
Фраза может превратиться в этюд, брошенный намек — в

1
Кстати, этот крупнейший русский переводчик германист также
считал правильным перевод заголовка книги как «Воля к мощи».




nietzsche.pmd 667 22.12.2004, 0:07
Black
[668]

явный сюжет. Так возникает мифотема. Она мелькает сре
ди иных сюжетных тем, иногда особенно отчетливо возни
кает на срывах при жизненных коллизиях. То она скользит
волной среди волн, а еще чаще скользит под волной, как
автобиографический подтекст, то она вычерчивается пред
метно, становится заглавием, лозунгом. Наконец, она воп
лощается в полное творение: возникает развитие мифоте
мы. Теперь мифотема становится целью и смыслом. Она
получает лицо, она материально живет как форма творе
ние. Она тело... Раз эта мифотема есть раскрытие мифа са
мой жизни автора, самого духа автора и некое предвидение
его судьбы, то произведение такое выступает как первооб
раз мифа его жизни.
Так, мифотема Фридриха Ницше есть миф о воле к
мощи. Этот миф проходит немало фаз образов. Через отри
цательный образ сократического человека, перевоплотив
шегося в христианина раба, через образы Сверхчеловека —
Антихриста — Заратустру — Диониса — антиморалиста — злоб
ного человека — нового Философа воплощается этот миф. И
три произведения суть три фазы этого мифа, вершинные
точки духа Ницше: 1. «Рождение трагедии из духа музыки»
(Аполлон и Дионис). 2. «Так говорил Заратустра». 3. «Воля
к мощи». Все прочее, что написал Ницше, есть прелюдии и
комментарии — до и после миф един»1. Что ж, редкий фи
лософ может похвастать такой внутренней связанностью
и целостностью своего «трудового пути».
Это идейно тематическое единство адекватно выра
жено текстологически. Ницше неоднократно свидетель
ствует, что изначально понимал все свое творчество как
единое целое. В самом деле, начиная с «Рождения...» и вплоть
до «Ecce...» мы имеем дело с одним непрерывным мегатек
стом, одной «Большой Книгой», из которой он словно вы
рывал страницы и публиковал их в виде отдельных произ
ведений. Эта отдельность не должна создавать иллюзию их
самодостаточности. Ницше художественно выстраивал не
только каждое произведение, но и так же скрупулезно и
художественно создавал весь «оркестр» своих работ в це
лом. В этом целостном комплексе мегатекста нет случайных

1
Я. Голосовкер. Засекреченный секрет. Томск, 1998. С. 17–18.




nietzsche.pmd 668 22.12.2004, 0:07
Black
[669. Николай Орбел «Ecce Liber»]

произведений: все связаны друг с другом в сложном ансам
бле, который закономерно венчает «Воля к власти».
Целостность ницшевского Мегатекста доказывается
еще и тем, что за исключением, пожалуй, лишь «Рождения
трагедии» любое из его произведений можно продолжить.
Известно, что спустя длительное время он добавлял новые
части к уже написанным работа (например, к «Веселой на
уке»), а к «Заратустре» планировал написать продолжение.
К тому же ницшевский Мегатекст как бы двоится: Ницше
писал больше, чем публиковал в виде отдельных произве
дений. Каждое из них — своего рода ядро, вокруг которого
клубится туманность неопубликованных фрагментов. Та
кой подосновой, подземной рекой, своего рода прототек
стом планктоном последнего этапа выступает весь корпус
«Воли к власти», который предстает как обширный коммен
тарий ко всему творчеству Ницше, написанный им самим.
По существу «Воля к власти» структурно — модель все
го ницшеанства. Она воспроизводит асистемную целостность
ницшевского мира. Нас сбивает с толку то, что асистемная
целостность не редуцируется к какому то единому началу.
Но Ницше хотел не системы, а целостности, хотел не сис
тематизировать элементы, а интегрировать их в целое. В
этой книге он полностью преодолел «волю к системе» и дал
нам парадоксальную философию — крайне противоречивую,
фрагментарную, раздираемую внутренними диспропорци
ями, но — поразительно целостную!


3. Сверх Ницше

Я не могу уйти от вопроса: насколько «Воля к власти» явля
ется произведением самого Ницше? Мы не можем знать, в
какой мере эта книга (какой ее держит в руках читатель)
совпадает с тем произведением, которое замышлял Ниц
ше и которое он бы реально написал, если б его не объяло
безумие. Но то, что его издатели реализовывали его наме
рение, от которого он никогда не отказывался (хотя, впро
чем, никому и не перепоручил), факт, который нельзя от
рицать. Можно, конечно, спорить, насколько аутентично
духу Ницше была скомпилирована эта книга. Например,




nietzsche.pmd 669 22.12.2004, 0:07
Black
[670]

Хайдеггер, отмечая «местами произвольный и случайный
характер отбора» фрагментов, пишет, что при их «распре
делении в книгу, существующую с 1906 года, фрагменты бы
ли помещены никоим образом не по времени их первона
чальной записи или их переработки, но по неясному и при
том не выдержанному ими самими плану издателей. В из
готовленной таким образом «книге» произвольно и нео
смысленно совмещены и переплетены ходы мысли из со
вершенно разных периодов на разных уровнях и в разных
аспектах искания. Все опубликованное в этой «книге» — дей
ствительно записи Ницше, и тем не менее он так никогда
не думал»1. Что значит «так»? И правда, как же на самом деле
думал Ницше? И тогда Хайдеггер решается реконструиро
вать аутентичную ницшевскую мысль и принимается за со
ставление своей компиляции «Воли к власти». Но терпит
неудачу: «я долго работал над новой компиляцией Ницше
«Воля к власти» в противовес той, что нам оставила сестра
Ницше Элизабет Ферстер; и сегодня утром я уничтожил все
мои записи»2. Вряд ли Хайдеггеру было важно дезавуиро
вать известную версию «Воли к власти» для того, чтобы
обосновать свою версию. Монтинари же приводит эти сло
ва в подтверждение своей позиции, дескать, даже Хайдег
гер не смог и не захотел создать свою компиляцию, чем
доказывается, что единственная и естественная форма су
ществования «Воли к власти» — хронологическая. Однако
он упускает из виду, что сам Хайдеггер всю жизнь пользо
вался компиляцией сестры, и даже рекомендовал ее своим
студентам.
Мы не знаем, отчего Хайдеггер не сумел создать свой
монтаж «Воли к власти». Не исключено, что его масштаб
ный ум позволил ему осознать, что и «так», т.е. по хайдегге
ровски, Ницше также не думал. Или же, наоборот, Ницше
мог думать и «так», и одновременно еще совершенно ина

1
М.Хайдеггер. Время и бытие. М. 1993, с. 69. Отметим, что позиция
Хайдеггера по этому вопросу крайне противоречива: в лекциях
о Ницше он высказывает противоположную точку зрения (см.
M. Heidegger. Nietzsche. P., 1998, t. I, p. 37.)
2
Цит. по M. Montinari. «”La volonte de puissance” n’existe pas».
P., 1996, p. 187–188.




nietzsche.pmd 670 22.12.2004, 0:07
Black
[671. Николай Орбел «Ecce Liber»]

че. Что, возможно, эта многовариантность изначально при
суща ницшевскому мышлению. Вместе с тем само проник
новение Хайдеггера в ницшеанство «как завершение запад
ной метафизики» подспудно подразумевает трансфигура
цию «Воли к власти». И не является ли такой скрытой но
вой компиляцией на более фундаментальном философском
уровне его грандиозные по глубине и масштабу лекции о
Ницше 1936–1946 годов?
Конечно, «Волю к власти», каковая представлена в дан
ной книге, нельзя в полной мере считать произведением
самого Ницше. Однако в еще меньшей степени ее можно
считать книгой Элизабет и Гаста. Парадокс этого фантом
ного произведения состоит в том, что каждый отдельный
фрагмент представляет собой законченный авторский мик
ротекст, но в целом авторский текст на макроуровне отсут
ствует. Иными словами, Фридрих Ницше является автором
текстов «Воли к власти», но не является автором ее текста.
В этом отношении ненаписанная им самим книга является
базовой матрицей реальной «Воли к власти». Поэтому Ниц
ше как бы написал и... не написал эту книгу. И тем не менее
это — вполне ницшевское произведение, где самая отвле
ченная проблематика переживается как пронзительный
личный опыт. Книга поражает гипертрофированно взвин
ченным, небывалым по накалу личным отношением авто
ра к обсуждаемым проблемам. «Он навязывает свою лич
ность, отмечает Дж. Колли с восхищением, — прежде чем
мы поняли содержание того, что он говорит. Это стиль,
который нам сообщает уникум этой личности»1. Поэтому
невозможно провести границу между его текстами и лич
ностью. И дело не в том, что тексты его предельно личнос
тны, а личность — литературна. Дело в том, что, как ни у кого
из мыслителей, текст является и продуктом, и способом
жизнедеятельности самого Ницше. В итоге мы имеем не
кий целостный симбиоз текста личности, в котором оба
начала переливаются друг в друга. Это — идеальная недели
мость, в которой ликвидирована извечная противополож
ность жизни и искусства. Именно поэтому Ницше одновре
менно очаровывает и ошеломляет. Как отмечает П. Слотер

1
G. Colli. Philosophie de la distance. P., 1999, p.75.




nietzsche.pmd 671 22.12.2004, 0:07
Black
[672]

дайк, «повышенная чувствительность сегодняшних интел
лектуалов к «жесткому излучению» Ницше, наверное, име
ет своей основой то обстоятельство, что он напоминает им
об одной навязчивой идее современности: Ницше позволял
себе — пусть и дорого за это заплатив — быть художником
ученым и ученым художником. Что нас сегодня так завора
живает — так это не смелость, а самоочевидность такого ре
шения.»1. Возможно, благодаря этому все редакторы «лепи
ли» «Волю к власти» вовсе не по своему произволу, а подчи
няясь неким законам, присущим ницшевской Вселенной. В
самом теле «Воли к власти» заложены мощные силы тексту
альной самоорганизации. Мощь ницшевского дарования пе
ремалывает любые влияния и вмешательства, центростре
мительность его письма подобно гигантской центрифуге
сбивает в гомогенную целостность весь текст, каким бы воз
действиям он ни подвергался. Хотя и сегодня продолжают
ся споры, насколько филологически корректно издатели
реализовали замысел автора, избранная ими схема сборки
«Воли к власти» в целом соответствует ницшеанскому духу.
И живи Ницше в Америке в наше время, он должен был бы,
как это принято там, предварить свою книгу «благодарно
стями» в адрес сестры и друга за «неоценимую помощь, со
трудничество и советы».
Но согласился ли бы с этой книгой сам Ницше, если б
увидел ее? Не ужаснулся ли бы он ей? Он мог бы возмутить
ся тем, как «влезли» в его лабораторию сестра и самый пре
данный друг. Но при этом не мог бы не признать в ней соб
ственные тексты. Он, возможно, не принял бы способ ком
поновки своих афоризмов, предложенный его редактора
ми. Но в одном я уверен: его собственный вариант «Воли к
власти» (доведись ему сотворить его) был бы неизмеримо
брутальней и беспощадней, чем тот, который предложили
Элизабет и Гаст, даже отдаленно не способные сравниться
с Ницше в духовном радикализме и экстремизме. Действи
тельно, эта книга, отмечает младший современник Ницше
Альфред Вебер, «значительно превосходит все столь преуве
личенное, что содержится в его называемых безудержны

1
П. Слотердайк. Мыслитель на сцене. Материализм Ницше.—
В кн.: Ф. Ницше. Рождение трагедии. М. 2001, с. 567.




nietzsche.pmd 672 22.12.2004, 0:07
Black
[673. Николай Орбел «Ecce Liber»]

ми работах последних месяцев перед болезнью... Однако
произведение в целом содержит настолько единую концеп
цию, привносит такое углубление философского и принци
пиального характера в его учение и доводит, очевидно, со
вершенно намеренно, на этой основе сказанное им раньше
до последних выводов, что ее приходится считать в целом
аутентичным выражением его замысла»1. «Воля к власти»
— «теоретически самая разработанная в своих выводах ра
бота. Следовало бы принципиально различать две стороны:
то, что можно считать абсолютным в Ницше и его творче
стве, и то, что относится к условиям времени, является
интерпретацией времени»2. Конечно, компиляторы испы
тывали на себе воздействие грозовой эпохи кануна Первой
мировой войны и межимпериалистического соперниче
ства, что, на мой взгляд, только добавило «Воли к власти»
жизненности и актуальности. Это только внешне кажется,
будто сам Ницше творил свои книги в вакууме. На самом
деле он, «добрый европеец» (как он сам называл себя), при
стально следил за гибельным развитием событий в Европе.
Я убежден, авторская версия дала бы еще больше оснований
для обвинений Ницше в протофашизме. А ведь «беспощад
ная жестокость» этой книги и есть один из главных аргумен
тов ее неприятия.
В целом, несмотря на все редакторские воздействия,
в «компилированной» «Воле к власти» властно проявляет
ся личность автора — Фридриха Ницше. Именно его лич
ность, а не личности Петера Гаста, братьев Хорнефферов
или Элизабет Фестер Ницше, «прочитывается» и развора
чивается в пространстве всего текста. Эта книга в полной
мере соответствует литературному канону Ницше. Она впол
не соотносится с другими его произведениями и формиру
ет с ними единый ансамблевый комплекс, в котором, взаи
модействуя, все произведения как бы проясняют друг дру
га. В этом ансамбле «Воля к власти» играет особую роль: это
тот предел, до которого прорвалась ницшевская мысль.
Уступая в степени готовности последним работам —
«Антихристу» и «Ecce Homo», «Воля к власти» все же пред

1
А. Вебер. Кризис европейской культуры. СПб, 1999. С. 472.
2
Там же. С. 486.




nietzsche.pmd 673 22.12.2004, 0:07
Black
[674]

ставляет собой большее, нежели авторский замысел. По
своему «произведенческому статусу» она выходит за рамки
чернового материала, приближаясь к первоначальной ре
дакции. И хотя в целом этот текст носит рабочий характер,
он часто разрывается совершенно готовыми кусками, безу
коризненными фрагментами необычайной красоты и за
вершенности.
«Воля к власти» существует на самой грани литерату
ры, на краю ее пространства, где, собственно, начинается
не текст. За месяц до прыжка в безумие Ницше скажет об
«Ecce Homo» слова, еще более применимые к «Воле к влас
ти»: «Она до такой степени выходит за рамки понятия «ли
тература», что по сути даже в самой природе отсутствует
сравнение»1. Возникает ощущение, что эта книга призрак
словно уходит, переливается за пределы края собственно
текста. Ее можно уподобить скульптуре, лишь наполовину
вытесанной из первоначального материала, а наполовину
так и оставшейся природным камнем глыбой. В корпусе этой
«субкниги» Ницше реанимирует архаический опыт мышле
ния письма, когда собственно письмо не выделилось еще в
особую духовную практику. Ницше словно стремится за
гнать письмо назад, в единую духовно практическую дея
тельность.
К «Воле к власти» в большей мере применим подзаго
ловок «Заратустры» — «Книга для всех и ни для кого». «Ни
для кого» — потому что Ницше так и не написал ее. «Для
всех» — потому что он создал в высшей степени творческий
материал, чтение которого дает всем, кто захочет, возмож
ность воссоздавать эту книгу на собственный лад. «Воля к
власти» оказывается одновременно везде и нигде. Везде —
потому что она текстуально присутствует во всем корпусе
Посмертных фрагментов. Нигде — потому что отсутствует как
реализованный авторский замысел. Это книга, которая есть
и которой в то же время нет. Она одновременно принадле
жит и не принадлежит Ницше. И тем не менее его имя не
разрывно связано с этой книгой, и в сознании всей пост
ницшевской эпохи именно он является ее автором. Секрет
этого парадокса в том, что в силу особенностей собствен

1
KGB, III, 5, S.513.




nietzsche.pmd 674 22.12.2004, 0:07
Black
[675. Николай Орбел «Ecce Liber»]

ной психики, раздираемой, с одной стороны чувствами ре
сентимента и нигилистическими настроениями, а с другой
— волей к освобождению, Ницше выразил настроения эпо
хи «смерти Бога», экономических и военных катастроф. Он
— и в этом секрет его огромной популярности в первой по
ловине XX века — выступил как медиум коллективных на
строений широчайших масс, первым внятно артикулируя
то, что миллионы переживали на бессознательном уровне.
Поэтому отнюдь не случайно в «Воле к власти» человечество
— прежде всего европейцы — увидело свою собственную
идентичность и свою картину мира. Появившись, эта кни
га идеально вошла в «пазы» современной культуры. Ее внут
реннее напряжение совпало с колебаниями эпохи в такой
совершенной степени, что она сдетонировала грандиозные
социальные землетрясения.
Какая то могучая сила, а не только издательский зуд
Элизабет, властно формировала мегатекст этой книги. Сам
генезис ее текстовых структур кроется в социальной дина
мике кризисной эпохи революционной ломки и мировых
войн XX века. Разорванный текст, словно река во время
ледохода со сталкивающимися друг с другом льдинами, от
ражает взорванность эпохи, когда весь старый мироуклад
взлетел на воздух. Собственно, форма «Воли к власти» есть
результат давления внетекстовой реальности на оставлен
ный Ницше первичный текстовый материал. В свою оче
редь, эта книга не только отражала историческую реаль
ность, но, будучи духовной закваской эпохи, сама начинала
оказывать мощное воздействие на социальную динамику.
Ведь история производится духовным опытом, овеществ
ленном в текстах и овладевающим широкими массами. По
этому от обвинений в том, что Ницше сыграл роль фермен
та генезиса фашизма, нельзя просто отмахнуться.
«Воля к власти» со всей очевидностью ставит нас пе
ред проблемой соотношения произведения с внетексто
вым пространством. Тексты живут в культурно политиче
ских контекстах. Они во многом их формируют, в то время
как контексты, в свою очередь, также формируют и дефор
мируют тексты. Более того, по сути текст и контекст — лишь
разные модусы единого исторического процесса. Поэтому
обвинения «Воли к власти» как текста, порождающего тота




nietzsche.pmd 675 22.12.2004, 0:07
Black
[676]

литарную реальность, далеко не лишены основания. Между
«Волей к власти» и XX столетием произошло взаимострук
турирование истории и концептуальности, реальности и
мышления, соединение текста и контекста. «Воля к власти»
представляет собой своего рода генокод прошлого и, я уве
рен, следующего столетий. Право на существование «Воли
к власти» убедительно вытекает из ее привязки к историчес
кой реальности. Именно эта глубинная связь с историчес
кой реальностью обеспечивает книге достоверность. «Воля
к власти» оказалась аналогом возвещенной Ницше эпохи и,
благодаря этому, является ключом к смыслу современной
истории. В ней этот мыслитель кризиса точно описал глубин
ные катастрофические процессы как в духовной, так и в по
литической сфере современности. В результате XX век со
здал «Волю к власти», а «Воля к власти», в свою очередь, тво
рила XX век.
Таким образом, эта отнюдь не случайная, но законо
мерная книга явилась сложным результатом взаимодейст
вия литературного наследия реального лица, философа Ниц
ше, со всем процессом мировой истории. В этом сотворче
стве редакторы и сотрудники его Архива (среди которых
были и весьма выдающиеся умы) с тем или иным успехом
осуществляли взаимную корреляцию ницшеанских идей и
эпохи мировых войн и европейских революций первой по
ловины XX века.
Я берусь утверждать, что автором компилированной
«Воли к власти» была сама эпоха, коллективный историчес
кий субъект — Сверх Ницше. Этот мыслитель сконструиро
вал такой «книготворный» материал, что буквально выну
дил свое время стать его соавтором. В XX веке эту книгу сво
ей кровью писали несколько поколений человечества. Этот
коллективный автор и есть сверх Ницше, деиндивидуали
зированная машина письма, производящая различные тек
стовые конфигурации «Воли к власти», как результат соци
альной гравитации провозглашенной им эпохи.
Пример «Воли к власти» ярко иллюстрирует тезис пост
модернистской семиотики о смерти Автора, переход от ан
тропоморфного субъекта к децентрированной, коллектив
ной сверх субъективности, своего рода авторской сверхчело
вечности. Ибо вслед за Богом умер и Автор! В итоге мы име




nietzsche.pmd 676 22.12.2004, 0:07
Black
[677. Николай Орбел «Ecce Liber»]

ем странную книгу без автора или, вернее, книгу сверх ав
тора: словно коллективная воля к власти нашей эпохи и
сотворила «Волю к власти». В самом ее тексте реализуется,
если воспользоваться выражением Юлии Кристевой, «без
личная продуктивность», которая продуцирует бесчислен
ные смысловые конфигурации, независимые от автора.
Ницше демонстрирует нам захватывающий спектакль
того, как возможно не быть автором собственной книги. Он
показывает нам, как его конструктивное саморазрушение
как автора становится моментом практической реализации
его философской программы аннигиляции субъекта декар
товского типа. Возможно, он сумел достичь этого благода
ря экстремальным экспериментам над собственным духом,
в результате которых радикально раздвинул границы сво
ей личности. До таких пределов, прорыв за которые обер
нулся безумием.
В этой деперсонализации — смерти автора «Воли к вла
сти» — реализуется, говоря словами Ролана Барта, «рожде
ние читателя», ницшеанского читателя, соучастника твор
ческого процесса. Попадая в магическое пространство этой
книги, читатель оказывается в вихревой Вселенной, где в
хаосе кружатся первобытные элементарные фрагменты,
которые способны сложиться во множество конфигураций,
компиляций, зачастую противоречащих друг другу, но все
же соответствующих духу автора. Процесс чтения такой
книги превращается в постоянную деконструкцию рекон
струкцию текста, в своего рода игру в бисер, причем отнюдь
не безобидную, играя в которую вы вдруг обнаруживаете,
что и сами стали частью этой опасной игры... Дав нам вели
кое множество примарных кирпичиков фрагментов, автор
приглашает нас «собрать» свой текст, создать свою собствен
ную Вселенную. Ницше ставит читателей перед задачей до
думывать, довоображать свои тексты. В этом — главный за
мысел его авторской стратегии. Возникает ощущение, что
он пишет вдвоем с читателем. И не таится ли тайный за
мысел Ницше в том, чтобы всякий, кто хочет прорваться к
его подлинной философии, сам взялся структурировать соб
ственную Книгу Вселенную на свой лад, сам вошел бы в
соавторы этого экстремального и бездонного мыслителя?
Действительно, «Воля к власти» предстает перед нами как




nietzsche.pmd 677 22.12.2004, 0:07
Black
[678]

переливающееся на солнце море, как безграничное поле,
где возможно бесчисленное множество вариаций и импро
визаций. И в этом смысле читать Ницше — все равно что
импровизировать и подбирать свои мелодии в этом океане
музыки. Ведь к его творчеству вполне приложимы слова,
сказанные Ницше о книге музыковеда Элерта: «По сути де
ла это музыка, случайно записанная не нотами, но словами»1.
И тогда возникло бы бесконечное множество версий «Воли
к власти».
Я убежден, что не имеет принципиального значения,
как расположены фрагменты «Воли к власти». Напротив, я
исхожу из того, что Ницше создал технологически уникаль
ную книгу конструктор. Будучи в основном виртуальной кни
гой, «Воля к власти» становится книгой феноменальной в осо
бом психическом поле целых поколений читателей: ее су
ществование как реального исторического культурного фак
та в полной мере воплощается в виде книги только благо
даря сотворчеству читателей. По сути она — прообраз бу
дущих интерактивных книг с обратной связью, когда чита
тель получает все необходимые элементы для конструиро
вания своей книги2. Сконструировав такую метакнигу в виде
рассыпанного текста, Ницше создал уникальный текстовой
продукт, наделенный мощными ресурсами самоорганиза
ции в жизнеспособное произведение. Неслучайно поэтому,
помимо новых изданий «Воли к власти», во многих странах
каждый год выходят совершенно различные компиляции
афоризмов, в основу которых закладывается то вечное воз
вращение, то дионисийское видение мира, то критика мо
рали или демократии, то весть о смерти Бога или даже ниц
шевский лексикон в целом…
Именно благодаря этой консолидации автора — чита
теля в творящую сверхличность круг идей этой книги проч

1
KGB, I, 3, S. 298.
2
Крайне интересным эспериментом могло бы стать создание ком
пьютерной программы, которая бы выявила — на основе обработ
ки опубликованных самим Ницше произведений — присущие ему
самому принципы организации текста с тем, чтобы, загрузив весь
корпус Посмертных фрагментов, получить максимально приближен
ную к ницшевскому канону конфигурацию «Воли к власти».




nietzsche.pmd 678 22.12.2004, 0:07
Black
[679. Николай Орбел «Ecce Liber»]

но вошел в духовный обиход человечества, а сама она стала
неотъемлемой частью культурного пейзажа как минувшего,
так и наступившего века. Прошедшие сто лет закрепили в
сознании целых поколений неразрывную связь Ницше с
«Волей к власти». Иначе говоря, «Воля к власти» создана
историческим Ницше, взаимодействующей совокупностью
мыслителя, его редакторов и всех читателей. Именно со
творчество читателей делает эту «не книгу» реально — и
философски, и исторически — состоявшимся произведени
ем. Причем не компиляторов, а самого Ницше.
Хайдеггер видел миссию современной немецкой (до
бавим от себя — и мировой) философии в развертывании
Посмертных фрагментов в такие текстовые конфигурации,
которые отвечали бы задачам каждой новой эпохи. Буду
щее, я уверен, востребует новые конфигурации. «Воли к
власти». Грядущие поколения несомненно, прочтут ее по
новому: «Познание у существ высшего рода выльется в но
вые формы, которые сейчас еще не нужны»1. Ницше слов
но растворился в будущем и там поджидает нас в множестве
обличий. По мере продвижения человечества дальше будут
выявляться все новые содержания ницшеанства; оно будет
приобретать смыслы, о которых мы можем лишь смутно
догадываться, либо даже не подозреваем. В лице этой ме
тафилософии мы имеем дело с уникальным случаем само
развивающейся мысли, которая обладает, наверное, огром
ной способностью к метаморфозам и динамике.




1
«Воля к власти», § 615.




nietzsche.pmd 679 22.12.2004, 0:07
Black
[680]

iv. сверх книга

<<

стр. 22
(всего 30)

СОДЕРЖАНИЕ

>>