<<

стр. 8
(всего 30)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

для правдолюбия).




nietzsche.pmd 219 22.12.2004, 0:06
Black
378. «Не лги» — требуют правдивости. Но признание фак 220
та (нежелание позволить, чтобы тебя вводили в заблужде
ние) как раз у лгунов и было всегда ярче всего выражено —
они то именно и распознали нефактический характер этой
популярной «правдивости». Постоянно говорят слишком
много или слишком мало; требование обнажать себя в каж
дом слове, которое произносится, есть наивность.
Говорят то, что думают, и правдивы только при извест
ных условиях, а именно, при предположении, что говорящий
будет понят (inter pares1) и понят благожелательно (опять
таки inter pares). Скрытность обнаруживается по отноше
нию к тем, кто нам чужд, а кто хочет чего нибудь достичь,
тот говорит то, что он хотел бы, чтобы о нем думали, но не
то, что он действительно думает. («Могучий лжет всегда»).

379. Великое нигилистическое производство фальшивой
монеты при помощи ловкого злоупотребления моральны
ми ценностями:
а) Любовь как самоотречение; точно так же — страдание.
b) Только обезличенный интеллект («философ») познает
истину («истинное бытие и сущность вещей»).
с) Гений; великие люди велики потому, что они не ищут
самих себя и своего дела; ценность человека растет по мере
того, как он отрекается от самого себя.
d) Искусство как творчество «чистого, свободного от воли
субъекта»; неправильное понимание «объективности».
е) Счастье как цель жизни; добродетель как средство к цели.
Пессимистическое осуждение жизни у Шопенгауэра
имеет моральный характер. Перенесение стадных масшта
бов в область метафизическую.
«Индивид» лишен смысла, следовательно, начало его
нужно искать в «бытии в себе» (смысл его существования
как «заблуждение»), родители — только «случайные причи
ны». Непонимание наукой индивида здесь мстит за себя —
он есть вся предыдущая жизнь в одной линии, а не ее результат.

380. 1) Принципиальная фальсификация истории, предпри
нимаемая с той целью, чтобы она могла служить доказатель
ством правильности моральной оценки:
а) падение народности и испорченность;

1
между равными (лат.).




nietzsche.pmd 220 22.12.2004, 0:06
Black
b) подъем народности и добродетель;
221
с) высшая точка развития народа («его культура»), как
следствие моральной высоты.
критика прежних высших ценностей




2) Принципиальная фальсификация великих людей, вели
ких созидателей, великих времен: хотят, чтобы вера была отли
чительным признаком великих, но в действительности ве
личие характеризуется решительностью, скептицизмом,
«безнравственностью», умением расстаться с известной ве
рой (Цезарь, Фридрих Великий, Наполеон; но также и Го
мер, Аристофан, Леонардо, Гете). Утаивают постоянно са
мое главное — «свободу воли».

381. Великая ложь в истории — будто испорченность церкви
была причиной Реформации. Она была только предлогом, са
мообманом со стороны ее агитаторов — возникали новые
мощные потребности, грубость которых очень нуждалась
в духовной мантии.

382. Шопенгауэр истолковал высокую интеллектуальность
как освобождение от воли; он не желал замечать того процесса
освобождения от моральных предрассудков, который связан
с раскрепощением великого духа, не хотел замечать типич
ной безнравственности гения; то, перед чем он единственно
преклонялся, именно моральную ценность, он произвольно
сделал условием также и высшей формы духовной деятель
ности «объективного» созерцания. И в искусстве «истина»
также обнаруживается только с устранением воли…
Во всей этой моральной идиосинкразии я вижу, как про
ходила глубоко различная оценка: более нелепого отделения
гения от мира морали и имморали я не знаю. Моральный
человек представляет собой низший и более слабый вид
сравнительно с безнравственным; более того, он со сторо
ны своей морали представляет известный тип, но только
не оригинальный тип, а копию, в лучшем случае — хорошую
копию, мера его ценности лежит вне его. Я ценю человека
по степени мощи и полноты его воли, а не по мере угасания и
ослабления этой воли; я рассматриваю философию, которая
учит отрицанию воли, как учение принижения и оклевета
ния… Я ценю силу известной воли по тому, какую меру сопро
тивления, боли, мучения она может перенести и обратить
себе на пользу; я не ставлю существованию человека в уп
рек его злого и причиняющего боль характера, а питаю на




nietzsche.pmd 221 22.12.2004, 0:06
Black
дежду, что оно когда нибудь станет еще более злым и будет 222
причинять еще больше боли.
Вершиной развития духа в представлении Шопенгауэ
ра было постижение того, что все лишено смысла, короче
говоря, постижение того, что добрый человек уже инстинк
тивно делает… Он отрицает, что могут существовать более
высокие виды интеллекта, он смотрел на свое понимание как
на nоn plus ultra1. Здесь духовность поставлена глубоко ни
же доброты; ее наивысшая ценность (например, как искус
ства) заключалась бы в способности возбудить и подгото
вить моральный переворот — абсолютное господство мораль
ных ценностей.
Наряду с Шопенгауэром я имею в виду так охарактери
зовать Канта: ничего греческого, абсолютно противоисто
рический характер (место, относящееся к Французской
революции) и моральный фанатик (гетевское замечание о
радикально злом). И у него в основе святость…
Мне нужна критика святого…
Ценность Гегеля. «Страсть».
Философия господина Спенсера как философия лавоч
ника: полное отсутствие идеала, если не считать идеала сред
него человека.
Инстинктивный принцип всех философов и психологов:
все, что есть ценного в человеке, искусстве, истории, науке,
религии, технике,— должно доказать свою моральную цен
ность, моральную обусловленность в целях, средствах и резуль
тате. Понять все в отношении к высшей ценности — пример:
вопрос Руссо относительно цивилизации: «Становится ли
человек благодаря ей лучше?» Смешной вопрос, так как про
тивоположное ясно как день и есть именно то, что говорит
в пользу цивилизации.

383. Религиозная мораль. Аффект, сильное желание, страсть
к власти, страсти любви, мести, обладания — моралисты хо
тят заглушить их, вырвать вон, «очистить» от них душу.
Логика такова: страсти часто являются источником боль
ших бед — следовательно, они дурны, предосудительны. Че
ловек должен освободиться от них — раньше он не может
быть добрым человеком…

1
и не далее, т. е. предел (лат.).




nietzsche.pmd 222 22.12.2004, 0:06
Black
Это та же самая логика, что и в правиле: «Если член твой
223
соблазняет тебя, вырви его». В том особенном случае, кото
рый имел в виду в своих советах ученикам опасный своей
критика прежних высших ценностей




непорочностью основатель христианства, т. е. в случае повы
шенного полового возбуждения, человек лишился бы, к со
жалению, не только известного члена, но и утратил всю му
жественность характера. Тоже самое относится и к безумию
моралистов, требующих вместо укрощения страстей их уда
ления с корнем. Их вывод всегда один и тот же: только че
ловек, лишенный мужественности, есть добрый человек.
Заглушить великие источники силы, эти подчас столь
опасные и прорывающиеся с такой дикой стремительнос
тью душевные потоки — вместо того, чтобы обратить себе
на службу их мощь и экономизировать последнюю — вот чего
добивается эта страшно близорукая и пагубная точка зре
ния,— точка зрения морали.

384. Преодоление аффектов? Нет — если это должно обозна
чать их ослабление и уничтожение. А заставить их служить
себе; для чего, правда, нужно их долго тиранизировать (и не
только в отдельности, а как общину, расу и т. д.). В заключе
ние им возвращают, вместе с доверием, свободу: они любят
нас как добрые слуги и добровольно идут в ту сторону, куда
направляется лучшая часть нашего «я».

385. Нетерпимость морали есть признак слабости человека
— он боится своей «неморальности», он должен отрицать
свои сильнейшие влечения, потому что он еще не умеет упо
треблять их себе на пользу. Таким образом остаются доль
ше всего необработанными плодороднейшие места земли
— отсутствует сила, которая могла бы стать здесь хозяином…

386. Существуют совершенно наивные народы и люди, ко
торые верят, что постоянно хорошая погода есть нечто же
лательное; они верят еще и теперь in rebus moralibus1, что
только «добрый человек» желателен и ничто кроме него и
что ход человеческого развития совершается именно в та
ком направлении, чтобы только он один уцелел (и только в
эту сторону должны направляться все усилия)… Такое воз

1
в делах нравственных (лат.).




nietzsche.pmd 223 22.12.2004, 0:06
Black
зрение в высшей степени неэкономно и, как уже сказано, 224
представляет верх наивности, и есть не что иное, как вы
ражение приятного ощущения, которое доставляет «добрый
человек» (он не возбуждает боязни, он позволяет освобо
диться от напряжения, он дает то, что приемлемо).
Более проницательный взгляд нашел бы желательным
как раз обратное, т. е. все большее господство злого, все воз
растающее освобождение человека от узкого и боязливого
самозашнуровывания в мораль, накопление силы, которое
бы дало возможность подчинить человеку величайшие си
лы природы — аффекты.

387. Учение о роли страстей, взятое в целом: как будто бы
только то правильно и нормально, что направляется разу
мом, в то время как страсти представляют нечто ненормаль
ное, опасное, полуживотное, и кроме того, со стороны их
цели,— не что иное, как стремление к наслаждению…
Страсть является недостойной: 1) потому что она буд
то бы только каким то незаконным способом, а не необхо
димо и постоянно — является mobile1, 2) поскольку она име
ет в виду нечто такое, что не обладает большой ценностью
— удовольствие…
Неправильное воззрение на страсти и разум, как будто
последний есть существо сам по себе, а не скорее относитель
ное состояние различных страстей и желаний; и как будто
всякая страсть не заключает в себе своей доли разума.

388. Как под давлением аскетической морали самоотречения
должны были неправильно пониматься именно аффекты люб
ви, доброты, сострадания, даже справедливости, великоду
шия, героизма.
Богатство личности, переливающая через край полно
та внутренней жизни, инстинктивное чувство благососто
яния и самоподтверждения — вот что составляет сущность
великих жертв и великой любви; сильная и божественная
самость и есть та почва, на которой вырастают эти аффек
ты, точно так же, как, несомненно, и стремление к господ
ству, расширение сферы влияния личности, внутренняя
уверенность в обладании правом на все. Противополагаемые,

1
мимолетной (лат.).




nietzsche.pmd 224 22.12.2004, 0:06
Black
с точки зрения господствующих взглядов, темпераменты
225
представляют в сущности один темперамент; а раз кто либо
не сидит достаточно прочно и бодро в своей собственной
критика прежних высших ценностей




коже, то ему нечего раздавать и он не может протянуть руку
помощи и быть защитой и посохом…
Каким образом можно было настолько перетолковать
природу этих инстинктов, что человек стал считать ценным
то, что идет вразрез с интересами его «я», что он поступа
ется своим «я» для другого «я»? О, жалкие психологические
ничтожество и ложь, господствовавшие до сих пор в учении
церкви и в зараженной церковностью философии! Если
человек насквозь грешен, то он должен себя только нена
видеть. В сущности, ему нет основания питать к своим ближ
ним другие какие либо чувства: любовь к людям нуждается
в оправдании, которое заключается в том, что она вменяет
ся в обязанность Богом.
Отсюда следует, что все естественные инстинкты че
ловека (напр., инстинкт любви и т. д.) кажутся ему сами по
себе недозволенными и, только будучи отвергнуты сначала
из послушания Богу, снова получают право на существова
ние… Паскаль, этот удивительнейший логик христианства,
не отступил даже и перед этим выводом. Достаточно вспом
нить его отношение к сестре. «Не стараться вызвать любви
к себе»,— было, как ему казалось, долгом христианина.

389. Взвесим, как дорого оплачивается такой моральный
канон («идеал»). (Его враги — кто? «Эгоисты».)
— Меланхолическая проницательность самоумаления в
Европе (Паскаль, Ларошфуко), внутреннее ослабление, по
теря мужества, самотерзание у нестадных животных;
— Постоянное подчеркивание свойств, характерных для
посредственности, как самых ценных (скромность, плечо
к плечу, способность быть орудием);
— Нечистая совесть как примесь ко всему самостоятель
ному, оригинальному;
— В результате неудовольствие — значит омрачение мира
тех, кто рожден более сильным!
Стадное сознание, перенесенное в философию и рели
гию, так же как и свойственная ему боязливость.
Не говоря уже о психологической невозможности чис
то бескорыстного поступка!




nietzsche.pmd 225 22.12.2004, 0:06
Black
390. Мое заключение таково, что действительный человек 226
представляет гораздо более высокую ценность, чем «жела
тельный» человек какого либо из прежних идеалов; что все
«желательности» были в отношении к человеку нелепым и
опасным увлечением, с помощью которого отдельный вид
человека хотел бы предписать человеку в качестве закона
условия своего сохранения и роста; что всякая достигшая
господства «желательность» такого рода принижала до сих
пор ценность человека, его силу, его уверенность в будущем:
что ничтожество и скудная интеллектуальность человека
обнаруживается ярче всего даже и теперь,— тогда, когда он
желает; что способность человека создавать ценности была
до сих пор слишком мало развита для того, чтобы справить
ся с фактической, а не просто «желательной» ценностью че
ловека; что идеал был до настоящего времени, в действи
тельности, силой, клеветавшей на мир и человека, ядови
тым налетом на реальности, великим соблазном к ничто…

[d. « », «
», « »]

391. Масштаб, при помощи которого следует измерять цен
ность моральных оценок.
Незамеченный основной факт: противоречие между «мо
ральным совершенствованием» и повышением и укрепле
нием типа человек.
Homo natura1. «Воля к власти».

392. Моральные ценности как мнимые ценности в сравне
нии с физиологическими.

393. Размышление о самых общих принципах всегда запаз
дывает, например, последние «желательности» в отноше
нии человека никогда, собственно, не рассматривались фи
лософами как проблема.
При этом они наивно исходят из предположения о воз
можности «улучшения» человека как будто какая то интуи
ция избавила нас от вопроса, почему именно мы должны «улуч
шать» человека? В какой мере желательно, чтобы человек

1
душевный склад человека (лат.).




nietzsche.pmd 226 22.12.2004, 0:06
Black
становился добродетельнее? или умнее? или счастливее? Если
227
допустить, что мы еще не решили общего вопроса о «поче
му?» человека, то всякая такого рода задача лишена смысла;
критика прежних высших ценностей




и если желательно одно, то, как знать,— тогда, может быть,
нельзя хотеть другого? Совместим ли подъем добродетель
ности с одновременным ростом ума и понимания? Dubito1:
мне представится еще не раз случай доказать противопо
ложное. Разве добродетельность, в строгом смысле слова,
фактически до сих пор не была в противоречии со счасть
ем? Не нуждается ли она с другой стороны, в несчастии,
лишениях и самоистязании как в необходимом условии? И
если бы целью было наивысшее понимание, то не следовало
ли бы именно в силу этого отказаться от увеличения счас
тья? И предпочесть, в этом случае, в качестве средства к
пониманию опасность, приключение, недоверие, совраще
ние… И если искать счастья, то не следовало ли бы тогда
примкнуть к «нищим духа»?

394. Всеобщий обман и самообман в области так называе
мого морального исправления. Мы не верим в то, что чело
век может стать иным, если он уже не есть иной, т. е. если
он, как это довольно часто встречается, не представляет со
бой множественности личностей или, по меньшей мере,
множественности зачатков личностей. В этом случае дело
происходит так, что на передний план сцены выдвигается
другая роль, что «старый человек» отодвигается назад… Из
меняется лишь внешний вид, не сущность… Что кто нибудь
перестает совершать известные поступки, это простой fa
tum brutum2, который допускает самое различное толкова
ние. Этим путем не всегда достигается даже и то, чтобы
уничтожалась привычка к известным действиям, чтобы у
них была отнята всякая почва. Кто сделался преступником
по случайному стечению обстоятельств и склонности, тот
ни от чего не отучивается, а выучивается все новому, про
должительные же лишения действуют скорее как tonicum3
на его талант… Для общества, конечно, представляет инте
рес только то, чтобы кто либо не совершал больше извест

1
сомневаюсь (лат.).
2
бессмысленный рок (лат.).
3
укрепляющее (лат.).




nietzsche.pmd 227 22.12.2004, 0:06
Black
ных поступков; оно удаляет его для этой цели из тех усло 228
вий, при которых он может совершить известные поступ
ки — это во всяком случае умнее, чем пытаться достигнуть
невозможного, а именно: сломить фатальность его извест
ным образом сложившегося существа. Церковь,— а в этом
отношении она действовала лишь как преемница и наслед
ница античной философии,— исходя из иной меры ценно
сти и желая обеспечить «душу», «спасение души», верит в
искупляющую силу последующего прощения. И то, и другое
— заблуждения религиозного предрассудка: наказание не ис
купляет, прощение не примиряет, сделанное не может стать
несделанным. Тот факт, что кто нибудь что нибудь позабу
дет, далеко еще не доказывает, что это что то больше не су
ществует… Данный поступок осуществляет все свои след
ствия в человеке и вне человека, независимо от того, счита
ется ли он наказанным, «искупленным», «прощенным» и
«примиренным»; независимо также и от того, успела ли
церковь, между тем, причислить самого виновника к лику
святых. Церковь верит в вещи, которые не существуют, в
«души»; она верит в влияния, которые не существуют — в
божественные влияния; она верит в состояния, которых
нет: в грех, в искупление, в спасение души; она везде оста
навливается на поверхности, на знаках, жестах, словах, ко
торым она дает произвольное толкование. У ней есть до
думанная до конца методика психологической чеканки фаль
шивой монеты.

395. «Болезнь делает человека лучше»,— это знаменитое ут
верждение, с которым мы встречаемся во все эпохи и при
том в устах мудрецов, как и в устах и на языке народа, заста
вляет задуматься; если это утверждение правильно, то хоте
лось бы предложить один вопрос: возможно ли, что сущест
вует причинная связь между моралью и болезнью вообще?
«Исправление человека», рассматриваемое в общих чертах,
напр., несомненное смягчение, очеловечение, рост добро
душия, наблюдаемые за последнее столетие — не являются
ли они следствиями продолжительного, скрытого и тяже
лого страдания, неудачи, лишения, захирения? «Сделала ли
болезнь» европейца «лучше»? Или ставя вопрос иначе: яв
ляется ли наша моральность — наша современная утончен
ная моральность в Европе, которую можно было бы уподо




nietzsche.pmd 228 22.12.2004, 0:06
Black
бить моральности китайцев — выражением физиологичес
229
кого регресса? В самом деле, трудно было бы отрицать, что
всякий раз, как в истории «человек» показывает себя в осо
критика прежних высших ценностей




бенном великолепии и мощи своего типа, события тотчас
же принимали внезапный, опасный, эруптивный характер,
при котором человечеству приходилось круто; и, может
быть, в тех случаях, где дело, по видимому, обстояло иначе,
не хватало только мужества или тонкости углубить психо
логию и извлечь также и отсюда общее положение: «чем
здоровее, сильнее, богаче, плодотворнее, предприимчи
вее чувствует себя человек, тем он «безнравственнее». Му
чительная мысль, над которой ни в каком случае не следует
задумываться! Но допустим, что мы решимся на одно ма
ленькое, короткое мгновеньице идти за ней вперед: как
удивительно показалось бы нам будущее! Что тогда оплачи
валось на земле дороже, как не то, к чему мы всеми силами
стремимся — очеловечивание, «улучшение», возрастающая
«цивилизация» человека? Ничто не обходилось бы так доро
го, как добродетель — ибо в конце концов земля благодаря
ей уподобилась бы госпиталю, а «каждый для каждого сидел
ка» было бы последним словом мудрости. Правда, тогда бы
царил на земле желанный мир. Но в то же время было бы
так мало «удовольствия друг от друга»! Так мало красоты,
дерзания, отваги, опасности! Так мало «дел», ради которых
стоило бы жить на земле! Ах! И совершенно никаких «под
вигов» больше! А все великие дела и подвиги, которые оста
вили свои следы и не были смыты волнами времени — раз
ве они все не были в глубочайшей их сущности выдающи
мися безнравственностями?

396. Священники — и с ними полусвященники, философы
— во все времена называли истиной учение, воспитательное
действие которого было благотворным или казалось благо
творным — которое «исправляло». В этом они уподобляют
ся наивным знахарям и чудодеям из народа, которые, убе
дившись на опыте в лечебных свойствах яда, отрицают, что
это яд. «По их плодам вы познаете их»,— т. е. наши «исти
ны»: такова аргументация священников еще и до настояще
го времени. Они сами роковым для них образом потрати
ли все свое остроумие на то, чтобы обеспечить за «доказа
тельством силы» (или «по плодам») преимущество, даже




nietzsche.pmd 229 22.12.2004, 0:06
Black
больше того,— решающее значение среди всех остальных 230
форм доказательства. «Что делает хорошим, то должно быть
хорошо», «что хорошо, то не может лгать»,— так неумоли
мо заключают они — «что приносит хорошие плоды, то дол
жно, следовательно, быть истинным: нет другого критерия
истины»…
Но поскольку «исправление» служит аргументом, по
стольку ухудшение должно быть допущено в виде возраже
ния. Заблуждение обнаруживают тем, что исследуют жизнь
заблуждающихся — один какой нибудь ошибочный шаг, один
какой нибудь недостаток опровергает. Этот непристойней
ший способ вражды, способ нападения сзади и снизу, соба
чий способ, никогда не вымирал: священники, поскольку
они являются психологами, никогда не находили ничего
более интересного, как копаться в тайнах своих противни
ков — свое христианство они доказывают тем, что ищут в
«мире» грязи. И прежде всего — у первых мира, у «гениев»:
вспомним, какая борьба велась все время в Германии про
тив Гете (Клопшток и Гердер впереди в качестве «застрель
щиков» — свой своих всегда найдет).

397. Нужно быть очень безнравственным, чтобы водворять
господство морали на практике… Средства моралистов суть
ужаснейшие средства, к которым когда либо прибегали: у
кого нет достаточно мужества к безнравственности дей
ствий, тот годен к чему угодно, но только не в моралисты.
Мораль — это зверинец; предпосылка ее та, что желез
ные прутья могут быть полезнее, чем свобода, даже для уже
уловленных; другая ее предпосылка, что существуют укроти
тели зверей, которые не останавливаются перед самыми
ужасными средствами, которые умеют пользоваться раска
ленным железом. Эта ужасная порода, которая вступает в
борьбу с дикими животными, называет себя священниками.
Человек, запертый в железную клетку ошибок, став
ший карикатурой на человека, больной, жалкий, недоброже
лательный к самому себе, полный ненависти к жизненным
инстинктам, полный недоверия ко всему, что красиво и
счастливо в жизни, ходячее убожество, этот искусствен
ный, произвольный, поздний, уродливый продукт, выращен
ный священниками на их почве, «грешник» — как нам достиг
нуть того, чтобы, несмотря на все, оправдать этот феномен?




nietzsche.pmd 230 22.12.2004, 0:06
Black
Чтобы иметь правильное представление о морали, мы
231
должны поставить на ее место два зоологических понятия:
приручение животного и разведение известного вида.
критика прежних высших ценностей




Священники делали во все времена вид, что хотят «ис
править», но мы — остальные — не можем не смеяться, если
бы укротитель вздумал нам говорить о своих улучшенных
животных. Приручение животного достигается в большин
стве случаев причинением животному вреда, точно так же
нравственный человек не есть улучшенный человек, а толь
ко ослабленный. Но он менее вреден…

398. Что я хотел бы всеми силами уяснить:
а) что нет более вредного смешения, как если смеши
вают воспитание и укрощение — что и было сделано… Воспи
тание, как я его понимаю, представляет средство накопле
ния колоссальной силы человечества, так, что поколения
могут продолжать строить дальше на основе работы их пред
ков, органически вырастая из нее не только внешним, но и
внутренним образом, вырастая в нечто более сильное…
б) что представляет громадную опасность убеждение,
что человечество продолжает расти и становится сильнее
как целое, если индивиды делаются вялыми, похожими друг
на друга, посредственными… Человечество — это абстрак
ция: целью воспитания даже в единичных случаях может
быть только более сильный человек (человек, не прошедший
через строгую выучку,— слаб, расточителен, непостоянен).


[6. Заключительные замечания к критике морали]

399. Вот требования, предъявляемые мною к вам (как бы
плохо они не доходили до вашего слуха) — вы должны:
— распространить вашу критику и на самые моральные
оценки;
— при помощи вопроса: «почему подчинение?» побо
роть импульс морального чувства, требующего в этом воп
росе подчинения, а не критики;
— смотреть на это требование «почему?», на требование
критики морали именно как на вашу теперешнюю форму са
мой моральности, как на самый возвышенный вид мораль
ности, который делает честь вам и вашему времени; ваша




nietzsche.pmd 231 22.12.2004, 0:06
Black
честность, ваша воля не обманывать самих себя должна опра 232
вдать себя: «почему нет?». — Перед каким судом?

400. Три утверждения.
Неаристократическое есть высшее (протест «простого
человека»).
Противоестественное есть высшее (протест неудач
ников).
Среднее есть высшее (протест стада, «средних»).
Итак, в истории морали находит выражение воля к влас
ти, при посредстве которой рабы и угнетенные или же
неудачники и недовольные собой или же посредственные
пытаются укрепить наиболее благоприятные для них суж
дения о ценности. В этом отношении феномен морали с точ
ки зрения биологии в высшей степени вреден. Мораль раз
вивалась до сих пор за счет: властных и их специфических
инстинктов, удавшихся и прекрасных натур, независимых и
в каком бы то ни было отношении привилегированных. Мо
раль, следовательно, представляет движение, направленное
против усилий природы выработать более высокий тип. Ее
действие состоит в возбуждении недоверия к жизни вооб
ще (поскольку тенденция последней воспринимается как
«безнравственная»), в бессмыслице, нелепости (поскольку
высшие ценности рассматриваются как находящиеся в про
тиворечии с высшими инстинктами), в вырождении и са
моразрушении «высших натур», потому что как раз в них
этот конфликт становится сознательным.

401. Какие ценности до сих пор одерживали верх?
Мораль как верховная ценность во всех фазах филосо
фии (даже у скептиков). Результат: этот мир никуда не го
ден, должен существовать «истинный мир».
Чем, собственно, определяется в данном случае верхов
ная ценность? Что такое собственно мораль? Инстинкт де
каданса; этим способом усталые и обездоленные мстят за
себя и делаются господами…
Историческое доказательство: философы всегда на служ
бе у нигилистических религий.
Инстинкт декаданса, который выступает как воля к
власти. Изображение его системы морали: абсолютная без
нравственность средств.




nietzsche.pmd 232 22.12.2004, 0:06
Black
Общий вывод: до сих пор существовавшие высшие цен
233
ности представляют специальный случай воли к власти;
мораль как специальный случай безнравственности.
критика прежних высших ценностей




Почему ценности противоположного характера
всегда терпели поражение?
1) Как это было собственно возможно? Вопрос: почему
всюду терпело поражение физиологическое превосходст
во? Почему не существовало философии «да», религии «да»?
Исторические предтечи таких движений: языческая ре
лигия. Дионис против «Распятого». Вырождение. Искусство.
2) Сильные и слабые; здоровые и больные; исключение
и правило. Не может быть сомнения, кто более силен…
Общий аспект истории: представляет ли человек в силу
этого исключение в истории жизни? Возражение против дар
винизма. Средства слабых, необходимые для того, чтобы
удержать власть, сделались инстинктами, «человечностью»,
являются «установлениями».
3) Обнаружение этого господства в наших политичес
ких инстинктах, в наших суждениях о социальных ценнос
тях, в наших искусствах, в нашей науке.
Инстинкты упадка стали господами над инстинктами
подъема… Воля к ничто стала госпожой над волей к жизни!
Т ли это? Не заключается ли, может быть, в этой по
ак
беде слабых и средних большая гарантия жизни, рода? Мо
жет быть, это только промежуточная ступень в общем дви
жении жизни, некоторое замедление темпа? Необходимая
самооборона против чего то еще более опасного?
Предположим, что сильные стали господами во всем, а
также и в оценках; попробуем представить себе,— как они
стали бы думать о болезни, страдании, жертве! Следстви
ем было бы презрение к самим себе у слабых — они постарались
бы исчезнуть, сгинуть. И, может быть, это было бы желатель
но? И хотели бы мы мира, в котором отсутствовали бы ре
зультаты влияния слабых — их тонкость, внимание, духов
ность, гибкость?..
Мы видели борьбу двух «воль к власти» (в данном част
ном случае у нас был принцип, на основании которого мы мог
ли бы признать правым того, кто был побежден, и непра
вым того, другого, который до сих пор побеждал); мы по
знали «истинный мир» как «вымышленный мир», а мораль —




nietzsche.pmd 233 22.12.2004, 0:06
Black
как форму безнравственности. Мы не говорим: «неправ более 234
сильный».
Мы поняли то, что определяло до сих пор высшую цен
ность и почему оно взяло верх над противоположной оцен
кой — оно было численно сильнее.
Очистим теперь оценку противников от инфекции и по
ловинчатости, от вырождения, в каком она всем нам известна.
Восстановление природы в ее правах: освобождение
от «моралина».

402. Мораль — полезная ошибка, говоря яснее, поскольку
речь идет о величайших и наиболее свободных от предрас
судков покровителях ее,— ложь, осознанная как необходи
мость.

403. Мы имеем право на истину лишь в такой мере, в ка
кой мы уже поднялись на такую высоту, что не нуждаемся в
принудительном обучении со стороны морального заблуждения.
Когда наше существование подвергается моральной оцен
ке, оно возбуждает отвращение.
Мы не должны измышлять никаких фиктивных субъек
тов, например, говорить: «природа жестока». Ясное пони
мание того, что нет такого центрального ответственного су
щества, облегчает!
Развитие человечества. А. Добиться власти над природой
и, для сего, известной власти над собой. (Мораль была нуж
на, чтобы обеспечить человеку победу в его борьбе с при
родой и «диким зверем»).
В. Когда власть над природой добыта, то этой властью
можно воспользоваться, чтобы трудиться над дальнейшим
развитием самого себя: воля к власти как самоповышение и
усиление.

404. Мораль как иллюзия рода, имеющая целью побудить от
дельного индивида жертвовать собой для будущего, только
по видимости признавая за ним самим бесконечную цен
ность, чтобы он с помощью этого самосознания мог тирани
зировать и подавлять другие стороны своей натуры и что
бы ему трудно было быть довольным собой.
Глубочайшая благодарность морали за то, что она сде
лала до сих пор; но теперь она только бремя, которое может




nietzsche.pmd 234 22.12.2004, 0:06
Black
сделаться роковым. Она сама, предписывая нам правди
235
вость, принуждает нас к отрицанию морали.
критика прежних высших ценностей




405. Насколько самоуничтожение морали может явиться
результатом ее собственной силы. В нас, европейцах, те
чет кровь тех, кто положил жизнь ради своей веры; мы от
неслись к морали со страхом и серьезностью, и нет ничего,
чем бы мы в известной степени ради нее не жертвовали. С
другой стороны, наша духовная тонкость достигнута глав
ным образом путем вивисекции совести. Мы еще не знаем
того «куда», в сторону которого мы влечемся, после того как
мы оторвались от нашей старой почвы. Но эта почва сама
вскормила в нас ту силу, которая теперь гонит нас вдаль, на
приключения, которая выталкивает нас в безбрежное, не
изведанное, неоткрытое; нам не остается никакого выбо
ра, мы должны быть завоевателями, так как у нас нет боль
ше страны, где мы дома, где мы хотели бы «охранять». Скры
тое «да» толкает нас на это, оно сильнее, чем все наши «нет».
Сама наша сила не позволяет нам больше оставаться на ста
рой, прогнившей почве; мы отважно устремляемся вдаль,
мы рискуем собой для этой цели: мир еще богат и неиссле
дован, и даже гибель лучше, чем перспектива стать поло
винчатыми и ядовитыми. Сама наша сила вынуждает нас
выйти в море, туда, где до сих пор заходили все солнца; мы
знаем, что есть новый мир…




nietzsche.pmd 235 22.12.2004, 0:06
Black
236


iii.


[1. Общие размышления]

406. Отбросим некоторые суеверия, которые до сих пор
были в ходу относительно философов!

407. У философов существует предубеждение против ил
люзорности, изменчивости, страдания, смерти, телеснос
ти, чувств, рока и необходимости, против бесцельного.
Они верят, во первых, в абсолютное познание, 2) в по
знание ради познания, 3) в союз добродетели и счастья, 4) в
познаваемость человеческих действий. Ими руководят ин
стинктивные оценки, в которых отражаются более ранние
состояния культуры (более опасные).

408. Чего не хватало философам? 1) Исторического чувства;
2) знания физиологии; 3) цели, направленной на будущее.
Надо дать критику, свободную от всякой иронии и мораль
ного осуждения.

409. Философы отличались исстари: 1) удивительной спо
собностью к contradictio in adjecto1, 2) они верили в поня
тия так же безусловно, как не доверяли чувствам; они не
считались с тем, что понятия и слова являются нашим на
следием от тех времен, когда в головах было еще темно и
мысль была непритязательна.
Философы догадываются только напоследок, что они
не могут уже больше пользоваться готовыми понятиями, не
могут только очищать и выяснять их, но должны сначала
создать, сотворить их, установить их и убедить в них. До сих
пор мы всецело полагались на свои понятия как на какой
то удивительный дар, полученный нами в приданое из мира
чудес. Но в конце концов понятия эти оказывались насле

1
противоречие в определении, внутреннее противоречие (лат.).




nietzsche.pmd 236 22.12.2004, 0:06
Black
дием наших отдаленных, как самых глупых, так и самых
237
умных предков. В этом благоговении перед всем наличным в
нас и сказывается, быть может, моральный элемент в позна
критика прежних высших ценностей




нии. Необходим, прежде всего, абсолютный скепсис по от
ношению ко всем традиционным понятиям (как он уже веро
ятно и овладел когда то одним из философов — речь идет,
разумеется, о Платоне — ибо он учил противоположному).

410. Проникнутый глубоким недоверием к теоретико по
знавательным догматам, я любил смотреть то из того, то из
другого окошка, остерегался там засиживаться, считая это
вредным,— и в самом деле, правдоподобно ли, чтобы ору
дие могло критиковать собственную пригодность? Что мне
казалось гораздо важнее, это то, что никогда гносеологичес
кий скептицизм, или догматизм, не возникал без скрытых
побуждений, что его ценность есть ценность второго ран
га, если взвесить, чем, в сущности, было вынуждено то или
другое направление.
Основное положение: Кант, как и Гегель, как и Шопен
гауэр — как скептически эпохистическое направление, так
и историзирующее, так и пессимистическое — морального про
исхождения. Я не видел никого, кто бы отважился на кри
тику моральных чувств ценности; и я вскоре отвернулся от
скудных попыток дать историю возникновения этих чувств
(как, например, у английских и немецких дарвинистов).
Как объяснить положение, занимаемое Спинозой, его
отрицание и отклонение моральных суждений о ценности?
(С точки зрения его теодицеи это было бы лишь последова
тельно!)

411. Мораль как высшая расценка. Или наш мир есть творе
ние и выражение (modus) Бога — тогда он должен быть весь
ма совершенным (вывод Лейбница…). А относительно того,
что такое совершенство, не было никаких сомнений: тогда
зло и несправедливость могут быть лишь кажущимися (у
Спинозы радикальнее — понятия добра и зла), или его следу
ет вывести из высшей божественной цели (примерно как
следствие особого благоволения Бога, который позволяет
выбирать между добром и злом; привилегия не быть авто
матом, свобода с риском ошибаться, сделать ложный вы
бор… например, у Симплиция в комментарии к Эпиктету).




nietzsche.pmd 237 22.12.2004, 0:06
Black
Или наш мир несовершенен, зло и вина реальны, необ 238
ходимо обусловлены, абсолютно присущи ему по существу,
тогда он не может быть истинным миром; тогда познание
служит лишь путем к отрицанию мира, тогда он — заблуж
дение, которое и может быть познано как таковое. Это —
мнение Шопенгауэра, основанное на кантовских предпо
сылках. Еще безнадежнее взгляд Паскаля — он понял, что и
познание в таком случае должно быть искажено, фальсифи
цировано, что необходимо откровение, хотя бы только для
того, чтобы понять мир как заслуживающий отрицания.

412. Привычка к безусловным авторитетам обратилась, в
конце концов, в глубокую потребность в безусловных ав
торитетах, столь властную, что даже в такую критическую
эпоху, как кантовская, она оказалась сильнее потребности
в критике, и, в известном смысле, подчинила себе и обрати
ла в свою пользу всю работу критического рассудка. В сле
довавшем затем поколении, которое силой своих истори
ческих инстинктов с необходимостью приводилось к при
знанию относительности всяких авторитетов, потребность
эта еще раз обнаружила свое превосходство, подчинив себе
даже и гегелевскую философию развития, эту окрещенную
в философию историю, и представив историю как разви
вающееся самооткровение и самоопределение моральных
идей. Со времен Платона философия находится под влас
тью морали. Еще у его предшественников в философию
решительно вторгаются моральные объяснения. (У Анак
симандра — гибель всех вещей как наказание за их эманси
пацию от чистого бытия; у Гераклита — закономерность яв
лений как доказательство нравственно правовой сущности
всеобщего становления).

413. Прогресс философии больше всего задерживался до
сих пор скрытыми моральными побуждениями.

414. Во все времена принимали «прекрасные чувства» —
за аргументы, «вздымающуюся грудь» — за раздувальные ме
хи божества, убеждение — за «критерий истины», потреб
ность в противнике — за знак вопроса над мудростью; эта
фальшь, эта подделка проходит через всю историю фило
софии. Если не считать почтенных, но редко встречающих




nietzsche.pmd 238 22.12.2004, 0:06
Black
ся скептиков, нигде не видно инстинкта интеллектуальной
239
добросовестности. Вдобавок ко всему, Кант с чистым серд
цем попытался при помощи понятия «практического разу
критика прежних высших ценностей




ма» придать этому извращению мысли научный характер:
он изобрел разум специально на тот случай, когда о разуме
заботиться не приходится, а именно — когда говорит потреб
ность сердца, мораль, «долг».

415. Гегель: его популярная сторона — учение о войне и ве
ликих людях. Право на стороне победителя, он олицетво
ряет собою прогресс человечества. Попытка на истории до
казать господство морали.
Кант: царство моральных ценностей, скрытое от нас,
невидимое, действительное.
Гегель: развитие, которое можно проследить, посте
пенное осуществление царства морали.
Мы не желаем быть обмануты ни на кантовский манер,
ни на гегелевский. Мы больше не верим, как они, в мораль, и
нам, следовательно, незачем создавать философские систе
мы ради того, чтобы мораль получила свое оправдание. Как
критицизм, так и историзм не в этом обнаруживают для нас
свою прелесть — ну, так в чем же?

416. Значение немецкой философии (Гегель): создать панте
истическую систему, в которой зло, заблуждение и страда
ние не были бы ощущаемы как аргументы против божест
венности. Этой грандиозной инициативой злоупотребляли су
ществующие власти (государство и т. д.), словно ею санкци
онировалась разумность господствующего в данное время.
Напротив, Шопенгауэр является упрямым человеком
морали, который ради оправдания своих моральных оценок
становится, наконец, мироотрицателем. Наконец, даже «ми
стиком».
Я сам пытался найти эстетическое оправдание миру в
форме ответа на вопрос: как возможно безобразие мира? Я
считал волю к красоте, к пребыванию в тождественных фор
мах временным средством сохранения и поддержания. Но,
в основе, мне казалось, что вечно творящее начало, как осуж
денное и вечно разрушать, связано со страданием. Безобразие
есть форма созерцания вещей с точки зрения воли, направ
ленной на то, чтобы вложить смысл, новый смысл в утратив




nietzsche.pmd 239 22.12.2004, 0:06
Black
шее смысл: здесь действует накопленная сила, заставляю 240
щая творца воспринимать все доселе существующее как не
что несостоятельное, неудачное, достойное отрицания, как
безобразное.

417. Мое первое решение — дионисовская мудрость. Наслаждение
в уничтожении всего благороднейшего и в зрелище его посте
пенной гибели как наслаждение грядущим, будущим, которое
одерживает победы над существующим, как бы хорошо оно
ни было. Дионисовски: временное отождествление с прин
ципом жизни (включая и сладострастие мученика).
Мои нововведения: Дальнейшее развитие пессимизма: пес
симизм интеллекта; моральная критика, разрушение послед
него утешения. Познание симптомов упадка: всякое силь
ное действие заволакивается мечтой и заблуждением; культу
ра изолирована, поэтому несправедлива, но тем и сильна.
1) Моя борьба против упадка и всевозрастающей слабос
ти личности. Я искал нового центра.
2) Познал неосуществимость этого стремления.
3) Затем я пошел дальше по пути разложения — в этом нашел
я для немногих новые источники силы. Мы должны быть разру
шителями! Я познал, что состояние разложения, в котором
единичные личности могут достигать небывалой степени совер
шенства, является отображением и частным случаем всеобще
го бытия. Против парализующего ощущения всеобщего раз
рушения и неоконченности я выдвинул идею вечного возвра
щения.

418. Ищут миросоздания в такой философии, которая дала
бы нам наибольшее чувство свободы, то есть, при которой
наиболее могущественный из наших инстинктов мог бы
свободно проявить свою деятельность. Так же будет обсто
ять дело и у меня!

419. Немецкая философия как целое — Лейбниц, Кант, Ге
гель, Шопенгауэр, чтобы назвать великих — представляет
собою наиболее основательный вид романтики и тоски по
родине, какой только до сих пор был; томление по лучше
му, которое когда либо существовало. Нигде больше уж не
чувствуют себя дома, стремятся вернуться туда, где можно
было бы хоть отчасти зажить как дома, потому что только




nietzsche.pmd 240 22.12.2004, 0:06
Black
там тебе и хотелось бы обрести себе родину: а это — гречес
241
кий мир! Но как раз все мосты, ведущие туда, разрушены,
за исключением радуг понятий. А они всюду ведут во все роди
критика прежних высших ценностей




ны и «отечества», какие только существовали для греческих
душ! Разумеется, нужно быть очень легким и тонким, что
бы ходить по таким мосткам. Но какое счастье в этом тяго
тении к духовности и почти к миру призраков! Как удаля
ешься при этом от «толкотни и сутолоки», от механической
глупости естествознания, от ярмарочного гама «современ
ных идей»! Стремятся назад, через отцов церкви к грекам,
от севера к югу, от формул к формам: находят наслаждение
в закате античного мира, в христианстве, как преддверии
к этому миру, как доброй части этого самого древнего мира,
как блестящей мозаике античных понятий, античных оце
нок. Арабески, завитки, рококо схоластических абстракций
— все же лучше, то есть прекраснее, утонченнее, чем му
жицкая, плебейская действительность европейского севе
ра, все же это еще протест высшей духовности против кре
стьянской войны и восстания черни, которое покорило ду
ховные вкусы на севере Европы и имело своим вождем ве
ликого «недуховного человека» — Лютера. В этом отноше
нии немецкая философия представляет собою некоторую
форму контрреформации или даже ренессанса, по крайней
мере волю к Ренессансу, волю продолжать открытие древ
ности и раскопки античной философии, преимущественно
досократиков, этих наиболее засыпанных греческих хра
мов! Через несколько столетий, быть может, признают, что
особенное достоинство всего немецкого философствова
ния в том и заключалось, что оно являло собою завоевание
вновь, шаг за шагом, античной почвы, и что всякое притя
зание на «оригинальность» звучит ничтожно и смешно в
сравнении с более высоким правом немцев — утверждать,
что ими восстановлена казавшаяся порванной связь с гре
ками, этим самым высшим, из до сих пор сложившихся,
типом «человека». Мы снова приближаемся теперь ко всем
основным формам того миротолкования, которое изобрел
греческий дух в лице Анаксимандра, Гераклита, Пармени
да, Эмпедокла, Демокрита и Анаксагора; мы становимся с
каждым днем все более и более греками, вначале, конечно, в
понятиях и оценках словно грецизирующие призраки, но
в надежде когда нибудь сделаться греками также и телом!




nietzsche.pmd 241 22.12.2004, 0:06
Black
На этом я строю (и всегда строил) все мои надежды на не 242
мецкий дух!

420. Я никого не хочу склонять на сторону философии —
необходимо, а может быть даже и желательно, чтобы фило
соф был редким растением. Ничто мне так не противно, как
дидактическое славословие философии, например, у Сене
ки или даже у Цицерона. Философия имеет мало общего с
добродетелью. Да позволено мне будет сказать, что и уче
ный есть нечто, в корне отличное от философа. Чего я же
лаю, так это того, чтобы истинное понятие о философе не
исчезло окончательно в Германии. А то в ней слишком много
половинчатых натур всякого рода, которые готовы скрыть
свое уродство под этим почтенным наименованием.

421. Я должен создать идеал философа, наиболее трудный для
достижения. Ученьем тут не возьмешь! Ученый — стадное жи
вотное в царстве познания. Он занимается исследования
ми, потому что ему так велено и потому что он видел, что
до него так поступали.

422. Предрассудки относительно философов. Смешение с
человеком науки. Как будто ценности скрыты в вещах и все
дело только в том, чтобы овладеть ими! В какой мере фило
софы в своих исследованиях находятся под влиянием уста
новившихся оценок (ненависть к видимости, телу и т. д.). На
пример, Шопенгауэр в его отношении к морали (его на
смешки над утилитаризмом). Наконец, смешение доходит
до того, что и дарвинизм принимают за философскую сис
тему — теперь господство на стороне человека науки. Фран
цузы, как Тэн, также делают изыскания, или думают, что
делают изыскания, не имея еще надлежащих мерил оцен
ки. Преклонение перед «фактами» — своего рода культ. В
действительности же они уничтожают наличные оценки.
Объяснение этого недоразумения. Повелевающий есть
редкое явление; он не понимает самого себя. Хотят непре
менно отклонить от себя авторитет и перенести его на внеш
ние условия. В Германии ценили критика только в прошлом;
он относится к истории нарождающейся мужественности.
Лессинг и т. д. (Наполеон о Гете). В действительности, благо
даря романтике, это движение свелось к нулю; и вся слава




nietzsche.pmd 242 22.12.2004, 0:06
Black
немецкой философии основана на этом романтизме, слов
243
но им устранена опасность скепсиса и вера стала при помо
щи его доказуемой. В Гегеле обе тенденции достигают свое
критика прежних высших ценностей




го кульминационного пункта: в сущности, он обобщает факт
немецкой критики и факт немецкой романтики — своего
рода диалектический фатализм, но в области духа, факти
чески же подчинение философа действительности. Критик
только подготовляет,— не более!
С Шопенгауэром начинает мерцать сознание, что зада
ча философа сводится к определению ценности — но все еще
под влиянием эвдемонизма. Идеал пессимизма.

423. Теория и практика. Роковое разграничение, как будто
существует особое познавательное стремление, которое без
всякого отношения к вопросам пользы и вреда стремглав
несется к истине. А рядом — оторванный от него целый мир
практических интересов…
Я, со своей стороны, напротив, стремлюсь показать, ка
кие инстинкты действовали за кулисами у всех этих чистых
теоретиков, как они все, под влиянием своих инстинктов,
роковым образом тяготели к чему то, что для них было «ис
тиной», для них, и только для них. Борьба систем, не исклю
чая и гносеологического скептицизма, является борьбой
вполне определенных инстинктов (формы жизнеспособно
сти, упадка, сословий, рас и т. д.).
Так называемое познавательное стремление сводится к
стремлению к захвату и одолению; под влиянием этого стрем
ления шло развитие чувств, памяти, инстинктов и т. д. Воз
можно быстрая редукция явлений, экономия, накопление
приобретенных сокровищ познания (т. е. освоенный и под
ручный мир)…
Мораль потому то и есть такая курьезная наука, что она
в высшей степени практична, так что чисто познаватель
ная точка зрения, научная добросовестность тотчас же при
носятся в жертву, едва только мораль потребует своих отве
тов. Мораль говорит: мне нужны некоторые ответы — осно
вания и аргументы; сомнения могут возникнуть потом или
не возникнуть вовсе, не в этом дело.
«Как следует поступать?» Если при этом принять в со
ображение, что речь идет о властном, достигшем развития
типе, который «поступал» бесконечные тысячелетия, и что




nietzsche.pmd 243 22.12.2004, 0:06
Black
все превратилось в инстинкт, целесообразность, автома 244
тизм, фатальность, то настоятельность этой моральной про
блемы выступает в довольно комическом виде.
«Как следует поступать?» Мораль всегда представляла
собою недоразумение: в действительности, известный вид,
которому врождено роковым образом действовать так, а не
иначе, желал лишь оправдать себя, декретируя свои нормы в
качестве универсальных…
Вопрос «как следует поступать?» есть не причина, но дей
ствие. Мораль следует за чем то, идеал приходит под конец.
С другой стороны, возникновение моральных сомне
ний (другими словами — осознание ценностей, которыми ру
ководствуются) является симптомом какой то болезни. Силь
ные эпохи и народы чужды рефлексии относительно свое
го права, принципов действия, инстинктов и разума. Осоз
нание служит показателем того, что настоящая мораль, т. е.
инстинктивная уверенность пошла к черту… Моралисты,
как это всегда бывает при создании нового миропонимания,
являются симптомами порчи, обеднения, дезорганизации.
Люди глубоких инстинктов остерегаются логизировать свои
обязанности. Среди них встречаются и пирронистические
противники диалектики и познаваемости вообще… Добро
детель опровергается, если спрашивать «зачем»…
Тезис: Выступление моралистов совпадает с теми эпо
хами, когда мораль клонится к упадку.
Тезис: Моралист является разрушителем моральных ин
стинктов, сколько бы он ни считал себя их восстановителем.
Тезис: То, что фактически толкает моралиста, является
не моральными инстинктами, а инстинктами декаданса, об
леченными в формулы морали (неустойчивость инстинк
та он воспринимает как порчу нравов).
Тезис: Инстинкты декаданса, при помощи которых мо
ралисты стремятся преодолеть моральные инстинкты силь
ных рас и эпох, суть:
1) инстинкты слабых и неудачников;
2) инстинкты исключительных натур, отшельников,
отделившихся, abortus’a1 в высоком и малом;
3) инстинкты хронически страждущих, которым нуж
но выставить свое состояние в благородном свете и кото

1
выкидыша (лат.).




nietzsche.pmd 244 22.12.2004, 0:06
Black
рые потому всего меньше имеют возможность быть физио
245
логами.
критика прежних высших ценностей




424. [Тартюфство научности.] Не следует напускать на себя
научность, когда еще не наступила пора быть научным; но
и настоящий исследователь должен освободиться от тще
славия выставлять напоказ нечто вроде методы, которой
время, в сущности, еще не пришло. Точно так же не должен
он, посредством неправильного подбора дедукций и диа
лектики, «подделывать» вещи и мысли, к которым он при
шел иным путем. Так фальсифицирует Кант в своей «мора
ли» внутренне присущую ему психологическую склонность;
более близким примером может служить этика Герберта
Спенсера. Не следует скрывать и искажать факты, показы
вающие, каким образом наши мысли пришли нам в голову.
Глубочайшие и неиссякаемые по своему содержанию книги
всегда будут иметь нечто афористическое и носить какой
то характер внезапности, вроде «Мыслей» Паскаля. Движу
щие силы и оценки долго живут под спудом; то, что показы
вается наружу, является уже результатом.
Я борюсь против всех видов тартюфства лженаучности:
1) по отношению к изложению, если оно не соответству
ет генезису мыслей;
2) в притязаниях на методы, которые, быть может, при
данном состоянии науки не могут даже найти применения;
3) в притязаниях на объективность, на холодную безлич
ность, в тех случаях, когда, как это имеет место и при вся
ких оценках, мы, в сущности, в двух словах рассказываем
лишь о себе, о своих внутренних переживаниях. Бывают
комические виды тщеславия, как, например, у Сент Бева,
который всю свою жизнь выходил из себя из за того, что не
мог не проявить то тут, то там неподдельной горячности и
страстности в различных «за» и «против», и все время ста
рался обмануть на этот счет других.

425. «Объективность» у философа: моральный индиффе
рентизм по отношению к себе, слепота по отношению к хо
рошим и плохим результатам: необдуманность в употребле
нии опасных средств; извращенность и разносторонность
характера как преимущество, разгаданное и обращенное
философом себе на пользу.




nietzsche.pmd 245 22.12.2004, 0:06
Black
Мое крайнее равнодушие к самому себе. Я не хочу из 246
влекать никакой выгоды из моего познания и не уклоняюсь
также от тех последствий, которые оно влечет за собой,
включая и то, что можно было бы назвать испорченностью
характера. Эта перспектива меня не трогает: я утилизирую
свой характер, но меньше всего забочусь о том, чтобы по
нять его или изменить его — спекулировать на личной доб
родетели ни на мгновение не приходило мне в голову. Мне
кажется, что врата познания закроются, лишь только при
мешь близко к сердцу свое личное дело или еще пожалуй
«спасение своей души»!.. Не нужно придавать слишком важ
ного значения своей нравственности и не отказываться от
скромного права на ее противоположность…
При этом, быть может, предполагается наличность уна
следованных моральных богатств; кажется, что можно значи
тельную часть их расточить, выбросить в окошко, не став
от этого много беднее. Никогда не чувствовать при этом
искушения удивляться «прекрасным душам»; постоянно со
знавать, что стоишь выше их. Относиться с внутренней
насмешкой к чудовищам добродетели; deniaiser la vertu1 —
тайное удовольствие.
Вращаться вокруг самого себя. Никакого желания сде
латься «лучшим» или даже вообще «иным». Быть слишком
своекорыстным, чтобы не расставлять вещам силков или
сетей всякого рода морали.

426. К психологии психолога. Психологи в том виде, в ка
ком они могли появиться только начиная с XIX столетия:
они уже не те наймиты, которые не видят дальше трех че
тырех шагов и почти довольны, когда могут рыться в себе
самих. У нас — психологов будущего — мало охоты к самона
блюдению. Мы считаем почти что признаком вырождения,
когда орудие стремится «познать само себя»; мы — орудия
познания, и нам следует обладать всей наивностью и точно
стью инструмента, следовательно, мы не должны анализи
ровать себя, «познавать» себя. Первый признак инстинкта
самосохранения у великого психолога — он никогда не ищет
себя. Для себя у него нет ни глаза, ни интереса, ни любопыт
ства… Великий эгоизм нашей господствующей воли требу

1
поучать добродетели (фр.).




nietzsche.pmd 246 22.12.2004, 0:06
Black
ет от нас того, чтобы мы закрывали глаза перед самими
247
собой, чтобы мы являлись «сверхличными», «desinteresses»1,
«объективными»! О, в какой крайней степени мы представ
критика прежних высших ценностей




ляем прямую противоположность этому!
Мы не Паскали, мы не особенно заинтересованы в «спа
сении души», в собственном счастье, в собственной добро
детели. У нас нет достаточно ни времени, ни любопытства
так возиться с самими собою. Если вникнуть глубже, вопрос
заключается еще в чем то другом: мы не доверяем созерцате
лям собственного пупка, потому что самонаблюдение явля
ется для нас формой вырождения психологического гения,
знаком вопроса над инстинктом психолога; точно так же
должен считаться вырождающимся глаз живописца, за ко
торым стоит воля смотреть ради того, чтобы смотреть.


[2. К критике греческой философии]

427. Выступления греческих философов после Сократа об
наруживают симптомы декаданса. Антиэллинские инстинк
ты берут верх…
Еще вполне эллином является «софист», причисляя сю
да Анаксагора, Демокрита, великих ионийцев — но в каче
стве уже переходной формы. «Полис» теряет свою веру в
исключительность своей культуры, в свое право господства
над всяким другим полисом… Происходит обмен культур,
то есть «богов», при этом утрачивается вера в исключитель
ное первенство dei autochtoni2. Добро и зло различного про
исхождения смешиваются. Граница между добром и злом
стирается… Таков «софист»…
«Философ», напротив, олицетворяет собою реакцию. Он
— приверженец старых добродетелей. Он видит причины
упадка в упадке учреждений, он на стороне старых учрежде
ний, он видит упадок в упадке авторитета; он ищет новых
авторитетов (поездки за границу, чужие литературы, экзоти
ческие религии); он тяготеет к идеальному полису, после того
как понятие «полис» себя пережило (приблизительно так,
как евреи сохранились как «народ» именно после потери не

1
бескорыстными (фр.).
2
автохтонных богов (лат. из греч.).




nietzsche.pmd 247 22.12.2004, 0:06
Black
зависимости). Он интересуется всеми тиранами, он хочет 248
восстановить добродетель при помощи force majeure1.
Постепенно все действительно эллинское привлекается
к ответу за упадок (и Платон проявляет точно ту же небла
годарность к Периклу, Гомеру, трагедии, риторике, как про
роки к Давиду и Саулу). Падение Греции было истолковано как
аргумент против основ эллинской культуры — коренное заблуж
дение философов. Вывод: греческий мир гибнет. Причина — Го
мер, миф, античная нравственность и т. д.
Антиэллинское развитие философских оценок: египет
ская («жизнь после смерти» как суд…); семитическая («досто
инство мудреца», «старейшина»); пифагорейская (культ под
земного, молчание, потусторонние средства устрашения);
математика (религиозная оценка, своего рода общение с
космическим целым — жреческое, аскетическое, трансцен
дентное); диалектика (мне думается, что отвратительная,
педантическая возня с понятиями имеет место уже у Пла
тона?). Падение хорошего вкуса в сфере духовного: уже не
ощущается безобразия и шумихи всей чистой диалектики.
Оба крайних движения декаданса происходят парал
лельно: а) роскошный, очаровательно злобный, любящий
блеск и искусство декаданс и b) омрачение религиозно мо
рального пафоса, стоическое самообуздание, платоновская
клевета на чувства, подготовление почвы для христианства.

428. До какой степени может развратить психолога мо
ральная идиосинкразия! Никто из древних философов не
отваживался на теорию «несвободной воли» (то есть, тео
рию, отрицающую мораль). Никто не имел мужества опре
делить сущность наслаждения, всякого рода наслаждения
(«счастья») как чувство мощи, ибо наслаждение мощью счи
талось безнравственным. Никто не имел мужества понять
добродетель как следствие безнравственности (воли к мощи)
на службе роду (расе или полису) потому, что воля к мощи
считалась безнравственной.
На всем протяжении истории развития морали мы не
встретим истины. Все элементарные понятия, которыми
тут оперируют — фикции; все психологические данные, на
которые опираются — «подделки»; все формы логики, на

1
непреодолимых обстоятельств (фр.).




nietzsche.pmd 248 22.12.2004, 0:06
Black
сильно привлекаемые в это царство лжи — софизмы. Что
249
особенно характерно для самих философов моралистов, это
полное отсутствие какой бы то ни было интеллектуальной
критика прежних высших ценностей




чистоплотности и выдержки. «Прекрасные чувства» для
них — аргументы. Их «высоко вздымающаяся грудь» кажется
им раздувальными мехами божества… Моральная филосо
фия — это скабрезный период в истории духа.
Вот первый великий пример: под флагом морали, под
патронатом морали совершено неслыханное безобразие,
подлинный декаданс во всех отношениях. Нельзя достаточ
но настаивать на том факте, что великие греческие фило
софы не только были представителями декаданса в области
всех сильных сторон греческого духа, но и заражали им совре
менников… Эта совершенно абстрактно построенная «доб
родетель» была величайшим искушением превратить само
го себя в абстракцию, то есть утратить все связи.
Момент весьма интересный. Софисты близко подхо
дят к критике морали, к первому прозрению в вопросах мора
ли: они сопоставляют ряды моральных суждений (их мест
ную обусловленность); они дают понять, что каждая мораль
может быть диалектически оправдана, то есть, что всякое
обоснование морали по необходимости должно быть софис
тическим — положение, которое нашло затем свое подтвер
ждение в самом широком смысле во всей античной фило
софии, начиная с Платона (до Канта): они провозгласили ту
основную истину, что не существует «морали в себе», «до
бра в себе», что говорить об истине в этой области — про
сто надувательство.
Куда девалась тогда интеллектуальная добросовестность?
Греческая культура софистов целиком выросла в почве
греческих инстинктов. Она связана с культурой периклов
ского периода так же необходимо, как Платон с ней не свя
зан; она имеет своих предшественников в лице Гераклита,
Демокрита, в научных типах древней философии; она нахо
дит свое выражение, например, в высокой культуре Фуки
дида. И она в конце концов оказалась права: всякий шаг впе
ред в сфере гносеологии и морали воскрешает софистов…
Наш современный образ мысли в высокой степени герак
литовский, демокритовский, протагоровский… достаточ
но было бы сказать протагоровский — ибо Протагор объеди
нил в себе обоих — Гераклита и Демокрита.


<<

стр. 8
(всего 30)

СОДЕРЖАНИЕ

>>