<<

стр. 3
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>


?



?


?




Соответственно позиции тех, кто считает, что личность может существовать только при полной актуализации определённых качеств, как то: минимум умственного развития, самосознания, памяти, осознания своего будущего, наличие чувства самосохранения и иных преимуществ, будет обоснована охрана её жизни. Тогда жизнь человека до рождения, а также в первые недели после рождения не будут защищена. (J. Fletcher, M. Tooley, M.A. Warren, J. Feinberg, N. Hoerster, H. Kuhse, P. Singer и др.)
Во избежание произвольного толкования понятия личности другие авторы отождествляют субъект с нейронным субстратом, поскольку личностное бытие может начаться - по аналогии со смертью мозга - только с жизнью мозга. (M. Lockwood, M. Sass).
Если целостность личности заключается в длительности психических состояний, то статус человеческой личности будет отрицаться у человеческого существа, у которого эта длительность отсутствует или наличествует в незначительной степени.
Чтобы избежать контринтуитивных выводов также и из этой позиции, некоторые авторы предпочитают, ради правомерности и соблюдения запрета умерщвления (N.Hoerster) считать однозначный и признаваемый всеми факт рождения началом личностного бытия и придать младенцам статус "социальной личности" (H.T. Engelhardt), даже если личностное бытие в точном смысле слова не имеет место. Так как исключительно рождение даёт младенцу статус постепенно развивающегося субъекта общественной морали и вместе с тем объектом моральных обязательств, как например запрета на умерщвление. (E. Tugendhat). Опасность произвольного усмотрения в в рождении решающую моральную цезуру здесь однако сохраняется.

4.2.3. Целостность онтогенетического развития и морального статуса эмбриона
Как показывают упомянутые качественно-актуалистические концепции личности, вопрос об охране человеческой жизни до его рождения может быть решён положительно, если целостность человеческого и личностного бытия подтверждается в том смысле, что даже то человеческое существо, которое не обладает обозначенными качествами, имеет потенциальную возможность их развить в дальнейшем. При этом вовсе не имеется в виду - чтобы уж соблюсти ставшую со времён Аристотеля классическую стройность рассуждений - potentia obiektiva, т.е. единственно мыслимая возможность (пассивная или формальная потенциальность), а potentia subjektiva , которая присуща лишь одному предмету, существующему в виде живого существа и обладающему реальными способностями к развитию определённых качеств и способов деятельности (реальная или активная потенциальность). В этом смысле зародышевая клетка после слияния яйцеклетки и сперматозоида образует новое живое существо, которое начинает развиваться на основе



присущих только ему, заложенных в геноме качеств, которому предопределено бытие в модусе реального становления.
Оспаривание реальных потенций личности было бы правомерным только на фоне онтологии, которая вообще оспаривает наличие постоянной сущностности. Это, однако, противоречило бы нашей концепции личности, ориентированной на использование языка и понимание способов деятельности. С этой концепцией также согласуется историческая, диахронная идентичность тела и "Я" на протяжении всего телесного существования индивидуума с момента оплодотворения клетки. Так как на вопрос о начале собственного существования можно найти только один единственный удовлетворительный ответ, учитывая родительское зачатие. Именно поэтому осознание себя личностью экстраполируется на первоначальное событие: "Я был зачат!" Это самосознание интуитивно и очевидно переносится на всех, кто может сказать о себе "Я" и, как в случае с эмбрионом, на тех, кто обладает активными потенциальными возможностями когда-нибудь сказать себе "Я". Отсюда по И. Канту - это "необходимая и практически верная идея, в соответствии с которой акт зачатия рассматривается как нечто, благодаря чему мы производим на свет личность без её согласия и отправляем её строить свою жизнь собственными силами." (Метафизика нравственности.)

В силу аргументов потенциальности и непрерывности, вполне можно исходить из того, что с момента своего зарождения плод развивается непрерывно, и это развитие не имеет морально значимых цезур, следовательно, и ещё нерожденный человек, с самого начала в морально-практическом отношении, может считаться личностью и имеет право на жизнь.
Это также касается эмбрионов в начальной стадии образования близнецов. Хотя здесь имеются трудности теоретического определения понятий, для устранения которых неоднократно делались попытки путём разграничения генетической уникальности и онтологической индивидуальности, или генетической индивидуальности и индивидуальности развития.
Но эти попытки не оказали никакого влияния на определение личности и тем самым на необходимость охраны эмбриона. Более того, они только показали, что для моральной оценки онтогенеза совершенно не годится как классическое понятие индивидуума, так и общепринятый, вытекающий из религиозного учения взгляд на онтогенез с самого начала развития эмбриона. Так как также из ретроспективного обследования взрослых близнецов подтверждается аргумент непрерывности развития, поскольку идентичность обоих несомненно начинает развиваться с момента зачатия "первоэмбриона". Таким образом, моральная оценка отношения к жизни ещё нерождённого ребёнка может ориентироваться на это положение.


4.3. Этические проблемы генетики человека

4.3.1. Возможности использования и условия ограничения.

В 1944 г. была открыта формула ДНК (Дезоксирибонуклеиновая кислота) после долгих поисков материального носителя наследственной информации, передаваемой от поколения к поколению. Это открытие положило начало бурному развитию гумангенетики (науки о наследственности человека).

В 1961 году разгадали генетический код (геноманализ). Был разработан метод, который позволял не только исследовать более подробно саму ДНК, но и выделять определённые гены в виде фрагментов ДНК и восстанавливать их в пробирке, соединяя с фрагментами ДНК других организмов. (генная инженерия).



Этот код, который управляет различными жизненными проявлениями, не так просто считывать. Процесс исследования очень сложен, так как большое количество фрагментов тесно связаны между собой и взаимозависимы. Однако уже сегодня можно во многих случаях определить, какой ген несёт ответственность за какое заболевание.

В какой мере свойства характера и поведения человека закодированы в генах и являются наследственными?
Эта область науки ещё очень мало исследована. Возможно поведение человека на 30-50% предопределено генетически. Но генетическую обусловленность поведения человека распознать очень трудно. Гораздо легче дать оценку влиянию среды, которому подвергается каждый из нас. Такие явления как умственная деятельность, поведение и т.д. только частично заданы генетически. При отсутствии благоприятной среды, например, высокие интеллектуальные способности могут не проявиться.

Можно ли в ближайшем будущем "воссоздать" существо, конструктивные элементы которого (код ДНК) известны?
Конструктивные элементы известны, но не известны средства взаимосвязи. Даже если будут известны средства взаимосвязи элементов, всё-таки останется неизвестным " принцип жизни" (взаимопроникновение субстанций). По всей вероятности этот принцип узнать невозможно и с точки зрения этики нежелательно.

Так как каждый человек генетически представляет собой "случайное произведение", то никто не несёт ответственности за эту уникальность его появления на свет. Ответственность наступает лишь тогда, когда кто-то начинает сознательно производить определённые манипуляции. Индивидные задатки человека в сущности предопределены судьбой, и только независимость и индивидуальная уникальность гарантированы ему как "продукту случая". Следовательно он не может никого обвинить в том, что он такой, какой есть, да ему и не нужно это делать. Как индивидуум он может не соответствовать нормам здорового человека, и никто не зачислит его в разряд больных, так как его индивидуальность и несовершенство принадлежат природе человека. Измерять его по какой-либо заранее установленной обществом мерке на "правильность" и подвергать генетическим манипуляциям противоречило бы Основному закону образа человека и оскорбляло бы его человеческое достоинство.

Кто может взять на себя ответственность сознательно и по собственной воле "конструировать человека"?
Необходимо обозначить рамочные условия, которые запрещали бы "конструирование" структур, порождающих совершенный интеллект.

Области применения генетики человека.
Области применения гумангенетики - это (1.) диагностика, (2.) генная терапия.



1. Диагностика.




Анализ генома








Возможности


Проблемы





Вопросы:
Гены примерно 150 заболеваний так хорошо известны, что их можно установить пренатальной диагностикой.
Можно ли разрешить генетическое исследование наследственного заболевания, если данное заболевание неизлечимо?

Можно будет устанавливать с достаточной вероятностью генетически обусловленную предрасположенность к раковым и иным, прежде всего хроническим заболеваниям, а также опасность некоторых факторов риска.
Нужно ли проводить этот анализ до рождения, если даже существует единственная альтернатива - прерывание беременности?

Существует ли право на знание или в ином случае - на незнание?
Важнейшие области применения ДНК-диагностики:
Как это подействует на пациента, если вдруг выяснится, что его заболевание или физический недостаток обусловлен неустранимой генетической предрасположенностью?


Какие границы следует поставить применению анализа генома с точки зрения защиты сведений о личности?
?

?

?


?

Определение инфекционных заболеваний;
Предотвращение раковых заболеваний;
Анализы перед трансплантацией органов, чтобы избежать реакции отторжения;
Определение наследственных заболеваний.


Применение анализа ДНК будет весьма проблематичным в случае, если для определённой в результате анализа и обусловленной генетически болезни не существует возможности эффективного лечения.
Поэтому необходимо соблюдать следующие условия:
1. диагноз должен быть обязательно добровольным;
2. откровенная беседа с врачом при тщательном соблюдении последним врачебной тайны;
3. обязательный курс соответствующей психотерапевтической помощи.

2. Генная терапия.
Генная терапия представляет собой новый метод лечения генетически обусловленных заболеваний. Интерес исследователей касается в первую очередь двух форм генной терапии, которые графически представлены ниже.

1. Соматическая генная терапия, разрешённая в Германии и
2. Зародышевая терапия, запрещённая в Германии.



В Германии разрешено: соматическая генная терапия



Соматические клетки - это клетки тела
(греч. soma = корпус, тело)






Вновь приобретённые свойства не наследуются его потомками, так как процесс идёт на клеточном уровне.


Перенос гена в клетку человеческого тела, которая благодаря этому генетически изменяется.





Этот метод можно сравнить с трансплантацией органов.
Ген, ответственный за заболевание, заменяется "здоровым" геном.



Соматическая
генная терапия



Этот метод находится
в стадии испытания.
В обозримом будущем появится возможность введения в клетку пациента вне его тела важный в функциональном отношении ген, размножить его, а затем снова ввести его пациенту.
Этот вид генной терапии разрешён в Германии. Исследования в этой области подконтрольны Федеральному комитету здравоохранения.




В Германии не разрешено: зародышевая терапия


В соответствии с параграфом 8, абзац 3 закона об охране эмбриона от 1991 все клетки оплодотворённой яйцеклетки, клетки, ответственные за развитие плода и передачу наследственной информации, а также сами зародышевые клетки являются зародышевыми клетками.


Этот вид зародышевой терапии в Германии не разрешён.

Зародышевая терапия означает, что в зародышевую клетку вводится генетический материал.
Существует вероятность изменения не только затронутого организма, но и его потомков.

Зародышевая терапия на животных и растениях уже возможна.

Зародышевая
терапия

Применение этого метода на человеке вызовет серьёзные этические проблемы.





Лишь ограниченная часть человеческих клеток потребует изменений с тем, чтобы в последующих поколениях не проявились нежелательные явления.
Только вероятная гарантия успеха могла бы оправдать обсуждение вопроса о правомерности вмешательства в сферу наследственности человеческого зародыша.

Подобное обсуждение никогда не было бы доведено до конца, так как предмет дискуссии постоянно бы менялся в связи с появлением новых фактов.



Зародышевая терапия запрещена § 5 закона об охране эмбриона от 1991 г., нарушение закона влечёт за собой наказание в виде трёх лет лишения свободы.
Два международных уложения - Совета Европы и ЮНЕСКО, которые находятся ещё в стадии обсуждения, предусматривают некоторые послабления, постольку, поскольку это не противоречит национальным законодательствам. Правоохранительные органы Германии в этом вопросе опережают международные уложения.





4.3.2. Охрана индивидуального генетического фонда.

1) Основное предположение: "Естественная" невозможность располагать индивидуальным генетическим фондом.


Если проанализировать совокупность всех аргументов, которые отражают так называемый "закон естественного развития", а также следовать этим часто встречающимся в литературе и основанным лишь на интуитивных предположениях аргументам, то вмешательство в генетический фонд человека следует категорически отрицать. При этом учитываются определённые "развивающиеся естественным путём" задатки, которые неотделимы от личностной и человеческой сущности, и неприкосновенность которых гарантирует человеку равенство с себе подобными и независимость от них.


Такими природными задатками человека обычно называют:
?

?


?
?

?


заданность генотипа, его индивидуальность и интегрированность его диахронной идентичности,
зачатие индивидуального генома в виде случайной комбинации генетических признаков при оплодотворении и отделении от двух биологических родителей (естественное развитие человеческого зародыша),
высокая вариативность генетического фонда,
несовершенство человека относительно генетической расположенности к заболеваниям, факторам риска и потенциала преодоления, а также
незнание собственного генетического фонда, которое бы гарантировало ясность жизненных планов.


С помощью этих природных задатков, иногда напрямую, а иногда с оговорками, делается вывод о нормативных границах диагностического и терапевтического вмешательства в человеческий геном. При этом большую роль играет тот аргумент, что этическая и правовая охрана человеческого достоинства должна затрагивать его генетический фонд так же как при охране его психофизической природы, т.е. его физического существования.

То, что этот "закон естественного развития", несмотря на его интуитивную очевидность, не может являться безоговорочным аргументом в этических спорах, показывают следующие возражения:



Возражения аргументации закона естественного развития:
?


?


?



?

То, что приводят сторонники генной терапии в качестве аргумента в защиту вмешательства в генетический фонд человека - это естественное желание быть здоровым и счастливым.
Или они приводят такой аргумент, что достоинство человека -
это не только его "Природа" или "Естество", но и способность к самоопределению, так что и в лечении на молекулярногенетическом уровне ему не должно быть отказано.
Аргументация сторонников естественного развития ведёт к "генетическому натурализму" - таково следующее возражение. Предвзятое отношение к "неестественному" однако вовсе не задевает "настоящее положение дел", а только наши представления о том, каким должен быть человек.
И, наконец, утверждение сторонников естественного развития, что случайное отклонение от нормы, затрагивающее жизненные интересы пациента, может компенсироваться само, в принципе противоречит медицине и даже всей нашей культуре вообще.

Из этих контраргументов вытекает необходимость изучения вопроса, насколько глубоко в предположения и постулаты "естественников" проникают элементы ценностных ориентаций и вообще оценки и переоценки ценностей, которые заключают в себе нечто гораздо большее чем то, что просто предлагает нам природа. Так возражения аргументам "естественников" только лишь под углом зрения "ошибочных натуралистских выводов" были бы недостаточны, так как то, что задано природой извлекает свою нормативную функцию не только из своей простой очевидности с учётом единства сущного и необходимого. Для формирования этических суждений чистая природная данность не имеет первостепенного значения. Но её нельзя также не учитывать, так как с ней связаны совершенно определённые ценностные ориентации, рассматриваемые нами далее.


Постулаты "естественников" характеризуются ещё и тем, что их содержание вытекает не просто из фактического материала, а наоборот: определённые гуманистические ценности должны быть защищены в своей неприкосновенности, в нашем случае - это обращение с генетическим фондом человека. Кроме того, должны быть защищены природные задатки человека, и именно потому, что они представляют собой до сих пор никогда не подвергавшееся никаким манипуляциям поле предрасположенностей субъекта и тем самым определяемые им самим возможности развития. При этом следует иметь в виду, что значение любого природного фактора для человека определяется его зависимостью от ансамбля "культурологических" элементов, которые находятся во взаимозависимости и которые нельзя подвергать изменениям без ущерба. Таким образом, природный фактор должен быть защищён как часть культурного синтеза. В виду этой ситуации любая реконструкция аргументов сторонников естественного развития должна учитывать их дескриптивно-прескриптивный характер.


Что касается анализа нормативного характера постулатов естественного развития, то правомерно возникает вопрос, почему же индивидуальный генетический фонд человека следует так тщательно оберегать.




Если следовать этическим правилам, которые основываются на представлениях о правах человека, как это отражено в нашей конституции и других уложениях, то причину этого следует искать во всеобщей и особенной необходимости охраны субъекта, так как это основано на достоинстве личности.

2) Личность и Природа.
На чём основывается охрана личности, какую роль играет при этом идея человеческого достоинства и до какой степени это распространяется на охрану условий естественного развития бытия человека?
Достоинство человека и охрана личности.
Для того, чтобы обосновать необходимость охраны человеческой жизни следует исходить из принципа человеческого достоинства. Выбор этой точки зрения объясняется тем, что этическая норма формируется лишь тогда, когда она принимается всеми, независимо от каких-либо различий. Этот консенсус однако в современном плюралистском обществе занимает хотя и довольно небольшое, но принципиально важное пространство.

Является ли достоинство человека - случайно и произвольно выбранным понятием?
Пути обоснования принципа человеческого достоинства.
В центре этого консенсусного пространства находится понятие человеческого достоинства. Идея человеческого достоинства и прав человека без сомнения имеет свою историю: Истоки этой идеи можно найти в античной философии, в иудейском и христианском мировоззрении. Но они были преобразованы - через философию гуманизма, просвещение и революции - во всемирный этико-правовой консенсус современной этикой прав человека. На этот консенсус мы ссылаемся при определении элементарных этических норм, несмотря на культурные, политические и религиозные различия. В пользу этого говорит также общее признание со страниц как критической так и спекулятивной истории философии, что человеческое достоинство и права человека следует рассматривать не как случайно появившийся в процессе исторического раэвития общества феномен, а как нечто целенаправленно завоёванное (Т.Гоббс, И.Гердер, Э.Кант, Г.В.Ф.Гегель). Необходимость и возможность независимого от правового контекста обоснование человеческого достоинства, единство права и нравственности, а также этического характера и правового содержания прав человека указывают на культурологически инвариантно формулируемое зерно идеи достоинства и прав человека, независимое от какой-либо определённой формы этоса.
Как известно, имеются различные более или менее подходящие пути обоснования философской состоятельности принципа человеческого достоинства. Основы действия принципа достоинства человека определяются с учётом следующих положений
-


-


-
человек рассматривается как разумное и свободное существо (Аристотель, Стоу, Фома Аквинский),
как личность, способная к развитию и стремящаяся к собственному счастью (Джон Локк),
как самоцель (Эммануил Кант), но вместе с тем как личность в моральном смысле.
Это описанное нами рациональное зерно идеи человеческого достоинства проходит через все культуры и времена и указывает на то, что необходимо проводить различие между
?


?
общепринятой сутью идеи и встречающимися в своем разнообразии глубокими мотивированными обоснованиями этой сути и
точно также являющимися в своём разнообразии этических форм образов хорошей жизни, куда помещается это идейное зерно.
То что идея достоинства человека встречается де факто всегда в связи с такими глубокими обоснованиями и будучи помещённой в подобные формы этоса предположительно не может сохраниться вне подобных контекстов, не является аргументом того, что зерно этой идеи не имеет собственной значимости вне этих контекстов.








В соответствии с этими основаниями человек обладает достоинством, т.к. он личность. Понятие "личность" особенно употребляется в современном мире как нечто свойственное человеку от природы, чтобы обозначить моральный статус человека:



Л и ч н о с т ь

Человек наделяется личностным бытиём, т.к. он является индивидуальным субъектом нравственности ("moral agent"),а также существом, обладающим способностью (установкой, ориентированностью) разумного и свободного самоопределения. Человек - это существо, которое способно вступать в осознанные взаимоотношения с самим собой (самосознание, самопознание), а также с окружающими людьми (социум) и природой (культура). Человек берёт на себя ответственность, выполняет свой долг, стремится к цели и отстаивает свои интересы, планирует свою жизнь, учитывая прошлое и предвидя будущее, и имеет свою собственную, уникальную и неповторимую судьбу. Быть субъектом нравственности, или личностью означает иметь собственное достоинство. Таким образом, достоинство как характерная черта личности - это родовое понятие, которое не просто изобретено метафизикой, а затем перенесено в этику, а которое имеет своё собственное первоначальное практическое значение. Именно в этом значении понятие достоинства является исходным и центральным пунктом, из которого вытекает современная интерпретация человека, выражаемая понятиями Самоопределение, Индивидуальность, Идентичность, Интеллект и Равенство.


Если моральный статус человека как субъекта нравственности, или личности является основанием для того, чтобы придать ему Достоинство, то внимание, которое оказывается явлению природы, называемому "Человек", должно оказываться и его Достоинству. Так как свойственное человеку Достоинство и производные от него понятия равное право на жизнь, свободу и безопасность относятся без исключения ко всем людям независимо от расы, пола, вероисповедания или доходов. Основанием для этого служит не просто человеческая жизнь, а тот факт, что эта жизнь является "формой развития субъекта". Поэтому необходимость охраны личности зависит от того обстоятельства, что каждый человек - это" специфический индивидуум. Быть человеком - это также критерий обладания личностными качествами.



Личностное бытие
=
Основание для придания
человеческого достоинства

Человеческое бытие
=
Основание для придания
личностных качеств


Главная моральная норма, вытекающая непосредственно из принципа достоинства личности, должна иметь строго ограниченную область применения. Каждое суждение, на каких бы добрых намерениях оно ни покоилось, должно, опираясь на связанные с его содержанием интерпретации, ограничивать как раз то, что связано с непосредственной функцией этого приципа, а именно, быть базой его действия по эту сторону интерпретационных споров.



Поэтому понятно, почему содержанием всех верховных моральных принципов, как то: Золотого Правила, Принципа Разума Аристотеля и Категорического Императива Канта является ничто иное как обозначенные в них границы.


Верховный моральный принцип представляет собой не просто источник всех остальных норм, а является основой их объединения. В чём можно его упрекнуть, это в том, что там наличествуют не столько заповеди, сколько запреты, (которые по своей природе являются категоричными и принципиальными).


Относительно принципа уважения индивидуального человеческого достоинства из него следует изъять - по выражению Канта - запрет никогда не использовать человека только как средство. Противоречие принципу Уважения достоинства человека здесь очевидно тогда, когда человек подвергается воздействию, которое принципиально ставит под сомнение его субъектность.

Охрана условий развития бытия человека как субъекта нравственности.


Так как личность существует не иначе как в форме живого человеческого индивидуума, и этот индивидуум прежде всего характеризуется единством тела и своего "Я" (H.Plessner), то охрана единства тела и человеческой жизни и охрана человеческого достоинства - это одно и то же.


Необходимость охраны человеческой природы имеет синхронный и диахронный (исторический) аспекты:
?


?
с одной стороны человеческая природа участвует в формировании нравственного достоинства личности, постольку поскольку она понимается как пространство её развития. (синхронный аспект: личность и тело);
с другой стороны необходимость охраны личности должно распространяться на процесс физического и духовного становления её индивидуальности (диахронный аспект: идентичность, онтогенез и индивидуация личности).

Спецефические нормативные основания необходимости охраны человеческой жизни также вытекают из достоинства человека относительно его природной видовой принадлежности, не непосредственно из субъектности как таковой, а из природы живого существа, которое является носителем субъектности, т.е. из достоинства относительно его природной видовой принадлежности.
Так как достоинство принадлежит субъекту как живому существу, а человеческая жизнь является условием возможности субъектного бытия. Кроме того охрана человеческой жизни необходима в той мере , в какой она понадобится для формирования личности в уникальном пространстве её развития. При этом как наивысшая и тщательнейшим образом охраняемая ценность - это не столько органическая жизнь человека, сколько идентичность и интегрированность его личности.
Иными словами: природа человека как вида и связанные с ней базальные потребности, стремления и т.д. порождают её высокое положение не из абстрактных рефлексий по поводу природы человека (как напр., в смысле жёсткого эссенциализма), а получают это положение из достоинства, которое свойственно личности как субъекту нравственности.



Охрана природной заданности бытия личности следует, если можно так выразиться, принципу приближенности к личности. Этот принцип можно сформулировать следующим образом:



Принцип приближенности к личности
Чем основательнее и безусловнее оказываются движущие силы развития личности, которые определяются природой человеческого бытия, тем более необходима становится её охрана, которая касается именно её достоинства.


Как показывает практика, субъектность неразрывно связана с определёнными органическими природными качествами человека, поэтому потребность в уважении должно распространяться также на предрасположенности к тем или иным качествам, а именно, когда
речь идёт о его потенциале, который обусловливает формирование и развитие. Также те нормы, которые отвечают на интересующие нас вопросы и вытекают из достоинства человека как вида, имеют обобщённый и скорее отрицательный характер, так как они гарантируют только условия создания возможности субъектного и личностного бытия человека.

О взаимосвязи личности и генома
Чтобы ответить на вопрос о взаимосвязи личности и природы, а также о взаимосвязи личности и генома как о природных условиях существования человека, необходимо выяснить - в соответствии с современным уровнем науки как функцию генетического фонда при пренатальном развитии каждого человека (онтогенез), так и его роль в становлении и развитии человека. Здесь мы можем этого сделать в деталях, а только исходя из последних научных данных.
Принципиально можно выделить две прямо противоположные возможности, которые так или иначе толкуют взаимосвязь личности и генома:


Генетический детерминизм

Случайность
С одной стороны можно сказать, что геном полностью определяет человека, его физическое развитие, его онтогенез, а также поведение в смысле генетического детерминизма. Отсюда личностные и индивидуальные качества целиком и полностью представляют собой феномен, развитие которого происходит однолинейно и полностью зависит от его генотипа. (генетический редукционизм), они как бы являются эпифеноменами генетического фонда. С точки зрения детерминизма можно было бы рассматривать также и связь между предрасположенностью и проявлением фенотипа. Вмешательство в генофонд следовало бы сравнить с вмешательством в саму личность. Таким же образом знания о генетическом фонде по всей вероятности тождественны знанию того, что образует личность.
С другой стороны можно сказать, что генетический фонд не определяет ни конституцию человека, ни онтогенез, ни поведение, ни идентичность, а также его индивидуальность. Следовательно, индивидуальный генетический фонд и личностные качества взаимосвязаны в лучшем случае лишь периферически, - поскольку генетический уровень развития даёт начальные условия онтогенеза, либо не связаны вовсе. Эта взаимосвязь является более или менее случайной, так что вряд ли следует настаивать на охране генофонда, который определяет природные задатки человека.




Эти оба радикальные подхода оказываются несостоятельными:
-
-
Как генетический детерминизм или генетический редукционизм,
так и предположение полной иррелевантности генетического фонда или случайности его воздействия на личность
однозначно оказываются ложной интерпретацией естественнонаучных положений, которые уже смогла истолковать современная генетика.



Подход с точки зрения филогенеза

Уже с точки зрения филогенеза гены не являются единственной детерминантой эволюционного развития жизни от её начала и до человека.

?



?


?

Генетическая информация, которая сложилась в процессе эволюции человечества, не обладает абсолютной семантикой, а имеет значение только относительно определённого "семантического пространства" (Условия окружающей среды, процессы приспосабливаемости и отбора).
Нет также типично "человеческих" генов. Человека (в смысле его видовой принадлежности) нельзя характеризовать через его определённый генетический фонд, даже если некоторые фрагменты ДНК встречаются только у человека.
Следует исходить из того, что имеется лишь индивидуальный, соотнесённый с человеком как его носителем, геном.












Подход с точки зрения онтогенеза

Как показывают научные открытия, роль индивидуального генетического фонда в развитии личности и с точки зрения онтогенеза не является случайным ни в каком смысле.

?














?



Как показывают некоторые исключительно моногенно обусловленные заболевания, выявленные соответственно сегодняшнему уровню знаний, определённые фенотипичные формы нашей соматической действительности и её развития с точки зрения онтогенеза являются чисто генетическими, также нельзя не учитывать генетическую обусловленность конституции человека вообще. Индивидуальный генетический фонд - это компонент нашей уникальной соматической индивидуальности и идентичности. Касаясь соматической сферы человека, следует подчеркнуть, что геном оказывает своё действие не просто в смысле линейных причинно-следственных зависимостей, а это влияние следует рассматривать в вышеописанном смысле как структуру и информацию. Оно лишь элемент в обширной системе разнообразных влияний. Момент начала развития, обусловленный слиянием двух клеток и формированием двух гаплоидных хромосомных единиц в соматической сфере человека имеет прежде всего процессуальный характер. Он характеризуется комплексными взаимодействиями и интеракциями.

О том, что представления "генетического детерминизма" или "генетического редукционизма" не укладываются в открытия молекулярной биологии, свидетельствует изучение отношений между генотипом и фенотипом. Сложные полигенные, многофакторные взаимосвязи, высокая генетическая вариативность и генетический полиморфизм, а также комплексное взаимодействие значимых факторов указывают как раз на нечто противоположное линейному монокаузальному детерминизму. Особенно это проявляется в индивидуальных качествах, способностях и иных характеристиках личности, которые невозможно выявить у гена и у его базовых фрагментов, и которые обусловлены, как правило, полигенностью и многофакторностью. Это относится также к поведению человека и его нарушениям. Генетические задатки и влияния среды принимают функциональное, хотя и с трудом выявляемое, участие в формировании индивидуальных признаков. Генетическая компонента в процессе этого формирования представляет собой необходимое, но однако недостаточное условие.



Если следовать этим соображениям и в особенности исходить из того, что генофонд и его влияние - это всегда процесс, который характеризует индивидуальность личности, то тогда роль и функцию индивидуального генетического фонда в индивидуальном развитии человека следует толковать с точки зрения антропологической перспективы менее всего как "программу", а скорее как контекстуальный или "исторический" процесс.




Роль и функция генома
в индивидуальном процессе развития человека.


?









?







?





?
Хотя индивидуальный геном существенно влияет на природные задатки развивающегося субъекта, однако об этом однозначно и непреложно свидетельствуют лишь некоторые признаки. Они могут, как например, в случае наследственных заболеваний, определять судьбу индивидуального развития. Они являются однако "заданностью" в том смысле, что только в деятельности или в своих страданиях субъект понимает, что является уникальной идентичной личностью. Именно функции генома дают понять, что именно генетическая природа человека устанавливает границы и определяет рамки развития. Но именно в этом заданном пространстве и наличествует та высокая пластичность, которая необходима человеку в его деятельности и борьбе с окружающей средой.

Следовательно, индивидуальность и идентичность личности, которая формируется под влиянием социальных, культурных и исторических факторов, а также в процессе жизнедеятельности человека, не совпадает с индивидуальностью и идентичностью генофонда, в котором проявляется исключительно природно идентифицируемая уникальность. Также и уникальность этой взаимосвязи ещё не идентична с уникальностью личности. Иначе однояйцевых близнецов невозможно было бы отличить друг от друга.

Хотя индивидуальный генетический фонд и является необходимой компонентой, но он не является достаточным основанием для объяснения онтогенеза личности в самом широком смысле. Многофакторность онтогенеза и высокая степень собственных усилий субъекта в оттачивании своих природных задатков исключают генетический редукционизм и тем более детерминизм с самого начала.

Ни уникальность человека как вида, и ни уникальность его как человеческого индивидуума не позволяют довольствоваться только чисто материальной базой его генетической информации. Отсюда невозможно в общем и целом объяснить с помощью гуманмолекулярной биологии уникальность человека, его духовный миро и социальные и культурны отношения.








3. Достоинство человека и охрана индивидуального генетического фонда.

Всё вышеизложенное можно кратко обобщить следующим образом:







С точки зрения взаимосвязи личности и природы следует констатировать, что охрана индивидуального генофонда, обусловленная достоинством человека, относится, с одной стороны, к личности как субъекту нравственности (при возможности интерпретации таких его качеств как идентичность, равенство, самоопределение, индивидуальность, интеллект),а с другой стороны к природным условиям начала и развития личностного бытия (физические и природные данные бытия человека).
С точки зрения взаимосвязи личности и генома следует констатировать, что индивидуальный геном обязан своим положением не уникальному онтологическому качеству конструктивных элементов, а тому факту, что их уникальные взаимосвязи обусловливают, кроме всего прочего, совокупность предрасположенностей субъекта деятельности самым различным образом. Следовательно, индивидуальный генетический фонд и его воздействие на развитие человека - это часть природных условий начала и развития личностного бытия.





В силу этой особой близости индивидуального генома к личности можно исходить из того, что соотношение Личность - Геном рассматривается как особый случай отношения Природа - Личность. Таким образом, индивидуальный генофонд нуждается в особой охране, которая требуется также природным условиям зарождения и развития личностного бытия. Это касается также отношения к индивидуальному геному - как и к иным природным задаткам личностного бытия - Принцип уважения личности, который в плане охраны генофонда можно сформулировать следующим образом:



Принцип уважения личности
в контексте отношения
к индивидуальному генетическому фонду
Чем более генофонд определяет и обусловливает развитие природных задатков личности, чем основательнее проявляются эти условия в формировании и становлении личности, тем более он нуждается в охране, которая касается именно природных задатков личностного бытия и опирается на достоинство личности.





> Прицип уважения личности вытекает из того положения, что в области анализа генома и генной терапии категорически запрещено, а именно, то, что ставит под удар субъектные качества человека.
> На менее принципиальной основе могут возникнуть в качестве развития принципа уважения личности четыре специфических принципа отношения к генофонду, которые определяют последствия изменения качества. Функцией этих критериев является охрана как условий генетического зарождения жизни, так и условий развития личностного бытия. Свою нормативную значимость они получают из их соотнесённости с отдельными или несколькими качествами, которые вытекают из достоинства личности, хотя и иногда в различной интерпретации:

1. Самостоятельное целеполагание,
2. Развитие личности,
3. Самоопределение
4. Равенство




1. Принцип сохранности генетических условий зарождения жизни.

2. Принцип сохранности генетических условий свободного развития личностных качеств.






3. Принцип сохранности информационного самоопределения личности.
4. Принцип сохранности равенства относительно генетических условий.




Четыре принципа отношения к генофонду человека:

1. Принцип сохранности генетических условий зарождения жизни.
Если исходить из принципа уважения субъекта и индивидуального генома, то тогда кажется, что оределённые манипуляции генома, которые определяют генетические условия зарождения жизни, исключают или значительно тормозят самостоятельное жизненное целеполагание личности, которое ему предписано его достоинством. Такие манипуляции подчиняют возникновение и становление индивидуума исключительно гетерономным целям. Они должны быть отвергнуты категорически. Особенно это касается
?

?

?
образования гибридов или культивирования определённого человеческого типа посредством генетических вмешательств;
любой формы евгеники, которая ставит вмешательство в индивидуальный генофонд на службу улучшения генотипа;
случаев клонирования: при этом не тот факт имеет значение, что выращенный человек имеет тот же геном, что и донор, а тот факт, который запрещает клонирование человека, так как индивидуальность и идентичность человека не заложены в его генофонде.
Проблема клонирования человека заключается ещё и в том, что человек производится как нечто, не являющееся им самим, и что ему навязывается генетическое тождество с другим человеком.



2. Принцип сохранности генетических условий свободного развития личностных качеств.
Второй принцип вытекает из уважения субъекта и индивидуального генома. Соответственно этому принципу необходимо защитить генетические условия развития личностного бытия, поскольку они определяют основывающееся на достоинстве самоопределение личности, и право на развитие личностных качеств. Свободное развитие личности будет нарушено или поставлено под угрозу:
?










?
в случае проведения соматической гентерапии, если генетическое вмешательство в клетку человека приведёт к изменению личностных качеств или к изменению естественного поведения личности относительно её эмоциональной сферы, настроения, коммуникативных способностей и интеллектуальной сферы. А также если это отрицательно повлияет на "нормальные" жизненные условия личности. Соматическая гентерапия только тогда будет оправдана, если она (1) проводится под достаточно чётким терапевтическом наблюдением, (2) если тщательно взвешиваются все прямые и побочные последствия, (3) если строго соблюдается добровольное согласие пациента, (4) полная откровенность, (5) если гарантируется привлечение всех предполагаемых и даже долгосрочных мероприятий, (6) принцип "не навреди", (7) принцип соразмерности, (8) исключение эффекта воздействия на зародыш. (см. ниже)
Свободное развитие личностных качеств также будет подвергаться опасности, если осуществлять вмешательство с целью манипуляций с совокупностью первоначальных признаков, определяющих возникновение человеческой личности. Здесь можно говорить о нарушении принципа случайности, из которого вытекает право на естественное развитие и необладание первоначальной заданностью.
При этом тот факт, что первоначальная заданность индивидуального генома абсолютно случайна в смысле естественного зарождения и развития и что она обязана своим возникновением более или менее случайному выбору партнёров, в связи со всем вышесказанным, является аргументом против вмешательства вовсе не






-

-
потому что " естественное становление личности" как таковое достойно особого внимания,
а потому что альтернатива этому естественному становлению личности заключается в спланированном заранее вмешательстве извне, в манипуляциях и представляют собой кем-то предопределённые ограничения пространства предрасположенностей субъекта. В этом смысле "случай" гарантирует в более полной мере самоопределение личности, чем её "изготовление" с помощью инструментов, которые могут нанести вред.

?
Генетическое вмешательство становится опасным - особенно в случае зародышевой терапии - под углом зрения вышеназванного критерия, так как его последствия проявляются только в жизни будущих поколений. При этом нарушается не только право человека на самоопределение, но и право "на естественное развитие собственного зародыша." Зародышевая терапия ещё и потому неприемлема, что она не может обойтись без исследования эмбриона, чрезвычайно опасного для него, что в соответствии с законом охраны эмбриона запрещено законом. Как показывает всестороннее и принципиальное изучение последствий вмешательства в клетку тела и зародышевую клетку с точки зрения этики, критерий развития личностных качеств в случае его распространение на будущие поколения приобретает новое качество.

3. Принцип сохранности информационного самоопределения личности.
Со вторым принципом, направленным на самоопределение и свободное развитие личности, тесно связан третий принцип, который призван защитить информационное самоопределение личности с точки зрения диагностической гумангенетики.
Этот принцип вытекает из учёта права человека на знание или незнание своего индивидуального генетического фонда. Если вспомнить о том, какие страшные последствия как для психической стабильности, Я-образа и построения собственной жизни, так и для социальных и профессиональных отношений в деятельностном пространстве личности могут иметь сведения о генетической конституции человека, то решение о " прозрачности" рассматриваемого субъекта должно принадлежать ему самому. Человек не должен быть "стеклянным". Принцип сохранности информационного самоопределения категорически запрещает:
-
любой диагностический анализ индивидуального генетического фонда человека без его на это согласия;
-
любые навязанные субъекту объяснения, противоречащие праву на незнание;
-
любые нарушения права индивидуума на неразглашение данных, полученных в процессе гендиагностики.

4. Принцип сохранности равенства в отношении условий работы с генофондом.
Четвёртый принцип отношения к генофонду человека вбирает в себя все три описанные принципа и охраняемые ими ценности - самостоятельное целеполагание, самоопределение и свободное развитие личностных качеств, право на естественное развитие и необладание происхождением, право на информационное самоопределение. Так как если достоинство человека рассматривать под углом зрения равенства в обладании эти достоинством, то тогда категорически запрещается любая дискриминация и любое особое выделение какого бы то ни было индивидуума, носителя определённых генетических свойств. И так как жизнь - это непреложный базис раскрытия всех личностных качеств человека в первоначальном единстве с его физической природой, то категорически запрещается, независимо от индивидуального генетического фонда любое суждение о конкретной жизни как "имеющую ценность" или "не имеющую ценность", точно так же как любая вытекающая отсюда селекция, будь то "in vitro", in utero" или после рождения. Нарушение этого принципа и тогда имеет место, когда требуется исследование генетического фонда для заключения договора о медицинском страховании. Следствием




этого явилось бы выхолащивание принципа солидарности, а также разрушением социальной системы страхования вообще.


4.3.3. Этические проблемы прентальной диагностики - основные спорные

вопросы.

1) Взаимосвязь генетических предрасположенностей и фенотипичными проявлениями.

Вследствие разгадки генетического кода современная микробиология получила возможность на уровне ДНК описать расположение генов, которое определяет моногенно или во взаимодействии с другими генами и со средой в ходе онтогенеза или жизни формирование тех или иных качественных признаков человека. При этом оказалось, что генетические признаки, характерные для генома определённого индивидуума, способствуют формированию индивидуальных признаков и качеств в большинстве случаев многофакторным путём.

В довольно значительном количестве случаев генетические отклонения в моногенном протекании - обязательно или факультативно, непосредственно в течение жизни человека - ведут к определённому фенотипично проявляющемуся признаку. Это проявляется, как правило, в определённо фенотипично проявляющихся дефектах. Таким
Причина болезни на генетическом уровне



моногенно полигенно
образом становится ясно, что определённые генетические предрасположенности моногенно и независимо от фактора среды приводят к фенотипично проявляющимся признакам (как например, группа крови) или заболеваниям. При этом следует отличать те заболевания, которые проявляются уже на ранних стадиях постнатального развития - такие как кистозные фиброзы, серповидно-клеточная немия, гемофилия и фенилкетонурия, от заболеваний, которые проявляются в более поздний период жизни: хорея, заболевания почек, миотонная дистрофия или мышечная дистрофия Беккера. Следующая группа моногенно унаследованных предрасположенностей ведёт необязательным образом и при неблагоприятных условиях к формированию соответствующего фенотипа в силу их выраженной зависимости от среды, как например, лактозная недостаточность. Из доминантных признаков следует назвать рециссивные признаки, которые могут привести к соответствующему заболеванию только лишь в последующих поколениях и при определённых условиях.

Несмотря на большое число иных заболеваний однако, говоря о наследственных заболеваниях, мы в первую очередь имеем в виду заболевания, обусловленные полигенным или мультифакторным характером генотипа. Это такие заболевания как сердечнососудистые заболевания, высокое кровяное давление, заболевания коронарных сосудов, диабет, гастриты, предположительно также гипертония, аллергия, эпилепсия, психозы. Менее вероятные фенотипичные проявления этих заболеваний основываются на взаимодействии генетических и известных или ещё неизвестных экзогенных факторов. Эти факты, а также высокая вариативность фенотипа служат причиной того, почему невозможно в самом широком смысле по сравнению с моногенно обусловленными заболеваниями в последнем случае точно предсказать границы риска.

2) Рамочные условия проведения пренатальной диагностики (= ПД)

В настоящее время в германии ещё нет законного регулирования применения гумангенетики, но в различных законодательствах затрагиваются те или иные вопросы, связанные с этой проблематикой. Так например, в законодательстве о прерывании бере-



менности (ПБ, §§ 218 - 219d гос. зак-ва) и в "Законе об охране эмбриона" от 24 Окт. 1990г. Вступивший в силу 1 июля 1990 г. "Закон о регулировании вопросов генной инженерии" не содержит правил, непосредственно относящихся к гумангенетике. Бундестаг, федеральные министерства и некоторые федеральные земли учредили многочисленные комиссии, которые занимаются подготовкой законодательства по вопросам гумангенетики. Наряду с этим существует ряд актуальных профессионально-этических рекомендаций.

В Германии ежегодно проводятся от 80 до 100 тысяч консультаций по генетическим проблемам (= ГС) кафедрами гумангенетики университетов, детскими клиниками, а также официально допущенными частнопрактикующими врачами. И эта тенденция растёт. Практикующие врачи обязаны иметь дополнительное свидетельство по медицинской генетике. Все действия, связанные с генетическими консультациями или пренатальной диагностикой требует предварительной беседы с врачом. (см. закон об охране эмбриона, §§ 9-11; ESA 90-93).

Каждый человек может добровольно получить генетическую консультацию. Чаще всего (80%) это родители, имеющие больного ребёнка и обеспокоенные судьбой последующих детей.

Показания для генетической консультации имеются, если
Задачей консультанта является дать обратившемуся к нему человеку всю необходимую информацию для того, чтобы он сам принял решение, обычно в целях планирования семьи. Консультации придерживаются обычно правила " непрямых советов". В первую очередь учитывается семейные и социальные отношения пациента, а также система их религиозных и этических ценностей. Однако не совсем ясно, по каким критериям консультант должен дать совет за или против беременности. Но следует констатировать, что врач-консультант указывает на то, что и ребёнок-инвалид имеет право на жизнь. Установки в смысле евгеники здесь недопустимы. Вся информация о генетических признаках подвержена врачебной тайне. (§ 203, гос. законодат-ва). Консультация должна соблюдать "Право на информационное самоопределение".

-


-

-

-


-

-


-




-
один из партнёров страдает наследственным заболеванием или у него такое заболевание предполагается,
такое заболевание имеется или предполагается у родственников,
консультирующиеся состоят в родственных отношениях,
они уже имеют ребёнка, который вероятно страдает наследственным заболеванием,
у матери уже были выкидыши по неизвестным причинам,
на зародышевые клетки родителей было оказано воздействие облучением или какими-либо мутагенными веществами,
во время беременности мать перенесла инфекционные заболевания, употребляла отрицательно действующие на плод медикаменты или подвергалась облучению,
возраст свыше 35 лет, причём ограничения по возрасту различные консультации устанавливают по-разному.

ПД должна проводиться только после тщательного обследования специалистами. ПД с целью выбора пола ребёнка запрещена § 3 закона об охране эмбриона. Она разрешена только в тех случаях, "когда ребёнка необходимо оградить от мышечной дистрофии или подобных тяжело протекающих заболеваний." (стр. 93)
Статистика:

В 1985 г. было проведено 22508 ПД для определения хромосомных аномалий.

Показания для этого:
73,9% возраст матери более 35 лет,
5,4% возраст отца более 40 лет,
7,4% риск повторного рождения больного ребёнка,
0,3% X-хроиосомные заболевания,
2,3% иные наследственные заболевания и
10,7% страх завести ребёнка без медицинских рекомендаций (1986 г. - уже 18,24%)
В 3% всех исследованных случаях у плода выявляются тяжёлые генетические заболевания.






Показания для проведения ПД по своей сути соответствуют показаниям для проведения ГК. Сюда относятся также случаи, когда обследование беременной женщины показывает высокое содержание альфа-фетопротеина в крови, что указывает на возможность родить больного ребёнка.

3) Реакция общественноси: ожидания и опасения.


?

?

?

?

Генетический детерминизм

Желание иметь "безупречного" ребёнка

Взгляд на прерывание беременности как на терапию
Ожидание социальных перемен

Новые открытия молекулярной биологии относительно генетических предрасположенностей и фенотипичных проявлений и связанные с ними возможности ПД вызвали у общественности ожидания и опасения этического характера.

?





?







?







?

Во-первых, следует назвать тенденцию к пониманию связи между генетической предрасположенностью и фенотипичными признаками заболеваний в плане детерминизма, а также к идентификации известных признаков заболевания с предрасположенностью к заболеванию и соотнести их с жизнедеятельностью генов. Однако тем самым ориенированность на понятие "здоровье" подменяется ориентированностью на понятие "генетическая норма".
Во-вторых, следует назвать возможности, которые открывает перед некоторыми родителями знание генетических предрасположенностей к заболеваиям ребёнка ещё до его рождения. Это может вызвать у них желание избавиться от одного ребёнка и дать возможность родиться другому, у которого отсутствуют эти предрасположенности, что объясняется желанием иметь "безупречного ребёнка". И как только индивидуальное стремление к таким гарантиям совпадёт с общественным, ориентированным на понятие "здоровье" мнением, то тогда может возникнуть тенденция к вмешательству в генофонд, нацеленному на евгенику.
Кроме того, тот факт, что установленное в результате пренатальной диагностики моногенное наследственное заболевание невозможно устранить ничем, кроме прерывания беременности, то это может привести к отождествлению прерывания беременности с терапией. Решение о прерывании или продолжении беременности зависит при этом от того в какой степени будет задето здоровье либо матери, либо ребёнка. Возникает опасение, что генетическая предрасположенность может стать непосредственным показателем качества жизни и тем самым критерием для селекции человека.
А если в результате пренатального диагноза, который отождествляется с терапевтическим прерыванием беременности, возникнет впечатление, что генетически обусловленное заболевание как и любое заболевание можно в принципе избежать, то это неизбежно приведёт к тому, что за инвалидность ребёнка вину будут нести родители, а это может вызвать определённое общественное давление на них. Но если инвалидность рассматривать в плане понятия генетической аномалии и привлечь категорию "полноценной жизни", то следует опасаться того, что прежняя позиция относительно инвалидов и их родителей изменится в направлении стигматизации (поисков улучшения).




Учитывая эти опасения, можно не удивляться, почему применение генной инженерии к человеку с самого начала вызвало широкое обсуждение её положительных и отрицательных моментов и привлекло к этому обсуждению не только специалистов в области медицины, юриспруденции, философии и теологии, но также почти все общественные объединения (партии, церкви, профсоюзы, иные союзы и.т.п.) Не в последнюю очередь общественный интерес коснулся вопросов евгеники и автоназии, на которые общественность вследствие пережитого во времена нацизма реагирует крайне болезненно.

Даже если будет достигнуто согласие в том, что ранняя диагностика тяжёлых наследственных заболеваний возможна и необходима для избежания риска этих заболеваний и даже если будет указано на то, что с этической точки зрения не использовать этот шанс никак не оправдано, всё равно появится ряд проблем, которые вытекают из применения ПД и в первую очередь из целей её применения. Если попытаться соотнести эти дебаты с имеющимися более или менее регулирующими эти вопросы документами (законами, руководствами, сообщениями специальных комиссий, рабочими планами профессиональных объединений и иных корпораций, с позицией союзов инвалидов, а также партий, церквей и иных представительных общественных объединений), которые появились примерно до 1992/1993 годов, то тогда в поле нашего зрения попадают следующие шесть блоков проблем:


А.


Б.

В.

Г.

Д.

Е.
отождествление пренатальной диагностики (ПД) и "терапевтическим прерыванием беременности" (ПБ),

зависимость принятия обществом инвалидов от пренатальной диагностики,

опасность возрождения евгеники и селекции человека,

возможность изменения понятий здоровье/болезнь и инвалидность,

возможность изменения рамочных условий врачебных действий,

основное положение этики: принцип уважения достоинства человека.





А.
Пренатальная диагностика (ПД) и "терапевтическое прерывание
беременности".


Положительно то, что ПД

ПД отклоняется в следующих случаях:
?
?
?
?
?

может воспрепятствовать избавиться от здорового ребёнка вследствие контрольных мероприятий,

повышает вероятность сохранности жизни и здоровья,

даёт возможность устранить генетический дефект на ранней стадии развития плода,

может подготовить родителей к принятию решения о сохранении жизни ребёнка с полной ответственностью,

позволяет врачам и родителям совместно обсудить и осознать всю тяжесть обнаруженных аномалий, опираясь на медицинские данные.
?


?


?
если какое бы то ни было лечение нецелесообразно, а может помочь лишь прерывание беременности,
если показатели автоматически приводят к прерыванию беременности и тем самым снимается необходимость принятия решения о сохранении жизни ребёнка,
если следствием этого является устранение не болезни, а больного.
Возникают следующие опасения:
Чтобы избежать этих проблем, нужно учитывать следующее:
?

?



?

?

?




?



обострение проблемы абортов в случае зарождения ребёнка - инвалида,
"отсасывающее действие" § 218, т.к. "тяжесть" и "переживания" родителей как показателей зависят от общественного мнения,
соотнесение ПД с "вторичной превентацией" генетических аномалий,
всё возрастающая относительность права на жизнь детей-инвалидов,
перенос решения за сохранение беременности на вторую треть беременности, что ведёт к созданию "искусственной ситуации принятия решения",
когда говорят о переживаниях, больше уже не исходят из ситуации матери, а из субъективных страданий ребёнка, так что решение в пользу ПБ попадает в сферу "превентивной евгеники сострадания".
?

?
?




?

?
родители не несут генетической ответственности перед детьми,
пробная беременность недопустима,
болезнь не является основанием для умерщвления, а здоровье не есть масштаб ценности человеческой жизни. Охрана жизни человека не должна допускать никаких градаций по критерию "качества,
непременное избежание страданий не может являться самоцелью,
ПД не может стать рутинным мероприятием в рамках предварительного исследования беременности для предоставления возможности какого бы то ни было выбора.





Б. Зависимость принятия обществом инвалидов от пренатальной диагностики.

Имеются опасения, что возможности ПД по раннему определению наследственных отклонений и автоматизм диагноза, а также "терапевтическое прерывание беременности" (ПБ), могут оказать влияние на принятие инвалидов обществом и обусловить возрождение евгеники и селекции человека:


Положительный смысл имеет то, что

С точки зрения этики является сомнительным, что
?


?






?


ПД успокаивает тех родителей, которые сильно беспокоятся за судьбу своего ребёнка ещё до его рождения, и ПД таким образом является оправданной, если нет другого способа успокоить будущую мать,
так же как и при профилактике болезни с помощью прививки заболевшие не подвергаются дискриминации, и
плохое отношение к инвалидам не может быть оправдано тем, что во-время не использованы благоприятные возможности.

?


?





?



?



?
доказанная пренатальной диагностикой необходимость прерывания беременности является выражением общественного настроя, и ПБ предпринимается в пользу одного члена общества, что является как бы увеличением общей суммы счастья для всего общества.
якобы изменившийся менталитет направит понимание страданий и переживаний человека в сторону отклонения от "нормальной" жизни и мерой ценностей сделает жизненный план, ориентированный на достижение счастья,
общество придаст страданиям инвалидов статус болезни,
долг поддержания здоровья может привести к тому, что общество будет для этого предпринимать превентивные меры насильственным образом,
в связи с быстрым принятия мер без риска для жизни снижается среднестатистический риск рождения детей- инвалидов.
Вероятными последствиями ПД может быть то, что
В этой связи однако возникают следующие соображения:
?






?




?








?
что достигнутая с таким трудом в нашем обществе терпимость к инвалидам снова может может быть утрачена, а родители, решившиеся на рождение ребёнка-инвалида будут подвергаться общественному давлению,
пренатально диагносцированные генетические отклонения будут рассматриваться как снижающие жизненные шансы человека в плане его социального развития недостатки, которые можно устранить,
вместо критерия "польза ребёнка" появляется критерий "польза общества", который ратует за ПБ, так как решение в пользу ПБ ориентируется на "переживания" будущей матери, так что и здесь самыми важными являются психосоциальные критерии,
право на продолжение рода будет потеряно.
?

?

?

?




?




?



?
нет такой правовой установки, что человек должен родиться исключительно здоровым,
никто не несёт ответственность за генетическую "лотерею" природы,
мерой врачебных действий может быть только польза пациента и его семьи, а не общества,
инвалидность - это не заболевание, а особая форма здоровья; личность человека формирует далеко не это одно качество, а многие другие; инвалидность должна рассматриваться как личностная форма существования человека,
человек имеет естественное право на индивидуальность, которая может заключаться в его уродстве или наоборот выражаться в нём; только "инакость", разнообразие обусловливает творческое развитие общества,
сочувственное принятие проблем отдельного человека в смысле его автономии однако не даёт обществу право выбора и альтернативу медицине,
консультации должны учитывать каждый отдельный случай.




В. Опасность евгеники и селекции человека.


Имеются опасения, что генетика в рамках ПД спровоцирует евгеническое мышление и приведёт к евгенике, если

Существует опасность, что
?


?




?
последствия гендиагностики для продолжения рода - это первый шаг к появлению новой евгеники,
вследствие широко распространённой утилитарной морали может вернуться евгеническое мышление, и здоровье будет идентифицироваться со всеобщим благом,
победа над страданием вплоть до его уничтожения может привести к представлению, что при правильном применении последних достижений медицины можно вообще избавиться от боли и болезней.


?


?


?


?

?




?


?
такова будет позиция общества, и это приведёт к стремлению обезопасить себя от инвалидного потомства,
медицина будет подвержена всеобщей ПД и требованиям рождения здорового ребёнка,
фактор риска будет касаться не болезни, а больного, возникнет угроза устранения личности,
ПД распространится на целую группу риска,
целенаправленная стратегия проведения абортов приведёт к устранению эмбриона, являющегося носителем инвалидности, обусловленной генетически,
будет навязываться принятие решения о необходимости сохранения жизни ребёнка-инвалида,
сочувствие к субъективным страданиям ребёнка приведёт к тому, что решение о ПБ подпадёт под соображения " евгеники превентивного сострадания".
Евгеника сострадания очевидна, когда речь идёт не о проявившемся позднее заболевании и связанными с этим "переживаниями" матери, а о том, имеет ли жизнь данного ребёнка ценность или нет.







ПД совершенно недопустима, если

?

?
она служит в целях евгеники для селекции зародышей и эмбрионов исключительно по генетическим показателям,
она способствует селекции при продолжении рода, поощряя желания родителей получить во всех отношения здорового ребёнка.





Г. Возможность изменения понятий здоровье/болезнь и инвалидность.

В рамках дискуссии о пренатальной диагностики (ПД) со всех сторон обсуждается также вопрос о границах нормальной вариативности генома и зависимости заболеваний от его отклонений, а также понятия болезни и инвалидности.


При этом указывается на то, что понятие болезни изменяется тогда, когда

Эти условия влекут за собой следующие опасения:
?

?





?

?


?

?

?


?


?



?
"бессимптомный больной" генетически устанавливается ещё до начала заболевания,
болезнь понимается не как жизненное явление, а как отклонение от нормы; это может быть использовано неопытным или недобросовестным врачом независимо от величины и серьёзности недостатка как показание к прерыванию беременности, недопустить рождения ребёнка и осложнить жизнь семьи;
болезнь, которая обусловлена не внешними, а внутренними факторами рассматривается индивидуально,
весь комплекс возникновения заболевания сводится только к генетическому моменту и парадигма фактора риска меняется на риск для жизни личности,
понятие "больной" перемещается в область понятия "здоровый",
возникает впечатление, что болезнь и инвалидность можно предотвратить,
в гендиагностике пропагандируется понятие "здоровый" в смысле геннетической нормы и насаждается ответственность за здоровье потомства,
при всё новых открытиях в области генома водораздел между качеством, несущим болезнь и качеством, определяющим норму становится всё более искусственным,
при прерывании беременности по критериям гендиагностики обычное понятие заболеваня ставится под сомнение, оно связывается с субъективными страданиями пациента; кроме таких, как например, синдром Дауна,
понимание болезни и здоровья обществом ориентировано в первую очередь на трудоспособность и является скорее инструментом отторжения, чем интеграции.

?
?





?







?










?
стирается понятие болезни,
заболевание становится индивидуальной, генетически обусловленной судьбой человека, с которой он должен справляться в одиночку,
с распространением гендиагностики ориентация инвалидов на активное преодоление недуга и участие в жизни общества потеряет свой смысл и станет как жизненная позиция непонятной,
высокая ценность здоровья в сочетании с представлением о возможности его сделать приведёт к евгенике "качества жизни", что изменит определение социума - как формирующего образ и естественные целевые установки человека,
вероятно, будет определена стандартная "норма", которую все будут стремиться достигнуть; и тогда будет открыт путь к евгенике и селекции человека.

Следующие положения призваны противодействовать угрозе редукционистского сужения вышеописанных понятий:
-

-



-



-

болезнь и здоровье не могут устанавливаться по статистическим или якобы объективным медицинским критериям,
в понятие болезни может войти особая группа недостатков рождения - карликовость, низкий коэффициент интеллекта, склонность к депрессиям, а также "особенности индивидуума в рамках нормального человеческого развития", что сейчас заболеваниями не считается,
нельзя считать всего лишь отклонение от генетической нормы заболеванием или наследственной ущербностью в медицинском смысле: " Любое произвольно определяемое отклонение от нормы не может служить критерием наполнения понятия "болезнь",
жизнь человека неразрывно связана с многообразием проявлений, отклонениями от нормы и болезнями,





-
естествознание может всего лишь констатировать, а не безошибочно определять, где здоровье, а где болезнь.

Д. Изменение рамочных условий врачебных действий.

В рамках применения ПД со стороны врачей могут возникнуть опасения, что
Риск ПД существует также и там, где имеется угроза автономии пациента, это происходит, если
?






?

зависимость направленности врачебных действий от анализов при предполагаемом увеличении спроса на тесты может повлечь за собой возникновение сети лабораторий, а медицинским консультированием уже невозможно будет охватить всех,
цели врачебных действий сместятся от помощи и лечения к обеспечению всеобщего благоприятного социального и психического климата, от концепции лечащего врача к оказанию сервисного обслуживания для исполнения общего желания получить наиболее совершенное потомство.

?




?



?
зависимость от показателей теста может ограничить свободу принятия решения использовать диагностику, так как тем самым определённое решение уже как бы известно заранее,
ПД приведёт к вынужденному принятию решения и нарушению права на знание и незнание; принцип доброй воли будет вытеснен социальным давлением,
появится возможность злоупотребления полученными данными.


Е. Основное положение этики: принцип уважения достоинства человека.

Как и при обсуждении возможностей исследования эмбриона, автаназии и применения гумангенетики в связи с ПД возникают опасения, что
Относительно вышесказанного можно выдвинуть следующие возражения:
?





?



?



?



?

человек - это не существо, которым можно манипулировать в зависимости от его генетического устройства, а существо, генетическое устройство которого следует уважать в купе с правом на физическую уникальность,
достоинство человека - это кроме прочего его генетическая идентичность и интегрированность, случайность зачатия, индивидуальность, несовершенство,
достоинство человека - это его подобие образу божьему и прежде всего то, что бог принимает любую даже ещё неродившуюся и нездоровую жизнь,
достоинство человека в огромной мере основывается на его способности родиться, развиваться естественным путём среди других людей,
его независимость и самоценность в том, что он является случайным продуктом природы.

?


?

?
самоценность жизни больше не будет считаться абсолютом, а будет зависеть от размера "генетических дефектов",
сущность человека будет сведена к генетическому фонду,
разум человека как социального существа в силу возможности генетического диагностирования расстройств его повседневного функционирования будет рассматриваться как механическая работа совокупности молекул.







Отсюда - недопустимо любое вмешательство, которое нарушает принцип уважения достоинства человека и препятствует его человеческому развитию.





4) Выводы: плюсы и минусы пренатальной диагностики (ПД)

Обобщая всё выше сказанное, следует констатировать, что применение гумангенетики в рамках ПД оценивается общественностью в принципе положительно. Обоснованием этого служат следующие положения:


Основания для положительной оценки ПД:







1.


2.


3.


4.
снятие чувства страха и неуверенности в тех семьях, где имеется риск рождения больного ребёнка, и предотвращение избавления от здорового ребёнка;
увеличение возможности охраны жизни и здоровья с помощью целевой пренатальной и постнатальной терапии насколько это сегодня возможно;
возможность избежать больного потомства путём отказа от беременности и снижение частоты генетически обусловленных аномалий;
(поскольку прерывание беременности - вопрос этики) возможность избежать угрызений совести родителей из-за ПБ, причем "спокойная совесть" может означать отсутствие этих переживаний как для родителей, так и для детей.



Наряду с плюсами, которые открывает применение методик ПД, актуализируются, хотя и с различной интенсивностью, связанные с этим риск, опасности и этические проблемы. Относительно этики проблематичным видится:




Следующие проблемы ПД имеют под собой серьезные основания:

1.

2.

3.

4.

5.

6.
опасность генетического детерминизма или генетического редукционизма со стороны того, кто нуждается в консультации,
дискриминация и неприятие обществом личности с заболеваниями, обусловленными генетическими отклонениями,
тенденция рассматривать генетически обусловленность предрасположенностей к заболеванию как само заболевание,
вероятность возникновения тенденции распространения ПД на непатологические генетические признаки,
опасность, связанная с переложением ответственности за мать на ответственность за ребёнка при использовании ПД и ПБ, и
связанная с этим опасность сомнительного разделения жизни на имеющую и неимеющую ценность (селекция), а также опасность "неонатальной автоназии" и евгеники.







Следующая проблема состоит в том, что может быть подвергнута под сомнение зависимость применения гумангенетики и пренатальной диагностики (ПД) от нормативных понятий здоровье/болезнь и инвалидность.

Для этого имеются три следующих причины:

1.

















2.




3.
Первая причина - понятие "болезнь" из-за того, что факторы, обусловливающие её течение будут слишком сложными утратит своё нормативное значение не только относительно заболеваний, обусловленных генетически. А если к тому же в случае гумангенетики долбавляется то обстоятельство, что диагноз должен охватывать не только моногенные предрасположенности к заболеваниям, но полигенные или мультифакторные и даже признаки, которые не относятся к заболеваниям, и может увеличиться опасность, что понятие "болезнь" станет гораздо шире, а границы прозрачнее, то в сферу рассмотрения могут быть привлечены качества, которые не обусловливают заболевание, а просто не принимаются индивидуумом или обществом. Если сюда прибавить сильное общественное давление, то не исключается опасность того, что вместо понятия "здоровье" появится понятие "генетическая норма", а вместо понятия "болезнь" - понятие "полноценная жизнь" ("wrongful life). Тем самым ориентированная на терапевтические цели роль врача изменится и на их место придёт исключительно биологическая интерпретация человека. В связи с всё увеличивающимися возможностями ПД будет гораздо важнее отличать вариативность генетических предрасположенностей от действительных заболеваний и возможных отклонений в развитии и давать им оценку в зависимости от тяжести аномалии и возможности лечения.
Вторая причина заключается в том, что правило, в соответствии с которым то, что невозможно вылечить, не диагностируется, может сохраниться лишь тогда, когда - как в случае с прерыванием беременности (ПБ) - лечебные мероприятия не являются лечением ребёнка. Эта проблема ещё более обострится, если ПБ больше не будет совершаться в пользу матери, а только в пользу ребёнка.
Третья причина снижения значимости понятия "болезнь" при использовании гумангенетики в рамках ПД - это определение статуса эмбриона. Если эмбриону придать "доличностный" статус, то прерывание беременности будет рассматриваться как терапевтическое мероприятие и зарождающаяся жизнь будет подвержена процессу обсуждения и принятия решения, что по своей сути ориентировано на понятие "качество жизни". А если эмбрион будет находиться под охраной закона, то гумангенетика в виде ПД будет призвана для разрешения спорного случая на право выбора мероприятий либо в пользу жизни матери, либо в пользу жизни ребёнка.

Для решения насущных этических проблем рекомендуется, опираясь на заключение врача, прибегать к пренатальной диагностике лишь по таким показаниям, в основе которых лежит понятие болезни в самом сущностном смысле слова в отличие от предрасположенности к заболеванию. здесь также существует опасность смешения понятий "болезнь" и "предрасположенность к заболеванию" из-за всё увеличивающейся тенденции к разъяснению населению возможностей и границ ПД. Современная гумангенетика в первую очередь обращает наше внимание на то, что большая часть связанных с ней опасений основывается на неверной интерпретации естественнонаучных фактов и их взаимосвязей, и как раз современная генетика чётко показывает, насколько сложными являются полигенные и мультифакторные взаимосвязи, определяющие прежде всего положительно оцениваемые качества человека.



Неверные интерпретации естественнонаучных фактов и взаимосвязей - это:
-





-


-
открытия современной генетики, осветив вариативность и генетический полиморфизм, а также сложные взаимосвязи влияющих на эти процессы факторов, продемонстрировали явления, противоречащие генетическому детерминизму. Более всего это касается положительно оцениваемых способностей человека, таких как интеллект, жизненные планы или физические данные. Всё это обусловлено полигенными или мультифакторными моментами и не сводится просто к одной случайности генетического характера,
кроме того генетическая вариативность так ярко выражена, что никто в смысле свободы соответствующих генетических предрасположенностей не может считаться совершенно здоровым,
как показала практика генетических консультаций, что родители ни в коем случае не ориентируются на "генетические игры", якобы гарантирующие появление на свет детей с благоприятным генофондом, и что только в 1% случаев эти консультации приводят к
прерыванию беременности, но генной предотвращают многие ПБ.


4.4 Этические проблемы репродуктивной медицины:

В связи с генной терапией возникает вопрос, не снизится ли вследствие ставшей возможной качественной оценки жизни уважение к ней и не потеряется ли оно вовсе.
-

-

-

-
Исследования в этой области должны учитывать, что эксперименты следует проводить не за счёт "объекта исследования", как например, человеческого эмбриона.
Будущее успехи медицины зависят от принципа неприкосновенности достоинства человека. Уважение личности человека - превыше всего.
Вмешательства, которые не отделяют друг от друга теоретические исследования и прикладные манипуляции с этической точки зрения в принципе нельзя оправдать.
Генная инженерия может стать силой, захватившей власть над поколениями: установить господство смерти над жизнью.

Биоэтическая конвенция Совета Европы призвана охранять человеческое достоинство и идентичность человека. Она вырабатывает критерии, в соответствии с которыми устанавливаются рамочные условия предотвращения злоупотреблений.
В ФРГ примерно 10-15% супружеских пар в детородном возрасте не могут иметь детей, причём причины бесплодия зависят от того и другого пола в равной мере. При этом примерно 30% женщин страдают от расстройства функции плодных труб. В этих случаях оплодотворение in vitro с последующим имплантацией эмбриона может помочь супругам завести своего ребёнка и предотвратить обусловленный бесплодием женщины распад семьи.

Для проведения этих мероприятий у женщины после предварительного гормонального стимулирования оперативным путём извлекается яйцеклетка. Она оплодотворяется спермой мужа вне тела жены (in vitro). После примерно двух делений клетки, т.е. черех 48 часов после оплодотворения эмбрион, полученный вне тела матери вводится в её матку. При этом, как правило, выращиваются и имплантируются несколько эмбрионов, чтобы увеличить вероятность наступления беременности.



В правовом отношении ребёнок, зачатый in vitro, после своего рождения абсолютно равноправен, ребёнку, зачатому естественным путём.

У донора и матери, вынашивающей ребёнка, могут возникнуть три соображения, которые требуют этического толкования:

1. Гомологенное оплодотворение:
О гомологенном оплодотворении говорят, когда и яйцеклетку, и сперму берут у супругов и эмбрион имплантируют супруге.

2. Гетерологенное оплодотворение:
О гетерологенном оплодотворении идёт речь, когда сперма берётся у неизвестного донора и эмбрион имплантируется супруге.
Немалое число супругов не могут иметь детей также и по вине мужа. Поэтому эти манипуляции вполне возможны, чтобы супруги получили ребёнка, имеющего генетические признаки если не отца, то хотя бы матери.
Если у женщины в силу каких-либо заболеваний не образуются яйцеклетки, то можно взять яйцеклетку другой женщины и, оплодотворив её спермой супруга, имплантировать её его жене.
Если же оба не могут произвести детородных клеток, то яйцеклетка посторонней женщины оплодотворяется семенем постороннего мужчины in vitro и имплантируется супруге.

3. Суррогатное материнство:
О суррогатном материнстве (материнстве внаём) говорят тогда, когда
-

-


-
когда посторонняя женщина оплодотворяется спермой чужого мужчины и вынашивает ребёнка, которого он затем усыновляет вместе со своей законной супругой,
когда женщина подвергается гетерологенному оплодотворению семенем чужого мужчины и вынашивает ребёнка, которого он затем усыновляет вместе со своей законной супругой,
или так называемая суррогатная мать вынашивает генетический эмбрион супружеской пары.
В первом случае речь идёт об искусственном оплодотворении in utero.
В основе третьего случая лежит имплантация эмбриона после оплодотворения in vitro.


Этическая характеристика целеполагания:

<<

стр. 3
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>